
Рембрандт (1606—1669) Апостол Павел
Рим., 106 зач., XI, 13-24.

Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Стоит ли молиться за неверующих родственников? Или за людей, которые поступили со мной несправедливо, пренебрегая евангельскими заповедями? Вопрос, который священник нередко слышит от своих прихожан. Тот отрывок из 11 главы послания апостола Павла к Римлянам, который звучит сегодня в православных храмах, даёт ответ на этот вопрос. Давайте послушаем.
Глава 11.
13 Вам говорю, язычникам. Как Апостол язычников, я прославляю служение мое.
14 Не возбужу ли ревность в сродниках моих по плоти и не спасу ли некоторых из них?
15 Ибо если отвержение их — примирение мира, то что будет принятие, как не жизнь из мертвых?
16 Если начаток свят, то и целое; и если корень свят, то и ветви.
17 Если же некоторые из ветвей отломились, а ты, дикая маслина, привился на место их и стал общником корня и сока маслины,
18 то не превозносись перед ветвями. Если же превозносишься, то вспомни, что не ты корень держишь, но корень тебя.
19 Скажешь: «ветви отломились, чтобы мне привиться».
20 Хорошо. Они отломились неверием, а ты держишься верою: не гордись, но бойся.
21 Ибо если Бог не пощадил природных ветвей, то смотри, пощадит ли и тебя.
22 Итак видишь благость и строгость Божию: строгость к отпадшим, а благость к тебе, если пребудешь в благости Божией; иначе и ты будешь отсечен.
23 Но и те, если не пребудут в неверии, привьются, потому что Бог силен опять привить их.
24 Ибо если ты отсечен от дикой по природе маслины и не по природе привился к хорошей маслине, то тем более сии природные привьются к своей маслине.
Евреи в своём большинстве не приняли Христа. И для Павла, который был плоть от плоти богоизбранного народа, это было личной трагедией. А потому он делится со своими новыми братьями, христианами из язычников, своей болью. Здесь можно выделить ряд важных мыслей.
Апостол уверен в том, что его кровные братья не отвергнуты Богом до конца. На это указывают два образа. Первый — образ начатка. Речь идёт о том, что часть урожая по закону Моисея необходимо было приносить в дар Богу. Однако эта часть освящала всё целое. Так если человек хотел посвятить Господу хлеб, то он приносил ему в жертву кусочек хлеба. Этот начаток освящал всё тесто. Второй образ — это образ дерева. Принцип тот же самый. Если его посадили с мыслью о Творце, с молитвой, то позже каждая его веточка, не только корень, считалась священной. Параллель, по мысли апостола Павла, очевидна. Если корень еврейского народа, такие великие патриархи, как Авраам, Исаак, Иаков, Иосиф и другие святые праотцы Израиля, были избраны Богом и посвящены ему, то и весь народ, который от них произошёл, является народом священным. В определённой степени он продолжает жить духовным наследием своих предков. Это в его крови.
Поэтому апостол Павел призывает христиан из язычников не осуждать и не презирать своих старших братьев. Для этого им неплохо бы почаще приводить себе на ум образ маслины. Сами они всего лишь ветви от дикого пустынного растения, которые были привиты к садовой, культурной маслине. Это великая милость Божия, что они вошли в Церковь. Но они не должны забывать, что своими корнями Церковь Христова восходит к Церкви Ветхозаветной, которая состояла преимущественно из евреев. Более того, им следовало бы помнить, что природные ветви были отсечены именно из-за подобных высокомерных настроений к окружающим, из-за нездорового ощущения собственной исключительности и значимости. И если христиане будут поддаваться таким же настроениям, то подобное случится уже с ними и ещё быстрее.
Наконец, апостол высказывает надежду на то, что когда-то евреи одумаются и примут Христа. Природная веточка привьётся к своей маслине ещё быстрее, чем дикая. Ведь для Бога нет ничего невозможного, была бы вера в человеке. И если это произойдёт, то миру явится великая слава. Ведь если благодаря тому, что иудеи были отвержены, язычники примирились с Богом, то какого масштаба окажет на историю событие возвращения к Богу иудеев. Его грандиозность Павел сравнивает с воскресением мёртвых.
Замечательные духовные принципы открывает нам это чтение. Оно не только предостерегает нас от осуждения и превозношения, побуждая следить за собой, не выискивая соринку в глазе брата своего, оно дарит надежду. Ведь не только те, кто нас окружает, могут блуждать вдали от Отчего дома, но и мы сами в каком-то смысле блудные дети. У всех нас нет подобающей ясности в сердце и нередко туман в голове. Но, несмотря на это, каждого из нас, где бы мы ни скитались, любит и ждёт наш Небесный Отец.
На остановке

Фото: Jana Shnipelson / Unsplash
Привычный маршрут встречает мелкой моросью в лобовое стекло. Небо серое. Еду на работу. На перекрёстке скопились машины — красный свет, останавливаюсь.
Взгляд падает на автобусную остановку на другой стороне улицы. Там стоит пожилая пара. Невысокая женщина в бежевом плаще и светло-бордовой косынке слегка опирается на сумку-тележку. Рядом с ней сухощавый спутник в брюках, серой болоньевой куртке и с чёрной матерчатой сумкой для продуктов. Он делает к женщине шаг и аккуратно заправляет торчащий кончик косынки под воротник плаща. Мужчина делает это бережно, не спеша. Когда он заканчивает, то женщина поворачивается к нему, и её лицо меняется в улыбке, будто молодеет на глазах.
Они продолжают просто стоять рядом, а я чувствую тихую радость. И как-то светлее всё становится вокруг, будто-то потеплело за окном.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Добродушный великан

Фото: Bruno Kraler / Pexels
Однажды моё рабочее утро на автомобильной заправочной станции началось со знакомства с огромным псом. Видимо, он забрёл к нам — подальше от дороги.
Это был метис крупных пород: сенбернара, кавказской овчарки, а возможно и московской сторожевой. Как он здесь оказался — никто из коллег не знал. Он улёгся на лужайке возле пожарного щита и, кажется, не собирался никуда идти.
Я решил подойти к нему не с пустыми руками. Миска с гречкой, перемешанной с тушёнкой, стала залогом нашего успешного знакомства. Через 10 минут я уже гладил собаку.
Рассвет — так мы с коллегами назвали этого «четвероногого странника» — теперь живёт на заправке. У него есть свой вольер с будкой и лежанка. Не знаю почему, но теперь, когда моё рабочее утро начинается с заботы об этом добродушном великане, на душе у меня становится теплее. Для этого я прихожу пораньше и отношу ему миску с едой, а взамен получаю звонкий лай.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Имбирный нокаут

Фото: Gundula Vogel / Pexels
Я работаю тренером по боксу. И как-то, возвращаясь после соревнований из другого города, прилетел в Москву рано утром. По пути из аэропорта заехал в магазин — жена приболела и попросила купить лимонов. И вот стою во фруктовом отделе, выбираю цитрусы, и вижу рядом в лотке с имбирём необычное корневище. По форме оно напоминало человечка. Причём весёлого: руки были направлены вверх, а ноги будто согнуты перед прыжком, голова слегка наклонена набок. Он будто танцевал...
Я не собирался покупать имбирь, но тут сообразил, что чай с имбирём и лимоном — это двойной удар по простуде. Но я немного ошибся. В моём случае удар был даже не двойным. Корень в виде танцующего человечка вызвал такую радость у супруги, что её самочувствие тут же улучшилось.
— Да, — подумал я. — Пожалуй, утро, которое начинается с улыбки и имбирно-лимонного чая, вполне может отправить простуду в нокаут.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе











