Где прячутся ответы на вопросы?

Поделиться

Когда у меня родился второй ребёнок, я поняла, что, по меньшей мере, ближайшие лет десять не смогу работать в офисе: соблюдая привычные с девяти утра до шести вечера. Трезво оценивая свои возможности, но одновременно чувствуя в себе внутренний протест вечного трудяги, мне было очень непросто свыкнуться с ролью домохозяйки. И, наверное поэтому, Господь очень скоро послал мне один телефонный разговор, после которого я с радостью вписалась в стройные ряды фрилансеров.

Уже к полутора годам сынишки у меня была стабильная работа, которая мне нравилась, и при этом я могла свободно лавировать между графиками, отпусками и дедлайнами. Через какое-то время стали поступать сторонние заказы. Потом ещё и ещё. Всё это приносило дополнительный доход в семью. Я очень гордилась собой: при деле, помогаю мужу, могу не брать у него лишний раз деньги на какие-то свои расходы.

Времени, конечно, фриланс отнимал очень много. Мой ежедневник был исписан заказами и сроками. Разными цветами я отмечала, кому и что должна, к какому числу, в каких количествах. И это – вперемежку с родительскими собраниями, походами по поликлиникам и другими домашними заботами.

Я приходила домой после очередного съёмочного дня – садилась писать статью до поздней ночи. Потом вставала рано утром, чтобы собрать дочь в школу и накормить сына. Если выпадал выходной, с моими детьми сидела мама или свекровь: я – отсыпалась до обеда, чтобы хоть немного собраться с силами, а потом снова уйти с головой в работу.

Надо ли говорить, что очень скоро от такого ненормированного графика, от объёма работ и от незнания чувства меры, я истощила свои физические и моральные ресурсы настолько, что однажды, здорово сорвав какие-то сроки по работе, я свалилась на несколько дней с сильнейшей мигренью. Сейчас, когда я вспоминаю тот период, мне понятно: в первую очередь меня тогда подкосила не работа, а угнетающее чувство вины перед детьми, которых я, от усталости, перестала замечать, выполняя свои обязанности мамы без понимания первостепенных чувств любви и радости.

Кое-как справившись с болезнью, мне вспомнился мигом пролетевший год и я спросила себя: и что теперь? Бросать работу и возвращаться в домохозяйки? Это был очень сложный вопрос, тяжёлый для меня выбор. Кто знает радость творчества, тот поймёт эти чувства. Но я не хотела слечь с чем-то ещё более серьёзным. Потерять контроль над собой или работать в ущерб детским потребностям. И тогда, как это часто бывает, я в полной растерянности, со слезами стала молиться: «Господи, подскажи, что же мне делать?».

Через некоторое время переживания улеглись. Я пересмотрела свой график работы, чётко разграничила своё время работы и отдыха. Вошла в ритм. И вот, недавно, под впечатлением от редактируемой биографии писателя Валентина Распутина, я открыла Интернет и кликнула на его первое попавшееся на глаза произведение. Им оказался рассказ «Что передать вороне?». Как открыла – так и не могла оторваться. В этом рассказе Господь спрятал для меня ответ на мой недавно заданный Ему вопрос.

Распутин в этой книге описывает эпизод из жизни писателя, который долго мучается угрызениями совести, потому что не может быть рядом со своей дочерью. Он торопится дописать какое-то произведение. Но дело не спорится, вдохновение не идёт. В конце к этому писателю приходит сообщение, что его дочка лежит с температурой.

Я закрыла книгу и заплакала: «Господи, спасибо Тебе за то, что в моём рассказе заболела я сама. Ведь… когда болеют дети, всё остальное уже не имеет никакого значения».