Иван Сусанин — крестьянин, совершивший жертвенный подвиг, отдавший свою жизнь за русского государя. Именно эта история легла в основу знаменитой оперы композитора Михаила Глинки «Жизнь за царя».
Зимой 1613 года в дом к Ивану Сусанину пришли поляки с требованием отвести их к царю Михаилу Федоровичу Романову. Поляки поклялись устранить нового русского царя. Иван Сусанин пообещал проводить поляков к государю, а вместо этого отвел их на болота, за которыми уже не было ни одной тропинки, лишь простирался непроходимый заснеженный лес.
30 ноября 1619 года Михаил Фёдорович издал жалованную грамоту, в которой о Сусанине говорилось: «Терпя от польских людей немерные пытки, про нас, великого государя, где мы в те поры были, тем людям не сказал, и замучили его до смерти».
Что писал о подвиге Сусанина Николай Васильевич Гоголь?

Зима 1613 года была холодной и вьюжной. Над костромской деревней Домнино опустились безлунные сумерки. В избе сельского старосты потрескивала печь. Хозяин, крепкий мужчина с длинной седой бородой, сидел за столом. Взрослая дочь в углу качала колыбель с младенцем. Её муж подбрасывал дрова в огонь. Внезапно под окнами захрустел снег, послышались голоса. А следом раздался громкий стук в дверь. Хозяин открыл. На пороге стояли несколько человек. По одежде — иностранцы, поляки. Без приветствий и церемоний старосту схватили и заломили ему руки за спину. Один из поляков обратился к мужчине «Говори, где прячется царь Михаил? Мы знаем, он где-то здесь! Не скажешь — смерть примешь». Хозяин наклонился и прошептал на ухо незваному гостю: «Недалече царь. Через лес идти надо. Дорога вот только опасная — болота там, увязнуть недолго. Приходите на рассвете — я провожу». Поляки ушли. Хозяин вернулся в избу. Велел зятю через сени, околицей села, тотчас бежать к царю — предупредить, что его ищут враги. «Пусть укроется в Ипатьевском монастыре». «А как же ты?» — спросила отца дочь, испуганно прижимая к груди младенца. «За меня не беспокойтесь», — ответил староста. Звали его Иван Сусанин.
«Ни один царский дом не начинался так необыкновенно, как начался дом Романовых. Его начало было уже подвиг любви. Последний и низший подданный в государстве положил свою жизнь для того, чтобы дать нам царя, и сею чистою жертвою связал неразрывно государя с подданным», — писал о подвиге Сусанина Николай Васильевич Гоголь. Первый царь из династии Романовых, семнадцатилетний Михаил Фёдорович, венчался на царство в Успенском соборе московского Кремля в 1613 году. Россия переживала тогда непростое время. Впоследствии оно вошло в историю под названием Смутного. Несколько лет голода, самозванцы на троне, гражданские войны и стремление иностранцев во что бы то ни стало захватить власть и посадить на российский престол собственного императора. Особенным усердием отличались поляки. Они поклялись устранить нового русского царя. Зимой 1613-го Михаил Фёдорович со своей матерью, инокиней Марфой, гостил в одной из вотчин Романовых — селе Домнино под Костромой. Поляки решили застать его там врасплох и убить. Они надеялись, что среди местных жителей найдутся те, кто выдаст им место нахождения молодого государя — стоит только хорошенько им пригрозить. Вон как легко согласился староста проводить их к царю! Едва рассвело, по уговору, польский отряд вновь явился к дому Сусанина. Тот не обманул — вышел в тулупе и шапке. Кивком приказал полякам следовать за ним. В молчании миновали последний сельский двор и вошли в густой лес. Долго плутали в непролазном снегу, проваливаясь едва ли не по грудь. Когда вышли на болота, за которыми уже не было ни одной тропинки, лишь простирался непроходимый заснеженный лес, враги заподозрили неладное. «Куда ты нас завёл?», — грозно спросил Сусанина начальник отряда. «В нужное место», — усмехнулся Иван в седую бороду. С отчаянным криком поляки кинулись на него и изрубили саблями.
Молва о подвиге крестьянина, который отдал жизнь за спасение царя, разошлась по всей Руси. 30 ноября 1619 года Михаил Фёдорович издал жалованную грамоту, в которой о Сусанине говорилось: «терпя от польских людей немерные пытки, про нас, великого государя, где мы в те поры были, тем людям не сказал, и замучили его до смерти». Грамотой царь дарил родным Ивана Сусанина — дочери Антониде и зятю Богдану Собинину с детьми — половину деревни. И освобождал от всяких государственных повинностей и податей их самих, и всех их потомков.
История жертвенного подвига Сусанина дошла до нас в летописях и произведениях искусства. Она легла в основу знаменитой оперы композитора Михаил Глинки «Жизнь за царя». Драматург Николай Полевой написал об этом событии пьесу «Костромские леса» — «русскую быль в двух действиях». Поэт Кондратий Рылеев запечатлел образ Ивана Сусанина в одноимённой поэме. В уста героя он вложил слова, которые освещают всю суть его жизни и подвига: «Предателя, мнили, во мне вы нашли? / Их нет и не будет на Русской земли!»
Все выпуски программы Жизнь как служение
Псалом 42. Богослужебные чтения
Недавно, читая книгу Джеймса Холлиса «Жизнь между мирами», где крупнейший современный психотерапевт рассказывает, как выжить в эпоху, когда всё рушится и разваливается, мне встретилась его мысль, которая очень зацепила. «Счастье — это побочный продукт правильно выстроенных отношений между нами и нашей душой в каждый данный момент жизни». Прочитав эти слова, я подумал о том, что ведь невозможно «выстроить отношения», не разговаривая! И 42-й псалом царя и пророка Давида, который звучит сегодня в храмах за богослужением, как раз показывает нам, как следует вести разговор с собственной душой.
Псалом 42.
1 Суди меня, Боже, и вступись в тяжбу мою с народом недобрым. От человека лукавого и несправедливого избавь меня,
2 Ибо Ты Бог крепости моей. Для чего Ты отринул меня? для чего я сетуя хожу от оскорблений врага?
3 Пошли свет Твой и истину Твою; да ведут они меня и приведут на святую гору Твою и в обители Твои.
4 И подойду я к жертвеннику Божию, к Богу радости и веселия моего, и на гуслях буду славить Тебя, Боже, Боже мой!
5 Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? Уповай на Бога; ибо я буду ещё славить Его, Спасителя моего и Бога моего.
В тональности прозвучавшего сейчас разговора Давида со своей душой пронзительны две вещи. Первое — то, насколько автор псалма искренен. Он не говорит «из образа», «из ожидания окружающих». Если у него есть вопрос, обращённый к Богу, — он прямо Ему так и говорит: «Зачем Ты отринул меня?» Когда его речь обращается к собственной душе — он тоже не пытается «сгладить» ситуацию — и прямо ставит сам себе диагноз: да, мне плохо, да, всё из рук валится, да, я унываю.
Второе — это ракурс, из которого Давид смотрит внутрь себя. Это не «когда же мне сделают хорошо?» И не «всё пропало!» И тем более не «в жизни нет гармонии и счастья». Его ракурс — с позволения сказать — «через Бога»: он снова и снова словно «заглядывает» через Небо на самого себя — причём и изнутри, и снаружи — и таким образом высвечивает все те места, которые требуют коррекции или радикального обновления.
Но самое главное в этом разговоре Давида со своей душой — отсутствие пагубной самонадеянности. Он не говорит сам себе: «Ничего, сейчас поднатужимся и ка-а-а-ак выскочим из всех проблем!» Он сам себя зовёт к иному — к обращению к Богу, к молитве, к упованию на Всевышнего — только из которого и собирается черпать все свои внутренние ресурсы!
Так что Холлис в общем-то действительно прав: счастье — не «улов» опытного «рыбака по жизни», и не «показатель эффективности»: оно, скорее, похоже на «проблеск», «искру» внутри, которая возможна только когда душа научилась прямо и откровенно говорить и сама с собой, и с Господом Богом!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Христианство против язычества славян». Сергей Алексеев
Гостем программы «Исторический час» был доктор исторических наук Сергей Алексеев.
Разговор шел о том, что известно о верованиях славянских народов до принятия христианства, какие мифы об этом сейчас возникают и как именно христианство стало основой жизни и культуры на Руси.
Ведущий: Дмитрий Володихин
Все выпуски программы Исторический час
«Розанов, Пришвин и Лавра». Алексей Варламов
Гостем программы «Лавра» был ректор Литературного института имени А.М. Горького Алексей Варламов.
Разговор шел о писателях, чей жизненный путь и творчество были связаны Троице-Сергиевой Лаврой, в частности о Михаиле Пришвине и Василии Розанове.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России











