
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
Тит., 300 зач. (от полу́), I, 5 - II, 1.

Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Предлагает ли христианство какой-либо рецепт успешной общественной жизни? Ответ на этот вопрос содержится в отрывке из 1-й и 2-й глав послания апостола Павла к Титу, который читается сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 1.
5 Для того я оставил тебя в Крите, чтобы ты довершил недоконченное и поставил по всем городам пресвитеров, как я тебе приказывал:
6 если кто непорочен, муж одной жены, детей имеет верных, не укоряемых в распутстве или непокорности.
7 Ибо епископ должен быть непорочен, как Божий домостроитель, не дерзок, не гневлив, не пьяница, не бийца, не корыстолюбец,
8 но страннолюбив, любящий добро, целомудрен, справедлив, благочестив, воздержан,
9 держащийся истинного слова, согласного с учением, чтобы он был силен и наставлять в здравом учении и противящихся обличать.
10 Ибо есть много и непокорных, пустословов и обманщиков, особенно из обрезанных,
11 каковым должно заграждать уста: они развращают целые домы, уча, чему не должно, из постыдной корысти.
12 Из них же самих один стихотворец сказал: «Критяне всегда лжецы, злые звери, утробы ленивые».
13 Свидетельство это справедливо. По сей причине обличай их строго, дабы они были здравы в вере,
14 не внимая Иудейским басням и постановлениям людей, отвращающихся от истины.
15 Для чистых все чисто; а для оскверненных и неверных нет ничего чистого, но осквернены и ум их и совесть.
16 Они говорят, что знают Бога, а делами отрекаются, будучи гнусны и непокорны и не способны ни к какому доброму делу.
Глава 2.
1 Ты же говори то, что сообразно с здравым учением:
В только что прозвучавшем отрывке апостол Павел обращается к предстоятелю Церкви острова Крит апостолу Титу. Павел даёт ему ряд рекомендаций практического характера, связанных с управлением его епархией. И особое внимание он уделяет выбору людей, которые будут стоять во главе церковных общин. Павел называет их пресвитерами, а также епископами. В современной действительности это два разных вида служения. Епископ — это глава епархии, а пресвитер — его подчинённый, священник, батюшка, служитель одного из храмов епархии. В прозвучавшем отрывке эти термины используются как синонимы. Пресвитер — в переводе с греческого означает старейшина, епископ — надзиратель, блюститель порядка. Одним словом, епископ и пресвитер — это две функции главы отдельной церковной общины. Как мы сейчас говорим, функции настоятеля прихода.
Апостол Павел указывает на то, какими качествами должен был обладать такой человек. Он должен быть для верующих любящим отцом, мудрым пастырем, но вместе с тем строгим хранителем традиции веры и нравственности. Если обобщить, то его отличительной чертой является здравомыслие, позволяющее ему во всех своих мыслях, чувствах, словах и поступках сохранять умеренность и рассудительность. И это не случайно. Ведь в его руках будут находиться души и судьбы людей. Как же найти подходящую кандидатуру? Апостол Павел даёт Титу подсказку — обращай внимание на семью этого человека. Тот, кто смог устроить собственный домашний быт, сможет руководить и общиной. И речь не только о внешнем благоустройстве. Если у человека мир в собственной душе и собственном доме, соответствующая атмосфера будет и на приходе. Одним словом, «каков поп, таков и приход».
Сказанное Павлом, касается не только вопросов управления Церковью. Озвученный им принцип может стать важным руководством и для каждого из нас. Самым ярким мАркером моей духовной жизни являются мои взаимоотношения с близкими людьми. А ближе домашних у меня никого нет. И зачастую именно эта область для меня самая проблемная. На людях, в обществе, в том числе и в церковном, я могу быть лапочкой и всеобщим любимцем. Навык можно наработать. Зато дома я тиран, скандалист и самовлюблённый нарцисс. Самое печальное, что зачастую я даже не отслеживаю это своё двуличие. Привычка — вторая натура. А если мне кто-то замечает это, у меня всегда один ответ: так в нашей семье повелось, меня окружают люди, с которыми я даже не знаю, как вести себя иначе. А потому и христианство наше зачастую безрадостное. Какая радость может быть у зацикленного на себя эгоиста. Задумаемся над этим и постараемся все силы своей души сосредоточить на исполнении Евангелия там, где нам больше всего не хочется его исполнять, — в своем собственном доме, со своими супругами, детьми, родителями, братьями и сестрами. Лишь в этом случае и наша общественная жизнь будет иметь по-настоящему прочный и твёрдый фундамент.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
28 марта. «Тайна младенчества»

Фото: Kendra Wesley/Unsplash
«Явление словес Твоих просвещает младенцев», — обращался к Богу царь и пророк Давид.
Как успокаиваются малые дети при звуках колыбельной песни или сказа в устах ласковой няни, так благодатно воздействуют на нас, новозаветных христиан, богодухновенные слова из Писаний пророческих или апостольских. Они суть «серебро, семь раз очищенное», — питают не столько слух, сколько дух человеческий, просвещая его светоносной и живительной благодатью Христовой.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Как в катакомбах. Наталия Лангаммер

Наталия Лангаммер
Представьте себе: ночная литургия, в храме темно, только теплятся лампадки и горят свечи, блики играют на каменных стенах, подсвечивая изображение Христа — Пастыря Доброго. Как почти две тысячи лет назад, в катакомбах, где первые христиане совершали литургии.
Там они могли укрыться от гонителей и ночью молиться о претворении хлеба в плоть христову, а вина — в кровь. На стенах не было икон, только символические изображения как пиктограммы, как тайнопись, Виноградная лоза, агнец, колосья в снопах — это тот самый хлеб тела Христова. Птица — символ возрождения жизни. Рыба — ихтис — древний акроним, монограмма имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв слов: Иисус Христос Божий Сын Спаситель на греческом.
В стенах — углубления — это захоронения тел первых христианских мучеников. Над этими надгробиями и совершается преломление хлебов. Служат на мощах святых. Вот и сегодня, сейчас так же. На престоле — антиминс, плат, в который зашиты частицы мощей. Священники в алтаре, со свечами. В нашем храме — ночная литургия. Поет хор из прихожан. Исповедь проходит в темном пределе.
Все это есть сейчас, как было все века с Пасхи Христовой. Литургия продолжается вне времен. В небесной церкви, и в земной. Стоишь, молишься, так искренне, так глубоко. И в душе — радость, даже ликование от благодарности за то, что Господь дает возможность как будто стоять рядом с теми, кто знал Христа,
«Верую во единого Бога Отца, вседержителя...» — поём хором. Все, абсолютно все присутствующие единым гласом. «Христос посреди нас» — доносится из алтаря. И есть, и будет — говорим мы, церковь.
Да, Он здесь! И мы, правда, как на тайной вечерееи. Выносят Чашу. «Верую, Господи, и исповедую, что Ты воистину Христос, Сын Бога живого, пришедший в мир грешников спасти, из которых я — первый».
Тихая очередь к Чаше. Причастие — самое главное, таинственное! Господь входит в нас, соединяя нас во единое Тело Своё. Непостижимо!
Слава Богу, Слава!
Выходишь на улицу, кусаешь свежую просфору. Тишина, темно. Ничто не отвлекает. И уезжаешь домой. А душа остаётся в катакомбах, где пастырь добрый нарисован на стене, якорь, колосья в снопах, в которые собрана Церковь, где Господь присутствует незримо.
Ночная литургия — особенная для меня, удивительная. Такая физическая ощутимая реальность встречи в Богом и благодать, которую ночная тишь позволяет сохранить как можно дольше!
Автор: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Частное мнение
Первый снег

Фото: Melisa Özdemir / Pexels
Это утро было похоже на сотни других. Я вскочил с кровати от срочного сообщения в рабочем чате. Совещания, отчёты, созвоны...
Одной рукой я привычно крепил телефон на штатив. Другой — делал сыну омлет. Ещё не проснувшийся с взъерошенной чёлкой он неторопливо мешал какао, как вдруг неожиданно закричал:
— Папа! Первый снег!
Я вздрогнул, едва удержав тарелку:
— Угу! Ешь, остынет!
Звук на телефоне никак не хотел подключаться. Я спешно пытался всё исправить. Сейчас уже начнётся онлайн-совещание. А мне ещё надо успеть переодеться.
— Папа! Всё белое, посмотри! — сын заворожённо стоял у окна, а я не отрывал глаз от телефона.
Пять минут до созвона. Микрофон всё так же хрипел.
— Это же зимняя сказка! Папа, пошли туда! — сын тянул меня за руку, а я повторял под нос тезисы доклада.
— Ты где, почему не подключаешься? — коллеги в чате стали волноваться.
А я поднял глаза и увидел в окне настоящее нерукотворное чудо. Вчерашний серый и хмурый двор укрылся снежным одеялом. Как хрустальные серьги висели на домах крупные сосульки, а деревья принарядились пушистой белой шалью.
— Я в сказке, — ответил я в рабочем чате, и крепко обнял сына.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе











