Поделиться
На Базарной площади Ростова-на-Дону закончилось грандиозное строительство. Двухэтажный каменный дом с мезонином и лепнЫм фасадом вырос буквально на глазах у изумлённых горожан. По городу поползли слухи. Самый фантастический из них горожане передавали друг другу, затаив дыхание: мол, говорят, что знатный волжский купец Максимов переводит в Ростов часть своих предприятий, а в этом огромном доме знатный богатей намерен поселиться!
В одном молва оказалась права: этот дом, на тот момент самый большой и красивый в городе, действительно строил купец Роман Максимов. Однако жить в нём он не собирался. Дом предназначался для временного размещения Ростовской городской думы. Старое, ветхое здание, в котором она располагалась прежде, планировали под снос, а новое было пока ещё только в проекте. Максимов сделал Думе рациональное и логичное предложение — ожидать новоселья в более комфортном месте. И, что особенно приятно — без всякой платы за аренду. Дума раздумывала недолго, и вскоре переехала в шикарный дом на Базарной площади.
А буквально через несколько лет Роман Максимов устроил ростовчанам ещё один сюрприз. На левом берегу реки Темерник он заложил большой сад, который безвозмездно передал городу, и который вскоре стал одним из красивейших мест Ростова-на-Дону.
Однажды вечером, когда Роман Андреевич закончил вечерние молитвы, к нему в комнату постучался старший сын — Пётр.
— Отец, давно я хотел у вас спросить, — начал разговор молодой человек. — Каменный дом и сад — они ведь вам больших денег стоили. Но вы их отдали просто так... Разве это по-деловому, по-купечески?
Роман Андреевич внимательно посмотрел на сына.
— А помнишь, Петя, Нагорную проповедь Христа? — вдруг спросил он. — «Блаженны милостивые, ибо помилованы будут». Дела делами, а о милосердии забывать нельзя. Так уж от Бога заведено.
Эти отцовские слова Пётр Максимов запомнил на всю жизнь. В тысяча восемьсот шестьдесят первом году, после смерти отца, он стал во главе семейного дела. Пароходные и нефтяные компании, дерево- и металлообрабатывающие заводы приносили колоссальный доход: Пётр Романович стал первым ростовским миллионером. Но его миллионы работали не только на обогащение хозяина. Они помогали людям.
Пётр Романович стал главным попечителем городских сиротских приютов. Он жертвовал огромные суммы на их содержание, откликался на любую нужду. А по праздникам накупал целые короба игрушек и сладостей, и лично развозил подарки по приютам.
Он учредил в Ростове Дом трудолюбия, где обучали ремёслам и давали беднякам и нуждающимся возможность честно зарабатывать на жизнь.
Максимов активно включился в строительство Ростовской городской больницы. Он сделал большой вклад на первом этапе её строительства, а позже целиком взял работы на себя.
У Петра Максимова как и у его отца, благотворительность имела под собой твёрдую Евангельскую основу. Поэтому он, не скупясь, помогал городским храмам. Много лет он был старостой Казанской церкви — именно там в детстве крестили Петра Романовича. На средства купца к церкви была пристроена звонница. Благодаря Петру Максимову выросла колокольня Собора Рождества Пресвятой Богородицы. Четырёхъярусная, высотой около семидесяти пяти метров, она долгое время была самым высоким зданием в городе. Участвовал Пётр Романович и в строительстве Александро-Невского собора на Новой площади.
При нём же городская Дума переехала из отцовского каменного особняка в специально построенное для неё здание на Садовой улице. Освободившийся дом Пётр Романович передал женскому четырехклассному училищу.
Даже в своём завещании Пётр Максимов позаботился о родном городе и его жителях. Более двухсот пятидесяти тысяч рублей оставил он на нужды городских приютов, Петро-Павловской богадельни, Александровского благотворительного общества, Казанского и Рождественского храмов, а также на учреждение стипендий для беднейших учащихся городских гимназий и училищ. Не забыл Пётр Романович Максимов в завещании и о себе: «Прошу служить панихиды по душе моей и по душе жены моей Марии».
Все выпуски программы Имена милосердия
Дефис и тире. Как их не перепутать и почему это важно
Поделиться
Всего две чёрточки, а какая между ними разница! Это не загадка. Просто сегодня мы поговорим о двух графических знаках в русской письменности — дефисе и тире.
Они, оказывается, похожи не только внешне, но и по происхождению. Оба слова заимствованы из других языков, в отличие от русских названий остальных знаков — точки, запятой, кавычек и прочих.
Наименование дефиса, короткой чёрточки, пришло из немецкого, а происходит оно от латинского divisio — что значит «разделение». Слово тире восходит к французскому глаголу «тянуть» и обозначается длинной чертой.
Оба знака стали применяться во второй половине XIX века — из-за усложнения графической системы языка и развития типографского искусства.
А впервые знак тире под названием «молчанка» описан в 1797 году в «Российской грамматике» профессора Антона Алексеевича Барсова. Одним из популяризаторов тире был писатель Николай Карамзин, живший в конце XVIII — начале XIX века.
Чем же отличается употребление этих графических знаков? Дефис ставится только внутри слов и, можно сказать, является их частью. Например, он присоединяет особую приставку кое-: «кое-кто». Или суффиксы -то, -либо, -нибудь: «где-нибудь», «кто-либо». Дефис нужен, чтобы создавать сложные слова, такие как «тёмно-красный», «юго-запад», «плащ-палатка». Недаром в XVIII − XIX веках дефис назывался «знаком единительства» — он объединяет части слов, при этом разделяя их на составные части.
А тире нужно, чтобы разграничивать части предложения, это настоящий знак препинания. С помощью него, например, мы отделяем подлежащее от сказуемого, если оба являются одной частью речи: «Солнце — (тире) это звезда». Или тире может обозначить, что перед нами сложное предложение, например: «Придут гости — (тире) сядем за стол». Также этот знак препинания используют при оформлении прямой речи.
Тире играет свою роль внутри предложения, а дефис — внутри слова. Но это ещё не всë. Среди специалистов издательской сферы — типографов, дизайнеров, редакторов — известны два типа тире: короткое и длинное. Более длинный знак используют как пунктуационный знак тире, а более короткий — как «технический знак», например, при обозначении интервала, выраженного цифрами: взять три − пять яблок.
И в деловой переписке, и в обычном интернет-общении стоит обратить внимание на правильное использование дефиса и тире. Ведь графическое оформление письменной речи — это важная часть родного языка.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
Почему мы оправдываемся и стоит ли это делать
Поделиться
Оправдания — дело привычное. Почти каждый сталкивался с необходимостью объяснить свои действия: «не успел», «не заметил», «всё пошло не так». Почему же мы пытаемся сгладить наши недочёты оправданием?
Дело скорее всего в том, что мы защищаем своё самолюбие, маскируем ошибки или хотим избежать конфликтов. Сказать «это не моя вина» проще, чем признать: «Да, я поступил неправильно». Оправдания — это защитный рефлекс.
С другой стороны, если что-то пошло не так, то нам хочется объяснить, почему. Бывают ситуации, которые не позволили выполнить обещанное. Иногда оправдания необходимы: если обстоятельства действительно помешали, объяснение поможет избежать несправедливости, обиды, недоверия.
Но если приходится часто оправдываться или просто объясняться, это повод задуматься. Возможно, причина в отсутствии дисциплины или в излишней беспечности.
Зачастую мы оправдываемся, когда чувствуем вину. Или подозреваем, что нам не верят. Да, в самом слове «оправдание» кроется корень «прав». То есть мы хотим остаться правыми, несмотря на совершённую ошибку. Верен ли такой подход? Это каждый решает сам.
Как писал в дневниках Михаил Пришвин: «Если судить самого себя, то всегда будешь судить с пристрастием или больше в сторону вины, или в сторону оправдания. И вот это неизбежное колебание в ту или иную сторону называется совестью».
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
6 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Isaac Quesada/Unsplash
Для младенца, находящегося под сердцем матери, для формирования его личности важно всё, чем родительница живёт и что делает: её образ мысли и жизни; устроение духа и настроение души, питание, среда обитания и прочее. Вот почему нам, словесным младенцам, совершенно необходимо теснейшее общение с Матерью Церковью: посещение богослужений, взирание на святые иконы, слушание церковных песнопений, и особенно — участие в таинствах. Останься христианин вне Церкви — и его духовное развитие затормаживается, либо пресекается вовсе.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
