Поделиться
«Весь мир — театр, а люди в нем — актеры». Этот афоризм приписывают Шекспиру. А в обычной жизни эти слова как правило описывают две группы явлений: первая — все, что связано с человеческой неискренностью: лицемерие, действия напоказ, несерьезное отношение к делу или тупое исполнение заученной роли — словом, театр как отсутствие чего-то подлинного, настоящего. Казалось бы, ничего хорошего в таком тезисе нет.
Но вот мне афоризм про то, что «весь мир театр, а люди в нем актеры», кажется очень даже глубоким и по-своему христианским. Потому что он рифмуется с другим афоризмом, который звучит так: «Господь — великий режиссер». Мои верующие друзья часто произносят эту фразу в ситуации, когда разрозненные события складываются в одну цепочку и неразрешимая, казалось бы, проблема вдруг разрешается, причем в твою пользу.
В этом смысле весь мир — и вправду театр, потому что у него есть главный режиссер. А отношения хорошего режиссера и хороших актеров и вправду чем-то похожи на отношения Бога и людей. Без режиссера спектакля не получится — всегда нужен кто-то, у кого есть понимание общего, финального замысла. Актеры этого могут не видеть и отвечать только за свой узкий сегмент постановки, а задача режиссера — как раз видеть полотно в целом. Так и мы в своей жизни исходим только из того, что знаем и видим сами. А Бог видит и знает судьбу каждого — и каждого ведет своим путем.
Есть и еще один аспект. Плох тот актер, который не выполняет волю режиссера. Такой актер просто плохо работает. Но плох и тот актер, который механически выполняет указания режиссера и не пропускает их через фильтр своей фантазии, своей интуиции, своей души, своего «я». Только здесь — на стыке задумки режиссера и личности актера — рождается настоящая роль. Так и в наших отношениях с Богом. Плох тот христианин, который не старается следовать Божьей воле, не старается понять эту волю и исполнить ее. Но плох и тот христианин, который забыл о своей собственной воле — о своих личных усилиях, которые необходимо прикладывать на пути к Богу. Это очень похоже на то, что отцы Церкви говорят о спасении души. Душу может спасти только Бог, но без воли самого человека он этого не делает. Как будто перед тобой лежит громадная штанга, которую тебе нужно поднять, и Бог тебе говорит: не волнуйся, я подниму ее за тебя — но ты хотя бы возьмись за нее руками и потяни.
И наконец, главное. Чтобы спектакль сложился, надо, чтобы актер и режиссер были заодно, чтобы понимали, слушали и любили друг друга. У Бога с людьми ставки выше: нужно быть заодно с Богом — чтобы сложилась сама жизнь.
9 февраля. «Смирение»
Поделиться
Фото: Joris Beugels/Unsplash
Проводница в страну смирения — всегдашняя благодарность души Господу за все Его великие к нам благодеяния. Человек с сыновним благодарным сердцем в отношении Отца Небесного побуждает Благость Божию удваивать и утраивать её духовные дары признательной душе. Так произрастает в сердце стебель небесного растения — смирения — благоухание которого ощутимо и ангелам, и людям.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Встреча сильнее расставания
Поделиться
Фото: PxHere
Не люблю провожать. Встретить родных после дальней дороги, принять в свой дом друзей — это всегда пожалуйста. Однако, когда речь о расставании, у меня будто камень на сердце. Но на днях всё изменилось. Дело было на вокзале. Рано утром я провожал друга в длительную командировку.
— Старик, — говорил он в момент, когда мы укладывали сумки на багажное место в купе, — я тебе очень благодарен. Сам бы я это не донёс.
Я буркнул, что это всё мелочи и вышел из вагона, ожидая пока друг достанет всё необходимое и тоже выйдет попрощаться. До отправления было ещё минут пятнадцать. Я стоял на перроне и думал о том, как тяжело мне будет смотреть на уходящий поезд.
И вдруг слышу разговор мамы с сыном лет шести. Они тоже кого-то провожали, и мальчишка спросил, почему вокруг одни люди улыбаются, а другие — плачут. Мама объяснила ребёнку, что кто-то радуется встрече, а кто-то грустит от расставания. И тут мальчишка озвучил мысль, которая раньше мне в голову просто не приходила.
— Но ведь встреча всё равно сильнее расставания, — сказал он и тут же пояснил, — До встречи с Борькой я его не знал, а теперь знаю, и у нас есть дружба, даже после того, как он уехал...
Я улыбнулся. И мой друг, который только что вышел из вагона, это заметил:
— Что я вижу! И кто это тебя так развеселил?
— Да так, один маленький философ... Знаешь, дружище, кажется, я понял кое-что важное: встреча сильнее, чем расставание. Потому что до встречи — пустота, а после расставания пустоты уже не бывает.
Текст Клим Палеха читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
Ноги. Татьяна Любомирская
Поделиться
Татьяна Любомирская
В Евангелие есть один удивительный эпизод, когда Христос перед Тайной Вечерей моет ноги своим ученикам. Степень кротости и любви Господа к грешным, слабым людям, которые менее чем через сутки покинут Его, немыслима. Этот момент описывается в Евангелие от Иоанна и читается в Великий Четверг, на службе, посвященной воспоминанию Тайной Вечери. Православные христиане стремятся непременно Причаститься в этот значимый день, так как первая Евхаристия произошла именно тогда, в Иерусалиме, когда Иисус разделил хлеб и вино среди своих учеников. Я по мере возможностей также стараюсь не пропускать Богослужение Великого Четверга.
И вот однажды на Страстной Седмице я спешила в храм, боясь опоздать к началу. Утро было на удивление жарким для апреля. Я шла в легком летнем платье. Вдруг запнулась о краешек бордюра и упала коленями на асфальт. На незащищенной тканью коже мгновенно проступили глубокие раны. С трудом поднявшись на ноги, я только покачала головой. Время — половина седьмого утра, по близости ни одной работающей аптеки, через полчаса начнется служба Великого Четверга, а я в таком состоянии... Но ничего не поделаешь, я протерла колени нашедшейся в сумке салфеткой и побрела в храм, надеясь, что за время в пути ссадины немного заживут.
Однако, когда я добралась до церкви, мои ноги оставались в жалком состоянии. Увидев меня, кто-то из прихожан тут же побежал за аптечкой. Две женщины усадили меня на лавочку во дворе храма и принялись подручными средствами обрабатывать мои ссадины, поливать их перекисью и бинтовать. Вскоре я, наконец, обрела более-менее приличный вид и смогла сосредоточиться на службе. Прошло немного времени и вдруг... Я как будто впервые услышала евангельский текст про омовение ног и оцепенела. Христос заповедовал нам делать то же друг для друга, и именно сегодня несколько добрых прихожан в буквальном смысле омыли мне ноги. Как же это удивительно и созвучно Великому дню!
В тот момент я, как мне кажется, поняла причину произошедшей со мной неприятности. Мне были нужны мои разбитые коленки как средство немного приструнить гордость и позволить ближнему оказать мне помощь. А каково было смущение апостолов, когда их ноги омывал сам Господь! Вот почему, несмотря на боль в коленях и неловкость, что я отвлекаю моих великодушных помощников от молитвы, во мне светилась тихая радость, потому что хотя бы в малой степени я соприкоснулась с Евангельскими событиями этого знаменательного дня. Господь всё также близок к нам, как и две тысячи лет назад, и порой через руки других людей к нам прикасается Он Сам.
Автор: Татьяна Любомирская
Все выпуски программы Частное мнение
