«Рождество Христово». Протоиерей Олег Стеняев

У нас в гостях был клирик храма Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках протоиерей Олег Стеняев.

Мы говорили о празднике Рождества Христова. Отец Олег ответил на вопросы: для чего Господь воплощается, почему это событие происходит именно в Вифлееме и именно в это время, почему Бог является в мир как «отроча младо», и почему Его пришли встречать именно волхвы из совершенно другой далёкой страны?

Также разговор шёл о родословии Христа: почему Господь назван сыном Давидовым и сыном Авраамовым? Наш гость поделился, что Рождество Христово — это милость, обращённая ко всем людям, как к ныне живущим, так и к тем, кто жил до нас и будет жить после нас.

---

К. Мацан 

– «Светлый вечер» на радио «Вера». Здравствуйте, дорогие друзья. С наступившим Новым годом поздравляем мы всех наших радиослушателей. В студии Марина Борисова и я, Константин Мацан. А в гостях у нас сегодня протоиерей Олег Стеняев, клирик храма Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках. Добрый вечер. 

Протоиерей Олег 

– Добрый вечер. 

К. Мацан 

– Отец Олег, поскольку сегодня у нас новогодний день, и все начинается с новогодних поздравлений, любой разговор в этот день, и, в общем, все мы, православные христиане, как-то перевалили этот рубеж – новогодняя ночь, каждый должен был для себя решить, участвовать или не участвовать в новогоднем веселье, садиться или не садиться за праздничный стол со всеми остальными, – в общем, эти все проблемы остались позади, и вот мы вступаем в последнюю предрождественскую неделю, которая, по традиции, подразумевает усиление поста, усиление какого-то покаянного настроя. Но почему это происходит? Когда речь идет о предпасхальной, Страстной седмице, там как бы логика понятна, поскольку мы вспоминаем страдания и смерть Спасителя, мы проникаемся трагизмом того, что мы вспоминаем. Но Рождество вроде бы такой вот светлый, радостный, веселый праздник. Почему мы усугубляем пост? И вообще, в чем смысл прихода Спасителя в этот мир, почему вообще Он родился? 

Протоиерей Олег 

– Рождественский пост продолжается. Но в то же время в Писании сказано: кто постится, не осуждай того, кто не постится, и кто не постится, да не осуждает того, кто постится. Пост – это весна для души человека, это время для покаяния. И каждый пост, обычно он приурочен к какому-то большому празднику религиозному, таким образом мы готовимся к этому событию. И этот пост мы переживаем за Святое Семейство, которое отправляется в Вифлеем на перепись населения. Там они даже не находят для себя места, где им остановиться, потому что на перепись прибыло много людей, все гостиницы были переполнены. И для них нашлось место – это пещера для загона скота именно в зимний период, и там они останавливаются, в этих таких тяжелых, экстремальных условиях. Если говорить о причине Боговоплощения, святые отцы прямо говорят, что Бог мог спасти нас и без Боговоплощения, но Бог избрал этот способ как наиболее благоприятный для нас, то есть для людей. Ведь если бы Бог спас нас, скажем так, волевым решением, тогда бы у диавола был бы повод сказать, что он победил Адама, но проиграл Богу. А Бог и становится человеком, чтобы в Себе Самом за нас и ради нас совершить победу над диаволом. И Бог избрал этот лучший способ нашего спасения именно через Боговоплощение, таким образом Он приблизился к нам. Значит, первая причина – это чтобы бросить вызов диаволу именно со стороны истинного человечества Христа, то есть от нашего имени. Вторая причина Боговоплощения – человек в принципе не может подражать Богу, потому что Бог это само совершенство. Хотя в Нагорной проповеди мы находим слова: будьте совершены, как совершен Отец Небесный, но нам трудно понять, как это осуществить. А апостол Петр в своем послании пишет, что Христос оставил нам пример, дабы мы шли по Его стезям. И воплощенный Логос это пример для нас, который научает нас истинной человеческой жизни. И третья причина, почему Он воплощается – чтобы явить нам Свою любовь. То есть Бог настолько возлюбил нас, что Он приблизился к нам настолько, что стал одним из нас – как апостол Павел пишет, стал подобен нам во всем кроме греха. Вот эти три основных причины, о них надо помнить, когда мы говорим о Боговоплощении. 

К. Мацан 

– А почему именно Вифлеем, именно в эти дни, не раньше, не позже?  

Протоиерей Олег 

– А Вифлеем по-еврейски Бетлехем, то есть «Дом хлеба». И здесь некая такая игра слов. Христос говорит о Себе: «Я есть Хлеб, сошедший с небес». И вот этот Хлеб, Который сходит с небес, Он рождается в Доме хлеба, в Бетлехеме, в Вифлееме. И святые отцы говорят так: в Вифлееме, в этом Доме хлеба, родился Колос, Который евхаристически напитал всю ойкумену, то есть всю вселенную. То есть Он там появляется на свет Божий, и Он евхаристически, Своим Телом, Своей Кровью, как Небесный Хлеб, как Он Сам говорит о Себе, Он напитал всю вселенную. А время Его рождения – Его рождение было как раз во дни царя Ирода, и в Книге Бытия, 49-я глава 10 стих сказано: «Не отойдет скипетр от Иуды и законодатель от чресл его, доколе не приидет Примиритель – то есть Христос, – и Ему покорность народов». Вот здесь прямо сказано, что Христос придет тогда, когда скипетр – это символ царской власти, будет отнят от дома Иуды, от дома Давида. А вот Ирод действительно был царь над евреями, который не был евреем, он был идуменянин, и точно в его дни рождается Христос – когда скиптр был отнят от дома Иуды. И законодатель от чресел его – евреи в этот момент потеряли законодательную власть. Например, они могли Христа приговорить к смерти, но казнить Его не могли, потому что эта власть принадлежала римлянам. И им пришлось пойти к Понтию Пилату, чтобы он или утвердил, или не утвердил смертный приговор. А это пророчество произнес патриарх Иаков за тысячелетия до Рождества Христова, и оно точно исполнилось, когда Он родился – и царь над евреями не еврей, и законодательная власть у них была отнята.  

К. Мацан 

– Вот смотрите, давайте попробуем на историю Рождества посмотреть как-то очень по-человечески. Вот помимо тех вещей, которые вы называете, есть еще такое изменение: Бог рождается в пещере, Бог рождается в каком-то, мягко говоря, неподходящем для Бога, неподобающем Его величию пространстве, От Него все отвернулись, их всю семью не пустили ни в одну гостиницу. А есть в этом что-то такое по-человечески щемящее. Ну почему это важно, что в этом нужно разглядеть? 

М. Борисова 

– Можно реплику? Вот у владыки Антония Сурожского в проповеди, посвященной Рождеству Христову, у него очень емко сформулировано именно это настроение, что когда он пишет о Святом Семействе, их удел «одиночество – страшное, жгучее, убийственное одиночество, которое снедает сердца стольких людей». То есть даже как мы привыкли воспринимать это в таком приподнято-радостном ключе, а владыка Антоний пишет об этом как о трагедии. 

Протоиерей Олег 

– Если говорить вот о обстоятельствах рождения Христова, в Библии у святых апостолов сказано, что Христос обогатил нас нищетою Своею. Вот эта нищета материальная, она помогает нам больше концентрировать внимание на духовных богатствах. Как и Сам Христос говорил, что собирайте сокровища не на земле, где моль и ржа разъедает и воры подкапывают и крадут, а собирайте себе сокровища на небесах, где моль и ржа не разъедает, и воры не подкапывают и не крадут. То есть человек должен выстроить правильную иерархию ценностей. И когда человек живет в такой скромной обстановке, как апостол Павел пишет: имеешь дневное пропитание и одежду и будь этим доволен, – он больше сконцентрирован как раз на духовных богатствах, то есть в Боге богатеет. И вот Христос реально Своим рождением в такой убогой обстановке Он нас богатил Своей нищетой. Другой вопрос очень важный: а почему Бог является в этот мир как Отроча малое? Мы Его воспеваем: Отроча младо, Предвечный Бог. И есть такой ответ, кстати, владыка Антоний Сурожский его в свое время озвучил, но он восходит к блаженному Августину. Ответ такой: мы слишком взрослы в нашей греховности, нам там 40, 50 лет, кому-то 60 и так далее, и вот мы настолько взрослы в своей греховности, мы покрыты этой взрослостью греха, как некоей коростой. Но когда наступает Рождество, мы все становимся детьми. Немножко детьми. Перед фактом, что Предвечный Бог и Отроча младо это одно и то же, наша вот эта взрослость греховная, она дает трещины как бы. И мы дарим подарки друг другу, мы всматриваемся в небо, выходя из храма – не увидим ли мы Вифлеемскую звезду. И вот эта наша взрослось, прежде всего во грехе, она рассыпается перед фактом, что Бог, Творец всего мироздания, о Котором сказано, что мы Им живем, движемся и существуем, Он умаляется до Отроча младо, при этом оставаясь Предвечным Богом. Таким образом сокрушается наша вот эта взрослость во грехе, и мы все становимся детьми, по завету Христа, Который и говорит нам: будьте как дети. Если вы не умалитесь и не будете как дети, вы не войдете в Царствие Небесное.  

М. Борисова 

– Но вот странная, такая не очень доступная пониманию ситуация, когда ведь избранный народ – были пророки, которых все почитали, и их пророчества передавались и сохранялись, ну, казалось бы, вот все предпосылки для того, чтобы люди, хотя бы некоторые, почувствовали, что что-то происходит, – ведь наверняка были какие-то праведные люди в еврейском народе в те времена, но при этом приходят вот исключительно волхвы и пастухи. Причем волхвы, в первую очередь, они вообще иноземцы, они иностранцы, которые прочувствовали, предощутили вот это вот Боговоплощение, а свои собственные, даже праведные люди – нет. Почему?  

Протоиерей Олег 

– Вот у пророка Исаии, я сейчас открыл Библию, 1-я глава 9-й стих, сказано: «Если бы Господь Саваоф не оставил нам небольшого остатка, то мы были бы то же, что Содом, уподобились бы Гоморре». Всегда в народе Божием сохраняется остаток. А остаток – это то малое стадо, обращаясь к которому, Христос говорит: «Не бойся малое стадо, Отец благоволит дать вам небо». Это та вот религиозная реальность. В своих массах люди живут совсем другими, можно сказать, прямо нерелигиозными интересами, но есть тот остаток, то есть избранный, настоящий Израиль Божий, который живет именно религиозными интересами. И во дни Иисуса Христа были такие люди, которые ждали Его явления в этот мир. Это и Симеон Богоприимец, которому Духом Святым было открыто, что он не умрет до тех пор, пока он не увидит Деву, Которая родит. Это и пророчица Анна, это и Иоанн Креститель прежде всего, который предвосхищает Христа в каждом случае – он рождается раньше Его, он первый выходит на проповедь раньше Него, он умирает даже раньше Христа и сходит во ад раньше Христа, и везде он как бы свидетель того, что вскоре в этот мир явится Христос Мессия – Он придет и будет проповедовать, Он сойдет во ад и облистает его сиянием Божества. А ожидание было, что вот должен прийти Христос. И оно подогревалось тем, что в то время евреи находились под римской оккупацией. А это железное царство, Рим – в еврейском понимании это Эдом, то есть враждебное им начало. Но они ждали другого Христа. Они ждали Христа, который будет военно-политический лидер, который явится, опрокинет власть язычников, уничтожит идолопоклонство во всем мире и поставит евреев царями и священниками над всеми прочими народами. А когда Христос пришел, Он пришел сюда не для того, чтобы сокрушать римское владычество, а для того, чтобы освободить людей, и не только евреев, всех людей от рабства диаволу, от рабства греху и рабства страха смерти. Он приходит как освободитель всех людей. И когда мы читаем в Библии, что Христос пришел спасти людей Своих от грехов их, святые отцы говорят: а для Бога все Свои, потому что от одной крови, Адама, произошел весь род человеческий. А вот еврейский народ, тогда он замкнулся в узконациональных своих проблемах, интересах, они отгородились как бы от всей человеческой ойкумены, вселенной и жили своими вот этими проблемами, переживаниями, не понимая, что великая миссия, собственно говоря, еврейского народа, для чего их создал Господь, у пророка Исаии было сказано, что они должны были стать народом-светочем. И в некотором смысле они эту миссию выполнили: все ветхозаветные пророки, писания ветхозаветные, закон – все свидетельствует о Христе, все указывает на Христа. И когда Он является, вот они сами как бы оказались не готовы, как вот говорят: сапожник без сапог. Вот, казалось бы, кто должен был принять Христа, так это они, потомки Авраама, Исаака, и Иакова, а здесь приходят какие-то там волхвы – все равно что сейчас в Москву придут какие-нибудь кришнаиты из Индии, скажут, что вот мы знаем, вот русский царь скоро появится – все придут в движение, в смущение, как люди будут это все переживать. И вот тогда был хаос в головах у людей, они как бы понимали, что Он должен прийти, но они по-своему каждый представлял Его, вот каким Он должен быть, только для них. И как Его пришествие совершится только ради них самих, а не для всех.  

К. Мацан 

– Протоиерей Олег Стеняев, клирик храма Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках, сегодня с нами и свами в программе «Светлый вечер». Раз мы заговорили про волхвов, то расскажите, что символизируют их дары – золото, ладан, смирна.  

М. Борисова 

– Ну их дары говорят об очень многом. Они не просто шли в Иерусалим, потому что там должен родиться какой-то царь. Их дары показывают, что они имели представление о том, Кто Он. Они Ему дарят золото как царю, ладан как Богу, Господу, а смирну как человеку, которому предстояло умереть, потому что смирна входила в состав вещества, с помощью которого бальзамировали мертвое тело. То есть их дары были совершенно конкретные, они как бы раскрывали их познания о Христе. Но на самом деле удивляться не надо. Ведь их вел все это время, два года они шли до Иерусалима, Ангел. Блаженный Феофилакт пишет: звезды так по небу не ходят – то идет, то пропадает, то приближается, зависает над домом. И он объясняет: под видом звезды по небу путешествовал пред волхвами Ангел Божий. То есть для них было такое индивидуальное откровение от Бога. И если посмотреть на икону Рождества Христова, как вот классический вариант этой иконы, там просто видно внутри звезды как раз фигура Ангела, который спутешествует вместе с этими волхвами. Таким образом они были посвящены в великие тайны, они знали, что это Царь царей, они знали, что это Господь, и они знали, что это в то же время и Человек, Которому предстояло умереть. 

К. Мацан 

– А давайте напомним хронологию событий. Потому что волхвы, пастухи, они на иконах и вертепах часто вместе изображаются: вот они пришли в одно и то же место ко Христу. Я правильно понимаю, что на самом деле это некая условность? Они не могли встретиться в одном здании, потому что волхвы пришли через два года после рождения Спасителя. Или я путаю? Вы поясните, пожалуйста.  

Протоиерей Олег 

– Когда они приходят в Иерусалим, встречаются с Иродом, Ирод из них вытаскивает информацию – время появлении звезды. И потом он дает приказ избить всех младенцев от двух лет и ниже – по времени, которое выведал от них. То есть два года до Рождества они увидели на небе эту звезду... 

К. Мацан 

– Уже знали, да, и шли. 

Протоиерей Олег 

– Ангел им явился и два года он их вел. А Ирод не знал, когда родился Христос – то ли тогда, когда вот звезда появилась на небе и открылась им, то ли... 

К. Мацан 

– Только что. 

Протоиерей Олег 

– По окончании двух лет или где-то в промежутке, пока они шли. Поэтому, чтобы не ошибиться, Ирод дает приказ избить всех младенцев от двух лет и ниже – по времени, которое выведал у волхвов. 

К. Мацан 

– А пастухи когда пришли? 

Протоиерей Олег 

– А если мы говорим о пастухах, они приходят вот в эту пещеру. О волхвах сказано немножко иначе: что они вошли в дом. Поэтому на иконе нам предлагается символическое изображение этих двух разных событий. Для чего? Чтобы показать, что у ног Младенца Христа может встретиться человеческая мудрость – в лице волхвов и человеческая простота – в лице пастухов. Это символическое изображение, оно может и не отражать точную хронологию событий. 

М. Борисова 

– Но вот у меня всегда был вопрос. Ведь волхвы мудрецы, волхвов ведет Ангел, но зачем они вообще пошли к Ироду? То есть они ведь не выполнили его приказ вернуться к нему и рассказать, где находится Младенец. То есть там они вполне логично выбрали другой путь, чтобы не навредить Младенцу. Но ведь они заведомо ну как бы спровоцировали избиение Вифлеемских младенцев тем, что они в принципе пришли к Ироду. Как-то это не очень вяжется. 

К. Мацан 

– У нас одна преподавательница в институте говорила: вот нашли, к кому идти спрашивать – к Ироду, про то, что царь Иудейский родился, – вот молодцы, волхвы. 

Протоиерей Олег 

– Они, когда туда пришли, там в какой-то момент звезда пропадала. И они приходят в Иерусалим, где находился религиозный и политический истеблишмент еврейского народа – здесь была своя логика, – и они спрашивают: где родился Царь Иудейский? И ответ-то они, в общем-то, получили достаточно грамотный: когда эти книжники посмотрели в Танах, в Ветхий Завет, они увидели там, что Он вот родится именно в Вифлееме. И потом они уже двигаются в Вифлеем, но уже под руководством звезды, которая остановилась потом над местом, где родился Христос. А Феофилакт пишет: а звезда, которая висит над городом, каждому в городе кажется, что она висит над его домом. Это значит, звезда спустилась, приблизилась и точно остановилась над местом, где был Младенец, вот над этим домом, куда они зашли, принесли вот эти свои дары – золото, ладан и смирну. И получив во сне откровение не возвращаться к Ироду – они как бы с полным доверием пришли в Иерусалим, они своим каким-то немножко другим путем отошли в землю свою.  

К. Мацан 

– Ну вот вы цитируете блаженного Феофилакта Болгарского, да, знаменитого толкователя Евангелия, по поводу звезды. А я что-то вспоминаю, что была какая-то, чуть ли не у Кеплера, теория по поводу того, что это была за звезда, что это был парад планет в тот год, и то есть это даже астрономически оправдано, что произошло тогда с волхвами. 

Протоиерей Олег 

– Ну если кому-то эта мысль кажется очень такой интересной, я не буду ее сейчас как-то опровергать, этого не надо делать. Но в то же время есть комментарии отцов. Феофилакт это не самостоятельный автор, он берет комментарий отцов Церкви, чаще Златоуста. И он эти комментарии сокращает, потому что Златоуст и другие отцы любили говорить на злобу дня. Там они могли начать рассуждения о волхвах, а потом перейти там к событиям на рынке общественным или там люди увлекаются какой-то одеждой или ристалищами и так далее. И он убрал все эти отступления, выделил собственно комментарии, сделал их немножко короткими и доступными. И, кстати, старец Оптинский Амвросий, он рекомендовал всегда новоначальным начинать с комментариев блаженного Феофилакта.  

К. Мацан 

– Нет, я Кеплера вспомнил не в противоречие блаженному Феофилакту, а наоборот, в дополнение. В том смысле, что тому, чей ум просит какого-то, скажем так, естественнонаучного объяснения Вифлеемской звезды, оно тоже встречается, у того же Кеплера.  

Протоиерей Олег 

– Да, оно встречается. Но тут уместно вспомнить точку зрения Фомы Аквинского, который говорил, по отношению к теологической науке, которая является царицей, все прочие науки – это ее служанки.  

К. Мацан 

– Протоиерей Олег Стеняев, клирик храма Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках, сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер». В студии Марина Борисова и я, Константин Мацан. Мы прервемся и вернемся к вам буквально через минуту. Не переключайтесь. 

К. Мацан 

– «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается. Еще раз здравствуйте, дорогие друзья. Еще раз с Новым годом мы вас поздравляем. С нами сегодня в студии протоиерей Олег Стеняев, клирик храма Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках, и мы продолжаем говорить о наступающем, предстоящем празднике Рождества Христова.  

М. Борисова 

– У нас очень много традиций, связанных именно с празднованием. Но чем как бы дальше движется человеческая история, тем меньше мы понимаем, какая связь между евангельским текстом и вот этими традициями, которые такие милые, нам очень приятные, там те же эти рождественские столы, колядки, там какие-то катания, гуляния, даже карнавалы какие-то – все это замечательно, но все это может быть и на Новый год. Ну то есть совершенно непонятно, почему у нас именно так празднуется Рождество. Ведь, в общем-то, ну как сказать, размывается, на мой взгляд, сам смысл события Рождества, и об этом не очень много говорится. 

Протоиерей Олег 

– Мне кажется, проблема связана с тем, что мы перешли как бы немножко на другой календарь, и у нас такая какая-то шизофреничная раздвоенность в смысле календаря. У нас Новый год там веселье, торжество, ликование, там катание на санках – это во время Рождественского поста. Хотя у нас при этом есть еще и старый... 

М. Борисова 

– Новый год, да. 

Протоиерей Олег 

– Новый год, который после Рождества, но он более логичный: пост кончился, вот у нас наступает Новый год после Рождества, и мы вот катаемся на санках там, устраиваем гуляния и так далее. Всегда существует некое такое несоответствие между как бы светским пониманием праздника, торжества и собственно религиозным пониманием праздника и торжества. И вот в этой ситуации нам надо обратить внимание на 1-ю главу Книги пророка Исаии, вот сегодня оттуда уже брали один стих, там Господь вдруг совершенно неожиданно выступает против религиозных праздников. Он говорит: ненавижу ваши праздники, новомесячия, праздничные собрания, субботы ваши и так далее – то есть Господь говорит о религиозных праздниках. Почему же Он их ненавидит, беззаконие и празднование? Любой праздник религиозный является вызовом к нашей совести. Например, день Преображения вопрошает нас: а наша жизнь преображается в свете евангельского Откровение или нет? День Пасхи, Воскресения Христова, вопрошает нас: а мы воскресли для новой жизни во Христе и со Христом? Точно так же и Рождество Христово это событие, которое вопрошает нас: а мы готовы к встрече с Рожденным в Вифлееме? Или, может быть мы, поведем себя, как книжники и фарисеи того времени или хуже, как царь Ирод, который жил в то время, или мы окажемся среди пастухов, если говорить о простых людях, или среди волхвов, если говорить о нашей российской интеллигенции и склонимся перед Отроча младо, Предвечным Богом. Любой праздник – это вызов, обращенный к нашей совести, это некий евангельский урок, который мы должны выучить. И если мы не находим какого-то нравственного приложения для любого события из жизни Христа, значит, мы этот урок не выучили и не поняли. Сам Христос, когда беседует с пожилым еврейским старцем, Никодимом, он совершенно неожиданно ему говорит: тебе надо родиться свыше. Никодим растерялся и говорит: а как родиться свыше? Что, я должен опять там залезть там в живот к матери, вылезти? На что Христос отвечает: рожденный от плоти есть плоть, а рожденный от Духа есть дух. И вот для меня, например, как для христианина, не говорю как для священника, именно как для христианина праздник Рождества это такой вопрос, обращенный как бы к самым глубинам совести: а я переживаю в своей жизни рождение свыше, стал ли я новым человеком? Ведь для чего Бог сходит на землю и становится человеком – чтобы нас вознести на небеса и сделать богоподобными, богами по благодати, как учат святые отцы. А происходит ли это обожение в жизни каждого из нас? Вот те вопросы, которые должны волновать нас в день святого Рождества. 

М. Борисова 

– А в чем смысл разделения праздника Рождества Христова и Богоявления? Ведь изначально исторически это был один праздник, почему все-таки их стало два? 

К. Мацан 

– Причем праздновали именно Богоявление, то есть Крещение, я так понимаю, изначально, а Рождество уже чуть более поздний праздник возникший. 

М. Борисова 

– Рождество называлось Богоявлением, вот можно так сказать. Рождество реально называлось Богоявлением. Но по-настоящему как бы встреча Бога с человеком происходит именно в день Благовещения. 

К. Мацан 

– Благовещения. 

Протоиерей Олег 

– Да. Вот первая встреча, скажем так, Бога с человеком происходит в день Благовещения. А по поводу Богоявления – это соотношение между Крещением Господним и Рождеством Господним. И тот и другой праздник – это Богоявление. В день Рождества Он рождается – это Богоявление, а Крещение Господне, когда Христос явил Себя народу – этот праздник является днем Богоявления более в тринитарном значении, чем Рождество Христово. Потому что Рождество Христово – это вот Сын Божий родился в этот мир. А вот то, что созерцает Иоанн Креститель, это явление Троицы. Он видит Сына Божия, стоящего в струях Иордана, особо. Он видит Дух Святого в виде голубином, Который парит над его головой, особо. И из осеняющего облака светлого он слышит особо глас Бога Отца, Который свидетельствует о Сыне: «Сей есть Сын Мой возлюбленный». Таким образом и то событие и это событие – это Богоявление на самом деле. Но Рождество, оно нам ближе, оно понятнее, оно, действительно, радостное и веселое событие. Вот тут не надо забывать того, что в Книге Второзакония сказано: тот, кто не будет исполнять все заповеди с радостью и с веселием, того истреблю с этой земли – сгоню с этой земли, вот здесь не останется. А в этот праздник Рождества, который приближается, мы все становимся детьми, как мы уже сегодня об этом говорили, мы все как бы переживаем вновь детство, когда короста нашей взрослости как бы трескается, и мы, взирая на Младенца Христа, умиляемся и переживаем неподдельную детскую радость. 

К. Мацан 

– А вот смотрите, человек открывает Евангелие от Матфея и первое, что там написано, это длинное-длинное родословие Спасителя, предваряющее, по логике, вот весть о Рождестве. И мне даже один мой знакомый рассказывал, что в советские годы – ну вы, наверное, лучше меня помните или знаете, я только по рассказам, – практиковали преподаватели по научному атеизму, давали студентам читать один этот маленький кусочек из Евангелия, родословие Спасителя, показывая, какая это скучная и нудная книга, где много непонятных имен друг друга сменяет и вот, дескать, ничего там больше нет. Но тем менее там есть, и никакие вещи в Евангелии случайно не появляются. В чем смысл? 

Протоиерей Олег 

– Там удивительная тайна. Во-первых, там сказано, что Христос сын Давидов. Потом сказано, что Он сын Авраамов. Потом родословие делится на три части: от Авраама до Давида четырнадцать родов, от Давида до Вавилона четырнадцать родов; от в Вавилона до Христа четырнадцать родов. И по родословию возникают такие вопросы. Первый – почему Он назван Сыном Давида? И вот логика древних отцов была немножко другая, чем у нас. Когда они слышат этот вопрос – а почему Он назван сыном Давида? – они спрашивают: а какой сын Давида имеется в виду? И отвечают: Соломон. А что сделал Соломон? Построил храм вещественный, материальный. А Христос создает духовный храм – Церковь. В Кесарии Филипповой Он говорит: созижду Церковь мою, врата ада не одолеют ее. То есть реальный сын Давидов Соломон прообразовывал Христа. Далее, почему Он назван сыном Авраамовым? Опять же та же восточная логика отцов: а какой сын Авраама имеется в виду? Исаак. Сказано: в Исааке наречется тебе семя. Исаак – это сын как бы обетования. А какое самое знаковое событие, момент жизни Исаака? Это жертвоприношение Исаака. Бог остановил жертвоприношение и сказал: «Яхве Ире» – Господь усмотрит Агнца. И когда Иоанн Креститель увидел на Иордане Христа, он конечно же, вспомнил эти слова, и он сказал: вот Агнец Божий – то есть Тот, Кого усмотрел Господь, Кто берет на Себя грехи всего мира. Потом разделение родословия на три части – для чего? Златоуст пишет: чтобы показать нам, что с переменой правления мы лучше не становимся – грешили при пастухах, грешили при царях, грешили и в период управления аристократией. Был и общинно-родовой период, и монархический период, и период политического плюрализма, власть аристократов, и все равно Христу потребовалось прийти в реальность этого мира. Потому что с переменой правления люди лучше не становятся. И там еще несколько вопросов. Почему Матфей дает имена четырех женщин, который допустили сексуальную нечистоту или были близки к этому состоянию. В еврейских родословиях вообще не принято имена женские давать, а там мы видим имя Раав – проститутка из Иерихона, праматерь Господа Иисуса Христа по прямой. Фамарь – грех кровосмешения с тестем, – тоже праматерь Христа по прямой. Руфь моавитянка – в законе Божием, во Второзаконии сказано: моавитянин и в десятом поколении не войдет в народ Божий, – праматерь Христа по прямой. И бывшая за Урией, ее имя даже не называется, это Вирсавия, по-еврейски Бат-Шева – прелюбодеяние при живом муже с другим человеком, с царем Давидом. Зачем Матфей это делает? А он объясняет, почему Христос пришел в этот мир, зачем Он воплотился. Ведь женщина – по-еврейски это «жизненное начало». Имя первой женщины Хава, Ева – от еврейского слова «хая» – жизнь, это жизненный источник из нее. И Матфей, помещая эти четыре имени, показывает, что это было замутнено. Для чего? Чтобы показать, что Христос не гнушается этого – по человечеству Он выходит из этого родословия, по Божеству входит в него. А какое это значение имеет для нас? Огромное. Ведь сказано: Христос всегда и вовеки Тот же. Это значит, что Он не погнушается моей замутненности. Ведь что пишет, например, Григорий Нисский: после Боговоплощения Бог стал нашим сотелесником – то есть Он в Своем воплощении настолько сроднился с нами, что стал одним из нас. Это великие духовные тайны. Это только по родословию, очень конспективно и коротко, там еще вопросов десять, если их рассматривать, это целая передача должна быть. 

М. Борисова 

– Ну поскольку все-таки мы все невежды, и для нас это все равно остается тайной, мы разобраться в этом ну сами не можем, если только не поможет кто-то из священства или профессоров. И мы какой урок должны из этого вынести, вот при нашей необразованности и непросвещенности? 

Протоиерей Олег 

– Первое Послание к Коринфянам, 11-я глава, 2-й стих, апостол Павел пишет: «Хвалю вас, братия, что вы все мое помните и держите предания». Второе к Фессалоникийцам, 2:15, Павел пишет: твердо держитесь предания нашего, которым вы научены или словом или посланием. Второе Фессалоникийцам, 3:6, апостол Павел пишет: «Завещеваем же вам, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас». Мы, православные, мы люди традиции. У нас не просто Библия, у нас Священное Писание и Священное Предание. Священное Предание – это не профессора, это отцы Церкви, которые жили до VIII века – это золотой период в истории Церкви. Поэтому я рекомендую всем: читайте Писания вместе с отцами Церкви. Пусть в вашем жилище, в вашей библиотеке поселится блаженный Августин, Иероним Стридонский, Василий Великий. И когда по ходу чтения Евангелия или любой другой части Библии будут возникать какие-то вопросы, открывайте эти книги, смотрите – там все есть. Как Ириней Лионский говорит: зачем искать истину на стороне, если в Церкви, как в огромной сокровищнице, мы все это имеем.  

М. Борисова 

– А такие академические комментарии вроде «Толковой Библии» Лопухина, они в этот перечень не входят? 

Протоиерей Олег 

– А если говорить о «Толковой Библии» – к сожалению, там были такие привязки как бы, так сказать, к науке того времени, когда создавался этот комментарий. Я имею в виду филологическую науку, историческую науку и науки, связанные там с физикой, с ботаникой, с зоологией и так далее. А наука это вещь, которая постоянно устаревает. Любое новое открытие в науке, в той или иной степени оно как бы опровергает то, что был до этого известно, это очень слишком подвижная среда. А религия это то, что не обесценивается со временем, даже наоборот. И даже если бы Лопухин, например, со своими преемниками, они бы сделали просто в трех томах комментарии святых отцов на книги Ветхого и Нового Завета, этот труд имел бы бесценное значение. Сейчас этот проект осуществляется издательством «Герменевтика». Любой желающий может набрать в интернете: издательство «Герменевтика», заказать уже вышедшие тома, насколько я помню, это где-то 23–24 тома – там даются комментарии отцов Церкви и других авторов с I по VIII век – это золотой век церковной патристики. Потому что все последующие авторы, которые жили после VIII века, они уже не имели статуса отцов Церкви. Почему? Они не были самостоятельны. Потому что на Вселенском соборе было принято решение: каждый, кто истолковывает Писание, он должен это делать с оглядкой на отцов Церкви. И последующих авторов мы не называем отцами Церкви, мы их называем преподобными, святителями там и так далее.  

К. Мацан 

– А не устаревает взгляд отцов Церкви? Люди жили в других, скажем так, социокультурных условиях. 

М. Борисова 

– Тем более вот вы сами упомянули, что те же поучения Иоанна Златоуста, они начинаются с каких-то смысловых толкований, а потом переходят на то, что имело отношение к реальной жизни того исторического периода и той среды, где он жил и творил. 

Протоиерей Олег 

– А вы знаете, на самом деле это все не устаревает. Я расскажу вот такой случай. Когда я учился в семинарии – это было в советские времена, ректор, владыка Александр, дал одному семинаристу поручение произнести проповедь против кроссовок. Тогда появились вот эти кроссовки белые, и когда семинаристы их одевали – а форма-то у нас была черная, – это не очень было красиво. И вот вся семинария загудела, что готовится проповедь о кроссовках. А семинарская проповедь, она произносилась после вечерней молитвы, только для семинаристов, в семинарском храме. И вот мы ждали, когда будет проповедь о кроссовках. А этот молодой человек, он побежал к монахам ученым и говорит: а где я найду про кроссовки? Ему сказали: читай Златоуста, у него там про все есть. Он стал читать Златоуста и нашел. И вот когда он произносит проповедь, он цитирует Златоуста: у нас появились юноши, которые любят носить сандалии с золотой каемочкой, они их так дорожат этими сандалиями, что, наверное, приличнее было бы такую дорогую вещь носить не на ногах, которыми мы попираем прах, а например, на голове, если она столь ценная и столь почтенная... Это был юмор, мы его поняли, и проповедь состоялась. На самом деле если бы характер человеческой природы изменился бы, то потребовались не просто новые комментарии, потребовалась новая Библия. Но мы верим в то, что Библия будет до конца человеческой истории. И мы не ждем от Бога нового откровения, кроме библейского – книг Ветхого и Нового Завета. Опять же у премудрого Соломона сказано: если тебе говорят, вот это что-то новое – не верь, это забытое старое. 

К. Мацан 

– Протоиерей Олег Стеняев, клирик храма Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках, сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер».  

М. Борисова 

– Отец Олег, вот для нас всех, читающих Евангелие, участвующих в жизни Церкви, как-то не вызывают сомнения формула: Бог есть любовь. Но я позволю себе вот дословно процитировать ту самую проповедь владыки Антония Сурожского, посвященную Рождеству Христову, где как раз он говорит о любви: «Он открыл нам любовь, которая согласна быть уязвимой, беспомощной, изливающейся, истощающей себя, щедрой, жертвенной, любовь, которая дает без меры, любовь, которая дает не только то, что имеет, но самое себя». Но прежний, древний мир до Христа этой любви не знал. Современный мир этой любви боится. Вот что происходит? Ведь, казалось бы, две тысячи лет христианству. Что произошло с миром, что он опять боится приобщиться к этой любви? 

Протоиерей Олег 

– Надо понять, что любовь человеческая – это страсть. Как страстью является человеческая злоба. И есть библейское определение слова «любовь», любовь в Библии – это совокупность совершенств. И мы говорим: Бог есть любовь. То есть это полнота совершенств, когда любое действие Бога, даже тогда, когда Он нас наказывает, есть акт Божественной любви. Если Бог есть совокупность совершенств, то есть любовь в абсолютном понимании этого слова, то любое действие Бога, даже которое мы воспринимаем как акт Божественного гнева, есть проявление Его любви. Вот такой бесстрастной любви нам достичь достаточно сложно. Потому что наша любовь, она очень такая страстная, в ней присутствует момент оценивания: кто достоин этого чувства, кто не достоин этого чувства с нашей стороны. Вот эти оценочные суждения, они немножко подставляют вот это наше человеческое чувство взаимной привязанности там, стремления к какому-то единению. А Божественная любовь, она проста, как и природа Бога, она, в принципе, проста. И Христос, чтобы нас немножко как бы приблизить к Божественной любви, Он предлагает как бы несколько этапов. Сначала Он говорит: делай другим все то, что ты сам себе желаешь, в этом закон и пророки. Он, кстати, развивает ветхозаветную концепцию школы Гиллеля. Гиллель говорил: не делай другому то, что ты сам себе не желаешь. Христос делает эту фразу Гиллеля, пассивную, активной: делай другим все то, что ты сам себе желаешь. А далее Он идет дальше, Он говорит: люби врагов, благословляй проклинающих, молись за обижающих, – что Он делает? Он выводит любовь из плоскости товарно-рыночных отношений, когда мы любим любящих и ненавидим ненавидящих. А Христос говорит: если ты приветствуешь только братьев своих, а что ты особенного делаешь? Не так ли поступают язычники? христианская любовь – это не плоскость товарно-рыночных отношений, когда мы любим любящих и ненавидим ненавидящих. Это Божественное бесстрастие. Ибо Бог, Который есть любовь и абсолютное бесстрастие, Он посылает свет солнца на праведных и на неправедных, и дождем дождит на праведных и на неправедных. Так вот Христос воплощается и рождается потом в Вифлееме ради всех людей, живущих на земле. Иоанн Богослов в Первом своем Послании пишет: Он умер не только за наших грехи – то есть уверовавших, – но и за грехи всего мира. Христос, рожденный в Вифлееме, – это милость, обращенная ко всем мирам, к каждому человеческому существу, которое существует здесь, на земле. Не только к тем, которые сейчас живут, но и к тем, которые будут жить после нас и к тем, которые жили до нас. Это милость Божественная – то что Он становится одним из нас, и как Его смерть, и Воскресение, и Его Рождество – все совершается нас ради человек и нашего ради спасения.  

М. Борисова 

– То есть получается, что сам факт Рождества Христова как бы объединяет всех людей, независимо от их убеждений, вероисповедания, мировоззрения, то есть это событие, которое обращено абсолютно ко всем людям. 

Протоиерей Олег 

– Да, это совершенно четко вы сказали. Златоуст все время подчеркивает единство человеческой природы, Он говорит: нет разницы там – иудей, эллин, богатый, нищий, там христианин, язычник, скиф, варвар – в глазах Бога мы все абсолютно равны. Ведь Христос что говорит: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас». Труждающиеся – имеется в виду, на диавола, обремененные грехами. Как новый Моисей, Он призывает нас: придите ко Мне все, и Я успокою вас – то есть совершу акт вашего исхода из мира греха. И Господь предлагает этот дар каждому человеку, живущему на земле, независимо от его нации, его религии, социального положения, возраста и пола. 

М. Борисова 

– Это очень перекликается со словом Иоанна Златоуста, которое читают на Пасху. 

Протоиерей Олег 

– Да. Постились не постились – войдите в радость. 

К. Мацан 

– В одной из радиобесед у отца Александра Шмемана звучит такая мысль, что замалчивается Рождество, вот он спрашивает: почему замалчивается Рождество? Но он, понятно, в контексте эпохи апеллировал к русскоязычному обществу, слушателю, в том числе в Восточной Европе, в Советском Союзе, где была атеистическая пропаганда. И говорил о том, что Рождество это не только весть о Боге, что может такое секулярное сознание счесть проповедью чего-то такого отдаленного, непонятного – зачем мне про вашего Бога слушать, я в Него не верю. Но это еще и событие, которое кардинально меняет взгляд на человека, в каком-то смысле, в какой-то степени, – говорил отец Александр. Вот что вы об этом думаете? Дает ли нам, вот нас если слушают люди, допустим, ну неверующие или те, кто просто присматриваются к Церкви со стороны, смотрят на традицию религиозную, что о человеке, о нас самих может нам сказать Рождество? 

Протоиерей Олег 

– Отец Александр Мень, на мой взгляд, такой сложный автор, но однажды он произнес блестящую фразу: подлинное чудо должно оставлять место для сомнения. То есть все Божии чудеса не являются актом насилия над свободной волей человека. Христос рождается для всего мира, но в радость Его рождения входит очень незначительная группа людей – это само Святое Семейство, Дева Мария и Иосиф Обручник, это три волхва, ну скажем так, плюс их там слуги, группа пастухов. Ну и два избранных человека, которые жили при храме Божием, когда вот на 40-й день Его приносят в храм.  

К. Мацан 

– А еще вол и осел, обычно изображаются в вертепе. 

Протоиерей Олег 

– Да, это тоже. Таким образом, любое чудо, даже связанное с жизнью Христа, не является вызовом чьей-то свободной воле. Войти в торжество, в радость Рождества Христова, конечно, может верующий человек. Неверующий может пережить это как некий общественный праздник, общественно значимый там городской праздник. Ну сейчас, мы знаем, в Европе борьба с Рождеством, борьба с рождественской елкой, борьба с символами Рождества. Их политкорректность доводит их до какой-то шизофрении, иначе не скажешь. 

К. Мацан 

– Ну не во всей Европе, в разных странах по-разному. 

Протоиерей Олег 

– Конечно. 

К. Мацан 

– Но есть примеры, да, это мы знаем примеры, конечно. 

Протоиерей Олег 

– Есть европейские страны, где еще соблюдают принципы христианской жизни, слава Богу. Таким образом, насилие здесь невозможно. Мы не навязываем наши праздники, мы предлагаем радоваться вместе с нами.  

К. Мацан 

– Спасибо огромное, отец Олег, за эту беседу. Еще раз поздравляем всех радиослушателей с наступившим Новым годом и с наступающим Рождеством Христовым. Дай Бог, чтобы после нашей сегодняшней беседы у всех у нас были силы подготовиться к этому празднику. Не только внешне, не только подготовить праздничный стол и...  

М. Борисова 

– Купить подарки. 

К. Мацан 

– Купить подарки и, как пел Окуджава, собрать друзей и на любовь свое сердце настроить. Но еще и подготовиться внутренне, не знаю, молитвенно, именно вот на той такой глубине отношений с Богом, о которой мы сегодня разговаривали, к которой нас обращает вся история праздника и этого события евангельского: Рождество Христово. Спасибо огромное. Протоиерей Олег Стеняев, клирик храма Рождества Иоанна Предтечи в Сокольниках, был сегодня с нами и с вами в программе «Светлый вечер». В студии также была Марина Борисова и я, Константин Мацан. Еще раз с праздниками. 

М. Борисова 

– С Новым годом. 

К. Мацан 

– С Новым годом. 

Протоиерей Олег 

– Христос рождается – славите!