Поделиться
«...Моя задача не только рассказать о русской поэзии и русских поэтах, но прежде всего, пробудить любовь к стихам. (К сожалению, в силу разного рода причин их читают всё меньше и меньше.) Однако пренебрежение к поэзии опасно. Оно за себя мстит. Наша речь стала вялой, малограмотной — дошло до того, что даже дикторы телевидения перестали склонять числительные... А ведь в русской поэзии запечатлен не только наш язык, но и наша история, наша культура, особенность и неповторимость России. Вот почему нелюбовь к стихам приводит к падению не просто памяти каждого из нас, но и нашей общей исторической памяти. Отвергая родную поэзию, мы становимся беспамятным народом, а это пострашней любых экологических бедствий».
Это был фрагмент из вступления к сборнику эссе Владимира Корнилова под названием «„Покуда над стихами плачут...“ Книга о русской лирике».
Читал Алексей Дементьев.
Поэта Владимира Николаевича Корнилова, родившегося в конце 1920-х, не стало в январе 2002-го, в начале святочной недели. Он по-мальчишески мечтал дотянуть до вхождения в Новый, загадочный для него век. Успелось.
Эта его заветная книга о поэзии — своего рода завещание и послание. Послание того, кто искренне считал себя неверующим, а в самом конце своего земного бытия выдохнул такие строки: «...Надо мукой очистить слух,/ Чтобы слышен был чудный звук». Мука — это жестокая болезнь, терзавшая его в конце жизненного пути.
Не она ли диктовала ему — вечному борцу за справедливость — удивительные поэтические слова: «Едва я от Всевышнего/ Услышал эту весть,/ Как вмиг отбросил лишнее,/ Ведь мне всего не снесть./ И не скажу, что праведно/ Вся жизнь моя пошла,/ Зато целенаправленно,/ Хотя и тяжела». Конечно, это было своего рода духовное прозрение, пришедшее к нему по милости Божьей.
Его последняя книга о русской лирике, названной строчкой из Бориса Слуцкого — «Покуда над стихами плачут...» — и есть тот самый, целенаправленный путь.
Сборник статей о поэзии и поэтах (от Державина, Пушкина, Боратынского, Блока и до современников автора) он открыл своим стихотворением 1991 года «Вольная поэзия России». Эти стихи оказались благодарением и признанием в любви. Кому же? Да — ей, поэзии:
«Всё же не совсем ослабла память / Для твоих стихов и для поэм, / Оттого ни слова не добавить — / Я тебе давно обязан всем. // Ты нисколько не литература, / Ты моя отрада и беда: / Темперамент и температура / У тебя зашкалены всегда. // Ты недаром наставляла строго, / Чтоб не опасался неудач / И такого отвергал с порога, / Кто не холоден и не горяч...»
В последних строчках этой баллады — отражение слов из «Откровения Иоанна Богослова»: «Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч! Но как ты тёпл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих»...
«...Любовь всегда причудлива, потому что не подчинена определенным жестким законам, она всегда неожиданна, всегда как бы впопыхах, как бы впервые... Любовь к стихам тоже причудлива, она не терпит принуждения, насильно ее не привьешь. В лирике нет постоянных норм и правил, наоборот, она всегда как бы вечное их нарушение... Это и дает поэзии бессмертие. Работая над книгой, я все время мысленно видел себя подростком и старался представить, что в стихах могло бы увлечь того далекого юного меня. Я не собирался объять необъятное и писал лишь о том, что мне ближе всего в русской поэзии, что меня всегда восхищало в ней и волнует до сих пор. Ведь, если не волнуешься сам, не заразишь своим волнением других».
В конце 1990-х, даря мне книгу о русской лирике, Владимир Николаевич Корнилов надписал её словами — цитирую — «...спасибо за интерес». Прошли годы, и мой интерес к сердечному влиянию поэзии на читателя, в конце концов, привел меня и на радио «Вера». Думаю, что без книги «Покуда над стихами плачут...» этого могло бы и не случиться.
Послание к Римлянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел. Мозаика
Рим., 106 зач., XI, 13-24
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА, священник Стефан Домусчи. Какая мысль оказывается одной из самых ложных и опасных для людей, которые становятся христианами? Ответ на этот вопрос звучит в отрывке из 11-й главы послания апостола Павла к Римлянам, который читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 11.
13 Вам говорю, язычникам. Как Апостол язычников, я прославляю служение мое.
14 Не возбужу ли ревность в сродниках моих по плоти и не спасу ли некоторых из них?
15 Ибо если отвержение их — примирение мира, то что будет принятие, как не жизнь из мертвых?
16 Если начаток свят, то и целое; и если корень свят, то и ветви.
17 Если же некоторые из ветвей отломились, а ты, дикая маслина, привился на место их и стал общником корня и сока маслины,
18 то не превозносись перед ветвями. Если же превозносишься, то вспомни, что не ты корень держишь, но корень тебя.
19 Скажешь: «ветви отломились, чтобы мне привиться».
20 Хорошо. Они отломились неверием, а ты держишься верою: не гордись, но бойся.
21 Ибо если Бог не пощадил природных ветвей, то смотри, пощадит ли и тебя.
22 Итак видишь благость и строгость Божию: строгость к отпадшим, а благость к тебе, если пребудешь в благости Божией; иначе и ты будешь отсечен.
23 Но и те, если не пребудут в неверии, привьются, потому что Бог силен опять привить их.
24 Ибо если ты отсечен от дикой по природе маслины и не по природе привился к хорошей маслине, то тем более сии природные привьются к своей маслине.
Смирение — одна из тех добродетелей, о которой человек слышит практически сразу, как только переступает порог Церкви. О ней говорят в проповедях, пишут в книгах, красоту смирения объясняют во время пастырских бесед на исповеди. При этом порой призыв к смирению демонстрируется через возможность падения. Например, человеку говорят — не превозносись над другими людьми, когда видишь их грехи, потому что и сам можешь так же упасть. Многие из нас слышали такое присловье: в чём осудишь, в том побудешь... Оно демонстрирует именно эту логику: смирение через осознание своей прошлой, нынешней и возможной будущей греховности. В то же время, о том, чтобы помнить своё место, свою меру и не задирать нос, можно говорить по-другому.
Когда превозносятся люди светские, они измеряют себя и других по нормам, которые существуют в обществе. Эти нормы безличны, и каждый просто стремится соответствовать им в меру сил и способностей. Иногда, приходя в Церковь люди распространяют на свою религиозную жизнь такой же подход. Они воспринимают правила благочестия как просто объективно данные и, если у них получается что-то лучше других, они воспринимают себя как чемпионов в этой добродетели. Однако в христианстве, как бы странно это ни звучало, нет никаких объективно существующих безличных правил. Всё то, что мы для себя как люди привыкли называть правилами, на самом деле воля живого и личностного Бога, для Которого среди людей нет чужих или нелюбимых. Конечно, люди сами могут вести себя как чужие и нелюбимые, но как только обращаются к Нему, Он тут же принимает их как Своих детей. В этом смысле, о смирении можно говорить не только через память о собственных грехах, но и через память о той любви, которой у Бога хватит на всех.
Именно так рассуждает апостол Павел в отрывке из послания к римлянам, который мы сейчас услышали. «Язычники, — говорит он, — не превозноситесь над отпавшими иудеями». Потому что Бог в любой момент будет готов принять их обратно, ведь они Ему совсем не безразличны. Он ждет их и любит их... Он попустил их падение, чтобы вы могли прийти на их место. Услышать его мысль важно и нам сегодня. Мы привыкли говорить о смирении в контексте собственных грехов и это обедняет наш взгляд. Стремясь к рассудительной оценке своей жизни нам не стоит превозноситься не только потому, что в любой момент мы можем упасть, но и потому окончательная и оценка будет зависеть не от мертвых правил, а от живого Бога, который готов принять всякого, искренне приходящего к Нему.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 105. Богослужебные чтения
Поделиться
В романе Ф.М. Достоевского «Братья Карамазовы» есть одна яркая, глубокая мысль, вложенная в уста старца Зосимы: каждый перед всеми за всех виноват.
105-й псалом, который сегодня читается в храмах за богослужением, очень красочно раскрывает мысль литературного героя Достоевского. Давайте послушаем фрагмент этого псалма.
Псалом 105.
1 Славьте Господа, ибо Он благ, ибо вовек милость Его.
2 Кто изречёт могущество Господа, возвестит все хвалы Его?
3 Блаженны хранящие суд и творящие правду во всякое время!
4 Вспомни о мне, Господи, в благоволении к народу Твоему; посети меня спасением Твоим,
5 дабы мне видеть благоденствие избранных Твоих, веселиться веселием народа Твоего, хвалиться с наследием Твоим.
6 Согрешили мы с отцами нашими, совершили беззаконие, соделали неправду.
7 Отцы наши в Египте не уразумели чудес Твоих, не помнили множества милостей Твоих, и возмутились у моря, у Чермного моря.
8 Но Он спас их ради имени Своего, дабы показать могущество Своё.
9 Грозно рёк морю Чермному, и оно иссохло; и провёл их по безднам, как по суше;
10 и спас их от руки ненавидящего и избавил их от руки врага.
11 Воды покрыли врагов их, ни одного из них не осталось.
12 И поверили они словам Его, и воспели хвалу Ему.
13 Но скоро забыли дела Его, не дождались Его изволения;
14 увлеклись похотением в пустыне, и искусили Бога в необитаемой.
15 И Он исполнил прошение их, но послал язву на души их.
16 И позавидовали в стане Моисею и Аарону, святому Господню.
17 Разверзлась земля, и поглотила Дафана и покрыла скопище Авирона.
18 И возгорелся огонь в скопище их, пламень попалил нечестивых.
19 Сделали тельца у Хорива и поклонились истукану;
20 и променяли славу свою на изображение вола, ядущего траву.
21 Забыли Бога, Спасителя своего, совершившего великое в Египте,
22 дивное в земле Хамовой, страшное у Чермного моря.
40 И воспылал гнев Господа на народ Его, и возгнушался Он наследием Своим
41 и предал их в руки язычников, и ненавидящие их стали обладать ими.
42 Враги их утесняли их, и они смирялись под рукою их.
43 Много раз Он избавлял их; они же раздражали Его упорством своим, и были уничижаемы за беззаконие своё.
44 Но Он призирал на скорбь их, когда слышал вопль их,
45 и вспоминал завет Свой с ними и раскаивался по множеству милости Своей;
46 и возбуждал к ним сострадание во всех, пленявших их.
47 Спаси нас, Господи, Боже наш, и собери нас от народов, дабы славить святое имя Твоё, хвалиться Твоею славою.
48 Благословен Господь, Бог Израилев, от века и до века! И да скажет весь народ: аминь! Аллилуия!
Заметим, что, говоря о грехах народа, псалмопевец не говорит: «Господи, посмотри на этих грешников, какие негодяи, ужас, что они натворили»! Он говорит иное: «мы согрешили». Я принадлежу человеческой ткани, где чужой грех легко становится моим соблазном, а моя холодность — чужим падением. Все связаны со всеми; и ниточки нашего настоящего уходят именно туда, в историю, в наше «непрошедшее прошлое».
В 105-м псалме перед нами раскрывается бегство еврейского народа из Египта, спасение в чудесном переходе через Красное море — и тут же — ропот, предательство, тоска по «египетским котлам» с мясом и чесноком. А история с золотым тельцом чего стоит? Это ведь не просто «отпадение», это глубинное требование народа иного Бога — не Того, к Которому восходит Моисей для заключения завета! Золотой телец — символ всякой религии удобства. Бог, о Котором говорит Моисей, — невидим, свободен, свят, да ещё и очень требователен! Телец, напротив, видим, управляем, сделан собственными руками, его можно носить, украшать, поставить в центр праздника. А самое главное — идол — это божок, которого можно контролировать — то есть — управлять им!
Псалом, проводя нас сквозь всю тяжесть грехов и отпадений, бывших в истории еврейского народа, учит нас очень важному: пока народ помнит о Боге — и Бог помнит его. И именно в этой «Божественной памяти» народ осознаёт сам себя, понимает, что и кто он есть; говоря современным языком, не утрачивает своей идентичности.
105-й псалом очень хорошо читать, когда подкатывает ощущение непреодолимости ошибок былого — если его спокойно и внимательно прочитать, не торопясь, не перескакивая, — нетрудно увидеть, что Божественная милость всё же куда больше и сильнее, чем самые тяжкие наши, человеческие, грехи и ошибки!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Помочь семье из Луганска восстановить документы и больше не расставаться
Поделиться
У Ольги из Луганской народной республики трое детей. Старшие — семилетний Миша и шестилетняя Арина — больше двух лет провели в приюте. Причиной стало отсутствие нормальных условий для жизни. Ольга с детьми жила в старом полуразрушенном доме, который достался ей от матери, но не была там зарегистрирована. Из-за проблем с пропиской женщине не удалось вовремя получить российский паспорт, устроиться на официальную работу и оформить детские пособия. Семья оказалась за чертой бедности, а на восстановление документов через суд у Ольги не было ресурсов.
Всё это время женщина делала попытки вернуть сына и дочь домой: подрабатывала сиделкой, регулярно навещала детей в интернате. Выход появился, когда Ольга встретила своего нынешнего супруга. Михаил помог ей восстановить паспорт, а после этого вернуть детей в их уже общий дом.
Сегодня семья Ольги и Михаила живёт скромно. Они ведут небольшое хозяйство, вредных привычек не имеют. В прошлом году у пары родился младший сын. Вопрос с регистрацией Ольги пока не решён, оформление документов на дом в соответствии с российским законодательством требует времени. А это значит, что пособия и материнский капитал получить она не может, как и устроить младшего ребёнка в детский сад.
Чтобы наладить жизнь и больше никогда не разлучаться с детьми, семье нужна поддержка. Оказывает её фонд «Ясное дело». Он объявил сбор на покупку детской мебели, гуманитарную помощь и юридическое сопровождение для Ольги и Михаила. Поддержать их можно на сайте проекта.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
