Поделиться
Давным-давно мне в руки попала небольшая книга поэта Геннадия Русакова «Время птицы». Изданная «Советским писателем» в 1985-м году, она оказалась одной из последних поэтических книг, принадлежащих «старой эпохе» новейшей истории, хотя до распада империи оставалось еще целых шесть лет. Ваш ведущий был тогда очень молод, влюблён в девушку, которая впоследствии стала его женой, работал на производстве и казался себе вполне самостоятельным. В то время я без конца сочинял стихи и настойчиво искал среди современных поэтов – «своих». Тут-то мне и встретилось горькое и живописное русаковское слово. Кажется, целый год я проходил с его книжкой в кармане, сочинительство своё мало-помалу забросил, а преданным читателем Геннадия Русакова остался и по сегодня.
Когда высоких звёзд трепещущее пламя
касается меня, как бережный костёр,
я снова их зову родными именами
и кличками моих покинутых сестер.
У мира нет сирот, а только отчужденье.
Мы все одна семья и помним имена.
Нам верить и любить, и праздновать рожденье,
и ласковых детей укачивать до сна.
И я не одинок – я сын большого дома.
И где-то надо мной – а где, не угадать! –
опять меня зовут так тихо, так знакомо,
что дай мне, Боже, сил навзрыд не зарыдать.
Геннадий Русаков, из книги «Время птицы», 1985-й год.
Об отчужденной «отдельности» поэта, когда-то беспризорника, детдомовца и выпускника суворовского училища, благодарного ученика Арсения Тарковского и многолетнего переводчика-синхрониста, – писал каждый, взявшийся размышлять о поэзии Русакова. Однажды в его стихах родились отчаянные вопрошания Иова (написалась целая книга), позже непримиримость личной потери соединилась с радостью спасительного обретения (сложился другой сборник), но глубинной русаковской болевой драме, тянущейся из далека, – уйти было некуда.
Его старинная боль навсегда растворена в родовой крови, гул и толчки которой он бесконечно соотносит с глухим гудением огромной страны, – которая есть, как кажется, главная героиня его поэзии.
Как мне родину помнить, рязаням за руки цепляться,
мягкотелых коломен из их скорлупы вынимать,
уезжать-возвращаться, повторной любовью влюбляться,
в каждой встречной старухе угадывать ро́дную мать?
Как мне сурик не тратить на ветхозаветные доски,
не топтаться по жести и воздух не схватывать ртом?
Ах, душа колобродит, Шопена гундит на расчёске...
Но об этом – не летом, об этом когда-то потом.
Время ярости зреет и меряет вдоль километры.
Расшивает понтоны, по насыпям гравий трясет.
Из Хазарий приводит свои уголовные ветры
за семьсот расстояний, а может, уже за пятьсот.
Время жалости, Боже, разлуки, прощаний и вскрика,
мокрых щек и акаций, седого качанья осок!
Как мне родину помнить от мала ее до велика,
до смещения сердца, до слёз на отвальный песок?
…Прощаясь, я решил заглянуть в самые последние строки давней русаковской книжки, о которой говорил в начале программы. Господи, как они хороши!
«…Дорогие мои, мы так мало любили и мало сказали друг другу! / Это тихие мыши в полях шелухой шелестят. / И опять над землей треугольник, нацеленный к югу. / И по ниточке памяти птицы на ощупь летят».
Аланский Успенский мужской монастырь (Северная Осетия)
Поделиться
Куртатинское ущелье в горах Северной Осетии — место потрясающей красоты. Облака белым туманом ложатся на зелёные луга и скалистые отроги. Здесь, на высоте около двух тысяч метров над уровнем моря, стоит Аланский Успенский мужской монастырь — самая высокогорная православная обитель в России.
Монастырь находится в ауле Хидикус — это примерно час езды по живописной дороге от столицы республики, города Владикавказ. Вокруг — тишина, которую нарушает лишь щебет птиц и плеск волн горной реки Фиагдон, которая протекает у подножия монастыря. Аланская Успенская обитель похожа на средневековый замок. Стены, башни, братские корпуса и монастырский Иверский собор построены из необработанного горного камня. Успенский монастырь столь органично вписывается в окружающий пейзаж, что, кажется, был здесь всегда. И очень удивляешься, когда узнаёшь, что на самом деле обитель совсем молодая — построена она в начале 2000-х годов.
Всё началось с восстановления небольшой церкви Жён-Мироносиц, которая появилась в Куртатинском ущелье Кавказа, рядом с аулом Хидикус, примерно в середине 19 столетия. Храм действовал до 1928 года, а потом его закрыли и он долго стоял заброшенным. В 2000-х по благословению архимандрита Ипполита (Халина), настоятеля Рыльского Свято-Николаевского монастыря, в Хидикус приехали монахи-осетины из числа рыльской братии. Они организовали работы по восстановлению Мироносицкой церкви. А вскоре рядом с нею появился и Аланский Успенский мужской монастырь с величественным собором Иверской иконы Божией Матери. В Осетии Иверский образ Богородицы почитают особо. По преданию, список с первообраза Иверской иконы когда-то преподнесла в дар осетинам святая благоверная царица Тамара, просветительница Грузии. На протяжении нескольких столетий икона хранилась здесь, в Куртатинском ущелье, в маленькой горной часовенке. Однако в годы Великой Отечественной войны образ был утрачен.
Рядом с Иверским собором — высокая каменная колокольня. Это старинная постройка — так называемая родовая башня. В ансамбле современного Успенского монастыря их две. В 17-18 столетиях башни принадлежали местному древнему роду Гусовых, и служили, по всей видимости, оборонительными сооружениями. Теперь в одной из них — монастырская звонница, а в другой — часовня.
Каждый день сотни паломников поднимаются к монастырю по горной лестнице. Когда облака опускаются совсем низко над ущельем, кажется, что лестница эта ведёт прямо в небеса. В сущности, так оно и есть. Ведь когда над вершинами гор звучит молитва, небо здесь становится ещё ближе.
Все выпуски программы ПроСтранствия
27 мая. «Золото одуванчиков»
Поделиться
Фото: Viridi Green/Unsplash
Как веселит взор весенний луг, сплошь покрытый золотыми головками одуванчиков, словно тысячами малых солнышек, выглянувших из-под сочных зелёных листьев! Мне это сказочное видение говорит о таинстве пребывания в нас благодати Божией с её бесчисленными дарами: свободы, бессмертия, чистоты, тепла любви, премудрости, смирения — всего и не перечислить... Когда от сердца начинаешь благодарить Создателя за Его милости и щедроты, в душе является радость — та самая детская радость, которая некогда посещала нас на поле с золотыми одуванчиками...
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Крошки. Яна Зотова
Поделиться
Яна Зотова
«Дочь, захвати с собой вот этот пакетик с крошками и высыпь голубям» — говорила мне в детстве мама. И я теперь точно также говорю своим детям, когда те собираются утром в школу и институт. Они также неохотно, как и я поначалу, берут собранный мною пакетик с остатками крупы, мюсли. и хлеба несвязно. и идут по тропинке в угол двора, где голуби уже ждут их. Птички радостно подлетают, завидев падающие крошки.
Почему же не хочется сразу соглашаться взять с собой этот пакетик? Не такой уж большой крюк надо сделать, чтобы дойти до нужного места. Маленькое неудобство, а все равно не хочется брать на себя лишний труд, пусть и совсем крохотный.
Но если немного поразмыслить, получается, что это не такой уж и малый труд. Это, конечно, не подвиг, но польза от него есть. Получается, что я, если не каждый день, то примерно через день приношу еду птичкам, которых создал Господь, то есть, комлю Его создания, забочусь о том, чтобы они не остались голодными. Иду по тропинке и думаю: «я кормлю их, а Господь кормит меня». Возможно, Создатель кормит меня в том числе и для того, чтобы я тоже имела возможность проявить свою любовь к Его творениям.
Никакого подвига. Ничего выдающегося от меня не требуется. Просто пожертвовать небольшим количеством времени, сил, чтобы собрать те самые крохи с нашего стола и донести до места. Легче было бы выбросить, но если представить сколько килограммов получится, например за год, то понимаешь, что это будет совсем не правильно. Кто-то сеял семена, кто-то собирал урожай, кто-то пёк, кто-то вёз в магазин, а я просто выброшу? Почему? Потому что мне лень отнести? Так совсем не правильно. Пусть эти крохи станут пищей для птиц.
Вот такое маленькое добро получается делать. Надеюсь, эта хорошая привычка останется и у моих детей. Трудно делать большие добрые дела. Так хотя бы маленькие будем творить регулярно.
Автор: Яна Зотова
Все выпуски программы Частное мнение
