
Фото: Олег Варов / Пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси
«...Показалось преосвященному, будто в толпе подошла к нему его родная мать Мария Тимофеевна, которой он не видел уже девять лет, или старуха, похожая на мать, и, принявши от него вербу, отошла и всё время глядела на него весело, с доброй, радостной улыбкой, пока не смешалась с толпой. И почему-то слёзы потекли у него по лицу. На душе было покойно, всё было благополучно, но он неподвижно глядел на левый клирос, где читали, где в вечерней мгле уже нельзя было узнать ни одного человека, и — плакал. Слёзы заблестели у него на лице, на бороде. Вот вблизи ещё кто-то заплакал, потом дальше кто-то другой, потом ещё и ещё, и мало-помалу церковь наполнилась тихим плачем. А немного погодя, минут через пять, монашеский хор пел, уже не плакали, всё было по-прежнему...»
Из позднего — 1902 года — сочинения Чехова «Архиерей» читал народный артист России Владимир Заманский. Именно с эпизода всенощной службы под Вербное воскресение и начался, судя по записной книжке писателя, этот лиричный, проникновенный рассказ, написанный, как вспоминал Бунин — «изумительно». «...Только тот, кто занимается сам литературой и сам испытал эти адские мучения, может постигнуть всю красоту этого произведения». Конец цитаты.
В «Архиерее» преображено многое: и сам автор, издавна страдающий чахоткой; и образ мамы писателя, Екатерины Яковлевны; и многолетнее общение Чехова с священнослужителями; и впечатление от купленной им в ателье фотокарточки, на которой один болеющий крымский епископ бережно обнимает свою престарелую родительницу (эта фотография стояла у Чехова в ялтинском кабинете).
Но главное — думы о том, как может страдать христианская душа честного и благочестивого священноначальника, тяжко хворающего и горько сознающего перед кончиной, как мало стяжал он в своей высокопоставленной жизни — любви.
«...Преосвященный сидел в алтаре, было тут темно. Слёзы текли по лицу. Он думал о том, что вот он достиг всего, что было доступно человеку в его положении, он веровал, но всё же не всё было ясно, чего-то ещё недоставало, не хотелось умирать; и всё ещё казалось, что нет у него чего-то самого важного, о чём смутно мечталось когда-то, и в настоящем волнует всё та же надежда на будущее, какая была и в детстве, и в академии, и за границей.
«Как они сегодня хорошо поют! — думал он, прислушиваясь к пению. — Как хорошо!»
Издавна любимый мною православный литературовед Михаил Дунаев в одной из своих книг вспоминал об архиепископе Иоанне Сан-Франциском (тоже архиерее!), который сетовал, что в чеховском рассказе показана лишь душевная жизнь героя, но не духовная. Учёный осторожно возражал, что мы имеем дело с искусством светским, но не церковным. И ещё обращал внимание на то, что действо произведения, как и в случае с одухотворённым рассказом «Студент», — творится в дни Страстной Седмицы. То есть в неделю, предшествующую Пасхе, когда Церковь вспоминает о крестных страданиях Христа и Его распятии. Для верующего человека это время особого духовного напряжения.
«... Пришла старуха мать. Увидев его сморщенное лицо и большие глаза, она испугалась, упала на колени пред кроватью и стала целовать его лицо, плечи, руки. И ей тоже почему-то казалось, что он худее, слабее и незначительнее всех, и она уже не помнила, что он архиерей, и целовала его, как ребёнка, очень близкого, родного.
— Павлуша, голубчик, родной мой!.. Сыночек мой!.. Отчего ты такой стал? Павлуша, отвечай же мне!..»
Кланяюсь великому актёру, муромскому затворнику и молитвеннику Владимиру Петровичу Заманскому — за это его давнее и дивное чтение.
...Перечитывая «Архиерея», я вдруг поймал себя на желании — забыв, что имею дело с выдуманным героем — помолиться об упокоении души преосвященнейшего Петра (в миру, как мы слышали — Павла), а вослед тому — и раба Божьего Антония. Чехова — то есть.
Все выпуски программы Закладка Павла Крючкова
Псалом 95. Богослужебные чтения
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. Будучи людьми верующими, мы знаем, что история закончится всеобщим судом, на котором правда Божия будет явлена и праведникам, и грешникам. Какие чувства могут наполнять душу грешника более-менее понятно: ужас и отчаяние. Но какие чувства должны наполнять душу того, кто старался жить по заповедям? Ответить на этот вопрос помогает 95-й псалом, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения.
Псалом 95.
1 Воспойте Господу песнь новую; воспойте Господу, вся земля;
2 Пойте Господу, благословляйте имя Его, благовествуйте со дня на день спасение Его;
3 Возвещайте в народах славу Его, во всех племенах чудеса Его;
4 Ибо велик Господь и достохвален, страшен Он паче всех богов.
5 Ибо все боги народов — идолы, а Господь небеса сотворил.
6 Слава и величие пред лицом Его, сила и великолепие во святилище Его.
7 Воздайте Господу, племена народов, воздайте Господу славу и честь;
8 Воздайте Господу славу имени Его, несите дары и идите во дворы Его;
9 Поклонитесь Господу во благолепии святыни. Трепещи пред лицом Его, вся земля!
10 Скажите народам: Господь царствует! потому тверда вселенная, не поколеблется. Он будет судить народы по правде.
11 Да веселятся небеса и да торжествует земля; да шумит море и что наполняет его;
12 Да радуется поле и всё, что на нём, и да ликуют все дерева дубравные
13 Пред лицом Господа; ибо идёт, ибо идёт судить землю. Он будет судить вселенную по правде, и народы — по истине Своей.
Собираясь в весенний лес за сморчками, я решил уточнить на одном из форумов грибников, время, когда эти грибы появляются в Подмосковье. Довольно быстро я нашёл обсуждение, в котором человек делился фотографиями маленьких грибов, которые только начали показываться из-под прошлогодней листвы. При этом из разговора стало ясно, что, делясь фотографиями и общей информацией, никто в таких обсуждениях не рассказывает, где именно он нашёл такую красоту. Оно и понятно, грибов мало, а желающих их собрать много, вот и не делятся грибники открыто найденными местами. Может быть, среди своих только... И то же самое с рыбаками и любителями собирать ягоды. Когда ресурсы ограничены, людям свойственно сохранять их для себя и своих близких. Здесь, наверное, у большинства и вопросов не возникнет. Но ведь бывает и иначе. Иногда люди скрывают даже то, чем могли бы поделиться, просто потому что боятся потерять от этого исключительный статус. Ведь ценность, которая есть у всех, в известном смысле перестаёт быть ценностью. Как ни странно, в религиозном контексте такое тоже встречается. Люди спокойно смотрят на грешников и тех, кто вообще не знает Бога, воспринимая свою формальную близость к Творцу как свой ресурс, своё сокровище, которым они ни с кем не хотят делиться. Например, известно, как отреагировал на покаяние язычников пророк Иона и как Господь вразумлял его, говоря о том, что жители Ниневии тоже достойны Его Божественной заботы. В действительности иудеи практически никогда не миссионерствовали, потому что воспринимали свою близость к Богу как личную историю потомков Авраама, Исаака и Иакова. Однако не в народных привычках, но в высших формах ветхозаветного богословия, мы находим немало слов надежды на обращение к Богу всех людей.
Псалом, который мы сегодня услышали, представляет собой хвалебную песнь Творцу. В ней, Давид обращается ко всей земле, всем народам. Он призывает благословлять Бога и каждый день помнить, что Господь — Спаситель. Соплеменников, которые не привыкли делиться радостью о Боге, псалмопевец призывает возвещать в народах славу Его. Причём, речь не об обличении язычников, но о том, чтобы открыть им правду, ведь они поклоняются идолам, в то время как единственно, кто достоин поклонения — это Творец, Тот, кто создал небо и землю. Призвав иудеев, Давид обращается ко всем племенам и народам. Он призывает их воздать славу Господу, прийти в Его великолепный храм и поклониться Его Святому Имени. И уже после этих призывов Давид говорит о суде Божием над всей землёй. Только призвав всех к прославлению Бога, он как верующий может радоваться грядущему суду, ведь знает, что правда Божия и истина Его в самой своей сути связаны с Его любовью и не оставляют людей без надежды.
Псалом 95. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 95. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Деяния святых апостолов
Деян., 35 зач., XIV, 20-27

Комментирует священник Антоний Борисов.
Существует романтическое представление о том, что распространение христианства по Римской империи было лёгким и беспроблемным. На самом деле это не так. Ученики Иисуса Христа, святые апостолы, встречали массу препятствий для своей миссии. Одной из преград, которую им предстояло преодолеть, были многочисленные языческие культы. Об этом, среди прочего, говорится в отрывке из 14-й главы книги Деяний святых апостолов, что читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 14.
20 Когда же ученики собрались около него, он встал и пошел в город, а на другой день удалился с Варнавою в Дервию.
21 Проповедав Евангелие сему городу и приобретя довольно учеников, они обратно проходили Листру, Иконию и Антиохию,
22 утверждая души учеников, увещевая пребывать в вере и поучая, что многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие.
23 Рукоположив же им пресвитеров к каждой церкви, они помолились с постом и предали их Господу, в Которого уверовали.
