Поделиться
После того, как в свет вышли две повести Далии Трускиновской, - «Сиамский Ангел» и «Ксения», - ее поклонники в один голос заговорили о переменах в творчестве писательницы, и не только в стилистике ее текстов, но и в их идейном наполнении. Как говорят современные литераторы - произошла «смена мэссиджа», то есть, послания, которое автор адресует своим читателям. Обе повести вышли под одной обложкой и совершенно очевидно соотносятся друг с другом.
Первая из них, «Сиамский ангел» - довольно необычная по форме и местами жесткая проза. Но далеко не каждому писателю удается столь эффектно, а главное, органично вписать в современные реалии не кого-нибудь, а самого святого Касьяна! Он становится как бы «вторым я» главного героя, офисного служащего Марека. Марек безнадежно влюблен в коллегу, а у нее своя жизнь - с элитными ночными клубами и опасными связями. К тому же его хороший знакомый, поэт по имени Федька, оказался втянут в аферу с наркотиками. Однако все, на что способен Марек – переживать и сочувствовать… наблюдая со стороны. Святой Касьян помогает молодому человеку преодолеть нерешительность и понять, что любить – значит, отдавать, а не получать.
Безгранично расширяет горизонты этой темы повесть «Ксения». Основана она на житии святой блаженной Ксении Петербургской. Далии Трускиновской удалось создать невероятный по накалу и глубине эмоциональный фон для реальных событий, при этом, не исказив ни одной детали, не упустив ни одной подробности. Уже самое начало, - когда Ксения после смерти мужа, ушедшего в мир иной без покаяния, не находит себе места, и вдруг смотрит в зеркало, и словно бы меняется, сама себе кажется другой, потом надевает одежду умершего супруга и выходит в слякотную осеннюю ночь, - ошеломляет какой-то невероятной реальностью происходящего. Писательница сумела мастерски создать эффект присутствия. И даже спор между ангелом-хранителем Ксении и ее мужа, которые никак не могли решить, кому из них теперь следует быть рядом с ней, выглядит так, словно автор слышал его собственными ушами. Да и всю атмосферу Петербурга восемнадцатого века она преподносит настолько доступно и современно, как будто буквально вчера сама там побывала.
А что касается «мэссиджа»… Я немного знакома с другими произведениями писательницы, и лично мне кажется, что он не поменялся, а просто-напросто... появился. Он ненавязчивый и добрый, он заставляет поверить, что «спасение утопающих – далеко не всегда дело рук самих утопающих», и в трудную минуту всегда найдется поддержка. Ей может стать даже книга – такая, как повести Далии Трускиновской «Сиамский ангел» и «Ксения».
15 июля. «Завязь на яблонях, незрелые плоды»
Поделиться
Фото: Sebbi Strauch/Unsplash
Вот и опал яблоневый цвет, оставив завязь будущих плодов, иные из которых уже показывают свои зелёные бока среди округлых или продолговатых листов. Бывало, в детстве — не утерпишь, сорвёшь и надкусишь незрелое яблоко, морщась от кислого неприятного вкуса. Как важно дать вызреть в себе духовным плодам и не начинать «учительствовать» и назидать ближних, угождая собственному самолюбию и внося, увы, лишь смущение в души наивных и незадачливых слушателей.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
15 июля. О духовной миссии среди молодежи
Поделиться
Сегодня 15 июля — Всемирный день навыков молодежи.
О духовной миссии среди молодежи — настоятель храма Воскресения Христова в Толстопальцево священник Дмитрий Кузьмичёв.
Прежде всего, конечно, мы должны понимать одну такую вещь, что молодёжь всегда жаждет ответов, причём прямых, на их вопросы. Мы должны понимать, что прежде всего наша миссия заключается в том, что мы должны говорить о Христе. Если мы говорим о Христе, показываем Христа своей жизнью, исповедуем Христа своим Богом, искренне это делаем, без всякого менторства, без превозношения, то и, конечно, молодёжь чувствует, что, если в нас нет фальши какой-то, она чувствует вот эту устремлённость ко Христу прежде всего в нас.
И далее — как апостол Павел, что с молодёжью я говорю на молодёжном, может быть, языке, то есть как он говорил, что с теми я такой-то, с теми я такой-то, с теми я такой-то — со всеми во всём, кроме греха. Главное, чтобы не научить их греху, прежде всего научить добродетели и главное — о Христе, то есть всегда говорить о Христе, но при этом не допускать — знаете, всё-таки должны быть границы, — не спускаться на, как многие делают, к сожалению, когда мы начинаем опускаться на уровень вот такого сленга, панибратства, вот этого допускать нельзя. То есть надо быть искренним, говорить о Христе и, конечно, любить своё дело, любить тех людей, к которым ты идёшь.
Если ты это делаешь по какой-то разнарядке, без любви, без желания как-то вот донести истину Христову в молодёжную среду, ну, конечно, у тебя, понятно, ничего не получится. Может быть, даже лучше этим и не заниматься. Наверное, вот так можно охарактеризовать вот это служение.
Оно непростое. Миссионер всегда находится на пике многих проблем, на некоей такой передовой. И те вопросы, которые в молодёжной среде ему задают, он должен быть к ним готов. А часто эти вопросы, которые задаёт молодёжь, они не всегда лицеприятные. Могут быть и с подковыркой. Но я думаю, что если любовь ко Христу и к ним будет проявляться, то все эти вещи, они будут сглаживаться. Как я уже сказал, нужна искренность в работе с молодёжью, и донести христианскую веру им прежде всего.
Все выпуски программы Актуальная тема:
15 июля. О Рембрандте
Поделиться
Сегодня 15 июля — 420 лет со дня рождения голландского живописца Рембрандта.
О христианских мотивах в его творчестве — протоиерей Сергий Баранов.
Наверное, все старые художники в своём творчестве не проходили мимо духовных тем — темы Библии и христианства, — потому что они все, в принципе, были верующими людьми, потому что это было мировоззрение человека той эпохи. Как они жили, как они это воплощали в своих картинах — это отражало их духовный мир.
Кто-то слишком реалистично подходил, кто-то больше делал ударение на мистику, метафизику, а кто-то даже умудрялся опошлить даже библейский сюжет. Ну, в силу того, что его внутренний мир был сильно испорчен, наверное, духовно.
А современное искусство иногда даже берёт библейский сюжет, но в связи со своей крайней внутренней испорченностью, не то что не изящно, не красиво, не благоговейно пишут, а иногда даже сознательно кощунственно подходят к этим темам.
Рембрандт жил в ту эпоху, когда, слава Богу, откровенных сатанистов не было. Даже если бы он написал только «Блудного сына», мне кажется, он уже состоялся бы и как художник, и как христианин.
Все выпуски программы Актуальная тема:
