Москва - 100,9 FM

«Воспитание в Царских семьях в России». Светлый вечер с Анной Громовой и Людмилой Шумской (23.05.2019)

* Поделиться

У нас в гостях были кандидат исторических наук, председатель Наблюдательного совета Фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество» Анна Громова и руководитель региональных программ фонда Людмила Шумская.

Разговор пойдет о традициях воспитания детей в царских семьях России и о том, как и чему учили детей в семье Николая II.


Ведущая: Горская Елизавета.

Лиза Горская:

- В эфире радио «Вера» – программа «Светлый вечер».

Здесь, с вами, в студии Лиза Горская, и сегодня у нас в гостях Анна Витальевна Громова – историк, общественный деятель, председатель наблюдательного совета фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество», кандидат исторических наук, а также – член бюро президиума Всемирного русского народного собора…

А.Громова:

- С недавних пор.

Лиза Горская:

- … с недавних пор, и – Людмила Шумская, руководитель музейных и выставочных проектов фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество». Здравствуйте!

Л.Шумская:

- Здравствуйте!

Лиза Горская:

- Хотелось бы начать с выставки, которая закончилась около месяца назад – такое масштабное мероприятие проходило в Москве, и в Петербурге… там… какие-то мероприятия проходили – расскажите!

А.Громова:

- Ну… безусловно, все эти прекрасные события, значимые, в которых участвовало множество специалистов по теме Императорской России, были посвящены, в первую очередь, 100-летию памяти святых Царственных страстотерпцев, преподобномученицы Великой княгини Елисаветы, крестовой сестры Марфо-Мариинской обители Варвары, и всех тех восемнадцати представителей Императорского Дома Романовых, которые погибли во время революционного террора.

Мы уже рассказывали об участии нашего фонда «Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество» в создании музея в Тобольске – в Губернаторском доме, где 8 месяцев находилась в ссылке Царская Семья, об успехе нашего музея в Алапаевске, в Напольной школе – потому, что этот музей получил государственную поддержку, равно как и Тобольский – потому, что Тобольский, вообще, стал первым государственным музеем Царской Семьи в России. А Алапаевский музей стал филиалом Свердловского краеведческого музея Клера, что тоже обеспечивает ему, в общем-то, вполне определённое будущее, музей имеет финансирование, и понятно, что мы, как музейщики, историки, волнуемся не только о тематическом наполнении музея, но и о его дальнейшей судьбе.

И особенно важно для нас было… была, конечно, научная часть нашего года памяти Царской Семьи. Мы провели, в рамках Елизаветинско-Сергиевских просветительских чтений – это уже были ХХI-е Елизаветинские чтения – провели две большие конференции – одну в День рождения Елизаветы Фёдоровны в рамках Всемирного русского народного собора в Кремле, а вторую, с участием не меньшего количества докладчиков – 20 докладчиков выступало на первом Круглом столе, и 24 января этого года в Санкт-Петербурге, после Божественной Литургии и панихиды, в память четверых убиенных Великих Князей, которые, как раз, в эту ночь, примерно… ну… историки разделяются – в ночь с 23 на 24 или с 24 на 25 – погибли, были расстреляны большевиками, как заложники, в Петро-Павловской крепости. Собственно, их общественной деятельности, воинскому служению, благотворительной деятельности были посвящены эти две конференции.

И логическим завершением года для нас стал очень большой труд – мы рады тому, что это случилось. Давняя наша мечта была – собирая многочисленные свидетельства о благотворительности представителей Императорского Дома Романовых… собственно говоря, речь идёт о сословной благотворительности под покровительством Императорского Дома Романовых. То есть, речь идёт, вообще, о нашей с вами благотворительности, о нашей с вами истории, о том, как складывалось попечение о всех тех, кто нуждался в помощи, в защите – не только в военное время.

Потому, что на нашей выставке, которая прошла в Царицыно сейчас вот – с декабря прошлого года по 24 марта этого года – выставка… собственно… большая часть её залов, как раз, была посвящена войнам – ну, вот, так сложилась история нашей благотворительности и милосердия, что, конечно, сердца открывались, и кошельки опрокидывались, как раз, в самые тяжкие годы. То есть, люди вынимали последнее, что они имели, и отдавали на дело помощи семьям воинов, призванных на войну, на подарки фронту, на тёплую одежду для воюющих воинов, принимали к себе в дом раненых воинов. Например, у Елизаветы Фёдоровны в русско-японскую войну 27 тысяч раненых воинов… такая была специальная комиссия по бесплатному размещению раненых воинов на долечивание… 27 тысяч.

Москвичи приняли самое широкое участие в этом – огромное количество частных госпиталей… ну… в общем, народная инициатива и народная помощь своим соотечественникам – она принимала огромные размеры. И вот, как раз, эта выставка, с её 1500 экспонатами – 20 музеев-участников, 7 собраний, 7 частных коллекционеров со своими собраниями высказали желание поучаствовать в этой выставке. Благодаря их профессиональной помощи, мы смогли собрать уникальные, совершенно уникальные коллекции. Особенно это касается фалеристики, это касается знаков благотворительных сборов, это касается филокартии, это касается медалей и знаков различных учреждений, под покровительством Императорского Дома Романовых – Императорского человеколюбивого общества, Императорского женского патриотического общества, Ведомства учреждений Императрицы Марии – то есть, огромного объединения благотворительных учреждений под покровительством Императорского Дома Романовых.

Мы довольны результатами выставки. Потому, что… 60000 человек посетило выставку, больше 10 человек участвовало в просветительских программах, концертах, лекциях, которые сопровождали выставку, на протяжении всех этих трёх с половиной месяцев… ну… почти четырёх.

Ну, конечно, книга отзывов пестрит самыми интересными отзывами… потому, что… ну, вот… такие, совершенно невероятные… диаметрально противоположные мнения посетители выставки высказывают. Там, допустим, на соседних страницах можно прочитать… такой… возмущённый отклик: «Вот, опять эти нерусские лица! Эксплуатировали русский народ на протяжении 300 лет! Долой самодержавие!» – а, значит, на другой странице: «Эти ангельские лики, которые смотрят на нас с фотографий, передают любовь правителей, заботу их о своих подданных, личное участие и сердечное благотворение наших Императриц…»

Лиза Горская:

- Даёшь монархию!

А.Громова:

- … да… «… мы потрясены тем, какие суммы отчисляли из личных средств наши Императоры и Императрицы… что их личные труды – труды Александры Фёдоровны по уходу за ранеными воинами, Великих княжён Татьяны и Ольги…» – ну, в общем, совершенно противоположные мнения. Но это ведь – очень здорово! Потому, что… всё равно… даже человек, который… сердце которого… как-то… не склонилось к этой теме… мне кажется, всё равно, эта тема – она не может никого оставить равнодушным, и след, всё равно, остаётся.

Лиза Горская:

- Расскажите подробнее про экспонаты. Всё-таки, 1500 тысячи – это очень и очень много. Вот, что это было?

А.Громова:

- Я с удовольствием передам слово Людмиле Владимировне Шумской – она, вот, в частности, контактировала с нашими коллекционерами, выстраивала вот эти удивительные экспозиционные ряды. Потому, что я, как историк, занималась, в основном, текстами – статьями к нашему каталогу, экспликациями и так далее.

Л.Шумская:

- Ну, и концепцией, безусловно. Анна Витальевна – это было руководящее звено в отношении концепции выставки, как она будет развиваться – чтобы она не отходила от исторической правды. Потому, что мы были увлечены экспонатами, их было много, но и желание их выстроить в произвольном порядке, безусловно, у нас у всех присутствовало – по величине, так сказать, самих экспонатов.

Но, во-первых, надо выделить большие центры, которые выделили нам эти экспонаты – это всё на площадке государственного музея-заповедника Царицыно происходило – это, конечно, Петербургские большие музеи – Царское село, Петергоф, Павловск, это – Государственный Эрмитаж… вот… это наши музеи – Федеральный музей, находящийся в Москве, Государственный Исторический музей… у нас участвовало в выставке 4 военных музея, которые находятся в ведомстве Министерства Обороны Российской Федерации. Для нас это было открытие – потому, что эти музеи полны мемориальными вещами, о которых многие забыли, но до сих пор они хранят удивительные артефакты, так скажем.

Конечно, самые чудесные экспонаты – это те, которые принадлежали людям, о которых мы рассказывали на выставке – так называемые, мемориальные вещи. То есть, это одежда… я имею в виду, что это – платья, мундиры, это предметы личного какого-то участия в благотворении, предметы вышивки, которой касались руки Императриц Марии Феодоровны, Александры Феодоровны, и Марии Александровны. Это – детские предметы, это – трогательные подарки, к Благотворительному базару подготовленные – их очень-очень много. Некоторые из них уже связаны с трагедией последних дней Царской Семьи, когда… несколько было писем из Тобольска с этими страшными марочками «Тобольск», с подписью «сестра Александра».

То есть, они… очень сложно сказать о каких-то конкретных вот таких экспонатах, потому, что… 11 залов, которые заняла выставка, и 300 лет хронологии… ну… наверное, нельзя свести до чего-то одного, самого потрясающего.

Мы постарались в последнем зале, как можно больше, дать ряд… таких… больших изобразительных полотен – там были и Нестеров, и Васнецов. Наверное, вот эти образы, которые эти замечательные художники нашего последнего большого стиля несли… там есть замечательные вещи… была Богородица с Покровом, был Спаситель Воскресший…

А.Громова:

- Это из Музея истории религии, да, Люда? Очень важное…

Л.Шумская:

- Да, Музей истории религии, который… причём, самое интересное, что эти вещи, в своё время, выехали из Москвы.

Например, этот образ Пресвятой Богородицы с Покровом, на медной доске, Нестеровский, он уехал, на самом деле, из домового храма Марфо-Мариинской обители, и оказался в Музее истории религий, который в советское время назывался Музеем атеизма, помните такое название?

Так вот, эти вещи, наконец… Вы знаете, самое удивительное в Выставке, что Выставка проходит, а вот сейчас остался каталог… так вот, эти вещи собрались в каком-то совершенно уникальном порядке, и, силой какого-то невероятного магнетизма, собрались вот в этой исторической тематике.

Так, что – жалко, кто не успел посмотреть Выставку. Но возможность была – мы немножко попали на вот эти праздничные дни Рождества – как обычно бывает для москвичей. Москвичи, обычно, уезжают из Москвы, а те гости столицы, которые добираются – они… уже дальше центра им сложно прорваться. Но, тем не менее, действительно…

У нас было очень много, кстати, интерактива – у нас было 13 экранов, специально приготовлена была инфографика, мультфильмы, и дети, например – родители не переживали, куда деть детей, когда они приходили на выставку, потому, что дети – ходили, и всем этим пользовались… знаете, как они любят это всё – тыкать пальцами, спокойно листать… Было много огромных экранов, два больших фильма – так, что Выставка получилась интерактивная, но, к сожалению, время, которое разрешено на экспонирование отдельных материалов, не может быть больше трёх месяцев – у нас было очень много графики – поэтому, конечно, продлить её дальше не было никакой возможности.

Лиза Горская:

- Почему?

Л.Шумская:

- Ну… есть определённые правила хранения и экспозиции, когда предмет нужно заменять. Потому, что это опасно для предмета…

А.Громова:

- Графика – выгорает.

Л.Шумская:

- И фотографии, и многие документы. Поэтому, чтобы продлевать такие вещи – это уже очень дорогостоящая получается история, и три месяца – это максимальный срок, возможный для такой выставки. Максимальный. Но, слава Богу, что, хотя бы, вот эти три месяца – были.

А.Громова:

- Но мы можем утешить наших дорогих слушателей. Потому, что сейчас мы ведём активную работу для того, чтобы все наши тексты, проход по Выставке, изображение отдельных, исключительно ценных предметов – всё это мы сохранили, надо всех этой темой мы работали внимательно, и сейчас можно будет увидеть нашу интерактивную выставку – экскурсию по Выставке – на сайте…

Л.Шумская:

- Виртуальный музей, да, настоящий.

А.Громова:

- Да, виртуальный музей будет настоящий… а, когда?

Л.Шумская:

- Ну, где-то, в начале июня – вот, так обещают, что запустят. Это очень сложная система. Потому, что там же было 11 залов, и общая площадь – колоссальная получается, и это всё – отсъёмка такая… в такой видеопроекции сложнейшей… и можно будет просто… ну… как бы, нажимая… ну, как это устроено на сайтах больших Музеев – нажимая просто на экспонат, вы будете получать полную выкладку. Но только вы не будете получать ту картинку, которую вы видели в экспозиции, а вы уже будете получать полную научную выкладку, которая представлена в каталоге.

А.Громова:

- Да, и, с радостью, сообщаем о том, что вышел каталог Выставки – 460 страниц, описания более 500 предметов с нашей Выставки. Вообще, он увлекателен и для внимательного чтения, и – просто для пролистывания. Мы надеемся, что сможем передать и, безусловно, в Царицыно, в первую очередь – они, как хозяева, как бы, наши коллеги по площадке выставочной, в первую очередь, в своих музейных бутиках будут продавать этот каталог, и мы, с удовольствием, я думаю, на своём сайте разместим – тоже можно будет воспользоваться, и купить этот каталог. Может быть, в Марфо-Мариинскую передадим… ну… в общем, сейчас мы уже распределяем тираж – так, что постепенно можно будет с этим каталогом ознакомиться и специалистам, и любителям, и просто тем, кого интересует тема благотворительности под покровительством Императорского Дома Романовых.

В эту экспозицию вошли две темы: милосердие и просвещение. Потому, что, на самом деле, тема – всеобъемлющая. Она включает тему Романовых-меценатов, то есть, покровительства искусству – музыке, театру, живописи, храмоздательству, ремёслам, и мы посчитали нужным, как минимум, ещё на две большие подтемы разделить дальнейшее продвижение этой темы, и предполагаем в 2020 году провести большую выставку, посвящённую Романовым-меценатам, то есть, Романовым – покровителям искусств, ремёсел, Романовым-храмоздателям.

Л.Шумская:

- Если можно, я только добавлю… Анна Витальевна, простите… дело в том, что у нас существует библиотека Елизаветинско-Сергиевского просветительского общества, и мы уже издали более 20-ти таких вот, хороших, изданий. Если у радиослушателей есть вопросы, можно просто зайти на сайт Елизаветинско-Сергиевского просветительского общества, и оставить заявку. Библиотека там представлена, и издание можно приобрести, мы всегда рады помочь. Потому, что книг очень много, очень интересных, вот в этой актуальной тематике – сейчас 100-летие памяти Царской Семьи, да…

А.Громова:

- Мы даже не говорим здесь о наших замечательных авторах, потому, что такие крупнейшие специалисты по благотворительности, как Игорь Викторович Зимин, как Владлен Михайлович Хрусталёв, такие, как Галина Николаевна Ульянова, Кудрина Юлия Викторовна и многие, многие другие, внесли свой вклад в разработку этой темы, и специально приготовили научные статьи для нашего каталога. И даже некоторые наши коллеги – Игорь Викторович Зимин, вместе со своими коллегами Соколовым и Хитровым, сделали новое издание… такое… всеобъемлющее по благотворительности Царской Семьи, и это, действительно, уникальное совершенно издание, вышедшее в серии «Библиотека Елизаветинско-Сергиевского просветительского общества». Я думаю, что оно будет интересно самому широкому кругу читателей и специалистов.

Лиза Горская:

- Это вот тот каталог, который я сейчас держу в руках?

А.Громова:

- Да, каталог, который Вы держите, это вот, как раз, каталог нашей выставки «Благотворительность под покровительством Императорского Дома Романовых: милосердие и просвещение».

Лиза Горская:

- Почти 500 страниц… сложно, вообще, представить, что сюда все 1500 экспонатов вошли…

А.Громова:

- Нет, 1500 не вошли – 500.

Лиза Горская:

- 500?

А.Громова:

- Да-да-да, 500 – потому, что все невозможно разместить. Просто, многотомное издание должно быть. Но на виртуальной выставке они будут отражены – как бы, не в той последовательности, как в каталоге. То есть, это будет немножко другой набор экспонатов.

Л.Шумская:

- Ну, мы составили вот эти научные описания, которые позволяют не только тонко, так скажем, научной общественности иметь это как большой научный материал, а ещё и, в принципе, людям, которые просто интересуются историей, спокойно и совершенно самостоятельно изучать, листать и читать. То есть, тут много материала, доступного… так сказать… в общем-то, просто любителю истории даже.

Лиза Горская:

- Как этот сайт найти, когда он запустится в июне – вот, виртуальная выставка?

Л.Шумская:

- Нет, у нас он уже существует давно… уже семь лет существует на сайте, прямо выложено – вы найдёте «Виртуальный музей», там есть отдельное окошечко – сразу на него можно попасть.

А.Громова:

- Наверное, надо назвать сайт – не все знают…

Л.Шумская:

- Сайт – «Елизаветинско-Сергиевское просветительское общество» набираете, и выходит у вас espo-fond.ru – пожалуйста, заходите. У нас много посетителей, которые периодически обращаются к нашим историческим материалам.

Лиза Горская:

- А вот, виртуальная выставка, про которую Вы говорите…

Л.Шумская:

- Да, она представлена на сайте, как и другие проекты фонда. Её найти очень легко – окошко баннерное выводит сразу на главный лист сайта.

Лиза Горская:

- А что в начале юнита тогда откроется?

Л.Шумская:

- Вот, собственно, запустится вот этот полноценный проект – 11 залов – в виртуальном варианте они будут существовать уже, доступными для посетителей сайта.

А.Громова:

- Ну… мы хотим популяризировать эту тему, и когда мы проводили презентацию каталога, у нас был Круглый стол, посвящённый презентации… вообще… посвящённый благотворительности, на наших форумах, посвящённых Царской Семье, были представители крупнейших музеев. Допустим, Елена Яковлевна Кальницкая поддержала нас в намерении сделать такую передвижную стендовую выставку, посвящённую традициям образования и воспитания в Царской Семье. Но я считаю, что мы должны пойти дальше, и мы задумали такую, более грандиозную, выставку, которая отражала бы, с одной стороны, традиции российского образования в учреждениях, под покровительством Императорского Дома Романовых – как в том же Московском Воспитательном доме, допустим, в школах Женского Патриотического общества, в заведениях Императорского Человеколюбивого общества, и во многих других, как в том же Елизаветинском Благотворительном обществе, которое имело очень прочные позиции в Москве, и широко поддерживалось  московскими благотворителями, а, с другой стороны, мы хотели бы рассказать о том, как… о частном воспитании своих собственных Детей. И очень любопытны вот эти пересечения, да?

Ведь, вы знаете, я сейчас просто параллельно изучаю и те, и другие материалы, для составления баннеров, для составления вот этих панелей выставочных, и поражаюсь тому, насколько традиции воспитания в своей Семье наши Императрицы переносили в свои благотворительные заведения.

Вообще, удивительно, что… допустим… когда для Императора, для Государя Николая I и Императрицы Александры Феодоровны Василий Андреевич Жуковский – поэт и литератор, и педагог – составил специальный «План учения» для Наследника Александра Николаевича, то этот «План учения» предполагал разделение на три возраста, как бы: с 8 до 13 лет – учение приготовительное, с 13 до18 лет – учение подробное, и с 18 до 20 – учение применительное. Именно вот на такие же возрастные категории делились классы в воспитательных учреждениях под покровительством Императорского Дома Романовых – точно те же принципы хорошей физической подготовки детей, аскетическое воспитание детей, как в собственной Семье – спали на жёстких кроватях, одевались удобно и скромно дети, непременно, практически, весь день был занят занятиями, прогулками, физической нагрузкой, трудом. Вообще, все наши Императрицы были сторонниками трудового образования детей, и ровно так же воспитывались Дети и в Царской Семье. И удивительно, что Николай I даже предположил для своих Детей отдельные территории в резиденциях для занятия ремёслами – Детский остров и фермочка в Царском Селе, фермочка в Петергофе. Мальчики обучались, по традиции, столярному и токарному мастерству, девочки обучались рисованию и рукоделию… и, собственно говоря, те же принципы ручного труда, принципы освоения всех основных прикладных способов самовыражения, что называется – вышивки… там… плетения, выжигания… в общем, всякие, самые разнообразные ремёсла.

Например, у Императрицы Александры Феодоровны, в Ольгинских приютах – ну, это когда родилась Великая Княгиня Ольга Николаевна, первый ребёнок, то это, по принятой традиции, нужно было обязательно организовать либо серию, либо одно благотворительное учреждение, и тогда Александрой Феодоровной были основаны Ольгинские детские приюты, которые были приютами трудолюбия, в том числе – и вот, представляете, разнообразие: 18 ремёсел изучалось в детских приютах.

Лиза Горская:

- Извините, а дети какого возраста были в этих приютах?

А.Громова:

- Дети совершенно маленькие – от 5 лет.

Лиза Горская:

- Крохи совсем…

А.Громова:

- Да-да-да! Они начинали… вообще, они начинали… эта традиция идёт со времён Петра I ещё. Вообще, при Петре I… вот, в Андреевском монастыре мы с вами сидим… в Андреевском и Новодевичьем монастырях традиции воспитания подкидышей, оставленных детей очень широко практиковались в то время. И, допустим, в Андреевском монастыре было… до 400 сирот здесь призревалось, и были определённые правила, по которым воспитывались мальчики и девочки отдельно. В Новодевичьем воспитывались девочки, в Андреевском – мальчики.

Лиза Горская:

- И эти крошки, с малолетства, осваивали ремёсла, получается?

А.Громова:

- Да, в том числе. То есть, сначала – какой-то домашний труд, уход за собой – там, застилать постель, топить печь, и так далее. Собственно говоря, этому же обучали и Гессенских Принцесс. В детстве, Елизавета Фёдоровна и Александра Фёдоровна, их сёстры Ирена и Виктория – они не были белоручками, они всё, абсолютно… «В детстве нас обучали всему», – говорит Александра Фёдоровна, пишет в своих письмах. То есть, для неё… она была потрясена, когда приехала в Россию, и удивилась тому, что российские барышни… вообще, говорит, что… ну… такое легкомыслие – ни о чём, кроме… там… офицеров, флирта и нарядов, и светских развлечений – ни о чем больше не размышляют.

И она придумала, значит, Царскосельское общество рукоделия создать – прямо в 1896 году, после Коронации, она его создала. Слушайте… но, в результате, всё развалилось! Потому, что нужно было сделать всего две крупные вещи для Благотворительных базаров, в течение года – то есть, ничего, вообще, особенного от этих дам не требовали. И, тем не менее, постепенно, постепенно… как бы… все дамы покинули этот кружок, и такие скромные требования Александры Фёдоровны, вообще, не выполнялись.

И, вообще, для Александры Фёдоровны, которая прибыла их своего Княжества Гессенского, где… ну… как бы… самым тёплым, самым желанным, самым лучшим подарком – был подарок, сделанный руками. И поэтому она, со всем тщанием и любовью, для всех своих крестников, для придворных дам – она расшивала шарфики, вязала… там… одеяльца для младенцев – ну, в общем, всё делала.

Ну, они, вообще, праздными не оставались – то есть, руки были постоянно заняты, и, естественно, из-под рук выходила, каждый вечер, какая-то маленькая вещица – то жилетка, то шарфик, то какое-то одеяльце. И вот она просто, с чистым сердцем, это всё преподносила в первые годы своего царствования, а в ответ получала – полное отторжение и недоумение окружения. Потому, что он неё ждали бриллиантов, золота, украшений, брошей, табакерок… ну… каких-то таких совершенно…

Л.Шумская:

- Она даже это писала: «Я вижу, что он меня – ждут. Мне, тем более, приятно подарить шарф, связанный моими собственными руками – в то время, как наша Родина воюет, мы не должны время проводить впустую».

И в первые, кстати, дни, когда она приехала, и молодые уже переехали в Петербург и поселились… сначала это были квартиры в Зимнем Дворце... первые дни ей пришлось показывать гувернантке, как надо красить каминную решётку, объясняя на, ещё не очень хорошем, русском, что, вообще, это нормально – вовремя красить каминные решётки, чтобы они выглядели хорошо, и сама, своим примером, показывала, как это делается.

Лиза Горская:

- А до неё – не красил никто?

Л.Шумская:

- Просто это мало кого волновало так сильно, как её.

Лиза Горская:

- Ну, копоть и копоть…

Л.Шумская:

- А её, привыкшую, в общем-то, к определённому порядку и логике вот всех этих поступках хозяйственных – это её отличало с Елизаветой Фёдоровной – у них была своеобразная такая… знаете… немецкая логика в этих хозяйственных делах, и каждая вещь должна была работать, соответствовать. Если она сломана, она должна быть починена, и так далее, и так далее.

Ну, и здесь, когда стояла, уже давно не крашеная, каминная решётка, она долго объясняла гувернантке, как надо её покрасить, чтобы это выглядело прилично и хорошо.

Лиза Горская:

- А удалось эту инерцию, хотя бы отчасти, переломить, или… нет?

Л.Шумская:

- Вы знаете, судя по тому, что, в результате, Александра Фёдоровна приходит к тому, что она просто учреждает – уже в 1903 году… 1909 году – она учреждает просто специальные учебные заведения для обучения персонала, для обучения, вообще, молодых девушек – труду. И, самое потрясающее – по-моему, это вот в 1903 году – они с Государем учреждают в Царском селе школу нянь. Причём, Александра Фёдоровна 100000 своих личных средств отдаёт на то… ну, как бы… на благоустройство, уже построенных на государственные средства, корпусов, на благоустройство территории, и потому уже, с 1906 года, она уже даёт по 60000 в год на содержание школы.

В школе обучаются всего 50 девушек, с 16 лет, называлась школа – «Школа нянь». То есть, они проходили в течение двух лет курс наук – и анатомию, и педиатрию, гигиену, Закон Божий, историю, и так далее.

В одном крыле жили и учились молодые девушки – эти няни, а в другом крыле было 50 младенцев, и у каждой нянюшки было по ребёночку, которого она опекала – из Детских домов малыши, которых они воспитывали. Вот этих грудных младенцев он вскармливали, воспитывали, гуляли с ними, уделяли им время, и так далее, и так далее.

Вообще, когда первые выпуски уже пошли после 1912 года, спрос на этих нянь был – просто! Изо всех губерний сыпался поток писем: «Пожалуйста, пришлите… пожалуйста, пришлите!» – и, собственно, принцип уже тогда появился, что вот эти обученные, прошедшие курс вот этих наук, наиболее талантливые в педагогическом смысле, девушки, могли преподавать уже на местах – в губерниях, и тоже могли организовать вот такие курсы нянь. Потому, что профессиональные, добросовестные, просвещённые… ну… просто по-европейски образованные, я бы сказала, девушки были просто необходимы в помощь мамам по всей стране.

Л.Шумская:

- Это, кстати, сейчас… продолжается эта ситуация в Британии. Вы если слышали, осталась последняя школа нянь, так называемая – а эти школы нянь появились ещё со времён Королевы Виктории. И, если мы говорим о какой-то традиции, то образование… то воспитание, которое получили Александра Фёдоровна и Елизавета Фёдоровна, как внучки английской Королевы, собственно, они здесь тоже и продолжали.

Так вот, сейчас в Англии осталась последняя школа нянь, и одной из выпускниц, собственно, вот этой школы является настоящая воспитательница маленького вот этого Принца Джорджа, который – Наследник Британской Империи.

Их отличают тоже особенности образования, даже форма их – особенная. Вот, такая последняя школа нянь осталась. А некая вот такая история в России была связана с Александрой Фёдоровной.

Надо заметить, что это – ещё при полном отсутствии Министерства здравоохранения в Российской Империи. То есть, это, совершенно, попытка уже создать институт особенный – потому, что не было у нас ещё пока, в нашей почве, этого.

Лиза Горская:

- Я напоминаю, что в эфире радио «Вера» – программа «Светлый вечер». Оставайтесь с нами, мы вернёмся, буквально, через минуту.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

Лиза Горская:

- «Светлый вечер» в эфире радио «Вера». Здесь, с вами, в студии, Лиза Горская. У нас в гостях Анна Витальевна Громова – историк, кандидат исторических наук, общественный деятель, председатель наблюдательного совета фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елизаветинско-Сергиевское просветительское общество», а также член бюро Президиума Всемирного русского народного собора, и – Людмила Шумская, руководитель музейных и выставочных проектов фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елизаветинско-Сергиевское просветительское общество».

Вот, мы говорим о воспитании, о традициях воспитания в Доме Романовых – мне кажется, это, всё-таки, не самая известная тема. Потому, что, если о благотворительной деятельности наши слушатели… мы… более-менее, знаем, то воспитание, отношение к воспитанию, значимость этого вопроса, и вклад Императорского Дома Романовых… вот, у меня такой вопрос: это было неизменно, на протяжении всего правления, или это именно вот – Гессенская история?

А.Громова:

- Нет, безусловно, теме воспитания и образования, естественно, уделялось самое серьёзное внимание со времён ранних Романовых. И первые, может быть, наиболее серьёзные шаги в области опеки над беспомощными, как бы нуждающимися в поддержке, детьми были заложены ещё при Петре I.  И для нас, вообще, очень важно, что Московский Воспитательный дом, которому в этом году исполняется 255 лет – это детище Екатерины II, равно как и Санкт-Петербургский Воспитательный дом, который появился чуть позже – это было необходимое средство для спасения многочисленных, так называемых, зазорных младенцев. То есть, вы даже не представляете… мы даже себе не представляем, какое количество детей – до 100000 детей – принималось в год. И Московский Воспитательный дом, когда планировалось, проектировалось его строительство, проектировалось два каре – восточное и западное, и одно каре предполагалось для проживания девочек, другое – для мальчиков. По 40000 тысяч предполагалось поселить детей. Но удивительно, документы свидетельствуют о том, что когда, после Петра I, который делал первые попытки, используя благотворительные возможности монастырей, призревать вот этих детей ( в частности, как мы уже и говорили, Андреевского и Новоспасского монастырей )… когда Петра I не стало, и, практически, до Екатерины, вот эта система опеки бездомных детей и детей малоимущих родителей – она сошла на нет. И документы свидетельствуют о множестве младенцев – умерших, убиенных младенцев – которых находили по городам, болотам, лесам, свалкам… ну… и так далее.

И чтобы предотвратить вот этот поток преступлений, на которые были вынуждены идти матери, которые не в состоянии были просто этих детей прокормить, было принято решение о том, что традиции, заложенные Петром I, продолжаются. И это, по-прежнему, анонимное принесение младенцев в Воспитательный дом. Всё это только при Александре III стало меняться. А вообще вот – от времён Петра I до Александра III – можно было «зазорного» младенца принести. Другое дело, что шансы его выжить были весьма малы, особенно, при Екатерине II, когда умирало почти 70% младенцев. В том числе, они умирали от эпидемий, от оспы – почему Екатерина II взяла на вооружение все новейшие принципы вакцинации. Она первая привилась от оспы, и даже специальная медаль вышла, которая была у нас на выставке «Благотворительность под покровительством Императорского Дома Романовых», в честь оспопрививания – да, Люда? У неё какое-то красивое название было…

Л.Шумская:

- Вариоляция – так называлась эта, достаточно страшная процедура, и Екатерина II сама показала всем пример.

Процедура эта – вариоляция – проходила следующим образом. В биоматериал, то есть, непосредственно, кровь человека, который уже выздоравливал от оспы, помещалась некая нить, которую потом, с помощью иглы, протаскивали под кожей прививаемого – ну, и, таким образом, он уже заражался болезнью, которая была уже побеждена.

Екатерина сделала это не только себе, она ещё и своему единственному наследнику – Павлу I будущему – сделала. Она это пережила. Более того, она оставила уникальные дневниковые записи о том, как она неделю, после этого, себя чувствовала. Это стало невероятным пособием при борьбе с оспой. После этого события 140 сановников высочайших привились от оспы, и, таким образом, на медали появилась надпись: «Сама подала пример».

Поэтому, в общем, событие очень большое, и очень известное.

А.Громова:

- Интересно, что при Императрице Марии Феодоровне, супруге Павла I, которая, на самом деле, является, наверное, энциклопедией… вообще… Российской благотворительности, потому, что при ней самые различные направления оказания помощи всем видам страждущих были – это и первые учреждения помощи слепым, глухим, немым, со всякими различными врождёнными пороками людям, помощь инвалидам…

Л.Шумская:

- Военным инвалидам…

А.Громова:

- … да… помощь военным инвалидам, помощь различным категориям детей по социальному происхождению, что тоже важно – не всё, что в Институте благородных девиц нужно преподавать, нужно преподавать в Мещанском училище. Были специальные училища для солдатских детей, для девочек и для мальчиков – отдельно… то есть, все вот эти градации, всю эту сложную систему, всё это её чистосердечное стремление объять благотворительной помощью всех нуждающихся – вот это отличало Императрицу Марию Феодоровну, она, конечно, удивительная.

Удивительно она вошла в нашу историю – как мать, вообще, нашей отечественной благотворительности. И она, как раз, ещё и ещё раз подтвердила правило, что в Московские Воспитательные дома, во все учреждения московские, санкт-петербургские, во все учреждения Ведомства Императрицы Марии принимались только привитые дети. То есть, непривитых детей – невозможно было. То есть… ну… в Воспитательных домах, естественно, прививали сами, поскольку это дети были принесённые, а вот во все… там… в гимназии, в приюты, и так далее, во все учреждения обязательно дети должны были поступать привитые, или прививаться на месте. То есть, вот это – со времён Екатерины II ещё пошла эта история.

Вообще, Мария Феодоровна исключительно была талантливая – талантливый педагог, вообще, талантливый организатор благотворительности в общегосударственном масштабе. Но в семье – это тоже было что-то уникальное. Во-первых, она, конечно, в Гатчине… её вечера с внуками… её время, которое она проводила с детьми – она с такой искренней радостью занималась воспитанием своих детей!

Мы знаем, что Екатерина II старших отняла у неё – Александра и Константина Екатерина, по примеру своей злой предыдущей свекрови, которая тоже отняла…

Л.Шумская:

- Да, Елизавета Петровна…

А.Громова:

- … да… Елизавета Петровна тоже отняла у неё её первенца… и, при этом, она строго Марии Феодоровне говорила: «Ты не думай, что это твои – дети государственные!»

Лиза Горская:

- А потом Екатерина построила Воспитательные дома, и решила отбирать у всех детей, как у неё отбирали в молодости!

А.Громова:

- … вот… но она, с огромной радостью, воспитывала младших. И, надо сказать, что из Николая I… вот, он незаслуженно был забыт в нашей истории, оклеветан, «Николаем Палкиным» назывался – сейчас, кстати…

Л.Шумская:

- Солдафоном его называли…

А.Громова:

- … у Выскочкова вышла потрясающая совершенно монография – огромная, многостраничная – посвящённая Николаю I.

Л.Шумская:

- Он нежнейший, вообще, человек был в воспитании, Николай I, и, именно благодаря тому, что его воспитание… как бы… руки длинные его бабки не дотянулись до него, его воспитание было достаточно свободным. Правда, его периодически били головой об стену…

А.Громова:

- Ну, это Ламздорф бил…

Лиза Горская:

- Буквально?

Л.Шумская:

- Да, буквально. Тогда ещё разрешались телесные наказания, и его переставали бить только тогда, когда предстояли какие-то большие события, и чтобы он в синяках не показывался – тогда, значит, не били. И только благодаря тому, что до него не дотянулись длинные руки бабки, у него… как-то… более-менее… такое… свободное внутреннее состояние выросло. Ну… уникальный, конечно, человек Николай I…

А.Громова:

- Ну… он… вот, мы уже говорили о том, какую прекрасную программу воспитания – план учения – составил Василий Андреевич Жуковский для детей Императора Николая I и Александры Феодоровны, которая, в первую очередь, следовала, опять же, тем принципам, которые заложила в воспитание Государыня Екатерина II – то есть, преобладание… как бы… подчинение образования – воспитанию.

То есть, для Жуковского самое главное было – воспитание человека, гражданина и христианина. То есть, для него даже не важен был набор тех знаний, которые приобретёт ребёнок, но обязательны его нравственные качества.

Ну, мы знаем… вот… знаменитую историю про 5000 рублей, которую сейчас уже, практически, знает каждый россиянин, когда Николай I выдавал всем своим десятерым детям деньги на благотворительные расходы.

Л.Шумская:

- Это отдельная сумма была…

А.Громова:

- Да, отдельная сумма, 5000 рублей в год. Причём, допустим – для сравнения – дочери Николая I писали о том, что их платья стоили гораздо дешевле. То есть, это – большая сумма. Они должны были научиться распоряжаться этой суммой… то есть, это – определённая такая была школа благотворения.

Лиза Горская:

- А потом отчитывались?

А.Громова:

- Да.

Л.Шумская:

- Обязательно, всегда. Строжайший отчёт, на самом деле, по журналам трат Императорского Двора – это отдельное министерство Императорского Двора, и это отдельная система. Никаких… знаете… «карманных» денег, в общем-то, практически, не было. Поэтому, это – система очень жёсткая.

А.Громова:

- Потом, интересно очень… интересные принципы были заложены Государем Николаем I для своих детей – не только разделение по возрастам на образование, но вот это, как предполагал Жуковский, с 18 до 20 лет «учение применительное» – была заведена традиция путешествий у цесаревичей, и будущий Император Александр II – цесаревич Александр Николаевич – предпринял первое путешествие по России. Оно длилось 8 месяцев, и, в течение всего этого времени, цесаревич переписывался с отцом – Императором Николаем I, и он особо отмечал, что необходимо ему увидеть, в процессе этого путешествия, для того, чтобы он знал всё, что предстоит знать будущему Царю.

И… допустим… просто перечень городов, которые он посетил – Новгород, Вышний Волочёк, Тверь, Углич, Рыбинск, Ярославль, Ростов Великий, Переславль-Залесский, Юрьев-Польский, Суздаль, и многие, многие другие. Он побывал на Урале в Перми, в тридцать седьмом году, 2 июня, был в Тобольске, и даже в воспоминаниях того времени пишут, что Престолонаследника приехали приветствовать Киргизский султан и Вогульский старшина, которые получили в дар кафтаны с золотыми галунами, а также – шапки и кортики. Да, обмен подарками, естественно, да…

Ну, точно так же потом Император Александр II отправил в такое же путешествие образовательное своих сыновей Владимира и Алексия, и мы знаем, что в этом году тоже… по-моему, 130 лет, что ли… какая-то круглая дата путешествия Государя Николая II – цесаревича Николая Александровича…

Л.Шумская:

- Его Восточное путешествие…

А.Громова:

- … да-да-да… Николая Александровича, которое… это 1890-91 годы. Ну, это – потрясающая кругосветка была, мы знаем, с посещением многих государств. Причём, везде его принимали как… как бы, как правящего Государя – то есть, у него были такие особые дипломатические полномочия, и, в частности, он посетил Тобольск…

Вообще, очень любопытно – мы, когда делали музей в Тобольске, мы столкнулись с тем, что в Губернаторском доме уже была некая… такая… небольшая краеведческая экспозиция, и, в частности, главными акцентами в этой экспозиции были предметы, оставшиеся от посещения Тобольска цесаревичем Николаем Александровичем – очень многие интересные фотографии, его автографы.

Интересен круг учреждений, который посещался. Это не только вот городские балы… там… увеселения, где происходил контакт с местной знатью, но непременно – благотворительные учреждения, университеты. Причём, всё это было не просто посещениями, а составлением неких благотворительных взносов, и так далее, и так далее.

То есть, вот эту традицию путешествий, отчёта о путешествии, путевых дневников, переписки с Родителями – всю эту историю начал Император Николай I, и, потом уже, супруга Александра III Мария Фёдоровна очень активно тоже продолжала эту традицию. Так, что…

Л.Шумская:

- Можно я дополню немножечко…

А.Громова:

- Да, да…

Л.Шумская:

- … про Николая II воспитание…

Лиза Горская:

- Конечно… я просто… единственное, что я хотела уточнить – по поводу монографии Выскочкова о Николае I. Это Вы имели в виду монографию, которая в серии «Жизнь Замечательных Людей» вышла, или – новая у него монография?

А.Громова:

- Ну… я знаю, что вот последняя… Вы считаете её последней – которая в «ЖЗЛ» вышла?

Лиза Горская:

- Нет, я спрашиваю… может быть, уже что-то ещё вышло, и я пропустила…

А.Громова:

- Нет, нет, монография большая вышла…

Л.Шумская:

- В «ЖЗЛ» уже выходила, несколько лет назад, «Николай I»…

Лиза Горская:

- Да-да-да, и Выскочков тоже был, да?

А.Громова:

- Нет, это новая, большая монография – именно историческая. Потому, что, всё-таки, «ЖЗЛ» – это публицистика.

Л.Шумская:

- Ну, вот… кто хочет узнать об особенностях личности Николая I, очень стоит… выходил несколько лет назад двухтомник – ГАРФ выпускал – писем: переписка Николая Павловича и его сына Александра Николаевича, соответственно, будущего Императора Александра II. Там всего несколько лет этой переписки – 1839-1841 года – совершенно уникальные, нежнейшие письма друг ко другу. Вот уже где, точно, любовь и доверие между детьми и родителями.

Я хотела два слова добавить к Николаю II. Вы знаете, наверное, как раз, где-то вот... наверное, на примере этой личности, наверное, меняются какие-то основные… так скажем… моменты в области образования внутри Семьи, и воспитание Николая II проходит удивительным способом.

Помимо вот этих путешествий ещё… мы знаем, что детство его и юность прошли в Гатчине – это такой… ну… скажем… северный такой большой дворец, похожий на некие датские замки, шведские замки… такой… немножко отчуждённый от Петербурга, дальше других располагающийся. Но это – невероятно живописный парк, практически, с дремучими абсолютно местами, куда Дети отправлялись, вместе с Отцом, на охоту, отправлялись в ночные путешествия, на лодках катались. Детям долгое время пытались запрещать. Потом, волевым решением, было разрешено отпускать, и дети – и Георгий, и Михаил потом, и Николай – они свободно катались, передвигались в той зоне, в которой им было разрешено, на лодках, ходили на оленей, между прочим. Николай II первого своего медведя, если хотите знать, убил в 14 лет на охоте. Поэтому, это была очень удивительная школа выживания, которую придумал Александр III для своих Детей.

Конечно, было невероятным и образование. У Николая II оно, вообще, блестящее: 9-летка плюс ещё 4 курса высших наук. У него был прекрасный воспитатель – генерал-адъютант Данилович, серьёзнейший человек. Но вот именно вот это… у него не было, например, греческого и латыни, как было у предыдущих Великих князей. Это было заменено минералогией, ботаникой, это было заменено определёнными…

А.Громова:

- … анатомией, что потрясающе…

Л.Шумская:

- … анатомией, да, физиологией – это было заменено необходимыми знаниями в меняющемся мире, и тоже, опять же, связано вот с этим выживанием. Почему он очень любил… у него же… сохранилась его переписка с отцом, и там тоже такие подробности есть – как он выслеживает зверя, например… то есть, всё, чему научил отец. И потом Ольга Александровна тоже в своих воспоминаниях оставила вот эти чудесные мгновения с отцом, с Александром III – таким большим-большим, глыбой-человеком, который раскрывался, вместе со своими детьми уходя в далёкие уголки этого Гатчинского парка. А это уголки, знаете, они – на протяжении нескольких десятков километров, это не где-то около дома. И Мария Фёдоровна поджидала там их до утра, боясь, что кто-то утонул, или что-то случилось, хотя… И их совершенно не растили, как Александр III говорил, оранжерейными цветами и фарфоровыми вазами. Эти Дети, действительно, умели самостоятельно выживать.

Почему Георгий, когда, оказавшись в Абастумани… Мария Фёдоровна его навещает, мы знаем, скончался от туберкулёза, брат Николая II… но, всё равно, эти все люди – которые умеют выживать. Любят природу и себя гармонично умеют чувствовать.

Почему, кстати, дневники все Николая II – все ищут в них каких-то подробностей и лирики, а они очень похожи на корабельные журналы. «5 утра, зюйд-вест…» – да, такой-то, там, ветер дует, такая-то погода… они начинаются с погоды. Вот, это – воспитание его родителей, Александра III и Марии Фёдоровны, которые приучили детей доверять природе, любить природу.

Лиза Горская:

- А почему это было важно для них, как думаете?

Л.Шумская:

- Я думаю, что это была способность… это… знаете… это тоже – определённая наука выживания. Потому, что уже… во-первых, в Александре III в самом, как в личности, был заключён, наверное, вот этот… такой симбиоз, очень сильный такой… знаете… это очень, на самом деле, гармоничная личность, которая совершенно не любила Петербург, которая не любила балы, которому всё это претило, и он рад был вернуться в свою эту Гатчину, и закрыться там от всего, понимаете? И своих детей он тоже растил такими, и надеялся, что они не будут тратить своё прекрасное время на пустоту – на эти увеселения.

Хотя, у него совершенно трогательные там есть тоже заметки. Когда Мария Фёдоровна уехала в Данию, он пишет ей: «Минни, не смог удержать Ники. Он сбежал от меня в Петербург. Но ему сейчас со мной скушно – надеюсь, вернётся», – это молодой Николай Александрович, который сбегает уже на какие-то театральные постановки.

Но это мудрость, на самом деле, определённая, когда нет ничего важнее в Семье любви между собой, отношений между собой, чего бы там ни манило где-то впереди. И это, в принципе, они передали Детям. Потому, что яхта «Штандарт» потом уже, у Семьи Николая II, стала таким… знаете… тоже, своего рода, прибежищем, островом, который, вроде бы, отделился от этих балов, от этого пышного Петербурга, от чего-то ещё, но это стало местом средоточия вот такой вот любви, внимания. Их вылазки на эти острова в финских шхерах – это же тоже природа, это тоже вот этот способ познания мира. 

А.Громова:

- Потом, мне кажется, что при той тяжести ответственности, которая лежала на плечах любого государственного деятеля – и правящего Государя, и цесаревича, и, вообще, членов Императорской Семьи – мне кажется, мудрые Родители обязательно должны были научить своих Детей отдыхать и сбрасывать вот этот груз и ответственность государственных обязанностей во время отдыха. Мне кажется, это один из способов… почему, допустим, Великого князя Сергия Александровича учили понимать и любить живопись? Для не огромным отдохновением от государственных забот было посещение музеев, выставок, увлечение археологией грандиозное. И, собственно говоря, для девочек искали… как бы… другого труда, в отличие от тех нагрузок, которые лежали на них в Государственных комитетах, как, допустим, на Великой княжне Татьяне Николаевне, или Ольге Николаевне. Они ведь возглавляли огромные, ответственнейшие участки общественной работы – и Беженский комитет, и Отделение Петербургского верховного совета помощи семьям лиц, призванных на войну. В течение нескольких лет они вот эти тяготы войны разделяли вместе со своим народом.

И девочек учили отдыхать за рукоделием, и, в то же время, делать что-то доброе. Потому, что эти их прекрасные работы потом дарились в церкви – это были и воздухи, и пелены, и многие, многие ценные вещи, которые сейчас вот мы из Джорданвилля, как самые величайшие сокровища, их работы рукодельные получаем, и радуемся тому, что Господь сохранил для нас.

Л.Шумская:

- Вы знаете, например, в Центральном музее Вооружённых сил в Москве в 90-е годы в фонды музея вошла часть фондов музея «Родина» – большого объединения. Вещи из Зарубежной Церкви вернулись, относящиеся к истории Царской Семьи.

Так вот, мало кто знает, даже из москвичей, я уже не говорю про гостей столицы, что там есть вещи, принадлежавшие Императрице Александре Феодоровне – например, носки для фронта, которые она вязала увечным.

И вот, сейчас Анна Витальевна сказала про комитеты Великих княжён Ольги и Татьяны – это же не голословное их участие в этом было, они были хирургическими сёстрами, они участвовали, они знали врачебное дело, они участвовали в настоящих ампутациях.

Вот, Александра Фёдоровна пишет Николаю: «Сегодня была смерть. Ольга впервые видела, при ней случилось».

Они участвуют в ампутациях конечностей – это абсолютно настоящая работа, медицинская работа, профессиональная…

А.Громова:

- Они – сертифицированные медицинские сёстры военного времени были.

Л.Шумская:

- Поэтому, когда они где-то сидят, в чём-то участвуют – это не просто их номинальное присутствие, это абсолютно настоящее осознание того, что стоит за… что за этой… какая работа стоит.

А.Громова:

- Очень многие, кстати, Александру Фёдоровну за это осуждали, и говорили, что не дело Великим княжнам видеть кровь, и обнажённое тело, и так далее, и так далее… и что их это разлагает. А Александра Фёдоровна, в письмах к Супругу пишет о том, как нравственно возвышает их эта работа, как она вот…

Л.Шумская:

- Ну, да. И она, кстати, чётко выражает мысль о том, что, если бы другое положение вещей, то она стремилась бы к медицинскому профессиональному образованию, и считала бы это необходимостью, вообще, в своей жизни.

Кстати, надо сказать, что из всех русских Императриц, у нас единственная Александра Фёдоровна, которая имела высшее образование. Она – выпускница Гейдельбергского университета.

А.Громова:

- Не домашнее, в смысле, образование.

Л.Шумская:

- Не домашнее образование, да. Так, что склонность её именно к точным знаниям, склонность её к повышению знаний – она всегда была в ней.

А.Громова:

- Поэтому, мнение о ней, как об истеричке, неуравновешенной, фанатически настроенной по отношению к вере – это такая чёрная клевета, это такое искажение, вообще, исторической правды, против которого, я считаю, нужно последовательно бороться.

Лиза Горская:

- А такое мнение есть?

А.Громова:

- Да, да, во множестве оно фигурирует…

Л.Шумская:

- Ну, вот, я сейчас открыла одну из заметок в одних из… я сейчас не назову издание, которое только недавно вышло, так как тема о Царской Семье всё время муссируется. Называется статья – я не скажу, какое издание, чтоб никого сейчас не обидеть – называется «Гессенская муха». Это про Императрицу Александру Фёдоровну. Так, что – вот, в наше время, пожалуйста…

Лиза Горская:

- Высокий стиль…

Л.Шумская:

- Высокий стиль, да.

А.Громова:

- Ну, мне кажется, что эта тема достойна продолжения, и мы мало что успели сказать о Великой княгине Елизавете Фёдоровне, преподобномученице, в семье которой воспитывались племянники, и это тоже очень любопытно. Сейчас одна из наших коллег, Настя Дунаева, как раз, в отделе рукописей Государственной библиотеки подняла целый фонд писем Евдокии Фёдоровны Джунковской, их воспитательницы, известной очень общественной деятельницы и благотворительницы…

Л.Шумская:

- … и фрейлины, кстати, Александры Фёдоровны…

А.Громова:

- Да-да-да… Елизавета Фёдоровна и Великий князь Сергий Александрович воспитывали своих племянников – детей Великого князя Павла Александровича – после смерти их матери, греческой принцессы Александры Георгиевны, в родах. И, собственно говоря, они им попечительствовали самых последних дней. Особенно, конечно, дети были привязаны к Великому князю Сергию Александровичу. Потому, что… ну… Сергий Александрович по-особому, по-родственному их чувствовал, потому, что очень любил своего младшего брата Павла. Но нужно сказать, что потом они как-то подружились с детьми от брака… от нового брака, морганатического, Великого князя Павла Александровича…

Л.Шумская:

- Ну, надо сказать, что… да, дело в том, что после смерти Сергия Александровича, опеку над ними взял на себя Государь Император Николай II. Так же, как и та недвижимость, которая должна была по наследству достаться Павлу Александровичу – контроль за этим тоже, соответственно, взял Императорский двор, особенно уже имея в виду, что опекуном является Государь – Дмитрия Павловича.

И вообще, последние все документы говорят нам о том, что Дмитрий Павлович был приближён к Государю, он уже участвовал в Государственных собраниях, на которых присутствовали министры – он, действительно, был очень близок. И если бы не некоторые исторические события, мы не знаем, как сложилась бы дальше… вот, такое… близость такая, может быть, характеров, о которой нам говорит переписка Дмитрия Павловича и Николая II.

Но Елизавета Фёдоровна сыграла в этом огромную роль. Она не оставляла попечения о них, заботу об их наследстве, о том, чтобы у них всё, всё было, и всё сложилось в жизни.

Лиза Горская:

- Мы об этом обязательно ещё поговорим. Сейчас у нас буквально минута осталась. Скажите, пожалуйста, можете ли Вы проанонсировать, чего нам ждать в ближайшее время от фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елизаветинско-Сергиевское просветительское общество»?

А.Громова:

- Ну, мы, безусловно, не оставим царскую тему. Летом нас ожидают поездки-научные конференции и другие памятные мероприятия в Перми, Екатеринбурге и Алапаевске.

По традиции, в сентябре, как всегда, Елизаветинский Крестный ход.

И в этом году, в честь 155-летия со Дня рождения Великой княгини Елизаветы Федоровны, мы проведём наши научные конференции в День рождения Елизаветы Фёдоровны в земле Гессен, во Франкфурте-на-Майне, в Дармштадте. Обязательно пройдём… как бы… такой… Гессенской частью… Германской частью Императорского маршрута по всем памятным местам Елизаветы Фёдоровны и Александры Фёдоровны, их брата Эрнста-Людвига. Особое внимание будет уделено, как раз, им, как покровителям искусств. Потому, что это такая особая тема, связанная с югендстилем, со стилем модерн, который так любила Императрица Александра Фёдоровна, которая всячески способствовала развитию этого стиля и продвижению его в России.

В общем, вот такие любопытные очень темы будут раскрываться в этой нашей поездке ноябрьской. И полагаю, что будет интересное мероприятие в Италии, в Бари, потому, что барийцы настолько живо отреагировали на известие о том, что один из величайших шедевров Щусева находится именно в их родном городе, что они пожелали, чтобы эта тема обязательно звучала.

И будет проведена выставка, совместно с итальянским Красным Крестом, посвящённая Барградскому подворью. Потому, что мы знаем, что Подворье было освящено в 1915 году… собственно… незадолго до присоединения Италии к Антанте. Как только она присоединилась, Елизавета Фёдоровна великодушно передала Подворье Итальянскому Красному Кресту, и осталось огромное количество артефактов – очень интересных предметов, которые хранятся сейчас в собрании Итальянского Красного Креста, Барийского отделения, и мы надеемся, что и итальянцы, и многочисленные паломники, посещающие Бари, смогут эту выставку увидеть.

Л.Шумская:

- Ну… мы надеемся, что всё это у нас получится! Потому, что, на самом деле, к нам, действительно, примыкает какое-то количество определённое людей, которые вот уже не боятся этой темы. То есть, такое некоторое сообщество у нас сложилось.

Вот, сейчас, последняя конференция у нас которая была в Царицыно, завершающая выставку, она это, собственно, показала. В зале находилось… там… порядка двухсот просто совершенно единомышленников. Не просто каких-то вот отдельных историков, а, действительно, единомышленников. Поэтому… ну… добро пожаловать! Присоединяйтесь! Потому, что это сложно… в этой теме сейчас найти союзников, но мы всегда очень рады им.

Лиза Горская:

- Спасибо большое!

Я напоминаю нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» была программа «Светлый вечер». Сегодня у нас в гостях были: Анна Витальевна Громова – историк, общественный деятель, председатель наблюдательного совета фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество», кандидат исторических наук, а также – член бюро президиума Всемирного русского народного собора, и Людмила Шумская, руководитель музейных и выставочных проектов фонда содействия возрождению традиций милосердия и благотворительности «Елисаветинско-Сергиевское просветительское общество».

Всего доброго!

Л.Шумская:

- До свидания!

А.Громова:

- Спасибо! Благодарим!

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА».

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Частное мнение
Частное мнение
Разные люди, интересные точки зрения, соглашаться необязательно. Это — частное мнение — мысли наших авторов о жизни и обо всем, что нас окружает.
Радио ВЕРА из России на Кипре
Радио ВЕРА из России на Кипре
По благословению митрополита Лимассольского Афанасия (Кипрская Православная Церковь) в эфире радио Лимассольской митрополии начали выходить программы Радио ВЕРА. Популярные у российского слушателя программы переводятся на греческий язык и озвучиваются в студии Радио ВЕРА: «Православный календарь», «Евангелие день за днем», «Мудрость святой Руси», «ПроСтранствия», «Частное мнение» и другие.
Притчи
Притчи
Притчи - небольшие рассказы, наполненные глубоким духовным смыслом, побуждают человека к размышлению о жизни. Они несут доброту и любовь, помогают становиться милосерднее и внимательнее к себе и к окружающим.
Храмы моего города
Храмы моего города
Древние храмы Москвы и церкви в спальных районах — именно православные храмы издревле определяют архитектурный облик Столицы. Совершить прогулку по старинным и новым, знаменитым и малоизвестным церквям предлагает Дмитрий Серебряков в программе «Храмы моего города»

Также рекомендуем