Поделиться
«Простота — лучшая красота», — говорили наши предки. И действительно, простота, естественность в обхождении и внешности, искренность делают человека привлекательным. Привлекли они и Анатолия Папанова, будущего народного артиста, когда он познакомился с Надеждой Каратаевой.
В 1942 году молодого солдата Анатолия Папанова в боях за Харьков ранило осколком от бомбы и оторвало несколько пальцев на ноге. После полугода лечения стало ясно — больше он не боец. Врачи обещали ему, что он всю жизнь будет ходить с палкой. Анатолию пришлось вернуться домой, в Москву, и решать, как жить дальше.
В тот год в столицу вернулся эвакуированный институт театрального искусства. До войны Анатолий занимался в театральном кружке и даже сыграл небольшую роль в кинофильме. Театр до сих пор интересовал Папанова, и он решил поступить на актёрский факультет. Преподаватели заметили у Анатолия талант и взяли в институт, невзирая на его инвалидность.
Время учёбы стало тяжёлым для Папанова. После ожесточённых боев на фронте ему было трудно вернуться к мирной жизни, а хромота, от которой актёр позже сумел избавиться, мешала полноценно заниматься театральным искусством. Сложно оказалось найти и общий язык с однокурсниками. В основном это были девушки, красивые, тщательно следящие за собой — ведь они будущие актрисы! Анатолий, родившийся в простой семье и до войны работавший литейщиком, смущался при виде разодетых красавиц, которые разговаривали на темы, далёкие от его жизни.
Полной противоположностью этих студенток была Надежда Каратаева. Она, как и Папанов, ходила на занятия в гимнастёрке и кирзовых сапогах, совершенно не стесняясь. Глядя на эту девушку, Анатолий чувствовал в ней родственную душу и решил познакомиться. Однажды он подсел к ней и спросил, была ли она на фронте. Оказалось, что была — Надежда почти два года служила на санитарном поезде и помогала раненым. Услышав такой ответ, Анатолий обрадовался. «Значит, нам будет, о чём поговорить», — сказал он.
Им действительно было что обсудить, а потом их дружеское общение незаметно переросло в любовь. Ухаживания Анатолия не были такими романтичными, как обычно показывают в кино. Он не говорил красивых слов, но его искренняя забота привлекала Надежду куда больше, чем высокопарные фразы.
День Победы 9 мая 1945 года, когда вся страна ликовала, для бывших фронтовиков Анатолия и Надежды стал особенным. И не только потому, что это была дата окончания войны. В тот день Папанов сделал любимой девушке предложение, и через две недели они поженились. Свадьба была очень простой, гостей угощали продуктами, которые выдавали по карточкам, но это молодожёнов не смущало. Они были счастливы, и их радость передавалась окружающим.
После свадьбы Анатолий и Надежда пытались не расставаться, хотя профессия артиста подразумевает постоянные гастроли. Чтобы находиться рядом с женой, Папанов после окончания института отверг заманчивые предложения московских театров и поехал в Клайпеду, куда распределили Надежду. Позже они вернулись в Москву и стали работать вместе в Театре сатиры. Папанов не «изменял» ему до конца жизни. «Я однолюб: одна женщина, один театр», — говорил он о себе.
Несмотря на старание и талант, первую крупную роль Анатолию предложили только в 1954 году, как раз когда у него родилась дочь. «Это мне Лена счастье принесла», — убеждал всех Папанов, радуясь долгожданному ребёнку.
Дочь Елена пошла по стопам родителей — стала актрисой. Но не только в этом она повторила их судьбу. Завершая обучение в университете, Елена Папанова решила выйти замуж. Отец и мать отговаривали её, просили подождать — мало ли что ещё случится, ведь она только вступила во взрослую жизнь! Но дочь напомнила родителям, что сами они поступили точно так же — поженились на последнем курсе института. Елена всё-таки получила благословение на брак и потом никогда об этом не жалела. Её семья стала такой же крепкой, как у родителей. Анатолий Папанов и Надежда Каратаева прожили в браке больше сорока лет. Рецептом их семейного счастья и долголетия стали искренность, любовь и, несомненно, простота.
Все выпуски программы Семейные истории с Туттой Ларсен
Послание к Римлянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
Рим., 81 зач. II, 10-16
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Иногда апостол Павел в своих посланиях был вынужден тщательно проговаривать довольно очевидные вещи. К примеру, в звучащем сегодня во время литургии в православных храмах отрывке из 2-й главы Послания к Римлянам апостол Павел упомянул об отсутствии лицеприятия у Бога и о том, что нравственный закон вложен Богом в каждого человека, следовательно, нам всем придётся дать ответ за свои поступки. Давайте послушаем эти слова святого апостола, ведь они, несмотря на свою простоту и очевидность, никогда не утратят актуальности.
Глава 2.
10 Напротив, слава и честь и мир всякому, делающему доброе, во-первых, Иудею, потом и Еллину!
11 Ибо нет лицеприятия у Бога.
12 Те, которые, не имея закона, согрешили, вне закона и погибнут; а те, которые под законом согрешили, по закону осудятся
13 (потому что не слушатели закона праведны пред Богом, но исполнители закона оправданы будут,
14 ибо когда язычники, не имеющие закона, по природе законное делают, то, не имея закона, они сами себе закон:
15 они показывают, что дело закона у них написано в сердцах, о чем свидетельствует совесть их и мысли их, то обвиняющие, то оправдывающие одна другую)
16 в день, когда, по благовествованию моему, Бог будет судить тайные дела человеков через Иисуса Христа.
Читая Священное Писание, мы неоднократно сталкиваемся с упоминанием разделения человечества на две неравные части: на тех, кто знает закон, то есть на евреев, и на всех прочих — на тех, кто не знает и не живёт по данному Богом через Моисея закону. Это разделение — своего рода «красная нить» всей Библии.
Библия предлагает нам смотреть на мир глазами людей, знающих закон. Такой взгляд предполагает, что закон ставит человека в особенные отношения с Богом, из чего вытекает и то, что знание закона возвышает человека, делает его лучше того, кто закона не знает. Если первое следствие можно подтвердить словами Священного Писания, то подтверждение второго мы в Библии не найдём, потому что, сказав об особом отношении к знающим и исполняющим закон людям, Бог ничего не сказал о том, что такие люди лучше всех прочих.
Но, как мы понимаем, очень непросто найти человека, который не чувствовал бы своей исключительности. Поэтому апостол Павел был вынужден напомнить, что у Бога нет лицеприятия, а потому знание библейского закона и жизнь по нему никого не делают человеком высшего порядка, но накладывают ответственность.
Человек, знающий закон Божий, должен — и по мысли святого апостола, и по мысли всей Библии — становиться проводником Божией воли для всех людей. Такой человек не имеет права не быть миссионером: вся его жизнь должна быть возвещением благости, премудрости и благодати нашего Творца. К этому нас призывает Бог.
Если же человек живёт вне знания библейского закона, то к нему у Бога совсем иные требования, с такими людьми у Бога иной диалог, и не стоит думать, будто бы они окончательно отвержены от Бога.
Своими словами апостол Павел призывает нас задуматься о том, что всякий раз, когда мы говорим о себе как о христианах, нам стоит вспоминать не о собственном величии и не об особенных отношениях с Богом, а об ответственности, которую накладывает Бог на всех знающих Его. Если мы христиане, значит, мы Христовы, а потому должны являть образ Христов всей нашей жизнью. Пусть же Господь Всемилостивый поможет нам в этом!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 22. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Чаще всего мы думаем о Боге как о каком-то далёком от нас Существе. Есть мы — здесь, и есть Он — где-то там, не в нашем мире. Бог зачастую представляется человеку непонятным и даже в какой-то степени опасным, ведь Он может покарать за грехи, может внезапно умертвить, а то и вовсе отправить на вечное мучение в преисподнюю. Псалтирь предлагает нам совсем иной взгляд на Бога, а ещё она говорит о том, каким образом Бог из далёкого и чужого становится для человека своим и близким. Обо всём этом мы можем узнать из звучащего сегодня во время богослужения в православных храмах 22-го псалма. Давайте его послушаем.
Псалом 22.
Псалом Давида.
1 Господь — Пастырь мой; я ни в чём не буду нуждаться:
2 Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим,
3 Подкрепляет душу мою, направляет меня на стезИ правды ради имени Своего.
4 Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня.
5 Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена.
6 Так, благость и милость Твоя да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни.
Прозвучавший только что псалом вышел далеко за пределы библейского мира, он стал достоянием европейской культуры; великие композиторы — к примеру, Бах и Шуберт — были настолько им вдохновлены, что положили слова псалма на музыку. И в самом деле, 22-м псалмом сложно не вдохновиться, ведь уже первая его строка рисует перед нами тот образ, на который не может не откликнуться сердце: «Господь — Пастырь мой; я ни в чём не буду нуждаться» (Пс. 22:1). Эта строка говорит о близости Бога к нам и о том, что мы все под Его защитой точно так же, как овцы под защитой заботящегося о них пастуха.
Однако вот что любопытно: говоря о Боге, эта строка псалма говорит о Нём как о ком-то внешнем. Мы слышим, что псалом, упоминая Бога, произносит слово «Он». Да, Бог заботится, Бог рядом, но с Ним нет прямого диалога. И вот происходит перелом: «Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной» (Пс. 22:4). Оказавшись в опасной ситуации, псалмопевец уже не говорит о Боге отстранённые, возвышенные, добрые слова — Бог из «Он» превращается в «Ты», начинается диалог с Богом, то есть начинается процесс познания Бога.
Действительно, зачастую для того, чтобы перейти от богословских рассуждений к богообщению, нам необходима серьёзная встряска. У каждого она своя: кто-то вдруг начинает видеть и болезненно переживать свои грехи, кто-то скорбит из-за потери близких, кто-то оказывается в опасной, безвыходной ситуации. Вариантов — масса, но все они ведут человека к тому, чтобы начать разговор с Богом.
Почему же нам нужна такая встряска? Почему мы не можем без неё? Вернее, так: почему почти нет людей, способных войти в общение с Богом без каких-либо потрясений? Почему для устранения дистанции между нами и Богом нам, как правило, необходимо пройти «долиной смертной тени»?
Вряд ли мы сумеем найти внятные ответы на эти вопросы. Но мы можем сделать другое — мы можем запомнить основную мысль прозвучавшего сегодня псалма: печальные и мрачные периоды нашей жизни способны обрести высший смысл в том случае, если они помогут устранить дистанцию между нами и Богом. Если это произойдёт, то Бог поистине станет нашим Пастырем, под водительством Которого мы обретём жизнь вечную.
Псалом 22. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 22. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 22. На струнах Псалтири
Поделиться
Псалом Давида
1 Господь — Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться.
2 Он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим.
3 Подкрепляет душу мою; направляет меня на стези правды ради имени Своего.
4 Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла,
потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох — они успокаивают меня.
5 Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих; умастил елеем голову мою; чаша моя преисполнена.
6 Так, благость и милость (Твоя) да сопровождают меня во все дни жизни моей, и я пребуду в доме Господнем многие дни.
