Поделиться
Картина Виктора Борисова-Мусатова «Реквием» посвящена художнице и поэтессе Надежде Юрьевне Станюкович, умершей на руках у художника. Мастер писал её мужу: «Смерть Надежды примирила меня со смертью вообще. В мою душу вливается спокойствие».
— Маргарита Константиновна, почему большинство шедевров изобразительного искусства написаны маслом? Хожу по Третьяковской галерее и убеждаюсь в этом.
— Ну, это слишком категоричное утверждение. Масло стало востребовано у художников только в пятнадцатом веке. До этого писали в основном темперой — красками на водной основе, эта техника оставила свой яркий след в искусстве. И с помощью акварели создано немало талантливых произведений. Чтобы не быть голословной, пойдём, я покажу тебе потрясающую акварельную работу. Вот, пожалуйста. Что скажешь?
— Виктор Борисов-Мусатов. «Реквием». Группа женщин в старинных платьях замерли на фоне усадьбы. Каменный замок и сад на заднем плане. Цвета неяркие — такую прозрачность, действительно, может дать только акварель. И вся картина как будто пронизана светом. Но почему у неё столь странное название? Ведь реквием — это католическое заупокойное богослужение. Здесь кроется какой-то аллегорический смысл?
— Картина «Реквием» — одновременно и метафора, показывающая соприкосновение реального и потустороннего миров, и биографическая зарисовка. Работа посвящена художнице и поэтессе Надежде Станюкович. Она умерла совсем молодой на руках у Борисова-Мусатова. На картине Надежда Юрьевна изображена в центре. Видите, в отличие от других, её фигура обесцвечена, и кажется, что она бесплотна.
— Борисов-Мусатов любил её?
— Он относился к ней как к воплощению душевной чистоты. Художник считал, что предназначение женщины — быть носительницей гармонии. Той внутренней красоты, что несёт на себе отпечаток Божественного присутствия. Борисов-Мусатов страдал оттого, что мирская суета как сорняк душит это качество в современницах. А Надежда Станюкович соответствовала высокому идеалу. Она была чуткой ко всему прекрасному, предельно искренней и добросердечной.
— Они поженились?
— Художник был счастливо женат на Елене Владимировне, в девичестве Александровой. И Надежда Юрьевна любила своего мужа, Владимира Станюковича. Борисов-Мусатов просто радовался дарованиям своей модели, как люди радуются цветам, радуге, водопаду. Кстати, супруга художника разделяла его теплое отношение к Надежде Станюкович, и это отразилось в работе «Реквием». Высокая женщина слева, с веером в руках — Елена Борисова-Мусатова. Видишь, она смотрит на главную героиню картины с нежностью и состраданием.
— Вы сказали, что Надежда умерла на руках у художника. Почему так получилось? Где был её муж?
— На фронте. В 1904 году Владимира Станюковича призвали на русско-японскую войну как военного врача. Надежда Юрьевна решила отправиться вместе с ним в качестве сестры милосердия. Супруг отговаривал её. А Виктор Борисов-Мусатов, идеалист и романтик, поддержал благородный порыв, когда Станюковичи обратились к нему за советом. Но на фронте нежная душа Надежды Юрьевны надломилась от вида страданий, порожденных человеческой жестокостью. Она тяжело заболела. Физическая измождённость осложнилась психическим расстройством — депрессией. Надежду Юрьевну переправили в Москву, где она угасла в клинике доктора Усольцева.
— Там её и навещал Борисов-Мусатов?
— Да. Присутствие художника утешало и укрепляло Надежду Юрьевну, помогало ей отряхнуть морок, отуманивающий разум. Глядя на её просветлевший облик, Виктор Борисов-Мусатов вдруг ясно осознал, что смерть — это не конец, не погружение в тление, а исход туда, где нет болезней и горя. Расставание горько, но оно не навсегда. За ним непременно последует встреча. Виктор писал Владимиру Станюковичу: «Смерть Надежды примирила меня со смертью вообще. В мою душу вливается спокойствие». Именно об этом художник хотел рассказать в своей картине «Реквием».
— Когда смотришь на картину «Реквием», слово «спокойствие» обретает особый смысл. Понимаешь его не как безмятежность или расслабленность, а наоборот — как сосредоточенность, стояние перед чем-то великим. Словно здесь, в Третьяковской галерее, вдруг зазвучала музыка Баха, напоминая нам о вечности.
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Костомаровский Спасский женский монастырь (с. Костомарово, Воронежская обл.)
Поделиться
Русская Палестина — так паломники нередко называют Спасский монастырь, расположенный в селе Костомарово, примерно в 170-ти километрах к югу от Воронежа. В холмистой местности на высоком правом берегу реки Дон, и вправду, угадываются черты, схожие с ландшафтом Святой Земли. Здесь есть своя гора Фавор и Голгофа. Эти названия дали местным возвышенностям монахини Спасской обители. Насельницы появились здесь в 1993 году, а несколькими столетиями раньше, по мнению большинства исследователей примерно в 8 веке, неизвестные подвижники вырыли в толще здешних уникальных меловых пород пещерный монастырь.
По одной из наиболее достоверных версий, пещерную обитель на берегу Дона могли основать выходцы из Византии. Многие христиане тогда вынуждены были бежать из Константинополя, спасаясь от преследований иконоборцев — противников почитания икон. Имена создателей Костомаровской Спасской пещерной обители история не сохранила. Зато до нас дошли плоды их труда — обширный и разветвлённый комплекс подземных келий, высеченных внутри меловых скал.
Главная монастырская церковь — соборный храм Спаса Нерукотворного Образа появился здесь уже позднее, в 17-м столетии, когда пещерный монастырь стал скитом расположенного неподалёку Белогорского монастыря. Белоснежной громадой высится храм, высеченный внутри горы с меловыми столбами — останцами или дивами, как чаще всего здесь их называют. Рядом со Спасской соборной церковью находится и второй пещерный храм монастыря — церковь Серафима Саровского. Его начали строить внутри одной из меловых див уже в начале 20 века, в 1903 году. Завершить не успели — грянула революция. После событий октября 1917-го Спасская обитель была официально упразднена. Однако тайная монашеская жизнь здесь ещё какое-то время продолжалась. В те безбожные годы в костомаровских пещерах нашёл приют блаженный старец Пётр Еремеенко. По некоторым сведениям, именно старец Пётр собственноручно выкопал так называемую «пещеру покаяния» — низкий, постепенно сужающийся коридор.
Сразу после Великой Отечественной войны, в 1946 году, когда многие храмы открывались по настоятельным просьбам верующих, в Спасском пещерном храме села Костомарово власти разрешили совершать богослужения. Правда, ненадолго — уже в 1959-м церковь Спаса Нерукотворного Образа вновь закрыли. Пещерная обитель простояла в запустении вплоть до 2003 года. Именно тогда сюда приехали три монахини, которые поселились в строительном вагончике. С этого момента началась новая история Костомаровской Спасской обители. За несколько лет это место преобразилось. Полностью восстановили пещерный комплекс, отреставрировали Спасский храм, достроили пещерную церковь Серафима Саровского, возвели новую наземную церковь в честь иконы Божией Матери «Взыскание погибших». И в нём, и под толщей могучих меловых сводов пещерных храмов, звучит сегодня молитва, наполняя благодатью сердца тысяч паломников.
Все выпуски программы ПроСтранствия
Цареградская икона Божией Матери
Поделиться
Цареградская икона Божией Матери получила своё название по месту происхождения. Она была написана в одиннадцатом веке в столице Византии, Константинополе — на Руси этот город называли также Царьградом. Неизвестный мастер создал образ Царицы Небесной в иконографической традиции Одигитрия, что переводится с греческого языка как Путеводительница. Божия Матерь, удерживая на коленях Младенца Христа, указывает на Него рукой, как на истинный Путь спасения. Есть у Цареградской иконы и отличительные черты. Так, на плечи Пречистой Девы наброшен светлый плат, и Богомладенец держится правой рукой за его концы, завязанные узлом. В левой руке Иисуса — белый голубь, символизирующий присутствие Святого Духа.
Цареградский образ четыре столетия считался одной из главных святынь Византийской столицы. Когда город в 1453 году захватили турки, Константинопольский патриарх Геннадий Второй успел отправить чтимую икону с гонцами в Россию. Спасая святыню от поругания, архипастырь решил подарить её русскому монаху, преподобному Евфросину. Этот подвижник, основавший монастырь на Псковском озере, приезжал в Константинополь несколькими годами ранее.
Евфросин был заранее извещён о подарке. Вместе с братией он вышел навстречу гонцам. Монахи приняли Цареградскую икону Божией Матери в километре от обители, на тракте, соединяющем города Псков и Гдов. В честь Сретения, то есть встречи чудотворного образа, монастырь близ Пскова какое-то время назывался Сретенским. Но в историю он вошёл, как Спасо-Елеазаровский — основатель, преподобный Евфросин, перед кончиной принял схиму, самую строгую степень монашества, с именем Елеазар.
Обитель находилась на западной границе Русского государства и не раз страдала от захватчиков из соседних стран. В шестнадцатом веке в Елеазаровский монастырь ворвался отряд шведов. Интервенты вывезли все церковные ценности, в том числе и Цареградскую икону Божией Матери ради дорогого оклада. Но корабль похитителей попал в шторм и затонул в Псковском озере. С тех пор образ, доставленный в Россию из Константинополя, считается утраченным.
В Спасо-Елеазаровском монастыре несколько столетий пребывал чудотворный список Цареградской иконы. Эту святыню верующим удалось спасти, когда после революции 1917 года безбожники закрыли обитель. Во второй половине двадцатого века образ оказался в храме Николая Чудотворца на острове Залит, расположенном посреди Псковского озера. В 2000 году обитель возродилась, и настоятель Никольской церкви, протоиерей Николай Гурьянов, передал туда старинный список Цареградской иконы. Чтимый образ Божией Матери и сейчас пребывает в Спасо-Елеазаровском монастыре.
Все выпуски программы Небесная Заступница
29 мая. «Цветущие маргаритки»
Поделиться
Фото: Dear Sunflower/Unsplash
Не знаю, как другие, а я очень люблю смотреть на маргаритки, едва ли не самые низкорослые из всех весенних цветов, весёлые лепестки которых, раскинувшиеся по окружности, напоминают собой чайные блюдечки для сказочных лилипутов. Маргаритки учат нас никогда не унывать, но всегда сохранять бодрое, приподнятое над земными печалями и заботами настроение. Как писал Иван Сергеевич Тургенев в эпилоге романа «Отцы и дети», эти цветы на могильном холмике Базарова «свидетельствовали не о равнодушии природы, а о жизни бесконечной».
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
