Поделиться
Рембрандт. Апостол Павел в темнице. 1627
Кол., 261 зач., IV, 10-18.
Глава 4.
10 Приветствует вас Аристарх, заключенный вместе со мною, и Марк, племянник Варнавы (о котором вы получили приказания: если придет к вам, примите его),
11 также Иисус, прозываемый Иустом, оба из обрезанных. Они — единственные сотрудники для Царствия Божия, бывшие мне отрадою.
12 Приветствует вас Епафрас ваш, раб Иисуса Христа, всегда подвизающийся за вас в молитвах, чтобы вы пребыли совершенны и исполнены всем, что угодно Богу.
13 Свидетельствую о нем, что он имеет великую ревность и заботу о вас и о находящихся в Лаодикии и Иераполе.
14 Приветствует вас Лука, врач возлюбленный, и Димас.
15 Приветствуйте братьев в Лаодикии, и Нимфана, и домашнюю церковь его.
16 Когда это послание прочитано будет у вас, то распорядитесь, чтобы оно было прочитано и в Лаодикийской церкви; а то, которое из Лаодикии, прочитайте и вы.
17 Скажите Архиппу: смотри, чтобы тебе исполнить служение, которое ты принял в Господе.
18 Приветствие моею рукою, Павловою. Помните мои узы. Благодать со всеми вами. Аминь.
Комментирует священник Стефан Домусчи.
В сегодняшнем чтении мы слышим окончание послания апостола Павла к Колоссянам. И как это обычно для апостола, в конце он упоминает людей, которые были знакомы местным христианам, он дает поручения и передает приветы. Мы слушаем его слова и понимаем, что для кого-то из его учеников все это было чрезвычайно важно, было живо и значимо. Можно порадоваться за тех, кого он упомянул, кому дал высокую оценку. Но нас мучает вопрос: для чего этот текст нам? Чем он может быть нам полезен, если мы не знаем ни тех, о ком идет речь, ни того, чем именно они отличились.
И все же на самом деле эти тексты невероятно интересны именно тем, что они говорят о простой и ежедневной жизни обычных христиан. Из них становится понятно, что братолюбие и благочестие — не только слова, которые произносятся во время поучений, но реальные факты жизни во Христе. Мы видим, что Павел находится в заключении и для него это непросто. Он просит помнить о его узах, то есть, по-видимому, молиться за него в трудной ситуации. И все же, первое, что поражает в этом отрывке — полнота жизни. Человек, ожидающий суда и смертной казни, ведет себя совершенно спокойно, потому что не боится смерти.
Люди во все времена знали, что смерть существует, но не могли ощутить ее как факт личной биографии. Все вообще — смертны, но конкретному человеку осознать это про себя практически невозможно. Это знание закрывается от нас пеленой, как будто бы психика сопротивляется этому знанию. Ведь кажется, только осознаешь собственную смертность, и бездна бессмыслицы откроется перед тобой во всей своей необъятности. Однако апостол, судя по многочисленным обмолвкам, прекрасно понимающий, чем закончится его пребывание в узах, ведет себя не как тот, кому предстоит умереть, но как тот, кому надлежит жить. Жить не в простом биологическом смысле, но в смысле духовном. И речь не столько о судьбе его духа после смерти, сколько о том, что жизнь для него — это пребывание с Богом, а смерть — лишение общения с ним. Он хвалит Епафраса, который одним из первых проповедовал в Колоссах, за его молитву об учениках. Епафрас их учитель, но ищет не своего, а Божьего, хочет, чтобы они были совершенны и исполнены всем, что угодно Богу. Это же можно сказать о самом Павле, который перед лицом испытаний не пытается сбежать, не просит помощи, но заботится об учениках.
Современным людям кажется, что они очень много знают о христианстве. Что понятия Бог, заповеди, грех, спасение и другие записаны у них на подкорке. Даже те, кто совершенно не верит в Бога, по большей части знают о чем идет речь. Однако знать концепции и знать веру — совсем не одно и то же. Знать христианство как концепцию может кто угодно, ведь для этого достаточно прочитать несколько книг и иметь хорошую память. Однако знает христианство по-настоящему лишь тот, кто в любые времена и в любых обстоятельствах живет общением со Христом.
31 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kacper G/Unsplash
Дорогие друзья, завершая наши мартовские этюды о младенчестве, обратимся с молитвой к Спасителю мiра:
«О Богомладенче Иисусе, в пречистых и непорочных теле и душе Которого обитает полнота Божества! Ты обнимаешь Своим всевидящим и премилостивым взором всех младенцев под небесами, уже рождённых и только чающих увидеть свет Божий! Сохрани их всемощной Десницей Своей, соблюди от бесовской неприязни и от злобы человеческой; сподоби их дара Духа Твоего Святого в Таинстве крещения в лоне Апостольской Церкви Твоей, да прославляется в них и чрез них Твоя неистощимая благость во веки веков! Аминь».
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Потоп. Ольга Кутанина
Поделиться
Однажды, когда я укладывала годовалого младенца на дневной сон, четырёхлетний сын Коля ворвался в спальню и сообщил: «Мама, на кухне с потолка вода капает!»
Я не сразу поняла, что происходит. Но Коля был так взволнован, что пришлось поспешить на кухню. Там я увидела младшую дочь Нину с тряпкой в руке.
Вода с потолка лилась уже струёй через отверстие для люстры, хотя прошло не более пяти минут. Я только успевала менять ёмкости. И вспоминала, куда же надо звонить в таком случае? Позвонила самому надёжному для меня человеку — мужу. Спросила, как обесточить квартиру, ведь провода проходят как раз по потолку.
Супруг вызвал аварийную службу и сам тоже срочно поехал с работы домой.
Прошло минут десять. Струи ржавой тёплой воды потекли в коридоре, в одной детской, в другой, со всех люстр, по стенам. Дети бегали из комнаты в комнату и сообщали о новых подтёках, а я спешила найти тряпки, полотенца, тазы, выливала воду из наполнившихся ёмкостей. Мысленно благодарила Бога, что вода не горячая, а теплая, ведь струйки пробивали потолок и он уже походил на душ, который брызгал нам на головы, куда бы мы ни прятались. После Коля сказал, что у нас в квартире открылся потолок и пошёл дождь.
На кухне она текла уже с такой силой, что чудом не обвалился подвесной потолок.
Прошло полчаса. Приехала аварийная служба. Оказалось, что на чердаке прорвало трубу отопления. А наш этаж как раз верхний. Трубу перекрыли, но вода не останавливалась. Приехали муж, старший сын, старшая и средняя дочери. Теперь мы трудились все вместе.
Моя душа тогда была похожа на стороннего наблюдателя. Ещё одна комната, кровать, шкаф... Что же останется? Господи, только бы не красный угол! Накрыла полки с иконами, но вода чудесным образом даже не тронула эту часть комнаты. Только бы не пианино! Мы отодвинули инструмент от стены, по которой текли струйки. И не шкаф с книгами! Ведь мы так долго собирали по крупицам нашу библиотеку! Но в комнату с библиотекой и пианино вода не пошла.
А что же в спальне? Младшие дети теперь сидели там в углу большой кровати и печально смотрели как на её середину, на простыню и одеяло, с люстры течёт вода. Я поставила тазик и сюда.
Уже поздно вечером, когда с потолка лишь капало то там, то тут, мы сели ужинать при свечах. Электричество-то отключили. И, как ни странно, после таких событий, нам было особенно тепло и радостно благодарить Бога за трапезу, за то, что все целы и невредимы, что есть сухой стол в одной из комнат, а на нём — еда, что в сохранности остались иконы, пианино и книги...
Мне вспомнилось наставление преподобного Алексия Зосимовского: «Я вам не желаю ни богатства, ни славы, ни успеха, ни даже здоровья, а лишь мира душевного. Это самое главное. Если у вас будет мир, вы будете счастливы...».
Иногда я так сильно привыкаю к тому, что имею, к самой жизни, к её радостям и даже удобствам, что не думаю о том, как легко можно всего этого лишиться. Кажется, что материальный мир вокруг меня надолго, на века. Но в день потопа я увидела, как за пятнадцать минут можно потерять имущество.
И все же, несмотря на пережитое в этот день, а может, и благодаря этому, в моей душе был мир. Будто сам Бог через потоп помог увидеть главное и оттого почувствовать радость.
Автор: Ольга Кутанина
Все выпуски программы Частное мнение
Милостыня
Поделиться
Фото: Maxim Titov / Pedels
Выхожу за пределы церковной ограды после утренней службы, под ногами легонько поскрипывает снег. День будний, на площади, что перед храмом, почти никого. Все людские пути пролегают поодаль. Там и метро, и автобусы. А здесь — тишь и мороз.
На тротуаре недалеко от калитки сидит человек в затёртой, старой одежде. Перед ним, на асфальте, бумажный стаканчик для милостыни. Нащупываю в кармане мелочь и пару некрупных купюр. «Пропьёт?» — как сквозняк проскальзывает в голове мысль.
И тут же чувствую укол совести. Я, не задумываясь, отдаю эти деньги за кофе или бутерброд в кафе. А тут... Как же превозносится моя самость над несчастной жизнью этого человека. Как так вышло, что я уже и вердикт ему вынес. Ведь я ничего о нём не знаю...
«Прости меня, Господи!», — мысленно прошу я и протягиваю деньги бедняге.
— Во Славу Божию! — говорю.
— Спаси тебя, Господь! — отвечает мужчина и крестится.
Всё ещё с понурой от стыда головой иду к машине, припаркованной неподалёку. Краем глаза вижу, что мужчина взял свои скромные пожитки и направляется в сторону трапезной, что на площади перед храмом.
«Прости, Господи!» — снова мысленно повторяю я и чувствую, как что-то горячее разливается в области сердца.
Текст Екатерина Миловидова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
