В плотницкой мастерской маленького греческого городка Коница приятно пахло свежей стружкой. У верстака стоял высокий, темноволосый молодой человек в рабочем халате и сосредоточенно орудовал рубанком. В углу его напарник вешал на гвоздь испачканный олифой фартук.
— Эй, Арсений! — окликнул он стоящего у верстака молодого человека. — Рабочий день закончился, я иду домой! А ты что, не пойдёшь?
Арсений поднял голову.
— Нет, я задержусь, — ответил он. — У меня много заказов.
— А-а, деньжат подзаработать хочешь!? — понимающе подмигнул напарник.
Да, Арсений Эзнепидис, сын эмигрантов из турецкого посёлка Фарас, — хотел заработать побольше. Как можно больше, если уж говорить начистоту. Деньги ему были очень нужны. Недавно он побывал в сиротском приюте, расположенном недалеко от Коницы. Его позвали туда подправить деревянное крыльцо. Сердце у Арсения сжалось от сострадания, когда он увидел этих детей, одетых хоть и в чистую, но порядком поношенную одежду. Девочки по очереди играли в одну-единственную на всех старую куклу и, стесняясь, робко просили у Арсения деревянные бруски, которые тут же заворачивали в ткань и нянчили.
Денег за работу Арсений у директора приюта тогда не взял. И решил обязательно помочь бедным сиротам. С тех пор он и стал засиживаться в мастерской допоздна, выполняя сверхурочные заказы. Одну часть заработанного Арсений отдавал своей матери на хозяйство, а другую каждый месяц относил в приют. Скоро у малышей появились новые игрушки, нарядные костюмчики и платьица.
В Конице Арсения Эзнепидиса — будущего афонского старца Паисия Святогорца — все знали как чуткого, добросердечного, глубоко верующего человека, готового, как и подобает истинному христианину, в любое время прийти на помощь ближнему. Однажды, например, когда заболел его сосед Байрам, Арсений всю ночь просидел у его постели. «Золотое сердце у твоего парня!» — говорили подруги госпоже Евлампии, матери Арсения, и, то намёками, а то и прямо, пытались сватать за него своих дочерей. Но Арсений вежливо отказывался от подобных предложений. Уже тогда он твёрдо решил, что станет монахом.
Его мечтой была Святая Гора Афон. Арсений уже готов был туда отправиться, но в тысяча девятьсот сороковом году Греция вступила в войну с фашистами и молодого человека призвали на фронт. Арсения назначили батальонным радистом. «Тёпленькое местечко тебе досталось!» — шутили товарищи. Однако Арсения собственная безопасность волновала мало. Сердечно благодаря Господа, он думал тогда совсем о другом: «Слава Тебе, Боже, мне не придётся убивать!»
Но даже не воюя оружием в руках, на фронте Арсений каждую минуту был готов «положить жизнь свою за други своя». Однажды в разгар боя, когда он сидел с рацией в небольшом окопе, к нему попросился однополчанин. Окоп был тесный, но Арсений подвинулся и дал место товарищу. Увидев это, ещё один солдат подбежал и стал умолять Арсения пустить в окоп и его. Втроём там было уже никак не уместиться, и тогда Арсений вылез, уступив своё место. «Лучше пусть меня один раз убьёт, чем убьёт кого-то ещё, а меня потом всю оставшуюся жизнь будет убивать совесть!» — отвечал он после боя крутящему пальцем у виска командиру батальона. Когда кого-то из сослуживцев, имеющих семью и детей, отправляли на опасное задание — например, в разведку, — Арсений шел к дежурному по части и добровольно вызывался заменить такого бойца.
Когда война закончилась, Арсений смог отправиться на Афон, где исполнилась его давняя мечта: он стал монахом. Его постригли с именем Паисий. А через несколько лет отец Паисий вновь вернулся в Коницу: его пригласили туда руководить восстановлением старинного монастыря Стомион.
Тяжело переживший войну, городок представлял собой печальное зрелище: повсюду царила разруха и нищета. Отец Паисий, занимаясь работами в монастыре, находил время чтобы помогать жителям Коницы. Где только мог, по окрестностям, он собирал одежду и лекарства, а потом раздавал нуждающимся. Монастырские земли он отдавал в безвозмездную аренду бедным крестьянским семьям. С разрешения местной полиции, отец Паисий поставил в посёлке несколько копилок, куда все желающие могли опускать пожертвования — они шли на раздачу обедневшим жителям, помощь больным, старикам и бездомным.
«Когда кому-то рядом с тобою плохо, чужая боль становится твоей, и ты не можешь оставаться равнодушным», — говорил отец Паисий и воплощал эти слова всей своей жизнью. В две тысячи пятнадцатом году Церковь канонизировала афонского старца Паисия Святогорца, прославив его в лике святых.
Все выпуски программы Имена милосердия
Второе послание к Фессалоникийцам святого апостола Павла

«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
2 Сол., 277 зач., III, 6-18

Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА, священник Стефан Домусчи. Забота о ближнем и стремление поступать по любви — важнейшая черта практической христианской жизни. Но понимаем ли мы, что такое подлинная забота? Ответить на этот вопрос помогает отрывок из 3-й главы 2-го послания апостола Павла к Фессалоникийцам, который читается сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 3.
6 Завещеваем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас,
7 ибо вы сами знаете, как должны вы подражать нам; ибо мы не бесчинствовали у вас,
8 ни у кого не ели хлеба даром, но занимались трудом и работою ночь и день, чтобы не обременить кого из вас,-
9 не потому, чтобы мы не имели власти, но чтобы себя самих дать вам в образец для подражания нам.
10 Ибо когда мы были у вас, то завещевали вам сие: если кто не хочет трудиться, тот и не ешь.
11 Но слышим, что некоторые у вас поступают бесчинно, ничего не делают, а суетятся.
12 Таковых увещеваем и убеждаем Господом нашим Иисусом Христом, чтобы они, работая в безмолвии, ели свой хлеб.
13 Вы же, братия, не унывайте, делая добро.
14 Если же кто не послушает слова нашего в сем послании, того имейте на замечании и не сообщайтесь с ним, чтобы устыдить его.
15 Но не считайте его за врага, а вразумляйте, как брата.
16 Сам же Господь мира да даст вам мир всегда во всем. Господь со всеми вами!
17 Приветствие моею рукою, Павловою, что служит знаком во всяком послании; пишу я так:
18 благодать Господа нашего Иисуса Христа со всеми вами. Аминь.
В последние годы во время бесед с людьми я регулярно слышу жалобы родителей на детей, которые выросли физически и развились интеллектуально, но внутренне остались совершенно инфантильны. Они много о себе фантазируют, строят невероятные планы, хотят шикарной жизни, востребованной профессии и приличной зарплаты, но при этом не хотят ничего делать. Сейчас довольно много об этом пишут, как о проблеме определённого поколения, называют причины и социальные следствия. Однако приходящие в храм люди не социологи, и, хотя им могут быть интересны причины и последствия для общественной жизни, главный вопрос, который их беспокоит, — что им делать как христианам. Они родители и призваны любить своих детей, но их смущает то, что в прежнее время называлось тунеядством. Слово старое и, может быть, не все, воспринимая его на слух, понимают, что оно состоит из двух частей и само себя объясняет: туне означает «даром» или «напрасно», а ядство — от глагола «ясти», то есть «есть», «питаться». И означает оно как раз привычку есть даром, питаться за чужой счёт.
В отрывке, который мы услышали сегодня, апостол Павел объясняет ученикам, как в их жизни должны соотноситься труд, заработок и удовлетворение естественных потребностей в пище и питии. Люди, которые смотрят на христианство со стороны, обычно либо собирают о нём компромат, чтобы оправдать свой отказ от веры, либо описывают его так возвышенно, что кроме слов о любви в нём как будто бы ничего не остаётся. Но в чём же заключается подлинная любовь и её практическое проявление — забота? На первый взгляд рассуждения апостола Павла выглядят как какой-то формализм. Как это можно раздавать такие советы: «Кто не работает, тот не ест»? Если кто-то ведёт себя не так, как вам хочется, это что, повод его не любить? Вы же призваны всех любить, вот и любите его таким, какой он есть. А раз любите, то уж и кормите, конечно же. Однако апостол прекрасно знает, что настоящая любовь — это желание человеку спасения. И если кто-то нравственно деградирует (а лень и безделье — это признаки деградации), если не хочет поддерживать ближних своим трудом, а хочет только пользоваться ими... Подлинной любовью будет строгое отношение к его выбору, а заботой будет отказ такому человеку в полноценной поддержке. «Как?» — спросит кто-нибудь в ужасе. — Это же очень жестоко! Но на самом деле жестоко — приучать человека к нахлебничеству, которое в определённый момент всё равно закончится, ведь родители не вечны. Подобное рассуждение о любви касается, конечно, не только детей и не только тунеядства... Всякий раз, в самых разных обстоятельствах, стоит помнить, что подлинная забота заключается в том, что содействует духовному росту и спасению.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Псалом 139. Богослужебные чтения
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи.
Можно ли переусердствовать в стремлении к справедливости? Ответить на этот вопрос помогает 139-й псалом, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 139.
1 Начальнику хора. Псалом Давида.
2 Избавь меня, Господи, от человека злого; сохрани меня от притеснителя:
3 они злое мыслят в сердце, всякий день ополчаются на брань,
4 изощряют язык свой, как змея; яд а́спида под уста́ми их.
5 Соблюди меня, Господи, от рук нечестивого, сохрани меня от притеснителей, которые замыслили поколебать стопы́ мои.
