«Дети и гаджеты». Семейный час с Туттой Ларсен и протоиереем Артемием Владимировым (03.03.2018)

* Поделиться

У нас в гостях был духовник Алексеевского женского монастыря в Москве протоиерей Артемий Владимиров.

Мы говорили о взаимодействии детей с современными компьютерными устройствами, как родителям снизить опасность и увеличить пользу от такого взаимодействия.


Тутта Ларсен

– Здравствуйте, друзья, вы слушаете программу «Семейный час» с Туттой Ларсен на радио «Вера». У нас в гостях старший священник и духовник Алексеевского женского монастыря в Москве, член Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства, педагог высшей категории, член Союза писателей России, протоиерей Артемий Владимиров.

Протоиерей Артемий

– Приветствуем вас, дорогие друзья. Со второй седмицей Великого поста.

Тутта Ларсен

– Хочу поговорить с вами прямо о наболевшем и накипевшем. Буквально на днях у нас в семье возник небольшой, ну даже не сказать конфликт, возникло разногласие у меня с супругом вот на какой почве. Мы, значит, постим детей, стараемся самой такой ну мягкой мерой, ну потому что ну им сложно, они больше заняты, чем мы, у них там и кружки, и школа, и все что вообще только можно придумать. Поэтому в еде мы их особо как-то не сильно ограничиваем, а ограничиваем в развлечениях, в мультиках и, конечно, в гаджетах. То есть мы договариваемся с детьми, что на весь срок Великого поста мы вообще не играем в компьютерные игры ни в какие, и мультики мы смотрим только по воскресеньям после причастия. А все остальное время мы читаем книжки, играем в настольные игры и так далее. И тут, значит, вот наступило воскресенье, и мы посмотрели мультики, поиграли в настольные игры, почитали книжки. И тут мама залезла в свой планшет и скачала очень и очень интересную игру квест, просто невероятно захватывающую, с очень красивой графикой, с классной музыкой и совершенно, ну прямо вот с очень замысловатыми головоломками. Это оказалось жутко интересно, и дети сидели, смотрели, что это за игра такая, мы начали с ними как-то сами, ну нечаянно стали в нее, в общем, играть. Оказалось, что дети мои соображают еще лучше меня. В общем, мы весь вечер увлеченно были объединены все этой головоломкой. Потом пришел папа и сказал: «Ну вы чего? Мы же договорились, что вот мы до конца поста не играем в компьютер, играйте в настольные игры». И мне вот кажется, что с одной стороны, это сродни настольной игре, потому что это не какая-то там стрелялка, бродилка, убивалка, да, или тупо шарики туда-сюда переставлять, а очень развивающая логическая игра, которая красивая, которая как мультик, которая нас всех объединила общим занятием. С другой стороны, вроде как по сути-то мы и правда договорились, что мы не играем вообще ни в какие гаджеты, а тут я это правило нарушила. И, конечно, невольно в принципе тема гаджетов очень в очередной раз остро всплыла, и захотелось мне с вами ее обсудить. Уверена, что наши слушатели тоже постоянно мучаются этими вопросами: давать детям гаджеты – не давать, если давать, то как контролировать их использование; дарить ли им свои или делиться, значит, отдавать поиграть взрослым и забирать обратно. В общем, все эти вопросы хотелось бы сегодня обсудить.

Протоиерей Артемий

– Да. И думаю, что в данном случае вы рассказали о ситуации, в которой вся семья – и взрослые, и маленькие были объединены. В конце концов, речь идет не о гаджетах самих по себе, речь идет о созидании или разрушении. Речь идет об атмосфере, вследствие которой ребенок совершенно изолируется от общения с мамой и затихает там, провалившись в компьютерную преисподнюю с ее ужастиками, или ломастиками, или стрелялками, или другого рода общение. Думаю, что приведенный вами пример как раз учит разборчиво относиться к ситуации. Ибо не гаджет зол сам по себе, а то отчуждение, которое зачастую наши дети невольно испытывают, совершенно забыв домашние обязанности, забыв мамины глаза, находясь уже в каком-то полузомбированном состоянии. Наверное, все-таки допустимы варианты наподобие вами описанного, когда речь идет о все-таки созидательной, творческой программе, в которой и взрослые, и дети, участвуя, ну как-то общаются. И в данном случае данная программа стала своего рода стимулом к этому общению. Поэтому, наверное, с папой нужно поговорить с глазу на глаз. И, может быть, это гораздо еще лучше мультиков.

Тутта Ларсен

– По воскресеньям.

Протоиерей Артемий

– Трудно отобрать качественные мультики. А вот найти подобного рода программу – я, правда, только сейчас общее описание ее выслушал, но думаю, что не нужно так уж прямо hände hoch – руки вверх! – себя костить за то, что вы нарушили некоторую семейно-этическую установку. Важен плод, важен результат. А результат – это какое-то глубокое заинтересованное общение, какое-то милое движение струн сердечных, родители и дети. Думаю, что не нужно здесь себя сживать со свету.

Тутта Ларсен

– В общем, не человек для гаджета, а гаджет для человека.

Протоиерей Артемий

– Безусловно. И конечно, хочется помечтать о том, чтобы соединялось с такими занятиями, безусловно, нормированными, не поглощающими все время общения, приятное и полезное, чтобы это действительно было развивающим началом. Потому что сам я далек от мира компьютерах игр. Но если подумать о том, что какие-то русские такие программы могли бы содействовать развитию языка, подбирать нужное слово, расширять, может быть, самый лексикон. Были бы сопряжены эти проекты с какими-то литературными героями классических произведений, словом, действительно раздвигали бы интеллектуальный горизонт, а главное сопрягали бы с тысячелетней традицией нашей культуры. В большинстве своем все эти проекты наднациональные, и часто как-то оглупляют и совершенно из контекста культуры выдергивают малыша.

Тутта Ларсен

– Но сейчас, знаете, есть такие замечательные всевозможные игры и программы для детей, которые просто ну в каком-то другом формате ты и не можешь себе позволить и представить. Например, есть такое приложение, где ты в реальном времени можешь наблюдать за каким-нибудь животным, живущим в Национальном парке в Кении. И ты можешь с ним поговорить, ты можешь его ну там вплоть до того, что даже покормить, как-то дистанционно можно кормушку включить. И эта программа связана с тем, что ты в реальном времени наблюдаешь за настоящим животным в Африке, которое от тебя за тысячи километров находится. А потом с игрушечным, с мультипликационным животным ты взаимодействуешь – ты его кормишь, ты его обучаешь, ты с ним как-то там общаешься, учишься за ним ухаживать. То есть это в принципе вроде как тоже все очень даже мило и трогательно.

Протоиерей Артемий

– Ну это неплохо. Особенно хорошо то, что рядом родители, что вы вместе делитесь впечатлениями, вы задаете по ходу дела зайчику вашему вопросы, вы можете ненавязчиво какое-то назидание давать. Хорошо то, что это урок любви к животному. Научить любить все живое очень важно для будущности детей, чтобы они никогда не поддавались и чувствовали отвращение к агрессии, к жестокости. Я могу только приветствовать такого рода включение онлайн. И опять-таки здесь важно, чтобы родители руководили делом, и – делу время, потехе час, – нужно все-таки накрыть на стол, если речь идет о воскресном обеде, нужно вымыть после себя посуду, привести в порядок детскую комнату. Хорошо награждать ребенка этим общением, как результат его трудничества. Я вот, например, будучи педагогом, веду занятия, но, владея русским словом, знаю, как дети прекрасно реагируют на следующее: «Вот давайте мы сейчас пройдем то, что нам нужно пройти – ну занятия у меня тоже не скучные, интересные, – а за пять минут вы мне напомните, я вам расскажу историю про себя самого из своего детства». Дети всегда напоминают, и когда мы вступаем в живое словесное общение – слово это тоже некий мир, не видео, а иной, смысловой мир, слово ненасильственно просвещает ум, умиряет сердце, – мы как будто за пять минут уходим из класса, погружаемся в иное время, иную атмосферу. Это, конечно, еще лучше, чем всякие видеопособия, но тем не менее мы вкушаем некую полноту общения – детям не в тягость, мне в радость. В данном случае родители, пользуясь современными средствами техническими – «Планета Земля», Discovery, какие-то соответствующие программы, – вместе с ними ныряют в океаны или путешествуют в такое виртуальное сафари по саванне – я не против, я поддерживаю, важен результат. А результат – это еще более тесное, теплое общение маленьких и взрослых, ощущение некоторого единства: мы вместе с вами были на прогулке в далекой Кении – результат не отчужденность, а напротив сплочение, и это можно лишь поддержать. Но не убирать мотив награды, не выключаться из живой жизни, а творчески интегрировать этот час общения в ткань проживаемого вами дня.

Тутта Ларсен

– Ну вот вы говорите о том результате, которого хотелось бы добиться с помощью использования гаджетов. Но ведь чаще всего родители ожидают другого результата: гаджет используется для того, чтобы ребенка выключить, да, как-то его ну погрузить в какое-то состояние, как телевизор – «stand-by» или компьютер – сна, в котором он вот ну не будет отвлекать, не будет мешать. И иногда это действительно необходимо, если мама одна, без помощников в доме, у нее не один ребенок в доме, ей надо что-то сделать или приготовить еду, а ребенок все время требует к себе внимания. Проще всего дать ему какой-нибудь планшет с игрушкой или с мультиком и на полчаса обеспечить себе тишину...

Протоиерей Артемий

– Если дело не контролируется, если маме важно только заткнуть ребенку рот, не слышать его капризов – считайте это сдачей позиций. Я только сейчас вернулся с конференции в военном институте, где один из докладов – а конференция посвящена охранительным свойствам русского языка как элементу культуры и вызовам современности, направленным на разрушение языка. Но не только языка. Специалист из Нижнего Новгорода показал всевозможные приложения, которые сегодня захватывают нашу младшую и среднюю школу. Представьте себе, что, оказывается, на 12-13-летних детей уже ориентируются ЛГБТ-сообщества. И даже целый там список вот этих форумов, на детей рассчитанных: какие-то свинги (swing – это колебание, может быть, между мужским и женским полом), какие-то откровенные трансгендеры и прочее, да, умолчим об этих китах, голубых китах. Поэтому здесь не действует принцип: чем бы дитя не тешилось – лишь бы не плакало. Поэтому эти опасности нужно знать, их нужно изучать. Или иначе мы получим ребенка с вынесенным мозгом, получим ребенка травмированного, а главное утянутого этими компьютерными щупальцами в каким-то иные антимиры, в параллельные миры, где правит бал сатана, разрушая представления Богом данные о мире, о месте человека в мире, о Самом Создателе. Доверяй да проверяй. И поэтому думаю, что наша передача как раз этим должна быть интересна: родители должны отчетливо представлять себе, что гаджет может превратиться, стать окном в преисподнюю. Вот у меня вчера была приятная встреча с одним мальчиком – но это уже старшая школа, по существу выпускник, который в свое время, как и все, подсел на эти гаджеты, на эти игры. А, к сожалению, в нашей стране можно подключиться и к развращающим программам. В Китае это невозможно, в Турции определенные возрастные табу лежат на допуск детей в сеть и прочее, у нас как-то слишком все либерально покуда. Так что же, мальчик приходит ко мне на исповедь и часто кается как раз в том, что он не туда посмотрел, не то увидел – а эти виртуальные соблазны обладают тройной силой. И вот вчера он показывает мне кнопочный телефон...

Тутта Ларсен

– Специально, да?

Протоиерей Артемий

– «Батюшка, я сам понял, что мне необходимо откреститься от этого, слишком силен соблазн. Вот мой кнопочный телефон для связи с родителями. И я чувствую совершенно себя иначе, а главное верю, что я смогу победить то, что опознал сам как грех», – чудесное решение. Подозреваю, что в аристократических университетах или школах Англии представители родовой аристократии, подрастающее поколение получают именно кнопочные телефоны для того, чтобы не быть украденными у учебного процесса, у живой школьной жизни, для того чтобы не превратиться в жалких рабов этих электронных соблазнов.

Тутта Ларсен

– Вы слушаете «Семейный час» на радио «Вера». У нас в гостях протоиерей Артемий Владимиров, говорим о гаджетах. А как вообще Социальная концепция РПЦ относится к интернету, компьютерам и гаджетам вообще? Ведь это же такая совершенно новая реалия, у первых христиан вопросов про гаджеты не возникало и, в общем, каких-то канонических, наверное, на этот счет правил и не существует.

Протоиерей Артемий

– Ну мы с вами знаем, что никакие технические инновации, будь то какие-то «живые картины» – в свое время, в начале века люди устраивали, изображали собою то или иное живописное полотно такое, статические картины или немое кино, или телевидение...

Тутта Ларсен

– Телефоны.

Протоиерей Артемий

– Интернет – это все реалии каждой из эпох. В этом смысле Церковь, радея о нравственном и телесном здоровье людей, призвана предупреждать об опасностях и никогда не может смириться с растлевающими душу занятиями. В этом смысле, конечно, Социальная концепция не будет ничего специально говорить о Windows или каких-то приставках к компьютерам. Но самый здравый смысл и совесть родительская призывает нас быть очень внимательными, потому что враг прокрадывается незаметно. Тихой сапой, всеми неправдами демон, действующий чрез развращенную, циничную публику – а на что не пойдешь ради гнусного прибытка, – сегодня пытается раскрутить наших детей, отвлечь их внимание, привлечь к себе. И не скроем, что львиная доля этих посягновений и попыток как раз свершается не в реальном, а в виртуальном мире.

Тутта Ларсен

– Но я слышу от многих современных родителей таких, продвинутых в пользовании гаджетами, что они наоборот считают, что чем раньше ты ребенка научишь обращаться с этими предметами, тем меньше будет у него ну какого-то ажиотажа по отношению к гаджетам, да, запретного плода не будет. А главное, это реальность, с которой нужно уже смириться, потому что это рабочий инструмент, это образовательный инструмент, этот инструмент для творчества. И чем лучше ребенок будет уметь с этим управляться, чем более самостоятельным он будет в обращении с гаджетами, тем ну как-то вот разнообразнее и насыщеннее будет их жизнь.

Протоиерей Артемий

– Здесь необходимо учитывать несколько очень важных сторон явления. И прежде всего, побеседовав с настоящими специалистами – врачами, психологами, воспитателями, учителями, вы тотчас услышите предупреждение, тревожную кнопку. Виртуальный мир, даже при самых замечательных посылах и программах, он обладает огромной силой уводить ум и сердце в специфическое пространство и создавать психологическую, физиологическую зависимость, которая затем дурным образом отражается на нравственном развитии личности. Есть какие-то гигиенические нормы: усталость глаз, диоптрии рушатся, есть последствия ментальные, есть вербальные – то есть, как известно, вся эта мельтешащая, мелькающая, сменяющая друг друга информация носит поверхностный характер. Если раньше нужно было во глубине сибирских руд копаясь, доставать какой-то драгоценный камень – я говорю образно, – то есть употреблять определенное интеллектуальное, эмоциональное, физическое усилие: прочитанная книга, размышление, аналитика, то сегодня как будто все лежит на поверхности. Однако усвоение знания путем снятия сливок и, как противоположность, умение проникать в сущность предмета без посредства гаджетов – это две разные планеты. Поэтому мы с вами, выделяя позитивные моменты, объединяющие родителей и детей, выделяя вот эти технические возможности, благодаря которым можно путешествовать по миру, можно действительно получать какие-то уроки добра, как-то знакомиться – ну условно, флора, фауна, география, исторические памятники, в режиме 3D погулять в Парфеноне или посетить какие-нибудь древние цивилизации ацтеков и майя – прекрасно. Но здесь важен еще авторский текст, важна мысль составителей этой программы. С другой стороны, опять-таки вспомним, что Божий мир, бесконечно богатый по цветовой, зрительной, аудиогамме, общение с миром живой природы – ну никогда не сможет быть заменено достойно наушниками и какими-то спецэффектами. Бог, конечно, задумал человека как богоподобное, суверенное создание, ввел его в рай, дал определенные нравственные заповеди, чтобы человек соучаствовал в Божием творении. Сегодня такие присловья, как «солнце воздух и вода – наши лучшие друзья», звучат как никогда современно. Мне кажется, что если что-то продумывать из противостояния вот этим пристрастиям, психологическим зависимостям, то конечно, это должен быть активный отдых на природе, созидательный труд, постижение, радость творчества – не путем всяких фотошопов, посещение «города мастеров». Это не только в Европе, а в России сейчас осваивается где-то в сельской сторонке: вот вам кузнечный цех, вот вам процесс изготовления бумаги, вот вам сыроварня. Вот общение с настоящим страусом, получившим русскую кличку, а не ловля электронных яичек из-под курочки Рябы, смонтированной каким-то гугл-мугл-специалистом. И мы с вами в нашей нелегкой теме все-таки выбираем путь золотой середины и не отметаем, ребенка с водою не выплескиваем, но с другой стороны, нащупываем опасные, острые, режущие грани. Как вот лекарство – всегда интересно почитать противопоказания: не разрешается беременным, может вызвать аллергические реакции, лекарство недопустимо для таких-то и таких-то больных – вот многогранное явление. И думаю, что наша задача то, что предлагают гаджеты, нормировать, интегрировать в проживаемый ребенком праздничный или будничный день. Но вместе с тем всегда видеть, что это меч о двух концах, обоюдоострый меч, что это все-таки никогда не заменит живую жизнь, что это нормировано, по каким-то порциям должно быть предлагаемо, если должно быть. И должно опять-таки служить общению детей, но не украдывать их у родителей.

Тутта Ларсен

– Продолжим наш разговор через минуту.

Тутта Ларсен

– Вы слушаете программу «Семейный час» с Туттой Ларсен на радио «Вера». У нас в гостях старший священник и духовник Алексеевского женского монастыря в Москве, член Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства, протоиерей Артемий Владимиров. Говорим о гаджетах. Вы, кстати, сказали про «солнце воздух и вода – наши лучшие друзья», и я вспомнила, как у меня в одной телепрограмме был в гостях в качестве эксперта замечательный детский офтальмолог Вадим Бондарь. И вот он сказал, что по последним исследованиям новейшим, зрение у детей портится не столько от использования гаджетов или там игр в компьютер и планшет, не столько от просмотра мультиков или даже чтения там при каком-то неправильном свете. Зрение портится от того, что человек мало времени при дневном свете проводит вне стен. То есть чем больше человек гуляет на улице при разном освещении – дневном, вечернем, в сумерках, чем больше его глаз видит предметов разного объема, на разном расстоянии, с разной фокусировкой...

Протоиерей Артемий

– При разном освещении.

Тутта Ларсен

– Да, тем больше шансов, что у него будет хорошее зрение. И он может часами сидеть в планшете, но если потом он несколько часов будет гулять на улице, это абсолютно компенсирует его зрительное напряжение.

Протоиерей Артемий

– Значит, героем нашей передачи должен быт Дерсу Узала или Робинзон Крузо. Действительно, общение с Богом данным миром, включение всех сторон личности, как на уровне физики, так и психики, так и духа в окружающий нас Божий мир – это своего рода панацея, когда мы ведем речь о различных пристрастиях, зависимостях в современной цивилизации, как раз удаленной от естественных условий обитания человека.

Тутта Ларсен

– Если говорить о гаджетах как о предмете разобщающем, то, например, вот в нашей семье это прямо главный лейтмотив. То есть если к тебе пришел друг – ты играешь с другом, а не с железкой. И какое-то время пока ребенок маленький, это работает. Я вот вспоминаю, как мы ездили в Финляндию на поезде – это был новогодний поезд, мы ехали в Лапландию к Деду Морозу. И на экскурсии зимней куча детей была в вагоне, просто огромная – в каждом купе по несколько детей разного возраста. И в вагоне стояла мертвая тишина, потому что все сидели, уткнувшись в свои гаджеты.

Протоиерей Артемий

– Печальная картина.

Тутта Ларсен

– И это, конечно, жутко было, да. И мы прямо вот ну как-то отнимали у детей планшеты и говорили: иди, поиграй, побегай, поори там, попрыгай. Но просто уже даже хочется, чтобы дети ожили и стали детьми. И еще вот в нашей семье такое правило: мы не покупаем детям собственные гаджеты вообще. У них есть только телефоны для общения, планшет есть только у папы и мамы. Если ты хочешь поиграть или в компьютер, или в планшет, ты можешь попросить у нас поиграть.

Протоиерей Артемий

– Это мудро.

Тутта Ларсен

– Да. И мы еще подумали, что из этих всех зол наименьшим злом может быть игровая приставка, которая подключается к телевизору, у которой есть игры, где ты не с джойстиком сидишь, в кнопки пялишься, а она считывает как бы твой силуэт, и ты сам двигаешься, играя. То есть это могут быть спортивные игры: ты машешь рукой – в этот момент на экране твоей персонаж машет ракеткой теннисной. Это могут быть какие-то квесты тоже: например, ты путешествуешь где-то, ты плывешь на лодке и тебе надо там приседать, прыгать, вставать или какие-то танцы – то есть ты хотя бы как-то физически активен в этот момент.

Протоиерей Артемий

– Безусловно.

Тутта Ларсен

– Но все эти компромиссы, они работают до какого-то определенного момента. Я понимаю, что вот если мне мама трехлетнего ребенка жалуется: ой, вот он сам находится в ютюбе мультики, и смотрит какую-то гадость, какую-то рекламу, вот эти какие-то каналы там, как дети подарки разворачивают, могут часами смотреть. Извините, как трехлетнему ребенку в руки попал планшет с ютюбом в свободном доступе? Я не оставляла ребенка в три года один на один с планшетом или даже с телевизором. Если мы смотрим мультики – мы во время рекламы выключаем звук. Но это все работает, пока ребенок маленький. Сейчас вот у нас в семье есть подросток, которому 13, у которого довольно простенький телефон, но в нем есть выход в интернет, потому что мне нужно быть с ним на связи через месенджеры какие-то, а не просто sms и созвон. Мне нужно, я вызываю ему там часто какое-нибудь такси, мне надо смотреть, как он едет, то есть его навигацию в городе или как он по метро едет, и ему нужно там как-то получать электронную почту, переписываться с друзьями – то есть у него общение с гаджетом уже усложнилось. Но 90 процентов времени он сидит в телефоне и играет. Мы поставили всевозможные уже, родительский контроль – есть масса удобных программ, которые сообщают тебе, даже какие поисковые запросы в Яндекс ребенок отправляет, но там все равно есть какие-то лазейки, есть какие-то приложения, даже предустановленные в телефоне, те же социальные сети. И, в конце концов, он приходит в школу, где у всех детей тоже есть свои телефоны, покруче, чем у него, например, с большим инструментарием, с более открытым доступом или вообще без родительского контроля – и это уже я никак не могу контролировать и предотвратить. Как мне отвлечь его от телефона? А главное, как какой-то иммунитет у него выстроить, чтобы даже если ему показывают какую-то гадость в телефоне его одноклассники, он на это не велся? Я не понимаю, как мне быть. Потому что вот моя деточка где-то там в этом бурном море, неизвестно, чего он нароет.

Протоиерей Артемий

– Да, здесь, безусловно, не обойдешься без методичного и из раза в раз повторяющегося общения, когда мы, не желая, с одной стороны, превратиться в нудных, надоедливых дятлов, которые стучат по мозгам детям, таки стараемся, чтобы кроха знала, что такое хорошо, что такое плохо. Когда ребенок сознательно будет уходить от соблазнов, ему предлагаемых со всех сторон – речь идет о развращающей какой-то продукции...

Тутта Ларсен

– Да, очень много всякой агрессии и всякой расчлененки...

Протоиерей Артемий

– Агрессии, да. Об этом нужно говорить, чтобы это табу вошло-таки в сознание ребенка, чтобы он тотчас, его совесть отзывалась, когда подобная гнилая продукция каким-то образом ему предлагается. Здесь неплохо и батюшек подключать или, готовясь к исповеди вместе с ребенком, предлагать ему вспомнить, не натыкался ли – ну наткнуться может всякий, – а вот не задержался ли вниманием, не отступил ли он от того домашнего кодекса чести, который пытаются родители взрастить в ребенке. Если раньше, видите, нам приходилось бороться с нечистыми словами, с ненормативной лексикой, на уровне поступков отслеживать какие-то чрезвычайные происшествия – стащил, украл, – то сегодня нравственное воспитание не может не касаться вот этих прилогов, то есть атак на сознание, свершаемых исподтишка, посредством виртуальных засад. Ну например, я как священник, принимая на исповедь какого-то незнакомого мне мальчика или девочку, юношу или девушку, помогая первый раз раскрыть совесть, всегда, уже по привычке спрашиваю подростков: не случалось ли тебе пропадать в интернете, часов не наблюдая? Как правило, отвечают положительно. А вот не было ли такого, чтобы откровенно какая-то нечисть, какой-то разврат, какая-то жестокость привлекала твое внимание? Вот дети есть такие, которые говорят: ну нет, я этим не интересуюсь, это я сразу от этого отказываюсь. Наверное, благодаря тому, что родители проявляют ежедневное внимание. Ну а есть те, которые смущенно улыбаясь, признаются: это давно стало фактом их повседневной жизни. И тут-то и свершается потеря естественного стыда, окамененное нечувствие – то есть сердце ребенка уже не реагирует остро, не отпрыгивает человек в сторону, увидев пред собою зло визуализированное – это уже травмированное сознание, определенная затянутость, эмоциональная пригашенность. Это уже такая виртуальная развращенность, которая часто влечет за собой целый шлейф согрешений иного уровня.

Тутта Ларсен

– Ну вот есть разные дети еще, понимаете, тоже. Я смотрю на своих детей, у меня, например, дочь, она очень спокойно относится к гаджетам. Она может поиграть, она может там, не знаю, посмотреть какие-нибудь видео про кошечек и собачек смешные, через полчаса, максимум, ей надоедает. А старшего, Луку, пока его не выдернешь, он сам вообще оттуда не выберется.

Протоиерей Артемий

– Полная затянутость.

Тутта Ларсен

– И когда он был маленький еще там, в начальной школе, и он во что-нибудь играл, у него от эмоций, его нервная система с этим не справлялась, он начинал дергать лазом, хмыкать там, ну какие-то тики даже появлялись, какие-то навязчивые движения. И я за него беспокоюсь, потому что я вижу, что любая свободная минута – он все равно носом в телефоне. Уже все, что только можно перекрыть, перекрыто, но он все равно находит, на что отвлечься. И я знаю, что есть школы, в которых родители договариваются с педсоставом и с другими родителями, что вообще телефонов нет во время образовательного процесса.

Протоиерей Артемий

– Да.

Тутта Ларсен

– У нас, к сожалению, это не принято, и я понимаю, почему – об этом я тоже хочу поговорить чуть попозже. Но, с другой стороны, он сам не в состоянии вот эту границу провести. Ну посмотри в телефон на перемене. Но иногда мне жалуются учителя, что он и на уроке как-то всем этим занят. Как научить ребенка пользоваться гаджетом как полезным инструментом, но в то же время ну не подсаживаться на него 24 часа в сутки? Возможно ли это вообще? Или действительно вот ребенок, как мой Лука, мне придется всю дорогу его постоянно одергивать и как-то ну выставлять ему какие-то границы искусственно?

Протоиерей Артемий

– Здесь, наверное, речь идет уже об определенной степени уже психологической зависимости. И думаю, неплохо было бы выслушать мнение уже не просто священника, который имеет дело с детьми, а специалиста, психолога, такие имеются, они научно изучают эту проблему и распишут, по полочкам разложат проявление этих зависимостей и профессионально будут говорить о противоядии. Хотя и без всякого психолога мы, родители, испытывая определенную тревогу и наблюдая, что дитя все менее становится свободным и самостоятельным, что часть его внимания утянута туда, мы получаем эти тревожные звонки, и у нас рождается стремление как-то этот источник турбулентности удалить хотя бы на какое-то время. Удастся ли компромисс заключить с ребенком? Наверное, знаете, когда беседуешь со взрослыми, подсевшими на горячительные напитки – и вино элемент культуры, но при этом может развиваться у людей болезненная страсть, – различаешь, что одни не признаются в ней: да нет, все нормально, а родственники вам донесли, что человек спивается; а другой, посмиреннее – он сам рад бы зеленого змия придушить, да вот кишка тонка. В этом смысле, наверное, чем раньше, тем лучше, да и на уроках педагоги тех же основ безопасности жизнедеятельности должны все время напоминать детям и описывать талантливо, художественным словом, уж кто во что горазд, состояние вот этой зависимости. Указывать, что это не норма, что это уже болезнь, которую нужно предупреждать, против которой нужно что-то предпринимать. Чтобы мальчик или девочка, подсевшие на гаджеты, постоянно получали от родителей свидетельство, свидетельство их вот этого болезненного пристрастия. И, конечно, здесь нужно все умно подавать, чтобы не вызывать уже такой обратной устойчивой реакции, когда человек уже не поддается «термической обработке»: он сразу принимает в штыки, он чувствует себя по другую сторону баррикад.

Тутта Ларсен

– И когда я говорила о том, что в нашей школе не принято лишать детей гаджетов, я думала о том, что скорее всего наши педагоги руководствуются каким-то уважением к личности ребенка, к личному пространству, к его собственности. И многие психологи, даже в том числе и православные, говорят о том, что у ребенка должно быть свое личное пространство, в которое родителям вторгаться нельзя. И что еще как не его собственный телефон является воплощением его личного пространства. И вроде как хотелось бы выстроить доверительные отношения, чтобы не надо было копаться в телефоне ребенка и что-то ему там запрещать, как-то очень хочется сохранить эту грань, когда ты ребенку доверяешь, что он и сам куда не надо не полезет, и тебе не надо выстраивать какие-то искусственные фильтры для этого. Чувствуешь себя плохой мамой и так и этак.

Протоиерей Артемий

– Думаю, что подобный принцип скорее имеет право на существование, когда речь идет о взаимоотношениях супругов – личностей сложившихся, с критическим суждением о действительности, доверяющих друг другу, а главное в силу возрастной психологии умеющих отгораживаться от притягательной, магнетической, магической силы соблазна. Но дети – существа еще нравственно не установившиеся, дети еще не могут сказать нет хищническому инстинкту. Дети это еще не мраморная статуя, а глыба камня, из которой нужно сделать произведение искусства, дети – открытая система, дети зависимы от суждений взрослых и при этом весьма податливы на грех. Относиться к ребенку как к взрослой самостоятельной творческой личности нельзя. Одно дело ваш дневничок, который вы ведете – личное пространство или ваша детская комната, и то от родителей запретов быть не должно. Другое дело бездны интернета, который, словно инфернальная пропасть, в себя втягивает миллионы, миллиарды душ. Вот у апостола Иакова мы находим такие глубокомысленые слова: язык человеческий – вот этот бескостный член, который вращается у нас во рту, по мысли апостола Иакова, воспламеняется от геенны огненной. Язык человеческий связан с духовным инфернальным пространством, не только с небом и с областью святой, но, по апостолу, искры оттуда, из адского пространства падают на язык. И поэтому язык, как он ни мал, но он оскверняет, может осквернять всю вселенную – и небо, и землю. Именно в силу того, что есть некий приводной рычаг, посредством которого лукавый на наш язык все время капает какой-то растленной лексикой. Так вот если язык связан с преисподней, то тем паче гаджет является прямым проводником в то пространство, где водятся не только кольраби и колибри, но всякие призраки, пострашнее коммунизма. Поэтому отождествлять эту начиненную функциями игрушку с личным пространством ребенка я отказываюсь категорически.

Тутта Ларсен

– Вы слушаете «Семейный час» на радио «Вера». С нашим гостем, протоиереем Артемием Владимировым говорим о гаджетах, их пользе и вреде. И, конечно, когда разговор идет о такой свободе выхода ребенка в интернет, никак не обойти стороной тему социальных сетей. И сейчас мы знаем, что достаточно часто родители позволяют детям заводить аккаунты в Фейсбуке, в Инстаграм, вКонтакте буквально в 12-13 лет, если не раньше. А некоторые родители даже сами специально для ребенка заводят какой-то аккаунт, куда ребенок выкладывает свои там видео, фотографии и так далее и тому подобное. Я знаю примеры очень позитивные здесь. Например, у меня есть один знакомый фотограф, и у него дочери 9 лет или 10. У нее есть кот, и они с папой завели аккаунт про ее кота. То есть это вроде бы как в Инстаграме ее страничка, но в этом профиле – она фотографирует, как папа, сама, она тоже хочет быть профессиональным фотографом и свои опыты фотографические она туда выкладывает. И действительно у нее неплохо получается. Или есть один папа, который ведет аккаунт от лица своего маленького сына, в котором он выкладывает семейные фотографии, фотографии старшего брата и даже этого ребенка. Но как бы это все рассказы там ведутся от лица малыша – очень забавные тексты, очень трогательно, интересно это читать. Но, с другой стороны, я вижу, что девочки там тоже в 10, в 12 лет заводят себе какие-то аккаунты в социальных сетях. Начинают туда выкладывать какие-то свои представления, я не знаю, там о том, как быть девочкой – то есть записывают какие-то песни, где они там вихляют попой, кривляются и изображают взрослых женщин или что-то в этом роде. И мне кажется, что это какой-то уже не очень безопасный способ взаимодействия с миром через соцсети. Может быть, вообще его нет, безопасного для детей?

Протоиерей Артемий

– Если первые случаи говорят о том, что подобного рода окошко есть плод неослабного внимания и творческого труда родителей. В конце концов, творческие силы человека могут визуализироваться, и в данном случае ребенок получает даже определенные профессиональные навыки: он овладевает фотоискусством, он получает какие-то дельные советы от родителей, они выделяют наиболее удачные фото. Но это опять-таки воспитательный подвиг, требующий усилия, времени, контроля. И можно похвалить тех родителей, которые помогают ребенку прикоснуться к созиданию таким образом.

Тутта Ларсен

– То есть показывают ему, что это инструмент, которым можно пользоваться.

Протоиерей Артемий

– Да. Что касается вторых, приведенных вами ряда примеров, я знаю совершенно возмутительные примеры разрушительного воздействия на личность ребенка, когда все позволено, нет никаких запретов. Соответственно, вопреки возрастной психологии, дети возбуждают энергию пола, которая еще должна бы благополучно дремать до возраста пубертата и половой зрелости. И в этом смысле в каких-то странах даже приняты радикальные меры – законодательно запрещается детям участвовать в соцсетях. Думаю, что из слушающих нас родителей более 85 процентов не настолько разбираются в компьютерных технологиях, чтобы даже понимать, где регистрируется дети. Мы уже с вами сказали о преступных группировках, которые сегодня раскачивают остатки нравственности, уничтожают в нашем Отечестве, и втягивают детей в совершенно изуверские или какие-то в извращенческие социумы. И поэтому либо рубить сплеча и заразу выводить на корню, записывая дитя в спортивную секцию, в художественный кружок, водя его в Третьяковскую галерею, вернисажи, в Кремль, в Зарядье, открытое, – то есть активно своим собственным общением, присутствием и разговорами ограждать ребенка и вытеснять этот вакуум собственной созидательной, творческой личностной работой. Либо, вот пример хороший, но все ли способны к нему, настолько творчески увлечь дитя, чтобы оно от сих до сих, ходило только по одной тропке-дорожке и боялось бы выйти за виртуальную околицу – риск всегда присутствует. Ум человеческий настолько неудержим, кто-то из древних святых отцов называет его быстрокрылой птицей, всегда желающей залететь туда, куда не нужно. Мы помним, что при сотворении человека Господь указал ему на древо познания добра и зла, и оградил это древо, так сказать, изгородью, связав с ним родительный запрет. Адам должен был совершенствоваться в послушании и любви к Небесному Отцу, обходя стороною эту зону – red zone. Как видим, Господь, создав человека свободным, хочет взрастить в нем нравственное чувство, чтобы добиться сыновнего разумного послушания и выбора с этим связанного. Может ли сегодня интернет-пространство служить таким аналогом? Я, честно говоря, опасаюсь его. Потому что, думается, никто бы из родителей не пустил ребенка в джунгли, где за каждым кустом сидит леопард...

Тутта Ларсен

– Хищник.

Протоиерей Артемий

– Или ядовитая кобра. Не ходите, дети, в Африку гулять. Во всяком случае, если признавать созидательную роль и значение виртуальных упражнений и штудий, то буквально держать руку на мышке, ребенка не отпущать от себя далеко. И мы возвращаемся вновь к тому, с чего начали: контроль и внимание. Творческое общение с ребенком и желание показать ему, как можно работать в этом пространстве, показать ему здоровые занятия, вывести его действительно на сады и огороды, а не столкнуть его в пропасть по Ниагарскому водопаду. А значит, тем, кто придерживается из наших слушателей второго подхода методического, необходимо знать все плюсы и минусы, необходимо...

Тутта Ларсен

– Самим образоваться в этой области.

Протоиерей Артемий

– Самим образоваться, быть докой и мастером, чтобы за ребенка видеть на два шага вперед все виртуальные опасности. И это требует времени.

