Поделиться
Праздник Вознесения Господня отмечается на сороковой день после Пасхи и ежегодно выпадает на четверг. У нас в России в светском календаре этот праздник никак не обозначен. Иначе обстоит дело в Финляндии, в которой Вознесение не только почитается проживающими здесь протестантами и православными, но еще и является государственным выходным днем. На Вознесение практически все учреждения и магазины в Финляндии не работают. Общественный транспорт ходит по праздничному расписанию, то есть очень редко.
Вознесение по-фински называется «Хелаторстай» и переводится очень просто — «святой четверг». Финны, православные и неправославные, очень трепетно относятся к празднованию Вознесения. Абсолютное большинство православных финнов в этот день стараются с утра посетить богослужение. На Вознесение оно особенно красиво. Священники для богослужения надевают праздничные белые облачения. А сама служба обычно проводится под открытым небом. По окончании богослужения люди выпускают белых голубей — символ Хелаторстая.
Финны с давних времен считают, что на Вознесение необходимо сделать хотя бы одно доброе дело. За старание и доброту в этот день Бог потом воздаст сторицей — так считают финны.
Еще одним отличительным признаком Вознесения является то, что праздник этот — исключительно тихий, семейный. У финнов есть поговорка, что даже трава не растёт на Хелаторстай. На Вознесение не принято устраивать шумных гуляний и торжеств. После посещения богослужения и выполнения добрых дел финны собираются на семейное застолье, которое проходит очень тихо и мирно.
Ещё на Хелаторстай в Финляндии принято собирать травы. Финны считают, что собранные на Вознесение растения обретают удивительную силу. Потому именно на Хелаторстай жители Финляндии, например, запасаются травяным чаем на весь год. Безусловно, традиция собирать травы актуальна прежде всего для сельских жителей. Однако и горожане не оставляют возможности собрать душистые растения. Вот только не в поле, а с прилавка супермаркета. Тем не менее, даже в такой форме финны рады исполнить древний обычай Хелаторстая.
Раньше в Финляндии было принято в день Вознесения разжигать костры и устраивать вечерние гуляния. Ведь Вознесение считалось временем для сватовства. Теперь, конечно, всё это в прошлом. Тем не менее, праздничная атмосфера на Хелаторстай чувствуется в Финляндии абсолютно везде.
Все выпуски программы Вселенная православия
28 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Kendra Wesley/Unsplash
«Явление словес Твоих просвещает младенцев», — обращался к Богу царь и пророк Давид.
Как успокаиваются малые дети при звуках колыбельной песни или сказа в устах ласковой няни, так благодатно воздействуют на нас, новозаветных христиан, богодухновенные слова из Писаний пророческих или апостольских. Они суть «серебро, семь раз очищенное», — питают не столько слух, сколько дух человеческий, просвещая его светоносной и живительной благодатью Христовой.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
Как в катакомбах. Наталия Лангаммер
Поделиться
Наталия Лангаммер
Представьте себе: ночная литургия, в храме темно, только теплятся лампадки и горят свечи, блики играют на каменных стенах, подсвечивая изображение Христа — Пастыря Доброго. Как почти две тысячи лет назад, в катакомбах, где первые христиане совершали литургии.
Там они могли укрыться от гонителей и ночью молиться о претворении хлеба в плоть христову, а вина — в кровь. На стенах не было икон, только символические изображения как пиктограммы, как тайнопись, Виноградная лоза, агнец, колосья в снопах — это тот самый хлеб тела Христова. Птица — символ возрождения жизни. Рыба — ихтис — древний акроним, монограмма имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв слов: Иисус Христос Божий Сын Спаситель на греческом.
В стенах — углубления — это захоронения тел первых христианских мучеников. Над этими надгробиями и совершается преломление хлебов. Служат на мощах святых. Вот и сегодня, сейчас так же. На престоле — антиминс, плат, в который зашиты частицы мощей. Священники в алтаре, со свечами. В нашем храме — ночная литургия. Поет хор из прихожан. Исповедь проходит в темном пределе.
Все это есть сейчас, как было все века с Пасхи Христовой. Литургия продолжается вне времен. В небесной церкви, и в земной. Стоишь, молишься, так искренне, так глубоко. И в душе — радость, даже ликование от благодарности за то, что Господь дает возможность как будто стоять рядом с теми, кто знал Христа,
«Верую во единого Бога Отца, вседержителя...» — поём хором. Все, абсолютно все присутствующие единым гласом. «Христос посреди нас» — доносится из алтаря. И есть, и будет — говорим мы, церковь.
Да, Он здесь! И мы, правда, как на тайной вечерееи. Выносят Чашу. «Верую, Господи, и исповедую, что Ты воистину Христос, Сын Бога живого, пришедший в мир грешников спасти, из которых я — первый».
Тихая очередь к Чаше. Причастие — самое главное, таинственное! Господь входит в нас, соединяя нас во единое Тело Своё. Непостижимо!
Слава Богу, Слава!
Выходишь на улицу, кусаешь свежую просфору. Тишина, темно. Ничто не отвлекает. И уезжаешь домой. А душа остаётся в катакомбах, где пастырь добрый нарисован на стене, якорь, колосья в снопах, в которые собрана Церковь, где Господь присутствует незримо.
Ночная литургия — особенная для меня, удивительная. Такая физическая ощутимая реальность встречи в Богом и благодать, которую ночная тишь позволяет сохранить как можно дольше!
Автор: Наталия Лангаммер
Все выпуски программы Частное мнение
Первый снег
Поделиться
Фото: Melisa Özdemir / Pexels
Это утро было похоже на сотни других. Я вскочил с кровати от срочного сообщения в рабочем чате. Совещания, отчёты, созвоны...
Одной рукой я привычно крепил телефон на штатив. Другой — делал сыну омлет. Ещё не проснувшийся с взъерошенной чёлкой он неторопливо мешал какао, как вдруг неожиданно закричал:
— Папа! Первый снег!
Я вздрогнул, едва удержав тарелку:
— Угу! Ешь, остынет!
Звук на телефоне никак не хотел подключаться. Я спешно пытался всё исправить. Сейчас уже начнётся онлайн-совещание. А мне ещё надо успеть переодеться.
— Папа! Всё белое, посмотри! — сын заворожённо стоял у окна, а я не отрывал глаз от телефона.
Пять минут до созвона. Микрофон всё так же хрипел.
— Это же зимняя сказка! Папа, пошли туда! — сын тянул меня за руку, а я повторял под нос тезисы доклада.
— Ты где, почему не подключаешься? — коллеги в чате стали волноваться.
А я поднял глаза и увидел в окне настоящее нерукотворное чудо. Вчерашний серый и хмурый двор укрылся снежным одеялом. Как хрустальные серьги висели на домах крупные сосульки, а деревья принарядились пушистой белой шалью.
— Я в сказке, — ответил я в рабочем чате, и крепко обнял сына.
Текст Татьяна Котова читает Алексей Гиммельрейх
Все выпуски программы Утро в прозе