6 Гордые скрыли силки́ для меня и пе́тли, раскинули сеть по дороге, тене́та разложили для меня.
7 Я сказал Господу: Ты Бог мой; услышь, Господи, голос молений моих!
8 Господи, Господи, сила спасения моего! Ты покрыл голову мою в день брани.
9 Не дай, Господи, желаемого нечестивому; не дай успеха злому замыслу его: они возгордятся.
10 Да покроет головы окружающих меня зло собственных уст их.
11 Да паду́т на них горящие у́гли; да будут они повержены в огонь, в пропасти, так, чтобы не встали.
12 Человек злоязычный не утвердится на земле; зло увлечёт притеснителя в погибель.
13 Знаю, что Господь сотворит суд угнетённым и справедливость бедным.
14 Так! праведные будут славить имя Твоё; непорочные будут обитать пред лицо́м Твоим.
Всем известно древнее правило: око за око и зуб за зуб. Многим оно кажется устаревшим, ведь в рамках христианской культуры столетиями звучала проповедь о прощении. Кроме того, даже те, кто не хочет прощать, давно перевели все эти наказания в систему денежных штрафов, тюремного заключения и чего-то подобного. Сама идея равного воздаяния, которая в этом правиле заложена, естественно, многим кажется вполне верной и даже отражена в пословицах. Например: «как аукнется, так и откликнется». Но что такое равное воздаяние не в теории, а на практике? Как, например, человек, которому выбили зуб, мог в древности ответить обидчику тем же? Как в наши дни деньги, составляющие сумму штрафа, соотносятся с виной и причинённым ущербом? Не очень ясно, можно ли вообще всё это посчитать. Думаю, именно поэтому любому взрослому человеку должно быть знакомо не только желание восстановить справедливость, но и сомнение в своей способности правильно это сделать. Даже в такой простой ситуации, какой кажется возмещение сломанной вещи: если она была старой, но работала... чего требует справедливость: вернуть новую или попытаться найти такую же, какая была испорчена?
В 139-м псалме, который мы сейчас услышали, Давид просит Бога о защите от злого притеснителя и злого человека. Он знает, что есть люди, которые не просто злятся в ответ на какое-то его несовершенство. Это было бы ещё понятно. Но псалмопевец имеет в виду тех, кто злится первым и ополчается на него фактически без видимой причины. Причём эти люди не только зловредны, но и скрытны. Они не просто открыто его обличают, но делают подлости исподтишка. В свою очередь, Давид доверяет Богу и просит остановить злых людей, чтобы в своей победе они не возгордились и не возвысились. Здесь автор переходит к пожеланиям, которые со стороны кажутся полными мести. Сначала они ещё выглядят равновесными его боли: «да покроет головы окружающих меня зло их собственных уст». Но дальше он, вполне стоящий на ногах, желает им повержения в огонь и такого падения, от которого они не смогут оправиться. Всё это создаёт впечатление, что псалмопевец явно переусердствовал в стремлении к справедливости. Но завершается псалом не личными просьбами Давида, не его оценками или угрозами. Он завершается словами доверия к Богу, Который «сотворит суд угнетённым и справедливость бедным». Как и всякого человека, Давида порой увлекали эмоции. Это тем более понятно, ведь жизнь его была полна бед и скорбей, которые возникали в силу ненависти, соперничества и вполне сознательной злобы людей. Однако, в отличие от многих из нас, царь и пророк Давид умел вовремя остановиться и осознать: единственный, кто способен к подлинной справедливости, — это Господь, а значит, к именно к Нему за ней в итоге и надо обращаться.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Псалом 139. На струнах Псалтири

1 Начальнику хора. Псалом Давида.
2 Избавь меня, Господи, от человека злого; сохрани меня от притеснителя.
3 Они злое мыслят в сердце, всякий день ополчаются на брань,
4 изощряют язык свой, как змея; яд аспида под устами их.
5 Соблюди меня, Господи, от рук нечестивого, сохрани меня от притеснителей, которые замыслили поколебать стопы мои.
6 Гордые скрыли силки для меня и петли, раскинули сеть по дороге, тенета разложили для меня.
7 Я сказал Господу: Ты Бог мой; услышь, Господи, голос молений моих!
8 Господи, Господи, сила спасения моего! Ты покрыл голову мою в день брани.
9 Не дай, Господи, желаемого нечестивому; не дай успеха злому замыслу его: они возгордятся.
10 Да покроет головы окружающих меня зло собственных уст их.
11 Да падут на них горящие угли; да будут они повержены в огонь, в пропасти, так, чтобы не встали.
12 Человек злоязычный не утвердится на земле; зло увлечет притеснителя в погибель.
13 Знаю, что Господь сотворит суд угнетенным и справедливость бедным.
14 Так! праведные будут славить имя Твое; непорочные будут обитать пред лицем Твоим.











