Поделиться
Господский дом в Васильевке.
Надежда Шереметева – Николаю Гоголю, декабрь 1847-го года.
«…Ох, мой милой друг, не умею и передать, как думается о вас и что за вас чувствуется, и как больно сердцу знать вас в смущении, и когда подумаешь, что нет на сем свете, нет ничего для чего бы нарушать спокойствие, которое всегда придает душе силу и возможность все встречающееся принимать и переносить с должною любовию и благодарностию к Тому, Которой всё нам на пользу посылает.
Ради Христа не смущайтесь неприятностями, которые вам кто скажет или против вас что напишут. Если вы заслужили это, примите с покорностию, а если напрасно, пожалейте о нём, что он ближнего огорчает, и помолитесь за оскорбляющего вас, и вам будет легко. Как милосерд Господь, ниспослав столько утешения в религии, которая со всеми нас сближает и помогает всё ближнему отпускать и за него молиться. Мне кажется, Христианину непременно надобно заботиться об очищении сердца. Тогда радостно всякого извинишь и за него помолишься….»
Отрывок из доверительного письма близкого друга и постоянного корреспондента Гоголя на протяжении восьми лет, из послания классической «старосветской помещицы» Надежды Шереметевой – читала Татьяна Князева.
Их удивительная переписка (в начале нового века изданная с дополнениями и приложениями) прервалась с отходом Надежды Николаевны ко Господу весной 1850-го года.
…Рано овдовевшая мать троих детей, «возлюбленная Богом старица» (как говорил о ней архиепископ Филарет Гумилевский), неустанная молитвенница и заступница за нуждающихся и гонимых, Шереметева оказалась для терзаемого многими душевными сомнениями писателя – духовной матерью.
Тихо и незаметно, совсем не думая об этом специально, она окормляла, наставляла и помогала Николаю Васильевичу день за днем. Чем же? Вот этими, своими бесконечными молитвенными письмами. И двигал ею не факт дружбы со знаменитым писателем, но понимание и ощущение нуждающейся в опеке христианской души рядом с нею. Внимательное чтение переписки обнаруживает, между прочим, и то, что Гоголь не сразу осознал, какого духовного масштаба эта удивительная душа, – слабо державшаяся в теле чудаковатой состоятельной старушки, разъезжавшей по городу в простой бричке и без конца хлопочущей о ближнем своем. «Она любила меня как сына, хотя я не сделал ничего достойного любви её, и не был к ней даже вполовину так внимателен, как она ко мне. Помолитесь о ней…» – писал Гоголь отцу Матфею Константиновскому.
Можно только догадываться о том, как по-человечески не хватало Гоголю этой доброй опекунши в последние годы его жизни. Несомненно и то, что следы их переписки благотворным отсветом легли и на поздние его писания. «Разлуки нет между живущими в Боге <…>, – писал Николай Васильевич в «Выбранных местах из переписки с друзьями», – и брат, отошедший от нас, становится еще ближе к нам от силы любви» Это почти прямое повторение одного из письменных пассажей Надежды Николаевны…
«Ваше письмо, добрейшая Надежда Николаевна, получил. Благодарю вас много за то, что не забываете меня. Вследствие вашего наставления, я осмотрел себя и вопросил, не имею ли чего на сердце противу кого-либо, и мне показалось, что ни против кого ничего не имею. Вообще у меня сердце незлобное, и я думаю, что я в силах бы был простить всякому за какое бы то ни было оскорбление. Трудней всего примириться с самим собой. Тем более, что видишь, как всему виной сам: не любят меня через меня же, сердятся и негодуют на меня потому, что собственным неразумным образом действий заставил я на себя сердиться и негодовать. А неразумны мои действия оттого, что я не проникнулся святынею помыслов, как следует на земле человеку. И не умею исполнять в младенческой и чистой простоте сердца слова и законы Того, Кто их принес нам на землю…
Прощайте, друг мой! Бог да благословит вас и воздаст вам обильно за все. Ваш Николай Гоголь, Неаполь, январь, 22-е, 1848-й год».
Вслушиваясь в отрывок из гоголевского письма, прочитанного сейчас Сергеем Агаповым, задумываешься о том, как же щедр наш Господь, посылая свою милость и благодать – через живущих рядом с нами. …И – через живших до нас, через тех, кто творил и творит Его заповедь о любви к ближнему из глубины прошедших времён и посторонних – как будто бы – судеб.
19 апреля. О художнике Григории Мясоедове
Поделиться
Сегодня 19 апреля. В этот день в 1834 году родился художник Григорий Мясоедов. О его личности и творчестве — настоятель московского храма Живоначальной Троицы на Шаболовке протоиерей Артемий Владимиров.
Мясоедов — человек нелёгкой судьбы, и его душевное устроение чем-то напоминает саркастический склад Салтыкова-Щедрина. Григорий Мясоедов был известен своими резкими суждениями об общественной жизни, окружавших его людях, и единственным его собеседником был альт, на котором он играл виртуозно, говоря: «Музыка одна не лжёт». Думается, что сердце его чувствовало в музыкальном ладе божественную гармонию, хотя, к сожалению, воцерковленным человеком он не был.
Однако, смотря на его картины: крестьяне читают манифест об освобождении от крепостной зависимости; на другой картине, ожидая приёма в ведомство, крестьяне мирно обедают — мы видим, насколько глубоко он сочувствовал и знал русское сердце, как близок был ему народ, наш патриархальный, благочестивый народ, и картины Григория Мясоедова дышат теплом и затаённой любовью.
Будем надеяться, что современный зритель, внимательно переходя от одной картины к другой, почувствует в творчестве художника его внутреннюю силу, его несравнимое мастерство, и, если одарён зритель искрой веры и любви ко Христу, то помолится и вверит бессмертную душу раба Божьего Григория в руце Божьи.
Все выпуски программы Актуальная тема:
19 апреля. О спасении Кровью Христовой
Поделиться
О вере и жизни по Божьим заповедям — Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.
Господь Своей смертью, Своим Воскресением искупил человеческие грехи. Но это не значит, что с каждого человека снимается грех. Грех снимается только тогда, когда мы сохраняем веру в Господа и Спасителя, когда мы верим, что это Он нас спас. И в ответ на этот дар спасения мы Богу, Спасителю, Господу нашему должны приносить дары. А этими дарами является наша жизнь. Та самая жизнь, которой мы будем судимы во Второе и Страшное пришествие.
Поэтому мир, жизнь наша должна быть такой, чтобы и на Страшном Суде Господь не отвернулся от нас. А это означает, что для того, чтобы таким образом жить, нужно в первую очередь верить в Господа, верить в Его Божественную силу, иметь страх Божий. Не тот страх, который человек испытывает от злобы и неприязни другого человека, а страх, который обращает наш мысленный взор к самим себе, когда мы задаём себе вопрос: а мы живём по Божьим заповедям, а мы можем быть сынами Божьими, а Господь сможет ли нас принять в Свои небесные обители?
Вот это такое самоиспытание человека на предмет того, что он из себя по-настоящему представляет, чем он живёт, какие ценности, во что он верит. И если вера в Господа, исполнение заповедей Божественных и добрые дела являются составной и важнейшей частью нашей жизни, то тогда у всех у нас есть надежда на спасение, потому что мы уже спасены Кровью Христовой.
Но для того чтобы обрести это спасение, актуализировать этот потенциал спасения, данный нам Богом, мы сами должны жить по Божьему закону, исполняя Божьи заветы и заповеди, а самое главное и самое необходимое условие — мы не должны совершать зло, мы не должны быть источниками зла ни в личной, ни в семейной, ни в общественной, ни в государственной жизни.
Все выпуски программы Актуальная тема:
19 апреля. О духовном смысле праздника
ПоделитьсяСегодня 19 апреля. Неделя 2-я по Пасхе, память апостола Фомы или Антипасха. О духовном смысле праздника — клирик Московского подворья Троице-Сергиевой Лавры священник Димитрий Диденко.
Церковь вспоминает апостола Фому. Этот день называют Антипасхой, то есть продолжением Пасхи и личной встречей человека с воскресшим Христом.
Евангелие от Иоанна сохраняет этот очень честный эпизод. Фома не был с учениками, когда Христос впервые явился им, и он не принял их свидетельство сразу. Он говорит: «Пока сам не увижу и не прикоснусь, не поверю». Думаю, что Церковь называет это состояние добрым неверием. В богослужении этого дня мы прямо так и слышим: «О доброе неверие Фомино». Дело в том, что за этим сомнением стоит не холодное отрицание, а стремление к подлинной встрече. И Христос отвечает на это стремление. Он приходит и вновь обращается прямо к Фоме, позволяя ему убедиться. И сомнения становятся исповеданием «Господь мой и Бог мой».
В Евангелии, и не только в Евангелии, есть и другие подобные встречи. Например, апостол Павел сначала гнал христиан, будучи уверен в своей правоте, но потом оказался готов изменить свою жизнь, когда встретил Христа. Нафанаил в начале Евангелия от Иоанна сначала сомневается и говорит: «Из Назарета разве может быть что-то доброе?» Но когда встречает Спасителя, сразу узнаёт в Нём Сына Божиего.
Во всех этих историях решающим оказывается не отсутствие сомнений, а открытость. Человек может не понимать, не соглашаться сразу, может даже ошибаться, и это нормально. Но если он готов увидеть больше, чем привык, изменить свою позицию, тогда встреча становится возможной. Проблема начинается там, где сомнения превращаются в закрытость, когда человек уже не ищет, а защищает только свою правоту. Вот тогда он не готов услышать иное и измениться.
Антипасха напоминает нам: вера рождается не из безошибочности, а из честности и открытости.
Все выпуски программы Актуальная тема:
