«Наследие кн. Елизаветы Федоровны». Светлый вечер с игуменией Елизаветой (Поздняковой) (30.03.2018)

Поделиться

У нас в гостях была настоятельница Марфо-Мариинской Обители в Москве игумения Елизавета.

Наша гостья рассказала, как развиваются социальные проекты обители в настоящее время, о том, что такое сестричество, также мы говорили об истории обретения мощей Великой княгини Елизаветы Федоровны и о фотовыставке «Белый Ангел Москвы», подготовленной к 100-летию преставления Елизаветы Федоровны.

Л. Горская

— «Светлый вечер» в эфире радио «Вера». Здесь с Вами в студии Лиза Горская. И у нас в гостях сегодня игуменья Елизавета Позднякова, настоятельница Марфо-Мариинской обители, известной московской обители. Здравствуйте, матушка, добрый вечер!

Игуменья Е. Позднякова

— Здравствуйте, Лиза.

Л. Горская

— Ну, давайте, может быть, поговорим об истории обители и о том, в каком состоянии она сейчас находится. Мы знаем, что в последние годы шла очень объемная реставрация, которая практически завершена.

Игуменья Е. Позднякова

— Реставрация завершена к 100-летию обители, это был у нас 2009 год. А сейчас у нас тоже ведутся работы, которые, вероятно, многие принимают за реставрацию. У нас сейчас ведутся работы по реставрации крипта Покровского храма, а также в этом году начнутся работы по благоустройству территории, потому что сточными водами вымывает грунт из-под нашей обители, и образуются провалы. Поэтому сейчас идет борьба с провалами, идет реставрация крипта, и это, конечно, наводит людей на мысли, что у нас еще не закончена реставрация.

Л. Горская

— А это ремонт уже, да? Текущий тоже?

Игуменья Е. Позднякова

— Да, и текущий ремонт. К сожалению, все разрушается со временем.

Л. Горская

— Сколько у Вас сейчас сестер?

Игуменья Е. Позднякова

— По списку — 56.

Л. Горская

— А так? (Смеется.)

Игуменья Е. Позднякова

— Нет, и так 56. Просто в обители живут 26 сестер, остальные сестры живут на различных подворьях. У нас обитель имеет шесть подворий.

Л. Горская

— А они где находятся?

Игуменья Е. Позднякова

— О, в разных местах. (Смеется.) Три подворья у нас в Подмосковье, одно в Тверской области, одно на Сардинии и одно в Севастополе.

Л. Горская

— Они тоже сравнительно недавно возникли?

Игуменья Е. Позднякова

— Нет, практически, все, большинство подворий уже довольно давно принадлежат обители. Вот Истринское подворье — года три, наверное, как благословил нас Святейший Патриарх. И вот самые молодые подворья — это подворье на Сардинии, и в прошлом году по благословению Патриарха к нам присоединили еще общину из села Горки Коломенского района. Это раньше было подворье Валаамского монастыря, а сейчас оно относится к нам.

Л. Горская

— Чем все эти подворья занимаются? Потому что, я думаю, наши слушатели знают, Марфо-Мариинская обитель — это особый уклад, который восходит еще к преподобной мученице — великой княгине Елизавете Федоровне. Сейчас, я так понимаю, Вы сохраняете эту традицию. Что у Вас происходит?

Игуменья Е. Позднякова

— Да, наши подворья — они все очень разные. Главное наше подворье — в Волоколамском районе... Московская область, наверное, тогда уже, в деревне Каменки. Это подворье, о котором мечтала Елизавета Федоровна. Она о нем часто говорила — еще при своей жизни. Она очень хотела создать подворье, на которое смогут удаляться сестры для того, чтобы принять монашеский постриг и жить более сосредоточенной монашеской жизнью. И мы тоже, в первую очередь, задались желанием создать именно такое подворье. Теперь оно у нас есть. На этом подворье проживают на сегодняшний день около 10 сестер. Их устав более строгий, чем устав обители. Они не занимаются социальной работой, занимаются какими-то рукоделиями, но основная задача этого подворья, конечно, это сосредоточенная монашеская жизнь, и большая часть времени сестер уходит на молитву.

Л. Горская

— А сестры, которые проживают, находятся в обители в Москве, они, по большей части, не принимают монашеских обетов — они принимают другие обеты и занимаются социальным служением?

Игуменья Е. Позднякова

— В обители тоже много монашествующих сестер, но также есть и сестры милосердия. Сестры милосердия у нас, как известно, разделяются на три разряда, и непосредственно в обители проживают крестовые сестры и сестры испытуемые. На сегодняшний день их у нас всего, вместе шесть человек. Это связано с тем, что, конечно, сегодня обитель находится в совсем других исторических условиях, и сегодня для того, чтобы заниматься социальной деятельностью, женщинам совершенно не обязательно оставлять мир, оставлять все удовольствия мира, оставлять свою семью и идти в обитель. Сегодня социальная деятельность, церковная социальная деятельность является по преимуществу деятельностью прихожан, деятельностью мирян, приходов. Поэтому сегодня большинство сестер, приходящих в обитель, желают вести именно монашеский образ жизни. При этом они с радостью готовы служить ближним. Но у нас в обители есть все-таки четкое разделение. Монашествующие сестры — они не занимаются социальной работой. Социальной работой занимаются, как я сказала, сестры крестовые и испытуемые, и еще у нас есть такой разряд сестер, которых мы называем «сестры-помощницы». У Елизаветы Федоровны в ее время они назывались «сестры-сотрудницы». Их тоже было достаточно много, больше, чем сестер, проживающих в обители. Это сестры, которые живут дома, зачастую имеют семью, имеют какие-то обязательства в миру, но при этом они приходят в обители и помогают нам в наших каких-то социальных начинаниях. Но основной деятельностью сестер милосердия, как проживающих в обители, так и сестер-помощниц, является наша патронажная служба, которая обслуживает пожилых немощных людей на дому. В общей сложности, это где-то человек 25. Плюс к этому сестричеству и сестрам милосердия, конечно же, очень сильно помогают наши добровольцы — тоже наши такие сестры милосердия, которые откликаются на любые наши нужды и точно так же помогают на выезде в патронажной службе.

Л. Горская

— А сколько людей находится на попечении Ваших сестер?

Игуменья Е. Позднякова

— Ну, сегодня активных — порядка 40. Активных — это я имею в виду, которые на сегодняшний день постоянно нуждаются в какой-то помощи. Ну, и пассивных — еще, я думаю, столько же.

Л. Горская

— Выезжаете Вы как — по постоянным адресам, или Вы на улицах тоже работаете, как вот сейчас многие?

Игуменья Е. Позднякова

— Нет, выезжают по постоянным адресам. К нам практически каждый день на телефон обители обращаются пожилые люди, которые просят о помощи. К ним зачастую приходят социальные работники, но этой помощи им недостаточно. И мы стараемся, по возможности, помогать таким людям.

Л. Горская

— Мы еще вернемся к Вашему социальному служению. Я хотела уточнить: вот интересно Вы сказали, что в 1909 году, когда создавалась обитель, женщине в обществе того времени, чтобы заниматься социальным служением, нужно было отречься от мирских дел, от своей семьи и проживать в обители. А сейчас ситуация изменилась. Так?

Игуменья Е. Позднякова

— Смотрите, во второй половине XIX века и в начале ХХ века у нас в России был такой расцвет сестричеств милосердия, да? Что такое сестричество? Сестричества, как правило, создавались по какому-то поводу. Допустим, военные действия — вот Русско-турецкая война, Русско-японская война. И сестричества создавались, создавались санитарные поезда, которые выезжали на место действия, там работали. Некоторые сестричества работали в тылу, в частности, в Москве, где и оказывали помощь нуждающимся. Какие-то сестричества занимались именно оказанием медицинской помощи, какие-то сестричества занимались подготовкой вещей и перевязочных материалов для фронта. Но задачей таких сестричеств была именно единовременная такая помощь. И к сестрам не прилагалось никаких других требований, на что сетовала великая княгиня. Она говорила, что сестры и сестричество могут совмещать обычную жизнь со своим служением и вечером, оставив одежду сестры милосердия, могут пойти на бал и вести себя, как им хочется, не ограничивая их никакими рамками. То есть в основу этих сестричеств не было заложено служение Христу. Елизавета Федоровна — она создала обитель, главной целью которой было служение Христу. И, конечно же, сестры, которые приходили в обитель, это понимали. Но, в любом случае, женщине в то время для того, чтобы заняться социальной работой, нужно было куда-то вступить. Либо это будет сестричество, либо это будет Марфо-Мариинская обитель — но она была такая единственная, уникальная. То есть, как сегодня, женщина от своего прихода не могла этим заняться — это было не принято. Такой активной благотворительностью занимались только аристократы, аристократки, которые могли себе это позволить. Собственно, они и создавали эти сестричества, куда приглашали уже простых женщин. Сегодня социальный статус женщины серьезно изменился, и образовательный уровень женщин серьезно изменился. И, конечно же, у женщин появилось намного больше возможностей, и они по своему социальному положению сильно приблизились все-таки к мужчинам, и поэтому сегодня такой проблемы не существует. Любая женщина может создать любой благотворительный фонд, любое какое-то вот такое социальное начинание — я не знаю, там, открыть детский садик, сделать какой-то фонд в помощь детям, страдающим любыми заболеваниями. Ну, то есть сегодня этой проблемы нету.

Л. Горская

— Вот Ваша обитель находится в центре Москвы. Я знаю, что там регулярно проходят еще какие-то мероприятия, кроме Вашей постоянной социальной деятельности. Подробнее про них поговорим. Я слышала, что в апреле планируется фотовыставка. Правда, Вы говорили, что она от погоды зависит, но тем не менее.

Игуменья Е. Позднякова

— Этот год — юбилейный, это год 100-летия гибели великой княгини Елизаветы Федоровны, а также гибели нашей царствующей семьи, наших царственных мучеников. И, конечно, нам хотелось бы параллельно со своей обычной деятельностью привлечь людей к воспоминанию этого события. И воспоминанию этого события будут посвящены какие-то мероприятия. Одним из них, Вы совершенно верно заметили, будет фотовыставка, которая будет располагаться в саду обители и рассказывать людям об этапах этого крестного подвига великой княгини. Но, к сожалению, сейчас наша обитель еще под снегом, и мы надеемся, что как только сойдет снег (мы стараемся ему всячески в этом содействовать), мы сможем расположить эту фотовыставку и пригласить всех желающих. Ну, я думаю, что анонс обязательно будет размещен на сайте нашей обители.

Л. Горская

— Сайт найти просто, да?

Игуменья Е. Позднякова

— http://mmom.ru.

Л. Горская

— Ну, или в любом поисковике можно забить «Марфо-Мариинская обитель».

Игуменья Е. Позднякова

— Да, совершенно верно. 12:33

Л. Горская

— Напоминаем нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер», и здесь у нас в студии игуменья Елизавета Позднякова, настоятельница Марфо-Мариинской обители, которая находится на Большой Ордынке в Москве, но, я думаю, и так все знают. Помимо фотовыставки, Вы юбилейный, 100-летний год, я знаю, отметили еще серией лекций, планируете отметить, и все это тоже, вся информация будет у Вас на сайте. Но расскажите подробнее.

Игуменья Е. Позднякова

— Мы уже имели опыт проведения лекций по новомученикам и исповедникам российским. Эти лекции пользовались большим успехом, и так получилось, что священник Александр Мозырин, профессор Свято-Тихоновского университета, не ожидал такой заинтересованности, И лекции были довольно краткими. Поэтому в юбилейный год мы решили возобновить эти лекции. Предположительно, начало лекций 16 апреля, но, опять же, уточнить информацию можно будет у нас на сайте, и до конца мая отец Александр прочтет нам более подробный курс лекций по новомученикам и исповедникам российским. Это вообще очень интересная информация, а в юбилейный год она особенно актуальна.

Л. Горская

— Любой желающий сможет прийти?

Игуменья Е. Позднякова

— Да.

Л. Горская

— А что значит «не ожидал такой заинтересованности»? То есть он думал, что там будет несколько сестер, и он их кратко просветит, да?

Игуменья Е. Позднякова

— Ну, ему казалось, что людям эта тема не очень интересна, и он хотел сделать такой обзорный курс — ну, как бы «по верхам». Но когда начались лекции, стали задавать вопросы, и отец Александр понял, что для людей это очень близко, и они, конечно, хотят знать более подробно историю новомучеников.

Л. Горская

— Вот о близости я хотела Вас спросить. Вы когда говорили о том, что создание подворья, где сестры смогли бы принять постриг и посвятить себя более строгой монашеской жизни, это было желание великой княгини Елизаветы Федоровны, и Вы первым делом вспомнили это желание, и было открыто подворье Марфо-Мариинской обители в Волоколамском районе. А насколько вообще близко Вы ощущаете, насколько лично ощущаете присутствие, фигуру, личность преподобномученицы великой княгини Елизаветы? Просто Вы так лично это сказали, что я не могу не задать такой вопрос.

Игуменья Е. Позднякова

— Мне часто задают такой вопрос — и мне, и нашим сестрам, и даже нашим сотрудникам. Обычно странно на него отвечать, потому что мы каждый день живем как бы в ее присутствии. Любые наши действия мы всегда соизмеряем с тем, как к этому отнеслась бы, наверное, великая княгиня. Даже если мы обсуждаем какой-то дополнительный проект, мы обязательно смотрим на его актуальность, на его важность, чтобы он не копировал то, что происходит в государстве. Потому что это важно было для великой княгини. То есть мы живем ее идеями, и, конечно, любое наше делание сопровождается, в первую очередь, молитвой к великой княгине. Вот у меня есть такая уже традиция, даже, я бы сказала, потребность — напротив моего рабочего места висит портрет великой княгини, и если вдруг какие-то возникают сложности, какие-то, может быть даже, неприятности, первым делом я обращаюсь к великой княгине. Более того, иногда мысль такая ко мне не приходит, но я как-то... я даже чувствую, что на меня смотрят. (Смеется.) И тогда понимаю, что — «а, ну да». (Смеется.) Иногда, когда мне совсем плохо, я говорю: «Елизавета Федоровна, ну вот ты все это создала. Ну помоги, я не знаю, что со всем этим делать!». Великая княгиня всегда помогает. Может быть, со стороны это не так заметно, но, на самом деле, обитель живет сегодня каждый день чудом. И каждый день жизни обители — это новое чудо. Потому что вот те сложности, которые ставит перед нами сегодняшняя жизнь, сегодняшние реалии, в том числе и финансовый кризис, они делают эту жизнь очень сложной. И то, что она живет, и то, что все детки могут к нам приходить, могут получать помощь, то, что наши сотрудники до сих пор еще получают зарплату, это огромное чудо. И я не вижу никакой другой причины, кроме как что обитель до сих пор не оставляет своим попечением великая княгиня, и молится она. Сестры обители каждое утро во время своего сестринского правила поют канон великой княгине.

Л. Горская

— А расскажите подробнее про детей, которые приходят в обитель.

Игуменья Е. Позднякова

— Дети наши — у нас их много, но они приходят к нам в разные проекты. Чаще всего, конечно, это одни и те же дети, потому что «сарафанное радио» — оно такое... быстро доносит до всех информацию. Ну, в основном это детки с детским церебральным параличом — они занимаются у нас в реабилитационном центре при Марфо-Мариинской обители. На базе этого центра также существует выездная паллиативная служба, которая оказывает помощь детям с тяжелой формой детского церебрального паралича, а также детям с различными генетическими и другими неврологическими заболеваниями. Помимо этого, в обители существует небольшой респис, где ребенок может остаться на какое-то время под наблюдением врачей, чтобы родители могли сделать какие-то свои дела или как-то немножко отдохнуть. Также сейчас на территории обители... а, уже не находятся группы социальной адаптации для детей-инвалидов. Ну, это, своего рода, такой детский садик. Вот сейчас мы переехали в новое здание. К сожалению, там, в силу небольших технических неполадок, мы еще не начали принимать деток.

Л. Горская

— Ремонт не закончили?

Игуменья Е. Позднякова

— Нет, ремонт уже закончился, но у нас выявились там небольшие неполадки в теплоузле, поэтому сейчас ведется устранение этих неполадок. Ну, это небольшие такие технические накладки, временные, да. Из-за этого у нас отключена горячая вода, поэтому сейчас, я думаю, что все это быстро устранится, и мы сможем дальше продолжить работу нашего Центра социальной адаптации или, как он сейчас официально называется, «Елизаветинского сада», куда приходят детки несколько раз в неделю — один ребенок приходит и проводит там весь день. При этом он получает занятия у логопеда, получает занятия психолога, ну, и просто весело проводит время со своими друзьями, со своими сверстниками и нашими воспитателями.

Л. Горская

— Это же какая-то, по-моему, одна из самых первых историй обители, да?

Игуменья Е. Позднякова

— Да, этот проект — он, если мне не изменяет память, был основан еще в 2011 году.

Л. Горская

— Как вообще столько разнообразных — я так подозреваю, что Вы еще не все перечислили — проектов помещается в Ваших стенах? Обитель — по мне, так она вообще какая-то крошечная. Мы привыкли, что монастыри гораздо более просторны.

Игуменья Е. Позднякова

— Ну, уже не помещается. Поэтому детский сад уже выехал. Надеемся, что скоро выедет и респис. Потому что изначально в обители было два проекта, до 2011 года — это детский дом, который имеет отдельное здание, и медицинский центр, который имеет отдельное здание. Но потом из нужд наших родителей, из нужд семей с детьми-инвалидами стали рождаться другие проекты, и, в основном, эти проекты были начаты как пилотные, с прицелом на то, что когда мы поймем вообще, как это делать, как работать в этом направлении, мы сможем его расширить либо транслировать уже на уровень государства. И сейчас у нас это получается. И вот правительство Москвы выделило нам здание для того, чтобы расширить деятельность нашего Центра социальной адаптации. А благотворителями был выстроен для нас замечательный корпус под хоспис.

Л. Горская

— А получилось что-то уже транслировать на уровень государства? Я так понимаю, речь идет о том, чтобы государство взяло на вооружение опыт, выработанный сестрами?

Игуменья Е. Позднякова

— Да, к нам приезжают представители Департамента социальной защиты, и они всегда говорят о важности такой трансляции. И я на сегодняшний день не знаю о прецедентах в Москве, но в регионах достаточно много открыто подобного рода центров.

Л. Горская

— В каких регионах?

Игуменья Е. Позднякова

— Ну, так вот, навскидку — в Тольятти. Потом, если мне не изменяет память, во Пскове. Так сразу не скажу. Ну, то есть к нам приезжают специалисты, они обучаются прямо у нас в центре, берут какие-то рекомендации и потом уже открывают у себя. В Екатеринбурге...

Л. Горская

— Я предлагаю вернуться к фотовыставке, которая откроется вот у Вас буквально скоро в апреле в прекрасном саду. Хотя там, наверное, в это время еще ничего не расцветет, но все равно красиво очень. Из чего она будет состоять? Там будут какие-то уникальные новые фотографии? Или старые, известные, любимые нами всеми портреты? Что там будет?

Игуменья Е. Позднякова

— У нас не было идеи показывать что-то уникальное или новое. Задача этой фотовыставки — показать вот этот путь святости, который привел Елизавету Федоровну на ее Голгофу, но Голгофа стала для нее и входом в Царство Небесное. Мне многие говорят: «Ну как же так? Что Вы вообще, по сути, празднуете? Человека убили таким зверским образом, а Вы всем говорите, что у Вас юбилей, и очень этому радуетесь». И я всем говорю, что мы радуемся не той жестокости человеческой , которая была явлена в этом случае. Мы радуемся тому, что Елизавета Федоровна таким образом закончила свой путь и вошла в Царствие Небесное, и теперь молится там о нас. То есть ее жизненный путь — он был настолько сложным, он был настолько тернистым, и она смогла как-то, преодолевая все вот эти вот искушения, как в небезызвестной сказке сказано, «огонь, воду и медные трубы», она прошла через все это и смогла остаться верной Христу до конца. Ведь ни для кого не секрет, что Елизавете Федоровне избежать этой участи было очень просто. И даже одной из причин ее ареста была названа причина, что она якобы встречалась с послом Германской империи графом фон Мирбахом. Но на самом деле она отказала ему и сказала, что она не готова встречаться с врагами Российской империи (ну, в то время это уже была РСФСР). Поэтому великая княгиня до конца донесла свой крест и на краю могилы молилась за своих врагов. То есть это такой образец, это то, на что мы все должны равняться. И, конечно, этот образ — его надо ставить на подсвечник и показывать его людям. Потому что все мы можем делать добрые дела и быть верными Христу, пока нас ничего не трогает. Но когда начинаются вот такие огненные испытания, остаться верным и на краю могилы говорить: «Господи, прости им, не ведают, что творят», вот это уже явление истинной святости.

Л. Горская

— Это же какой-то уникальный случай, когда удивительную жизнь святого сохранила фотография. У нас же действительно много фотографий жизни Елизаветы Федоровны.

Игуменья Е. Позднякова

— Ну, я думаю, это обусловлено тем, что она все-таки была великой княгиней самой высокой ветви, и поэтому сохранилось, действительно, много фотографий, и благодаря им в обители удалось провести такую реставрацию, которая максимально приближена к тому, что было.

Л. Горская

— Я помню, в начале 2000-х я заходила в обитель, такая прекраснодушная. У меня день рождения 1 ноября, и я пришла...

Игуменья Е. Позднякова

— Вы родились в один день с великой княгиней! Поздравляю Вас! (Смеется.)

Л. Горская

— Спасибо! (Смеется.) Я почему-то считала, что все должны радоваться и знать этот факт. Пришла в Марфо-Мариинскую обитель. Я просто помню, что там все храмы были закрыты, и там какой-то строительный мостик шел к иконе, которая на втором этаже в каком-то маленьком храмовом помещении стояла. И я как бы в своей наивности удивилась. То есть мне Марфо-Мариинская обитель — что-то такое величественное, в сердце, и вообще сердце духовной жизни... И в таком состоянии (ну, это, конечно, мое образование мне не дало предвидеть то, что я увижу), и сейчас...

Игуменья Е. Позднякова

— Здание обители вернули Русской Православной церкви в 1992 году. Вы помните, насколько тяжелыми эти годы были для России, насколько тяжелыми они были для всех людей. И, конечно же, о масштабном восстановлении обители в то время речи не шло. В то время обителью управляла монахиня Елизавета Крючкова, и, на мой взгляд, очень правильно и актуально она для себя поставила главной целью все-таки не восстановление стен, а восстановление духа и жизни обители. Они в то время очень много внимания уделяли помощи нуждающимся. Я знаю, что они неоднократно выезжали в места военных действий в Чечне. Они были в таких местах, которые сегодня для меня связаны как раз с местами боевой славы наших солдат, где они погибали, где они геройски оканчивали свои жизни. Поэтому тогда, наверное, не шло об этом речи, было очень тяжело, и средства тогда сложно было найти. Основная реставрация, конечно, уже пришлась на время второй настоятельницы — Натальи Анатольевны Молибога, и она положила на эту реставрацию все свои силы, все свое сердце. Эта реставрация проходила к 100-летию обители, к 2009 году и была, конечно, очень массовая. И огромное спасибо правительству Москвы, и Святейшему Патриарху, и самой Наталье Анатольевне, что они смогли это сделать.

Л. Горская

— «Светлый вечер» в эфире радио «Вера». Здесь, в студии игуменья Елизавета Позднякова, настоятельница Марфо-Мариинской обители. Оставайтесь с нами, мы вернемся через минуту.

В эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». Здесь, с Вами в студии Лиза Горская, и у нас в гостях игуменья Елизавета Позднякова, настоятельница Московской Марфо-Мариинской обители, основанной преподобномученицей великой княгиней Елизаветой Федоровной. В этом году — 100 лет со дня трагических событий — гибели царской семьи, гибели преподобномученицы. Нет, Вы, матушка, ответили, что «а Церковь празднует». Ну, действительно, странно празднование таких трагических событий. Нам это понятно. Все-таки все мероприятия, которые будут, они будут нести именно такой вот праздничный характер, не траурный? Я просто сейчас пытаюсь для наших слушателей — как-то вот все-таки диссонанс, возможно, у кого-то возникает — объяснить, что его нету. То есть все мероприятия будут праздничные. Будут какие-то особые богослужения, да? Расскажите вот про это подробнее.

Игуменья Е. Позднякова

— Да, конечно, диссонанс, наверное, у людей возникает, но Вы совершенно правильно сказали, что, наверное, это отчасти будут не праздничные мероприятия, а памятные мероприятия. Но для нас что значит «памятные мероприятия»? Нам важно донести до людей вот эту вот икону святости, которую явила собой жизнь великой княгини Елизаветы Федоровны. Все-таки конец жизни говорит очень о многом. Даже есть какая-то такая пословица... Не пословица, а кто-то из святых сказал, что «смотрите на конец жизни их — тогда узнаете о них, какие они есть», говорится про святых людей. Поэтому, конечно, нам хочется познакомить людей с жизнью Елизаветы Федоровны, показать им вот этот непростой путь, показать им, что и мы тоже можем пройти этим путем. Елизавета Федоровна — она жила совсем недавно, сравнительно. Она, практически, наша современница. И, конечно, следовать ей нам намного легче, чем следовать древним отцам, которые жили в совсем отличных от нас условиях. Поэтому, конечно же, мы будем особенными торжественными богослужениями отмечать дни памяти великой княгини. 18 июля — это в этом году вообще большой праздник для всех. Многие, включая меня, будут находиться в этот день в Алапаевске на месте трагической кончины великой княгини. Но в обители тоже будет проходить торжественное богослужение, после которого будет небольшая программа. Все эти такие развлечения или праздничные программы мы делаем намеренно каждый раз, потому что все-таки семья Марфо-Мариинской обители — она оченоь большая, и она включает в себя большое количество детей, которые тоже хотят быть сопричастными всему этому. И дети также участвуют у нас в богослужениях. А потом для них будут организованы какие-то мастер-классы. Как правило, эти мастер-классы бывают тематическими. Они либо учатся у нас делать перевязки, учатся помогать друг другу, учатся лечить животных. Ну, то есть мы стараемся в игровой форме привить детям тоже уроки милосердия. Поэтому что много среди наших деток детей с инвалидностью, но очень много и здоровых деток, и очень важно, чтобы они научились этому сейчас, в детстве. Поэтому всегда детская программа — неотъемлемая часть наших торжеств. Также будет торжественное богослужение 11 октября — это новое празднование. В прошлом году Святейший Патриарх Кирилл благословил новое празднование — в день, как мы его сегодня называем, обретения мощей великой княгини, но, по сути, это день начала всенародного прославления великой княгини, это день поднятия ее останков из Алапаевской шахты, потому что до этого многие люди не знали, что именно произошло с великой княгиней и всеми ее спутниками, потому что утром 18 июля по Алапаевску была распространена информация, что на Напольную школу был организован белогвардейцами налет, и все князья, как их тогда называли, были похищены, после этого завязалась перестрелка, кого-то из белогвардейцев удалось убить, но все князья исчезли в неизвестном направлении.

Л. Горская

— На самом деле они были сброшены в шахту.

Игуменья Е. Позднякова

— На самом деле, да, они были тихо ночью вывезены и сброшены вот в эту старую шахту. Поэтому обретения ее мощей — это день начала всенародного почитания великой княгини как святой. И в этот день мы сейчас делаем особенный акцент, потому что так уж получилось, что 18 июля, день ее кончины, совпадает с Днем Преподобного Сергия, и поэтому многие люди, которые хотели бы приехать в обители помолиться великой княгине, должны выбирать между Преподобным Сергием и великой княгиней. И поэтому мы сейчас решили делать особое празднование 11 октября, чтобы все желающие могли приехать и помолиться в обители. И основное празднование, это кульминация памяти великой княгини в этом году у нас придется тоже на 11 октября. В этот день будет торжественное богослужение, а также будет особенная программа для детей. Вечером будет большой концерт. 1 ноября, в день рождения великой княгини, мы хотели бы, если все будет удачно и Господь нас благословит, презентовать новый фильм о великой княгине, который сейчас снимается.

Л. Горская

— А расскажите подробнее об этом дне, 11 октября, когда поднимались останки из шахты. Там же были какие-то удивительные подробности. В частности, стало понятно, что великая княгиня Елизавета до последнего перевязывала раненых. Или это миф?

Игуменья Е. Позднякова

— Ну, я сейчас могу, наверное, кого-то расстроить. Мы знаем факты, какие-то факты, о чем-то нам приходится догадываться, и знаем вот эти вот уже легенды, которыми обросла вся эта история. Сложно сейчас что-то категорически отвергать, но я постараюсь рассказать какие-то факты, а там уже каждый может сам для себя решить то, что я тоже для себя в каких-то вопросах просто выбираю самую близкую мне версию и ее придерживаюсь. 18 июля, в ночь с 17 на 18 июля Елизавету Федоровну вместе с ее спутниками погрузили на подводы и под предлогом того, что их хотят эвакуировать, потому что на город наступают белогвардейские войска, вывезли из Напольной школы. По дороге к шахте — им, конечно, об этом никто не говорил — их попросили молчать, но чем ближе они продвигались к шахте... Если кто-то там был, то знает, что сама шахта окружена таким вековым сосновым бором — там такие мачтовые сосны большие, и вот чем ближе они туда подъезжали, тем больше узникам становилось понятно, что их везут не спасать — их везут убивать. И тогда великий князь Сергей Михайлович, считавший себя ответственным за всех своих спутников, стал протестовать и пытаться освободиться, после чего его убили. И, соответственно, к шахте его привезли уже умершим. И потом тела стали сбрасывать в шахту, и великая княгиня Елизавета Федоровна и князь императорской крови Иоанн Константинович — их тела не упали на действительно шахты, они оказались на выступе, который находится где-то на 15-метровой глубине. В самом деле, когда извлекли тела из шахты (а это происходило с 8 по 11 октября 1918 года, после того уже, как город был занят белогвардейцами и эту шахту удалось найти), 11 октября (до этого были подняты все другие тела) было найдено в небольшом таком углублении тело великой княгини. В исследованиях Соколова полностью описывается, во что была одета великая княгиня, какие были при ней вещи. И после поднятия тела великой княгини, его идентификации, было обнаружено на этом выступе еще одно тело. Когда его подняли, это был молодой человек лет 20. Соответственно, это был князь императорской крови Иоанн Константинович. Его голова в самом деле была перевязана, и перевязана она была апостольником Елизаветы Федоровны, но была ли эта перевязка сделана на дне шахты, вот в этом большое сомнение. Почему я подвергаю это сомнению? Потому что я читала медицинские заключения после вскрытия, и, конечно, Елизавета Федоровна, упав на дно шахты, получила несовместимые с жизнью травмы. Очень сложно представить просто возможность того, чтобы она смогла разорвать на себе апостольник. Ну, каждый из нас знает, что разрывать ткань — это нужно очень много сил, нужно каким-то специальным образом повернуться, что-то такое сделать. Елизавета Федоровна просто физически была не в состоянии этого сделать. Есть предположение — но это, опять же, мое собственное предположение, — что, возможно, в то время, когда великий князь Сергей Михайлович оказал сопротивление своему конвою, князья...

Л. Горская

— ...его поддержали.

Игуменья Е. Позднякова

— ...его поддержали, и тогда, возможно, Иоанн Константинович был ранен. И вот тогда, возможно, прямо вот там, в этих повозках великая княгиня перевязала его голову. Но это, опять же, только мое предположение. Но хотя, по большому счету, наверное, сегодня это не имеет никакого значения, потому что мы все знаем, что великая княгиня до самого последнего момента своей жизни оставалась преданной Христу, и ее сердце было открыто для людей, и она готова была в любой момент, самый критический, оказать помощь любому. И я совершенно уверена в том, что была бы у нее возможность перевязать раны там, на дне шахты, она бы обязательно это сделала.

Л. Горская

— Напоминаем нашим радиослушателям, что в эфире радио «Вера» программа «Светлый вечер». И сегодня у нас в гостях игуменья Елизавета Позднякова, настоятельница Марфо-Мариинской обители. Матушка, давайте вернемся в современность. Я хотела спросить: вот из направлений деятельности обители сейчас что вот удалось воссоздать из того, что было при Елизавете Федоровне, и что нового — Ваши собственные пилотные проекты? А потом давайте, может быть, поговорим о том, в какой поддержке нуждаетесь Вы и чем можно помочь.

Игуменья Е. Позднякова

— В первую очередь, при создании, так скажем, наших проектов (ужасно не люблю это слово, но не знаю, чем его заменить), мы руководствуемся принципом Елизаветы Федоровны. А основным ее принципом было то, что любые начинания обители должны быть актуальными и отвечать запросу времени. Поэтому сегодня копировать то, что было при великой княгине, наверное, не совсем правильно. Поэтому некоторые наши проекты — ну, такие, допустим, как приют для девочек... Да, у Елизаветы Федоровны тоже был детский приют, но он сильно отличался от того, что есть сегодня. У Елизаветы Федоровны был приют для девочек, бедных девочек, которых готовили стать прислугой. Поэтому девочки жили в достаточно строгих условиях — они просыпались в шесть часов утра, они сами себе готовили еду, они сами убирались. Для меня сегодня это удивительно, но с этим девочками жила только одна сестра, а девочек было порядка 20. Сегодня сложно себе представить, чтобы одна сестра смогла справиться с таким количеством детей. Но девочек воспитывали как будущую прислугу, и воспитывали достаточно строго. Они занимались и рукоделием, и обучались. Сегодняшний детский дом, конечно, совсем на это не похож. Но помимо того, что сегодня в нашем детском доме живут детки с синдромом Дауна, или «солнечные детки», как мы их называем, то, конечно, их жизнь не похожа на то, что было при Елизавете Федоровне. Так же остальные наши проекты — мы стараемся, чтобы они были актуальными, и поэтому, как правило, нам не приходится ничего выдумывать. Изначально, еще при Наталье Анатольевне Молибога, в обители был основан реабилитационный центр для детей с детским церебральным параличом. И в основном остальные наши проекты возникли именно из нужд семей, имеющих детей с особенностями. Когда мы разговаривали с мамами, мы поняли, что глобальная проблема для всех таких семей — это усталость родителей, которые чем тяжелее ребенок, тем менее имеют возможность отойти от него и заняться какими-то своими делами, отдохнуть, а тем более, куда-то уехать на отдых. Поэтому из вот пожелания дать мамам отдых у нас и возникли и летний лагерь в Севастополе, и Центр социальной адаптации, и респис, и выездная паллиативная служба. То есть все это рождалось из того. Поэтому сегодня для нас очень важна актуальность наших проектов. У Елизаветы Федоровны был когда-то такой дом для чахоточных женщин. И два года подряд в отчетах обители она указывает какие-то цифры по этому дому. На третий год они пишут, что за невостребованностью этот дом закрыт и переделан в другое заведение — это уже был дом для девушек, работающих на фабриках, для бедных девушек. Поэтому и мы сегодня так же стараемся следовать этому принципу. Опять же, есть у нас детский дом. В детском доме есть дети-сироты. Понятно, что пребывание в детском доме — оно совершенно неестественное, и такого не должно быть, и если мы воспитываем детей (а до 2015 года в детском доме жили здоровые дети), если мы воспитываем детей, и они не имеют намерения впоследствии остаться в монастыре, то, соответственно, они должны видеть не монастырскую жизнь — они должны видеть перед своими глазами образец семьи, образец отношений внутрисемейных. И из этого желания у нас родился новый проект — Центр семейного устройства, который занимается как раз подбором и подготовкой семей к тому, чтобы принять к себе на воспитание ребенка. Также этот центр занимается тем, что он сопровождает семьи, принявшие к себе детей, а также работает с кровными семьями наших детей. Потому что, конечно же, самое приоритетное — это вернуть ребенка в родную семью.

Л. Горская

— Матушка, хочу поделиться — сегодня буквально узнала, это просто вот к слову... Очень нас удивила одна наша подруга, которая была в роддоме, рожала второго ребенка, и там же с ней, в роддоме, была 13-летняя детдомовская девочка. И наша подруга сегодня нам сообщила, что она вернулась из роддома со своим мальчиком и с этой 13-летней девочкой и с ее ребенком, которых она взяла под опеку. А мама ее спрашивает: «Это как?». Она говорит: «Ну а как?». Ну мы еще не уточняли подробности, мы боимся ее просто тревожить. Но я так понимаю, что Вы тоже занимаетесь этими проблемами, да?

Игуменья Е. Позднякова

— Да, мы очень глубоко этим занимаемся. На самом деле, это такое, да, проявление нашей человечности — когда человек видит вот эту беду и сразу же реагирует на нее. У нас тоже есть замечательная знакомая, у которой самой родился ребенок с особенностями, и когда они с ним лежали в больнице, она увидела там еще одного, примерно такого же, ребенка, но от которого уже отказались родители. И вот ее сердце не выдержало — она поговорила с мужем, они взяли этого ребенка к себе. И сейчас этот ребенок является для них большим утешением — они сейчас уже подросли, эти детки, и вот этот приемный ребенок — он их очень радует. И, конечно, их семья настолько дружная, что, не зная этого, не отличишь. Потому что родители безумно любят обоих своих детей.

Л. Горская

— Давайте поговорим о том, в какой помощи Вы нуждаетесь в Марфо-Мариинской обители, со всем ее социальным деланием.

Игуменья Е. Позднякова

— Ну, сегодня, конечно, мы очень нуждаемся, но нельзя перед этим не сказать, что нам, конечно, очень много помощи оказывают. И, в частности, пользуясь случаем, хочется очень поблагодарить наших добровольцев, которых вокруг нас очень много и которые к нам приходят с таким желанием — они оставляют у нас очень много времени, очень много сил и всегда радуются, помогая нашим проектам. Поэтому от всего сердца хочется их поблагодарить. Нуждаемся мы, конечно, сейчас, наверное, в большей степени именно в финансах, потому что с начала последнего кризиса наши благотворители, наши очень большие друзья, которые очень любят обитель, просто не могут больше нам помогать так, как они нам помогали раньше, и поэтому сегодня мы приглашаем всех неравнодушных, чтобы всем вместе помочь этим детям. Потому что, конечно, мы, наверное, имеем какие-то навыки воспитания детей или их реабилитации, но мы не можем это сделать одни. Без помощи мы не сможем сделать ничего. Поэтому чем нас больше, тем большему количеству детей и тем более качественно мы сможем помочь.

Л. Горская

— Всю информацию можно узнать на сайте Марфо-Мариинской обители, Там же буду подробности о том, когда состоится курс лекций, откроется лекторий по новейшей истории Русской Православной церкви в Голубой гостиной обители. И профессор кафедры русской истории ПСТГУ, священник Александр Мозырин — он эти лекции будет проводить для всех желающих. Также в апреле мы ждем открытия фотовыставки «Белый ангел Москвы». Она будет проходить в саду, немножко зависит от погоды, но, в общем, все подробности также будут на сайте Марфо-Мариинской обители. А наша программа, к сожалению, завершается. Мы прощаемся с игуменьей Елизаветой Поздняковой, настоятельницей Марфо-Мариинской обители. Матушка, приходите к нам еще, очень интересная программа.

Игуменья Е. Позднякова

— Благодарю Вас. Мне тоже было очень приятно пообщаться.

Л. Горская

— Всего доброго!