Тутта Ларсен

– А нужно ли ребенку рассказывать об этих опасностях, которые могут его подстеречь в интернете? О тех же суицидных группах, не знаю, о...

Протоиерей Артемий

– Конечно.

Тутта Ларсен

– О пропаганде насилия. Как об этом рассказать так, чтобы не вызвать наоборот интерес у ребенка?

Протоиерей Артемий

– Ну здесь все зависит от образа ваших мыслей, от образа вашей жизни. Я как священник провожу занятия в классах разных возрастных групп, и мы достаточно часто к этой теме обращаемся, потому что мне важно заниматься профилактикой. Профилактикой заниматься – это не вызывать интерес к запретному плоду, а показывать свое отношение, дать идеал и с другой стороны показать его антипод. Рассказать о том, как прекрасна подлинная любовь, и как целомудренно молодой человек должен взирать на мать своих будущих детей и невесте оказывать должную честь. И, взяв что-то из примеров Елизаветы Федоровны и великого князя Сергия, показав их портреты, затем вскользь упомянуть: вот некоторые девочки, некоторые мальчики, даже еще не раскрывшись для восприятия этих светлых сторон жизни, уже губят все на корню. В общем, педагогам и свечи в руки – опытный воспитатель, конечно, сумеет эмоционально сдобрить и скрасить свои слова, чтобы добиться от детей соответствующей реакции – смеха, насмешки, отвращения над виртуальным пороком. И таким образом пред ними вот некую перспективу, некое русло очерчивать: «Прямо пойдешь – счастье найдешь; налево уклонишься – голову потеряешь» – это из русских сказок.

Тутта Ларсен

– Резюмируя наш сегодняшний разговор, я попробую перечислить несколько практических пунктов для родителей, которыми стоит воспользоваться, если их смущает проблема гаджетов. Не оставляйте ребенка – особенно дошкольника, маленького – с гаджетом один на один.

Протоиерей Артемий

– Безусловно.

Тутта Ларсен

– Изучите все подводные камни, способы вообще общения с виртуальным пространством, найдите хорошую программу родительского контроля, установите ее на те приборы, которые даете детям.

Протоиерей Артемий

– Необходимо.

Тутта Ларсен

– Не покупайте детям преждевременно дорогие сложные приборы. Не дарите им айфон в семь лет, он им не нужен, правильно?

Протоиерей Артемий

– Конечно.

Тутта Ларсен

– И собственный планшет. Расскажите и покажите детям прекрасные стороны виртуального пространства, интересные способы пользования гаджетами, научите их пользоваться этим для своей пользы, например...

Протоиерей Артемий

– Желательно вместе.

Тутта Ларсен

– Да, вместе. Я вспомнила, кстати, еще один вариант. У одной подружки дочка очень здорово рисует. Ей 14 лет, она рисует и делает всякие украшения своими руками. Она создала в Инстаграме страничку, где она все это продает и еще неплохо на этом зарабатывает ребенок.

Протоиерей Артемий

– Так, чтобы еще и отдавать родителям заработанное.

Тутта Ларсен

– Да, конечно, поддерживать семейный бюджет. В общем, не так страшен гаджет, как неумелое с ним обращение. Не человек для гаджета, а гаджет для человека...

Протоиерей Артемий

– И вместе с тем не считать, что гаджет может заменить собою...

Тутта Ларсен

– Общение.

Протоиерей Артемий

– Реальное общение. Использовать полчаса, час общения с гаджетом как награду или как перемену в занятиях, с тем чтобы все это было нормировано. И, конечно, стараться максимально в другое время делать общение с детьми насыщенным, интересным. Понимать, что мир живой природы, трудотерапия, овладение различными сторонами знания – это чтение, это подлинный труд. И научиться черпать радость от этого труда, с тем чтобы гаджеты уже хотя бы на две трети потеряли свою привлекающую магическую силу.

Тутта Ларсен

– Ну еще как человек, который любит поиграть в гаджеты, я хочу сказать, что как только мы, родители, вытащим из них свой нос, так и дети перестанут туда заглядывать. Спасибо огромное. Вы слушали «Семейный час», у нас в гостях был протоиерей Артемий Владимиров.

Протоиерей Артемий

– До свидания.

Другие программы
Живут такие люди
Живут такие люди
Программа Дарьи Виноградовой Каждый из нас периодически на собственном или чужом примере сталкивается с добрыми, вдохновляющими историями. Эти истории — наше богатство, они способны согревать в самое холодное время. Они призваны напоминать нам, что в мире есть и добро, и любовь, и вера!
Ларец слов
Ларец слов

Священник Антоний Борисов – знаток и ценитель Церковно-славянского языка, на котором совершается богослужение в Русской Православной Церкви. Он достает из своего ларца слова, которые могут быть непонятны современному человеку, объясняет их – и это слово уже нем вызывает затруднения. От «живота» до «василиска»!

Храмы моего города
Храмы моего города
Древние храмы Москвы и церкви в спальных районах — именно православные храмы издревле определяют архитектурный облик Столицы. Совершить прогулку по старинным и новым, знаменитым и малоизвестным церквям предлагает Дмитрий Серебряков в программе «Храмы моего города»
Моё Поволжье
Моё Поволжье
Города и села, улицы и проспекты, жилые дома и храмы. «Мое Поволжье» - это увлекательный рассказ о тех местах, которые определяют облик Поволжья – прекрасной земли, получившей свое название по имени великой русской реки Волги.

Также рекомендуем