Москва - 100,9 FM

«Музыка и вера». Певица Юта

* Поделиться
Певица Юта с ведущими Светлого вечера Алексеем Пичугиным и Аллой Митрофановой

У нас в гостях была певица Юта.

Мы говорили о музыке, вере и об участии нашей гостьи в благотворительном «Светлом концерте» в честь пятилетия радиостанции ВЕРА.


А. Пичугин

— Здравствуйте, дорогие слушатели! «Светлый вечер» на Светлом радио. Здесь, в этой студии, приветствуем Вас мы, Алла Митрофанова...

А. Митрофанова

— ...Алексей Пичугин.

А. Пичугин

— С удовольствием представляем гостью. Сегодня этот час вместе с нами и с Вами проведет замечательная певица Юта. Добрый вечер!

Юта

— Добрый вечер!

А. Митрофанова

— Вы очень светлый человек.

Юта

— Спасибо!

А. Митрофанова

— Юта, я вспоминаю, как Вы приходили к нам в 2015 году. В этой студии мы обсуждали с Вами разные новости, которые к тому моменту были в Вашей жизни, и говорили с Вами о Вашей семье, о детях. И я задала Вам вопрос, который меня волновал, наверное, ну вот прямо больше всего: мама троих детей, красавица, умница, успешная певица, продюсер — и как Вы это все успеваете? И Вы мне тогда сказали потрясающую вещь: «Правило номер один — мама должна быть выспавшаяся».

Юта

— Ой, какая я молодец, а?

А. Митрофанова

— ...что Вы мне тогда так сказали? (Смеется.)

Юта

— Да, это правда! (Смеется.)

А. Пичугин

— А сказали — и забыли, или действительно до сих пор так думаете?

Юта

— Слушайте, это просто мое кредо.

А. Митрофанова

— Да?

Юта

— Да. Но с тех пор еще немножечко поменялось: мама должна заниматься спортом. Мама должна потреблять здоровую пищу. Мама должна очень тщательно следить за тем, что она говорит и что она делает. То есть все-таки растем, видите, да? (Смеется.)

А. Митрофанова

— Ну да. Список расширяется.

Юта

— Да.

А. Митрофанова

— Ну это же замечательно.

Юта

— Да. Потому что в 2015 году мне казалось, что спорт — это не для меня. Высыпаться это вполне достаточно.

А. Пичугин

— Мне кажется, с 2015 года просто он так плотно вошел в наше какое-то общественное сознание, мы столько всего видим — и брендов, и рекламы, спортивного образа жизни, и бег, и постоянные полумарафоны и марафоны, что поневоле уже начинаешь как-то себя к этому ощущать причастным.

Юта

— Ну да, нас к этому подталкивают, и слава Богу, что это происходит.

А. Пичугин

— Классно же.

Юта

— Я долгое время ходила в зал. Потом поняла, что мне просто не хватает времени на это. Потому что час на дорогу, два часа на тренировку, час на приведение себя (в порядок), час на дорогу обратно — это слишком дорогое удовольствие по времени.

А. Митрофанова

— И как Вы вышли из положения?

Юта

— Я купила себе коврик и каждый день, каждое утро по 50 минут я делаю свой комплекс. И мне замечательно.

А. Митрофанова

— Дома?

Юта

— Дома.

А. Пичугин

— И все коврик!

А. Митрофанова

— А дети в этот момент что делают?

Юта

— А дети воспитанные. Дети знают, что маму трогать не надо. Ну, вообще-то, к этому моменту дети уже в школе, поэтому все нормально. (Смеется.)

А. Митрофанова

— Я все-таки пытаюсь понять. Выспаться — это вообще краеугольный камень всего.

Юта

— Это правда.

А. Митрофанова

— Но это, как правило, очень сложно организовать в нашем ритме жизни. Особенно у Вас, если, к примеру, концерты. А детей утром в школу, а еще собрать, а там уроки проверить у старшего. Младшие сейчас ходят в школу, нет? Девочки Ваши?

Юта

— Девочкам сейчас девять лет исполнилось. Они уже в третий класс ходят.

А. Пичугин

— В третий класс.

А. Митрофанова

— В третьем классе девочки. То есть со всеми надо все это просмотреть, все проверить. При чем здесь «высыпаться», и в каком месте дня Вы это делаете?

Юта

— Надо просто грамотно организовать работу по дому. Есть помощница-няня, есть мама, которая прекрасно понимает, что я — глава семьи, который должен работать. Чтобы работать, он должен — что? — высыпаться. Поэтому, конечно, они мне очень помогают. Ну, и самодисциплина. То есть если раньше у меня получалось работать в невыспавшемся состоянии, то сейчас я уже чувствую, что ресурс чуть-чуть поменялся, скажем так. И, конечно, нужно вовремя ложиться, чтобы как-то нормально себя чувствовать.

А. Пичугин

— Но помимо спорта это же еще ежедневная музыка?

Юта

— Конечно.

А. Пичугин

— Репетиции, записи.

Юта

— Ежедневные занятия. Я стараюсь заниматься каждый день вокалом. Да, это очень важно — держать себя в форме.

А. Митрофанова

— Правильно (нрзб.).

А. Пичугин

— На самом деле, сегодня у нас много интересного. У нас премьера двух песен. И мы, кстати, не устаем Вам напоминать, дорогие слушатели, что 30 сентября в «Крокусе» будет наш «Светлый концерт», наш чудесный «Светлый концерт». Нам, радио «Вера», исполняется пять лет. И наши гости, Юта, обязательно выступят на этом концерте.

Юта

— Жду — не дождусь.

А. Митрофанова

— А что Вы будете исполнять там, кстати?

Юта

— Буду петь песню «Кстати».

А. Митрофанова

— Кстати! (Смеется.)

А. Пичугин

— А кстати!

Юта

— Интересная песня, потому что когда я ее писала, я не совсем понимала, о чем это. То есть вот поток шел, я записывала, и мне показалось, что это мой диалог с мужчиной. А потом однажды очень хорошая знакомая подошла ко мне и сказала: «Ты хоть поняла, о чем ты написала?». Я говорю: «Ну... Ну, да». Она говорит: «Это же диалог с кем?». Я говорю: «С кем?». А она говорит: «С Богом». Вот так бывает.

А. Пичугин

— А вот мы и послушаем.

А. Митрофанова

— Да, на концерте будет возможность услышать эту песню. Но она, кстати, есть и в Сети, ее можно... И вообще она звучит. Она одна из, наверное, таких самых востребованных, что ли, на разных музыкальных радиостанциях.

Юта

— Да, она получилась по сути своей всеформатной композицией, которая звучала и на рок-н-ролльных радиостанциях, и на попсовых, и на ультрамодных.

А. Митрофанова

— А когда Вам Ваша знакомая предложила такой вариант прочтения Вашего же собственного текста, Вы согласились с этим или готовы поспорить, что все-таки нет?

Юта

— Вообще, спорить с кем-либо бессмысленно. У каждого своя правда, да? Каждый транслирует в мир какое-то свое ощущение.

А. Митрофанова

— А Ваша правда?

Юта

— Моя правда в том, что для того, чтобы истинно верить, нужно каждый миг ощущать присутствие Бога в твоей жизни. Это очень важно. Это, пожалуй, самая главная вещь. Это то, что называется во многих учениях «осознанность» самого себя. Поэтому работаем в этом направлении.

А. Пичугин

— А если вернуться к произведению, Вы согласны с тем, что произведение отпускает автора, или автор, вернее, отпускает произведение, и дальше прочтения могут быть совершенно разными? И настоящий-то смысл, который, в итоге, признается единственно верным, абсолютно не тот, который мог вложить автор?

Юта

— В чем-то Вы правы, да. В чем-то я абсолютно согласна. Песня — это другой мир, скажем так. Каждый человек, который живет на нашей замечательной планете Земля, тоже обладает абсолютно своим миром. И когда его мир соприкасается с миром песни, возникает очень интересное ощущение — возникает эмоция. Вот, наверное, этими эмоциями мы и живем.

А. Митрофанова

— Это как авторы художественных прозаических произведений часто говорят, что книги нет без читателей. Читатель — в такой же степени соучастник процесса, формирования тех смыслов, которые в произведении заложены. Возможно, имеется в виду, что действительно каждый по-своему воспримет этот авторский мир.

Юта

— Ну, конечно.

А. Митрофанова

— Помните, как у Довлатова — одно дело, что автор хотел сказать, другое — что сказал, третье — что сказалось.

Юта

— Да-да-да!

А. Митрофанова

— Мы тут часто в нашей студии эту фразу повторяем, потому что действительно иногда получается какой-то... ну, какой-то вот смысл возвышенный.

Юта

— Ну, искусство — это три составляющие, только три: это источник, это произведение и это слушатель или зритель. Вот без чего-то одного это не имеет смысла.

А. Митрофанова

— А когда Вы создаете свои песни, есть ли какой-то момент, когда Вы чувствуете, что что-то такое помимо Вас происходит с этим текстом или с этим музыкальным рядом, и это не совсем Вы, но какая-то вот очень важная сила помимо Вас?

Юта

— Я все время пытаюсь разгадать этот алгоритм, как это получается. И каждый раз я не понимаю, откуда это приходит. То есть ощущение, что тебе просто свыше дают вот эти слова и вот эту музыку. И порой, бывает, долго не дают. Иногда, бывает, надо стучаться и просить, просить, просить. Иногда нужно отпустить. И в самый неожиданный момент вдруг ты слышишь эту фразу, которую ты долго искал. Вот это чудо, самое настоящее.

А. Митрофанова

— Потрясающе. Мы тут, в студии продолжаем рассуждать о правилах жизни певицы Юты. Если позволите, мне бы хотелось вернуться... Вот Вы назвали... Про «высыпаться» мы поговорили, про спорт мы поговорили, про занятия вокалом... Еще какой-то очень важный момент Вы в самом начале озвучили... «И следить за тем, что Вы говорите».

Юта

— О-о, да. Да.

А. Митрофанова

— Это появилось в последнее время в связи с тем, что повзрослели дети, да?

Юта

— И повзрослела я, наверное, в какой-то степени. Все-таки рубеж в 40 лет — это такая серьезная меточка. И я даже переживала.

А. Пичугин

— Неужели? Правда, может быть, это чисто женское...

А. Митрофанова

— Я вот сижу с круглыми глазами! (Смеется.) Это что сейчас прозвучало?

Юта

— Я вот ждала этой фразы! (Смеется.)

А. Пичугин

— ...но я все время вспоминаю фильм «О чем говорят мужчины», где они там едут и рассуждают: «И, вроде бы, ты тот же самый, и точно так же сейчас мама высунется в окно и позовет тебя обедать, и ты в коротких штанишках, и у тебя все те же самые интересы — только тебе сорок». Все-таки рубеж...

Юта

— Удивительное ощущение... Но когда мне исполнились эти сорок, я поняла, что жизнь настолько прекрасна, что она только начинается. И это такое было чудесное состояние благодарности за то, что у меня было и за то, что у меня еще будет.

А. Пичугин

— А Вы обратите внимание, что большинство стихов или песен о том, что наступает пора увядания, что все уже было, все позади, написали 20-летние поэты, 20-летние музыканты спели.

Юта

— Конечно. Конечно, брови домиком — и вперед. Нет, это бывает очень красиво. Это, бывает, даже заходит, и...

А. Пичугин

— Борис Рыжий, например, — потрясающий поэт, но у него...

Юта

— Борис Рыжий! Вы тоже его любите?

А. Пичугин

— Да обожаю.

Юта

— Обожаю Бориса! Это гений, я считаю.

А. Пичугин

— Но все вот, что у него «отцветало» и «увядало», все было написано в 21.

Юта

— Да! Но как прекрасно оно отцветало и увядало!

А. Пичугин

— Ну нет, он, конечно...

А. Митрофанова

— А Лермонтов, простите? Клуб 27-летних.

Юта

— О да.

А. Пичугин

— Ну, и Борис Рыжий тоже туда.

А. Митрофанова

— Да.

Юта

— Ну помните же, да? «В начале было Слово, и Слово было «Бог». Слово — это энергия, это отражение того, что у тебя происходит внутри. Ты можешь сказать его с другой интонацией, и это будет совершенно другой мир, другой космос. Поэтому я верю, что речь очищает, я верю, что речь способна испортить человеку жизнь. То есть за этим нужно следить очень четко и не позволять себе поддаваться на искушения. Потому что искушений — ну, полно. Вон выйдите на улицу и посмотрите, что творится.

А. Митрофанова

— Я думаю, что с Вами очень многие согласятся. Вопрос — как это сделать. Потому что иногда можно поймать себя на мысли: «Опять слово слетело с языка!».

Юта

— Осознанность. Осознанность. Только это помогает.

А. Митрофанова

— Это как? Вот можно «на пальцах»?

Юта

— «На пальцах»?

А. Митрофанова

— Как Вы это делаете, да?

Юта

— Ну смотрите... Мы часто, когда представляем облик Бога, представляем некоего седого старца, который где-то там на небесах восседает...

А. Пичугин

— Вы сейчас Гумилева цитируете потихоньку.

Юта

— Да-да, и смотрит на нас как на неразумных детей, грозя пальцем. Но это же не так. Если человек создан по образу и подобию Бога, это не значит, что у Бога тоже две руки и две ноги. Это значит, что он создан по образу и подобию Его Духа. И если ты впускаешь этот Дух в свою жизнь, появляется колоссальная ответственность за то, что ты говоришь и что ты делаешь. То есть ты прямо перед ним находишься, вот как на ладони. Поэт — это совесть, это... Знаете, чувство самосохранения элементарное!

А. Пичугин

— Ну, «мы ему поставили пределом скудные пределы естества, и, как пчелы в улье опустелом, дурно пахнут мертвые слова».

Юта

— (Смеется.) Красиво.

А. Пичугин

— А давайте к музыке обратимся! У нас как раз самое время послушать первую песню из запланированных сегодня. И это...

Юта

— Песня называется «В глубине твоего сердца».

А. Пичугин

— С одноименного альбома.

(Звучит песня Юты «В глубине твоего сердца».)

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается. Певица Юта

— в нашей студии — замечательный, светлый человек. Песня «В глубине твоего сердца» прозвучала сейчас у нас в эфире. И Вы знаете, Юта, тот случай, когда не просто слушаешь ритм, мелодию, а жадно глотаешь каждое слово. Я Вам очень благодарна за этот текст.

Юта

— Спасибо большое! Мне так приятно!

А. Митрофанова

— А мне-то как!

Юта

— По-человечески приятно, даже скрывать не буду.

А. Митрофанова

— Мои уши сейчас, по-моему, цветами расцвели. Я Вам серьезно говорю. Мне очень сложно порой бывает вникать в смысл... вот именно в текстовую субстанцию музыкальных композиций. Я понимаю, что музыка первична, что вот ей приоритет и так далее...

А. Пичугин

— А первична, кстати, для Вас?

Юта

— Ну, как сказать... Слово — это же тоже музыка, это же тоже звук... (Смеется.)

А. Пичугин

— Просто вот эти бесконечные споры, которые мне тогда, когда-то давно казались действительно важными, а сейчас уже не настолько важными, когда лет 20-25 назад говорили, что «ну вот русский рок — это, конечно же, о смыслах, русский рок — это о поэзии, а музыка для нас вторична, это там, вот где-то за границей — там да, вот эти классики все, у них музыка, а мы зато будем брать стихами».

Юта

— Вы знаете, самые проникновенные, самые красивые, самые успешные рок-н-ролльные песни сделаны музыкально «в копеечку», вот не придерешься. Поэтому...

А. Митрофанова

— Я согласна. И я ловлю себя на мысли, когда слушаю даже русский рок, самые лучшие композиции — их можно узнать с первых двух нот.

Юта

— Да, да, да!

А. Митрофанова

— Текст еще не начался, первые две ноты прозвучали — все уже знают, про что это сейчас будет. Уже у всех на языке эти слова.

А. Пичугин

— Недаром известная программа 30 лет почти выходит!

А. Митрофанова

— (Смеется.) Точно! Но, кстати говоря, Юта, Вы сказали нам, что в этом году у Вас 20-летие Вашей творческой деятельности.

Юта

— Да-а...

А. Митрофанова

— У меня не укладывается это в голове.

А. Пичугин

— У меня тоже, да. Вот-вот, вроде бы, все было совсем недавно.

А. Митрофанова

— Сидит юное создание, такая красотка, такая худенькая, такая прекрасная — мама троих детей, 20 лет на сцене.

Юта

— 20 лет на сцене... Ну что такое 20 лет? Это, по большому счету, раз! — так, и прошло!

А. Митрофанова

— Да?

Юта

— Я намерена долго трудиться на этом поприще. (Смеется.) Поэтому только начало.

А. Митрофанова

— Но у Вас запланирован, вместе с тем, большой гастрольный тур?

Юта

— Да, мы, фактически, почти расписали весь следующий год. Сейчас идет активная работа в этом направлении, и будут охвачены очень многие регионы...

А. Пичугин

— (Нрзб.) в России?

Юта

— И Северный Кавказ, и Урал... Ой, чего там только ни будет! Так что работаем, работаем. Пока не буду раскрывать все карты, потому что рановато, но ждите.

А. Пичугин

— Если не ошибаюсь, Вы давно не ездили так вот масштабно?

Юта

— Масштабных таких туров, пожалуй, не было никогда.

А. Пичугин

— Не было?

Юта

— Да.

А. Пичугин

— А в те годы «Хмеля-солода» в начале 2000-х? Мне казалось...

Юта

— Были концерты, которые охватывали два-три-четыре города. Здесь мы ведем речь о 40 городах.

А. Пичугин

— Ничего себе!

А. Митрофанова

— 40 городов!

Юта

— Минимум. (Смеется.)

А. Митрофанова

— То есть это, фактически, весь год вот так вот, Вы в путешествиях?

Юта

— В общем-то, да.

А. Митрофанова

— Так. А дети?

Юта

— Ну, знаете как... Надо в какой-то момент правильно расставить приоритеты, да? Потому что если дети займут сто процентов моего времени и внимания, то не будет артиста. Если артист займет сто процентов времени и внимания, то не будет мамы. Важен баланс. В конце концов, мы не на Марсе живем — у нас есть телефоны, у нас есть возможность вернуться домой и пообщаться с детьми.

А. Пичугин

— Даже во время тура — все равно уже насколько стало проще, когда появились Скайп и всевозможные способы посмотреть на чадушек...

Юта

— О, это вот... Вот этот видеотелефон... Да, я каждый раз, когда с детьми разговариваю по видеосвязь, я вспоминаю вот эти фильмы про...

А. Митрофанова

— ...про Алису Селезневу. «Миелофон у меня!».

Юта

— Да-да-да, видеотелефон! «Боже мой, будущее наступило!»

А. Пичугин

— У нас относительно недавно одна гостья, которая занимается как раз виртуальной реальностью, рассказывала, что следующим после всех возможных современных вариантов общаться в соцсетях будет создание виртуальной комнаты, куда заходите Вы, куда заходят Ваши дети. Вы где-нибудь в Хабаровске, а не в Москве, но Вы спокойно сидите, за чашкой чая общаетесь. В принципе, это уже вот...

А. Митрофанова

— Ну это уже делается. Это же вот эти...

А. Пичугин

— Это уже делается, да. Но это просто выйдет уже в массы.

Юта

— Да почему нет? Прикольно же, конечно.

А. Митрофанова

— Действительно, да, а почему нет? Хорошо. Я так понимаю, что одно из Ваших правил, опять же, что детям важно иметь маму реализованную, а не маму, плачущую где-то в уголке о своей жизни. Что если Вы состоявшаяся, востребованная, прекрасная и на волне — в хорошем смысле этого слова, то Вашим детям от этого только плюс. Почему я об этом спрашиваю? Потому что, как мне кажется, это... Конечно, все мы очень разные, и для кого-то достаточно дома. но если для женщины дома недостаточно и она вкладывает силы в свою карьеру, у нее начинаются угрызения совести.

Юта

— О да, о да.

А. Митрофанова

— Вы говорите о балансе. Мне кажется, это очень правильный такой подход.

Юта

— Долгое время я переживала на этот счет и все время балансировала между хорошей артисткой — плохой мамой и плохой артисткой — хорошей мамой, пока, наконец, не научилась принимать все, что мне дает Господь в этой жизни.

А. Пичугин

— Но это Ваша рефлексия...

Юта

— Если так... Конечно! Рефлексия — она...

А. Пичугин

— Со стороны-то, наверное, Вы были прекрасной мамой! Ну, так казалось!

Юта

— Конечно, со стороны все говорили: «Вау! Какая ты молодец!». Но я-то знала, что вот здесь я недодала ребенку, и тут недодала, и вот здесь себе что-то позволила. И в какой-то момент я поняла, что нужно принимать с благодарностью все, что тебе дается. Что касается реализации, вот, по большому счету, для чего мы все живем? Какая главная цель, да? Мы хотим быть счастливыми. Мы хотим получать вот этот кусок счастья от всего, что нас окружает. Как же детям-то это объяснить на словах? Никак. Детям это можно только показать на личном примере. Все, работаем.

А. Митрофанова

— Какая мудрая женщина, снова и снова говорю я! Я с Вами согласна! (Смеется.)

Юта

— И я с Вами согласна! (Смеется.)

А. Пичугин

— Ты все под себя-то подвела, а? (Смеется.)

А. Митрофанова

— Нет, правда, мне действительно кажется, что если у женщины есть вот этот потенциал реализации в большом мире, то необходимо это делать. В конце концов, это наш Господь Бог нам дает эти таланты, и их нужно умножать. И это такая же задача, как и заниматься детьми.

Юта

— Конечно.

А. Митрофанова

— И это вопрос баланса, действительно. Но бывает так, что мама всегда рядом, а дети при этом...

Юта

— ...а контакта нет.

А. Митрофанова

— ...не чувствуют, что мама с ними.

Юта

— Да, да, да.

А. Митрофанова

— Поэтому здесь-то как раз... А может быть, на расстоянии при этом дети убеждены вот в этой безусловной любви, а эта безусловная любовь, мамина и папина, она защищает их, как скафандр?

Юта

— Это правда. И я очень рада, что у меня с сыном сейчас такие доверительные отношения. Он взрослеет, он уже становится подростком.

А. Пичугин

— Тринадцать, да?

Юта

— Сейчас ему будет двенадцать, но он как-то рано созрел, у него уже пошли прыщи.

А. Митрофанова

— Трагедия!

А. Пичугин

— (Смеется.) Бедный мальчик! Послушает он нашу передачу...

Юта

— Нет, Вы знаете, что меня больше всего поражает — эти дети, они вообще другие. Ребята, он гордится своими прыщами! Потому что это для него признак того, что он уже не ребенок.

А. Пичугин

— «Смотри какой на лбу, и вот здесь еще тоже один!»

Юта

— Я ему говорю: «Толик, хочешь, пойдем к косметологу? Хочешь, мы тебе намажем чем-то?». Он говорит: «Нет, это мое, и я буду носить это».

А. Пичугин

— И голос уже сломался?

Юта

— Голос уже... Он начинает потихонечку басить... Ну, простите, 41-й размер обуви, да?

А. Митрофанова

— Ого!

А. Пичугин

— Ничего себе!

Юта

— Да! Я ему решила свои кроссовки выдать. Посмеялись все.

А. Митрофанова

— (Смеется.) Ничего себе!

Юта

— Поэтому классно, что он принимает себя таким, какой он есть, и он этим еще и гордится. При этом... Ой, про детей я сейчас могу долго рассказывать... Он у меня учится в московской школе, и там есть кадетское образование, кадетский класс.

А. Пичугин

— Сейчас во многих школах.

Юта

— Да, и это был потрясающий момент в прошлом году, когда вот он пришел в фуражке с погонами, с удостоверением...

А. Митрофанова

— Домой?

Юта

— Домой. Ну, он спит дома и живет дома, а просто после уроков они остаются часов до семи: у них там рукопашка, строевая, огневая, танцы, языки — все как надо. И вот он сидит и пьет чай. И я ему говорю: «Зая, сахар возьми!». Он поднимает на меня свои голубые глаза и говорит: «Мама, ну вот как ты сама думаешь, военный человек может быть „заей“?».

А. Митрофанова

— (Смеется.)

А. Пичугин

— Потом выровняется!

Юта

— Вот так вот.

А. Пичугин

— Потом выровняет.

А. Митрофанова

— Прекрасно! Вот то, что Вы рассказали о его принятии себя, это, как мне кажется, свидетельствует о двух вещах: во-первых, о том, что действительно его вот эти признаки переходного возраста выделяют из сверстников...

Юта

— Да.

А. Митрофанова

— ...и он выглядит старше, и это существенно, а во-вторых, вот то, что бывает у любимых детей, дети, которые чувствуют себя любимыми...

Юта

— Ой, я люблю его прыщи! Ага, мне так нравятся, да! (Смеется.)

А. Митрофанова

— Они принимают в себе все. Девочка-принцесса... Я не знаю, как это у мальчиков выражается, но я знаю, как у девочек. Девочка, которая чувствует себя любимой, она будет чувствовать себя принцессой, даже если она болеет ветрянкой и она вся зеленая.

Юта

— Она все равно себя будет чувствовать красоткой.

А. Митрофанова

— Она — принцесса, и у нее это будет в глазах. И вот это то, что дает именно безусловная родительская любовь.

А. Пичугин

— Я только призываю Вас — не переборщите сейчас с...

А. Митрофанова

— Ты знаешь, нет, вообще, мне бы хотелось, Юта, Вам в связи с этим, наверное, сложный вопрос задать, поскольку супруг Ваш... скончался. И Вы растите детей, давая им и мамино, и папино, фактически.

Юта

— Ну, по факту, да.

А. Митрофанова

— Вот что здесь важно учитывать? Здесь, понимаете, этот опыт — он настолько важен, потому что многие женщины, в силу разных обстоятельств, в такой ситуации оказываются.

Юта

— Ой, я, конечно, начиталась массу умных книжек, в которых написано, что сыну нужно давать свободу, что не надо помогать ему в трудностях, потому что иначе он не станет мужчиной, «ду-ду-ду»... Это, конечно, все замечательно, да? Но задача женщины — она в том, чтобы окружить своих детей максимальной любовью, теплом и светом. Задача мужчины — у него есть право критиковать детей. Вот женщина не имеет права критиковать, потому что это разрушает.

А. Пичугин

— У нас очень часто...

Юта

— А... Да-да, говорите.

А. Пичугин

— Извините. У нас очень часто в стране получается так, что женщины воспитывают своих детей, своих сыновей с их младенчества в одиночестве.

Юта

— Да, да.

А. Пичугин

— И, соответственно, здесь — право критиковать, право помогать в любой ситуации — оно настолько сублимируется и в рамках одного человека реализовано...

Юта

— Конечно.

А. Пичугин

— ...что тут, наверное, все эти границы — они очень условны?

Юта

— Так вот, критика должна быть, но она должна быть строго по делу. Ни в коем случае нельзя сваливаться в унижение, в оскорбление, в обижание собственного ребенка. Но нужно держать очень четкие рамки. Потому что я по себе знаю: как только я эти рамки чуть-чуть раздвигаю и становлюсь своим детям такой «своей подружкой», мои дети торжественно садятся мне на шею, свесив ножки.

А. Митрофанова

— (Смеется.)

А. Пичугин

— Я на днях ехал на поезде — редко я достаточно езжу на поездах. Вот ехал в поезде, и за мной сидела женщина с маленьким ребенком. Он сок пролил. Ну, бывает — сок пролил, и что? И — на весь вагон! Я не знаю... Я никогда... Вот меня каждый раз передергивает, каждый раз я съеживаюсь, когда я слышу, как кто-то так ругает своих детей. Я понимаю, что у нее свои представления о воспитании — какие-то очень пещерные, явно совершенно. Ну, маленький мальчик пяти лет, ни в чем не виноват — в том, что он едет из Москвы во Владимир и разлил бутылку с соком. Но... Я не знаю, каждый раз я это... Это к вопросу о критике.

Юта

— Вы знаете, это еще во многом работа на публику — показать всем окружающим, какая она хорошая строгая мать, которой очень стыдно за то, что ребенок пролил сок.

А. Пичугин

— Да, вот именно так звучало! Ну...

Юта

— Тут надо еще смотреть именно в первопричину — что происходит, где происходит и в каком обществе. Поэтому... Ну, знаете как... Может быть, у мамы нервы были на пределе... Мы же не знаем, чего у нее там произошло два часа назад в жизни, да? Может быть, какая-нибудь ужасная ситуация, и вот этот сок был последней каплей.

А. Пичугин

— Может быть. Конечно, может быть.

Юта

— Поэтому сложно судить. Тут за собой надо следить, короче.

А. Пичугин

— Да, это правда. Давайте к музыке вернемся. У нас премьера песни, на секундочку.

Юта

— Песня называется «Тополя». Она написана знаете в каком состоянии... Я ночью сидела и наткнулась на концерт Клавдии Шульженко — два часа он длился, в Колонном зале. Я на одном дыхании это посмотрела и поняла, что утром проснусь и пересмотрю еще раз, потому что это гениально. Прошло какое-то время — и появилась песня «Тополя» как посвящение этой великой артистке. Вот послушайте, это одна из моих любимых песен, которые я написала, и я очень рада, что она у меня есть.

(Звучит песня Юты «Тополя».)

А. Пичугин

— Как здорово! Вот так редко удачные стилизации! Спасибо Вам большое!

А. Митрофанова

— Спасибо большое!

А. Пичугин

— Стилизации, в смысле, вот под то время. Посвящение Клавдии Шульженко, песня «Тополя», премьера на радио «Вера».

Юта

— Премьера на радио «Вера».

А. Митрофанова

— Это прямо счастье какое-то.

А. Пичугин

— Да-да-да.

Юта

— Причем, подходят люди и говорят: «А чьи слова?».

А. Митрофанова

— (Смеется.) «А музыка чья?».

Юта

— А музыка — как-то не удивляются.

А. Митрофанова

— Да?

Юта

— А про слова почему-то удивляются. Я говорю: «Мои». — «А-а-а! Какая молодец!» — так отечески по плечу хлопают.

А. Митрофанова

— Про слова еще поговорим.

А. Пичугин

— Мы прервемся буквально на минуту. У нас певица Юта в гостях. Напомним, что 30 сентября — «Светлый концерт» в честь нашего пятилетия в «Крокусе» в Москве. Приходите все, мы Вас будем ждать. И певица Юта обязательно выступит на этом концерте. Алла Митрофанова, я — Алексей Пичугин, и вскоре в этой студии снова все вместе.

А. Митрофанова

— Еще раз добрый светлый вечер, дорогие слушатели. Алексей Пичугин, я Алла Митрофанова, и с удовольствием напоминаю, что в гостях у нас сегодня певица Юта, которую мы с Алексеем видим сейчас в нашей студии, а все Вы можете увидеть 30 сентября на нашем большом концерте в «Крокус сити холле», посвященном пятилетию радио «Вера». Это наш общий праздник — не только всех тех, кто работает на радио «Вера», но, прежде всего, как мне кажется, и наших слушателей. Поэтому без Вас этого праздника просто не будет. Приходите, будем счастливы со всеми познакомиться, как это принято сейчас говорить, развиртуализироваться. И наша сегодняшняя гостья тоже исполнит одну из своих потрясающих музыкальных композиций — песню «Кстати», как мы узнали в первой части нашего разговора, да?

Юта

— Да, песню «Кстати».

А. Митрофанова

— Юта, а вот эта премьера, прозвучавшая сейчас Ваша песня «Тополя»... Опять же, понимаете, я слушаю текст и вижу, что он написан очень зрелым, очень думающим человеком. Строчка «А земля носит наши страхи» — она меня просто пронзила, я ее даже выписала себе. По понятным причинам, этой песни раньше я не слышала, мы все ее впервые сейчас прочувствовали своими ушами, мозгами и душой. «Земля носит наши страхи». Это мысль, которая Вами записана, или она Вами прожита?

Юта

— Эта мысль пришла в виде текстовой информации. Но я воспринимаю Землю как живой организм. Она у меня живая — с душой и с интеллектом. И представляете, сколько она на себе носит всего разного? А страх — это такое чувство, которое, в принципе, блокирует и любовь, и радость...

А. Митрофанова

— Абсолютно.

Юта

— И страх — это нормально, мы все так или иначе его испытываем, в какой-то степени, и он нас спасает во многом от разных неприятных ситуаций. Это же самосохранение...

А. Пичугин

— Но он блокирует все равно.

Юта

— Но он блокирует, поэтому нужно...

А. Пичугин

— «Не бойся, только веруй!», — помните, было сказано?

Юта

— Вот. Поэтому как-то вот надо учиться с этим страхом работать. Кстати, знаете, я, между прочим, настоящий Ваш поклонник. Потому что у меня в машине всегда звучит радио «Вера», и когда...

А. Митрофанова

— Спасибо! Приятно!

Юта

— Очень музыка нравится. Очень нравится, когда Вы считаете старинные письма — вот этот вот язык, это такое удовольствие! Едешь — и расслабляешься, и у тебя нет никакого страха. Так что спасибо Вам большое за Вашу работу. Я...

А. Пичугин

— Вам спасибо!

А. Митрофанова

— А я сейчас, знаете, думаю, вспоминаю одно из занятий со студентами, которое у меня было по пьесе Евгения Шварца «Дракон». Помните же сюжет? Это известная история, написанная Шварцем, как Дракон живет в городе и держит его в страхе, и этот страх блокирует у людей абсолютно все, и более того, как потом выяснилось, у них наступает даже некая атрофия боли.

Юта

— Конечно.

А. Митрофанова

— Вот болевые мышцы, если можно так выразиться, они приходят в негодность, они уже, кроме как с Драконом, то есть с этим внешним таким страхом, жить уже не умеют. Но это другая история. Там еще очень важная мысль, что нужно Дракона искоренять внутри себя, потому что этот страх из внешнего прорастает в тебя и начинает как-то... ну, как коррозия металла, так и коррозия души начинается.

А. Пичугин

— И он уже не ощущается как страх.

А. Митрофанова

— Да. Он как часть твоей сущности. И вот там есть два героя, которые... Я задаю студентам вопрос: «А как Вы думаете, почему...» Вот там есть девушка по имени Эльза, которую Дракон должен съесть, есть ее отец, и они тоже все боятся Дракона. Но в какой-то момент ее отец перестает бояться и устраивает свой такой настоящий отцовский бунт против вот этого чудовища. Эльза перестает бояться и тоже устраивает свой бунт — она не слушается Дракона, она поступает так, как ей сердце ее говорит. «Почему?» — спрашиваю я. Дети думают, студенты, а потом говорят: «Вы знаете, а они почувствовали любовь».

Юта

— Интересно.

А. Митрофанова

— То есть Эльза почувствовала, что ее любят, и она перестала бояться. Ее отец — в какой-то момент страх взял над ним верх, над отцовским чувством, а потом, в силу обстоятельств, это все вернулось в правильную пропорцию. И дочь-то он любит гораздо сильнее, чем боится Дракона. Это как, знаете, люди, христиане, по идее, призваны гораздо больше любить Христа, чем бояться антихриста. И тогда все будет в порядке. И мне кажется, что вот то, что Вы делаете в этой песне — простите за такое длинное предисловие, со мной бывает, но это правда абсолютно искренние размышления, — у меня ощущение, что вот эта песня — она рождается из любви.

Юта

— Это абсолютно.

А. Митрофанова

— И вот эта строчка — она в ней только как часть присутствует того, что Вы преодолеваете на этом пути к любви. Может быть, я ошибаюсь.

Юта

— Это правда, это песня о любви. Это именно так. Я даже добавить ничего не могу.

А. Митрофанова

— Ну вот. Леш, я выступила. (Смеется.) Спроси, пожалуйста, у Юты что-нибудь, я сейчас еще подумаю!

А. Пичугин

— (Смеется.)

Юта

— (Смеется.)

А. Пичугин

— У нас на самом деле постепенно приближается время к следующей песне. А песня — о Родине.

А. Митрофанова

— А, да.

А. Пичугин

— И прежде, чем мы будем ее слушать, у Вас вот этот мотив — мне кажется, он достаточно рано начал проявляться, даже по клипам: "Участие в солдатах«(?), клип «Жили-были» — там везде что-то такое очень русское сквозит, сквозит, сквозит, и этого становится все больше. Почему эта тема так для Вас важна?

Юта

— Ну, потому что я говорю правду всем и себе. Я русский человек. Мне нравится жить в России. Это для меня мое место. И я... Да, я по-настоящему горжусь тем, что я живу здесь. И в песне, которая прозвучит, «Моя Родина», есть такая фраза: «Я никуда отсюда не уеду. Да просто очень нравится здесь жить».

(Звучит песня Юты «Моя Родина».)

А. Митрофанова

— «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается, и напомню, что в гостях у нас сегодня певица Юта, и песня ее «Моя Родина» прозвучала сейчас у нас в эфире. Как жаль, что от разговора-то от нашего остается минут 10, но зато будет еще одна песня, еще одна премьера!

Юта

— Будет самая настоящая премьера, которая нигде еще не звучала, и никто эту песню еще не слышал. И для меня так важно, и символично, и дорого, что премьера будет на радио «Вера», Вы не представляете!

А. Митрофанова

— Правда?

Юта

— Правда!

А. Митрофанова

— Это песня о Москве будет?

Юта

— Это песня, которая называется «Моя Москва». Я ее услышала ночью, лежа в кровати.

А. Митрофанова

— И побежали записывать?

Юта

— Думаю: вот это да, это чего это такое пришло-то?

А. Митрофанова

— (Смеется.)

А. Пичугин

— Про Россию мы выяснили, а Москва-то...

Юта

— Причем, услышала сразу с детским хором. Это, наверное, моя любовь к советским песням, на которых я выросла. Вы знаете, вот «Крылатые качели», «Прекрасное далеко». И я понимаю, что то, что сейчас ко мне пришло, это вот именно в той стилистике.

А. Пичугин

— Мне почему-то, к сожалению, очень часто в последние годы приходится слушать от знакомых и друзей, близких друзей, которые живут в разных частях страны: «Вот Москва — то, Москва — се, москвичи — такие, москвичи — сякие»... А я слушаю — и не понимаю: ну, наверное, да, наверное, какие-то мы другие. Но, с другой стороны, для меня Москва — это почти вся жизнь.

Юта

— Вот, Леша, тоже любите Москву? Обожаю просто!

А. Пичугин

— Да, да, конечно! У меня тут программа о Москве есть! (Смеется.)

А. Митрофанова

— «Прогулки по Москве» у Леши была программа прекрасная. И есть, и идет.

Юта

— А как город меняется! Сколько всяких возможностей для детей, для пенсионеров! Как приятно пройтись по улицам пешком!

А. Пичугин

— Ну, в разные стороны меняется — и в худшую, и в лучшую. Но — жизнь города...

А. Митрофанова

— Живет. Во всяком случае, живет. Юта, пока мы не перешли к песне о Москве, можно чуть-чуть вернуться к Вашему этому ощущению от России? Вы же на гастроли ездите, бываете в разных городах. Как вот, по Вашим внутренним таким ощущениям, что меняется, что остается прежним? О чем у Вас сердце болит? Простите за высокий штиль, но для меня это очень важно, когда Вы приезжаете куда-то в удаленные регионы. А где Вы радуетесь? Чему радуетесь?

Юта

— Сердце болит от пьяных людей, которых, слава Богу, становится все меньше и меньше. Я это...

А. Пичугин

— Знаете, вот тут я бы не сказал «слава Богу», потому что они умирают, они умирают. Их...

Юта

— Ну что ж поделаешь, это...

А. Пичугин

— Они не бросают пить — они уходят.

Юта

— Это их выбор. В конце концов...

А. Пичугин

— Их выбор, но, с другой стороны, все равно — я помню, на моих глазах...

Юта

— Поэтому сердце и болит. От чего сердце радуется? От того, что как люди были гостеприимными, светлыми и оптимистично настроенными, и с невероятно несгибаемой волей, так это и осталось. Я вижу глаза детей — абсолютно чистые, абсолютно счастливые. Очень правильно осознающие свое достоинство дети. Это другие дети, правда. Я вижу, что в каждом городе все-таки стараются сделать многое, чтобы облагородить это место. Я вижу памятники, которые в прекрасном состоянии, я вижу, что детские сады строятся. То есть вот, знаете, называйте меня оптимистом, кем угодно, как угодно, но мне нравится то, что происходит. Это не значит, что я не вижу проблем, просто я вижу больше хорошего.

А. Митрофанова

— Так это же замечательно!

Юта

— Да у меня так тоже нормально, ничего... (Смеется.)

А. Митрофанова

— Когда строятся детские сады... Я помню, как в поселке, где я росла, там было на сравнительно небольшой поселок, по-моему, пять детских садов. То есть в какой-то момент, когда стало очень много детей (это в 80-е, наверное), они все выросли, как грибы после дождя, и это прекрасно. Но когда уже в 90-е, в начале 2000-х эти детские сады стали ветшать... они опустели и стали ветшать, и, в итоге, часть из них была распродана под какие-то квартиры, и... Ну, то есть такой частный сектор там образовался. Часть заняли какие-то фирмы и прочее. И вот то, что Вы сейчас сказали про то, что снова строятся детские сады, для меня это большая радость.

Юта

— Это радость, правда.

А. Митрофанова

— Потому что тогда мне было так больно, когда я видела, что раньше ведь здесь же были, наверное, дети, а я вижу, что их нет!

Юта

— Мне тогда больно не было, потому что я плохо понимала, что происходит. Мы просто жили в каком-то своем потоке и особо внимания не обращали. Но память хорошая. Я помню 1986-й, 1987-й... Очень хорошо помню 1990-й год — в каком состоянии была Москва, например. И это был совсем другой город. Поэтому то, что я вижу сейчас, я очень радуюсь, что мои дети живут в это время.

А. Митрофанова

— Кстати говоря, возвращаясь к разговору о детях, они... Вы путешествуете вместе, где-то бываете, в каких-то местах?

Юта

— Конечно. Ну, это сложный момент — путешествовать вместе, потому что я стараюсь садиться за руль, и они трое садятся сзади. И они начинают так орать... Они начинают радоваться, они начинают друг друга подначивать, что-то там... вот это какой-то бесконечный шквал звука. И он меня отвлекает от дороги. И однажды я не выдержала и сказала: «Все, я больше с Вами не поеду никуда, мы будем ездить только с водителем». Мы сели с водителем в машину — и наступила гробовая тишина. Я говорю: «Ребят, а чего происходит-то? Где вот это вот?».

А. Митрофанова

— (Смеется.) Забавно!

Юта

— Им просто очень... Да, им просто нужно мамино внимание, нужно повеселить, они еще не совсем понимают, что вождение автомобиля — это все-таки некая ответственность и сосредоточенность, да?

А. Пичугин

— А Вы прямо с детьми далеко на машине?

Юта

— Ну, мы — да, мы часто ездим куда-нибудь как-нибудь. И за границей ездим, и в Москве.

А. Митрофанова

— А Подмосковье, например, или какие-нибудь города Золотого Кольца — в такие места важные?..

Юта

— Вот дотуда мы пока еще не добрались, но это в планах есть.

А. Митрофанова

— Тоже?

Юта

— Да. Потому что сейчас такие интересные маршруты, и все сделано для туристов — только приезжай.

А. Пичугин

— Ну, это правда. Ну, что касается Золотого Кольца — да.

Юта

— Так что сейчас они чуть-чуть подрастут, девчонки — вот, может быть, через годик мы рванем.

А. Пичугин

— Нужна будет экскурсия по Суздалю...

Юта

— О! О!

А. Митрофанова

— Обращайтесь! У нас эксперт номер один — человек, который весь Суздаль перекопал и знает там каждый не то, что камень — каждые полкирпичика просто — наизусть. Они там все Лешиной рукой подписаны.

Юта

— То, что надо!

А. Митрофанова

— (Смеется.)

А. Пичугин

— Обращайтесь!

Юта

— Есть!

А. Пичугин

— А мы уже потихоньку будем заканчивать нашу программу. Спасибо, Юта, спасибо большое, что к нам сегодня пришли. Очень ждем Вас уже совсем скоро, всего-то осталось совсем чуть-чуть до нашего «Светлого концерта». Пять лет радио «Вера», «Светлый концерт» в «Крокусе» 30 сентября. Приходите все, мы Вас будем очень ждать. Наконец-то все с Вами увидимся. Огромный зал «Крокуса», я надеюсь, сможет вместить всех на свете, кто захочет нас поздравить. И песня «Моя Москва» — это премьера. Никто никогда еще ее не слышал. Вот мы самые первые. Та-дам!

Юта

— Торжественный момент... Песня «Моя Москва».

А. Пичугин

— Спасибо огромное! Певица Юта вместе с нами была сегодня в программе «Светлый вечер». Алла Митрофанова...

А. Митрофанова

— ...Алексей Пичугин. Спасибо Вам большое!

Юта

— Взаимно!

(Звучит песня Юты «Моя Москва».)

Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы не были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Псалтирь
Псалтирь
Андрей Борисович – увлеченный своим делом человек. А дело всей жизни нашего героя – это изучение Псалтыри, библейской книги царя Давида. Вместе с Андреем Борисовичем мы попадаем в различные житейские ситуации, которые для нашего героя становятся очередным поводом поговорить о любимой книге.
Семейный час
Семейный час
Программа «Семейный час» - это часовая беседа в студии с участием священника. В этой программе поднимаются духовные и нравственные темы, связанные с семейной жизнью, воспитанием детей и отношениями между поколениями. Вопросы гостям задает многодетная мама, известная теле и радиоведущая Тутта Ларсен.
Светлый вечер
Светлый вечер
Программа «Светлый вечер» - это душевная беседа ведущих и гостей в студии Радио ВЕРА. Разговор идет не о событиях, а о людях и смыслах. В качестве гостей в нашу студию приходят священники, актеры, музыканты, общественные деятели, ученые, писатели, деятели культуры и искусства.
Притчи
Притчи
Притчи - небольшие рассказы, наполненные глубоким духовным смыслом, побуждают человека к размышлению о жизни. Они несут доброту и любовь, помогают становиться милосерднее и внимательнее к себе и к окружающим.

Также рекомендуем