«Смыслы Рождественского поста». Прот. Андрей Рахновский - Радио ВЕРА
Москва - 100,9 FM

«Смыслы Рождественского поста». Прот. Андрей Рахновский

* Поделиться

Наш гость — настоятель храма Ризоположения в Леонове, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии протоиерей Андрей Рахновский.

Разговор шел о значении многодневного Рождественского поста для современных христиан, и как наполнить это время осмысленным содержанием. Отец Андрей поделился, как, с одной стороны, разделить с близкими и друзьями радость от встречи Нового года и последующих праздников, а с другой — чтобы это постное время прошло с духовной пользой.

Ведущий: Константин Мацан


К. Мацан

— «Светлый вечер» на радио «Вера». Здравствуйте, уважаемые друзья. В студии моя коллега Марина Борисова —

М. Борисова

— И Константин Мацан.

К. Мацан

— Добрый вечер. В гостях у нас сегодня протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, старший преподаватель Московской духовной академии. Добрый вечер.
Прот. Андрей Рахновский

— Добрый вечер, здравствуйте.

М. Борисова

— Отец Андрей, поскольку мы плавно въехали в русло Рождественского поста, то и поговорить хотелось на животрепещущую постную тему, а именно о смысле многодневных постов для православного христианина в 20-е годы XXI века. Дело в том, что когда начинают верующие разговаривать за чашкой кофе, очень у многих как-то повисает некое недоумение, то есть есть один пост, где драматургия так чётко выстроена, что там человеку понятно, куда его эта дорога ведёт — это Великий пост. Что же касается других многодневных постов, то тут для многих смысл... то есть есть понимание, что да, многодневный пост как бы готовит нас к какому-то большому празднику, но это чисто умозрительное понимание, поскольку эмоционально это не ничем не наполняет эти дни. То есть мы, как правило, проводим длительные посты по традиции, что ли, как дисциплинарные. Когда мы входим в Рождественский пост, мы открываем интернет и смотрим историю праздника, и видим, что когда-то всё начиналось с пятидневного поста, потом пост стал семидневным, потом он стал 21-дневным. И только в средневековье, когда все ждали конца света, все с перепугу стали поститься сорок дней, как в Великий пост. И когда мы начинаем поститься, мы думаем: хорошо, а для нас в чём смысл? А, может быть, смысл в тех самых первых пяти днях, которые были когда-то перед самым праздником? А как нам относиться к этим многодневным постам так, чтобы они у нас не проходили просто как для галочки, что ли?

Прот. Андрей Рахновский

— Мне кажется, что это дело такого будущего литургического обновления. Если мы хотим действительно осмысленно проходить пост перед Рождеством, то, я думаю, должны появиться какие-то литургические традиции, которые, как вы сказали, создавали бы драматургию этого поста. Это, действительно, очень важно, ведь почему Великий пост проходит достаточно легко — потому что ты как бы движешься от смысла к смыслу, от одного воскресенья к другому. И тебе предлагают разные темы, разные переживания. И вот с духовно-педагогической точки зрения, действительно, Великий пост, хотя и он-то не изначально был такой, он сформировался, на мой взгляд, очень удачно. И хотя, например, та же, допустим, неделя святителя Григория Паламы добавляется в уже позднее время, поскольку, по-моему, в Минеях XVI века там просто служба гласа, то есть там не предполагается память Григория Паламы, но это в русских, по крайней мере, богослужебных книгах, а потом она появляется. То есть мы видим, что Церковь как бы развивает эту идею Великого поста и, скажем прямо, делает его интересным. Конечно, что-то подобное должно обязательно произойти с рождественским постом. То есть я в этом смысле, вот в данном случае, за некую такую литургическую реформу. Но какие тем не менее сейчас могут быть опорные точки для уже этого события? Во-первых, мне кажется, нужно сделать больше акцент на празднование двух воскресных дней перед Рождеством Христовым. Поскольку в эти два воскресные дня, то есть за неделю и за две недели, мы вспоминаем память праведников Ветхого Завета — то, что у нас фигурирует как праотцы, память отцов и память праотцов. То есть это уже повод перед Рождеством Христовым, когда будет читаться родословие Иисуса Христа, вспомнить историю Ветхого Завета, то есть как многие поколения людей жили в ожидании вот этого рождения в мир Спасителя. То есть это является такими базовыми моментами, на основании которых можно уже что-то делать, какое-то, скажем так, творчество церковное осуществлять. И где-то за месяц, даже за два до праздника Рождества Христова у нас, по-моему, вспоминается, какое-то рекордное количество ветхозаветных пророков.

М. Борисова

— Да, и пророк Наум, и пророк Аввакум, и Даниил, и Аггей...

Прот. Андрей Рахновский

— Да, совершенно верно. То есть это тоже, скажем так, те опорные точки, от которых можно отталкиваться и на самом деле уже сейчас сделать Рождественский пост более осмысленным. Например, можно предложить готовые рецепты. Почему бы, например, Малую четыредесятницу — это ещё одно из названий Рождественского поста — не сделать постом, когда мы все вместе вспоминаем и разбираем, изучаем так называемых 12 малых пророков, память которых приходится как раз на этот период.

К. Мацан

— Это в вас преподаватель кафедры библеистики сейчас заговорил, да?
Прот. Андрей Рахновский

— Совершенно верно, да. Поскольку их очень мало читают, они многим кажутся непонятными, хотя... тут ещё одну можно, в хорошем смысле, рекламу: у нас есть сайт кафедры библеистики Московской духовной академии, и на этом сайте есть электронная библиотека. И из этой электронной библиотеки можно скачать книги, комментарии святых отцов, а также дореволюционных библеистов по всем малым пророком. Поэтому вот, пожалуйста, уже как бы есть некое содержание.

К. Мацан

— Классно. Надеюсь, что теперь наши слушатели обрушит ваш сайт и всё скачают.

Прот. Андрей Рахновский

— Обрушайте, да.

М. Борисова

— Помимо того, что очень много отсылок к Ветхому завету, там, мне кажется, есть один смысловой нюанс, который не всегда заметен. Вот праздники Рождественского поста, именно рождественского цикла, как Введение во храм Пресвятой Богородицы, Зачатия Пресвятой Богородицы, помимо того, что, конечно, это часть Священной истории, но они очень семейные. Это такая семейная сага получается. Во-первых, потому что само событие праздника нам известно из апокрифов, то есть это некий рассказ, причём рассказ о семейной истории, такая семейная сага, такой сериал семейный. Потому что все персонажи оказываются в каком-то родстве, даже Захария, который, собственно, встречает девочку, которой суждено стать Пресвятой Богородицей, он — будущий отец Иоанна Предтечи. То есть все в какой-то степени родства. И это всё придаёт такой привкус той самой семейственности Рождества, с которым оно всегда у нас ассоциируется, независимо от нашего духовного просветления или отсутствие оного. То есть всё равно Рождество всегда воспринимается как семейная история. И, собственно, сами праздники рождественского цикла тоже воспринимаются как семейная история. Или я не права?
Прот. Андрей Рахновский

— Вот интересно. Вы сейчас падали такую идею, я на самом деле раньше в этом ключе не размышлял. Спасибо вам. А почему бы, действительно, Рождественский пост не сделать каким-то постом семейным? Я сейчас не имею в виду, что сделать таким бюрократическо- административным, как это у нас иногда любят с какими-то праздниками делать. Но сделать именно семейным постом, то есть продумать его какое-то содержание с той точки зрения, как бы христианская семья для своей духовной и прочей пользы могла его провести. И, как образ этого, вот эти несколько семей — семья Иосифа Обручника, семья Иоанна Крестителя, его отец Захария, это семья Богородицы, то есть фактически три семьи у нас, три супружеские пары — ну, условно, по крайней мере в отношении одной, но тем не менее. И, кстати, обратите внимание, что, хотя и появляются какие-то такие новомодные у нас течения отпраздновать рождество Николая Чудотворца, скажем так, кто-то пытался даже как-то отпраздновать рождество блаженной Матроны, хотя у нас на самом деле есть только три личности, Рождество которых мы вспоминаем — это Рождество Христа, Рождество Богородицы и Рождество Иоанна Крестителя. То есть церковная традиция их выделила особым образом как тех, кто непосредственно участвовал в деле воплощения. И вот только именно их удостоила такой чести праздновать Рождество. То есть недостаточно быть великим святым для того, чтобы твой день рождения праздновался, а это должно всё иметь отношение к истории спасения. И поэтому вот, пожалуйста, три семьи. При том, что, что самое интересное, ведь мы празднуем не только Рождество Иисуса Христа, Иоанна Крестителя и Божьей Матери, а мы празднуем и зачатие. Но зачатие Христа, понятно, это праздник Благовещения. Но зачатие Богородицы и зачатия Иоанна Крестителя — это тоже... то есть можно было бы что-то такое придумать. Может быть, это естественно сложится, хотя не думаю. То есть тут нужен какой-то такой творческий ум, который захотел бы как-то эти идеи развить в богослужении. Может быть, нужно создать какие-то новые богослужебные тексты или отдельные молитвы.

К. Мацан

— Как раз хотел спросить: а что это значит на практике? Вот когда вы говорите, почему бы нам не наполнить Рождественский пост такими смыслами. То есть кто-то должен сесть, написать тексты, потом подать их в богослужебную комиссию, чтобы их рассмотрели. То есть это какая- то такая целая церковная работа должна произойти.

Прот. Андрей Рахновский

— Да. Конечно, может быть, сейчас кто-то скажет, что вот сидят они, фантазируют. Но просто что-то надо делать, потому что человеку хочется жить осмысленно и проживать осмысленно. И закрывать глаза на то, что кому-то скучно поститься и говорить, что, мол, это какие-то такие люди, которые на самом деле не понимают смысла поста, поэтому им скучно поститься — можно и так отговориться, такую отговорку придумать. Но здесь речь идёт не о том, чтобы развлекать человека в пост, а чтобы сделать это время для него полезным. Как это, естественно не сразу, а со временем произошло с периодом Великого поста.

М. Борисова

— Великому посту, я думаю, просто очень повезло, потому что там, с этой многонедельной подготовкой, когда постепенно-постепенно на богослужениях начинают звучать какие-то песнопения, какие-то молитвы, это всё настолько отстроено, и воспринимается это просто как единый такой драматургический цикл, что ли. Но вот есть с Рождественским постом не очень понятная многим, ну, по крайней мере моим знакомым, такая, не знаю, как лучше сформулировать... есть Западная практика Адвента. Там как раз продуман какой-то алгоритм, который объясняет, как идёт приближение к Рождеству. Почему восточная православная традиция отвергает, не хочет как-то адаптировать вот эту практику себе?

Прот. Андрей Рахновский

— Ну, не знаю, наверное, по какому-то недоразумению. Уже мы столько всего заимствовали у католиков. Вот у нас как-то обычно, скажем так, ссылаясь на то, что мы должны хранить чистоту православия, говорят, что мы не должны некие чужие обычаи принимать, хотя у нас в православном богослужении, в православной традиции столько традиций, которые заимствованы из других сообществ, с которыми Церковь Православная не имела общение какое-то время, например общее пение Символа веры, чин освящения воды в праздник Крещения. Напомню, что он пришел к нам от монофизитов. Допустим, весенний праздник Николая Чудотворца, цвета богослужебных облачений. Ну, это огромное количество, если подготовиться к этому, можно выкатить огромный список, где мы действительно, ничтоже сумняшеся, просто берём традиции неправославные. И ничего такого в этом такого нет, потому что всего лишь это традиции, которые можно наполнить в общем-то любым смыслом и содержанием. И поэтому в этом смысле такую осмысленную практику движения к Рождеству через Рождественский пост можно в том числе как бы за идею взять — то, что мы видим у католиков. Хотя фактически мы сейчас здесь, в студии, уже сформировали некие свои какие-то концепции, по-моему очень неплохие.

К. Мацан

— Протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, старший преподаватель Московской духовной академии, сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер».

М. Борисова

— Как всегда, с Рождественским постом связан традиционный вопрос, его задают каждый год, каждый год многие священники и в интернете, и в эфире радио, и в телепрограммах объясняют, и каждый год этот вопрос повторяется, повторяется, повторяется. Это «что нам делать с Новым годом?», который у нас, как вставная челюсть, оказался посредине самого сосредоточенного периода Рождественского поста. Поскольку Рождество у нас после Нового года происходит. Как сочетать то, что последние дни Рождественского поста, так же, как и Великого поста, самые, казалось бы, должны быть насыщенные и смыслом и сосредоточенностью, а с другой стороны, вот этот разудалый Новый год совершенно вышибает человека из сосредоточенного состояния. И сколько ни старается человек... я знаю, многие сейчас в новогоднюю ночь — в храмах идёт служба, и многие ходят на эту ночную службу. Но это ничего не меняет, потому что все вокруг всё равно сидят за столом, потом гуляют, запускают петарды. И человек оказывается в ситуации, когда он либо должен из себя буку изображать среди своих родных, близких и друзей, либо как-то сочетать несочетаемое.

Прот. Андрей Рахновский

— Ну да. Я сам на протяжении уже нескольких лет ежегодно служу ночную Литургию на Новый год. Вы знаете, это удивительный такой опыт, потому что достаточно, скажем так, просто посмотреть перевод с английского песни знаменитой группы «ABBA», где, несмотря на очень красивую мелодию, тем не менее просто человек выражает своё полное разочарование в том, что какая-то сказка, которую обещали, она как бы оказалась пустышкой просто... ничего как бы, нет больше шампанского, и вообще всё плохо. То есть какое-то просто уныние. Я очень удивился, потому что по музыке так не скажешь. А когда стал изучать текст этой песни, то оказалось, что там как-то всё достаточно мрачно звучит. Я прекрасно помню свои ощущения ещё ребёнком, когда действительно что-то такое ты ждёшь, Новый год, наряжается ёлка. А потом просыпаешься на следующей день и понимаешь, что вообще ровным счётом ничего не произошло, то есть какая-то пустота. И вот, на контрасте с этим, служение Литургии или участие в Литургии, Причастие в новогоднюю ночь даёт какое то наполнение, ты понимаешь, что ты не один. Это абсолютно условный день. С чего взяли, что 1 января — это та точка?.. просто решили, что вот с этого момента будем считать новый год, то есть это абсолютно условная вещь, и вот она начинает наполняться каким-то содержанием. Но понятно, что ваш вопрос имеет ввиду, когда в семье кто-то отмечает, кто-то верующий, кто-то неверующий, церковный или нецерковный. Понятно, что это может создавать некоторую проблему. Я считаю, что тут несколько вариантов. Конечно, самый, наверное, вариант был бы, на мой взгляд, правильный... то есть вы знаете, что у нас из 15 Поместных Православных Церквей 11 живут по новому стилю, то есть две трети, большинство Православных Церквей. Поэтому, конечно, когда журналисты говорят про католическое Рождество 25 декабря, каждый раз меня это приводит в раздражение, потому что нельзя быть уже такими безграмотными, уже 21-й год, уже всё, хватит эту ерунду говорить. Большинство православных празднуют Рождество 25 декабря. Поэтому либо нам пойти за остальными Православными Церквями, соответственно просто перейти на новый стиль, я имею ввиду не пасхальный, а именно исключительно вот такой. И эта проблема решается достаточно просто.

К. Мацан

— То есть перейти на новоюлианский календарь, когда все праздники, которые связаны с Пасхой, отчитываются по юлианскому календарю, как сейчас у нас всегда, а остальные праздники, которые не связаны с Пасхой, празднуются по... так же, как католики.

Прот. Андрей Рахновский

— Да, совершенно верно. И, в общем-то, ничего такого в этом нет абсолютно, календарь — это не догмат. Или, если мы понимаем прекрасно, что, скажем так, тут у нас сейчас с ковидом непонятно чего творится, нецерковные темы порождают церковные разделения. Как бы нам старостильный раскол не получить таким образом. Поэтому, наверное, тогда нужно двигаться в другом направлении. Просто скажем, Русская Православная Церковь должна проводить такую идею, что Новый год — это семейный праздник. Это, во-первых, повод поблагодарить Бога за прошедший год, попросить благословение на будущий год. Поэтому желательно участие в новогоднем молебне или какая-то возможна домашняя молитва. И, например, говорить, что настоящий православный христианин празднует Новый год дома, он не идёт ни в какие там... ну, или Доме отдыха, например, со своими близкими, но никакой там не ночной клуб, не концерт там или что-либо подобное. Эта вещь абсолютно, скажем так, антихристианская. То есть предание этому празднику такого церковного и семейного смысла. Извините, я много говорю, вот последнее просто удивление.

К. Мацан

— Мы для этого вас и позвали сюда.

Прот. Андрей Рахновский

— Да, но всё-таки это как диалог, а тут получается, что я немножечко разговариваю, разговариваю. Меня очень удивило, когда, например, я в 90-е годы поступил в духовную семинарию. И, конечно, я поступал юношей-неофитом. И, конечно, до этого я в общался в определённой среде и у меня много друзей было неофитов, где было крайне отрицательное отношение к празднованию нового года. И вот каково было моё удивление, когда я поступил в духовную семинарию и узнал, что, оказывается, семьи священников, вообще церковные семьи, которые были церковными весь советский период, они, оказывается, Новый год, постным образом, но отмечали. Отмечали, как бы собирались, устраивали постный стол. Поэтому, когда я в семинарию поступил, и был первый Новый год уже в стенах духовной школы, я очень удивился, что нам вечером на ужин дали красную рыбу, то есть послабление поста, и в гранённые стаканы налили шампанское.

К. Мацан

— Красиво.

Прот. Андрей Рахновский

— Да, и мы съели эту рыбу, запили шампанским, был новогодний молебен. Владыка ректор нас всех поздравил с Новым годом. А вы понимаете, что Новый год это, скажем так, время празднований, а в семинарии очень жёсткий распорядок. И вот даже в какие-то годы у нас было, что в эту ночь никто не проверял присутствие человека в семинарском общежитии. И вот это очень интересно: каждый, получив свободу, распоряжался ей по-разному. Это было очень так...

К. Мацан

— Показательно.

Прот. Андрей Рахновский

— Да, вот дать человеку свободу и что он будет делать? Большинство, конечно, просто ложилось и засыпало, кто-то другие способы искал празднования Нового года. Вот так, наверное, как-то, то есть на самом деле к этому должно быть спокойное отношение. Я думаю, если твоя семья празднует это дома, то надо остаться с ней. Конечно, не нажираться, не напиваться, но быть со своими родными.

М. Борисова

— Но, поскольку Рождественский пост ещё весь, как новогодняя гирлянда, пронизан всевозможными праздниками, была когда-то в абсолютно безбожной Советской России, в Советском Союзе, была такая традиция в детских садах, в школах: дети готовились к этому Новому году тем, что они, во-первых, делали ёлочные украшения и гирлянды сами. Потом, они старались готовить какие-то подарки своим родителям: рисовать, предположим, какие-то открытки или какие-то аппликации делать. Может быть, это всё достаточно смешно выглядит, в смысле результата этого труда, но мне кажется, что когда ушла эта практика, когда люди сначала стали просто покупать подарки и украшения, а потом постепенно пришли к тому, что стали дарить друг другу просто деньги, ушло что-то очень важное, мне кажется, смысловое. И, может быть, хотя бы в церковной среде, есть смысл как-то попробовать это возродить?

Прот. Андрей Рахновский

— Да. Извините, я ещё вспомню, что ещё мы в школе гуащью разрисовывали окна. А потом, уже после каникул, мы приходили, отмывали. Тоже было очень интересно. У нас конечно, правда мы это дело не на Новый год, а на Рождество, но шестого числа, в сочельник, мы объявление делаем среди прихожан, и наше прихожане собираются у нас в помещении каком-нибудь и делают подарки для хосписа. Там, правда, заранее заготовленные уже все как бы необходимые ингредиенты. Там собирается какой-то подарок из разных частей, даже и какие-то поделки делаются стандартные. То есть это можно сделать и для близких, для семьи. В рамках прихода это делается достаточно просто, то есть настоятель договаривается с директором воскресной школы. А тот, соответственно, организует на предновогодних занятиях, что дети просто готовят подарки для родителей и ещё для кого-то. То есть это в рамках прихода достаточно просто сделать. Люди взрослые могут, в общем-то, приготовить, для других взрослых — для тех, о ком я сейчас сказал. Вот, понимаете, мы сейчас сидим, рассуждаем, а у нас целая программа, которую можно — я имею в виду программу действий, которую можно записать: вот как праздновать по-христиански, проводить пост и праздновать Новый год. Вот можно уже законспектировать, а потом ещё посидеть. (Смеётся.)
К. Мацан

— Вернёмся к этому разговору после небольшой паузы. Напомню, что сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер» протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове и старший преподаватель Московской духовной академии. У микрофона моя коллега Марина Борисова, я — Константин Мацан. Не переключайтесь.

К. Мацан

— «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается. Ещё раз здравствуйте, уважаемые друзья. В студии моя коллега Марина Борисова, я — Константин Мацан. В гостях у нас сегодня протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, старший преподаватель Московской духовной академии. Мы продолжаем наш разговор.

М. Борисова

— Была ещё, собственно кое-где сохранилась, традиция к Рождеству ставить какие-то детские спектакли, домашнее или в воскресных школах. На каком материале, кроме такого обычного вертепного действа?.. то есть это такая архаика, я не думаю, что современным детям так уж это всё интересно. Но есть какой-то, не знаю, творческий порыв для создания какой-то драматургии для такого рождественского детского театра?

Прот. Андрей Рахновский

— Есть огромное количество здесь вариантов. Например, у нас в воскресной школе преподаватель нашего театрального кружка... у нас были разные опыты, мы ставили и абсолютно такие рождественские современные христианские, православные постановки, то есть то, что часто делают в воскресных школах. В последнее время мы перешли на разного рода классические произведения, вплоть до Шекспира. Правда, на последнее Рождество я не помню, что мы ставили. На Пасху почему-то они поставили «Евгения Онегина». Это очень здорово смотрится. Но есть целый пласт, что мне кажется, будет очень интересно и педагогам, и детям, средневековых христианских мистерий, в том числе рождественских. Это очень интересные тексты. Наверное, вы помните ещё советский фильм «Собака на сене».

К. Мацан

— По пьесе Лопе де Вега

Прот. Андрей Рахновский

— Да. Лопе де Вега как раз известен был прежде всего не этими произведениями, а именно мистериями. Я не помню, рождественские или пасхального цикла у него есть мистерии. То есть это именно сценарии постановок театральных на тему христианских праздников. То есть тут тебе и театр, и литература, и история, и вообще соприкосновение вот с такой широкой культурой христианской человечества. Если это правильно, скажем так, преподать, адаптировать, то это может быть очень интересно. У нас был такой интересный опыт, нам дали схемы, как это сделать, дали сценарии — у нас родители сделали такой рождественский вертеп. Это такой огромный ящик фанерный, который разрисован. И ученики воскресной школы там совершали рождественское вертепное действо.

М. Борисова

— Это кукольный театр.

Прот. Андрей Рахновский

— Да, кукольный театр. Это очень интересно — это кто-то поёт, кто-то озвучивает, кто-то этими куклами управляет. Там очень здорово голова у Ирода слетает с плеч, в общем, даже иногда моментами страшно становится. Особенно когда Ирода в ад чёрт утягивает — это очень, очень запоминается.

К. Мацан

— На этом месте дети аплодируют.

Прот. Андрей Рахновский

— Да. (Смеётся.)
М. Борисова

— Но это на текстах средневековых или уже современных?
Прот. Андрей Рахновский

— Ну, как средневековые? Я думаю, что тексты, может быть, XIX века. Но тем не менее они стилизованы под что-то такое древнее.

М. Борисова

— Тут возникает вопрос: насколько современным детям это всё интересно и насколько они в этой языковой культуре каким-то образом себя находят? Потому что сплошь и рядом родители жалуются, что даже тексты ХХ века для современных детей звучат архаично и приходится долго им объяснять кучу реалий, которые просто исчезли из жизни.

Прот. Андрей Рахновский

— Это как преподать. На самом деле любой язык: церковнославянский, древнерусский — может стать при правильной подаче для ребёнка очень интересным путешествием. Дети всегда с огромным интересом слушают, когда им объясняют смыслы слов, любых иностранных слов, в том числе и церковнославянских. В общем, если преподаватель умеет об этом интересно и захватывающе рассказывать, все сидят с открытым ртом, это всем очень интересно. У нас же кто-то увлекался эльфийскими языками, клингонским языком, ещё каким-нибудь, который у нас фигурирует в фантастике, в фэнтези и так далее. Поэтому это как преподнести.

М. Борисова

— Творчество это инициируется священником, родителями или же дети сами что-то придумывают?
Прот. Андрей Рахновский

— Нет, ну тут понятно, что должен быть какой-то — я обычно таких людей называю «моторчик». То есть это какой-то человек понимающий, горящий, адекватный и знающий, как это донести. Неважно, кто это — может быть священник, но священник не может всё на себе вытянуть. Тогда действительно бывает очень и очень интересно.

К. Мацан

— Мы сегодня говорим о Рождественском посте, о пути, который ведет к Рождеству по юлианскому календарю через такую проблемную точку, как Новый год, который мы обсудили. Вот если мы говорим не только о сообществе церковных людей, вообще шире о людях, живущих в современном мире, в современной культуре у нас в стране, то не секрет, что для человека нецерковного, в этом смысле, скорее в фокусе внимания оказывается Рождество как раз 25 декабря. И вот даже я где-то видел такие исследования, мне даже знакомые рассказывали, которые какие-то пытались устраивать мероприятия со светскими какими-то издательствами или компаниями, связанные с Рождеством, с той стороны был ответ, что давайте мы к 25 декабря всё приурочим. На что отвечали люди, что у нас же 7 января Рождество. А им говорили, что это уже новогодние праздники и уже никто никуда не придёт. То есть после Нового года, в принципе, все уже забыли про праздники. И получается, повторю этот тезис, что для такого более-менее усредненного современного сознания точка, в которой происходит Рождество, так или иначе оно слышно, хотя бы в новостях в СМИ, это 25 декабря. Как вам кажется, что в этом смысле православному сообществу тут делать? Вот с этим смириться, с этим спорить или пытаться говорить, что вообще 25 декабря — это день святителя Спиридона Тримифунтского, давайте мы ещё его память как-то почтим и западный Крисмас заменим праздником православного святителя. Вот как вы это чувствуете?

Прот. Андрей Рахновский

— Мне кажется, что, когда наступает 25 декабря, лично у меня есть какое-то желание быть с теми православными братьями, которые сегодня празднуют Рождество. То есть поэтому я, честно скажу, на своей молитве тропарь Рождества обязательно спою в этот день.

М. Борисова

— Вы знаете, это всё очень умозрительно, мир очень сильно изменился до всех печальных событий, которые развели нас с нашими братьями-украинцами. Я довольно часто ездила в разные города Украины и как-то специально поехала на католическое Рождество во Львов. Мне хотелось посмотреть, как в униатском Львове празднуют этот праздник. Никак. Вот правда. Там в центре города костёл, в который ходили, естественно, католики. На все мои вопросы: а как же? Мне говорили, что 7-го будет Рождество — будем праздновать. То есть это совершенно не так однозначно, как нам кажется, когда мы как-то представляем себе вот тот мир, который живет по другому календарю.

Прот. Андрей Рахновский

— Нет, я говорю не про католиков и униатов, я говорю про православных: про Константинопольский Патриархат, с которым сейчас, правда, мы находимся в разрыве общения, Александрийский, Антиохийский, Элладскую Православную Церковь, нашу же дочку — Американскую Православную Церковь, Румынскую Православную Церковь и так далее. То есть у нас Православная Церковь состоит из сообщества 15-и Поместных Православных Церквей, с которыми мы разделяем одну и ту же веру. И 11 из 15-и празднуют Рождество 25 декабря. В данном случае униаты, католики — здесь я не про них сейчас говорю, я говорю именно про Православную Церковь.

М. Борисова

— В этом смысле мы, конечно, получаемся в более выигрышном положении, потому что корпоративно начинаются праздники 25 декабря или около того, я имею в виду в компаниях. По крайней мере до пандемии это очень практиковалось — перед Новым годом приурочить корпоратив именно к Рождеству 25 декабря. Потом у нас Новый год, потом у нас Рождество, потом у нас старый Новый год. У нас просто целый месячник каких-то праздников бесконечных, правда, не очень осмысленных, к сожалению. Что касается осмысленности, то тут опять вопрос, каждый Рождественский пост, возникающий, каждый раз на него отвечают и каждый раз он возникает снова. Вот мы прошли через рубикон, Новый год остался позади. Перед нами самые сосредоточенные дни, которые должны подвести нас к Рождеству. На эти самые сосредоточенные дни у нас приходятся общегосударственные каникулы, с соответствующими всеми развлечениями детей, поездками на какие-то курорты, ещё что-то. То есть человек живёт не отшельником, человек живёт и в семье, и в каком то социуме. И каким образом ему сосредоточиться, чтобы хотя бы до Сочельника каким-то образом дойти и Сочельник провести осмысленно, как преодолеть вот эту вот сложность?

Прот. Андрей Рахновский

— Есть очень хороший способ. Вы знаете, что уже мы начинаем вплотную подходить к Рождеству со второго января. Почему со 2-го января? Потому что со 2-го января положено на повечериях чтение особого рождественского трипеснеца, то есть это канон, но который состоит не из девяти песен, как обычно мы читаем, а из трёх песней. Этот канон находится в богослужебных книгах, называется книга Минея, это декабрьская Минея. Её сейчас можно просто скачать из интернета. И, зная про приближение этого праздника, взять себе за правило дома, это можно делать вместе с молитвами вечерними, можно делать вместо них, вдумчиво прочитать вот эти трипеснецы Рождеству. Для чего это нам дано? Чтобы как бы умом созреть, войти в эту атмосферу праздника Рождества. Это первый такой способ. Второй способ: можно, например, взять родословие Иисуса Христа и, используя те имена, которые там находятся, прочитать, что о них сказано в Ветхом Завете, то есть кто были вот эти предки Иисуса Христа. Это изучение можно распределить, допустим, недели на две. Да, не о всех мы сможем прочитать в Ветхом Завете, не о всех там сказано, а очень о многих очень интересно. То есть программа такой молитвы и размышления молитвенного над Священным Писанием это очень хороший способ преодолеть то, о чём вы сейчас говорите, даже особо не надо стараться. Естественно, да, от суеты никуда не уйдёшь, она будет, но надо уметь как-то с ней жить и так далее. Проблема не в том, что суета бывает в нашей жизни, а в том, что есть ли что-то, кроме неё. И эти вот моменты, когда кроме суеты есть ещё что-то, можно как раз основать на таких деланиях: чтение вот этих трипеснецев рождественских — кстати, и перед Крещением есть крещенские трипеснецы — и вот такое изучение Священного Писания.

К. Мацан

— Протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, старший преподаватель Московской духовной академии, сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер». Вот то, что вы говорите, мне кажется интересно, двумя методологическими моментами, помимо того, что это просто интересно — что вы об этом думаете. Мы начали с того, как пройти через Рождественский пост. И вы указываете на любопытную вещь, которая, может быть, людям, которые на Церковь смотрят со стороны, вовсе не очевидна: что Церковь не грузит человека молитвами, которые необходимо просто прочитать, а очень бережно помогает человеку через это время идти, варьируя эти молитвы. Не случайно такие-то тексты предлагаются Церковью в такие-то дни. То есть Церковь как бы не давит, а наоборот, человеку пытается облегчить прохождение этого пути и жизнь раскрасить. А с другой стороны, вот то, что вы говорите про то, что можно дать себе труд и изучить имена, из которых состоит родословие Христа, э вот именно дать себе труд. То есть человек, стоящий перед вопросом: а как мне осмысленно пройти через рождественский пост? — неминуемо приходит к ответу, что нужно потрудиться немножко, чтобы это было осмысленно. То есть смысл не даётся сам, за ним нужно полезть и его достать. Мне кажется, это важный момент.

Прот. Андрей Рахновский

— Мы не первый раз на радио «Вера» такую передачу про Рождество и про пост проводим...

К. Мацан

— Да каждый год Рождество и пост наступают, и никуда не деться от этого.

Прот. Андрей Рахновский

— Да. Я очень очень сожалею, что в прошлом году забыл упомянуть об очень важном моменте. Всё-таки древние христиане постились, в том числе это один из важных аспектов поста, для того, чтобы сэкономить денежные и прочие средства. То есть смотрели именно на чек, сколько стоит корзина покупательская в пост и не в пост. У нас на другое немножко внимание обращают, а это важнейший критерий. Можно в пост ходить в более дешёвый магазин, например. Я сейчас веду к тому, что декабрь-январь — это холодное время. В Москве есть бездомные, которым нужна помощь. Поэтому очень важно и, кстати, это один из смыслов — у Христа тоже не было дома на Рождество. Поэтому особое попечение о бездомных в холодное время это тоже одно из важных дел поста, которое никак почему-то не развивается широко в церковной среде, воспринимается как нечто что-то такое удивительное и странное. Может быть, это некоторые плоды отхода от подлинной православной традиции, потому, что Церковь всегда заботилась о неимущих. В больших городах христианских были специальные диптихи, специальные списки нуждающихся, которые на содержании Церкви находились ежедневно, то есть это всё нормально и естественно. Поэтому в Рождественский пост надо что-то такое делать, то есть либо какие-то покупать тёплые варежки, носки и ходить раздавать. Я не люблю слово «бомж» — это плохое слово, мне кажется. И вот раздавать эти вещи бездомным целенаправленно — это тоже труд, тоже делание, осмысленное причём со всех сторон. Очень хорошо, например, может быть, в храме на Рождество днём организовать какую-то трапезу для бездомных? Не знаю, как у нас получится это, понятно, что много всяких осложняющих сейчас факторов, но мы хотим, если получится, сделать трапезу в храме на Рождество для бездомных, то есть для тех людей, которые... А то как-то получается, что мы в таком своём хорошем, уютном мире — у нас тут и Минеи, и трипеснецы, и каноны, и Священное Писание, и вертепное действо. А за пределами этого уютного мира есть мир другой, который ждёт от христианина какого-то тепла, участия, милосердия, явления Божественной милости. И про это тоже нельзя забывать.

М. Борисова

— Но это, я так понимаю, что вы обращаетесь к частной инициативе, то есть к каждому отдельному человеку, к каждому отдельному христианину, не имеете в виду какие-то организованные?..

Прот. Андрей Рахновский

— Почему? Мы все же являемся членами того или иного прихода. Поэтому это, конечно, и частная инициатива, но и дело всего прихода.

К. Мацан.

— А если человек нас сейчас слушает и ему понятна задача и сердце отзывается на то, чтобы пойти помочь бездомным, но либо обстоятельства жизни к этому не располагают, либо есть какой-то страх: как это делать, куда идти, сейчас пойду на вокзал какой-то к каким-то бездомным, как они меня примут? — что вы посоветуете, всё-таки себя пересилить и пойти или, допустим, пожертвовать в какой-то фонд, который занимается помощью бездомным, например? То есть делать это не личными силами, а помочь тем организациям, которые этим занимаются профессионально.

Прот. Андрей Рахновский

— Тут не проследишь, как, куда эти пошли средства. Конечно, самому. Понимаете, на Страшном Суде, не знаю, Христос не скажет: «Фонд милосердия, стань одесную Меня, Минздрав стань одесную Меня!» (Смеётся.) Поэтому, конечно, это наше личное дело, не надо полагаться на здравоохранение, на фонды какие-то, а делать самому. Прийти к настоятелю своему, сказать: «Батюшка, мы хотим вот такое-то дело сделать. Можете нам помочь чем-то?» Поможет — хорошо, не поможет — самим можно сделать. То есть всё это нужно. И только личная инициатива, больше никак. То есть кто-то должен, по крайней мере, начать об этом говорить.

К. Мацан

— Я об этом говорю сугубо из соображений безопасности, что не всякому человеку безопасно взять и просто пойти к каким-то бездомным, чтобы с ними общаться. Поэтому, если такая возможность есть, очень хорошо. Если есть какие-то сомнения, то можно в те же фонды прийти и не попросить их сделать за меня, а хотя бы попросить проконсультировать: давайте вместе с вами пойдём, я пойду вместе с вами туда, куда вы ходите, и тоже вам буду помогать своими руками в этом деле.

Прот. Андрей Рахновский

— Да, очень хороший вариант.

М. Борисова

— Я думаю, что не только бездомные будут рады какой-то помощи. На каждом приходе есть большое количество пожилых людей. И сейчас, учитывая последние годы пандемии, колоссальное количество смертей, очень много одиноких стариков. И как-то они всё время оказываются вне внимания. Эта группа самая несчастная, самая беспомощная, о которой все всё время забывают. И мне кажется, что если хотя бы вспомнить о тех прихожанах твоего храма, которым, как мне говорила моя наставница в первые мои годы христианства, жена священника. После всех праздничных служб, после того как сидели за столом, она собирала сумку с пакетиками всякими — там печенье, какие-то конфеты, — и мы с ней шли, как раз обходили этих стариков. Я тогда говорила, что мы же мы не можем полноценный подарок подарить, а она говорила: «Ты не понимаешь, если мы придём и принесём 200 грамм ирисок, это будет достаточно. Просто этим людям необходимо знать, что они не одни, что есть кто-то, кто придёт и поздравит их с праздником».

Прот. Андрей Рахновский

— Да, это в точку, потому что я часто вспоминаю: у нас, когда была практика — я знаю, что родители воскресной школы организовались и ходили на рождественские колядки коледовать, по списку прямо, к пожилым людям прихода. И это просто до слёз их трогало. И, кстати, ещё один момент, правда сейчас из-за пандемии, не знаю, как бы вред не нанести какой-то пожилым людям. Но то, что обязательно нужно обойти на Рождество, по крайней мере в рамках своего прихода... Мы сейчас, кстати, пытаемся построить небольшую трапезную специально для того, чтобы кормить, делать обеды не для бездомных, а для, как правило, прихожан пожилых. Бывают такие бабушки, дедушки, которые в очень стеснённых условиях находятся, буквально от пенсии до пенсии, высчитывают в магазине «Магнит» любую какую-то... где там акция, где там скидка, где там что, и это не от скаредности какой-то. Поэтому, да, мы действительно про бездомных говорили, а эта группа прихожан, я согласен, часто как-то вне внимания находятся.

К. Мацан

— Вот к такой позитивной ноте мы пришли, несмотря на то, что обсуждаем тех, кто находится в тяжёлых условиях, стеснённых. Быть может, это такой самый глубокий, точный, одновременно лаконичный ответ на то, как провести Рождественский пост осмысленно. Спасибо огромное за нашу сегодняшнюю беседу. Протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, старший преподаватель Московской духовной академии, был сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер». У микрофонов также были: моя коллега Марина Борисова и я, Константин Мацан. До свидания, до новых встреч на волнах радио «Вера».

М. Борисова

— До свидания.

Прот. Андрей Рахновский

— До свидания.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка, а также смотрите наши программы на Youtube канале Радио ВЕРА.

Мы в соцсетях
****
Другие программы
Сказания о Русской земле
Сказания о Русской земле
Александр Дмитриевич Нечволодов - русский генерал, историк и писатель, из под пера которого вышел фундаментальный труд по истории России «Сказания о Русской земле». Эта книга стала настольной в семье последнего российского императора Николая Второго. В данной программе звучат избранные главы книги Александра Дмитриевича.
Краски России
Краски России
Программа призвана помочь слушателю с христианской точки зрения взглянуть на шедевры русского искусства, хранящиеся в региональных музеях России и из-за этого недоступных широкой аудитории. Программа не только учит глубокому, осмысленному восприятию художественных произведений. Она рождает светлые чувства и серьёзные размышления о нас самих, об окружающих людях, о судьбах предшествующих поколений, даёт нам в красках своеобразный протокол отечественной истории. А ещё программа популяризирует региональные картинные галереи и тем самым продвигает внутренний, отечественный туризм.
Время радости
Время радости
Любой православный праздник – это не просто дата в календаре, а действенный призыв снова пережить события этого праздника. Стать очевидцем рождения Спасителя, войти с Ним в Иерусалим, стать свидетелем рождения Церкви в день Пятидесятницы… И понять, что любой праздник – это прежде всего радость. Радость, которая дарит нам надежду.
Рифмы жизни
Рифмы жизни
Авторская программа Павла Крючкова позволяет почувствовать вкус жизни через вкус стихов современных русских поэтов, познакомиться с современной поэзией, убедиться в том, что поэзия не умерла, она созвучна современному человеку, живущему или стремящемуся жить глубокой, полноценной жизнью.

Также рекомендуем