Поделиться
Светлана Бакулина
Моё воцерковление началось с поездки в монастырь. Обитель находилась в небольшом провинциальном городе Нижегородской области. Людей на службах, как правило, там было мало. Особенно в будни. Практически пустой храм. Мне это очень нравилось. Спокойно.
От насельников этого монастыря я впервые услышала про заповеди, про существующие грехи, про таинства церкви. Мои первые исповедь и Причастие случились там. Оттуда же я привезла книги с наставлениями святых отцов. Евангелие. Всё это было связано с монастырем.
Тихий островок тишины и спокойствия — полная противоположность моей такой активной, бурной, суетливой жизни в городе. Когда на работе появилась возможность выполнять задачи дистанционно, я старалась уезжать в монастырь на длительный срок. Чтобы побыть в церкви. Да, церковь тогда для меня равнялось — монастырь. Городские храмы я избегала. В них по сравнению с монастырем все казалось слишком суетным. Приходила изредка только на исповедь и причастие, когда совсем не было возможности уехать далеко от дома.
За это время приходской священник всё же запомнил меня и однажды спросил: — Что так редко приходишь в наш храм?
— Ну, потому что, батюшка, я люблю уезжать пожить в монастыре. В городе мне не спокойно. Здесь слишком много людей и суеты — объяснила я.
Тогда он сказал:
— А если и туда люди приедут? Куда дальше побежишь? В скит? В затворничество? Но открою тебе тайну: и там ты спокойна не будешь.
— Это почему же? — недоумевала я.
— Потому что, Светлана, монастырь — он должен быть в сердце... — подытожил священник.
Я поспешила скорее закончить наш разговор. Мне было неприятно, казалось, что приходской священник просто меня не понимает.
Через несколько дней я вновь поехала в монастырь. Мой приезд совпал с престольным праздником обители. И что же я увидела? Огромное количество людей. Везде. В трапезной, в храме, на территории, даже в гостинице. Спрятаться было некуда. А так хотелось! Священник оказался прав. «Монастыря» — то есть спокойствия, доброты, настоящей любви к людям во мне не оказалось.
Я выстояла всю службу до конца. Каждый раз, когда кто-то толкал, раздражал, я поднимала глаза на знакомые мне образы, смотрящие со стен храма и молилась: «Господи, помоги мне об этом не думать. Помоги видеть в каждом человеке образ Твой».
И получалось погрузиться в молитву, участвовать в службе — делать то, ради чего и приходят в церковь. Осуждать других, сетовать на некомфортную ситуацию из-за тесноты было просто некогда. Оказалось — это вовсе не страшно — оказаться в многолюдном месте. Когда мысли и взгляд сосредоточены на Боге и личном покаянии, суета вокруг не трогает. Это был мой первый опыт преодоления себя.
Пребывание в монастыре на первых порах моего воцерковления помогло мне обрести опыт замедления, осмысления, смирения в принятии решений, выстроить свой темп и ритм жизни. В дальнейшем я стала ходить по воскресениям в городские храмы. Перестала разделять жизнь на два разных мира: город и монастырь.
Господь помог мне научиться не забывать молиться не только в стенах храма, но и в вагоне метро, в шумном магазине. Внутренняя молитва всегда с тобой. Бог, как говорится в народной пословице — не в бревнах, а в ребрах.
Автор: Светлана Бакулина
Все выпуски программы Частное мнение
16 августа. «Обвалы и камнепад»
ПоделитьсяКак осторожно подобает подниматься по горным кручам, особенно если позади вас идёт цепочка людей, так что, опуская взор вниз, вы можете видеть их и наблюдать за медленным движением путников по тропе! Невыверенный шаг с вашей стороны — и грозит случится непоправимое: сорвавшиеся камни, увлекая один другого, обрушатся на головы, неся с собой страдания, а то и гибель. Точно так же обстоит дело с жизнью духовной: свершённый нами один греховный поступок или даже слово зачастую способны произвести целый каскад грехопадений у ближних, что почти неизбежно, если мы и наши действия особо значимы в их жизни.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
16 августа. О преодолении кризиса веры
Поделиться
О преодолении кризиса веры — настоятель храма Рождества Богородицы в селе Поярково Московской области священник Александр Насибулин:
Каждый из нас рано или поздно оказывается в духовной пустыне. Вдруг исчезают эмоции, молитва кажется разговором со стеной, а внутри поселяется настоящая звенящая пустота. Кризис веры — это не обязательно катастрофа или признак того, что вы плохой христианин. Очень часто это следствие духовного взросления.
Когда ребёнок растёт, родители перестают постоянно носить его на руках и давать конфеты за каждый его шаг. Они учат его уже ходить самостоятельно. Так и Господь на время забирает у нас эту лёгкую, эмоциональную такую радость, чтобы наша вера перестала быть потребительской.
Пустыня — это испытание, проверка. Любим ли мы самого Бога или только Его утешение и чудеса? В такие моменты единственным честным воплем души становится евангельское «Верую, Господи, помоги моему неверию». Эта молитва на пределе искренности, когда чувств нет, но воля упрямо выбирает Бога как благодатный личный выбор.
Как преодолеть этот кризис и укрепить нашу веру? Здесь важна подготовка. Апостол Павел в Послании к Ефесянам призывает нас облечься во всеоружие Божие заранее, чтобы в день злой нам было что противопоставить этим самым нашим искушениям. Верой нужно запасаться, пока светит солнышко, пока всё хорошо и радостно.
Мы укрепляем её через наше «не хочу» или «не чувствую» даже. Продолжая регулярно читать Евангелие, даже если делать этого не хочется, поднимаем эту книгу, открываем её, даже если наш ум засыпает. Приступать к Таинствам Церкви, даже когда наше сердце кажется нам каменным. Делать дела милосердия, преодолевая личный эгоизм.
Надо помнить, что кризис — это не конец нашей веры, это смерть веры детской, наивной и рождение веры зрелой, закалённой испытаниями, веры, которая способна светить даже в самой глубокой темноте.
Все выпуски программы Актуальная тема:
16 августа. О христианских символах
Поделиться
О христианских символах — клирик московского храма Ризоположения в Леонове священник Стахий Колотвин:
Как Господь в Евангелии говорит: «Нет ничего тайного, что бы не стало явным». И поэтому сейчас я сам люблю, когда заказываю богослужебное облачение, чтобы на одном облачении вышили хризму, на другом облачении вышили рыбку, на третьем облачении — птицу феникс, ни много ни мало.
Но для древних христиан вот эти символы были настоящим паролем, по которому люди определяли, что ты свой среди языческого окружения. Тем не менее и для современных христиан, когда уже никакой тайны нет, лучше интересоваться и узнавать. Но ведь нелепо, когда ты приходишь в храм и всё вроде открыто, а ты не знаешь, почему у батюшки рыбка на облачении изображена.
Если мы посмотрим на греческое слово «ихтис» и возьмём первые буковки слов «Иисус Христос, Сын Божий Спаситель» по-гречески, то как раз образуется слово «Ихтис» — «рыбка». Поэтому как раз эта рыба — это символ Христа. Более того, это и напоминание о евангельском событии.
Когда мы вспоминаем житие равноапостольного великого императора Константина, то, конечно, мы вспоминаем знак «Сим победиши», и думаем: неужели на щитах был начертан крест у солдат. Однако когда мы открываем источники, то увидим, что до самого падения Византии на щитах со времён Константина Великого была начертана хризма. А до этого, в более древние христианские времена, этот символ был тайный, потому что Христос, первые буквы Спасителя нашего, Его титула, Мессии, как раз образовывали. И при этом они тоже перекрещивались, но этот крестик был немножко скрыт за сплетением букв.
Поэтому символы христианские, в отличие от эзотерики, где символика призвана сгустить туман, чтобы люди себя чувствовали непосвящёнными, такими слабыми перед колдунами, ведунами, в христианстве любой символ — это, наоборот, ключик для понимания. Поэтому остаётся ими пользоваться.
Все выпуски программы Актуальная тема:
