
— Лукиан Попов. Портрет жены художника Иерофея Мехеда. Андрюша, тебе не кажется, что я похожа на женщину, которая изображена на этой картине?
— У вас, безусловно, много общего — мягкий овал лица, серые глаза, курносый нос. И взгляд у тебя, Алла, такой бывает — робкий и в то же время испытующий. Когда ты спрашиваешь о чём-то важном, преодолевая природную застенчивость. Хотя героиня полотна жила в девятнадцатом веке — автор запечатлел её в 1897 году.
— Лукиан Попов был тонким психологом! А я ничего не знаю об этом художнике. Расскажи о нём?
— С радостью! Тем более это уместно здесь, в Оренбургском музее изобразительных искусств. Когда галерея открылась в 1960 году, картины Попова стали основой её коллекции.
— Правда? А почему?
— Местным жителям работы Лукиана Васильевича особенно дороги, поскольку Оренбург — его малая родина. Здесь подростком художник получил первые уроки рисования.
— Родители нанимали ему учителей?
— Нет. Попов был из бедной семьи. В двенадцать лет его отдали прислуживать в писчебумажный магазин, где продавались кисти, краски, бумага и холсты. Мальчик познакомился с покупателями — местными художниками. Один из них — Иерофей Мехед, чью жену мы видим на портрете, заметил у Лукиана способности к рисованию. И стал с ним заниматься.
— Бесплатно?
— Да, совершенно бескорыстно! Иерофей Романович был человеком верующим и добросердечным, он преподавал иконопись в Оренбургской духовной семинарии. В семье Мехедов Лукиан нашел душевное тепло, поддержку, дружбу. И талант мальчика развился. Так, что на его рисунки обратил внимание столичный художник Аполлинарий Васнецов.
— А где они познакомились?
— В том же писчебумажном магазине. Будучи по делам в Оренбурге, Васнецов заказал здесь раму для картины. Лукиан осмелился показать маститому гостю свои работы. Апполинарий Михайлович посоветовал подростку получать образование в Санкт-Петербурге.
— Попов прислушался?
— Да! За время работы в магазине он накопил денег, перебрался в Петербург и поступил в Высшее художественное училище при Императорской академии художеств. Успешно его окончил, позднее стал академиком живописи. Но на родину всегда возвращался. И непременно навещал Иерофея Мехеда. В один из таких визитов Лукиан Попов и создал портрет супруги своего первого учителя.
— А что она была за человек?
— О Марии Саввичне Мехед почти ничего не известно. Пожалуй, больше всего поведать о ней может портрет, написанный Лукианом Поповым. Смотришь, и понимаешь, какой была героиня полотна — кроткой, нежной, мягкой.
— И скромной! На ней тёмно-серое закрытое платье, и никаких украшений, кроме кружевного шарфа, наброшенного на голову, струящегося по плечам.
— Портрет Марии Саввичны и о своём авторе, Лукиане Попове, свидетельствует красноречиво. Бедный провинциальный мальчик стал успешным художником, но никогда не забыл своих благодетелей, супругов Мехедов. Эта картина — памятник человеческой благодарности.
Портрет жены художника Иерофея Мехеда кисти Лукиана Попова можно увидеть в Оренбургском музее изобразительных искусств.
Все выпуски программы Краски России:
31 мая. «Весенняя ночь»

Фото: Da-shika/Unsplash
Отчего не спится майской весенней ночью, когда бодрствуют соловьи, оглашая пространство неподражаемыми трелями, а воздух напоён ароматами цветущих плодовых деревьев и садовых кустарников? Не спится потому, что душа чувствует пробудившиеся после долгого зимнего сна силы природы и сама тянется всеми фибрами своими к Источнику бытия — Богу крепкому и живому. И бывает тогда ночь светлее самого дня, потому что осеняющая душу благодать выводит её за границы времени и пространства в область незримого человеческим глазом света любви Божией.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Дома

Фото: Anastasia Shuraeva / Pexels
Под утро в мой сон ворвался сладкий медовый запах. Я так явно ощутила его, что сразу проснулась. И поняла: мне это не приснилось! Комната действительно была наполнена чудесным, летним и таким знакомым ароматом. Делаю глубокий вдох: кажется, пахнет из кухни. В недоумении шлёпаю босиком по нагретому утренним солнцем паркету. Открываю дверь, и сердце подпрыгивает от радости: мама приехала! Вот так сюрприз! Стоит, как ни в чём не бывало, у плиты, помешивает что-то в большой кастрюле... Варенье! Надо же, целое ведро абрикосов привезла! «Это с нашего большого дерева, сама собирала», — говорит вместо приветствия. Со всех ног бросаюсь её обнимать. С тех пор, как я перебралась из тихого южного посёлка в большой шумный город, мы так редко видимся! Мама ставит на стол блюдце со свежим, ещё горячим вареньем, наливает чай. Мы садимся, смотрим друг на друга, улыбаемся. И я вдруг всем сердцем чувствую, что наконец дома.
Текст Анна Покровская читает Алёна Сергеева
Все выпуски программы Утро в прозе
31 мая. О морали и нравственности

Об отличии морали от нравственности — клирик московского храма Сорока мучеников Севастийских в Спасской слободе протоиерей Максим Первозванский.
Серьёзность наших намерений, серьёзность наших чувств, серьёзность нашего состояния определяется не во времена благоденствия, а определяется, когда нам предстоит сделать выбор. Выбор — это всегда отрицание и отречение одного ради другого. Хорошо, когда можно совмещать: «Хорошо, когда можно и невинность соблюсти, и капитал приобрести». А вот когда тебе приходится выбирать одно из двух — или невинность, или капитал, — вот здесь и проверяется, насколько твои представления, если уж следовать прямо этой поговорке о целомудрии, насколько они тверды.
Сколько у нас людей, которые говорят: «Мы против взяток», но легко готовы давать взятки сотрудникам постовой службы в случае нарушения ими правил или какому-нибудь чиновнику для продвижения своих собственных интересов. Сколько у нас мужей и жён, которые за крепкую семью и против измен, но, если приходит какая-то ситуация, легко готовы изменять своим мужьям или жёнам.
Этим отличается мораль от нравственности. Мораль — это то, что я провозглашаю, а нравственность — это то, чем я живу. И как раз если мораль можно просто озвучить, то нашу нравственность можно понять только в периоды испытаний.
Все выпуски программы Актуальная тема:











