Поделиться
Фото: Pixabay / Pexels
В Мариинском театре представляли «Рогнеду». Вот уже несколько лет опера композитора Александра Николаевича Серова с успехом шла на сцене главного театра Петербурга. В этот раз, как и всегда, зал был полон. Закончился третий акт. Автор вышел на поклон. Его окружили артисты в костюмах скоморохов, плясунов, ряженых. У одного из них на поводке был дрессированный медвежонок. Зверь встал на задние лапы. И в этот самый момент среди грома аплодисментов раздался детский крик: «Ой, боюсь! Медведь папку съест!». Зал взорвался смехом. В ложе бенуара, испуганно прижав ручки к груди, стоял маленький мальчик. Белокурый, большеглазый. Это был маленький сын композитора — Валентин Серов.
Будущий художник, выдающийся портретист, автор знаменитой картины «Девочка с персиками» родился в ночь на 7 января 1865 года. Счастливые супруги не могли оторвать глаз от крошечного младенца — своего сына. «Появление Вали на свет Божий привело нас в неописуемый восторг», — вспоминала мать художника, Валентина Семёновна. Она, как и её супруг, тоже была музыкантом. Вместе они писали оперы, издавали музыкально-просветительский журнал. И вот теперь их объединило нечто большее, чем безграничная любовь к музыке. Они стали родителями.
И Александр Николаевич, и Валентина Семёновна души не чаяли в маленьком Серовчике — так они называли между собой сына. Закрепилось за малышом и другое ласковое домашнее прозвище — Тоша. Серовы всюду брали сына с собой. В театре, во время репетиций, малыш мирно посапывал за кулисами под звуки оркестра. А когда немного подрос, садился в уголке, брал карандаш, лист бумаги, и рисовал лошадок. Свои художества Тоша с гордостью преподносил маме с папой. И хотя у его лошадок родители нередко насчитывали по несколько лишних ног, они сумели заметить в этих наивных детских рисунках первые искры таланта. Больше всего Тоша любил рисовать вместе с отцом. Александр Николаевич открывал старую зоологическую энциклопедию, и они выбирали, кого сегодня запечатлеть — льва, бегемота, а может быть, гориллу? Для пущей наглядности композитор пытался с помощью мимики изображать животное, которое они выбирали для рисунка. «Сколько смеха было, сколько радости!» — вспоминала Валентина Семёновна Серова.
Тоше было шесть лет, когда Александр Николаевич скоропостижно скончался от болезни сердца. «Сын стал моим единственным утешением в те дни», — писала мать Серова в своих мемуарах. Тогда, чтобы отвлечь мальчика от горя утраты, она впервые купила ему краски. Спустя два десятка лет, уже знаменитым художником, Валентин Александрович Серов напишет портрет отца — таким, каким тот остался в его памяти: за работой, среди нот, с сияющими вдохновением глазами.
Вскоре после смерти Александра Николаевича Тоша с матерью уехали за границу. Несколько лет мать и сын провели в Германии и Франции. Валентина Семёновна вспоминала, что жилось им тогда весело и беззаботно. С подросшим и возмужавшим Тошей у них установились дружеские отношения. К тому времени он уже стал вполне сложившимся художником. Однажды утром Валентин пришёл к матери с мольбертом. Сказал: «Я надумал писать твой портрет». Валентина Семёновна предложению обрадовалась. Молодой человек усадил женщину к окну, и карандаш запорхал в его руках. Вот как описывала в своих мемуарах этот эпизод Валентина Семёновна Серова: «Мы оба молчали, оба прониклись серьезным значением момента. Тоша острым взглядом художника как будто проникал в самую сокровенную глубь души...». Карандашный портрет матери живописца находится в Государственной Третьяковской галерее.
Валентина Семёновна всю жизнь берегла рисунки сына. Благодаря ей сохранились почти все детские и ученические работы Валентина Александровича Серова. Когда художник уже взрослым приезжал навестить мать, они часто рассматривали эти альбомы, вспоминая, как счастливо жили когда-то все вместе: отец, мать и сын. И знаменитый живописец вдруг снова становился маленьким Тошей, а Валентина Семёновна — хлопотливой молодой мамой...
Все выпуски программы Семейные истории с Туттой Ларсен
«Иконописные традиции Троице-Сергиевой Лавры». Архимандрит Лука (Головков)
Поделиться
Гостем программы «Лавра» был декан иконописного факультета Московской духовной академии, доцент кафедры истории и теории церковного искусства МДА архимандрит Лука (Головков).
Разговор шел о зарождении, развитии и особенностях иконописной традиции и школы Троице-Сергиевой Лавры. Какие известные иконописцы трудились в стенах Лавры в разные века, как передавалась эта традиция, как в Московской Духовной академии сегодня преподают основы иконописи и как, сохраняя традиции, развивать иконописное искусство.
Ведущие: Кира Лаврентьева, архимандрит Симеон Томачинский
Все выпуски программы Лавра. Духовное сердце России
«Святость». Священник Артемий Юдахин, Андрей Дударев, Нина Юркова
ПоделитьсяВ этом выпуске программы «Клуб частных мнений» клирик храма святителя Николая Мирликийского в Щукине священник Артемий Юдахин, теолог, автор книг Андрей Дударев, педагог Нина Юркова размышляли о том, что такое святость, у всех ли одинаковый потенциал раскрыть её в себе, а также насколько возможно и стоит к ней стремиться, или же святые — скорее те люди, которых избрал Господь и у них особый подвиг, не каждому доступный.
Ведущая: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Клуб частных мнений
Искусство создания шпалер
Поделиться
Фото: Baraa Obied / Pexels
В крупных российских и европейских музеях на стенах в экспозиции посетители могут увидеть большие гладкие ковры, похожие на картины, с изображением евангельских, исторических, пейзажных и других сюжетов. Такие изделия называют шпалерами (или гобеленами). Их создавали из шерстяных и шелковых нитей для украшения и утепления стен в специальной безворсовой технике путём переплетения продольных и поперечных нитей.
Искусство изготовления таких ковров появилось ещё до Рождества Христова и было известно древним грекам, римлянам и египтянам. После распространения христианства в Европе шпалеры стали использовать в храмовых пространствах для украшения стен: на них изображали сюжеты из жизни Христа, Пречистой Девы и святых. Вскоре подобные ковры с религиозными и светскими сюжетами стали проникать во дворцы и зажиточные дома для декорирования интерьеров. Настоящей популярности и расцвета шпалерное искусство достигло в Средневековье. Тогда одним из основных центров создания безворсовых ковров стала Фландрия — регион, находящийся сейчас на территории современных Нидерландов, Франции и Бельгии.
В мастерских над созданием ковров трудилась целая команда специалистов. Художники рисовали эскиз будущей шпалеры, который назывался картоном. Красильщики окрашивали нити в необходимые цвета, а ткачи по картону воссоздавали необходимый рисунок. Каждый мастер ткал ту часть шпалеры, на которой специализировался: одни ткачи трудились над созданием лиц, другие — фигур, третьи занимались пейзажами или бордюрами — так называли узоры, которые по краям обрамляли шпалеру наподобие рамы. Часто ковры ткались по эскизам с картин известных художников.
В начале XVI века во Фландрии по заказу папы Льва X были изготовлены знаменитые шпалеры для украшения Сикстинской капеллы в Ватикане. Картоны с изображением сюжетов из Деяний Апостолов для них создал художник Рафаэль и его ученики.
В XVII веке одним из центров шпалерного искусства стала парижская Королевская мануфактура, расположенная в поместье семьи Гобелен — известных красильщиков и ткачей. Ковры, которые там создавали, быстро прославились своим качеством, и название «гобелен» закрепилось за всеми подобными изделиями.
В 1717 году русский император Пётр I заказал французской мануфактуре серию гобеленов, посвящённых событиям Северной войны, по итогам которой Россия получила выход к Балтийскому морю. В том же году Пётр основал шпалерную мануфактуру в Санкт-Петербурге, где французские ткачи обучили своему искусству русских мастеров. С тех пор в России стали создавать безворсовые ковры с изображением евангельских сюжетов и событий отечественной истории, портретов царственных особ и аристократов. В течение ста сорока лет изделия Петербургской мануфактуры украшали дворцы и отправлялись за границу в качестве дипломатических подарков. Однако в 1850-м году русская мастерская была закрыта из-за упадка спроса на шпалерное искусство.
Сейчас о существовании мануфактуры напоминает Шпалерная улица в Петербурге, где раньше располагались мастерские с ткацкими станками. Увидеть отечественные и иностранные шпалеры из собрания русских императоров можно в петербургском Русском музее, Эрмитаже и Пушкинском музее в Москве.
Все выпуски программы Открываем историю
