«Преподавание истории в школе». Михаил Хрущев

(20.08.2020)

Наш собеседник — учитель истории, краевед Михаил Хрущев.

Мы говорили о преподавании истории в современных школах, и какие изменения произошли в этой сфере за последние десятилетия. Наш собеседник ответил, какие темы сейчас наиболее интересны для его учеников, и какую пользу может принести просмотр исторических фильмов и мультфильмов. Михаил объяснил, в чем состоит задача учителя, и почему одной из важнейших тем для обсуждения с учениками он считает возникновение и развитие христианства.

Ведущий: Алексей Пичугин

А. Пичугин

- Дорогие слушатели, здравствуйте, меня зовут Алексей Пичугин, я рад вас приветствовать и представляю своего собеседника с удовольствием, ближайший час эту часть «Светлого вечера» вместе с нами и с вами проведет учитель истории одной из московских школ, краевед Михаил Хрущев. Добрый вечер.

М. Хрущев

- Добрый вечер.

А. Пичугин

- Мы сегодня будем говорить не о Москве, как обычно мы с Михаилом говорим то в программах «Прогулки по Москве», то в программах «Светлый вечер» говорили не раз о Москве. Сегодня будем говорить о том, чем Михаил занимается непосредственно каждый день – это преподавание истории в школе, сейчас это популярная тема, достаточно много материалов на эту тему, подкастов, какие-то дискуссии постоянно проходят о том, что же такое история в школе, какой она должна быть, мне кажется, тут соединились несколько факторов, один из которых – это наше классическое представление о том, что история в школе преподается просто по учебнику, хронологически, она идет, идет, идет и потом последние классы повторяется то, что проходили за несколько лет до этого. Но все, на самом деле, куда сложнее, поскольку сейчас вообще, еще несколько лет назад обсуждалось, что экзамен по истории мог бы стать обязательным в системе ЕГЭ и, наверное, если бы Ольга Юрьевна Васильева, министр просвещения бывшая, еще какое-то время была на своем посту, возможно, этот экзамен по истории обязательно бы и стал, но не сложилось, поэтому все равно вопросов остается достаточно много. Извини за такое длинное вступление, я уже передаю слово тебе, Миш, скажи, пожалуйста, вообще что такое сейчас история в школе? Я понимаю, что это совсем не то, как было, когда учились мы, хотя вроде бы казалось-то, было всего пару десятилетий назад, но все с тех пор достаточно сильно изменилось, или же не изменилось?

М. Хрущев

- Ну, скажем так: чаще всего преподавание истории в школе обсуждают люди, которые к школе не имеют отношения, которые историю изучали очень давно или часто есть впечатление, что и не изучали вовсе.

А. Пичугин

- Или же наоборот, или же это является сферой профессиональной деятельности.

М. Хрущев

- Да, и они профессионально обсуждают, не вовлекая какие-то дополнительные смыслы, которые в это дело привносит сторонний и часто очень горячий такой оратор, который говорит, что «история в школе обязана и учитель обязан» и так далее. Я не знаю, мой опыт обучения в школе и мой опыт преподавания в школе очень разнятся по понятным причинам, в школе большую часть классов на уроках истории я откровенно скучал, потому что было видно, что преподавателям очень сложно удовлетворить мои конкретные запросы…

А. Пичугин

- Но это неординарные запросы, а все-таки запросы большей части класса – сдать экзамен, забыть, даже не сдать экзамен, а отучиться сколько-то лет и забыть историю вообще.

М. Хрущев

- Ну да, получить оценку и забыть. Тут нужно понять, что история – это один, как ни странно, из перегруженных предметов, я сейчас объясню, почему, и экзамен по истории, если уж на то пошло, самый сложный в системе ЕГЭ, что бы кто ни говорил, то есть ни химия, ни математика, ни английский язык, ни даже русский, даже литература, может, литература тоже на ЕГЭ - самый сложный экзамен, вот история и литература. История особенно сложная, потому что человек, которому предстоит ее сдавать, а он, может быть, не идет на исторический факультет, а собирается стать кем-то другим, например, юристом, иногда требуют историю, этот человек должен знать какое-то невообразимое количество информации, держать в голове, хронологических последовательностей, фактов, имен историков, знать наизусть картинки, огромное количество картинок с изображениями разных городов, разных зданий, этот человек должен узнавать цитаты из историков по стилю и легко мочь трактовать эти цитаты, датировать их и так далее. И экзамен по истории, ЕГЭ по истории диктует некоторый способ преподавания и получается, что подготовка к ЕГЭ по истории существенно меняет само преподавание в школе, поскольку в ЕГЭ по истории требуется история России и ничего больше.

А. Пичугин

- Миш, можно говорить, что то, с чего мы начинали, само преподавание истории в школе, оно сильно изменилось по сравнению с теми временами, когда единого госэкзамена не было?

М. Хрущев

- Да, изменилось, но сразу скажем, что у нас всегда история всеобщая преподавалась по остаточному принципу.

А. Пичугин

- Это правда и, по-моему, в мое время, да и в твое тоже, мы в параллели примерно учились, история всемирная, всеобщая заканчивалась Первой мировой войной, сейчас она все-таки продлевается, мне кажется, хотя бы до Второй, да?

М. Хрущев

- Нет, официально она была до самого конца, в тот момент, когда мы с тобой учились в школе, она заканчивалась 80-ми, может быть, распадом Союза и всеобщая история, соответственно, тоже заканчивалась к 91-му году.

А. Пичугин

- Мы заканчивали Первой мировой.

М. Хрущев

- Во многих хороших школах вообще преподавание истории обрывается в начале XX века, потому что они просто не успевают, но дело не в этом, главное, что теперь учитель, у которого есть ученики, которые собираются на ЕГЭ, думает об этом и всеобщую историю задвигает еще сильнее, чем раньше и тут самая главная беда истории в нашей школе – что, допустим, если мы преподаем с прицелом на ЕГЭ, то мы должны пренебречь, например, той же всеобщей историей и темами или аспектами истории Российской, которые просто в ЕГЭ не будут спрошены, может, какие-то отдельные подробности, вот об этом я хотел поговорить – что не попало в ЕГЭ и что при этом для истории действительно нужно, для чего этот предмет вообще должен преподаваться, на мой взгляд. Дело в том, что история сама по себе – это предмет достаточно сложный и из года в год ученикам, особенно не мотивированным к изучению этого предмета, которые никогда в жизни, по их мнению, не столкнутся с историей, приходится объяснять, что история – это не перечисление имен умерших людей и названий договоров, а это сама жизнь и знание истории позволяет лучше понимать то, что вокруг тебя, лучше понимать свою страну, мир, в котором ты живешь и так далее.

А. Пичугин

- И, кстати, лучше чувствовать не только свою страну, но и страны окружающие, чувствовать и понимать их историю и параллельные процессы, которые происходили.

М. Хрущев

- И это, и, например, я говорю: «Зная историю, вы не ударите в грязь лицом, может быть, в какой-то ситуации, когда человек не в курсе истории той или иной страны, он может нанести местным жителям оскорбление, а вы, может быть, сдержитесь, поймете, что не так и что так, это одна из причин, зачем нам нужно знать историю – для того, чтобы осознавать, в каком мире мы живем, как он устроен».

А. Пичугин

- Но современная система позволяет это делать?

М. Хрущев

- В том-то и дело, что если мы фокусируемся на подготовке к экзамену, то у нас времени на разговоры какие-то, возможно, не будет.

А. Пичугин

- Хорошо. Если мы говорим о подготовке к экзамену, то все равно, это в моем представлении, по крайней мере, 10-11 класс, с одной стороны, это уже достаточно взрослые люди, с которыми как раз в это время можно начинать о чем-то говорить серьезном, с другой стороны, было несколько лет до того, когда люди подходили к этому возрастному порогу и когда с ними можно было начинать о чем-то говорить, но когда все силы еще не были брошены на то, чтобы подготовить молодого человека к единому экзамену, так и более того, даже в 10-11 классе, я думаю, что большинство все равно историю не выбирают.

М. Хрущев

- Ну да, выбирают историю люди, которые идут на очень ограниченный набор факультетов, а все остальные, получается, они смотрят на историю, как на предмет, который, в принципе, изучать-то и ни к чему, так, потрещать немножко можно, послушать и так далее. И вот о чем я хотел сказать: что много лет говорят о том, что история должна воспитывать, на примере истории мы должны патриотизм детям привить и так далее и предлагается для этого достаточно несколько кондовая схема, которая, к сожалению, очень негибкая и у многих детей, особенно у тех детей, которые критически относятся к тому, что им сообщают извне, бывают дети, которые любую информацию, сообщаемую взрослыми, воспринимают очень критически и не понимают, зачем они лучшие годы жизни должны тратить на ее поглощение. Так вот получается, что вся эта идея насаждения патриотических мыслей у детей работает вхолостую, потому что она их не цепляет, а не цепляет потому, что очень мало обращения к личному опыту. Например, у нас на данный момент, признаемся, есть только один кусочек истории, который рекомендуется вовлекать в большую историю – это Бессмертный полк, прекрасная идея…

А. Пичугин

- А как это соотносится с уроками?

М. Хрущев

- Вот в том-то и дело, что, когда приходит весна, когда уже вторая половина апреля, во всех школах начинают проводить всякие мероприятия ко Дню Победы, единственный фрагмент, когда любому учителю приходит в голову, рекомендуют учителям обращаться к личной истории и рассказывать детям: «а вот в вашей семье…» и так далее – это война, хотя поводов обратиться к истории семьи на уроках истории XX века намного больше.

А. Пичугин

- А вот сейчас у многих возникнет вопрос, а почему возникает этот вопрос - я объясню, так как мне, не будучи профессионально историком, но по этому поводу часто приходится общаться с разными людьми, доказывать им что-то, хотя уже давно надо прекратить, наверное, я понимаю, что ты абсолютно прав и только, наверное, тема войны, она вызывает именно эти ощущения в людях, хотя я понимаю и пытаюсь объяснить, что таких тем вроде бы больше, но сталкиваюсь с непониманием, потому что мне говорят «нет».

М. Хрущев

- Ну да, можно было бы. Например, поговорить про коллективизацию, признаемся, у нас в стране огромное количество людей – это дети, внуки или правнуки крестьян, большая часть населения нашей страны и удивительно, но тема коллективизации, она касается практически всех граждан нашей страны, так или иначе.

А. Пичугин

- Я напомню, что сегодня мы беседуем с Михаилом Хрущевым, учителем истории, краеведом, говорим о том, как и зачем преподается история в школе. Тема коллективизации, ты говоришь, что одна из значимых, мы опять говорим о XX веке, сейчас мы еще, кстати, поговорим о том, может ли не в XX веке что-то нас цеплять и объединять, но я помню статистику, тут выступая с материалами на тему гражданской религии я посмотрел статистику, по которой, уже сейчас забыл точные данные, но более 95 процентов относятся к факту победы в войне положительно, 5 процентов не берите - это статистическая погрешность, это очень немного в масштабах страны, то есть всецело страна относится к этому факту положительно.

М. Хрущев

- Прошу прощения: в смысле какими фактами люди считают значимыми в русской истории, да?

А. Пичугин

- Нет, безусловно положительно воспринимают Победу и полет Гагарина в космос, но полет Гагарина в космос – это не та тема, с которой можно к детям на уроке обратиться и сказать: «а вот в вашей семье» – в вашей семье Гагарина не было и Терешковой не было, и Леонова не было, а вот тема коллективизации – это же еще и вопрос исторической памяти, потому что для большинства современных школьников это настолько далекое, уже и война очень далекая, а тема коллективизации – это что-то такое, где Наполеон и Куликовская битва.

М. Хрущев

- Да, и в том-то и дело, что есть несколько тем, кроме войны, которые действительно знакомы детям и с которыми можно пообсуждать. Все мы знаем типаж школьника, который историей не интересуется, но Вторая мировая его увлекает, это вот такой типаж, в любом классе есть мальчик, который историей вообще не интересуется, он с пятого класса плевал в потолок на истории, но пришла Вторая мировая, и он загорелся, потому что он, оказывается, увлекается «танчиками».

А. Пичугин

- А еще несколько лет назад были исторические реконструкторы, которые не занимались историей, вернее, которых история не интересовала, но вот эта «движуха» вся, извините, она привлекала, а еще до этого были толкинисты, ребят в целом литература не так интересовала и даже, наверное, весь корпус произведений Толкиена не интересовал, но вот «движуха» была классной.

М. Хрущев

- Я хотел сказать, что удивительное дело, но есть несколько тем, которые цепляют практически всех школьников без исключения и тех, которые интересуются, и тех, которые не интересуются, и я сразу скажу, что у меня очень небольшая выборка и сбитый, конечно, несколько такой фокус группы, поскольку работаю в определенной школе, в которую набирают детей, то есть это не районная школа, срез не очень правильный, но за много лет работы, десять лет я там работаю, тема коллективизации и тема освобождения крестьян в 1861 году цепляет все классы.

А. Пичугин

- А почему? Я не очень понимаю, что такое генетическая память, но это же не может быть связано.

М. Хрущев

- Это не может быть генетической памятью, но при этом почему-то тема освобождения крестьян действительно цепляет большинство учеников.

А. Пичугин

- Это какое невольное стремление к социальной справедливости…

М. Хрущев

- Это еще соотнесение этой истории с собой, понимание, что вероятность, что среди твоих предков есть хотя бы один крепостной крестьянин, хотя бы по одной линии, это очень цепляющая история. Если бы мы, например, тему дуэлей – она, конечно, интересная, их, конечно, обсуждают, но я не видел, когда мы обсуждали дуэли таких, прямо увлеченных, они обсуждали: а почему давали столько земли, а не столько, а неужели крестьянин не мог просто уйти после освобождения в город просто так? Это их действительно цепляет, действительно, их затрагивает.

А. Пичугин

- Может быть, это еще тот факт, что у тебя такая школа, где детей набирают и там жесткий отбор, а вот опыт твоей работы…

М. Хрущев

- Вот я хочу как раз сказать, когда я работал в районной школе и мы с несколькими классами проходили, и это их тоже зацепило куда больше, чем тема Крымской войны или тема: повседневная жизнь европейского города средних веков. Тема освобождения крестьян удивительным образом действительно увлекает всех, на моем опыте даже самые не увлеченные люди начинают что-то ковырять в этой теме, пытаются разобраться, что такое чересполосица или что такое мир, то есть это тема действительно увлекательная. А я хотел к чему это сказать: что тема XX века, она каждая практически такая, то есть космос и полет Гагарина сложно с собой соотнести, но если поговорить про Королева и его судьбу, про «шарашки», а там перейти к репрессиям, то эта тема, опять же, зацепит. И тут мы приходим к еще одной проблеме: к сожалению, за те 20 лет, что мы с тобой не учимся в школе, кое-что произошло, а именно: появилась огромная масса материалов, которые легко и доступно объясняют историю и доступны любому, то есть, когда ты учился в школе, ты, наверное, мог встретить человека, который читал Фоменко или слышал про такого.

А. Пичугин

- Я не просто мог встретить человека, а это была как раз тема в развитии, я заходил в книжный магазин и целые полки были посвящены этой войне, науке и псевдонауке, тогда стояли антифоменковские тома и тома Фоменко, я помню, что у нас в школе благодаря нашему учителю истории, это уже в старших классах, Петру Анатольевичу Сухачко, которому самому на тот момент было едва за 30 (передаю привет, пользуясь случаем, если вдруг слышит), мы активно обсуждали тогда Фоменко.

М. Хрущев

- Да, но согласись, ситуации были, когда любой школьник был бы в курсе этой темы, достаточно сложно представить. Сейчас же благодаря интернету, благодаря социальным сетям…

А. Пичугин

- В Ярославле тем не менее музей новой хронологии открывается.

М. Хрущев

- Благодаря блогам, благодаря мемам, есть огромное количество псевдоисторических знаний, которые очень хорошо запоминаются, они и составлены таким образом, чтобы их хорошо запомнить, и я не могу представить, что 20 лет назад учителю приходилось доказывать ученику, например, что террора не было, были расстреляны только преступники или, например, доказывать, что союзники нам никак во Второй мировой не помогали, а ленд-лиз был куплен за золото или доказывать ученикам, что от русского языка произошли все остальные языки…

А. Пичугин

- А что, это сейчас в современной школе встречается?

М. Хрущев

- Да, потому что есть хорошо и удобно поданная информация, которую легко запомнить, которая намного ярче и симпатичнее, чем скучные тома учебника и которую можно легко найти и воспроизвести.

А. Пичугин

- Ну, об учебнике мы отдельно сейчас поговорим.

М. Хрущев

- И что важно – эта тема вот этой вот ложной истории, настоящей фальсификации, она же затрагивает не только школьников, но и взрослых людей, даже взрослых людей больше, потому что…

А. Пичугин

- Нет, она затрагивает уже почти взрослых людей, потому что этот школьник через несколько лет станет абсолютно самостоятельным, когда человек начинает изучать эти темы и когда он доходит до таких подробностей во Второй мировой войне, как ленд-лиз и второй фронт, то это тот школьник, который уже через несколько лет институт будет заканчивать.

М. Хрущев

- Ну да, но беда-то в том, что школьники, они же не в вакууме существуют, они приходят из дома и можно видеть, как у некоторых, иногда, правда, бывает, на родительских собраниях мы обсуждаем с родителями волнующие их вопросы истории и к сожалению, иногда появляются люди, которые действительно адепты подобных идей таких, фальсифицированных.

А. Пичугин

- Вопрос (прости, что я тебя все время перебиваю), но в данном случае здесь фактор отсутствия или наличия критического мышления, я вообще считаю, что критическое мышление – это такой дар Божий, не каждому присущий, но с другой стороны, мы не можем человеку запретить думать так.

М. Хрущев

- Ни в коем случае, не можем, но поговорить, обсудить было бы полезно, собственно, я этим и занимаюсь. Я хотел насчет еще, почему популярны подобные всякие криптоисторические штуки: люди, сейчас которым за 50, учились в советской школе, особенно тяжело, наверное, пришлось людям, которые учились в 70-80-е годы, особенно в 80-е, я думаю, когда прошла перестройка и на глазах все стало меняться, это в замечательном фильме «Авария - дочь мента» очень красиво показано, когда учительница истории что-то рассказывает и ей говорят: «Вы же в прошлом году говорили не так», и она смущенная стоит, действительно, она говорила не так, потому что курс поменялся…

А. Пичугин

- И учебник другой.

М. Хрущев

- И учебник, да.

А. Пичугин

- Нет, подожди, учебники были новые написаны позднее…

М. Хрущев

- Да, но методички, вырезки из «Огонька».

А. Пичугин

- «Авария – дочь мента» - это все-таки про, хотя типичную школу, но нетипичную ситуацию.

М. Хрущев

- Про девочку-подростка, но там в классе просто сцена, она очень типичная как раз ситуация, в которой школьники нападают на учителя, который в прошлом году говорил по-другому, вполне себе жизненный и в жизни такое тоже бывало, но я хотел о другом сказать – о том, что преподавание в школе советской истории, оно часто было, если это был хороший учитель, то он говорил: «Я преподаю вам вот так, а на экзамене вы скажете так», двумыслие такое.

А. Пичугин

- И много таких примеров?

М. Хрущев

- Да полным-полно, поспрашивай любого знакомого, который учился в хорошей школе, где у него был хороший учитель истории в советское время и практически любой скажет: наша учительница говорила нам так-то, а потом говорила: «но на самом деле, все было по-другому».

А. Пичугин

- Сколько у нас было хороших школ? Ну, безусловно, возьмем мы крупные города-миллионники, по нескольку хороших школ, даже на одну Москву, наверное, в советское время их было не больше пары десятков, хороших школ мы найдем примерно столько же, в процентном соотношении их будет одинаковое количество в любом большом городе, но в целом, на всю страну, несмотря на миф о лучшем в мире образовании, несмотря на одно, другое, третье мы все равно сталкиваемся, я помню, у меня же все-таки педагогическое образование когда-то было, и я помню, как на уроках педагогики, ни в коем случае сейчас не хочу обвинить ни тебя, ни твоих коллег, тем более, что среди наших с тобой общих друзей огромное количество учителей, но нам тогда говорили на уроках психологии и педагогики, на лекциях о том, что чаще всего учителя истории по всем тестам психологическим – это люди с достаточно невысокими знаниями и с желанием эти знания новые получать, это про классические школы, которых большинство в стране…

М. Хрущев

- Давай только мы определимся: не классические школы, а обыкновенные, классическая школа – где преподают латынь и греческий, там немножко другой уровень. Тут проблемы и в отборе, и в том, что, может быть, более амбициозный и более успешный человек с историческим образованием, наверное, пойдет в науку и так далее и тому подобное.

А. Пичугин

- Пойдет в науку, в аналитические отделы какие там по номерам, не помню, комитеты госбезопасности еще там с ранних курсов студентов исторического факультета за именно неплохие способности к аналитике отслеживали и потом старались к себе пригласить работать.

М. Хрущев

- Да есть у нас общий знакомый с тобой, которого с последнего курса историко-архивного, когда он был, позвал человек, который числился у них то ли зам по без, то ли пожарная безопасность, ну, тот самый человек, который от комитета сидел в каждом вузе, и вот он его вызвал и сказал: «Студент такой-то, знаю я, ты верующий и вот ты на пятом курсе, а давай мы тебя в священники отправим?». И он сказал: «Что?» Он говорит: «Ну, ты же верующий, тебе надо диплом получить, у тебя проблемы, тебя на Пасху в церкви видели, давай».

А. Пичугин

- И что?

М. Хрущев

- Он как-то отказался, у нас есть один с тобой общий знакомый, он много лет отдал исторической науке. Так вот, речь-то о том, что, к сожалению, действительно, был некоторый отбор, получается, что в учителя истории шли люди, которых история не то, чтобы очень увлекает, а еще хуже, бывает часто, люди, которых история когда-то увлекала, они поэтому пошли на исторический факультет, но так как не добрали баллов, пошли в педагогический и такие учителя часто бывают сами адептами таких идей и с увлечением читают и Фоменко, и Задорнова, и других как бы историков. Я хотел сказать о том, что мы завалены сейчас псевдоисторической информацией.

А. Пичугин

- А давай об этом чуть позже, буквально через минуту, сейчас небольшой перерыв. А я напомню, дорогие слушатели, что сегодня мы беседуем с учителем истории, краеведом, Михаилом Хрущевым, я Алексей Пичугин, говорим мы сегодня об истории в школе, как она преподается, как она преподавалась и какие у нас есть варианты сейчас. Вернемся к разговору через минуту.

А. Пичугин

- И еще раз здравствуйте, дорогие слушатели, меня зовут Алексей Пичугин, напомню, что сегодня мы беседуем с москвоведом, историком, учителем истории одной из московских школ Михаилом Хрущевым, наши постоянные слушатели Михаила прекрасно знают по москвоведческим программам. Сегодня мы говорим о том, чем Михаил занимается ежедневно уже много лет в одной из очень хороших московских школ, он учит детей истории. И вот мы, поговорив о том, как это было в советские времена, как это сейчас в разных школах выглядит, подходим к тому, что действительно, школьники сейчас обладают, вернее, могут получать огромное количество разного качества информации, непосредственно связанной с историей.

М. Хрущев

- Да, и тут нужно сказать, что эта информация интересная и ее легко запомнить, можно далеко не ходить, посмотреть сообществ огромное количество, например, группу с мемами на исторические темы, есть школьники, которые мне часто говорят: «Ой, я историю так себе знаю, но зато по мемам». Выясняется, что школьник действительно знает, что был такой Гаврило Принцип, что он застрелил Франца Фердинанда или что Троцкий был революционером, или какие-то такие вещи человек знает только по мемам.

А. Пичугин

- По мемам можно к ЕГЭ готовиться, потому что там особой аналитики не нужно, связывать факты между собой в единое полотно историческое тоже, наверное, не очень требуется.

М. Хрущев

- Ну вот, я смотрю, если мы вернемся обратно к ЕГЭ, есть одна проблема: большинство людей в нашей стране, которые обсуждают ЕГЭ, осуждают ЕГЭ, предлагают его уничтожить или говорят, что это так себе – никогда сами с текстами ЕГЭ не знакомились или знакомились очень давно. Современный ЕГЭ по истории требует все-таки умения соотносить факты, требует хотя бы какие-то аналитические способности, но мы не об этом…

А. Пичугин

- Прости, еще тут важно как раз, что все разговоры о том, что ЕГЭ нужно отменить, убрать, что ЕГЭ – это издевательство над личностью школьника, они все потихоньку заканчиваются, поскольку сейчас и в журналистику, и в министерства, и в исторические научные институты и не только в исторические приходят люди, которые уже сами сдавали ЕГЭ и которые, как было до ЕГЭ не знают. Я сейчас в той самой археологической экспедиции, в которую ты и я ездим много лет, столкнулся с тем, что на раскопках все взрослые уже сейчас или старшие курсы институтов, либо давно не студенты, но все, кроме руководителя и меня, по-моему, сдавали ЕГЭ, то есть уже сейчас люди, которые занимают ответственные посты, которые сами чему-то учат, сами преподают в вузах, они уже сдавали ЕГЭ и поэтому они не могут ругать и требовать упразднить ту систему, кроме которой они не знают, какая может быть.

М. Хрущев

- Ну да, тут интересный момент насчет ЕГЭ и отношения к нему: чаще всего критика ЕГЭ, она какая-то, заведомо пораженческая, то есть люди, которые его критикуют, говорят: «Ну да, я все понимаю, но мне вот неприятно» или: «Да, я понимаю, что, конечно, у школьника есть возможность не сдавать экзамен в каждый вуз отдельно, он может поступить во все, в три разных вуза подать документы, но я против ЕГЭ, потому что он отупляет» - этот человек не работал с этим экзаменом. Тут мы к чему, что сам по себе экзамен – это хороший инструмент, но критерии, может быть, стоило бы подработать, может быть, стоило бы что-то изменить. Когда люди говорят: «Вот в старые годы люди сдавали по билетам экзамены, вот это было времечко».

А. Пичугин

- Ну, по билетам еще эти школьники успеют сдать, когда студентами будут, у них еще там минимум с десяток сессий будет, а ты как считаешь, нужен ли обязательный единый экзамен по истории?

М. Хрущев

- Есть такая вещь - единый экзамен по математике, и он делится уже много лет на две категории, есть базовый и есть профильный, базовый должны по идее сдать все, в этом году базовый никто не сдавал, потому что в этом году не обязательно было сдавать экзамены для получения аттестата, но тем не менее есть два экзамена. Базовый, на самом деле, такой, что даже я его сдал, по математике, там задание: на таблице показана температура в городе Ярославле в течение года. Сколько месяцев в году температура ниже нуля? Это правда задание на базовой математике, три года назад я это видел прямо сам.

А. Пичугин

- Я правильно тебя понимаю, что ты считаешь, что базовый экзамен, такой очень упрощенный экзамен по истории можно бы сделать обязательным, а вот тем, кому история понадобится в вузе, с тех уже спрашивать, как с тех, кому математика и профильный уровень?

М. Хрущев

- Если вводить ЕГЭ по истории обязательный, то только в такой форме, потому что требовать, чтобы каждый ученик мог сдать этот экзамен, в котором в голове у него должен быть весь учебник с 10-го по 11-й класс без изъятий очень сложно, потому что проблема в том, что очень много требуется странных иногда фактов, то есть, например, нужно знать дату принятия продовольственной программы, дату принятия ханом Узбеком ислама, дату принятия ислама Булгарии Волжской, то есть такие вещи, которые даже не у каждого историка в голове есть.

А. Пичугин

- Как должен выглядеть, на твой взгляд, базовый уровень, который, если уж мы говорим о всеобщем экзамене по истории, хорошо, видимо, его в ближайшие годы не будет, но это не точно, как всегда, потому что могут вернуться к этой теме, да, это здравая идея, и как он тогда должен выглядеть, что там должны спрашивать?

М. Хрущев

- Я так думаю, что там должен быть какой-то набор терминов, который по представлению, это естественно, должно не с потолка браться, нужно провести работу, понять, что вообще действительно важно в нашей истории, что школьник должен знать, обязательно ли каждому школьнику отличать, знать, что такое хутор и что такое отруб или не обязательно, обязательно ли школьнику знать, кто такие панцирные, кто такие дети боярские или чем юшма́н отличается от колонтаря́.

А. Пичугин

- Ну хорошо, это очень сложная терминология, я понимаю, что ты в некотором роде утрируешь, или нет?

М. Хрущев

- Скажем, в ЕГЭ по истории есть задание в части А, кстати, достаточно простое, там даны ряды терминов и нужно указать лишний в этом ряду, допустим: барщина, оброк, вино кометы и откуп и тут вычеркиваешь то, что лишнее, трудодни, допустим, а барщина и оброк оставляешь, вот такое задание, наверное, стоило бы внести. Может быть, там должны быть какие-то хронологические задания, допустим, найти современников того или иного императора, каких-то людей первой величины…

А. Пичугин

- Но не современников Фридриха Барбаросса, я думаю.

М. Хрущев

- Я думаю, да. Еще одна проблема: из-за того, что мы не преподаем в школе общую историю практически, потому что мы ее задвигаем ради истории России, то представление о всеобщей истории у детей очень слабое и тут в чем проблема – что курс построен таким образом, что воспоминания о том, что существует там где-то что-то другое, они в истории России очень редки, то есть большинство случаев, когда у нас вспоминают в учебнике про то, что существуют какие-то другие страны – это когда: «и тут на нас пришел Наполеон».

А. Пичугин

- А теперь давайте посмотрим, что было во Франции во времена Наполеона.

М. Хрущев

- Да, но это они не предлагают…

А. Пичугин

- Прости, сейчас учебник истории в школе выглядят также, как выглядел 20 лет назад, когда есть учебник Российской истории, учебник Всеобщей истории?

М. Хрущев

- Ну да, есть два учебника, конечно.

А. Пичугин

- Ну, все-таки во втором учебнике же наверняка есть все, что можно или к нему вообще никто не прибегает и часы, которые выделены на Всеобщую историю, больше тратятся на Российскую?

М. Хрущев

- Скажем так, что есть, допустим, в средней школе до 11-го класса в среднем по два часа истории в неделю, ни в одной, по-моему, школе не сделано так, чтобы один урок был то, другой урок был сё, один урок - Всеобщей, один - Российской, потому что тогда не будет ничего изучено, поэтому чаще всего начинают с истории России, добивают ее, а потом уже в оставшееся время вколачивают остатки Всеобщей, чаще всего делается так и это, к сожалению, грустно. Разработать курс, в котором они были бы вместе, параллельно, сложно, я даже не знаю, как сделать, но это очень грустно и поэтому Всеобщая история России тоже почти не упоминается, это оторванные такие, понимаешь, вещи.

А. Пичугин

- Есть какие-то вехи мировой истории, которые, как тебе кажется, все-таки на выходе из школы человек, которому история больше никогда в жизни не пригодится должен знать, я имею ввиду вехи мировой истории, как Российские, так всеобщие?

М. Хрущев

- Есть, конечно, ну, я же историк, ты спрашиваешь у историка, я сейчас начну делать список…

А. Пичугин

- Нет, нет, я тебя спрашиваю, как учителя истории сейчас, который работает со школьниками, который видит вот этот поколенческий срез и видит, в том числе, еще и современное состояние общества, новостной поток. Ты представляешь себе молодого человека, с совершенно разных каких-то его интересов, проявлений и хотя бы какую-то базовую десятку можешь привести каких-то в мировой истории и в российской, которые обязательно должен на выходе из школы молодой человек знать?

М. Хрущев

- Я бы, например, туда добавил какую-нибудь неолитическую революцию, переход к земледелию и скотоводству, поговорил бы об этом, потому что это нужно понимать, как это произошло. Я бы туда добавил, наверное, понимание о Римской империи, о том, что она была и о возникновении христианства, и о том, почему оно возникло именно в Римской империи.

А. Пичугин

- А как ты современному человеку молодому будешь объяснять важность возникновения христианства и развитие его?

М. Хрущев

- Я ему скажу: «Дружочек, мы сейчас живем в цивилизации, которая во многом создана христианами и основывается во многом на христианских ценностях, как бы это сейчас не выглядело, и это нужно понимать, почему христианство появилось и почему оно распространилось». Наверное, я бы как такую веху обозначил бы, как принятие христианства на Руси, ну и соответственно, потом пришлось бы поговорить и о феодальной раздробленности…

А. Пичугин

- За которую бы, кстати, сейчас профессиональные историки сразу несколько баллов снизили, так как сам термин сейчас же подвергся обструкции.

М. Хрущев

- Да, да. О периоде дезинтеграции Древнего Русского государства, наверное, стоило бы поговорить. Вот сейчас я думаю – о походах Батыя на Русь и их последствиях.

А. Пичугин

- Кстати, тут мы совершенно недавно делали программу про крестовые походы и там стали всплывать какие-то интересные достаточно подробности монгольского нашествия вообще не только на Русь, но и глобального и вот, кстати, это одна из больших проблем преподавания в истории – это то же самое монгольское нашествие, очень много всего говорится о нем в рамках Российской истории и складывается ощущение, что они целенаправленно пришли к нам, тут все пожгли, причем всех пожгли, неважно, что кормовая база, село, оно не так подвергалось и совсем даже скорее всего не подвергалось сильно нападениям, в общем, все уничтожило, обложило данью и ушло, а вот то, что это был какой-то почти цивилизационный процесс, распространившийся на Европу и много куда еще, и в Азию – об этом школьники не знают, мне так кажется.

М. Хрущев

- Это проговаривается, в учебнике это упоминается, а так, объяснить детям, что Ярослав Всеволодович, когда ездил за ярлыком в Каракору́м, вполне мог там видеть представителей практически всей Евразии. Я приведу один пример: вот мы изучаем половцев и даже раз в десять лет президент Владимир Владимирович вспоминает про половцев, когда были пожары в 2010 году он их вспомнил, с печенегами, и сейчас. Вот половцы – ну, это же наша головная боль, они нас терзали, но Русь выдержала, а в учебнике нигде не говорится, что половцы жили в Средней Азии и что, например, когда монголы на Русь пришли, то жители пограничья русского степного, какого-нибудь Новгород-Северского или Рязанского княжества, которые постоянно с половцами взаимодействовали и многие знали их язык, что житель Пограничья, какой-нибудь Евпатий Коловрат вполне мог с Батыем без переводчика говорить, об этом в учебнике нет, а ведь это существенно меняет картину, с одной стороны, пришли незнамо кто, а с другой стороны, пришли люди, которые говорят на таком же языке, который мы все тоже тут знаем, поскольку для выживания он очень полезен и с ними можно поговорить, вот этого в учебнике нет. Или, например, об участии русских князей в рыцарских турнирах в Европе, в учебнике об этом ни разу не говорится, или все знают, что у русских князей были личные имена, крестильные и были имена тронные…

А. Пичугин

- Ну да, все это, к сожалению, теперь, в голове человека несведущего сильно путается и появляется много разных людей, которые при детальном рассмотрении укладываются в две-три личности.

М. Хрущев

- Ну да. И я хотел сказать, что, например, мы знаем, что у многих имена были: одно крестильное, другое тронное, у русских князей определенного периода были еще и имена для Запада, например, Мстислав Великий, сын Владимира Мономаха, у него было западное имя Гаральд или Гарольд.

А. Пичугин

- И так он в хроники европейские входил с этим именем.

М. Хрущев

- Возможно, что в переписке личной со своими родственниками в Европе он так себя представлял, и они знали его, как Гарольда Мстислава…

А. Пичугин

- Было еще и крестильное имя какое-то другое.

М. Хрущев

- Да, Георгий, по-моему.

А. Пичугин

- Ну, Гарольд-Георгий, да, здесь больше пересечений.

М. Хрущев

- Тут еще у него дедушка был Гаральд. Я хотел сказать, мы к вехам вернемся, их очень много можно назвать, открытие Америки, Колумбов обмен или Реформация, или Промышленный переворот, или Французская революция, а вдруг можно зайти с другой стороны и сказать: вот паровая энергия появилась – все поменялось, вот порох появился и вот тогда все поменялось.

А. Пичугин

- И так мы подходим к научно-технической революции.

М. Хрущев

- Да, но есть много разрезов и, возможно, задача истории – это не напихать в голову ученика факты.

А. Пичугин

- Я напомню, что мы беседуем с Михаилом Хрущевым, учителем истории одной из московских школ, москвоведом, говорим мы о том, как преподается история и главная задача учителя – это не напихать в голову молодого человека факты.

М. Хрущев

- Да, научить, например, читать, как бы это глупо ни звучало.

А. Пичугин

- Читать - вот, это следующий мой вопрос был, ты опередил, ведь помимо сомнительных материалов об истории, естественно, антинаучных, которые молодой человек может найти где угодно, как раз наше-то время нынешнее отличается от того, когда мы учились тем, что появляется огромное количество замечательных ресурсов, которые тем, кому история интересна и даже не обязательно станет предметом изучения в дальнейшем, может помочь.

М. Хрущев

- Да, история терапевтична, например, у меня есть ученик один, он как-то сказал: «Знаете, мне недавно было очень грустно, а вы мне рекомендовали почитать дневники, я читал дневники на сайте «prozhito.org», вы знаете, мне стало полегче». И «Арзамас», например, бывает, что люди действительно интересуются, но боятся подступиться к какой-то специальной информации, потому что ты не откроешь книжку «Монетный чекан Нижегородских удельных княжеств» Федорова-Давыдова, да?

А. Пичугин

- Да, а вот какой-нибудь историк, который это все в виде 40-минутной лекции в популярном формате с шуточками-прибауточками рассказал, «Арзамас» или «Магистерия», «Академия», кто угодно, выдали его, как уже сложившийся контент, все здорово, все просто и слушается интересно и вроде не скучно.

М. Хрущев

- Это да, но есть большое количество материалов, которые, допустим, еще отсутствуют в научно-популярном виде, есть какие-то документы исторические и вот во многом задача учителя – научить детей читать такие документы, объяснить, что в них можно увидеть, научить читать источники, хотя, казалось бы, этим должна заниматься уже высшая школа и курсы источниковедения, но дать детям возможность самостоятельно почитать источники тоже полезно, ощутить с ними какую-то связь. Мне еще нравится один из моих любимых форматов работы – это мы с детьми разбираем, вот яркий пример: про Древнюю Русь заговорили, у нас часто говорят, есть такой блок представлений, что вот, советское образование лучшее и была прекрасная мультипликация, и есть очень интересное, на стыке двух этих явлений явление такое, как исторические мультфильмы, и я достаточно много занятий с детьми провел, смотря с ними вместе исторические мультфильмы и потом разбирая их чуть ли не по кадрам.

А. Пичугин

- Например, какие?

М. Хрущев

- Вот сейчас я хотел как раз рассказать об интересном очень явлении: был такой мультипликатор Роман Давыдов, конечно, у вас должно сразу вспомниться его замечательное произведение «Маугли», мультфильм, все знают его прекрасно. В какой-то момент он увлекся историей и в 1973 году Роман Давыдов выпустил мультфильм под названием «Детство Ратибора» и это удивительное зрелище, поскольку это мультфильм о праистории славян, он рассказывает там о IV-VII веках, непонятно, конкретнее не скажешь о периоде, который практически не изучен историками, по которому есть только археологические данные, а как мы знаем из археологии, на археологических находках нету бирок и там не написано: «это черепок славянина» или: «над этой клюшкой сидел и плакал маленький Ратибор», этого ничего нет и там огромный простор для фантазии. И вот интересно, мы с детьми разбирали, как 73-й год, застой, честно признаемся – упадок идеологии, отсутствие каких-то надежд уже, какого-то такого горения, уже никто в коммунизм не верит, люди начинают обращаться к каким-то ценностям и одна из этих ценностей – история и наши предки и вот это очень удивительное такое произведение, это неоязыческий практически мультик, в котором совершенно некритично подана история, в котором показано, как славянские матери заклинают разных плохих духов, а потом рубят хазар, и вот мы разбирали, как, из каких представлений это все сформировалось.

А. Пичугин

- Но спустя несколько лет у того же Давыдова вышли «Лебеди Непрядвы».

М. Хрущев

- Вот, о чем я и хотел сказать и потом дальше мы смотрим следующий мультфильм того же автора «Лебеди Непрядвы» и там уже совсем другой подход, там уже и Сергий Радонежский, и церкви с крестами, и колокольный звон.

А. Пичугин

- А это, кстати, все та же эпоха, что это – семь лет прошло, изменился взгляд самого Давыдова или что?

М. Хрущев

- Юбилей Куликовской битвы.

А. Пичугин

- Да, но почему такой скачок от неоязычества к христианству?

М. Хрущев

- С «Лебедями Непрядвы» еще интереснее, я детям как-то дал задание подобрать мультфильмы вообще на древнерусские темы и надо сказать, советские мультфильмы на древнерусские темы – это еще цветочки, потому что в последние годы было наснято такое количество всякого про Древнюю Русь и там такое количество совершенно антинаучных вещей, даже вредных, что даже удивительно, и к чему я это все – к тому, что вот даже можно извлечь педагогический смысл из просмотра мультфильма советского времени из разбора образов, из обсуждения, почему те или иные персонажи изображены тем или иным образом, какие идеи хочет нам автор передать. Детям задавал на дом смотреть фильмы позднесталинской эпохи, «Крейсер Варяг», например, смотрел когда-нибудь «Крейсер Варяг?»

А. Пичугин

- Я нет, не смотрел.

М. Хрущев

- Отличный фильм, дело в том, что там положительный герой – священник и там настолько хорошо показан экипаж, что складывается впечатление, что такой фильм могли бы эмигранты снять.

А. Пичугин

- Да, я понимаю, о чем ты говоришь, это еще и время такое было.

М. Хрущев

- Да, это интересно. Задача учителя истории – не только из учебника черпать исторические сведения, но и, например, из кинематографа, не воспринимать фильм, как источник исторического знания, а воспринимать фильм, как источник знания об исторических знаниях – это же очень интересно. Дело в том, что то, как рассказывается история, еще Марк Ферро написал замечательную книжку «Как рассказывают историю детям в разных странах мира» - это классика, с которой надо всем познакомиться, это книжка, которую можно бесконечно дополнять и показывать, как меняется риторика, как меняется история, это же очень интересно и важно.

А. Пичугин

- У нас остается буквально несколько минут, я бы очень хотел все-таки в конце программы тебя спросить обязательно, мы с этого начинали немного, говоря о том, что сейчас у нас часто пытаются представить сверху, наверное, историю, как какой-то такой обязательный идеологический базис, мы растим гражданина и патриота, понятно, что теми методами, которыми это делают – ну, как-то не очень. Если посмотреть на это с другой стороны, ведь когда человек трепетно относится к своему историческому наследию, но при этом четко разделяя, отделяя какие-то достаточно сомнительные вещи в отечественной истории и славные вещи в отечественной истории, наверное, это важно. Я не считаю, что школа – это воспитание, считаю, что школа – все-таки образование, в первую очередь, воспитывают в семье, но при этом есть какие-то, наверное, ценности (я все время начинаю сомневаться, правильно ли я задаю этот вопрос, формулирую его), которые должны быть в преподавании истории?

М. Хрущев

- Ну да, ценности, конечно, должны быть, и мы должны объяснить, что нас возвышающий обман все-таки не дороже тьмы низких истин и что признание может быть, поражения или неудачи, преступление не делает тебя не патриотом.

А. Пичугин

- Да, вот в том-то и дело, когда мы говорим о репрессиях…

М. Хрущев

- Да, например, о репрессиях – объяснить, что несмотря на то, что происходили такие вещи, тот же Королев, несмотря на то, что ему сломали челюсть, он все равно создал то, что он создал.

А. Пичугин

- Ну, вопреки, не благодаря, а вопреки. Мне кажется, что очень важно, от этого мы только сильнее становимся и по идее, на выходе должны по-настоящему как-то учиться любить свою страну в том числе, когда мы признаем, что в ее истории были вот такие ужасные вещи, мы сейчас в ней, в этой нашей отечественной истории можем наковырять очень много, очень много таких примеров, просто репрессии, они не близки нам по времени, но мы признаем, что это наша история, признаем, что это ошибки нашей истории, а не говорим о том, что этого не было и они сами виноваты, не сжигаем чучело Солженицына на входе в музей ГУЛАГа.

М. Хрущев

- Абсолютно верно, признание ошибок и преступления прошлого не делают из человека не патриота, признание, что не все страницы были славными не делает из человека русофоба, осознание этого делает человека только сильнее и умнее. Это как, допустим, и у тебя, наверное, такое бывало, и у меня: поехал в какой-то город, увидел очень красивое разваленное здание, сфотографировал, тебе дальше в инстаграме (деятельность организации запрещена в Российской Федерации) или где-то еще пишут: «Ну зачем это фоткать, в городе же куча красивых домиков, вот, как банк в центре сделали недавно, вот красота!» Вот объяснить, что ты любишь Россию, любишь этот город, ты увидел этот неприбранный угол, и тебе щемит сердце от того, что как тебе нравится этот дом даже в разрушенном состоянии…

А. Пичугин

- А не закатанный в сайдинг напротив.

М. Хрущев

- Да, и ты мечтал бы, чтобы его восстановили идеально, вот что делает тебя патриотом. Если ты отказываешься, например, надеть какой-нибудь костюм и, допустим, мы лимитируем все возможности выражения своей патриотической позиции, переодевания и что же, человек, который отказывается переодеться, надеть танкистский шлем и прицепить на ботинки гусеницу, он теперь не патриот? Если помнишь имя своего деда, если ты молишься за него, если ты хранишь дома старые фотографии – ты патриот. Если раз в год переодеваешься – не уверен.

А. Пичугин

- Это ни о чем не говорит, да. Спасибо тебе большое за все эти слова, у нас уже время практически вышло нашей программы, это был интересный разговор, я надеюсь, что, может быть, мы его еще продолжим с тобой. Михаил Хрущев, учитель истории, москвовед, сегодня был вместе с нами в программе «Светлый вечер». Я Алексей Пичугин, мы прощаемся, будьте здоровы, до свидания.

М. Хрущев

- До свидания.

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 21 марта 2026г.

Вечер 21.03.26.

Неде́ля 5-я Вели́кого поста́.

Прп. Мари́и Еги́петской.

Глас 1.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 1:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 1:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Вече́рния на́ша моли́твы/ приими́, Святы́й Го́споди,/ и пода́ждь нам оставле́ние грехо́в,/ я́ко Еди́н еси́// явле́й в ми́ре Воскресе́ние.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Обыди́те лю́дие Сио́н,/ и обыми́те Его́,/ и дади́те сла́ву в нем Воскре́сшему из ме́ртвых:/ я́ко Той есть Бог наш,// Избавле́й нас от беззако́ний на́ших.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Прииди́те лю́дие,/ воспои́м, и поклони́мся Христу́,/ сла́вяще Его́ из ме́ртвых Воскресе́ние:/ я́ко Той есть Бог наш,// от пре́лести вра́жия мир Избавле́й.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Весели́теся Небеса́,/ воструби́те основа́ния земли́,/ возопи́йте го́ры весе́лие:/ се бо Емману́ил грехи́ на́ша на Кресте́ пригвозди́,/ и живо́т дая́й, смерть умертви́,// Ада́ма Воскреси́вый, я́ко Человеколю́бец.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Пло́тию во́лею Распе́ншагося нас ра́ди,/ Пострада́вша и Погребе́нна,/ и Воскре́сша из ме́ртвых,/ воспои́м глаго́люще:/ утверди́ правосла́вием Це́рковь Твою́, Христе́,/ и умири́ жизнь на́шу,// я́ко Благ и Человеколю́бец.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: Живоприе́мному Твоему́ гро́бу/ предстоя́ще, недосто́йнии,/ славосло́вие прино́сим/ неизрече́нному Твоему́ благоутро́бию, Христе́ Бо́же наш:/ я́ко Крест и смерть прия́л еси́, Безгре́шне,/ да ми́рови да́руеши Воскресе́ние,// я́ко Человеколю́бец.

Стихиры прп. Марии Египетской (из Триоди), глас 6, подобен: «Всю отложи́вше ...»:

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Тебе́ у́бо возбраня́ше честны́х взира́ния,/ скверн пре́жде привлече́нное скверне́ние,/ твое́ же чу́вство, и твоя́ богому́драя соде́янных со́весть,/ к лу́чшим тебе́ обраще́ние соде́яша./ На ико́ну бо воззре́вши благослове́нныя Богоотрокови́цы,/ всех пока́явшися прегреше́ний свои́х всехва́льная пре́жних,// в дерзнове́нии честно́му Дре́ву поклони́лася еси́.

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Ме́стом поклони́вшися ра́достно святы́м,/ доброде́тели напу́тное спаси́тельнейшее,/ отту́ду прия́ла еси́, и зело́ потекла́ еси́ до́брое ше́ствие,/ и струю́ преше́дши Иорда́нскую,/ в жили́ще Предте́чево усе́рдно всели́лася еси́,/ и страсте́й свире́пство жи́тельством омрачи́ла еси́,/ истончава́ющи в дерзнове́нии, приснопа́мятная ма́ти,// плотска́я сво́йства.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: В пусты́ню всели́вшися твои́х страсте́й/ о́бразы от души́ отъя́ла еси́,/ богови́днейшее изображе́ние в души́ написа́вши,/ доброде́телей ви́ды,/ и толи́ко просия́ла еси́,/ я́ко и вода́ми легко́ преходи́ти блаже́нная,/ и от земли́ взима́тися в твои́х к Бо́гу моле́ниих,/ и ны́не в дерзнове́нии всесла́вная Мари́е,/ Христу́ предстоя́щи,// моли́ся о душа́х на́ших.

Стихира прп. Марии Египетской (из Триоди), глас 4, подобен: «Всю отложи́вше ...»:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Очудотвори́, Христе́, Креста́ Твоего́ си́ла,/ я́ко и я́же пре́жде блудни́ца,/ по́стническим по́двигом подвиза́ся,/ отню́дуже и немощно́е отве́ргши,/ до́блественно сопротивоста́ на диа́вола./ Те́мже и по́честь побе́ды нося́щи,// мо́лится о душа́х на́ших.

Догматик, глас 1:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Всеми́рную сла́ву,/ от челове́к прозя́бшую,/ и Влады́ку ро́ждшую,/ небе́сную дверь,/ воспои́м Мари́ю Де́ву,/ безпло́тных песнь, и ве́рных удобре́ние./ Сия́ бо яви́ся не́бо, и храм Божества́:/ Сия́ прегражде́ние вражды́ разруши́вши,/ мир введе́, и Ца́рствие отве́рзе./ Сию́ у́бо иму́ще ве́ры утвержде́ние,/ побо́рника и́мамы из Нея́ ро́ждшагося Го́спода./ Дерза́йте у́бо, дерза́йте лю́дие Бо́жии:/ и́бо Той победи́т враги́,// я́ко Всеси́лен.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́: (В приходской традиции может опускаться)

Поется стихира храма ^{^[1]} , затем:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богоро́дичен воскре́сный из стихи́р стихо́вных по гла́су хра́мовой стихи́ры. ^[2]

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день), и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 1:

Стихира: Стра́стию Твое́ю, Христе́,/ от страсте́й свободи́хомся,/ и воскресе́нием Твои́м из истле́ния изба́вихомся,// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Да ра́дуется тварь, небеса́ да веселя́тся,/ рука́ми да воспле́щут язы́цы с весе́лием:/ Христо́с бо Спас наш, на Кресте́ пригвозди́ грехи́ на́ша:/ и смерть умертви́в, живо́т нам дарова́,/ па́дшаго Ада́ма всеро́днаго Воскреси́вый,// я́ко Человеколю́бец.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: Царь сый небесе́ и земли́ непостижи́ме,/ во́лею распя́лся еси́ за человеколю́бие./ Его́же ад срет до́ле, огорчи́ся,/ и пра́ведных ду́ши прие́мша, возра́довашася:/ Ада́м же, ви́дев Тя, Зижди́теля в преиспо́дних, воскре́се./ О чудесе́! Ка́ко сме́рти вкуси́ всех жизнь;/ но я́коже восхоте́ мир просвети́ти зову́щий и глаго́лющий:// Воскресы́й из ме́ртвых, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Жены́ мироно́сицы, ми́ра нося́ща,/ со тща́нием и рыда́нием гро́ба Твоего́ достиго́ша,/ и не обре́тша Пречи́стаго Те́ла Твоего́,/ от А́нгела же уве́девша но́вое и пресла́вное чу́до,/ Апо́столом глаго́лаху:/ воскре́се Госпо́дь,// подая́ ми́рови ве́лию ми́лость.

Стихира прп. Марии Египетской (из Триоди), глас 2, самогласна:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Душе́вная ловле́ния,/ и стра́сти плотски́я мече́м воздержа́ния посе́кла еси́:/ по́мысла прегреше́ния/ молча́нием обуче́ния подави́ла еси́,/ и струя́ми слез твои́х пусты́ню всю напои́ла еси́,/ и прозябла́ еси́ нам покая́ния плоды́./ Те́мже твою́ па́мять// преподо́бная пра́зднуем.

Богородичен воскресный, глас 2:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: О чудесе́ но́ваго всех дре́вних чуде́с!/ Кто бо позна́ ма́терь без му́жа ро́ждшую,/ и на руку́ нося́щую,/ всю тварь Содержа́щаго?/ Бо́жие есть изволе́ние, Ро́ждшееся./ Его́же я́ко Младе́нца, Пречи́стая,/ Твои́ма рука́ма носи́вшая,/ и Ма́терне дерзнове́ние к Нему́ иму́щая,/ не преста́й моля́щи о чту́щих Тя,// уще́дрити и спасти́ ду́ши на́ша.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия