Москва - 100,9 FM

«Женское счастье». Прот. Александр Гаврилов

* Поделиться
Александр Ананьев и Алла Митрофанова

Нашим собеседником был настоятель храма иконы Богородицы Неупиваемая Чаша в Санкт-Петербурге протоиерей Александр Гаврилов.

Мы говорили о том, каким образом женщина может реализовываться, раскрывать свои таланты и быть счастливой в семейной жизни. Отец Александр ответил, почему женщины зачастую чувствуют себя морально истощенными; из-за чего в основном возникают разводы даже в венчанных браках; какие вопросы женщине желательно прояснить для себя до замужества; а также чем эгоизм отличается от любви к себе. Наш собеседник объяснил, в чем, по его мнению, состоит ответственность мужчины в семье, и насколько от действий и поступков мужа зависит счастье его супруги.

Ведущие: Александр Ананьев, Алла Митрофанова


А. Ананьев

— Помню, в моей юности была песня, которую я очень любил, но в силу того, что был юн, до конца не понимал, о чем же она на самом деле. И была там такая строчка: «И я спрошу тебя, была ли ты счастливой? И ты бездумно ответишь: вполне...» Добрый вечер, дорогие друзья. Вас приветствуют: счастливая женщина Алла Митрофанова...

А. Митрофанова

— Счастливый мужчина Александр Ананьев.

А. Ананьев

— Ну то что он счастливый, не будет иметь никакого отношения, потому что сегодня мы хотим поговорить именно о женском счастье, женском счастье в семье и как женщина в семье может реализоваться как счастливая женщина. А поможет нам в этом, и мы объясним, почему, один из самых удивительных наших собеседников — настоятель храма иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» в Санкт-Петербурге, замечательный миссионер, проповедник в сети, на которого подписано около сорока тысяч человек, а может быть, и больше — протоиерей Александр Гаврилов...

Протоиерей Александр

— Здравствуйте, друзья.

А. Ананьев

— Известный как @otche.pro. Добрый вечер, отец Александр.

Протоиерей Александр

— Добрый вечер.

А. Ананьев

— А вы в социальных сетях проводите очень много, и не просто говорите какие-то вещи, не просто отвечаете на вопросы. Вы, на мой взгляд, первый из известных священников придумали новый формат общения с вашими онлайн-прихожанами — можно, я их так буду называть — вот модное слово «марафоны». Расскажите, пожалуйста, как вам вообще пришла в голову идея проводить эти марафоны, и почему это гораздо более результативно, интересно и... результативно вот именно, чем просто общение, без какой-то канвы правил и установок?

Протоиерей Александр

— Ну все дело в том, что, как правило, всегда больше женщин — их больше и в храмах, их больше и на лекциях, их больше на любых мероприятиях. В том числе и в блогерской среде, да, вот когда человек что-то там вещает в интернете, слушает его больше женщин. Так вот, я смотрю по другим отцам, так вот больше динамика все-таки по поводу женщин. И у меня то же самое получается, я сколько ни анализировал — и в Ютубе, и ВКонтакте, и в Инстаграме — ну, наверное, девяносто пять процентов — это женщины, женская аудитория. И, стало быть, вопросы, которые они присылают, они меньше все-таки про духовность, хотя есть, и больше все-таки про отношения: как грамотно выйти замуж, чтобы вот все было хорошо? как в начале супружества, как в середине, когда вот супруг, к сожалению, хочет уходить куда-то, что делать? — то есть такого рода вопросы. И порой, когда эти вопросы звучат, нет однозначного, на три строчки ответа или там даже на 60 секунд. То есть есть понимание, что чтобы объяснить человеку, что делать, надо сначала рассказать про это — потом, когда он поймет, рассказать вот про это; потом, когда он поймет, рассказать вот про это... То есть нужен какой-то цикл, с одной стороны, бесед, которые, нужно вот посмотреть, понял человек или не понял — перейти дальше, к следующей беседе. Плюс получается такая очень интересная ситуация, которая, наверное, знакома в большинстве своем психологам и священникам, когда человек говорит о своей проблеме, но оказывается, что, в принципе, он не хочет решать эту проблему. А хочет, находясь в этой проблеме, всем рассказывать, как ему тяжело, этому человеку жить. Ну, говоря таким простым языком, бытовым, «пожертвить». Вот пожертвить, пожертвить... Ну, допустим, человек приходит — там классика жанра: я толстый. «Я толстый, толстый, толстый... Как плохо быть толстым, коленки болят, все от меня отворачиваются». И человеку говоришь: ну слушай, вот начни соблюдать калораж. «Ой, какой там калораж, мне некогда! Ну вот я толстый, толстый, толстый...» То есть порой оказывается, что человек не готов увидеть всю плачевность ситуации — из-за гордыни или из-за того, что есть какие-то все-таки выгоды быть в таких отношениях — не готов увидеть. И чтобы ему это показать, его нужно научить быть честным с самим собой. Ему нужно научиться заниматься самоанализом, ему нужно вот понимать, где его греховность. То есть, оказывается, нужно заниматься с этим человеком, чтобы ответить на его какой-то вопрос и помочь ему в чем-то. Если мы говорим про отношения семейные, то сейчас на самом деле очень катастрофичная ситуация в России — я не знаю, как за рубежом, но сейчас очень большое количество разводов и среди просто населения, и, к сожалению, среди церковного населения, когда вот мы говорим про венчанные браки — очень большое количество уходящих друг от друга, будучи и в браке государственном, и венчанном браке. То есть сейчас какая-то пошла катастрофическая история. И вот были какие-то попытки что-то придумать, что-то сделать, чтобы как-то помочь сначала, наверное, своим прихожанам, потом они стали говорить другим, и в результате родилась такая вот идея — что-то делать месяца три-четыре. Почему три-четыре? Потому что меньше — это по факту неэффективно, то есть не все вопросы можно поднять и, самое главное, за эти несколько дней невозможно человеку научиться чему-то, натренироваться в чем-то. А больше трех-четырех месяцев — люди сдуваются. Потому что ну работать постоянно интенсивно в каком-то вот ключе очень энергозатратно. Получается, что вот выработалось как бы само — три-четыре месяца. Почему мы назвали этим модным словом «марафон»? Потому что это не спринтерская дистанция. То есть над взять хороший темп, и прямо по этому темпу вот прямо отрабатывать — то есть очень хороший аналог с марафоном. Всегда получается, что в наших марафонах есть «тело» марафона — это девчонки, которые бегут, скажем так, символически, в одном темпе. Но есть те, кто, несколько человек, кто бежит раньше и просит еще каких-то домашних заданий, каких-то там еще вот пожестче дайте нам вот прямо какую-то вот обратную связь, есть кто отстает — то есть опять же такой аналог с марафоном. Очень много домашних заданий, очень много размышлений — каждый день. Каждый день размышления, почти каждый день домашние задания. И что самое интересное, у нас получилось (я этого не ожидал), у нас получается, что все женщины поддерживают друг дружку. То есть у нас получается очень хорошая такая христианская временная община людей, связанных одной проблематикой. Очень много комментариев: кто-то пожаловался — ему тут же рассказали. Вот очень такая здоровая, любящая атмосфера внутри самого этого мероприятия, которая, по большому счету, наверное, и вытягивает все. Потому что задания заданиями, но когда общий фон очень дружелюбный и такой вот искренний, поддерживающе-сострадательный, то это, конечно, дает очень колоссальный эффект. То есть если были бы люди, которые просто получают на почту домашние задания и делают их — они бы сдувались. А тут одни сдуваются — другие их надувают, потом эти сдуваются — эти их надувают. И в результате три-четыре месяца вот проходят таким бодрячком, и идут неплохие результаты — вот как-то так.

А. Митрофанова

— Отец Александр, я не знаю, какая у вас статистика на марафоне, но вот опираясь на наши, что называется, скромные наблюдения за жизнью (мы, конечно, на репрезентативную выборку не претендуем, но тем не менее), вы знаете, среди наших друзей и знакомых мы нередко видим уставших женщин. Причем, знаете, это женщины, чаще всего эти женщины семейные, зачастую и многодетные. И вот, казалось бы, да, ты замужем...

Протоиерей Александр

— Ты за мужем.

А. Митрофанова

— Да, за мужем, да. Женщин одиноких очень много, и они хотели бы, чтобы у них было вот это счастье, как у тебя, но по той или иной причине пока, на данный момент не получается. А ты замужем, у тебя это счастье есть. У тебя дети. И опять же как много пар, которые пока родителями не стали и очень бы этого хотели. У тебя есть это сокровище. Ну самое главное — Господь рядом, и ты об этом знаешь. Но почему-то вот потухшие глаза, представление о себе, что ты в жизни в чем-то не реализовалась. И вот эта заповедь апостола Павла: «всегда радуйтесь» — она ну такой, с позволения сказать, как абстракция какая-то, называют, сферический конь в вакууме. Нет, конечно, ты радуешься детям, их успехам, когда они есть. Но в целом вот это ощущение от жизни скорее усталость, вымотанность — ты выжатый лимон. И где эту радость брать, вообще непонятно. Отец Александр, где и что пошло не так? Почему женщина, у которой, казалось бы, жизнь, дом — вот эта полная чаша, и все сложилось, чувствует себя зачастую ну не вполне, не знаю, успешной что ли...

А. Ананьев

— А еще сбоку начинает звучать мрачный голос ее мужа: «Какая же ты неблагодарная! Я ж ради тебя все, а ты вон оно чё: говоришь, что ты несчастная...»

А. Митрофанова

— Что происходит отец Александр, где куда не там свернули?

Протоиерей Александр

— Ну, мне кажется, не там зашли изначально. То есть для тех зрителей, которые вот нас слушают и еще не зашли в отношения, вот я им сразу бы сказал, что, дорогие мои, это может быть у большинства людей. Поэтому вот где надо не то что свернуть, а не зайти не туда. То есть в первую очередь, когда женщина выбирает мужчину, ей надо научиться выбирать. А зачастую у женщины нет выбора: то есть какой-то кренделек нарисовался — ни рыба, ни мясо — но в голове, типа: часики тикают, пора рожать, подруги уже все с пятью детьми, мама достала... А вот других кандидатов в депутаты нету. Первый момент. То есть когда женщина не имеет выбора, хотя выбора-то много, но либо планка завышена у самой женщины, либо она не развивается как женщина, либо ей надо сбежать срочно из семьи, потому что в семье тяжело, или насилие, или что-то еще. И вот она не выбирает. Первый момент. Почему очень важно, как можно дольше продлить момент ухаживания. У нас вот, кого ни спроси, там: три месяца, полгода, год. На мой взгляд, цифра должна идти от полтора года до двух-трех лет, когда бы сначала ребята и девчонки стали друзьями. Вот пока не станут друзьями, то есть вот этот фундамент именно общих ценностей, сопереживания друг другу, каких-то базовых понятий, пока люди не станут друзьями, очень страшно входить в брачные отношения — первый момент. Второй момент. Женщина должна понимать сразу же: вот этот мужчина, который предлагает мне ну а ля руку и сердце, он готов решать мои проблемы, или не готов? Потому что большинство мужчин либо не способны решать даже свои проблемы, не говоря уже о проблемах других, чисто психологически неразвиты в плане ответственности. То есть очень сильный в наше время коэффициент такой инфантильности: то есть человек в 27 лет может жить с родителями, еще не зарабатывать, не понимать там, как себе купить футболку. Или там 30 ему лет. То есть очень большой в наше время коэффициент инфантильности. То есть смотреть: готов ли этот товарищ решать мои проблемы? Ведь если я хочу быть за скалой, за мужем — то есть он там решает, а я его развлекаю — ну так, грубо утрируя, сейчас говорю. То есть готов ли решать проблемы — это раз. И второй момент: готов ли он меняться ради меня? Потому что большинство мужчин: ну ты меняйся ради меня. А сложность психологическая заключается в том, что мужчина по психике может меняться, а женщина не может меняться. То есть если вот мы говорим о вообще физиологии, то женщина, по большому счету, это уже состоявшаяся... ну как сказать, мне очень нравится вот сравнивать с какими-то цветами женщин или растениями. То есть женщина, когда рождается, она уже рождается семечкой чего-то — семечкой там розы или мимозы там какой-то вот. А мужчина — он рождается нулем, и он становится, он становится мужчиной, преодолевая какие-то жизненные сложности. То есть мужчина по своей психике готов меняться, может меняться. А женщина может только скинуть с себя шелуху стереотипов общества. Ну, допустим, какой самый вот стереотип, если сейчас наши зрители, провести такое тестирование среди мужчин и спросить: какие цветы ты больше всего даришь женщине своей или просто кому-то? Большинство скажет: розы. Почему розы? Ну потому, что так принято: женщины — это розы. Хотя если спросить женщин, многим женщинам вообще розы не нравятся, им нравятся какие-то другие цветы. Но есть стереотип: над подарить розочку. Вот то же самое происходит и в отношениях. Женщина, чтобы ее выбрали, она боится подумать, кто она на самом деле. Может, она там ландыш, или незабудка, или там василек. Она знает, что на рынке сейчас пользуются спросом розы, поэтому она делает все возможное, чтобы казаться розой. Ее берет мужчина, который тоже думает, что ему роза нравится. Они соединяются. А женщина не может очень долго в браке находиться в чужой роли, ну вот да, символически в роли розы. Если она, допустим, ландыш, то в какой-то момент она начинает уставать быть розой, она становится ландышем. А мужчина смотрит на нее и говорит: подожди, подожди... я брал тебя розой, чего это ты тут сейчас ландыш-то? Ну-ка давай-ка то, ну давай-ка се, ну-ка давай меняйся под это, ну-ка давай меняйся под то — обычный человеческий эгоизм. И когда такого мужчину спрашиваешь и говоришь: слушай, ты готов решать ее проблемы? Ну в первую очередь надо узнать: а какие у моей жены проблемы? И оказывается, что жена не рассказывает о своих проблемах — это непринято в семье, или ее заткнули когда-то очень давно. Это мы уже переходим к разговору о том, почему девчонки устают, когда у них вроде бы полная чаша, но почему они устают. Потому что, либо они сами тянут роль мужика, то есть у них полная чаша, но это полная чаша, потому что они мужики: то есть они финансово обеспечивают семью, они решают проблемы там с учителями, с директорами, с классными руководителями, они с лагерями решают проблемы. Где ребенку, значит, лечиться, где ему отдыхать — все решает женщина. Мужчина как бы деньги принес и все. Но если мы вспоминаем про ответственность мужчины, у него четыре момента, где он может женщину обеспечивать безопасностью. И финансовая безопасность — это одна из четырех. А есть безопасность — сила, когда женщина понимает, что мужчина может постоять за нее, ну просто силой своей, отогнать каких-то вот, значит, придурков, которые будут там ее как-то доставать, как-то защитить ее силой. Есть безопасность, когда мужчина связи налаживает. Ведь не все же за деньги можно купить. Где-то там в больничку положить, где-то про садик договориться — связи нужны мужчине. Но самое важное для женщины, а что происходит, притык отношений — это безопасность должна быть эмоциональная. Когда мужчина ни в коем случае не саркастирует над женщиной, ее как-то не унижает, не оскорбляет, не каким-то образом вот ее как-то вот высмеивает. То есть женщина должна понимать, что она со своим мужчиной всегда в эмоциональной безопасности — ее хвалят, ей делают комплименты, про нее радостно говорят, ее ставят на первое место — тогда она расцветает. Но сложность заключается в том, что, во-первых, мужчины этого не понимают — это раз. Во-вторых, мужская среда, в которой очень много общается мужчин, она как раз таки мужская среда. А мужчины между собой прикалываются, друг над дружкой издеваются как-то вот, как-то подчмаривают (простите за выражение) вот друг дружку — это как бы так принято в мужской среде. И когда мужчина двенадцать часов подряд находился в мужской среде и вот какие-то там приколюшечки делал, он приходит домой — ему не переключиться на то, чтобы с женой так не разговаривать. А надо переключиться, надо: дорогая, я соскучился, а вот смс-ку написал... а твои глазки, а ты волшебная, а ты сказочная... Он либо не понимает, либо не хочет этого понимать вследствие своего эгоизма. И жена начинает сначала быть лишенной эмоциональной безопасности, потом порой и финансовой. Потому что мужчина не особо зарабатывает или когда зарабатывает, либо он жадный — он не дает реализацию финансов в семье, либо он это делает от гордыни, то есть кидает деньги, типа, ты теперь должна. Я же заработал — теперь все остальное ты должна. Опять же из-за отсутствия духовного роста.

А. Ананьев

— «Семейный час» на радио «Вера». Сегодня ведущую Аллу Митрофанову учит тому, как быть счастливой, наш замечательный собеседник, настоятель храма иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» в Санкт-Петербурге, протоиерей Александр Гаврилов. И ну, во-первых, я как человек, подаривший сегодня жене розы, понимаю, что...

А. Митрофанова

— Которые я очень люблю.

А. Ананьев

— Изрядно накосячил.

А. Митрофанова

— Нет-нет, когда ты лилии даришь это тоже просто потрясающе, и когда любые другие цветы.

А. Ананьев

— Ну, говоря откровенно, даже не знаю, какие у тебя цветы любимые. Вот сейчас отец Александр заставил меня задуматься. Во-вторых, я понял, что мне очень понравилась аналогия отца Александра про то, что женщина рождается семечкой. Я понял, что ты родилась семечкой оливкового дерева где-нибудь на средиземноморском побережье. Потому что да, это абсолютно твое растение и оливковое дерево...

А. Митрофанова

— И оливковое масло.

А. Ананьев

— А в-третьих, если уж совсем серьезно: если несчастлив мужчина — он как бы сам дурак, отец Александр. А если несчастлива женщина — то, получается, опять же мужчина сам дурак. Виноват мужчина?

Протоиерей Александр

— Конечно же.

А. Митрофанова

— Ого!

Протоиерей Александр

— Мне кажется, вот опять же такая аналогия, которая мне очень нравится. Семья это: женщина — цветок, мужчина — это садовник. То есть вот садовник, по идее, должен понимать, с каким цветком он общается. Вот смотрите, даже мы берем просто обычные цветы, которые есть у большинства людей. Одно дело — ухаживать за розой, допустим, другое дело — там за гладиолусом, третье дело — за чем-то еще, да. Одним нужно много влаги — другим мало, одни любят солнце — другим нельзя. Одни любят сквозняк — другие не любят сквозняк. Одним нужен прозрачный горшок, и фотосинтез происходит с корешками, другим нужен темный горшок. То есть мужчина, по идее, этот тот, кто вечно исследует свою женщину, стараясь ей дать максимально полезные и важные для нее свойства жизни. То есть я понимаю, что вот она оливковая — ей нужно почаще быть на море, ей нужно солнышко, ей нужно то, ей нужно се. А вот этой, наоборот, солнышко не нужно, она там не оливковое дерево. То есть мужчина — это садовник, который дает безопасность женщине — и женщина тогда начинает расцветать. Но, расцветая, женщина расцветает для своего садовника — это тоже очень важно. Потому что вот так смотришь: девчонки дома ходят как мымры, а выходят из дома — и каблучки и помада, и юбочка и прическа — для чужого мужика. То есть для своего, который садовник, они не благоухают, но благоухают для чужих мужиков. А ведь женщина тоже должна вознаграждать своего садовника, и знать, что любит садовник, когда любит, как любит. Допустим, а мой садовник борщик любит со сметанкой. А моему вот макарошки нужны, а мой садовник, вот когда приходит, его полчаса не надо трогать — он восстанавливается, а потом массаж ему надо сделать. То есть, получается, когда мужчина решает проблемы своей женщины, очищая ее от шелухи стереотипов, давая ей возможность расцветать так, какой она цветок, а этот цветок цветет для садовника, чтобы радовать, чтобы пахнуть для него, быть нежной для него — когда вот это происходит, то семья счастливая. Когда один пахнет, а другой забивает, или один делает все возможное, а другая пахнет для других — вот начинаются какие-то конфликты, к сожалению. А вот жить, да, вот мне нравится эта фраза семейная: друг дуга тяготы носите, да, так исполните закон Христов. Просто мы под «тяготами» подразумеваем какой-то мешок картошки, который вот взвалили на нас, и мы идем. Но тяготы — это же разные, наверняка, могут быть слова. Вот допустим, да, друг друга тяготы носите: спрашивает мужчина и понимает, что вот его женщина уже давно не имеет зимой нормальной обуви, нормальных сапог. Это для нее может быть очень важным. В общем, мужику что, одел какие-то шлепки — зима, лето — и ходит, ему все равно. А женщине нужны ботиночки или сапожки, и для нее это реально тяготы. Почему не спросить, почему не купить? Но, с другой стороны, может быть, для мужика тягота, когда невкусная еда или неряшливая внутри, в доме вот атмосфера — для него это тоже может быть тяготой. Он пришел уставший, ему хочется, чтобы дома было чистенько, аккуратненько, без пыли, без грязи — для него это тоже тягота. То есть вот друг друга тяготы носите — в семейном плане это очень прекрасная фраза, мне кажется: ношу ли я тяготы своего супруга или своей супруги.

А. Митрофанова

— Отец Александр, вы знаете (уже рассказывали мы об этом в эфире), висит дома икона, которую нам подарили на венчание, как раз «Друг друга тяготы носите» — Спаситель, Который несет на Своих плечах человека. И эта икона не раз мне уже помогала. Как-то вот, знаете, действительно, в какой-то момент, если становится там, какое раздражение накатывает, думаешь: ну вот, как же так, я не знаю, в шесть утра идти с собакой гулять и так далее. Да, вот взгляд на эту икону, он помогает поставить на место мозги. Ну хотя бы для начала вспомнить, сколько раз с собакой гуляет муж, а ты хотя бы один раз попытайся уж ну как-то выползти, если муж там до пяти утра работал, а сейчас шесть, а ты все это время спала благополучно. И это действительно очень здорово и очень хорошо. Но вы знаете, в следующей части нашего разговора хотелось бы еще затронуть такой аспект: а вот ведь Господь всем нам дает разные таланты. И, по идее, нам жизнь дана для того, чтобы мы эти таланты в себе развивали и этими талантами служили — Господу Богу, мужу, детям, своей семье. Откуда тогда берется вот это ощущение ну нереализованности что ли и нераскрытости до конца? И что в этом смысле женщина может сделать для себя? Мы надеемся, что нас сейчас слышат мужчины, которые вот ваши слова, что называется, приняли к сведению. Но если нет? И вот женщина, она оказывается один на один с этой сложностью, что ей там, допустим, 25, ей 30, ей там, не знаю, 40, ей, может быть, 50 — и ощущение, что она чего-то очень важного в жизни пока еще не сделала. Хотя, казалось бы, там она, может быть, и замужем, там уже и мама, а то даже и бабушка. И вот как здесь быть и чем можно было бы себе помочь в раскрытии вот этих самых талантов от Бога? Будем вам очень благодарны, если дадите какие-то советы.

А. Ананьев

— Однако сначала мы прервемся ровно на минуту — у нас полезная информация, на радио «Вера». А через минуту отец Александр раскроет все женские потенциалы и реализует все женские таланты.

А. Ананьев

— «Семейный час» на радио «Вера». Мы возвращается к разговору с нашим замечательным собеседником, настоятелем иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» в Санкт-Петербурге, протоиереем Александром Гавриловым. Добрый вечер еще раз, отец Александр.

Протоиерей Александр

— Добрый вечер. Алла такой интересный момент затронула...

А. Ананьев

— Попробуем разобраться с женской самореализацией, с женскими талантами. Сразу забегая немножко вперед: а что, здесь тоже мужчина виноват, если женщина чувствует себя нереализованной?

А. Митрофанова

— «А часовню тоже я разрушил?»

А. Ананьев

— Да, да, я уже готов к всему, отец Александр. Не щадите, говорите как есть.

Протоиерей Александр

— Ну вот соглашусь, Александр, с вами, что если женщина нечастна, то это конечно участь, ну то есть это проблема мужика и это его недоработки. В каком плане? Вот смотрите, начнем с самого начала. Очень замечательная тема поднята. Почему? Потому что счастье, на мой взгляд, женщины и реализация ее в свои талантах — это прямо настолько коррелируемые вещи, которые ну прямо это одно рождает другое. То есть получается, что изначально — вот если нас слушают сейчас папашки, у которых маленькие девочки, дочки — это вот прямо для них информация, что папа должен понять, должен всячески исследовать, помогать дочке исследовать, какая она семечка. Вот понятное дело, что приглядываясь, смотря, что ей нравится, методом научного тыка: а давай и на фотокружок, а давай и на балет, а давай и туда, а давай и сюда. То есть задача папочки — чтобы он к 18-летию, к 20-летию своей дочки помог ей раскрыть ее таланты, кто она такая. Ведь одни таланты у яблони, а другие таланты у груши, а третьи таланты у морковки, там а четвертые таланты там у жасмина. То есть получается, что задача папы — раскрыть эти таланты для дочки, чтобы она, когда выходила во взрослую жизнь, понимала, кто она такая, что она такая, что она может, как она хочет и так далее и так далее. Вот с мальчишками так не происходит. Потому что мальчишки, опять же имея вот этот коэффициент инфантильности, они где-то до 25 лет, до 27 они будут перепробовать все, чтобы потом только понять, чем им нравится, где они более успешны, скажем так. Они перепробуют все. А вот девочки, так скажем, их можно же сразу же очищать от шелухи. Но какая происходит сложность? Папа или мама хотят реализовать свои нереализованные амбиции, какие-то идеи на своих детях, то есть: «я думаю, дочка, что врач всегда себя прокормит», — говорит мама, и дочка вынуждена учить латынь, идти в какую-то гимназию и вот быть будущим врачом, хотя, может, она классно рисует. Но ей внушают, что, слушай, ты не монетизируешь никогда свою рисовалку, а жизнь тяжелая, жизнь сложная. «Смотри, вот мне приходится работать на пяти работах. Была бы ты врачом...» Или адвокатом там, юристом, да, или там бухгалтером — ну каждый всовывает свое. То есть, к сожалению, большинство родителей не раскрывают, что девочке важно, нужно, где она лучше, а навязывают свою историю. Первый момент. Второй момент — когда вообще такого папы не было, либо папа был номинальным, либо папа вечно зарабатывал и не уделял внимания дочке. В общем, дочка выросла, она не знает, кто она такая, она думает, что надо ей быть розой, потому что быстрее выйдет замуж. Потом она выходит замуж, и вот ей 30 лет, да, вот как сейчас Алла говорит, 30 лет женщине или там 40, и она понимает, что она не знает, кто она. Стало быть, вот тогда надо самой. Папы не было. Идеальная схема — это если муж сейчас нас услышит, и муж начнет помогать своей жене раскрывать таланты. Да, безусловно, методом научного тыка: слушай, а может быть, попробуй танцы? А попробуй рисовать, а попробуй бисером плести, а попробуй английским заниматься, а попробуй вот это. Ведь в чем тут минус? Минус в том, что нужно кучу денег — раз, кучу терпения — два. И нужно понять, что женщина сейчас не сможет полноценно заниматься семейными делами, потому что ей надо раскрыть себя. И здесь вот такой хитрый казус, что если мужчина не поможет женщине стать счастливой, не поможет раскрыть ее таланты, он всю жизнь будет жить с нечастной женщиной. И он сам тогда будет несчастным, и дети будут несчастны. А с другой стороны, надо какое-то время дать ей на вот то, чтобы она — ну, конечно, не на сто процентов, вряд ли она сама согласится на сто процентов перестать быть семейным человеком, но все-таки что-то начать тянуть. И, друзья мои, это может быть год, а может быть три года — то есть вот женщине разрешить начать заниматься сбой. И здесь опять же минус какой? Ну отсутствие духовного роста мужчины, который хочет забирать из семьи, а не носить тяготы ее — раз. Второй момент — если он не зарабатывает, а она зарабатывает или они зарабатывают вдвоем, сейчас она начет эти деньги тратить на себя, а не на семейный бюджет — это тоже многие мужчины не могут принять. И третий момент, что нужно потерпеть какое-то время, чтобы женщина смогла побыть женщиной, чтобы она разрешила себе в ванне лежать, чтобы она разрешила себе с подружками поболтать, чтобы она разрешила поспать самой себе, на тренировку сходить. Ну вот если женщина понимает, что мужика нету, или вот мужик пока такой, надо самой брать инициативу в свои руки и быть для себя папой или мужем своим, да, то есть начать себя исследовать. Но тут тоже есть минус. «У меня восемь детей и ипотека, — говорит большинство людей. — То есть вот вы, батюшка, говорите красиво, но куда мне деть это все? Я же уже в кабале». И вот здесь вот момент: либо ты до конца жизни останешься с этой ипотекой, либо все-таки ты найдешь время и силы, чтобы начать исследовать себя. Это очень важно. Если свои таланты не исследуешь, не поймешь — никогда не станешь счастливой.

А. Митрофанова

— Скандал: на радио «Вера» батюшка эгоизму женщин учит, как им заниматься собой!

Протоиерей Александр

— Немножко не так.

А. Митрофанова

— Как им в ванной лежать!

Протоиерей Александр

— Батюшка не так. Смотрите...

А. Митрофанова

— Что не так? Отец Александр, вы понимаете, да, про что, я говорю?

Протоиерей Александр

— Да, понимаю.

А. Митрофанова

— Ведь очень многие женщины именно так себе отвечают на вопрос: ну как это я пойду заниматься там, реализовывать свои таланты?

Протоиерей Александр

— А я вот скажу. Эгоизм и любовь к себе — это две разные вещи. «Возлюби ближнего, как самого себя», — учит нас евангельский текст. Но если я не умею любить самого себя, я не научусь любить ближнего. И поэтому надо понимать, что есть эгоизм, а есть любовь к себе. Эгоизм — это деструкция, а любовь к себе — это конструкция. Эгоизм разрушает, любовь созидает. Просто так как люди не понимают разницы и никогда не любили себя, они даже полежать в ванне —считают, что это эгоизм. Вот муж может лежать в ванне, и дети могут лежать в ванне, а я в ванне лежать не могу, потому что это эгоизм. То есть настолько у нас нет понимания, что такое любовь к себе, что мы все под одну гребенку: это эгоизм. Но эгоизм разрушает, а любовь к себе созидает. Поэтому вот здесь, конечно же, нужен кто-то со стороны. В идеале это любящий муж, заботливый. Если нет мужа, это духовник заботливый, который может сказать. Если нет и духовника, ну вот какой-то психолог, какой-то вот впереди идущий, который будет говорить: слушай, вот, дорогуша, вот это реально эгоизм. Вот это вот реально, вот ты сейчас перегнула палку. А вот это — иди, поспи. Вот, пожалуйста, иди поспи, а перед этим поешь — это будет любовь к себе. И это, конечно, искусство, уметь любить себя — это, конечно же, искусство. Но этому мы можем учиться, как, допустим, на нашем марафоне «Счастливая женщина», где три-четыре месяца мы учимся разделять эти понятия.

А. Ананьев

— Я слушаю вас, отец Александр, и у меня возник вот какой вопрос. Мне на мгновение показалась, что все это стремление к счастью, к самореализации, оно и облечено в какие-то новые слова, которых там еще сто лет назад не было, и само по себе является каким-то феноменом XXI века. Еще в XX веке — я очень хорошо знаю свою маму, свою бабушку — у них никогда не было цели вот именно реализовать себя, найти, как реализовать свой талант. У них были их долг, их обязанность, то что они должны были делать. Я точно знаю, что в XIX веке ну не было такого, чтобы люди, женщины в первую очередь, да, у них был их маленький мир, где-то между рекой, где они стирали белье и печкой, где они готовили еду и, собственно, этим все ограничивалось. И вдруг в XXI веке, я не знаю, на фоне высвободившегося свободного времени, с появлением посудомоечных и стиральных машин, возникла острая потребность в самореализации. Действительно ли это продукт XXI века, следствие XXI века, или так было всегда?

Протоиерей Александр

— Нет, я думаю так не было всегда. Но давайте вот посмотрим историю. Две тысячи лет назад, когда Христос сказал, что женщина имеет хоть какие-то права, все равно две тысячи лет назад это было ну каким-то новшеством: то есть что, дети и женщины — это как-то вот что-то, что у них есть такая же душа? Что, это вот к ним надо как-то относиться? Оказывается, надо взять себе женщину и быть с ней с одной? Когда апостолы, ну не последние люди по духовности, которых набрал Христос, когда Он им говорил о том, что вот взял женщину — и все, ты будь с ней в браке в едином. А зачем тогда жениться? То есть даже для апостолов это было как-то странно две тысячи лет тому назад. То есть получается, что две тысячи лет назад, когда Господь начал говорить эти ценности, они вообще были неприемлемы. Человек — это мужчина, а женщины... Вспоминайте текст: накормил пять тысяч человек, не считая женщин и детей. То есть две тысячи лет назад общество не могло принять историю о том, что женщина — это человек. И, благодаря христианству, мы сейчас потихонечку, маленькими шажочками женщину вводим в какое-то нормальное состояние, детей мы вводим в нормальное состояние. Так и что это, явление только этого века? Нет, это просто так христианство потихоньку, как сказать, ну завоевывает позиции. С мужиками очень быстро завоевали позицию, с женщинами — подольше. Вот, кстати, вот берем гомосексуализм — сначала завоевал позицию, сейчас позиции отдаются, да, в Европе и в Америке, то есть гомосексуализм опять входит в старое свое боевое русло. То есть получается, что и женщины только сейчас, на мой взгляд, к XXI веку начинают в обществе завоевывать нормальные свои позиции: что они тоже люди, что им надо платить ту же зарплату за тот же труд, что они могу работать на тех же работах и что они —представляете? — имеют потребность быть счастливой. Представляете, как в XXI веке обсуждаем эти вещи. Женщина, оказывается, тоже создана Богом. чтобы иметь таланты и чтобы эти таланты развивать. Представляете, вот мы сейчас находимся в XXI веке, и мы обсуждаем эту тему. Вот ну это же очень как-то прямо ну вообще, да? Оказывается, женщина не только посудомойка, оказывается, она не только детишкам попки подтирает, а может быть, она художник, может, она писатель, может быть, она какая-то ягодка или какая-то вишенка, или какая-то вот... Представляете, да? И сейчас многие нас слушают и говорят: чё это? ну-ка, давай иди там, стирай, иди гладь, я буду таланты развивать как мужик. Вот христианство потихонечку наступает на пятки нашей греховности. Вот сейчас с педофилией, слава Богу, все хорошо, да: что плохо это, мы считаем. Вот с рабством все хорошо: мы считаем, что рабство — это плохо. Но вот с женщинами пока еще туговато все это идет. Потому что ну мужики, да, эгоизм, гордыня. Но надеюсь, что когда-то и женщины будут раскрывать свои таланты и считать, что в ванне полежать — это нормально.

А. Ананьев

— Настоятель храма иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» в Санкт-Петербурге, протоиерей Александр Гаврилов отвечает сегодня на вопросы в программе «Семейный час» — о том, что такое женское счастье и как его достичь. Отец Александр, вы знаете, может быть, у вас как у священника очень опытного и у практикующего психолога, есть и советы. А вот как быть... Мы сейчас с вами разбираем, что где пошло не так. Хорошо, замечательно, да. Вот как быть женщине, которая хотела бы в своей жизни дать себе больше возможностей, разрешить себе, почувствовать себя действительно счастливой, чуть более реализованной и так далее. Но ведь важно же с чего-то начинать. Господь Бог нам всегда помогает в том, что для нас полезно. Как бы вы посоветовали, как сформулировать запрос по отношению к Господу Богу? Правильно ведь сформулированный запрос — опять же знаем, да, по опыту — это уже половина дела. Неправильный запрос, он нас может очень далеко увести, мы будем не понимать: вот мы же просим, Господи, дай, дай, — ну что же Ты нас не слышишь. Как правильно сформулировать запрос, как себя услышать? С чего, может быть, начать стоило бы здесь?

Протоиерей Александр

— Вот Алла, вы сегодня тоже такую замечательную фразу сказали: женщина, которая хотела бы... Вы знаете, вот мой опыт говорит о том, что большая часть женщин не хотела бы. Вот это вот, на мой взгляд, катастрофично. То есть, когда разговариваешь с большим количеством женщин, они не хотели бы найти свои таланты. Почему? Потому что отчасти это ответственность, отчасти это перемена жизни, отчасти надо как-то по-другому. Так вот большинство женщин не хотело бы отвечать на этот вопрос. Но все-таки для тех, кто хотел бы, есть очень замечательное упражнение в первую очередь, ну я его так называю, оно называется у нас: «глаголы любви». Когда, ну глагол — это «что делать?», «что сделать?» — да, для наших зрителей, кто уже забыл — то есть действия, действия, которые говорят о том, что я себя люблю. Ну, допустим, вот есть у меня ребенок, я знаю, что он очень любит мультики. И если я с ним пойду на нового «Шрэка», допустим, или там на какой-то мультик в кинотеатр, он будет радоваться. И я понимаю, что так я показываю, что я его люблю. Я сделал — глагол — сделал действие относительно ребенка. Или, допустим, я люблю свою жену, как я могу это показать? Я знаю, что она очень любит, ну допустим, розы, да, как в вашем варианте. И Александр дарит вам цветы. Он показывает — глагол, да, — он делает действие, показывая, что вас любит. Я, допустим, когда что-то делаю для Бога. Допустим, стоит нищий. Я люблю Бога — я нищему даю там какой-то бутерброд или там денежку — я показываю, что я люблю Бога, действием. Так вот очень важно делать действия для себя, показывая, что я себя люблю. И надо понять, что это за действие. Вот, допустим, я хожу в баню раз в неделю. Да, это, наверное, действие, которое говорит о том, что я себя люблю. Я хожу раз в неделю на курс массажа — да, это действие, которое показывает, что я себя люблю. Я делаю себе прическу, я слежу за своими ногтями — я показываю, что я себя люблю Я слушаю хорошую музыку, я высыпаюсь, я ем правильную еду, я, допустим, занимаюсь танцами — это я себя люблю. Я путешествую с любимым человеком, я работаю на любимой работе, я одеваю любимую одежду — я себя люблю. Хожу в любимый храм, я общаюсь с любимым батюшкой, я езжу в любимый монастырь, я читаю любимое Священное Писание, я читаю, любимого святого отца — я себя люблю. Так вот, пускай женщины составят список «глаголов любви» по отношению к себе и начнут их делать. Почему мы их делаем? Вот чтобы показать, что я себя люблю, мы их делаем. Но будет возникать очень интересный момент: большинство глаголов, которые напишут наши зрители, окажется, что это не их «глаголы любви», это «глаголы любви» папы, мамы, навязанные обществом стереотипы. Ну, допустим, самая классика жанра. Женщина сидит, нас сейчас слушает и думает: ну, наверное, ходить в баню — это «глаголы любви». Пошла в баню, сидит там, в этой парилке на полке, пот льется — ей не нравится, и она понимает, что это не ее «глагол любви». Есть стереотип в обществе, что в баню ходить, но ней не нравится. Она из бани вышла, зашла в душ, моется в душе и стала петь (знаете, многие в душе поют), и ей это так может понравиться, и благодаря вот нескольким вариантам проб, она вдруг поняла, что ее «глаголы любви» — это петь в душе. И она будет это делать, чтобы поднимать себе настроение. То есть надо написать «глаголы любви» и начать их делать, чтобы понять, какие действительно твои. Первый момент. Второй момент очень важный, вот который вы затронули: эгоизм — любовь. Сам почти, на мой взгляд, не определишь, это реально любовь или это мой эгоизм. То есть все-таки нужен вот со стороны человек — либо духовник, либо психолог, муж любящий, который понимает, что он это сейчас делает не для своего эгоизма, а для жены для своей, который бы ей сказал: слушай, ну это вот действительно, тебе сейчас надо действительно полежать в ванне — я вижу, что ты успокаиваешься. Давай, я тебе свечечки поставлю, бомбочку какую-то туда зяряжу. Вот ты полежишь в ванне, и ты реально почувствуешь себя счастливой. Давай, я тебе прямо сейчас ванну помою, наберу, вот соль туда растворю. А вот это вот — говорит муж, — а вот это вот реально ты перегнула, давай-ка просыпайся и давай, пойдем. То есть все-таки любящий со стороны человек, может больше, на мой взгляд, показать вот для неопытного бойца, скажем так, где сейчас он перегибает, и это гордыня, да, эгоизм, а где все-таки это любовь. Вот самому поначалу, мне кажется, будет очень сложно определить. И вот так вот, короче, начинать искать себя.

А. Ананьев

— Отец Александр, у нас, к сожалению, время подходит к концу. Последний вопрос будет вот какой: чем конкретно вы занимаетесь на вот этом марафоне, который называется «Счастливая женщина»? Ну вот сейчас нас слушают очень многие женщины, и им бы хотелось знать, что там нужно делать и каким будет результат. И можно ли присоединиться сейчас?

Протоиерей Александр

— Ну вот да, еще в течение недели мы набираем девчонок. Хотя уже все как бы закрыто, но, как показывает практика, вот эта неделя набор еще идет. Чем мы там занимаемся? Мы стараемся в первую очередь быть честными сами с собой, то есть убрать иллюзию, красивую картинку, увидеть себя честными — это очень сложно, чтобы понять свою точку А, где я сейчас нахожусь, как в навигаторе. И мы учимся находиться точку Б, к которой надо стремиться, к которой попасть. Не научишься искать точку А — вообще не сработает, не поймешь свою цель и свою задачу — тоже не получится. Мы учимся ставить границы. Очень много на марафоне идет вообще информации про отношения мужчины и женщины, женщины — дети, женщины — родители, женщины сами с собой, естественно. Учимся говорить про самооценку, поднимать ее. Ну не совсем точная фраза, ну чтобы вот зрители поняли. Учимся оценивать себя, понимать, что хотим. Очень много упражнений, очень много размышлений, очень много поддержки. Плюс ко всему на курсе есть базовая целая тема, как факультативная — визаж, то есть визаж, косметология: консультант полностью девчонок учит понять всю базовую историю по поводу визажа. Есть у нас консультант, который то же самое делает со стилистикой, с имиджем — то есть чтобы женщины понимали, какие цвета соединять в одежде, как выбрать свой стиль. Есть у нас фитнес-инструктор, которая рассказывает базовые понятия про, значит, питание и про спорт. Есть у нас консультант по арт-терапии, где девчонки рисуют и, опять же сказкотерапию используя, глубже понимают себя. И есть у нас группа для созависимых, где опять же мы учимся прорабатывать это очень сложное понятие в психологии, как созависимость. Ну и есть я, который вот тоже дает какие-то рекомендации. То есть у нас целый штат сотрудников, которые за три-четыре месяца должны, с одной стороны, объяснить базовые понятия по этим важным моментам, с другой стороны, раскрыть, найти точку А и обозначить точку Б. Ну как-то вкратце так.

А. Ананьев

— Спасибо вам большое отец Александр. @otche.pro — вот в Инстаграме и в других социальных сетях — присоединяйтесь. Алла Сергеевна Митрофанова сказала, что она планирует стать частью этого марафона...

А. Митрофанова

— Участницей.

А. Ананьев

— Ну да. Пробежать дистанцию из точки А в точку Б. Глядишь, и у меня тоже будет счастливая жена.

А. Митрофанова

— Да я и так самая счастливая. Ну всегда есть к чему стремиться.

А. Ананьев

— Протоиерей Александр Гаврилов, настоятель храма иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» в Санкт-Петербурге, Алла Митрофанова, Александр Ананьев. Ввернуться к этому разговору, который был очень важен, вы всегда можете на нашем сайте: https://radiovera.ru/. До следующий субботы. И будьте счастливы, дорогие женщины...

А. Митрофанова

— И мужчины.

А. Ананьев

— Мужчины, возьмите себя в руки — все зависит от нас. До новых встреч.

А. Митрофанова

— До свидания. Спасибо.

Протоиерей Александр

— До свидания.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Ларец слов
Ларец слов

Священник Антоний Борисов – знаток и ценитель Церковно-славянского языка, на котором совершается богослужение в Русской Православной Церкви. Он достает из своего ларца слова, которые могут быть непонятны современному человеку, объясняет их – и это слово уже нем вызывает затруднения. От «живота» до «василиска»!

Родники небесные
Родники небесные
Архивные записи бесед митрополита Антония Сурожского, епископа Василия Родзянко, протопресвитера Александра Шмемана и других духовно опытных пастырей. Советы праведного Иоанна Кронштадтского, преподобного Силуана Афонского, святителя Николая Сербского и других святых. Парадоксы Гилберта Честертона и Клайва Льюиса, размышления Сергея Фуделя и Николая Бердяева. Вопросы о Боге, о вере и о жизни — живыми голосами и во фрагментах аудиокниг.
ПроСтранствия
ПроСтранствия
Православные храмы в Гонгконге и Антарктиде. Пасха в Японии и в Лапландии. Это и множество других удивительных мест планеты представлены глазами православного путешественника в совместном проекте Радио ВЕРА и журнала «Православный паломник».
Домашний кинотеатр
Домашний кинотеатр
Программа рассказывает об интересном, светлом, качественном кино, способном утолить духовный голод и вдохновить на размышления о жизни.

Также рекомендуем