Поделиться
После Распятия и Воскресения Христа множество людей поверили в Него, как в Сына Божия и стали называть себя христианами. Вера эта была настолько сильной, что Благая Весть о Спасителе начала стремительно распространяться по всей земле. Рассказ о евангельских событиях не только передавали изустно – многие верующие его записывали. Так, уже в первом веке образовался целый пласт христианской литературы.
Она была разножанровой. Это и повествования о жизни и чудесах Иисуса Христа, и рассказы о проповеди Его учеников, и переписка первых христиан. Литературные памятники о молодой религии в христианских общинах составляли библиотеку священных книг. В разных городах и странах в такие священные библиотеки включали в себя и разные книги.
История сохранила множество книг, свидетельствующих о Христе. Однако только двадцать семь из них были признаны каноническими, то есть принятыми всей Вселенской Церковью, и составили Новый Завет. Некоторые книги из тех, что читали ранние христиане, Церковь признает душеполезными, но в канон не включает. Это, например, два послания римского епископа КлИмента, писания ИустИна Философа. Некоторые же, такие, как евангелие от Фомы или евангелие от Иакова, Церковь называет апокрифами, дословно с греческого – скрытыми, и отвергает их подлинность. Как давно был принят этот канон? И насколько выбор Церкви соответствует литературным предпочтениям первых христиан? Ответ на эти вопросы был получен в середине восемнадцатого века в виде рукописи, которую обнаружил в Амброзианской библиотеке итальянского города Милана крупнейший историограф того времени Лудовико Антонио Муратори.
Мнение эксперта:
Артефакт, который обнаружил Антонио Муратори, представляет собой двадцать шесть листов грубого пергамента, на которых на латинском языке от руки переписано несколько богословских трудов первых веков. Эта рукопись вместе с другими ценными историческими документами была перевезена в семнадцатом столетии в Амброзианскую библиотеку города Милана из аббатства Боббио – монастыря, основанного в 614 году ирландским миссионером Колумбаном. Очевидно, что пергаментную рукописную книгу составил в конце седьмого – начале восьмого века один из насельников аббатства, на протяжении своей жизни собиравший в нее понравившиеся ему тексты.
Среди записей древнего пергамента особое внимание Муратори привлекли строки, расположенные на десятом и одиннадцатом листах. Это был список книг Нового Завета, принятый в самом начале второго века –едва ли не самое первое перечисление произведений, читаемых во время богослужений. Оказалось, что древнейший перечень канонических сочинений, названный по имени своего открывателя каноном Муратори, включает в себя книги, входящие в Новый Завет и сегодня. В Мураториев канон не вошли лишь три новозаветных текста: послание к евреям апостола Павла, послание апостола Иакова и второе послание апостола Петра.
Несмотря на то, что Мураториев канон обнаружен как часть рукописи седьмого-восьмого веков, из самого текста следует, что он был написан во второй половине второго столетия. Так, возглавлявший Римскую кафедру епископ Пий Первый упомянут в нем, как живший недавно.
Монах аббатства Боббио не был автором канона Муратори – он лишь перевел на латынь более ранний греческий оригинал. О том, что это именно перевод, свидетельствуют шероховатости и неточности латинского языка, которым переписчик, по всей видимости, владел не в совершенстве. Версию перевода подтвердили и фрагменты канона, обнаруженные позднее в библиотеке аббатства МОнте-КассИно. Смысл этих отрывков полностью соответствует документу Муратори, а вот формулировки отличаются. Наиболее вероятно, что автором канона был святой Ипполит Римский – образованный и плодовитый христианский писатель, живший на рубеже второго и третьего веков.
Стоит заметить, что Канон Муратори – это не просто перечисление книг, а своеобразное введение в Новый Завет, с комментариями и пояснениями.
Мнение эксперта:
Начало Мураториева канона в пергаментной рукописи не сохранилось. Текст начинается с упоминания Евангелий от Луки и от Иоанна, но при этом они названы третьей и четвертой книгами Нового Завета. Несомненно, что первыми в этом перечне были Евангелия от Матфея и Марка. Эти произведения автор называет общепризнанными и священными, придает им исключительное значение. Он восхищается тем, насколько четыре Евангелия согласуются между собой по существу и видит причину этого согласия в том, что писатели вверили себя руководству Святого Духа.
Статус принятых Церковью автор древнего канона присваивает также Книге апостольских деяний, посланиям апостолов Павла, Иуды, Иоанна, Книге Апокалипсиса – все они входят в свод Священного писания, принятый и сегодня. Несколько сомнительных произведений составитель Мураториева канона называет неприемлемыми для церковного чтения, поскольку, по его выражению, «нельзя смешивать желчь с медом».
Говоря о признанных произведениях Священного писания, автор канона Муратори подчеркивает, что они приняты не отдельными общинами, а Церковью, которую он называет Вселенской. Она рассеяна по всей земле, но при этом пребывает в единомыслии силой Святого Духа.
А соответствие древнего перечня священных книг современному составу Нового Завета свидетельствует о том, что не только расстояния, но и время не нарушает единства Церкви, незыблемой целостности ее веры и мудрости.
Евгения Павлычева
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
Поделиться
1 Кор., 125 зач., I, 18-24
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Как известно, иудеи не приняли спасительную евангельскую весть. Они не сумели увидеть в Иисусе из Назарета чаемого пророками древности Мессию. У иудеев были свои аргументы, с которыми мы — христиане — согласиться не можем, ведь у нас есть не только свидетели Христова Воскресения, но и внутреннее свидетельство нашего опыта жизни во Христе, и этот опыт говорит о том же, о чём и Евангелие: Иисус из Назарета есть Христос, Он родился от Девы, Он пострадал и умер на Кресте, Он воскрес из мёртвых и вознёсся на Небо с тем, чтобы снова прийти для суда над живыми и мёртвыми; мы верим, что Его Царство будет бесконечным. Для нехристианского мира наша вера представляется смешной и нелепой, так было с первых лет исторического бытия Церкви, о чём и говорит звучащий сегодня во время литургии в православных храмах отрывок из 1-й главы Первого послания к Коринфянам святого апостола Павла. Давайте послушаем эти новозаветные слова.
Глава 1.
18 Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых,- сила Божия.
19 Ибо написано: погублю мудрость мудрецов, и разум разумных отвергну.
20 Где мудрец? где книжник? где совопросник века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?
21 Ибо когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих.
22 Ибо и Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости;
23 а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие,
24 для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость;
Апостол Павел, конечно же, прекрасно знал о причинах, которые привели Спасителя на Крест. Он знал о постепенно нарастающем конфликте Христа с иудеями, знал, что ненависть ко Христу со стороны некоторых из них в какой-то момент начала приобретать форму одержимости. Более того, Павел до своего призвания к апостольству сам был тем, кто пылал по отношению ко Христу ничем рациональным не обусловленной злобой. При желании Павел мог бы написать пространный трактат с анализом причин конфликта иудеев и Христа, однако апостол поступил иначе: он, как мы только что услышали, написал, что иудеи требуют чудес и что для них распятый Христос — это соблазн.
С соблазном всё более-менее понятно, ведь само упоминание о Распятом Боге — это уже нечто странное, то, что смущает не только иудеев: слабый Бог, да ещё и Бог умирающий — это вызов для кого угодно. Однако апостол Павел в прозвучавшем сегодня отрывке своего послания написал и о том, что иудеи требуют чудес. Это довольно странно, особенно если вспомнить, что иудеи были свидетелями чудес Христовых, и эти чудеса не произвели на них особого впечатления, скорее даже наоборот, чудеса Христовы озлобили иудеев, ведь именно после чрезвычайного чуда воскрешения Лазаря иудеи приняли решение убить Спасителя мира.
Так каких же таких чудес требуют иудеи? Что имел в виду апостол Павел?
Ответить на эти вопросы нам помогает знание Евангелия и контекст прозвучавшего сегодня отрывка: апостол упомянул не только иудеев, но и эллинов — то есть язычников-греков, — для которых Крест Христов — это безумие. Здесь же мы услышали и упоминание интеллектуально одарённых людей, которые также не сумели принять проповедь об умершем на Кресте Боге.
Всех этих людей — иудеев, язычников, мудрецов — объединяет одно: они все пытались втиснуть Непостижимого Бога в ими самими созданные рамки. Они полагали, что Бог должен быть таким, каким они Его себе представляют. И действовать Он должен так, как они запланировали.
Бога, ставшего Человеком, невозможно ни выдумать, ни понять.
Об умершем Боге невозможно помыслить.
Поклонение Царю, Царство Которого не от мира сего, не имеет смысла для людей мира сего.
Сегодня Церковь совершает празднование в честь Воздвижения Креста Господня, и прозвучавшим сегодня отрывком из Первого послания к Коринфянам Церковь вновь задаёт нам вечно актуальный вопрос: а не пытаемся ли и мы втиснуть Бога в рамки своих о Нём представлений? Готовы ли мы подчиниться Богу, а не пытаться подчинить Его себе?
Пусть же наш ответ будет аналогичен ответу апостола Павла и Церкви Христовой!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 9. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. Нередко людям очень хочется, чтобы Бог вмешался в историю и навёл порядок в человеческих отношениях. Но почему этого не происходит? По крайней мере явным для всех образом. Прикровенный ответ звучит в 9-м псалме, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте послушаем его отрывок.
Псалом 9.
20 Восстань, Господи, да не преобладает человек, да сУдятся народы пред лицом Твоим.
21 Наведи, Господи, страх на них; да знают народы, что человеки они.
22 Для чего, Господи, стоишь вдали, скрываешь Себя во время скорби?
23 По гордости своей нечестивый преследует бедного: да улОвятся они ухищрениями, которые сами вымышляют.
24 Ибо нечестивый хвалится похотью души своей; корыстолюбец ублажает себя.
25 В надмении своём нечестивый пренебрегает Господа: «не взыщет»; во всех помыслах его: «нет Бога!»
26 Во всякое время пути его гибельны; суды Твои далеки для него; на всех врагов своих он смотрит с пренебрежением;
27 говорит в сердце своём: «не поколеблюсь; в род и род не приключится мне зла»;
28 уста его полны проклятия, коварства и лжи; под языкОм его — мучение и пагуба;
29 сидит в засаде за двором, в потаённых местах убивает невинного; глаза его подсматривают за бедным;
30 подстерегает в потаённом месте, как лев в лОговище; подстерегает в засаде, чтобы схватить бедного; хватает бедного, увлекая в сети свои;
31 сгибается, прилегает, — и бедные падают в сильные когти его;
32 говорит в сердце своём: «забыл Бог, закрыл лицо Своё, не увидит никогда».
33 Восстань, Господи, Боже мой, вознеси руку Твою, не забудь угнетённых Твоих до конца.
34 Зачем нечестивый пренебрегает Бога, говоря в сердце своём: «Ты не взыщешь»?
35 Ты видишь, ибо Ты взираешь на обиды и притеснения, чтобы воздать Твоею рукою. Тебе предаёт себя бедный; сироте Ты помощник.
36 Сокруши мышцу нечестивому и злому, так чтобы искать и не найти его нечестия.
37 Господь — царь на веки, навсегда; исчезнут язычники с земли Его.
38 Господи! Ты слышишь желания смиренных; укрепи сердце их; открой ухо Твоё,
39 чтобы дать суд сироте и угнетённому, да не устрашает более человек на земле.
Смотря на детей и подростков, которые делают первые жизненные шаги и совершают первые ошибки, мы — взрослые — надеемся, что получение опыта поможет им дальше поступать правильно. При этом мы внутренне гоним от себя мысль и просто боимся себе признаться в том, что на самом деле хорошо нам известно: прохождение через трудности никак не гарантирует правильных выводов. Человек может всю жизнь наступать на одни и те же грабли и ничему не учиться. И ты будешь смотреть на него и понимать, что своего ума никому не дашь. Так устроен человек. С биологической точки зрения его можно изучить вдоль и поперёк, а в душу заглянуть невозможно и принудить его ни к чему не получится.
В отрывке из 9-го псалма, который мы услышали сегодня, псалмопевец просит Бога навести на народы земли страх, чтобы они поняли, что они всего лишь люди. Вокруг Давида, имя которого стоит в начале псалма, всегда было неспокойно. Был Саул, который против него враждовал, был взбунтовавшийся сын Авессалом, настроенные враждебно филистимляне… Сегодня мы знаем, что люди не поняли своего статуса в мире не только во времена Давида, но и во все времена, вплоть до современных. Всё так же они ведут себя на земле, властно выясняя друг с другом, кто сильнее и на самом деле хозяин. Обращаясь к Богу, псалмопевец указывает Ему на множество несправедливостей и недоумевает, почему Господь терпит тех, кто надмевается и не хочет верить в Него. Люди нечестивые живут в своём нечестии и даже не думают о Боге. Хуже того, они притесняют тех, кто старается жить благочестиво и надеется на Бога. Давид обращает к Господу всё новые и новые вопросы, но не получает ответов. Он требует от Бога вмешательства, но неожиданно в конце псалма звучит мысль о том, что Господь слышит желания смиренных. Не требующих от Него исполнения своей воли, но доверяющих Ему. И всё же, почему Бог не поступает по слову Давида? Ведь с человеческой точки зрения, очевидно, где добро, а где зло, кто хороший, а кто плохой. Но в том-то и дело, что Бог — это не вселенский жандарм, Который наводит порядок силой, ведь Его цель не просто наказать одних и поощрить других, но всех привести к Себе. Не только смиренных, которые живут по заповедям, но и тех, кто выражает непокорство. Порой нам хочется, чтобы итоги жизни были подведены поскорее, но Бог не отвечает на наши просьбы, проявляя подлинную любовь и долготерпение.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«17-е воскресенье по Пятидесятнице. Воздвижение Креста Господня». Священник Илья Смолин
Поделиться
В нашей студии был клирик храма святителя Мартина Исповедника священник Илья Смолин.
Еженедельно в программе «Седмица» мы говорим о праздниках и днях памяти святых на предстоящей неделе.
В этот раз разговор шел о смыслах и особенностях богослужения и Апостольского (1Кор.1:18-24) и Евангельского (Ин.19:6-11, 13-20, 25-28, 30-35) чтений в 17-е воскресенье по Пятидесятнице, о празднике Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня, о днях памяти мученицы Людмилы Чешской, мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии, преподобной Евфросинии Суздальской, благоверных князей Феодора Смоленского и чад его Давида и Константина Ярославских чудотворцев, мучеников и исповедников благоверного князя Михаила Черниговского и боярина его Феодора.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Седмица
