Поделиться
Проект «Свидание с шедевром» реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.
— Здравствуйте! Я бы хотела оформить подписку на журнал «Фома» на год, если можно.
— Конечно... Минуточку... А не расскажете ли, пока посетителей кроме вас на почте нет, что это за издание? И почему этот журнал называется «Фома».
— Назван он именем одного из учеников Христа — апостола Фомы. Слышали о нём что-нибудь?
— А, тот самый, про которого говорят Фома неверующий! Признаться, кроме этого, мне больше ничего о нём неизвестно. А почему так говорят про апостола Фому?
— Знаете, я вам не просто расскажу, а даже проиллюстрирую свой рассказ. У меня в телефоне есть изображение одной картины Рембрандта... Минутку, я сейчас её покажу. Оригинал работы находится здесь, в Москве, в Пушкинском музее и она как раз посвящена этому апостолу. Вот, нашла. Называется картина «Неверие апостола Фомы». Голландский художник Рембрандт ван Рейн написал её в 1634 году.
— Позвольте взглянуть... На картине изображены люди. Посреди них — наверное, Христос. На Его груди — открытая рана. Облик Христа светится на тёмном фоне. А перед Ним — седовласый мужчина. Поза и взгляд человека говорят о том, что он удивлён или скорее, потрясён.
— Да, этот мужчина — и есть апостол Фома. И он в самом деле глубоко потрясён тем, что увидел перед собой воскресшего Христа.
— Он не верил в то, что Христос воскрес...
— Да, именно так. Сначала для него стало шоком то, что произошло с его Учителем: арест, истязания, мучительная смерть Его на кресте... Весть о явлении Иисуса Христа воскресшим апостол Фома воспринял с недоверием, он усомнился в том, что это может быть правдой. «Если не увижу на руках Его ран от гвоздей, — приводит слова Фомы евангелист Иоанн, — и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в рёбра Его, не поверю».
— И Христос явился ему?
— Да. Спаситель снова явился апостолам, среди которых был Фома. Христос предложил Фоме вложить палец в Его рану. Именно этот момент мы видим на картине Рембрандта «Неверие апостола Фомы». Спаситель находится среди Своих учеников. Они изумлены происходящим.
— А кто-то пал перед Ним на колени...
— Поза апостола Фомы указывает на его крайнее эмоциональное потрясение, он буквально теряет равновесие от увиденного. «Господь мой и Бог мой!» — воскликнул апостол Фома. В этот момент он всем сердцем уверовал в воскресение Господа нашего Иисуса Христа из мёртвых.
— Но хорошо ли это — уверовать только тогда, когда получишь доказательства?
— Знаете, это сложный вопрос... Думаю, что у каждого свой путь ко Христу. Кто-то, как Мария Магдалина, которая первая узнала от ангела о воскресении Христа из мёртвых, сразу, ни секунды не сомневаясь, поверит в это.
— А кто-то, как апостол Фома сомневается...
— Истории учеников Спасителя, да и не только... Вообще всё Евангелие пронизано мыслью о том, что свет Христовой веры воссиял для всех людей и всех народов. Для бедных и богатых, для простых рыбаков и людей знатных, для доверчивых и сомневающихся...
— Знаете, всё так интересно... Вот бы почитать что-то на эту тему...
— Нет ничего проще — оформите себе подписку на журнал «Фома», там много полезных материалов. Об апостолах, о святых подвижниках, да и вообще о нашей жизни...
— Да, обязательно выпишу себе журнал. А ещё схожу как-нибудь в музей имени Пушкина, чтобы воочию увидеть картину Рембрандта «Неверие апостола Фомы».
Все выпуски программы Свидание с шедевром
Послание к Евреям святого апостола Павла
Поделиться
Рембрандт (1606—1669) Апостол Павел
Евр., 321 зач. IX, 11-14
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Некоторые, уже давно ставшие для нас привычными, мысли Нового Завета для его непосредственных адресатов звучали чем-то немыслимым, невозможным и даже кощунственным. Так и со звучащим сегодня во время литургии в православных храмах отрывком из 9-й главы Послания апостола Павла к Евреям, в котором содержатся крайне непростые мысли, если же в них вдуматься, то они способны вызвать оторопь.
Глава 9.
11 Но Христос, Первосвященник будущих благ, придя с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть не такового устроения,
12 и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление.
13 Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело,
14 то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному!
Ветхий Завет не знает человеческих жертвоприношений. Единственное исключение, которое до сих пор волнует умы читателей Библии, — это история жертвоприношения Исаака. Однако тогда оно не было доведено до конца: Бог дал Аврааму повеление принести в жертву Исаака, но в последний момент Ангел Господень остановил Авраама, сказав: «Не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего, ибо теперь Я знаю, что боишься ты Бога и не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня» (Быт. 22:12). Конечно же, для иудеев рассказ Послания к Евреям о Крови Христовой, то есть о Христовом Жертвоприношении, а также о вечном искуплении был чем-то совершенно немыслимым, ведь получалось, что весть о Христе входит в противоречие с одним из важнейших принципов Ветхого Завета.
Более того, в прозвучавшем только что отрывке Послания к Евреям мы услышали и упоминание «большей и совершеннейшей скинии», которая, к тому же, «нерукотворённая». Это тоже нечто странное, непонятное и удивительное, особенно если вспомнить, что скиния собрания, а позже созданный по её образу Иерусалимский храм, были самыми важными вещественными святынями Ветхого Завета.
Кажется вполне очевидным, что рассказ апостола о жертвоприношении и новой скинии был необходим по двум причинам: во-первых, он должен был привлечь пристальное внимание его адресатов, а во-вторых, дать им понять, что речь в Послании к Евреям идёт о чём-то принципиально новом, таком, что превосходит все представления Ветхого Завета. То, что описывает услышанный нами сегодня отрывок апостольского послания, можно назвать новым творением, которое соотносится со старым творением как образ с прообразом. Да, у них один и тот же Творец, но качественно новое творение радикально отличается от старого, оно имеет иные законы, иные принципы, оно устроено иначе, начало же его — Христово Воскресение.
Если мы будем внимательны к евангельским свидетельствам о Воскресении, то мы заметим, что эти рассказы существенным образом отличаются от того, что было до Распятия и Воскресения. В них как будто бы иная логика, и это действительно так, ведь после Воскресения мы видим столкновение и взаимопроникновение двух, если можно так выразиться, реальностей: реальности Царства Божия и реальности нашего мира, а потому рассказы о явлении Христа Воскресшего апостолам вызывают массу вопросов и недоумений. К примеру, мы не можем и никогда не сможем компетентно, аргументированно, и, самое важное, корректно объяснить, почему ученики Христовы не всегда могли узнавать своего Учителя. Не сможем мы объяснить и «механику» самого Воскресения. Нам навсегда останется неясным, к примеру, откуда Господь взял одежду после Воскресения и какими законами физики можно объяснить Вознесение Господне.
Впрочем, апостольское Послание к Евреям и не призывает нас искать ответы на эти безответные вопросы. Его цель совсем другая: оно указывает нам путь в реальность нового творения, туда, где нет ни печали, ни воздыхания, ни боли, ни смерти, и путь это лежит через вкушение Христовых Тела и Крови, которые очищают «совесть нашу от мёртвых дел, для служения Богу живому и истинному» (Евр. 9:14).
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 10. Богослужебные чтения
Поделиться
Знаете ли вы, что даже самый большой храм может быть... свёрнут до небольшого предмета, помещающегося в ладони? Не верите? Давайте послушаем 10-й псалом Давида, который сегодня читается в храмах за богослужением, и я поясню свой вопрос.
Псалом 10.
Начальнику хора. Псалом Давида.
1 На Господа уповаю; как же вы говорите душе моей: «улетай на гору вашу, как птица»?
2 Ибо вот, нечестивые натянули лук, стрелу свою приложили к тетиве, чтобы во тьме стрелять в правых сердцем.
3 Когда разрушены основания, что сделает праведник?
4 Господь во святом храме Своём, Господь, — престол Его на небесах, очи Его зрят на нищего; вежды Его испытывают сынов человеческих.
5 Господь испытывает праведного, а нечестивого и любящего насилие ненавидит душа Его.
6 Дождём прольёт Он на нечестивых горящие угли, огонь и серу; и палящий ветер — их доля из чаши;
7 Ибо Господь праведен, любит правду; лицо Его видит праведника.
В центре прозвучавшего псалма — слова Давида: «когда разрушены основания, что сделает праведник?» Этот вопрос выглядит риторическим — то есть не предполагающим прямого ответа, но вот история Русской Церкви дала буквальный, очень конкретный ответ в страшные времена гонений начала ХХ века. Когда храмы массово закрывались, духовенство изничтожалось, вера становилась предметом издёвок и надругательств — любой священник хорошо знал: если храм — обречён, если его невозможно отстоять — надо забрать прежде всего антиминс с престола, и тогда, где бы ни привёл Господь оказаться, можно будет совершать самое главное богослужение Церкви — Божественную Евхаристию. Антиминс — это небольшой матерчатый плат, на котором изображено положение во гроб Христа Спасителя и есть подпись епископа о том, что в данном храме благословляется совершать Литургию.
Это я и имел в виду, когда в начале передачи спросил — можно ли «свернуть» храм в ладошку? Да, можно — потому что без антиминса совершать Литургию нельзя — каким бы огромным, роскошным, богато обставленным храм ни был. Почему? Потому что Церковь — это прежде всего общность всех верных, гарантом которой и является епископ, — в этом прежде всего заключается его служение. Представляете, как интересно? Не какая-то чудотворная икона. Не мощи почитаемых святых. Не богато украшенные священные сосуды. А — ткань, которая подписью связана с епископом, — не «богословской формулой», не «изысканной гимнографией», не «проникновенной музыкой», а — живым человеком.
Не это ли и является главной тайной Церкви — какие бы внешние формы религиозной жизни ни были в истории, как бы они ни возвышались или, напротив, обрушивались и разваливались — пока есть живая вера в живых преемниках апостолов — Церковь будет крепко стоять, даже когда вокруг всё будет в прах разваливаться!
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«5-е воскресенье Великого поста. Преподобная Мария Египетская». Протоиерей Максим Первозванский
Поделиться
Прот. Максим Первозванский
У нас в гостях был клирик московского храма Сорока Севастийских мучеников протоиерей Максим Первозванский.
Еженедельно в программе «Седмица» мы говорим о праздниках и днях памяти святых на предстоящей неделе.
В этот раз разговор шел о смыслах и особенностях богослужения и Апостольского (Евр.9:11-14) и Евангельского (Мк.10:32-45) чтений в 5-е воскресенье Великого поста, о Лазаревой субботе, о днях памяти преподобного Алексия, человека Божия, мученицы Фотины (Светланы), преподобной Вассы Псково-Печерской, преподобного Серафима Вырицкого.
Ведущая: Марина Борисова
Все выпуски программы Седмица
