Поделиться
Книга «Деяния апостолов» описывает историю ареста в Иерусалиме апостола Павла. Прибыв в Святой Город, Павел зашел в храм вместе с четырьмя спутниками. Увидевшие это иудеи подняли толпу против апостола, крича: «Этот человек всех повсюду учит против народа и закона, притом и Эллинов ввел в храм и осквернил святое место». Как сказано в Библии, «весь город пришел в движение, и сделалось стечение народа». Апостолу грозила смерть. Его спас тысяченачальник римского полка, следивший за порядком. Но ареста апостолу Павлу все же избежать не удалось.
Некоторые детали этой истории долгое время вызывали недоумение у исследователей Священного Писания. Почему иудеи так возмутились приходом в храм иноверцев, за которых приняли спутников Павла? И почему им грозило не просто изгнание, а смерть? Ответ был найден случайно. В 1871 году, прогуливаясь в районе раскопок у храмовой горы, переводчик французской дипломатической миссии в Иерусалиме Шарль Клермон Ганно обнаружил удивительный артефакт.
Комментарий эксперта:
Это была хорошо сохранившаяся известняковая табличка размером 55 на 80 сантиметров. Эксперты датировали находку первым веком от Рождества Христова. На ней отчетливо просматривалась надпись на греческом языке. Она гласила: «Иноземец не имеет права заходить за ограду и во внутренний двор. Кто будет пойман, сам несет ответственность за свою смерть».
Спустя шестьдесят лет британский археолог Джон Генри Илиффэ, проводивший раскопки у северной части Храмовой горы, обнаружил среди руин мусульманского строения камень с фрагментом греческой надписи. Известняк был расколот, чтобы вписать его в строение, некогда возведенное из фрагментов более древних зданий. Когда надпись восстановили, оказалась, что она практически полностью идентична той, которую нашел Шарль Клермон Ганно. В тексте содержался решительный запрет входа на территорию храма язычникам. На буквах, выбитых на белом известняке, отлично сохранилась красная краска. Оставалось понять, почему надписи в иудейском храме были сделаны не на иврите, а по-гречески, и зачем они были покрашены?
Комментарий эксперта:
Разгадка нашлась довольно быстро. В книге Иосифа Флавия, еврейского историка первого века, содержится упоминание, что в храме, возведенном при царе Ироде, было четыре двора. В первый мог войти любой человек. Но во внутренние дворы входить разрешалось только иудеям. Граница первого двора обозначалась невысокой каменной оградой с надписями, предупреждавшими о запрете. Эти надписи не имели отношения к иудеям. Они адресовались иноземцам, поэтому были сделаны на иностранных языках. А чтобы запрещающие таблички было хорошо видно, буквы были выкрашены в красный цвет.
В свете этих находок и пояснений древнего историка Иосифа Флавия можно понять, почему толпа так решительно была настроена убить апостола Павла. Подначиваемый врагами апостола, народ был уверен, что пришедшие с ним – язычники. Не заметить надпись было просто невозможно. Проникновение на запретную территорию могло быть только намеренным, продиктованным желанием осквернить святыню. Впрочем, как мы знаем из библейского текста, апостола Павла обвинили напрасно. В «Деяниях святых апостолов» говорится, что его спутники были не греками, а бедными иудеями, пришедшими в храм, чтобы пройти обряд очищения. Апостол Павел намеревался заплатить за жертву, которую им следовало принести согласно закону Моисееву. Таким образом, апостол не только не осквернил храма, но, наоборот, выразил свое уважение к иудейским традициям. Обвинение, выдвинутое против него, было клеветой. Воссоздать эту историю в деталях ученым помогли две таблички, найденные французским переводчиком и британским археологом.
11 марта. О силе в немощи
Поделиться
8 марта, в День памяти блаженной Матроны Московской, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную Литургию в Покровском монастыре города Москвы. На проповеди Предстоятель Русской Православной Церкви говорил о силе Божьей, совершающейся в немощи.
Русский народ, Русь с самого начала своего исторического бытия были предметом вожделения для других, иногда более могущественных соседей, и сколько же было нашествий на соплеменников, сколько было по неразумию правителей земли русской в междоусобной брани, сколько было всяких смертей и страданий.
Земля наша, такая богатая, просторная, обладавшая огромными возможностями, не могла раскрыть всего своего потенциала из-за греховности правителей, из-за неспособности урстремиться к общему делу.
Вот пример таких святых угодников, как преподобный Серафим — немощный, согбенный, и матушка Матрона, которая тоже была инвалидом с внешней точки зрения, или с точки зрения внешнего наблюдателя. Ну, к чему же она могла быть способной, ну, к каким-то таким деяниям по объединению людей? Ведь она и не видела ничего, и пребывала в этом страшном для многих людей состоянии, не будучи, конечно, даже в какой-то степени могущей объединять вокруг себя людей силами какими-то административными, хозяйственными, даже такими духовно-политическими, как это иногда было в случае с благоверными князьями.
И вот вокруг Матроны Московской, и так же как вокруг святого Серафима Саровского, тысячи собрались и собираются. И разве это не ответ неверующим, маловерующим, сомневающимся? Ну, найдите хоть одного государственного деятеля, который был бы глубоким инвалидом, который был бы всеми пренебрегаем, кого никто бы всерьёз не воспринимал, чтобы его имя осталось в истории. Ни одного. И быть не могло, потому что в истории оставались те, кто след свой провёл совершенно конкретный, опираясь на силу, на политическую власть, на деньги или на таланты полководческие.
А вот этих двух святых, которых я не случайно в паре называю — преподобный Серафим и матушка Матрона Московская, — лишённых всяких человеческих возможностей, как говорят теперь, продвигать свои мысли, свои дела, чему-то учить, стали и учителями благочестия. Но что самое главное — стали теми, к кому приходит народ наш за помощью, обращается в молитвах. И эти святые угодники, и преподобный Серафим, и матушка Матрона, лишённые всякой человеческой силы, которую распространяли в своём окружении, которое было во время их земной жизни, но сила их столь велика, что распространяется она на всех тех, кто и сегодня прибегает к их местам почитания, к их святым мощам и просит у них помощи.
Все выпуски программы Актуальная тема:
11 марта. О терпении скорбей
Поделиться
О терпении скорбей — наместник Свято-Введенского Макариевского Жабынского монастыря в Тульской области игумен Назарий Рыпин.
Так или иначе, в жизни каждого человека есть скорби, и христианина тоже. Не случайно Христос говорит замечательные слова: «Терпением вашим стяжите души ваши». И скорби опять-таки — это неотделимое свойство христианской жизни. «В мире скорбны будете», — сказал Христос, — «но дерзайте, потому что Я победил мир».
И эти скорби спасительны для нас, потому что не всякая скорбь помогает человеку, если он воспринимает её с ропотом, с малодушием, с каким-то унынием. И, в связи с этим, вспоминаются слова преподобного Севастиана Пошехонского, который говорил: «Братья, терпите скорби и беды, да избудете вечные муки».
И эти же слова опять-таки сообразуются со словами преподобного Анатолия Младшего Оптинского, который говорил, что при смерти будете вспоминать не благоденствие и какие-то радости в жизни, а скорби и лишения. И чем больше их было в вашей жизни, тем легче будет восход души вашей к Богу.
Потому что скорби очищают нас от страстей, от грехов. Мы зачастую не имеем достаточного покаяния, но именно скорби, промыслительно попущенные Богом, как следствие наших грехов, помогают нам от них избавиться.
И в конечном счёте скорби вообще отрывают нас от земли, потому что человек готов в эту землю зарыться и жить только земным, но скорбь, так или иначе посещая нас, то есть Господь через эти скорби посещает, отрывает нас от земли и пригождает наш ум к небу, к Себе, чтобы мы жили небом, помнили о нём.
Все выпуски программы Актуальная тема:
11 марта. О мотивах запрета Священного Писания
ПоделитьсяСегодня 11 марта. В этот день в 1931 году в Советском Союзе были запрещены продажа и ввоз Библии. О мотивах запрета Священного Писания — клирик Московского подворья Троице-Сергиевой Лавры священник Димитрий Диденко.
Удивительно, как так получилось, что книга, которую веками читали как источник веры, вдруг оказалась опасной. Закономерный вопрос: чем она могла мешать? В Евангелии от Иоанна Христос говорит: «И вы познаете истину, и истина сделает вас свободными». В этом, вероятно, и содержится ответ на этот вопрос.
Любая тоталитарная система боится внутренней свободы человека. Она может терпеть внешнее подчинение, она может требовать лояльности, она может управлять страхом, но она не переносит человека, который внутри свободен. Потому что такой человек не принадлежит системе целиком, его совесть не полностью подконтрольна.
Достоевский в романе «Братья Карамазовы» устами одного из героев, Ивана Карамазова, повествует легенду о великом инквизиторе, которая раскрывает извечное противостояние христианской веры и насильственного принуждения. Инквизитор упрекает Христа в том, что Он дал людям свободу. Он говорит: «Людям не нужна истина, им нужен хлеб и покой». И это образ любого тоталитаризма. Он всегда говорит: «Мы лучше знаем, как вам жить. Только не задавайте лишних вопросов».
Но истина освобождает не от законов и не от ответственности. Она освобождает от страха. Она освобождает от необходимости лгать, от внутреннего рабства. И, может быть, именно поэтому Библия всегда будет мешать там, где человеку предлагают удобное подчинение вместо свободы совести.
Все выпуски программы Актуальная тема:
