Поделиться
Евр., 304 зач., I, 10 — II, 3.
Глава 1.
10 И: в начале Ты, Господи, основал землю, и небеса — дело рук Твоих;
11 они погибнут, а Ты пребываешь; и все обветшают, как риза,
12 и как одежду свернешь их, и изменятся; но Ты тот же, и лета Твои не кончатся.
13 Кому когда из Ангелов сказал Бог: седи одесную Меня, доколе положу врагов Твоих в подножие ног Твоих?
14 Не все ли они суть служебные духи, посылаемые на служение для тех, которые имеют наследовать спасение?
Глава 2.
1 Посему мы должны быть особенно внимательны к слышанному, чтобы не отпасть.
2 Ибо, если через Ангелов возвещенное слово было твердо, и всякое преступление и непослушание получало праведное воздаяние,
3 то как мы избежим, вознерадев о толиком спасении, которое, быв сначала проповедано Господом, в нас утвердилось слышавшими от Него.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Комментирует епископ Переславский и Угличский Феоктист.
Этот отрывок апостольского Послания к Евреям состоит в основном из воспроизведения Псалтыри, что, конечно же, неудивительно, ведь адресаты послания — евреи — прекрасно знали эту книгу, а потому она здесь используется для приведения аргументов по очень важному вопросу: что является большим Ветхий Завет или слова Христа? К чему должно быть больше доверия? Что необходимо исполнять в первую очередь?
Для народа Израиля Моисей и его книги были абсолютным и непререкаемым авторитетом. До сих пор религиозная мысль иудаизма базируется на том, что написано в Пятикнижии. В сравнении с этими книгами всё прочее — и остальные библейские книги, и толкования — вторично. Причина такого отношения к словам Моисея понятна: ведь сам еврейский народ как единая национальная общность сформировался во время странствования по пустыни, его основным законом стал закон, который получил от Бога Моисей в начале этого непростого путешествия. Люди много столетий старались жить по этому закону, он стал неотъемлемой частью народной жизни, вокруг него выстроились различные традиции и обычаи, конечно, не всегда всё было гладко, случались и уклонения от закона, но общая канва была именно такой. Более того, именно закон Моисея позволил народу Израиля сохранить свою самобытность и не смешаться с окружающими его языческими племенами. Впрочем, ко времени Христова Пришествия, часть израильского народа была утрачена, виной тому послужил ассирийский плен, из которого не вернулись десять северных израильских колен. У этого исчезновения в плену были свои причины: десять колен отошли от Иерусалима как политически, так и религиозно. И первое, и второе было оправдано историческими причинами, но религиозное отделение было прямым нарушением закона Моисея. Вообще, всякий раз, когда Израиль грубо нарушал этот закон, он подвергался неизбежному наказанию от Бога. Все израильтяне прекрасно об этом помнили. Это была в буквальном смысле генетическая память.
Каким образом можно было проповедовать христианство этим людям? Ведь христианство говорит о том, что закон Моисея утратил своё довлеющее значение, конечно, не в смысле нравственных истин, они были, есть и будут непреложны, а в смысле обрядов и жертвоприношений. Но израильтяне прекрасно знали, что с ними бывает, если они перестают соблюдать этот закон. Как быть? Один из возможных путей предлагает Послание к Евреям: оно через Священное Писание Ветхого Завета доказывает, что Христос выше всех, что Он Бог, а потому Его слово несравненно выше слов Моисея, выше оно и ангельского благовестия. Апостол задаётся риторическим вопросом: если за неисполнение повелений Ветхого Завета было неизбежное наказание, то что будет, если ослушаться Христа, ведь Он не ангел и не человек, Он — Воплощённый Бог? Ответ ясен, он очевиден для всякого разумного человека.
Псалом 137. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА священник Стефан Домусчи. Что делать человеку, который часто сталкивается в мире с несправедливостью? Ответ на этот вопрос звучит в 137-м псалме, который, согласно уставу, может читаться сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Псалом 137.
Давида.
1 Славлю Тебя всем сердцем моим, пред богами пою Тебе, что Ты услышал все слова уст моих.
2 Поклоняюсь пред святым храмом Твоим и славлю имя Твоё за милость Твою и за истину Твою, ибо Ты возвеличил слово Твоё превыше всякого имени Твоего.
3 В день, когда я воззвал, Ты услышал меня, вселил в душу мою бодрость.
4 Прославят Тебя, Господи, все цари земные, когда услышат слова уст Твоих
5 и воспоют пути Господни, ибо велика слава Господня.
6 Высок Господь: и смиренного видит, и гордого узна́ет издали.
7 Если я пойду посреди напастей, Ты оживишь меня, прострёшь на ярость врагов моих руку Твою, и спасёт меня десница Твоя.
8 Господь совершит за меня! Милость Твоя, Господи, вовек: дело рук Твоих не оставляй.
Любой, кто вспомнит школьный курс русской литературы, согласится, что в ней довольно много героев, мечтающих о вселенской справедливости и окончательном решении вечных вопросов. Не меньше. Им чужды потребительское отношение к жизни, стремление к обогащению и личному счастью. Конечно, эти герои очень разные: речи одних в большей степени политически и даже революционно окрашены, другие скорее ищут нравственной и даже религиозной справедливости... Одни решаются на переустройство мира, в то время как мечты других сводятся лишь к патетическим призывам. Примеров можно приводить много, это и Рудин у Тургенева, и Пьер Безухов у Толстого, и так называемые русские мальчики у Достоевского. Интересно о последних говорит Иван Карамазов: «ну и что ж, о чём они будут рассуждать, пока поймали минутку в трактире-то? О мировых вопросах, не иначе: есть ли Бог, есть ли бессмертие? А которые в Бога не веруют, ну те о социализме и об анархизме заговорят, о переделке всего человечества по новому штату, так ведь это и выйдет, всё те же вопросы, только с другого конца». Конечно, такие люди встречаются и в реальной жизни. В какие-то времена их больше, в какие-то всё разъедает прагматизм и потребительство, и они встречаются редко... Хотя на самом деле, кажется, что желание вселенского счастья есть в каждом, просто за суетой и беготнёй этого мира, во многих оно незаметно. И, конечно, таковы многие герои Священной истории, особенно пророки и псалмопевцы. Их жизнь далеко не всегда легка, но они и не ищут этой лёгкости, они надеются на победу правды Божией на земле.
Так, например, в псалме 137-м, который мы услышали сегодня, Давид славит Бога и благодарит Его за милости, которые Тот явил ему. В псалмах довольно много сетований и переживаний о жизненной несправедливости, но очень много и таких ярких, полных благодарности текстов. Однако в середине псалма из уст Давида звучат слова, которые никак не вяжутся с обстоятельствами его жизни, да и чьей бы то ни было жизни вообще. Они, конечно, очень желанны любому верующему человеку, но можно ли назвать их реалистичными? Итак, Давид говорит: «Прославят Тебя, Господи, все цари земные, когда услышат слова уст Твоих и воспоют пути Господни, ибо велика слава Господня». Эти слова сказаны около 3000 лет назад и, как кажется, ни в то время, ни в наше, ни в какое-либо другое, они не были реалистичны. Да, бывали и есть сейчас верующие руководители государств, но, чтобы все цари земли славили Бога, такого и представить себе невозможно. Хотя всё же очень хочется. И Давид это делает. Да, в его время это не осуществилось и, наверное, не осуществится в земной истории... Но, во-первых, совсем не значит, что этого нельзя хотеть.... Во-вторых, совсем не значит, что отдельные верующие правители должны дожидаться всех остальных. Они вполне могут прославлять Бога и воспевать пути Его.... Но самое главное, никто не мешает нам, пусть мы и не цари земли, осознать, что по крайней мере в своей собственной жизни мы можем и должны навести порядок, воспеть пути Господни и жить согласно Его воле.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Послание к Филиппийцам святого апостола Павла
Поделиться
Рембранд. «Апостол Павел в темнице». 1629
Флп., 245 зач., III, 8-19
Комментирует священник Стефан Домусчи.
Здравствуйте, дорогие радиослушатели! С вами доцент МДА, священник Стефан Домусчи. Порой в храмах можно услышать проповеди, как кажется, просто диаметрально противоположные. Первые говорят о Божией любви, которая изливается на род человеческий в воплощении Сына Божьего. Вторые говорят о необходимости приложения усилий ради того, чтобы соединиться с Ним. Но так ли на самом деле эти тезисы противоречивы? Ответить на этот вопрос нам помогает отрывок из 3-й главы послания апостола Павла к Филиппийцам, который звучит сегодня в храмах во время богослужения. Давайте его послушаем.
Глава 3.
8 Да и все почитаю тщетою ради превосходства познания Христа Иисуса, Господа моего: для Него я от всего отказался, и все почитаю за сор, чтобы приобрести Христа
9 и найтись в Нем не со своею праведностью, которая от закона, но с тою, которая через веру во Христа, с праведностью от Бога по вере;
10 чтобы познать Его, и силу воскресения Его, и участие в страданиях Его, сообразуясь смерти Его,
11 чтобы достигнуть воскресения мертвых.
12 Говорю так не потому, чтобы я уже достиг, или усовершился; но стремлюсь, не достигну ли я, как достиг меня Христос Иисус.
13 Братия, я не почитаю себя достигшим; а только, забывая заднее и простираясь вперед,
14 стремлюсь к цели, к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе.
15 Итак, кто из нас совершен, так должен мыслить; если же вы о чем иначе мыслите, то и это Бог вам откроет.
16 Впрочем, до чего мы достигли, так и должны мыслить и по тому правилу жить.
17 Подражайте, братия, мне и смотрите на тех, которые поступают по образу, какой имеете в нас.
18 Ибо многие, о которых я часто говорил вам, а теперь даже со слезами говорю, поступают как враги креста Христова.
19 Их конец — погибель, их бог — чрево, и слава их — в сраме, они мыслят о земном.
Многие люди, пришедшие в храм во взрослом возрасте, помнят, как трудно им было найти золотую середину между тем, чтобы остаться в профессии, дружить со светскими знакомыми и тем, чтобы всё бросить и, радикально изменив свою жизнь, всю её посвятить Богу. Помню одну из первых исповедей, во время которой я не исповедовался сам, но уже исповедовал. Женщина была в смятении и не понимала, как ей выстроить отношения с прежними знакомыми, как работать дальше... Для меня всё это было странно. Я рос христианином с детства и у меня всю жизнь были самые разные друзья. Даже не могу себе представить, чтобы я пришёл в школу или в университет и стал бы делить людей на верующих и неверующих. Если уж Сам Бог, как говорит Евангелие, посылает дождь на правых и на неправых, кто я такой, чтобы лишать их общения? Жалко, конечно, неверующего человека, и в трудной ситуации, и в радостной небеса для него пусты, ни помощи попросить, ни сказать спасибо...
Отрывок из послания апостола Павла к Филиппийцам, который мы сейчас услышали, начинается с мыслей как будто бы противоположных. Апостол пишет, что всё почитает тщетным ради познания Иисуса Христа, Господа и Спасителя. Он всё почёл за сор, буквально мусор, от всего отказался... Но постойте! Отказался от чего? Кто-нибудь решит, что от общения с неверующими? От светской мирской деятельности? Нет и нет. И любой, кто знаком с обстоятельствами его жизни, помнит, что всё было с точностью до наоборот. Ветхий закон препятствовал Павлу входить в общение с язычниками и относиться к ним, как к заблудшим, но всё же детям Божиим. И вот ради Христа, ради того, чтобы донести до каждого человека весть о любви Божией и победе Спасителя над смертью, фарисей Савл отрекается от всех своих иудейских привилегий и становится апостолом Павлом, готовым разговаривать с кем угодно, ради спасения как можно большего числа людей. Отказался ли апостол от светского труда? Нет, он плёл палатки и за счёт этого зарабатывал себе на пропитание.
Почему же он так поступал? Потому Господь открыл ему, что истинная праведность — это не праведность внешнего закона, но праведность верующего и любящего сердца.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
«Владимир Вейдле. "Умирание искусства"»
Поделиться
В этом выпуске программы «Истоки» Константин Мацан и Максим Печенкин размышляли над смыслами работы выдающегося русского культуролога, литературоведа и философа Владимира Вейдле «Умирание искусства», где автор с религиозно-философских позиций анализирует кризис европейской культуры конца XIX — первой трети XX века, исследуя причины духовного упадка в художественном и литературном творчестве. По мысли Владимира Вейдле, искусство «умирает», так как оно распадается на механические процессы, уходит религиозная основа, жизнь перестает восприниматься как чудо, писателю или художнику становится интересным не столько сам мир вокруг, сколько собственное восприятие окружающей действительности, при этом к «потерянному раю» ведет только укоренение в Боге.
Ведущие: Константин Мацан, Максим Печенкин
Все выпуски программы Истоки
