Поделиться
Если бы какой-нибудь историк из далекого будущего попросил бы меня одним словом описать эпоху, современником которой я являюсь, мой выбор пал бы на слово: недоверие. Мы не верим в то, что общественные институты по-настоящему выполняют свои функции. Нам часто кажется, что они лишь по инерции сохранили свое название. Я не об опросах общественного мнения и не об уровне доверия населения. Я о нашей субъективной уверенности в завтрашнем дне.
Например, общеобразовательная школа. Недавно я поймал себя на мысли, что знаю очень немного родителей, которые отправляли бы ребенка в школу для того, чтобы его там чему-то научили. Многие априори не верят, что учитель может подходить к своей работе «не формально», что школьник не «зубрит параграф», а с интересом читает учебник, и что читать его вообще бывает интересно. Много ли в нашей стране школ, где все по-другому? Конечно, немало. Но катастрофически недостаточно. А потому вера родителей в обучение уступает место вере в диплом о среднем образовании.
Есть еще полиция. Случается беда – и мы звоним «02». Часто — от безысходности. Так надо. А что еще делать в ситуации стресса? Но верим ли мы, что там это на самом деле чем-то помогут? Когда квартиру моего друга ограбили, он позвонил участковому, а положив трубку, вздохнул: «Конечно, воров они не найдут. Но я хотя бы что-то предпринял...» Много ли преступлений реально раскрывается? Много. Просто про них не говорят в новостях. А рассказы про офицеров полиции, которые отдают службе всех себя без остатка, — не выдумки авторов детективов, а живая реальность. Вот только этого снова недостаточно, чтобы мы верили.
Может показаться, что сегодня под пулеметный огонь недоверия попадает и Церковь. Достаточно посмотреть новости: только ленивый критик Церкви не вспомнит про священников на дорогих машинах. И после этого, как правило, звучит риторический вопрос: “Как можно доверять Церкви после ТАКОГО”?
Но мне кажется, если отношение человека к Церкви способны поколебать дурные новости, то само это отношение было крайне поверхностным. И скорее всего, такой человек просто мало о Церкви знает и судит о ней только по этим самым новостям. И неоткуда взяться у него в голове мысли, что и в Церкви — живые люди. Что и они ошибаются. Что священный сан — это не индульгенция и не признак безгрешности, а наоборот — особая ответственности за свои грехи.
Не доверять школе или полиции — неправильно, но хотя бы объяснимо конкретными реалиями нашей с вами жизни. А вот чувство недоверия по отношению к Церкви мне кажется нонсенсом. Потому что школа и полиция — это люди и только люди, самые обычные и грешные, как и мы все. А в Церкви кроме грешных людей есть еще Тот, кто приницпиально больше человека — Бог. Бог, который воплотился и ценной собственной смерти на Кресте искупил все наши грехи. Кстати, в том числе и грехи тех, кто трудится в школе или в полиции.
22 июня. О христианской любви
Поделиться
О христианской любви — настоятель храма мученицы Татианы при Севастопольском Государственном университете священник Константин Белый.
Все выпуски программы Актуальная тема:
22 июня. О святости и праведности
ПоделитьсяО святости и праведности — настоятель храма блаженной Ксении Петербургской в Казани священник Александр Ермолин.
В русском языке есть два понятия, которые нам кажутся очень близкими. И даже, наверное, в каком-то смысле для нас они синонимы. Это праведность и святость. Но если мы посмотрим на них серьёзно, строго, сквозь призму православного учения, сквозь призму церковного восприятия этого мира, то мы увидим, что между этими понятиями есть разница.
И конечно же, очень условно можно сформулировать таким образом, что праведность — это то, как поступает человек. Он поступает как праведник. Он делает дела милосердия. Он помогает ближнему. Он исполняет заповеди. А вот святость — это то, кем этот человек является. То есть это вот такой большой призыв к каждому человеку. Сам Господь говорит: «Будьте святы, как и Я свят».
Часто мы видим, как святые апостолы начинают свои послания словами «вам, святым, живущим там-то». То есть святость — это призвание, которое есть у каждого православного христианина. Поэтому нужно идти по этому пути, идти на встречу к Богу и идти путем праведности.
Все выпуски программы Актуальная тема:
22 июня. О важности исторической памяти
Поделиться
Сегодня 22 июня. День памяти и скорби. В этот день в 1941 году началась Великая Отечественная война.
О важности исторической памяти — клирик московского храма Живоначальной Троицы у Салтыкова моста священник Николай Конюхов.
Этот день безусловно связан с воспоминанием о всех тех воинах, героях, которые погибли в Великой Отечественной войне. И уже давно Священный Синод Русской Православной Церкви благословил в эти дни совершать особые заупокойные поминовения, где перечисляются имена известных воинов и вообще поминаются все вожди и воины, на поле брани за веру и Отечество жизнь свою отдавших.
Это действительно воспоминание той заповеди, которая очень часто приводится, что «нет больше той любви, когда кто положит душу свою за друзей своих». Это мы видим и знаем из воспоминаний, из огромного количества фильмов военных лет, из воспоминаний людей, которые общались с ветеранами, из писем самих фронтовиков, среди которых были и писатели, и поэты, которые нам всё это наследие оставили.
И для нас этот день является по-своему священным именно как сохранение памяти. Есть даже много красивых акций в этот день, когда там свечи памяти выставляют люди, свечку на подоконнике. Для того чтобы хранить, знаете, у нас у христиан вообще это принято, мы в конце каждого заупокойного богослужения обязательно поём «Вечная память», потому что сохранение памяти о таких трагических событиях, о трагических страницах отечественной истории помогает нам не совершать каких-то похожих ошибок, помогает нам не обесценивать подвиг тех потрясающих людей, которые ценой собственной крови отстояли самобытность и устойчивость нашей страны и с одной стороны, а с другой стороны, проявили такой настоящий подвиг мужества.
Все выпуски программы Актуальная тема:
