Поделиться
Евр., 318 зач., VII, 26 - VIII, 2.
Комментирует священник Антоний Борисов.
Церковная жизнь у многих ассоциируется с деятельностью духовенства. Что вполне объяснимо. Священство — так сказать, витрина церковной жизни. О значении служения духовенства и корнях этого служения рассуждает апостол Павел в отрывке из 7-й и 8-й глав послания к Евреям, что читается сегодня утром во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 7.
26 Таков и должен быть у нас Первосвященник: святой, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников и превознесенный выше небес,
27 Который не имеет нужды ежедневно, как те первосвященники, приносить жертвы сперва за свои грехи, потом за грехи народа, ибо Он совершил это однажды, принеся в жертву Себя Самого.
28 Ибо закон поставляет первосвященниками человеков, имеющих немощи; а слово клятвенное, после закона, поставило Сына, на веки совершенного.
Глава 8.
1 Главное же в том, о чем говорим, есть то: мы имеем такого Первосвященника, Который воссел одесную престола величия на небесах
2 и есть священнодействователь святилища и скинии истинной, которую воздвиг Господь, а не человек.
Богослужение в храме Соломона в Иерусалиме совершали ветхозаветные священники. Все они, без исключения, принадлежали к одному роду-колену, восходящему к сыну праотца Иакова, Левию. Такова была воля Господня. Иудейский первосвященник, высшая степень религиозного служения в древнем Израиле, тоже являлся потомком Левия, но обязан был также иметь родство с праотцем Аароном — братом пророка Моисея. Аарон — первый в истории ветхозаветный первосвященник. Вместе с Моисеем Аарон вывел еврейский народ из Египта. Во время путешествия по Синайской пустыне он совершал богослужение в Скинии — переносном храме.
Веками служение первосвященника было пожизненным. Однако ко времени Рождества Христова всё изменилось. Жестокий царь Ирод, боясь потерять власть, видел в собственных подданных врагов. В том числе он опасался того общественного авторитета, что имелся у первосвященника. Поэтому Ирод сделал так, чтобы в Израиле имелось сразу несколько первосвященников. Они сменяли друг друга либо по установленной череде, либо просто по желанию правителя. Впоследствии первосвященники стали назначаться также по указанию римских властей. В итоге во время земной жизни Иисуса Христа в Иерусалиме было несколько первосвященников.
Наиболее часто евангелисты упоминают двух из них — Анну и его зятя Каиафу. Оба они был саддукеями, то есть теми, кто сотрудничал с Римом и, среди прочего, не верил в бессмертие души. Анна являлся хитрым интриганом с мощнейшими связями. Он тайно управлял храмовой казной, распоряжался ритуальным имуществом. Действующим первосвященником был Каиафа. Но по факту он был марионеткой в руках своего тестя Анны. Однако именно Каиафа осуществил жест, ставший символом прекращения первосвященнического служения. Во время суда над Христом Каиафа в гневе разорвал на себе одежды. Тем самым он одновременно совершил богохульство и вынес пророчество — Иерусалимский храм будет разрушен, а ветхозаветное священство упразднено. Его заместило собой священство новозаветное, ведущее начало не от Аарона и Левия, а от Христа Спасителя — Божественного пастыря.
В первые века христианства Спасителя было принято изображать на иконах и фресках не в виде первосвященника или Небесного судьи. А в виде пастыря доброго, то есть заботливого пастуха, который охраняет стадо овец от различных опасностей и является тем, за кем не страшно следовать. В Евангелии от Иоанна Христос Сам называет Себя Пастырем, причём Пастырем добрым. И тут же поясняет, почему Его утверждение является верным. Пастырь добрый полагает душу свою за овец.
Слова Христа нашли подтверждение на практике. Спаситель пожертвовал Собой ради спасения человечества от власти греха и дьявола. Христос призвал быть добрыми пастырями и Своих учеников-апостолов. Все они впоследствии самоотверженно трудились на ниве христианской проповеди — основывали новые церкви, рассказывали о Евангелии разным народам. Причём, делали это бесстрашно — невзирая на многочисленные опасности. В итоге, почти все апостолы умерли мученической смертью. Пастырский пример Спасителя и Его учеников является основой для служения современных священников. Не столько в смысле переживания страданий, сколько в смысле самоотверженного служения Богу и Церкви. Православное понимание пастырского служения предполагает, что пастырь должен быть примером для мирян и в молитве, и в ежедневном исполнении заповедей Божиих. Не следует думать, что пастырь обладает какой-либо властью над прихожанами. Он не может и не имеет права замещать собой Христа. Пастырь — это проводник к Богу, спутник своих прихожан по пути духовной жизни — тот, кто помогает в трудных ситуациях, наставляет не только словами, но и поступками.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
12 июня. О человеке как образе и подобии Божием
Поделиться
О человеке как образе и подобии Божьем — настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский.
Первые главы Книги Бытия, наверное, — одни из самых известных ветхозаветных чтений. В них мы слышим рассказ о творении всего. О том, что Бог из небытия в бытие приводит всяческое: от первых крупинок вселенной до человека. О человеке же ведётся особенный разговор. Идёт речь о том, что он является образом и подобием Божиим.
Но несколько сложно помыслить об этом, ведь Бог есть дух, в Нём нет абсолютно ничего материального, Он не связан ни временем, ни пространством, а мы с вами связаны, как сказали бы философы, детерминированы всем этим. И вот здесь нужно заметить, что образ и подобие, очевидно, заключаются не во внешних наших проявлениях, а в нашем внутреннем устроении.
Мы говорим об образе Божием во всяком человеке: каждый, будучи человеком, точно имеет его. Подобия же мы достигаем, к подобию стремимся. Поэтому, собственно, некоторых из святых мы даже и называем преподобными, то есть дошедшими до этой конечной цели. Образ Божий в человеке мы видим в его разумности, в творческой способности, но и, очевидно, в свободе.
Что же относительно нашего тела? Неужели это просто пустой придаток к этому великому духовному содержанию? Отнюдь, Бог творит человека как связующее звено в цепи мироздания, между мирами умных духов, ангельскими мирами и миром материи, и поставлен человек как связующее звено, объединяющее сложнейшую эту цепь. И, соответственно, когда она треснула, когда случилось грехопадение, то с падением человека и мир видимый потерял своё адекватное единство с Богом. Почему это восстановление и оказалось нужно не человеку только, но всему космосу и оказалось реализовано в Христе Иисусе?
Все выпуски программы Актуальная тема:
12 июня. О любви к Отечеству
Поделиться
Сегодня 12 июня. День России.
О любви к Отечеству — настоятель Спасо-Преображенского Пронского монастыря в Рязанской области игумен Лука (Степанов).
В отношении нашей России удобно говорить о любви к своему православному отечеству в связи как раз с этими великими благами, которыми оно нас обеспечивает. Это земное жительство в тех для нас родных языке, природе, людях, нас окружающих, являющихся преемниками многовековой древней великой истории.
И эту любовь к Родине обеспечивает та духовная ориентация, те главные ценности, которые содержит Отечество, а в нашем случае это Православие, ради чего мы и любим, и особенно призваны беречь, хранить, благоговейно чтить своё Отечество, ради его православной веры, ради того духовного преддверия, которое представляет для нас наша Отчизна.
Все выпуски программы Актуальная тема:
Послание к Римлянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел. Мозаика
Рим., 90 зач., V, 17 - VI, 2
Комментирует священник Дмитрий Барицкий.
Что со мной происходит: ум говорит одно, а сердце тянется в противоположную сторону? Житейский опыт кричит об опасности, а нахлынувшие чувства тянут в самый её эпицентр. Думаю, каждому эти состояния хорошо знакомы. Откуда же эта раздробленность, которая порой бывает так болезненна и что с ней делать? Ответ на этот вопрос находим в отрывке из 5-й и 6-й глав послания апостола Павла к Римлянам, который звучит сегодня за богослужением в православных храмах. Давайте послушаем.
Глава 5.
17 Ибо если преступлением одного смерть царствовала посредством одного, то тем более приемлющие обилие благодати и дар праведности будут царствовать в жизни посредством единого Иисуса Христа.
18 Посему, как преступлением одного всем человекам осуждение, так правдою одного всем человекам оправдание к жизни.
19 Ибо, как непослушанием одного человека сделались многие грешными, так и послушанием одного сделаются праведными многие.
20 Закон же пришел после, и таким образом умножилось преступление. А когда умножился грех, стала преизобиловать благодать,
21 дабы, как грех царствовал к смерти, так и благодать воцарилась через праведность к жизни вечной Иисусом Христом, Господом нашим.
Глава 6.
1 Что же скажем? оставаться ли нам в грехе, чтобы умножилась благодать? Никак.
2 Мы умерли для греха: как же нам жить в нем?
Как христиане из числа иудеев, так и римские христиане, к которым обращается Павел в только что прозвучавшем отрывке, весьма почитали традиции предков. В первую же очередь те законы, которые были фундаментом их общества и культуры. Для иудеев — это закон Моисеев, для римлян — это так называемые mores maiorum, «обычаи предков», неписаные нормы, которые передавались из поколения в поколение, а позже частично были зафиксированы в виде законов 12 таблиц и множества других кодексов. Благодаря всем тем принципам и нормам, которые там были прописаны и которые регламентировали повседневную деятельность граждан империи, Рим считался воистину правовым государством.
А потому слова, которые Павел произносит в только что прозвучавшем отрывке, по меньшей мере кажутся странными его слушателям. Апостол заявляет: закон пришёл для того, чтобы умножить преступление. Перед нами не проповедь анархии и не призыв к бунту. Павел просто хочет объяснить людям, что человечность, добродетельность, порядочность и многие другие качества, к которым мы стремимся и ценим больше всего в людях, — это не результат следования нормам закона, как представляется некоторым. Закон появляется тогда, когда уже невозможно сдерживать зло, которое лезет наружу из человеческого сердца. Это ограда, за которую нам лучше не переходить, чтобы наше общество не развалилось на части. Поэтому, по логике Павла, появление закона свидетельствует скорее о масштабах болезни человечества. Закон не лечит больную душу, а просто называет грех грехом и делает беззаконие очевидным для всех. Поэтому апостол призывает не слишком-то на него надеяться. От того, что мы установим правила поведения, человек не станет лучше по своей сути.
Апостол знал об этой проблеме не понаслышке. В этом же послании к Римлянам он так и говорит: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю... не я делаю то, но живущий во мне грех». Христос, по словам Павла, как раз и пришёл для того, чтобы эта болезненная двойственность исчезла. Спаситель основал Свою Церковь. Посредством её Таинств он даёт её участникам Свою благодать. Она-то и делает то, что никогда не сможет сделать ни один самый строгий свод правил и законов. Врачует нашу болезненную и такую мучительную двойственность. Она восстанавливает мир в душе. Даёт сердцу полноту. И, как говорит апостол Павел, эта благодать преизобилует в Церкви Христовой. В греческом оригинале стоит очень яркое выражение: она выплёскивается через край. А потому всякий, кто решится прийти и взять её, получит этой живительной влаги сполна.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