24 Потом, пройдя через Писидию, пришли в Памфилию,
25 и, проповедав слово Господне в Пергии, сошли в Атталию;
26 а оттуда отплыли в Антиохию, откуда были преданы благодати Божией на дело, которое и исполнили.
27 Прибыв туда и собрав церковь, они рассказали всё, что сотворил Бог с ними и как Он отверз дверь веры язычникам.
Ко времени Рождества Христова религиозная жизнь Римской империи имела крайне специфический характер. Римляне старались объединить все верования в одну общую религию. Это делалось исключительно с политической целью. Империю населяли разные народности, каждая из которых имела свои представления о духовной реальности. Желая сплотить многочисленное население, государство не только принимало соответствующие законы, но и стало объединять все имеющиеся божества в один пантеон, то есть собрание идолов. Сначала рядом оказались греческие и римские боги, а затем к ним присоединились боги иных народов.
Все языческие божества, включённые в пантеон, признавались истинными. Стремление угодить многочисленным божествам привело к тому, что многие римляне вовсе утратили веру и стали атеистами. Другие же, поддавшись суеверным страхам, стали бояться не учесть каких-то неизвестных богов. Поэтому в Афинах, например, был основан жертвенник в честь неведомого бога. Ещё одной отличительной особенностью римского язычества было обожествление императора. Начиная с Августа Октавиана, очередной правитель империи включался в пантеон, в честь него также приносились жертвы.
Христиане не только отказывались почитать языческих идолов, они не признавали и божественность императора. Церковь готова была подчиняться кесарю как светскому правителю, но не более. Такая позиция являлась прямым нарушением имперских законов. Это, в итоге, стало поводом для организации против христиан жестоких гонений.
Как говорится в прозвучавшем чтении, апостолы, несмотря на все угрозы, активно проповедовали язычникам, рассказывали им об истинном Боге, Который, в отличие от идолов, живой, настоящий, действующий и, самое важное, любящий. Он, не требует жертв, как языческие божки, но Сам Собой пожертвовал на Голгофе для того, чтобы вернуть людям Царство Божие. И чтобы войти туда, стать частью реальности Господней, люди призываются и словом, и делом жить в соответствии с заповедями Христовыми. Примером такой жизни стали сначала апостолы, а затем все те христиане, что приняли крещение не ради формальности, а ради Христа. Особая же ответственность в деле явления примера жизни по заповедям легла на клириков: епископов и священников.
Апостолы не могли оставить своё служение и прекратить миссионерские путешествия. Поэтому они либо оставляли в основанных общинах своих помощников, либо избирали главу общины из её членов. Так появились пресвитеры — в переводе с греческого «старейшины» или «смотрители». С течением времени христианские общины стали разрастаться в размерах. Один пресвитер уже не мог окормлять множество христиан. Поэтому для служения в данной общине апостолами поставлялся ещё один пресвитер, затем ещё один.
К концу первого века число пресвитеров значительно увеличилось. При этом все апостолы скончались — в большинстве своём от рук мучителей. Требовались те, кто должен был их заменить. Из своей среды пресвитеры выбрали наиболее мудрых пастырей, которые стали именоваться епископами и продолжили дело апостолов. В частности, они получили право поставлять новых служителей. Остальные же пресвитеры начали именоваться священниками. Они стали помощниками епископов в деле совершения таинств, окормления мирян и проповеди слова Божия. Прежде всего, для того, чтобы тьма язычества никогда уже не вернулась и не обманула людей.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 95. На струнах Псалтири
1 Воспойте Господу песнь новую! Воспой Господу, вся земля!
2 Воспойте Господу, благословляйте имя Его, возглашайте всяк день, что в Нем спасение наше!
3 Возвещайте племенам славу Его, всем народам чудеса Его!
4 Ибо велик Господь и прославлен Он, грозен для всех богов.
5 Ибо все боги язычников бесы; а Господь небеса сотворил.
6 Славословие и красота пред Ним, святость и великолепие во святилище Его.
7 Принесите Господу дары, отцы племен, воздайте Господу славу и честь!
8 Воздайте славу имени Господа! Возьмите жертвы и входите во дворы Его!
9 Поклоняйтесь Господу во дворе святом Его! Да поколеблется пред лицом Его вся земля!
10 Скажите народам, что Господь воцарился; ибо утвердил Он вселенную, и не поколеблется она; судить будет Он народы по правде Своей.
11 Да возвеселятся небеса, и да радуется земля! Да поколеблется море и все сущее в нем!
12 Возрадуются поля и все живущие на них; тогда возрадуются все деревья дубравные пред лицом Господним;
13 Ибо Он идет, идет судить землю, судить вселенную праведно и народы — по истине Своей.











