Поделиться
В детстве, лет в шесть, я первый раз задалась вечным вопросом: что происходит после смерти? О смерти мне прочитала бабушка в книге Сетона-Томпсона, там в конце часто умирали мои любимые животные. Каждого я оплакивала отдельно. И вдруг задумалась: до моей маленькой беспечной головки дошел главный смысл этих рассказов: а смерть-то есть! Значит... значит это то, что может случится со всеми? И с мамой? И со мной? А что будет потом?
Соседка баба Валя на мой вопрос сказала, что нас выключат, как телевизор. Моя Бабушка была на уроках, преподавала литературу. Я еле дождалась ее, чтобы спросить насчет телевизора.
«Ба, так что, смерть — она есть? Умирают не только зверушки?»... Бабушка не была готова к вопросу. Как-то очень размыто отвечала, что Сетон-Томпсон — он же писатель, он же все придумывает...
Я поняла, что надо дождаться маму. Мама была начальником в редакции и приходила домой очень поздно, но я изо всех сил держала глаза открытыми, возилась в постели, чтобы ураганом вылететь из комнаты при звуках любимого голоса и напасть на маму: «Ну так что, есть смерть или нет? Или ее Сетон-Томпсон придумал?». Мама была очень уставшая, как всегда. Она начала отвлекать меня всякими ненужными разговорами о том, что завтра рано вставать. Из ее отговорок выходило, что вроде бы нет. Я успокоилась и заснула.
Но наутро решила спросить у деда. Дед всегда говорил мне правду. «Есть, — неожиданно грустно сказал дед. — и да, нас выключат, как телевизор. Но это будет очень, очень нескоро»...
Деду можно было верить, и я впала в состояние мутной тоски. А через четыре года он доказал свою правоту: взял и ушел от нас, утром, не дождавшись яичницы. «Выключили деда!» — с ужасом думала я, трогая его белые, белые кисти рук.
Но тут набежали взрослые, бабушка, мама, папа, куча людей, и меня отправили в гости к моей подруге. Меня не взяли на похороны, и дед стал приходить в мои сны: но не такой как был, а сам не свой, мертвый, выключенный. От таких снов я просыпалась в холодной тоске, что-то тут было не так, это был точно не дед.
Однажды я вышла на улицу, летом, на даче. И забралась в наш старый гамак. Надо мной плыли облака, сияющие на синем. И вдруг меня осенило, это прямо озарение какое-то было. Вон где дед! Настоящий, реальный дед!! За облаками! Эта уверенность пришла как знание, она осияла меня своим светом! Вон он, настоящий мой дед, а не тот, из детских снов: вон же, смотрит на меня из-за тучек! Из ласковых тучек. Хорошо деду, ничего его не выключили...
В семнадцать я поступала в университет и жутко волновалась. Так много для меня значило это, как будто вся жизнь моя зависела от этих экзаменов. Я даже стала плохо спать по ночам, и мама дала мне какого-то снотворного, но вместо сна оно принесло мне головную боль. Я помню один летний день на излете, когда вышла во двор, села на качели, запрокинула голову вверх и увидела их... облака. Они розовеющими мазками были нанесены на небо. Из этого сине-розовеющего неба на меня пролился покой.
Облака так же будут плыть по этой глубокой синеве, сдам я экзамены или нет. Какая вечность открылась мне в этом знании, какой покой. Я первый раз заснула легко. Мои тучки меня спасли.
Третий раз я услышала про целительную силу неба от дочери подруги, страдающей тревожным расстройством. Конечно, это непростое заболевание, его надо лечить с разных сторон. Но она сказала удивительную вещь: когда чувствуешь приступ острой тревоги — надо выйти из помещения и посмотреть на небо. Должно немного отпустить.
С тех пор я очень люблю смотреть на облака. Невероятная, сладкая уверенность на меня изливается оттуда: вон же, за ними, мои все: мои любимые папа, мамочка, дед, ба, муж мой любимый... живые в сияющих, вечных моих облаках.
Стараюсь чаще поднимать лицо к небу ...
Автор: Анна Леонтьева
Все выпуски программы Частное мнение
26 августа. «Ущелье — память о леднике»
Поделиться
Фото: Sherise Van Dyk/Unsplash
Кто знает, сколько лет должно было двигаться леднику, чтобы оставить о себе «вечную память» — глубокое ущелье в горах. А может быть, здесь впоследствии протекал бурный поток, сточивший острые выступы скал и превративший их в округлое холодное ложе? Нужно ведать, что благодать Господня врачует все страсти человеческой души, обратившейся к благочестию, однако шрам, увы, остаётся — он похож на ущелье в горах, которое может внезапно наполниться грозной и разрушительной стихией при наводнении; почему и нам, грешным, должно всегда хранить трезвение и пребывать в покаянной молитве пред лицом Господа.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
26 августа. О мироточении икон
Поделиться
О мироточении икон — председатель Совета по культуре Санкт-Петербургской епархии священник Илья Макаров.
Мироточивые иконы. Кажется, что люди к этому стремятся, хотят это увидеть. Если где-то замироточила икона, туда бегут, на это смотрят, это миро собирают. Ваточки такие, нюхают его, оно действительно пахнет потрясающе. У меня был опыт свидетельства мироточения, когда Монреальская икона была принесена в Россию. Там действительно вот эти ваточки под иконой лежали, потом их раздавали всем. Она очень долго у меня хранилась, запах долго сохраняла.
Есть миро, которое сварено естественно, в земле, в церкви, а есть миро, как небесный такой подарок. Это вот масло, которое выражает некое божественное благоволение, и через это масло ты получаешь или утешение, или исцеление.
Поэтому мироточение иконы — это Божественный знак: или предупреждение, или утешение, некая милость. Поэтому когда случается мироточение икон, тогда мы сосредотачиваемся. Мы пытаемся понять, что нам Бог этим хочет сказать. То есть не просто радуемся чуду, а мы ещё и думаем: а к чему нам это чудо? Что Бог от нас хочет?
Но это и радость, вдыхание вот этого Божественного дара, Божественного благословения, потому что это нерукотворное чудо, которое есть, которое невозможно игнорировать, и которое всё-таки нашу жизнь немножечко меняет.
Все выпуски программы Актуальная тема:
26 августа. О духовном наследии преподобного Максима Исповедника
Поделиться
Сегодня 26 августа — Преставление в 662 году и перенесение мощей преподобного Максима Исповедника.
О духовном наследии этого святого — клирик храма святителя Николая Чудотворца в городе Димитровграде Ульяновской области иеромонах Филипп (Калинин).
Максим Исповедник. Его мощи почивают в Грузии. Жил он в середине VII века. Его считает Церковь одним из самых систематичных отцов Церкви. Не в смысле изложения, а в смысле умозрения. Умозрения и целостности взглядов на Бога, вселенную, творение человека, на промысл, суд и так далее.
Большинство его произведений, вообще говоря, почти недоступно для понимания современного человека, к сожалению. Но есть некоторые исключения. Это, во-первых, слово о подлиннике жизни.
Старец Иоанн Маслов сказал, что «читайте древних отцов, они более духоносные». И когда получилось прочесть это слово о подлиннике жизни, то на трёх страницах я увидел всё полное изложение «Что такое христианство?». Вот тогда для меня это было открытие. Он говорит об обожении человека духом. Показывает это. Нужно к этому стремиться.
Все выпуски программы Актуальная тема:
