Поделиться
Один из первых детских докторов в России, основатель отечественной педиатрии — Нил Фёдорович Филатов — не только лечил, но и искренне любил детей.
Окончив медицинский факультет Московского университета, Нил Фёдорович работал земским врачом в Саранском уезде родной Пензенской губернии. В 1876 году он защитил докторскую диссертацию и переехал в Москву, где устроился на работу в Детскую Софийскую больницу Воспитательного дома на Бронной улице. После того как от дифтерии скончался его сын, он пообещал себе сделать всё, чтобы дети не умирали. Именно он одним из первых стал широко применять противодифтерийную сыворотку. Нил Фёдорович относился к больным детям как к родным: посещая бедные семьи, он часто приносил с собой не только лекарства, но и продукты, и даже игрушки. Скончался доктор Филатов в 1902 году, всецело посвятив себя людям в буквальном смысле до последнего вздоха.
Как называли Нила Федоровича Филатова москвичи?
В московском сквере Девичьего поля, неподалёку от клиники детских болезней, стоит памятник: мужчина с длинной густой бородой, а рядом с ним — маленький ребёнок. «Другу детей Нилу Фёдоровичу Филатову», — гласит надпись на памятнике. Нил Филатов, один из первых детских докторов в России, стал основателем отечественной педиатрии.
Он родился и жил в XIX веке, когда педиатрия ещё не выделилась в отдельную медицинскую дисциплину. Маленьких и взрослых лечили по одной и той же системе. О том, что детская медицина — особый мир, в котором к детям необходим принципиально иной научный и этический подход, тогда ещё не задумывались. К Нилу Фёдоровичу эта мысль впервые пришла, когда он работал земским врачом в Саранском уезде родной Пензенской губернии. На эту должность он поступил после окончания медицинского факультета Московского университета. «Вообразите, — писал Филатов своему другу, доктору Николаю Яблокову, — я один на весь уезд в 58 тысяч человек, в том числе детей. Последние-то главным образом и находятся на моих руках».
В 1876 году Нил Фёдорович защитил докторскую диссертацию и переехал в Москву. Он устроился на работу в Детскую Софийскую больницу Воспитательного дома на Бронной улице. Примерно в это же время в жизни доктора произошло трагическое событие: от дифтерии скончался его маленький сын. Детская смертность от инфекционных заболеваний в то время была огромной, и Филатов пообещал себе сделать всё, чтобы дети не умирали. Несколько лет он посвятил исследованиям дифтерии, кори и скарлатины у детей. В конце концов, как вспоминали коллеги доктора, даже в тёмной комнате, только путём ощупывания папул на лице больного, он мог отличить корь от оспы. Одним из первых Нил Фёдорович стал широко применять противодифтерийную сыворотку.
Но главное — доктор Филатов не только лечил, но и искренне любил детей. В своей научной работе «Семиотика и диагностика детских болезней» Филатов настаивал: приступая к осмотру ребенка, врач должен прежде всего думать о том, чтобы не напугать маленького пациента. Филатов был уверен — если ребёнок спокоен, если он чувствует заботу, то и выздоровление пойдёт быстрее. Нил Фёдорович относился к больным детям как к родным. Посещая бедные семьи, он часто приносил с собой не только лекарства, но и продукты, и даже игрушки. Однажды коллеги заметили доктора на Смоленском рынке: Нил Фёдорович покупал там курицу. Как оказалось, не для себя, а для одного из своих пациентов: мальчику для выздоровления требовалось хорошее питание, но денег в семье не хватало. Свою помощь доктор воспринимал как нечто само собой разумеющееся и никогда её не афишировал. И всё же о добром сердце детского доктора знал весь город: «Друг детей» — так называли Филатова москвичи.
Он и сам порой бывал похож на большого ребёнка. Например, мог допоздна засидеться в больнице, играя с пациентом-подростком в шахматы, или разбить нос, катаясь по больничному двору на велосипеде сына. Всё это делало доктора ещё ближе к своим пациентам. И больные, и коллеги отмечали главную черту характера Нила Фёдоровича Филатова — человечность. Как заметил один из его учеников, поистине надо было обладать столь же чистой, как у младенца, душой, чтобы понимать детей так, как понимал их Нил Фёдорович.
Медицине и людям Филатов служил в буквальном смысле до последнего вздоха. Он скончался в 1902 году. На похоронах доктора кто-то из его коллег выступил с речью. В ней были такие слова: «Есть люди, над которыми бессильна смерть».
Все выпуски программы Жизнь как служение
Псалом 29. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. Человеческому настроению бывают свойственны два основных направления: оптимизм и пессимизм. Но какой же больше подходит для христиан? Ответить на этот вопрос помогает 29-й псалом, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 29.
1 Псалом Давида; песнь при обновлении дома.
2 Превознесу Тебя, Господи, что Ты поднял меня и не дал моим врагам восторжествовать надо мною.
3 Господи, Боже мой! я воззвал к Тебе, и Ты исцелил меня.
4 Господи! Ты вывел из ада душу мою и оживил меня, чтобы я не сошёл в могилу.
5 Пойте Господу, святые Его, славьте память святыни Его,
6 ибо на мгновение гнев Его, на всю жизнь благоволение Его: вечером водворяется плач, а на утро радость.
7 И я говорил в благоденствии моём: «не поколеблюсь вовек».
8 По благоволению Твоему, Господи, Ты укрепил гору мою; но Ты сокрыл лицо Твоё, и я смутился.
9 Тогда к Тебе, Господи, взывал я, и Господа моего умолял:
10 «что пользы в крови моей, когда я сойду в могилу? будет ли прах славить Тебя? будет ли возвещать истину Твою?
11 услышь, Господи, и помилуй меня; Господи! будь мне помощником».
12 И Ты обратил сетование моё в ликование, снял с меня вретище и препоясал меня веселием,
13 да славит Тебя душа моя и да не умолкает. Господи, Боже мой! буду славить Тебя вечно.
Недавно один мой знакомый, человек, давно живущий церковной жизнью, обратился ко мне с вопросом. Он сказал: «Ты знаешь, это выглядит странно, но я как будто бы запутался. Я вижу в Церкви множество разных направлений: есть люди, включённые в жизнь мира, есть бегущие из него, есть спокойные, есть алармисты, наконец все они оптимисты или пессимисты. Я не понимаю, кем мне быть. Как они существуют параллельно и почему создаётся впечатление, что не слышат аргументов друг друга?» Задумавшись над ответом на этот вопрос, я в первую очередь вспомнил, что при разговорах с верующими людьми не раз замечал, что подобные вещи могут уживаться в сознании даже одного человека. Каждый из нас в течение дня может испытывать разные состояния, в которых мы то печалимся, то радуемся, ведь существуем параллельно в самых разных сферах: семейной, гражданской, рабочей, церковной, и каждая ситуация складывается по-разному. В то же время я был убеждён тогда и продолжаю считать сейчас, что помимо всех эмоциональных качелей, должен существовать какой-то общий, глобальный ответ на вопрос моего знакомого... И это ответ не просто про пессимизм и оптимизм, но ответ на вопрос, есть ли у нас какая-то твёрдая почва для выбора между пессимизмом и оптимизмом и, если есть, в чём или в ком мы можем её обрести?
Псалом 29-й, который мы сейчас услышали, позволяет нам сделать два вывода. Первый заключается в том, что ни мы сами для себя, ни другой человек для нас такой точкой опоры стать не может. Люди изменчивы, слабы и ненадёжны. Второй же в том, что такой твёрдой опорой может быть Божье отношение к нам, ведь Господь сотворил наш мир не потому, что ему было скучно, но для того, чтобы дать нам приобщиться к своей Божественной жизни в ту меру, в которую это возможно.
При чтении 29-го псалма может показаться, что псалмопевец как будто бы переживает конфликт между этими двумя идеями. С одной стороны, он видит, что в его жизни масса проблем, что его самоуверенность мимолётна, так как в спокойный и благоприятный день он может сказать: «Я не поколеблюсь», а потом под вечер смутиться и снова начать унывать. Однако конфликта на самом деле нет, ведь автор не мечется между собой и Богом. Он выбирает Творца и в глобальном смысле успокаивается. Причём не потому, что он стал совершенным, что все проблемы решены, но потому, что несмотря на его собственную непрочность, несмотря на временные нападения и трудности, в его жизни есть Тот, в Ком он может никогда не сомневаться. По поводу себя христианин может быть пессимистом, в этом нет проблемы, ведь мы действительно существа слабые и неустойчивые, но, задумываясь о Боге, мы можем быть только оптимистами, ведь любой, кто обратится к Нему в надежде на спасение, будет Им с любовью принят в общение.
Послание к Евреям святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел
Евр., 329 зач., XI, 17-23, 27-31.
Комментирует священник Антоний Борисов.
Что отличает стороннего наблюдателя от реального участника события? Конечно же, непосредственное погружение в процесс. Но что делать, если ты объективно не можешь проникнуть в гущу событий просто потому, что они, например, произошли давным-давно? Об этом рассуждает в отрывке из 11-й главы своего послания к Евреям апостол Павел. Данный текст читается сегодня утром в храмах во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 11.
17 Верою Авраам, будучи искушаем, принес в жертву Исаака и, имея обетование, принес единородного,
18 о котором было сказано: в Исааке наречется тебе семя.
19 Ибо он думал, что Бог силен и из мертвых воскресить, почему и получил его в предзнаменование.
20 Верою в будущее Исаак благословил Иакова и Исава.
21 Верою Иаков, умирая, благословил каждого сына Иосифова и поклонился на верх жезла своего.
22 Верою Иосиф, при кончине, напоминал об исходе сынов Израилевых и завещал о костях своих.
23 Верою Моисей по рождении три месяца скрываем был родителями своими, ибо видели они, что дитя прекрасно, и не устрашились царского повеления.
27 Верою оставил он Египет, не убоявшись гнева царского, ибо он, как бы видя Невидимого, был тверд.
28 Верою совершил он Пасху и пролитие крови, дабы истребитель первенцев не коснулся их.
29 Верою перешли они Чермное море, как по суше, на что покусившись, Египтяне потонули.
30 Верою пали стены Иерихонские, по семидневном обхождении.
31 Верою Раав блудница, с миром приняв соглядатаев (и проводив их другим путем), не погибла с неверными.
Послание к Евреям было написано апостолом Павлом преимущественно для христиан древнего Иерусалима, этнически принадлежавших к народу еврейскому. Но это не значит, что темы, которые поднимаются в послании, иных национальностей не касаются. Вовсе нет. Апостол затрагивает тут вполне универсальные по своему значению вопросы. Например, какое значение имеют для христиан подвиги ветхозаветных праведников?
Современные Павлу иудеи рассуждали в данном отношении очень просто. Они указывали на кровное родство, на национальные связи, изнутри соединяющие различные поколения народа еврейского. Но апостол Павел призывает взглянуть на ситуацию под иным углом, заодно напоминая, что далеко не все праведники Ветхого Завета были евреями. Не имели отношения к народу избранному Мелхиседек, Раав-блудница, спасшая соглядатаев Иисуса Навина в Иерихоне, праведная Руфь. Перечислять можно и дальше. Но уже приведённых примеров хватает, чтобы констатировать — значение национального родства отрицать нельзя, но оно всё же играло второстепенную роль.
На главных же позициях пребывала вера. Именно вера определяла поступки ветхозаветных праведников. Тут речь идёт о вере в нескольких её проявлениях: как преданности Богу, как доверии Ему и как сопротивлении логике мира сего. Да. Вера, оказывается, понятие многогранное. Перечисленные в прозвучавшем послании ветхозаветные святые Богу полностью доверяли, были ему верны вплоть до смерти, а также не поддавались искушениям и давлению внешних обстоятельств. Например, пророк Моисей не сдался и не утратил надежды, когда вместе с евреями, ушедшими из Египта, буквально упёрся в берег Красного моря. Он начал молиться, и воды расступились, позволив народу Божию пройти по дну.
Иисус Навин не пал духом, но опираясь на веру, смог покорить неприступный Иерихон. И блудница Раав, обитавшая в Иерихоне, выжила тоже благодаря вере, которая в её случае стала точкой опоры для удивительного нравственного перерождения. Вот ещё вчера перед нами была дама лёгкого поведения, а сегодня она изменилась до неузнаваемости, не только стала праведницей, но, что поражает больше всего, вошла в число предков Господа Иисуса по Его человечеству!
Всё это стало возможным не благодаря каким-то кровным связям, а благодаря вере. И с помощью веры христианин имеет, по мнению апостола Павла, реальную возможность стать сопричастником поразительных событий библейской истории. Потому что речь идёт не об индивидуальных достижениях, а о свидетельстве Бога о Себе, Его помощи, адресованной Его народу. И народом этим теперь, благодаря Христу, стала Церковь, внутри которой уже нет ни эллина, ни иудея, но новое творение. Во Христе национальная самозамкнутость Ветхого Завета была преодолена. И мостиком для каждого из нас в плане достижения этого удивительного и возвышенного единства в Сыне Божием является, безусловно, вера, на практике проявляющая себя как преданность, доверие и искреннее служение Христу через милосердное служение людям.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Историк И.Е. Забелин». Татьяна Агейчева
Поделиться
Гостьей программы «Исторический час» была кандидат исторических наук Татьяна Агейчева. Разговор шел о судьбе и трудах известного русского историка второй половины XIX века Ивана Егоровича Забелина, о его удивительном пути от воспитанника сиротского училища до признанного ученого.
Ведущий: Дмитрий Володихин
Все выпуски программы Исторический час
- «Историк И.Е. Забелин». Татьяна Агейчева
- «Казаки в Париже». Дмитрий Володихин
- «Роман «Авиатор» — исторический контекст». Анастасия Чернова
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
