Поделиться
У нас в гостях был композитор Антон Висков.
Разговор шел о Николае Гоголе, его духовных поисках, а также о литературно-музыкальном произведении, созданном нашим гостем на основе гоголевского «Размышления о Божественной литургии».
А. Пичугин
— «Светлый вечер» на Светлом радио. Здравствуйте, в студии приветствуем Вас мы, Алла Митрофанова...
А. Митрофанова
— ...Алексей Пичугин.
А. Пичугин
— И сегодня здесь вместе с нами и с Вами — Антон Висков, композитор. Я думаю, что нашим постоянным слушателям хорошо знакомый человек, потому что уже не в первый, далеко не в первый раз в этой студии мы собираемся. Сегодня у нас вдвойне интересная тема — «Размышления о Божественной литургии» Николая Васильевича Гоголя. Я думаю, что люди, знакомые с Гоголем по школьной программе, могут не знать, но это одно из тех произведений, которое когда-то, я помню, на заре, например, моего воцерковления... Даже в храмах продавались эти книжечки — ну, просто брошюрки, потому что, ну, такое вот одно, может быть, из обязательных было произведений для человека, который переступает церковный порог. Ну, по крайней мере, в больших каких-то там городских храмах они лежали, продавались. Сейчас, правда, я их почти нигде не встречаю, и вот не знаю — может быть, это немного устарело... Хотя может ли это устареть? Или это какие-то другие подходы... Или, может быть, ничего другого не было, а вот был Гоголь? Не знаю, вот не знаю. Скорее, первый вопрос — к Алле как к человеку, который занимается русской классической литературой.
А. Митрофанова
— Почему?
А. Пичугин
— Как ты считаешь, может это устареть или нет?
А. Митрофанова
— (Смеется.) Гоголь — устареть?
А. Пичугин
— Могут устареть именно «Размышления о Божественной литургии»?
А. Митрофанова
— Ой, Лёш, ну смотри: вот открываешь «Размышления» Николая Васильевича Гоголя о Божественной литургии. Вот вступление, вот первое предложение: «Божественная литургия есть вечное повторение великого подвига любви, для нас совершившегося». И дальше вот в таком же духе. То есть начинается-то все с самой сути. Про что Божественная литургия? Она про великий подвиг любви, про любовь, по сути, потому что Бог есть любовь. Ну, и Николай Васильевич со всей своей вот этой вот в хорошем смысле слова дотошностью вкапывается, вдумывается, всматривается в те смыслы, которые ему самому очень дороги. Да, этого не видно в его ранних произведениях, потому что там он веселится... Как Пушкин писал, «блажен, кто смолоду был молод, блажен, кто смолоду созрел». Вот к Гоголю это относится в высшей степени. Ну даже если он своего «Ревизора» пересмотрел через 10 лет после того, как пьеса уже, там, была им закончена и триумфально шла на лучших сценах России, а не только в Петербурге и Москве. Но ему же казалось — вот «все не так, ребята».
А. Пичугин
— Так она же изначально очень не триумфально шла, она лично императору не нравилось.
А. Митрофанова
— Ну почему же? Он сказал: «Ну и пьеса! Всем досталось, а мне — больше всех!».
А. Пичугин
— Да. А после...
А. Митрофанова
— После того, как он так сказал, — все, «зеленый свет», и пьеса пошла по стране.
А. Пичугин
— Да. Только после этого через некоторое время ее, ну, не то, чтобы запретили, а, скорее, прикрыли. И, опять же, по приказу императора был написан такой «Квазиревизор», «Псевдоревизор», где примерно все то же самое было, но с другим финалом, и чиновники были ну не настолько циничные.
А. Митрофанова
— Ну, чушь-то была несусветная эта пьеса! Но давайте мы сейчас об этом не будем говорить, потому что у нас наш замечательный гость — Антон Олегович Висков, который целую мистерию развернул на тему «Размышлений о Божественной литургии» Николая Васильевича Гоголя. Расскажите, пожалуйста, как этот замысел у Вас появился.
А. Висков
— Здравствуйте, дорогие братья и сестры!
А. Пичугин
— Здравствуйте!
А. Висков
— Гоголь — это тайна. Гоголь — это тайна. И вот с этой тайны началось создание музыкально-литературной композиции. Это не только мною — с замечательным ансамблем, московским ансамблем духовной музыки «Благовест» мы решили понять, почему столько тайн окружает Гоголя. Ведь, смотрите, мы до сих пор не знаем причины его кончины. Сама его кончина ставилась под вопрос. Когда Гоголь почил, то в Москве, вообще в России ходили слухи о том, что он сознательно довел себя до самоубийства. Ходили слухи о том, что довел его приходской священник церкви Саввы, куда Гоголь ходил как прихожанин. Он довел его именно тем, что постоянно требовал от него аскетического подвига, отречения от творчества. Все это были слухи. И вот понять, каким образом Гоголь после того, что он создал, после того, что мы знаем и любим, пришел к совершенно другому миропониманию... По существу, он перестал быть писателем — в том смысле, как мы понимаем писательский труд.
А. Митрофанова
— Я, кстати, за это очень переживаю. Очень-очень переживаю.
А. Висков
— Ну, Вы не одиноки. Например, Виссарион Григорьевич Белинский тоже очень переживал по этому поводу, и многие друзья Гоголя переживали. И он отвечал им в связи с их переживаниями. Разобраться во всем этом помогает, на наш взгляд, та мистерия жизни, духовного пути Николая Васильевича Гоголя, которая создана ансамблем «Благовест» по выдержкам из духовных сочинений самого писателя, из его писем, из воспоминаний о нем его друзей. Текст Гоголя — он перемежается классическими произведениями русской православной духовной музыки. И если сейчас говорить вкратце о нашем видении этой проблемы, то нам представляется это следующим образом. К 33 годам Гоголь создал, по существу, все лучшее, что мы знаем. Это и «Петербургские повести», и повести «На хуторе близ Диканьки», и «Миргород», и «Ревизор» — то есть все, что мы любим, и то, что мы знаем. А затем с ним случилось нечто такое, что совершенно переменило его отношение к себе, его отношение к миру, его духовное видение мира, — он заболел. Он заболел очень серьезно, заболел настолько, что его кончина была, по существу, предрешена, он ее ждал. И вот в этом состоянии предсмертия, скорее всего, ему были некие видения, которые целиком переменили его сущность, его отношение к своему творчеству, отношение к жизни, к миру. Нечто подобное я прочитал в книге «Несвятые святые» Тихона Шевкунова, где он рассказывает судьбу схииеромонаха Мелхиседека из Псково-Печерского монастыря, который был прекрасным столяром, он создал огромное количество изделий, которые были необходимы, которые были красивы, но затем, в один прекрасный миг, он был удостоен во время болезни и, видимо, клинической смерти — он был удостоен видения результатов своих трудов в контексте того, что ждет от него Бог. Ему явилась Богородица и показала ему все вещи, которые он сделал собственными руками, брошенные, никому не нужные, в яме. И Богородица обратилась к нему со словами, что «мы от Вас ждали как от монаха молитвы и покаяния, а вот что Вы нам дали». И с тех пор этот человек принял высшую степень отрешения от мира и стал схииеромонахом, и уже всю свою жизнь посвятил молитве. И вот, на мой взгляд, нечто подобное произошло с Гоголем. Потому что Гоголь отрекся от всего того, что им было написано, чем вызвал огромное недоумение всех своих друзей, своих коллег. Многие возмущались, как, например, Белинский, который писал, что «я не могу сдержать своего гнева, и моя статья — о гнусной новой книге Гоголя» (он имел в виду книгу «Выбранные места из переписки с друзьями»). Это удивительное произведение, которое сам Гоголь считал высшей точкой своего творчества. Это некое Евангелие, написанное им для русского человека. И, таким образом, из писателя Гоголь превратился в проповедника. И как проповедник он требовал, в первую очередь, от себя духовного совершенства, духовного перерождения. Он стремился к аскетизму. Его душа постоянно просилась в монастырь. Друзья всячески его отговаривали. И когда он приезжал в Оптину Пустынь, то старцы, видя его несколько такое экзальтированное состояние, также его отговаривали от поступления в монастырь, куда стремилась душа Гоголя, но где он как писатель, как художник, конечно, не смог бы быть. Потому что художник, по существу, для монастыря не создан. И, став проповедником, Гоголь в своей сути все же оставался художником. Вот это противоречие наложило отпечаток на всю его жизнь после 33 лет — после лет его духовного перелома.
А. Пичугин
— 33, да?
А. Висков
— Да, 33 года. Ну вот он, например, пишет: «Я же теперь больше гожусь для монастыря, чем для светской жизни. Я чувствую, что разорвались последние узы, связывающие меня со светом. Мне нужно уединение, решительное уединение. Я не рожден для треволнений и чувствую с каждым днем, с каждым часом, что нет выше удела на свете, как звание монаха. И да сподобит нас Господь надеть когда-нибудь простую ризу чернеца, так желанную душе моей, о которой уже и помышление мне в радость. Но без зова Божьего этого не сделать. Чтобы приобрести право уединиться от мира, нужно уметь распроститься с миром. Нет, для Вас, так же, как и для меня, заперты двери желанной обители, ибо монастырь наш — Россия». Вот видите, такие слова, где уже заложено противоречие. С одной стороны, он призывает всех в монастырь, с другой стороны, он понимает, что не каждый и, в первую очередь, он не сможет там находиться. И тогда он объявляет монастырем всю нашу многострадальную страну, которую он так любил.
А. Митрофанова
— Да, конечно, может быть, Россию он и называет монастырем, но вот только вопрос, в каком смысле он об этом говорит. Ведь не секрет, как он Рим, например, любил. И вообще многие его произведения написаны за границей — там ему писалось гораздо легче, чем здесь. И находиться там, в Европе, он тоже очень любил — тоже надо принять как факт. И в этом смысле что значат слова «монастырь»?.. Вот вся Россия — это для него монастырь. Ну, в общем, есть тут о чем задуматься и о чем тоже поразмышлять. Если иметь в виду тот материал, из которого рождаются «Мертвые души», это его произведение, где описаны, ну, в общем, такие реалии — не самые приглядные, то, что ему действительно удалось. А второй том, там, где появляются уже люди, сознательно относящиеся к своей земле и к хозяйству, — этот том как раз — вот то, что он не смог поднять, над чем он надорвался, да? Тоже о чем-то свидетельствует. Вот настолько противоречива фигура этого человека, настолько интересна, настолько глубока... С огромным удовольствием, конечно, я Вас слушаю сейчас, то, что Вы читаете. И, вместе с тем, конечно, задать бы эти вопросы самому Николаю Васильевичу Гоголю — что он имел в виду.
А. Пичугин
— Ну, сколько людей, кому бы мы задали вопросы, которые нас мучают веками!
А. Митрофанова
— Да. Я к тому, что мы сейчас Гоголя можем трактовать и так, и так, и по-всякому, но что на самом деле он хотел этим сказать, что он имел в виду, это, конечно, загадка. Леша прав, и Вы тоже правы — это загадочный очень человек.
А. Висков
— Конечно, та композиция не ставит своей целью ответить на все вопросы бытия или вопросы судьбы и жизни Гоголя. Но наша цель — задать эти вопросы, так сказать, их поставить, чтобы наш слушатель мог размышлять над ними и сам приходить к каким-то, как нам хотелось бы, правильным выводам.
А. Пичугин
— Что это за композиция? «Прими меня, пустыня» она называется.
А. Висков
— Сейчас прозвучит старинный духовный стих — как раз он может быть иллюстрацией к тем желаниям Николая Васильевича Гоголя уйти в монастырь. «Прими мя, пустыня», то есть это «прими меня, пустынное место, пустынножительство» — какой-то, может быть, отдаленный монастырь или скит в глубине лесов России, который возник в середине XVI века в России. Это отражает настроения многих людей того времени, когда были основаны многие монастыри. И этот стих дошел до нас с тех веков, и мы сейчас его послушаем в исполнении ансамбля «Благовест».
(Звучит композиция «Прими меня, пустыня».)
А. Пичугин
— Мы напомним, что в гостях у Светлого радио сегодня композитор Антон Висков, и мы говорим про творчество Николая Васильевича Гоголя, точнее, про его произведение — небольшое совсем, но довольно важное, важное произведение, которое называется «Размышления о Божественной литургии». Но не просто так мы о нем говорим. Мероприятие, событие, концерт, вечер — ну, как правильно это назвать? Вечер, наверное, в Доме Гоголя.
А. Митрофанова
— Музыкальная мистерия 7 июня, Антон Олегович.
А. Висков
— Да, 7 июня в Доме Гоголя на Арбате, около метро «Арбатская», на Никитском бульваре. Это дом, собственно говоря, где закончились дни земной жизни великого писателя, где произошли многие события, о которых рассказывается в этой мистерии. В частности, это драматический эпизод с уничтожением рукописи второго тома «Мертвых душ», и мы будем там говорить, как это происходило, потому что остались воспоминания, и как сам Гоголь отнесся к этому свершившемуся факту — тоже достаточно неоднозначно. Может быть, сейчас можно как раз сделать какие-то выдержки из этого эпизода, потому что это кульминация всей мистерии, которая будет происходить? И звучит он так: «Ночью во вторник он долго молился один в своей комнате. В три часа ночи призвал своего слугу и спросил его, тепло ли в другой половине его покоев. «Свежо, барин», — отвечал тот. — «Дай мне плащ, пойдем, мне нужно там распорядиться». И он пошел — со свечой в руках, крестясь во всякой комнате, через которую проходил. Пришед, велел открыть трубу как можно тише, чтоб никого не разбудить, и потом подать из шкафа портфель. Когда портфель был принесен, он вынул оттуда связку тетрадей, перевязанных тесемкой, положил ее в печь и зажег свечой из своих рук. Слуга, догадавшись, упал перед ним на колени, взмолился: «Барин, что Вы делаете?!». — «Не твое дело, — отвечал он, — молись!». Слуга стал плакать и просить его... Между тем огонь погасал. После того, как обгорели только углы у тетрадей, он заметил это. Вынул связку из печки, развязал тесемки и уложил листки так, чтобы легче было принять огню. Зажег опять и сел на стулья перед огнем, ожидая, пока все сгорит и истлеет. Тогда он, перекрестясь, воротился в прежнюю свою комнату, поцеловал слугу, лег на диван и заплакал. «Иное надо было бы сжечь, — сказал он, подумав. — А за другое помолись за меня Богу. Но, Бог даст, вот все, выздоровлю — и поправлю. Глядите, что я сделал! Хотел сжечь некоторые вещи, давно на то приготовленные, а сжег все! Как лукавый силен! Вот до чего он меня довел! А было думал разослать на память друзьям по тетрадке — пусть бы делали что хотели!».
А. Пичугин
— Напомните, пожалуйста, откуда этот текст.
А. Висков
— Этот текст из мистерии, которая будет услышана. Да, здесь разное — здесь и воспоминание друзей Гоголя, то, которое записано, видимо, со слов слуги это было...
А. Пичугин
— А, со слов... То есть это не авторская интерпретация того, как это происходило? Это все-таки по свидетельским...
А. Висков
— Нет, нет. Здесь все по документам той эпохи — собраны были в книги. Это все издано, здесь нет никаких тайн. Просто здесь некая композиция, объединенная музыкой и вот воспоминаниями, текстами самого Николая Васильевича Гоголя.
А. Пичугин
— Надо, наверное, нашим слушателям напомнить, рассказать, что последние свои дни Гоголь провел... У него не было никогда никакого места, где бы он мог жить в своем доме. У него не было ни своего дома, был родительский, но далеко. Все, что у него было, это какие-то личные вещи, часы, которые ему кто-то подарил, кажется, пушкинские. Все его имущество после смерти оценили в 48 рублей — по-моему, в 48. А жил он в Москве у графа Толстого. И, собственно говоря, в ночь с 11 на 12 февраля вот таким образом он сжег тетради с «Мертвыми душами», а уже через 10 дней не стало и самого Николая Васильевича — там же, в доме графа Толстого.
А. Митрофанова
— Мы говорим о мистерии, которая... Вы ее будете представлять в Москве 7 июня вместе с ансамблем «Благовест». А где это будет происходить? Это вот тот самый дом — Музей Гоголя на Арбате?
А. Висков
— Тот самый дом, да.
А. Митрофанова
— Туда каждый желающий сможет прийти? Там нужно где-то билеты купить, да?
А. Висков
— Конечно, конечно.
А. Митрофанова
— Как это все будет происходить?
А. Висков
— Ну, я думаю, что там будет организован этот концерт. Я думаю, что есть возможность туда попасть каждому, кто будет интересоваться духовным творчеством Николая Васильевича Гоголя, а также духовной музыкой, которая будет там исполнена ансамблем «Благовест».
А. Пичугин
— Но помимо самой музыкальной мистерии по произведениям Гоголя, Вы, дорогие слушатели, можете услышать музыку Бортнянского, например, Сергея Рахманинова, Павла Чеснокова, Александра Гречанинова и, конечно же, Антона Вискова, который сегодня у нас здесь, вместе с нами в программе «Светлый вечер».
А. Митрофанова
— Вот тот кант, который сейчас звучал, духовный стих, это же Ваша обработка, да?
А. Висков
— Да, да.
А. Митрофанова
— Вы специально подготовили эту музыку для исполнения, и она — часть этой мистерии?
А. Висков
— Да, безусловно. Безусловно, безусловно.
А. Митрофанова
— Интересно. Интересно, и тематически это все тонко, конечно, подобрано. Но не самое простое, наверное, для восприятия произведение у Вас получилось. И вот бывает, мы слушаем музыку для того, чтобы расслабиться, а бывает, что мы слушаем музыку для того, чтобы что-то понять, что-то открыть. И это прослушивание подразумевает, ну, простите за такое словосочетание, некую внутреннюю работу, наверное, да? От слушателей требуется. То есть мы же не всегда порхаем, как бабочки, нам иногда важно какую-то пищу себе туда, в сознание забросить. И я так понимаю, что эта мистерия как раз из разряда такой музыки, которая заставляет задуматься.
А. Висков
— Я не перестаю на концертах напоминать нашим уважаемым слушателям, всем, кто приходит на наши концерты, что любое произведение искусства не существует без трех неразрывных составляющих. Это творчество композитора, творчество исполнителя и творчество слушателей. И поэтому успех, жизнестойкость любого произведения искусства зависит от взаимодействия этих трех компонентов. И в этом смысле роль слушателя такая же важная, как роль композитора и исполнителя. Поэтому все те, кто приходит на наши концерты, становятся создателями того произведения искусства, которое они хотят услышать. Их мнение, их духовная работа, их духовное преображение, которое может произойти после прослушивания, это все является воздействием того произведения, к которому они приобщаются и которое мы им предлагаем. Если мы исполняем в пустой комнате, произведения искусства еще не существует. Если я его написал на бумаге, его тоже не существует. Его мало написать, его мало исполнить — его нужно воспринять. Поэтому я считаю, что наши слушатели — они такие же равноправные соавторы и той мистерии, которую они услышат 7 июня в Доме Гоголя на Никитском бульваре.
А. Пичугин
— А я хочу... Мне вспомнился еще один такой факт, связанный с Гоголем и с его духовными произведениями и последними годами жизни. Как я уже сказал, он жил в доме графа Александра Толстого в Москве незадолго до того, как Гоголь туда переехал. В конце 40-х годов граф Александр Толстой и его супруга Анна приобрели эту усадьбу, приехали туда, пригласили Гоголя. Ну, сам граф Толстой пережил Гоголя даже больше, чем на 20 лет. И он умер в Женеве, возвращаясь из Иерусалима в Россию, так как ему случилось ехать через Швейцарию. Умер он в Женеве, и перед смертью он исповедался специально посланному туда, в Женеву иеромонаху Оптиной Пустыни Клименту. Климент был немцем, сыном лютеранского пастора, у него была фамилия Зедергольм, и присоединился к православию в 50-е годы. Ему тогда было 20 с небольшим. Причем, поводом к его переходу в православие была именно духовная литература Гоголя. И вот так все закольцевалось.
А. Митрофанова
— Потрясающая история. Вообще, когда, конечно, открываешь «Размышления о Божественной литургии»... Вот я первое предложение из вступления уже озвучила, а вот теперь дальше основная часть — собственно проскомидия. «Священник, которому предстоит совершать литургию, должен еще с вечера трезвиться телом и духом, должен быть примирен со всеми, должен опасаться питать какое-нибудь неудовольствие на кого бы то ни было». То есть, по сути, он, с одной стороны, какие-то прописные истины говорит — сейчас, конечно, любой священник об этом прекрасно знает. И у меня есть ощущение, что священники и в то время тоже были в курсе. Это произведение адресовано, прежде всего, тем людям, которые со стороны смотрят на происходящее в Православной церкви. То есть Гоголь — он такой один из первых миссионеров в Новой нашей истории. Потому что, ну да, действительно, для очень многих людей из интеллигентских кругов в то время, когда Гоголь жил, происходящее в Церкви уже казалось некоей данью традиции, а для кого-то и прямым рудиментом. И то, что это живое проявление Бога в нашей жизни, — да, это было очень сложно понять. Потому что искали духовной жизни где угодно — там, в масонстве где-то, в каких-то иных практиках еще, чуть позже — в спиритизме, но только не в той Церкви, которая уже почти 2 тысячи лет к тому моменту существовала. Это казалось чем-то устаревшим. Почему? Ну потому что сложные времена были, конечно. Этот период Синодальный и так далее... И авторитет Церкви был не на высоте. Для тех людей, которые искали чего-то прорывного, перспективного и передового, наверное, это одно из последних мест, куда бы они пошли. А Гоголь пошел. Вот это, конечно, какое-то невероятное его духовное чутье. И для меня, например, это, безусловно, очень важно. И то, что он пишет, видно, что он пишет для людей, которые слушатели неподготовленные, что ли, в каком-то смысле. Хотя, вроде бы, все с детства в православии.
А. Висков
— Мы сейчас представляем все то, что было до революционных событий в России 1917 года, как некое идеализированное духовное государство. Это было совсем не так. XIX век — это как раз век начала богоотступничества очень серьезного. И многие представители художественной интеллигенции — вот я знаю по композиторам — они, в общем, были, ну, скажем так, если не атеистами, то в достаточной степени равнодушными к Церкви. Например, Мусоргский — великий, собственно говоря, композитор, величайший русский композитор, писал: «Наконец я пережил, подавил в себе циничную мысль о Божестве». Или, например: «С удовольствием читаю Дарвина. Это истина!». Не Евангелие, а именно Дарвина он читает. И многие композиторы...
А. Митрофанова
— ...который, кстати, верующим человеком был.
А. Висков
— Да, да-да. Поэтому Гоголь, видя вот это отступничество от Церкви и получив какой-то таинственный, пока не известный нам духовный опыт, считал своим долгом, пользуясь своим писательским мастерством, донести свет евангельских истин до каждого — в первую очередь, для русского человека, для интеллигенции. Поэтому «Размышления о Божественной литургии», «Выбранные места из переписки с друзьями» — это попытки создания некоего русского Евангелия, Евангелия для русского человека — научить правильно жить людей. Ну, собственно говоря, и Достоевский придерживался такой идеи в своем творчестве, и Толстой. Правда, все по-разному, с какими-то потрясающими духовными противоречиями искали свои пути, но все боролись с богоотступничеством. Все боролись — вот все, кто обращался к этой теме, видели, к чему это может привести. И к чему это привело, мы сейчас уже видим. И поэтому, на мой взгляд, если XIX век — это век богоотступничества, то ХХ век — это возвращение к Богу через страдания, через очищение, то, к чему, собственно говоря, и привело это богоотступничество. Поэтому это лишний раз вот наша история подтверждает тот факт, что неисповедимы пути Господни, и Божий промысел ко отношению к нам, к Его людям, всегда приведет к тому, что мы придем ко Христу, мы придем к Богу.
А. Пичугин
— Мы послушаем сейчас следующую композицию. Она называется «Душа грустит на Небесах». Это все ансамбль «Благовест» и музыкальная обработка нашего гостя Антона Вискова.
А. Митрофанова
— А стихи — Сергея Есенина.
А. Пичугин
— Да, безусловно.
А. Висков
— Да, Сергея Есенина. Мне кажется, что эти стихи — они перекликаются вот с тем настроением, которое царило в книгах Гоголя последнего периода его жизни.
(Звучит композиция «Душа грустит на Небесах».)
А. Пичугин
— Мы напомним, что композиция, которая прозвучала, называется «Душа грустит на Небесах». Стихи Сергея Есенина, а музыкальная обработка — нашего гостя Антона Вискова, композитора. Исполнил эту композицию ансамбль «Благовест». Мы вернемся в эту студию через минуту. Напомню, что здесь, помимо Антона Вискова, также мы — Алла Митрофанова и я, Алексей Пичугин.
А. Митрофанова
— Еще раз добрый светлый вечер, дорогие слушатели! Алексей Пичугин, я — Алла Митрофанова. И с удовольствием напоминаю, что в гостях у нас композитор Антон Висков. Мы говорим о событии — 7 июня в Москве будет представлена мистерия Антона Олеговича, которая посвящена «Размышлениям о Божественной литургии» Николая Васильевича Гоголя. Вот мы уже в первой части программы довольно подробно говорили... Ну как — подробно? Тут, в общем, можно говорить, мне кажется, часами, и тома исследовательской литературы написаны на эту тему, что у Гоголя в его творчестве для него была очень важна вот эта нить, связанная с духовной жизнью. И на самом деле это не то, что даже вот отдельные такие произведения, как «Выбранные места из переписки с друзьями» или «Размышления о Божественной литургии», где он выступает уже как открытый проповедник, но и в художественных его текстах — там очень много таких вот зацепок, по которым видно, что об этом пишет, во-первых, очень думающий человек, во-вторых, человек религиозный. Даже... Ну, не раз мы уже в этой студии приводили пример с его пьесой «Ревизор», которую он, фактически, перетрактовал спустя 10 лет после того, как она уже была им завершена и представлена в Александрийском театре. Пьеса, которая, как он ее через 10 лет для себя, может быть, сам объяснял... Потому что, мне кажется, когда он ее писал, все-таки такого замысла у него не было. Но то, к чему он пришел в итоге, — то, что приход истинного ревизора и немая сцена в конце — это, по сути, метафора Страшного суда. Господь говорит: «В чем застану, в том и буду судить». И у чиновников и жителей города N были все возможности для того, чтобы предпринять хоть какие-то усилия и исправить свою жизнь и свое отношение к собственным страстям и грехам, которые, как вот чиновники разворовывают город, так эти страсти разворовывают человеческую душу. Но поскольку они предпочли со своей совестью договориться, пойти на компромиссы на некие, убедить себя в том, что все нормально и взятки борзыми щенками — это не считается, то вот в итоге они получают ту самую немую сцену, которую Гоголь сравнивал с картиной Карла Брюллова «Последний день Помпеи». Вот, например, такие метаморфозы у него в творчестве есть. И то же самое там бесконечно можно открывать и о «Мертвых душах», и о других его произведениях. Антон Олегович, а для Вас что из художественного творчества Гоголя наиболее важно и интересно?
А. Висков
— С ансамблем «Благовест» были предприняты постановки по произведениям Николая Васильевича Гоголя — это «Ночь перед Рождеством». Мы это сделали. И также это музыкально-литературная композиция...
А. Митрофанова
— Вот, кстати, очень интересно — там же нечистая сила среди действующих лиц!
А. Висков
— Там много чего есть, это как и во всем-то Гоголе! И второе произведение тоже — это мистерия, это «Страшная месть» по повести Гоголя, которую мы делали с Хором Третьяковской галереи, с Ансамблем народной музыки Дмитрия Покровского. И вообще, Гоголь — он не может быть не близок русскому человеку, потому что в нем сочетание... Как русскому, так и украинскому человеку. Потому что вот это сочетание боли за нашу судьбу с ироничным отношением к нашим порокам — оно, мне кажется, присуще всем нам. Поэтому Гоголь не может не быть близок. А вот он после своего духовного перерождения, после неких откровений, которых он сподобился, относился к своему творчеству по-другому. Он считал, что его творчество наносит вред душам людей. Именно поэтому он решил создать вот это Евангелие для русского человека. Он описал тоже — это из мистерии строчка такая, вот это его текст: «Что я, нечастный, делаю? Почто гублю душу свою? Ведь смеюсь, глумлюсь я над грехами человеческими, злорадство в сердцах людей разжигаю! Вот как посмотрят люди на моих героев, да и подумают: „Мы-то ведь не такие! Мы-то ведь лучше!“ — да и успокоятся в грехах своих! И усыпят совесть свою навеки, и тем погублены будут! А вина за то на моей душе лежать будет! Да и вообще, разве грешный, такой, как я, имеет право за перо взяться? Помыслы должны быть чисты — только тогда можешь за перо браться. Себя спасай — и другие тогда вокруг тебя спасутся».
А. Пичугин
— Надо еще раз напомнить просто, что это как раз текст из мистерии, которая прозвучит в Доме Гоголя 7 июня.
А. Митрофанова
— Но по настроению, по-моему, он точно довольно-таки передает все, потому что Гоголь действительно с себя спускал три шкуры. Он очень переживал о том, что он писал раньше, и для него это было... Ну, то есть, по сути, вот как мне кажется, это исключительно мои такие ощущения, но мне кажется, он сам себя загнал в какую-то ловушку. В ситуации... Ведь смотрите, были примеры — вот я сейчас сижу, вспоминаю — в нашей даже литературе... Вот Николай Михайлович Карамзин, когда он «Бедную Лизу» написал, ведь, по сути, какой пример он подал? Несчастная любовь, девушка... Ее возлюбленный сделал выбор в пользу некоей богатой гражданки, отвернулся от бедной Лизы... (Смеется.)
А. Пичугин
— «А в пруду довольно места».
А. Митрофанова
— Да. И эпиграмма даже появилась: «В то время здесь утопилась Эрастова невеста. Топитесь, девушки, в пруду довольно места». Не потому, что это были злые языки, а потому что, действительно... Языки-то, конечно, злые, но, действительно, по примеру бедной Лизы стали некоторые девушки поступать. Что должно быть на душе у Николая Михайловича Карамзина? Это представить себе сложно. Но...
А. Пичугин
— А пройдет всего лишь 70 лет, и все изменится. И литература станет другой. И даже меньше 70. Но Гоголь — единственный, кто будет так переживать.
А. Митрофанова
— Вот просто Карамзин — я смотрю на его жизненный путь. Он потом же ведь ушел в историю, стал нашим последним, как Пушкин говорил, «последним нашим летописцем и первым историком». То есть но он как-то вышел из этого... Хотя, мне кажется, он тоже очень переживал. Но вышел он в творчество, на какой-то другой уровень, и успешно. И слава Богу, что это так. Мы благодаря этому имеем теперь «Историю государства Российского» в его авторстве. А Гоголь как-то... Как сейчас есть это слово — «загоняться», да? Вот не знаю... Что Вы думаете, Антон Олегович, насчет его этой внутренней драмы?
А. Висков
— Я вот не знаю, стоит ли руководству Москвы восстанавливать Лизин пруд около Симонова монастыря бывший. Он сейчас засыпан, но он же там был.
А. Пичугин
— Был. Там столовая сейчас.
А. Висков
— Столовая... Ну, вот я не знаю, что важнее — восстановить историческую память о литературном произведении или оставить, может быть, столовую все-таки.
А. Пичугин
— Не знаю. Я бы хотел, чтобы скамеечки поставили, вокруг было красиво, деревья посадили. Москва...
А. Митрофанова
— Не только Лизин пруд — он задолго до «Бедной Лизы»-то существовал.
А. Пичугин
— Да и Лиза там, в общем-то, не топилась! Только ее последовательницы.
А. Митрофанова
— Да, действительно. (Смеется.) Ну, вообще... Да, это, конечно, тяжелая история-то.
А. Висков
— Кстати, в Останкино — немножко отступаю — самое старое это пруд, по историческому... Не церковь, понятно, не Телебашня, не дворец Шереметьева, а вот этот пруд. Он там был испокон веков, еще до того, как там возникла усадьба графа Шереметьева. Так что будем восстанавливать историческую память. А по поводу Гоголя — сложный момент, но есть свидетельства о том, что ему являлись — ну, вот я не знаю, как сказать — силы зла. Силы зла — они являлись... То ли они были вызваны его постоянным обращением и описанием их в литературе, в его произведениях... Но он сам в своих дневниках уже вот после его духовного перерождения вспоминал это. И вот в мистерии этой также будут вот эти строки, вот, как он говорит: «Бесы, бесы вокруг меня! Явственно вижу их! Сам их призвал сочинительством своим. Вот они пришли, стоят вокруг, смеются, пальцем на меня показывают: «Ты наш, ты наш!». Слышны их мерзкие голоса. «А вот он там один, длинный, тощий, небольшого росточка, голова узенькая, волосы прямые, свисают... А, нос-то какой! Длинный-предлинный! Сгорбленный, худой! Губы тонкие, насмешливо кривляются! Надо мной усмехается! А! Так это же я сам! Вот до чего себя довел — среди бесов стою!».
А. Пичугин
— Будем слушать музыку! У нас композиция...
А. Митрофанова
— Давайте, да. Потому что в такое окунаться как-то совсем не хочется. Зачем он так про себя?
А. Пичугин
— Композиция, которую будем слушать, — песнопение, композиция — называется «В лесном краю в монастыре». Опять же, ансамбль «Благовест» и музыкальное переложение Антона Вискова.
(Звучит композиция «В лесном краю в монастыре».)
А. Пичугин
— Мы напомним, что в гостях у Светлого радио сегодня Антон Висков, композитор. И мы говорим сегодня о мистерии Антона Вискова, который здесь у нас, в студии. Мистерия — «Размышления о Божественной литургии».
А. Митрофанова
— Антон Олегович, когда Вы отвечали на вопрос о тех произведениях Гоголя, именно художественных, не богословских, которые близки Вам, Вы отметили, что взяли в работу «Вечера на хуторе близ Диканьки» и «Ночь перед Рождеством». А почему Вы выбрали именно эту повесть? И как Вы для себя разложили ее смыслы?
А. Висков
— Я бы все повести Гоголя положил на музыку. У него настолько музыкальный язык, что это настолько прямо хочется это сделать... Я думаю, что многие композиторы ко мне присоединятся. Мы знаем примеры потрясающих произведений, которые написаны на слова Николая Васильевича Гоголя. Это и опера Щедрина «Мертвые души» — это удивительная вещь, которая, мне кажется, недостаточно еще оценена нашими современниками. За этой оперой будущее. Многие произведения — сейчас просто всего не упомнишь. Вот. А «Ночь перед Рождеством» — это рождественский спектакль, который был создан для детей, для каких-то концертных программ ансамбля «Благовест». А фильм же есть замечательный, старинный фильм, я всегда его пересматриваю с большим удовольствием. Прекрасная игра актеров... Есть две оперы — у Чайковского, «Черевички», и у Римского-Корсакова, «Ночь перед Рождеством». Кстати говоря, считалось в свое время, что у Чайковского удались лирические эпизоды, а у Римского-Корсакова — фантастические. И когда Сергей Сергеевич Прокофьев, наш замечательный композитор, говорил: «Хорошо бы соединить этих двух композиторов», то ему его учитель Николай Николаевич Черепнин отвечал: «Но вряд ли это удастся». Гоголь настолько безграничен, что я думаю, что и музыкальных воплощений существует огромное количество. А вот эта мистерия — она у нас как бы заканчивается таким наставлением Гоголя всем нам. И после описания его последних минут, когда он возопил, что «дайте мне лестницу, лестницу!»... Он видел вот эту лестницу, по которой он хочет взобраться на небо. Это лестница Иакова. Видимо, он себе представлял, как человек, который выходит из тленной оболочки. Его душа возносится ко Господу. И потом, в одиннадцатом часу ночи он в полном своем сознании сказал: «Боже мой, как сладко умирать!». И он постоянно читал Иисусову молитву. И когда его заставляли принимать пищу под воздействием гипноза, приехал гипнотизер, то Гоголь читал слова молитвы, и гипноз не удался.
А. Пичугин
— Вообще, с точки зрения православия и христианства в целом, многие скажут, что это тоже грех — вот так себя доводить.
А. Митрофанова
— Ну конечно.
А. Пичугин
— Ну, не многие скажут, по-хорошему...
А. Висков
— А он себя не доводил. Он себя не доводил. То, что его питание, вот рацион — он как бы соответствовал рациону многих аскетов, которые живут долгую жизнь в Пустынях и прекрасно ведут духовную брань со всеми, так сказать, силами, которые их окружают. И вот он принимал пищу только два раза в день: утром — хлеб или просфору, которую запивал липовым чаем, вечером — кашицу, саго или чернослив. Но всего этого очень понемногу. Я думаю, что и Серафим Саровский — в его рационе не было больше... Здесь...
А. Пичугин
— Ну, Серафим Саровский немного все-таки по-другому жил, нежели Николай Васильевич.
А. Висков
— Это да, это да. Поэтому вот эта постоянная раздвоенность между судьбой художника, призванием художника и призванием проповедника — здесь очень сложно найти, как сейчас говорят, консенсус. Этот вопрос перед каждым художником, который обращается к духовной музыке, потому что если ты остаешься художником, ты лишаешься, безусловно, каких-то возможностей проповедовать. А если ты являешься проповедником, то ты не должен быть в полном смысле художником. Гоголю это было очень трудно — сделать выбор, поскольку он был, в первую очередь, великий художник. Великий художник, но и такой же великий проповедник. И вот объединение этих двух даров в одной личности — оно... Собственно говоря, к чему оно привело? Да, он почил, но он оставил нам и «Евангелие для русского человека», и потрясающие произведения, которые живут до сих пор, и заповедь. Вот строчки, которыми заканчивается та мистерия, которая прозвучит в концерте: «Благодарю Вас много, друзья мои! Вами укрепилась много жизнь моя. Считаю долгом сказать Вам теперь напутственное слово: не смущайтесь никакими событиями, какие бы ни случались вокруг Вас! Делайте каждый свое дело, молясь в тишине. Общество тогда только поправится, когда всякий честный человек займется собою и будет жить как христианин, служа Богу теми орудиями, какие ему даны, и стараясь иметь доброе влияние на небольшой круг людей, его окружающих. Все придет тогда в порядок. Сами собой установятся тогда правильные отношения между людьми, определятся пределы, законы всему, и человечество двинется вперед, ибо начало, корень и утверждение всему есть любовь к Богу».
А. Пичугин
— Спасибо. На этих словах мы заканчиваем нашу программу. 7 июня в Доме Гоголя прозвучит мистерия «Размышления о Божественной литургии» и также еще духовные песнопения разных известных церковных композиторов, в том числе нашего сегодняшнего гостя Антона Олеговича Вискова. Спасибо Вам большое, что пришли к нам сегодня.
А. Висков
— Спаси Господи! В семь часов вечера.
А. Пичугин
— В семь вечера. А придете в Дом Гоголя — посмотрите, в первую очередь, когда будет заходить, на памятник, который, в общем-то, и есть настоящий лучший памятник Гоголю. Некоторые эксперты вообще называют это лучшей в мире скульптурой за всю историю создания монументальных произведений — «Гоголя» работы Андреева и Шехтеля, который когда-то и стоял на нынешнем Гоголевском бульваре, где теперь стоит другой памятник, который... Его автор, сам автор, кстати говоря, как Гоголь отрекся от «Мертвых душ», так и Томский, автор...
А. Митрофанова
— ...отрекся от своего творения.
А. Пичугин
— ...памятника Гоголю, отрекся от своего творения когда-то, да. Спасибо большое. И уж совсем в завершение послушаем еще одну композицию. Это «Символ Веры. Верую». Ансамбль «Благовест» и музыкальная обработка Антона Вискова. Алла Митрофанова...
А. Митрофанова
— Алексей Пичугин. До свидания.
А. Пичугин
— Всего хорошего!
А. Висков
— Спасибо!
(Звучит композиция «Символ Веры. Верую».)
Всё не зря
Поделиться
Фото: Александр / Pexels
Сегодняшнее утро началось с Литургии. Каким бы ни было настроение накануне, после богослужения и Причастия его ни с чем не сравнить. Ты окрылён и полон сил. Однажды я это очень хорошо ощутила.
Как-то Великим постом, на заре воцерковления, мне довелось сопровождать группу школьников в Троице-Сергиеву Лавру. Заранее договорились с классной руководительницей ребят сначала сходить на Литургию, а потом уже встретиться с экскурсоводом. Поэтому приехали в город накануне вечером. Остановились в гостинице, недалеко от обители. Дети там сразу же освоились. Попили чаю, завели разговоры. А меня охватили сомнения: «Может быть, не нужно мне завтра ехать в храм? И пост тяжело даётся, и усталость от дороги берёт своё». С этими мыслями я и уснула.
Подъём был в 6 утра. Не знаю, что оказалось труднее — борьба со сном или беспросветная темень. Желание вернуться в гостиницу искушало до тех пор, пока я не переступила порог Троицкого собора Лавры.
А дальше случилось то, что запомнилось на всю жизнь. Неземное пение хора за Литургией, искренняя исповедь и Причастие. А после — окрыляющая радость, когда усталость исчезает, все неудобства и сомнения забываются. И чувствуешь, что всё это не зря.
Текст Татьяна Котова читает Алёна Сергеева
Все выпуски программы Утро в прозе
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Часы воскресного дня. 26 апреля 2026г.
Поделиться
Неде́ля 3-я по Па́схе, святы́х жен-мироно́сиц.
Глас 2.
Иерей: Благослове́н Бог наш всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды)
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный да́ждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь. Го́споди, поми́луй. (12 раз)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́, Царе́ви на́шему Бо́гу.
Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.
Псало́м 16:
Услы́ши, Го́споди, пра́вду мою́, вонми́ моле́нию моему́, внуши́ моли́тву мою́ не во устна́х льсти́вых. От лица́ Твоего́ судьба́ моя́ изы́дет, о́чи мои́ да ви́дита правоты́. Искуси́л еси́ се́рдце мое́, посети́л еси́ но́щию, искуси́л мя еси́, и не обре́теся во мне непра́вда. Я́ко да не возглаго́лют уста́ моя́ дел челове́ческих, за словеса́ усте́н Твои́х аз сохрани́х пути́ же́стоки. Соверши́ стопы́ моя́ во стезя́х Твои́х, да не подви́жутся стопы́ моя́. Аз воззва́х, я́ко услы́шал мя еси́, Бо́же, приклони́ у́хо Твое́ мне и услы́ши глаго́лы моя́. Удиви́ ми́лости Твоя́, спаса́яй упова́ющия на Тя от проти́вящихся десни́це Твое́й. Сохрани́ мя, Го́споди, я́ко зе́ницу о́ка, в кро́ве крилу́ Твое́ю покры́еши мя. От лица́ нечести́вых остра́стших мя, врази́ мои́ ду́шу мою́ одержа́ша. Тук свой затвори́ша, уста́ их глаго́лаша горды́ню. Изгоня́щии мя ны́не обыдо́ша мя, о́чи свои́ возложи́ша уклони́ти на зе́млю. Объя́ша мя я́ко лев гото́в на лов и я́ко ски́мен обита́яй в та́йных. Воскресни́, Го́споди, предвари́ я́ и запни́ им, изба́ви ду́шу мою́ от нечести́ваго, ору́жие Твое́ от враг руки́ Твоея́. Го́споди, от ма́лых от земли́, раздели́ я́ в животе́ их, и сокрове́нных Твои́х испо́лнися чре́во их, насы́тишася сыно́в, и оста́виша оста́нки младе́нцем свои́м. Аз же пра́вдою явлю́ся лицу́ Твоему́, насы́щуся, внегда́ яви́ти ми ся сла́ве Твое́й.
Псало́м 24:
К Тебе́, Го́споди, воздвиго́х ду́шу мою́, Бо́же мой, на Тя упова́х, да не постыжу́ся во век, ниже́ да посмею́т ми ся врази́ мои́, и́бо вси терпя́щии Тя не постыдя́тся. Да постыдя́тся беззако́ннующии вотще́. Пути́ Твоя́, Го́споди, скажи́ ми, и стезя́м Твои́м научи́ мя. Наста́ви мя на и́стину Твою́, и научи́ мя, я́ко Ты еси́ Бог Спас мой, и Тебе́ терпе́х весь день. Помяни́ щедро́ты Твоя́, Го́споди, и ми́лости Твоя́, я́ко от ве́ка суть. Грех ю́ности моея́, и неве́дения моего́ не помяни́, по ми́лости Твое́й помяни́ мя Ты, ра́ди бла́гости Твоея́, Го́споди. Благ и прав Госпо́дь, сего́ ра́ди законоположи́т согреша́ющим на пути́. Наста́вит кро́ткия на суд, научи́т кро́ткия путе́м Свои́м. Вси путие́ Госпо́дни ми́лость и и́стина, взыска́ющим заве́та Его́, и свиде́ния Его́. Ра́ди и́мене Твоего́, Го́споди, и очи́сти грех мой, мног бо есть. Кто есть челове́к боя́йся Го́спода? Законоположи́т ему́ на пути́, его́же изво́ли. Душа́ его́ во благи́х водвори́тся, и се́мя его́ насле́дит зе́млю. Держа́ва Госпо́дь боя́щихся Его́, и заве́т Его́ яви́т им. О́чи мои́ вы́ну ко Го́споду, я́ко Той исто́ргнет от се́ти но́зе мои́. При́зри на мя и поми́луй мя, я́ко единоро́д и нищ есмь аз. Ско́рби се́рдца моего́ умно́жишася, от нужд мои́х изведи́ мя. Виждь смире́ние мое́, и труд мой, и оста́ви вся грехи́ моя́. Виждь враги́ моя́, я́ко умно́жишася, и ненавиде́нием непра́ведным возненави́деша мя. Сохрани́ ду́шу мою́, и изба́ви мя, да не постыжу́ся, я́ко упова́х на Тя. Незло́бивии и пра́вии прилепля́хуся мне, я́ко потерпе́х Тя, Го́споди. Изба́ви, Бо́же, Изра́иля от всех скорбе́й его́.
Псало́м 50:
Поми́луй мя, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, и по мно́жеству щедро́т Твои́х очи́сти беззако́ние мое́. Наипа́че омы́й мя от беззако́ния моего́, и от греха́ моего́ очи́сти мя; я́ко беззако́ние мое́ аз зна́ю, и грех мой предо мно́ю есть вы́ну. Тебе́ Еди́ному согреши́х и лука́вое пред Тобо́ю сотвори́х, я́ко да оправди́шися во словесе́х Твои́х, и победи́ши внегда́ суди́ти Ти. Се бо, в беззако́ниих зача́т есмь, и во гресе́х роди́ мя ма́ти моя́. Се бо, и́стину возлюби́л еси́; безве́стная и та́йная прему́дрости Твоея́ яви́л ми еси́. Окропи́ши мя иссо́пом, и очи́щуся; омы́еши мя, и па́че сне́га убелю́ся. Слу́ху моему́ да́си ра́дость и весе́лие; возра́дуются ко́сти смире́нныя. Отврати́ лице́ Твое́ от грех мои́х и вся беззако́ния моя́ очи́сти. Се́рдце чи́сто сози́жди во мне, Бо́же, и дух прав обнови́ во утро́бе мое́й. Не отве́ржи мене́ от лица́ Твоего́ и Ду́ха Твоего́ Свята́го не отыми́ от мене́. Возда́ждь ми ра́дость спасе́ния Твоего́ и Ду́хом Влады́чним утверди́ мя. Научу́ беззако́нныя путе́м Твои́м, и нечести́вии к Тебе́ обратя́тся. Изба́ви мя от крове́й, Бо́же, Бо́же спасе́ния моего́; возра́дуется язы́к мой пра́вде Твое́й. Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. Я́ко а́ще бы восхоте́л еси́ же́ртвы, дал бых у́бо: всесожже́ния не благоволи́ши. Же́ртва Бо́гу дух сокруше́н; се́рдце сокруше́нно и смире́нно Бог не уничижи́т. Ублажи́, Го́споди, благоволе́нием Твои́м Сио́на, и да сози́ждутся сте́ны Иерусали́мския. Тогда́ благоволи́ши же́ртву пра́вды, возноше́ние и всесожега́емая; тогда́ возложа́т на олта́рь Твой тельцы́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 2:
Егда́ снизше́л еси́ к сме́рти, Животе́ Безсме́ртный,/ тогда́ ад умертви́л еси́ блиста́нием Божества́;/ егда́ же и уме́ршия от преиспо́дних воскреси́л еси́,/ вся Си́лы Небе́сныя взыва́ху:// Жизнода́вче, Христе́ Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь Неде́ли жен-мироно́сиц, глас 2:
Благообра́зный Ио́сиф,/ с Дре́ва снем Пречи́стое Те́ло Твое́,/ плащани́цею чи́стою обви́в, и благоуха́ньми,/ во гро́бе но́ве, закры́в, положи́,/ но тридне́вен воскре́сл еси́, Го́споди,// подая́й ми́рови ве́лию ми́лость.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богоро́дице, Ты еси́ лоза́ и́стинная, возрасти́вшая нам Плод живота́, Тебе́ мо́лимся: моли́ся, Влады́чице, со святы́ми апо́столы поми́ловати ду́ши на́ша.
Госпо́дь Бог благослове́н, благослове́н Госпо́дь день дне,/ поспеши́т нам Бог спасе́ний на́ших, Бог наш, Бог спаса́ти.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Неде́ли жен-мироно́сиц, глас 2:
Ра́доватися мироно́сицам повеле́л еси́,/ плачь прама́тере Е́вы утоли́л еси́/ воскресе́нием Твои́м, Христе́ Бо́же,/ апо́столом же Твои́м пропове́дати повеле́л еси́:// Спас воскре́се от гро́ба.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Влады́ко Бо́же О́тче Вседержи́телю, Го́споди Сы́не Единоро́дный Иису́се Христе́, и Святы́й Ду́ше, Еди́но Божество́, Еди́на Си́ла, поми́луй мя, гре́шнаго, и и́миже ве́си судьба́ми, спаси́ мя, недосто́йнаго раба́ Твоего́, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Чтец: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды)
Псало́м 53:
Бо́же, во и́мя Твое́ спаси́ мя, и в си́ле Твое́й суди́ ми. Бо́же, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ глаго́лы уст мои́х. Я́ко чу́ждии воста́ша на мя и кре́пции взыска́ша ду́шу мою́, и не предложи́ша Бо́га пред собо́ю. Се бо Бог помога́ет ми, и Госпо́дь Засту́пник души́ мое́й. Отврати́т зла́я враго́м мои́м, и́стиною Твое́ю потреби́ их. Во́лею пожру́ Тебе́, испове́мся и́мени Твоему́, Го́споди, я́ко бла́го, я́ко от вся́кия печа́ли изба́вил мя еси́, и на враги́ моя́ воззре́ о́ко мое́.
Псало́м 54:
Внуши́, Бо́же, моли́тву мою́ и не пре́зри моле́ния моего́. Вонми́ ми и услы́ши мя: возскорбе́х печа́лию мое́ю и смято́хся от гла́са вра́жия и от стуже́ния гре́шнича, я́ко уклони́ша на мя беззако́ние и во гне́ве враждова́ху ми. Се́рдце мое́ смяте́ся во мне и боя́знь сме́рти нападе́ на мя. Страх и тре́пет прии́де на мя и покры́ мя тьма. И рех: кто даст ми криле́, я́ко голуби́не? И полещу́, и почи́ю. Се удали́хся бе́гая и водвори́хся в пусты́ни. Ча́ях Бо́га, спаса́ющаго мя от малоду́шия и от бу́ри. Потопи́, Го́споди, и раздели́ язы́ки их: я́ко ви́дех беззако́ние и пререка́ние во гра́де. Днем и но́щию обы́дет и́ по стена́м его́. Беззако́ние и труд посреде́ его́ и непра́вда. И не оскуде́ от стогн его́ ли́хва и лесть. Я́ко а́ще бы враг поноси́л ми, претерпе́л бых у́бо, и а́ще бы ненави́дяй мя на мя велере́чевал, укры́л бых ся от него́. Ты же, челове́че равноду́шне, влады́ко мой и зна́емый мой, и́же ку́пно наслажда́лся еси́ со мно́ю бра́шен, в дому́ Бо́жии ходи́хом единомышле́нием. Да прии́дет же смерть на ня, и да сни́дут во ад жи́ви, я́ко лука́вство в жили́щах их, посреде́ их. Аз к Бо́гу воззва́х, и Госпо́дь услы́ша мя. Ве́чер и зау́тра, и полу́дне пове́м, и возвещу́, и услы́шит глас мой. Изба́вит ми́ром ду́шу мою́ от приближа́ющихся мне, я́ко во мно́зе бя́ху со мно́ю. Услы́шит Бог и смири́т я́, Сый пре́жде век. Несть бо им измене́ния, я́ко не убоя́шася Бо́га. Простре́ ру́ку свою́ на воздая́ние, оскверни́ша заве́т Его́. Раздели́шася от гне́ва лица́ Его́, и прибли́жишася сердца́ их, умя́кнуша словеса́ их па́че еле́а, и та суть стре́лы. Возве́рзи на Го́спода печа́ль твою́, и Той тя препита́ет, не даст в век молвы́ пра́веднику. Ты же, Бо́же, низведе́ши я́ в студене́ц истле́ния, му́жие крове́й и льсти не преполовя́т дней свои́х. Аз же, Го́споди, упова́ю на Тя.
Псало́м 90:
Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га Небе́снаго водвори́тся. Рече́т Го́сподеви: Засту́пник мой еси́ и Прибе́жище мое́, Бог мой, и упова́ю на Него́. Я́ко Той изба́вит тя от се́ти ло́вчи и от словесе́ мяте́жна, плещма́ Свои́ма осени́т тя, и под криле́ Его́ наде́ешися: ору́жием обы́дет тя и́стина Его́. Не убои́шися от стра́ха нощна́го, от стрелы́ летя́щия во дни, от ве́щи во тме преходя́щия, от сря́ща и бе́са полу́деннаго. Паде́т от страны́ твоея́ ты́сяща, и тма одесну́ю тебе́, к тебе́ же не прибли́жится, оба́че очи́ма твои́ма смо́триши, и воздая́ние гре́шников у́зриши. Я́ко Ты, Го́споди, упова́ние мое́, Вы́шняго положи́л еси́ прибе́жище твое́. Не прии́дет к тебе́ зло и ра́на не прибли́жится телеси́ твоему́, я́ко А́нгелом Свои́м запове́сть о тебе́, сохрани́ти тя во всех путе́х твои́х. На рука́х во́змут тя, да не когда́ преткне́ши о ка́мень но́гу твою́, на а́спида и васили́ска насту́пиши, и попере́ши льва и зми́я. Я́ко на Мя упова́ и изба́влю и́, покры́ю и́, я́ко позна́ и́мя Мое́. Воззове́т ко Мне и услы́шу его́, с ним есмь в ско́рби, изму́ его́ и просла́влю его́, долгото́ю дней испо́лню его́ и явлю́ ему́ спасе́ние Мое́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Тропа́рь воскре́сный, глас 2:
Егда́ снизше́л еси́ к сме́рти, Животе́ Безсме́ртный,/ тогда́ ад умертви́л еси́ блиста́нием Божества́;/ егда́ же и уме́ршия от преиспо́дних воскреси́л еси́,/ вся Си́лы Небе́сныя взыва́ху:// Жизнода́вче, Христе́ Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Тропа́рь пра́здника Неде́ли жен-мироно́сиц, глас 2:
Благообра́зный Ио́сиф,/ с Дре́ва снем Пречи́стое Те́ло Твое́,/ плащани́цею чи́стою обви́в, и благоуха́ньми,/ во гро́бе но́ве, закры́в, положи́,/ но тридне́вен воскре́сл еси́, Го́споди,// подая́й ми́рови ве́лию ми́лость.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Я́ко не и́мамы дерзнове́ния за премно́гия грехи́ на́ша, Ты и́же от Тебе́ Ро́ждшагося моли́, Богоро́дице Де́во, мно́го бо мо́жет моле́ние Ма́тернее ко благосе́рдию Влады́ки. Не пре́зри гре́шных мольбы́, Всечи́стая, я́ко ми́лостив есть и спасти́ моги́й, И́же и страда́ти о нас изво́ливый.
Ско́ро да предваря́т ны щедро́ты Твоя́, Го́споди, я́ко обнища́хом зело́; помози́ нам, Бо́же, Спа́се наш, сла́вы ра́ди И́мене Твоего́, Го́споди, изба́ви нас и очи́сти грехи́ на́ша, И́мене ра́ди Твоего́.
Трисвято́е по О́тче наш:
Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.
Го́споди, поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Чтец: Ами́нь.
Конда́к Неде́ли жен-мироно́сиц, глас 2:
Ра́доватися мироно́сицам повеле́л еси́,/ плачь прама́тере Е́вы утоли́л еси́/ воскресе́нием Твои́м, Христе́ Бо́же,/ апо́столом же Твои́м пропове́дати повеле́л еси́:// Спас воскре́се от гро́ба.
Го́споди, поми́луй. (40 раз)
Окончание часа:
И́же на вся́кое вре́мя и на вся́кий час, на Небеси́ и на земли́, покланя́емый и сла́вимый, Христе́ Бо́же, Долготерпели́ве, Многоми́лостиве, Многоблагоутро́бне, И́же пра́ведныя любя́й и гре́шныя ми́луяй, И́же вся зовы́й ко спасе́нию обеща́ния ра́ди бу́дущих благ. Сам, Го́споди, приими́ и на́ша в час сей моли́твы и испра́ви живо́т наш к за́поведем Твои́м, ду́ши на́ша освяти́, телеса́ очи́сти, помышле́ния испра́ви, мы́сли очи́сти и изба́ви нас от вся́кия ско́рби, зол и боле́зней, огради́ нас святы́ми Твои́ми А́нгелы, да ополче́нием их соблюда́еми и наставля́еми, дости́гнем в соедине́ние ве́ры и в ра́зум непристу́пныя Твоея́ сла́вы, я́ко благослове́н еси́ во ве́ки веко́в, ами́нь.
Го́споди поми́луй. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Честне́йшую Херуви́м и Сла́внейшую без сравне́ния Серафи́м, без истле́ния Бо́га Сло́ва ро́ждшую, су́щую Богоро́дицу, Тя велича́ем.
И́менем Госпо́дним благослови́, о́тче.
Иерей: Моли́твами святы́х оте́ц на́ших, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, поми́луй нас.
Чтец: Ами́нь. Бо́же и Го́споди сил и всея́ тва́ри Соде́телю, И́же за милосе́рдие безприкла́дныя ми́лости Твоея́ Единоро́днаго Сы́на Твоего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́, низпосла́вый на спасе́ние ро́да на́шего, и честны́м Его́ Кресто́м рукописа́ние грех на́ших растерза́вый, и победи́вый тем нача́ла и вла́сти тьмы. Сам, Влады́ко Человеколю́бче, приими́ и нас, гре́шных, благода́рственныя сия́ и моле́бныя моли́твы и изба́ви нас от вся́каго всегуби́тельнаго и мра́чнаго прегреше́ния и всех озло́бити нас и́щущих ви́димых и неви́димых враг. Пригвозди́ стра́ху Твоему́ пло́ти на́ша и не уклони́ серде́ц на́ших в словеса́ или́ помышле́ния лука́вствия, но любо́вию Твое́ю уязви́ ду́ши на́ша, да, к Тебе́ всегда́ взира́юще и е́же от Тебе́ све́том наставля́еми, Тебе́, непристу́пнаго и присносу́щнаго зря́ще Све́та, непреста́нное Тебе́ испове́дание и благодаре́ние возсыла́ем, Безнача́льному Отцу́ со Единоро́дным Твои́м Сы́ном и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом ны́не, и при́сно, и во ве́ки веко́в, ами́нь.
Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Божественная литургия. 26 апреля 2026г.
Поделиться
Неде́ля 3-я по Па́схе, святы́х жен-мироно́сиц.
Глас 2.
Боже́ственная литурги́я святи́теля Иоа́нна Златоу́стого
Нача́ло литурги́и от Неде́ли Фомино́й до отда́ния Па́схи:
Литургия оглашенных:
Диакон: Благослови́ влады́ко.
Иерей: Благослове́но Ца́рство Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Открываются Царские врата
Священнослужители поют в алтаре:
Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Дважды)
Третий раз до середины:
Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в
Хор завершает:
Хор: И су́щим во гробе́х живо́т дарова́в.
Царские врата закрываются и диакон произносит Великую (Мирную) ектению:
Вели́кая ектения́:
Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.
О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.
О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.
О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.
О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Пе́рвый антифо́н, псало́м 102:
Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ благослове́н еси́ Го́споди./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́./ Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и не забыва́й всех воздая́ний Его́,/ очища́ющаго вся беззако́ния твоя́,/ исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́,/ избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой,/ венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами,/ исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́:/ обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́./ Творя́й ми́лостыни Госпо́дь,/ и судьбу́ всем оби́димым./ Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови,/ сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́:/ Щедр и Ми́лостив Госпо́дь,/ Долготерпели́в и Многоми́лостив./ Не до конца́ прогне́вается,/ ниже́ в век вражду́ет,/ не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам,/ ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам./ Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́,/ утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́./ Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад,/ уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша./ Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны,/ уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́./ Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше,/ помяну́, я́ко персть есмы́./ Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́,/ я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т,/ я́ко дух про́йде в нем,/ и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́./ Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́,/ и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́./ Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой,/ и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет./ Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́,/ си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́./ Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́,/ слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́./ Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́./
Благослови́, душе́ моя́, Го́спода,/ и вся вну́тренняя моя́/ и́мя свя́тое Его́.// Благослове́н еси́, Го́споди.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство, и си́ла, и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Второ́й антифо́н, псало́м 145:
Хор: Хвали́, душе́ моя́, Го́спода./ Восхвалю́ Го́спода в животе́ мое́м,/ пою́ Бо́гу моему́, до́ндеже есмь./ Не наде́йтеся на кня́зи, на сы́ны челове́ческия,/ в ни́хже несть спасе́ния./ Изы́дет дух его́/ и возврати́тся в зе́млю свою́./ В той день поги́бнут вся помышле́ния его́./ Блаже́н, ему́же Бог Иа́ковль Помо́щник его́,/ упова́ние его́ на Го́спода Бо́га своего́,/ сотво́ршаго не́бо и зе́млю,/ мо́ре и вся, я́же в них,/ храня́щаго и́стину в век,/ творя́щаго суд оби́димым,/ даю́щаго пи́щу а́лчущим./ Госпо́дь реши́т окова́нныя./ Госпо́дь умудря́ет слепцы́./ Госпо́дь возво́дит низве́рженныя./ Госпо́дь лю́бит пра́ведники./ Госпо́дь храни́т прише́льцы,/ си́ра и вдову́ прии́мет/ и путь гре́шных погуби́т./ Воцари́тся Госпо́дь во век,// Бог твой, Сио́не, в род и род.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Единоро́дный Сы́не:
Единоро́дный Сы́не и Сло́ве Бо́жий, Безсме́ртен Сый/ и изво́ливый спасе́ния на́шего ра́ди/ воплоти́тися от Святы́я Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и,/ непрело́жно вочелове́чивыйся,/ распны́йся же, Христе́ Бо́же, сме́ртию смерть попра́вый,/ Еди́н Сый Святы́я Тро́ицы,// спрославля́емый Отцу́ и Свято́му Ду́ху, спаси́ нас.
Ектения́ ма́лая:
Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко благ и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Тре́тий антифо́н , блаже́нны:
Хор: Во Ца́рствии Твое́м помяни́ нас, Го́споди, егда́ прии́деши, во Ца́рствии Твое́м.
На 12: Блаже́ни ни́щии ду́хом, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Блаже́ни пла́чущии, я́ко ти́и уте́шатся.
На 10: Блаже́ни кро́тции, я́ко ти́и насле́дят зе́млю.
Блаже́ни а́лчущии и жа́ждущии пра́вды, я́ко ти́и насы́тятся.
На 8: Блаже́ни ми́лостивии, я́ко ти́и поми́ловани бу́дут.
Воскресные (из Триоди), глас 2:
Тропарь: Помяни́ Благоутро́бне и нас,// я́коже помяну́л еси́ разбо́йника во Ца́рствии Небе́снем.
Блаже́ни чи́стии се́рдцем, я́ко ти́и Бо́га у́зрят.
Тропарь: Дре́во изгна́ Ада́ма,// Крест введе́ разбо́йника в Ца́рство Небе́сное.
На 6 Блаже́ни миротво́рцы, я́ко ти́и сы́нове Бо́жии нареку́тся.
Тропарь: Гроб подъя́т Тя Спа́се, гро́бы истощи́вшаго,// и ме́ртвым живо́т дарова́вшаго, я́ко Бо́га.
Блаже́ни изгна́ни пра́вды ра́ди, я́ко тех есть Ца́рство Небе́сное.
Тропарь: Апо́столи сла́внии Христо́вы,// Того́ моли́те приле́жно, да от бед спасе́т ны.
На 4: Блаже́ни есте́, егда́ поно́сят вам, и изжену́т, и реку́т всяк зол глаго́л на вы, лжу́ще Мене́ ра́ди.
Недели жен-мироносиц, глас 2:
Тропарь: Мертв есть ад, дерза́йте земноро́днии,/ Христо́с бо на Дре́ве ви́сяй,/ ве́рже ору́жие нань, и лежи́т мертв:// я́же бо имя́ше, плени́ся обнажи́вся.
Ра́дуйтеся и весели́теся, я́ко мзда ва́ша мно́га на Небесе́х.
Тропарь: Плени́ся ад, дерза́йте ме́ртвии, и гро́би отверзо́шася,/ воста́ните от а́да, вопие́т вам Христо́с,// вся прише́дый изба́вити от сме́рти и тли.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Троичен: Тро́ицу во Еди́нстве воспои́м ве́рнии,/ с Сы́ном Отца́ сла́вяще, и Ду́ха единосу́щна Сы́ну, и су́ща во Отце́// собезнача́льнаго и присносу́щнаго Бо́га.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Богородичен: Во чре́ве невозде́ланно зачала́ еси́, Чи́стая, нетле́ния грозд, я́ко лоза́:/ из нея́же безсме́ртия то́ки,// я́коже вино́ нам источа́ют ве́чную жизнь.
Ма́лый вход (с Ева́нгелием):
Диакон: Прему́дрость, про́сти.
Хор: Прииди́те, поклони́мся и припаде́м ко Христу́. Спаси́ ны, Сы́не Бо́жий, Воскресы́й из ме́ртвых, пою́щия Ти: аллилу́иа.
Тропари́ и кондаки́ по вхо́де:
Тропа́рь воскре́сный, глас 2:
Егда́ снизше́л еси́ к сме́рти, Животе́ Безсме́ртный,/ тогда́ ад умертви́л еси́ блиста́нием Божества́;/ егда́ же и уме́ршия от преиспо́дних воскреси́л еси́,/ вся Си́лы Небе́сныя взыва́ху:// Жизнода́вче, Христе́ Бо́же наш, сла́ва Тебе́.
Тропа́рь Неде́ли жен-мироно́сиц, глас 2:
Благообра́зный Ио́сиф,/ с Дре́ва снем Пречи́стое Те́ло Твое́,/ плащани́цею чи́стою обви́в, и благоуха́ньми,/ во гро́бе но́ве, закры́в, положи́,/ но тридне́вен воскре́сл еси́, Го́споди,// подая́й ми́рови ве́лию ми́лость.
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.
Конда́к Неде́ли жен-мироно́сиц, глас 2:
Ра́доватися мироно́сицам повеле́л еси́,/ плачь прама́тере Е́вы утоли́л еси́/ воскресе́нием Твои́м, Христе́ Бо́же,/ апо́столом же Твои́м пропове́дати повеле́л еси́:// Спас воскре́се от гро́ба.
И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Конда́к Па́схи, глас 8:
А́ще и во гроб снизше́л еси́, Безсме́ртне,/ но а́дову разруши́л еси́ си́лу,/ и воскре́сл еси́, я́ко победи́тель, Христе́ Бо́же,/ жена́м мироно́сицам веща́вый: ра́дуйтеся,/ и Твои́м апо́столом мир да́руяй,// па́дшим подая́й воскресе́ние
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Я́ко Свят еси́, Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно.
Диакон: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Хор: Го́споди, спаси́ благочести́выя.
Диакон: И услы́ши ны.
Хор: И услы́ши ны.
Диакон: И во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Трисвято́е:
Хор: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)
Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.
Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Мир всем.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Проки́мен Неде́ли жен-мироно́сиц, глас 6:
Чтец: Проки́мен, глас шесты́й: Спаси́, Го́споди, лю́ди Твоя́,/ и благослови́ достоя́ние Твое́.
Хор: Спаси́, Го́споди, лю́ди Твоя́,/ и благослови́ достоя́ние Твое́.
Чтец: К Тебе́, Го́споди, воззову́, Бо́же мой, да не премолчи́ши от мене́.
Хор: Спаси́, Го́споди, лю́ди Твоя́,/ и благослови́ достоя́ние Твое́.
Чтец: Спаси́, Го́споди, лю́ди Твоя́,
Хор: И благослови́ достоя́ние Твое́.
Чте́ние Апо́стола:
Диакон: Прему́дрость.
Чтец: Дея́ний святы́х апо́стол чте́ние.
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние Неде́ли жен-мироно́сиц (Деян., зач.16: гл.6, стт.1-7):
Чтец: Во дни о́ны, умно́жившимся ученико́м, бысть ропта́ние е́ллином ко евре́ем, я́ко презира́еми быва́ху во вседне́внем служе́нии вдови́цы их. Призва́вше же двана́десять мно́жество учени́к, ре́ша: не уго́дно есть нам, оста́вльшим сло́во Бо́жие, служи́ти трапе́зам. Усмотри́те у́бо, бра́тие, му́жи от вас свиде́телствованы седмь, испо́лнены Ду́ха Свя́та и прему́дрости, и́хже поста́вим над слу́жбою се́ю. Мы же в моли́тве и служе́нии сло́ва пребу́дем. И уго́дно бысть сло́во сие́ пред всем наро́дом. И избра́ша Стефа́на, му́жа испо́лнена ве́ры и Ду́ха Свя́та, и Фили́ппа, и Про́хора и Никано́ра, и Ти́мона, и Парме́на, и Никола́а прише́льца Антиохи́йскаго. И́же поста́виша пред апо́столы, и помоли́вшеся положи́ша на ня ру́ки. И сло́во Бо́жие растя́ше, и мно́жашеся число́ учени́к во Иерусали́ме зело́: мног же наро́д свяще́нников послу́шаху ве́ры.
В эти дни, когда умножились ученики, произошел у Еллинистов* ропот на Евреев за то, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей.
Тогда двенадцать апостолов, созвав множество учеников, сказали: нехорошо нам, оставив слово Божие, пещись о столах.
Итак, братия, выберите из среды себя семь человек изведанных, исполненных Святого Духа и мудрости; их поставим на эту службу,
а мы постоянно пребудем в молитве и служении слова.
И угодно было это предложение всему собранию; и избрали Стефана, мужа, исполненного веры и Духа Святого, и Филиппа, и Прохора, и Никанора, и Тимона, и Пармена, и Николая Антиохийца, обращенного из язычников;
их поставили перед апостолами, и сии, помолившись, возложили на них руки.
И слово Божие росло, и число учеников весьма умножалось в Иерусалиме; и из священников очень многие покорились вере.
Иерей: Мир ти.
Чтец: И ду́хови твоему́.
Диакон: Прему́дрость.
Аллилуа́рий Неде́ли жен-мироно́сиц, глас 8:
Чтец: Глас осмы́й: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Благоволи́л еси́ Го́споди зе́млю Твою́, возврати́л еси́ плен Иа́ковль.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Чтец: Ми́лость и и́стина срето́стеся, пра́вда и мир облобыза́стася.
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Диакон: Благослови́, влады́ко, благовести́теля свята́го Апо́стола и Евангели́ста Ма́рка.
Иерей: Бог, моли́твами свята́го, сла́внаго, всехва́льнаго Апо́стола и Евангели́ста Ма́рка, да даст тебе́ глаго́л благовеству́ющему си́лою мно́гою, во исполне́ние Ева́нгелия возлю́бленнаго Сы́на Своего́, Го́спода на́шего Иису́са Христа́.
Диакон: Ами́нь.
Диакон: Прему́дрость, про́сти, услы́шим свята́го Ева́нгелия.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: От Ма́рка свята́го Ева́нгелия чте́ние.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Чте́ние Ева́нгелия:
Диакон: Во́нмем.
Чте́ние Неде́ли жен-мироно́сиц (Мк., зач.69: гл.15, ст.43 — гл.16, ст.8):
Диакон: Во вре́мя о́но прии́де Ио́сиф, и́же от Аримафе́а, благообра́зен сове́тник, и́же и той бе ча́я Ца́рствия Бо́жия, дерзну́в вни́де к Пила́ту, и проси́ те́ло Иису́сово. Пила́т же диви́ся, а́ще уже́ у́мре, и призва́в со́тника, вопроси́ его́: а́ще уже́ у́мре? И уве́дев от со́тника, даде́ те́ло Ио́сифови. И купи́в плащани́цу, и снемь Его́, обви́т плащани́цею, и положи́ Его́ во гроб, и́же бе изсе́чен от ка́мене: и привали́ ка́мень над две́ри гро́ба. Мари́я же Магдали́на, и Мари́я Иоси́ева зря́сте, где Его́ полага́ху. И мину́вши суббо́те, Мари́я Магдали́на и Мари́я Иа́ковля и Саломи́а, купи́ша арома́ты, да прише́дша пома́жут Иису́са. И зело́ зау́тра во еди́ну от суббо́т приидо́ша на гроб, возсия́вшу со́лнцу, и глаго́лаху к себе́: кто отвали́т нам ка́мень от две́рий гро́ба? [И воззре́вша ви́деша, я́ко отвале́н бе ка́мень:] бе бо ве́лий зело́. И вле́зше во гроб, ви́деша ю́ношу седя́ща в десны́х, оде́яна во оде́жду белу́, и ужасо́шася. Он же глаго́ла им: не ужаса́йтеся. Иису́са и́щете Назаряни́на распя́таго: воста́, несть зде; се, ме́сто, иде́же положи́ша Его́. Но иди́те, рцы́те ученико́м Его́ и Петро́ви, я́ко варя́ет вы в Галиле́и: та́мо Его́ ви́дите, я́коже рече́ вам. И изше́дше бежа́ша от гро́ба: имя́ше же их тре́пет и у́жас. И ни кому́же ничто́же ре́ша, боя́ху бо ся.
пришел Иосиф из Аримафеи, знаменитый член совета, который и сам ожидал Царствия Божия, осмелился войти к Пилату, и просил тела Иисусова.
Пилат удивился, что Он уже умер, и, призвав сотника, спросил его, давно ли умер?
И, узнав от сотника, отдал тело Иосифу.
Он, купив плащаницу и сняв Его, обвил плащаницею, и положил Его во гробе, который был высечен в скале, и привалил камень к двери гроба.
Мария же Магдалина и Мария Иосиева смотрели, где Его полагали.
По прошествии субботы Мария Магдалина и Мария Иаковлева и Саломия купили ароматы, чтобы идти помазать Его.
И весьма рано, в первый день недели, приходят ко гробу, при восходе солнца,
и говорят между собою: кто отвалит нам камень от двери гроба?
И, взглянув, видят, что камень отвален; а он был весьма велик.
И, войдя во гроб, увидели юношу, сидящего на правой стороне, облеченного в белую одежду; и ужаснулись.
Он же говорит им: не ужасайтесь. Иисуса ищете Назарянина, распятого; Он воскрес, Его нет здесь. Вот место, где Он был положен.
Но идите, скажите ученикам Его и Петру, что Он предваряет вас в Галилее; там Его увидите, как Он сказал вам.
И, выйдя, побежали от гроба; их объял трепет и ужас, и никому ничего не сказали, потому что боялись.
Хор: Сла́ва Тебе́, Го́споди, сла́ва Тебе́.
Ектения́ сугу́бая:
Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.
Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)
Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.
Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.
Еще́ мо́лимся о бра́тиях на́ших, свяще́нницех, священномона́сех, и всем во Христе́ бра́тстве на́шем.
Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.
Прошения о Святой Руси: [1]
Еще́ мо́лимся Тебе́, Го́споду и Спаси́телю на́шему, о е́же прия́ти моли́твы нас недосто́йных рабо́в Твои́х в сию́ годи́ну испыта́ния, прише́дшую на Русь Святу́ю, обыше́дше бо обыдо́ша ю́ врази́, и о е́же яви́ти спасе́ние Твое́, рцем вси: Го́споди, услы́ши и поми́луй.
Еще́ мо́лимся о е́же благосе́рдием и ми́лостию призре́ти на во́инство и вся защи́тники Оте́чества на́шего, и о е́же утверди́ти нас всех в ве́ре, единомы́слии, здра́вии и си́ле ду́ха, рцем вси: Го́споди, услы́ши и ми́лостивно поми́луй.
Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.
Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.
Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Моли́тва о Свято́й Руси́: 4
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Иерей: Го́споди Бо́же Сил, Бо́же спасе́ния на́шего, при́зри в ми́лости на смире́нныя рабы́ Твоя́, услы́ши и поми́луй нас: се бо бра́ни хотя́щии ополчи́шася на Святу́ю Русь, ча́юще раздели́ти и погуби́ти еди́ный наро́д ея́. Воста́ни, Бо́же, в по́мощь лю́дем Твои́м и пода́ждь нам си́лою Твое́ю побе́ду.
Ве́рным ча́дом Твои́м, о еди́нстве Ру́сския Це́ркве ревну́ющим, поспе́шествуй, в ду́хе братолю́бия укрепи́ их и от бед изба́ви. Запрети́ раздира́ющим во омраче́нии умо́в и ожесточе́нии серде́ц ри́зу Твою́, я́же есть Це́рковь Жива́го Бо́га, и за́мыслы их ниспрове́ргни.
Благода́тию Твое́ю вла́сти предержа́щия ко вся́кому бла́гу наста́ви и му́дростию обогати́.
Во́ины и вся защи́тники Оте́чества на́шего в за́поведех Твои́х утверди́, кре́пость ду́ха им низпосли́, от сме́рти, ран и плене́ния сохрани́.
Лише́нныя кро́ва и в изгна́нии су́щия в до́мы введи́, а́лчущия напита́й, [жа́ждущия напои́], неду́гующия и стра́ждущия укрепи́ и исцели́, в смяте́нии и печа́ли су́щим наде́жду благу́ю и утеше́ние пода́ждь.
Всем же во дни сия́ убие́нным и от ран и боле́зней сконча́вшимся проще́ние грехо́в да́руй и блаже́нное упокое́ние сотвори́.
Испо́лни нас я́же в Тя ве́ры, наде́жды и любве́, возста́ви па́ки во всех страна́х Святы́я Руси́ мир и единомы́слие, друг ко дру́гу любо́вь обнови́ в лю́дех Твои́х, я́ко да еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем испове́мыся Тебе́, Еди́ному Бо́гу в Тро́ице сла́вимому. Ты бо еси́ заступле́ние и побе́да и спасе́ние упова́ющим на Тя и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ об оглаше́нных:
Диакон: Помоли́теся, оглаше́ннии, Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: Ве́рнии, о оглаше́нных помо́лимся, да Госпо́дь поми́лует их.
Огласи́т их сло́вом и́стины.
Откры́ет им Ева́нгелие пра́вды.
Соедини́т их святе́й Свое́й собо́рней и апо́стольстей Це́ркви.
Спаси́, поми́луй, заступи́ и сохрани́ их, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Оглаше́ннии, главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Да и ти́и с на́ми сла́вят пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Литургия верных:
Ектения́ ве́рных, пе́рвая:
Диакон: Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те, оглаше́ннии, изыди́те. Ели́цы оглаше́ннии, изыди́те. Да никто́ от оглаше́нных, ели́цы ве́рнии, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Ектения́ ве́рных, втора́я:
Диакон: Па́ки и па́ки, ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На ка́ждое проше́ние)
Диакон: О свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.
О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Прему́дрость.
Иерей: Я́ко да под держа́вою Твое́ю всегда́ храни́ми, Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Херуви́мская песнь:
Хор: И́же Херуви́мы та́йно образу́юще и животворя́щей Тро́ице Трисвяту́ю песнь припева́юще, вся́кое ны́не жите́йское отложи́м попече́ние.
Вели́кий вход:
Диакон: Вели́каго господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имярек, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Иерей: Преосвяще́нныя митрополи́ты, архиепи́скопы и епи́скопы, и весь свяще́ннический и мона́шеский чин, и при́чет церко́вный, бра́тию свята́го хра́ма сего́, всех вас, правосла́вных христиа́н, да помяне́т Госпо́дь Бог во Ца́рствии Свое́м, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Я́ко да Царя́ всех поды́мем, а́нгельскими неви́димо дориноси́ма чи́нми. Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Испо́лним моли́тву на́шу Го́сподеви.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О предложе́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
О святе́м хра́ме сем, и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Щедро́тами Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Возлю́бим друг дру́га, да единомы́слием испове́мы.
Хор: Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха,/ Тро́ицу Единосу́щную/ и Неразде́льную.
Диакон: Две́ри, две́ри, прему́дростию во́нмем.
Си́мвол ве́ры:
Люди: Ве́рую во еди́наго Бо́га Отца́ Вседержи́теля, Творца́ не́бу и земли́, ви́димым же всем и неви́димым. И во еди́наго Го́спода Иису́са Христа́, Сы́на Бо́жия, Единоро́днаго, И́же от Отца́ рожде́ннаго пре́жде всех век. Све́та от Све́та, Бо́га и́стинна от Бо́га и́стинна, рожде́нна, несотворе́нна, единосу́щна Отцу́, И́мже вся бы́ша. Нас ра́ди челове́к и на́шего ра́ди спасе́ния сше́дшаго с небе́с и воплоти́вшагося от Ду́ха Свя́та и Мари́и Де́вы и вочелове́чшася. Распя́таго же за ны при Понти́йстем Пила́те, и страда́вша, и погребе́нна. И воскре́сшаго в тре́тий день по Писа́нием. И возше́дшаго на небеса́, и седя́ща одесну́ю Отца́. И па́ки гряду́щаго со сла́вою суди́ти живы́м и ме́ртвым, Его́же Ца́рствию не бу́дет конца́. И в Ду́ха Свята́го, Го́спода, Животворя́щаго, И́же от Отца́ исходя́щаго, И́же со Отце́м и Сы́ном спокланя́ема и ссла́вима, глаго́лавшаго проро́ки. Во еди́ну Святу́ю, Собо́рную и Апо́стольскую Це́рковь. Испове́дую еди́но креще́ние во оставле́ние грехо́в. Ча́ю воскресе́ния ме́ртвых, и жи́зни бу́дущаго ве́ка. Ами́нь.
Евхаристи́ческий кано́н:
Диакон: Ста́нем до́бре, ста́нем со стра́хом, во́нмем, свято́е возноше́ние в ми́ре приноси́ти.
Хор: Ми́лость ми́ра,/ же́ртву хвале́ния.
Иерей: Благода́ть Го́спода на́шего Иису́са Христа́, и любы́ Бо́га и Отца́, и прича́стие Свята́го Ду́ха, бу́ди со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Иерей: Горе́ име́им сердца́.
Хор: И́мамы ко Го́споду.
Иерей: Благодари́м Го́спода.
Хор: Досто́йно и пра́ведно есть/ покланя́тися Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху,// Тро́ице единосу́щней и неразде́льней.
Иерей: Побе́дную песнь пою́ще, вопию́ще, взыва́юще и глаго́люще.
Хор: Свят, свят, свят Госпо́дь Савао́ф,/ испо́лнь не́бо и земля́ сла́вы Твоея́;/ оса́нна в вы́шних,/ благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне,// оса́нна в вы́шних.
Иерей: Приими́те, яди́те, сие́ есть Те́ло Мое́, е́же за вы ломи́мое во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Пи́йте от нея́ вси, сия́ есть Кровь Моя́ Но́ваго Заве́та, я́же за вы и за мно́гия излива́емая, во оставле́ние грехо́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Твоя́ от Твои́х Тебе́ принося́ще, о всех и за вся.
Хор: Тебе́ пое́м,/ Тебе́ благослови́м,/ Тебе́ благодари́м, Го́споди,// и мо́лим Ти ся, Бо́же наш.
Иерей: Изря́дно о Пресвяте́й, Пречи́стей, Преблагослове́нней, Сла́вней Влады́чице на́шей Богоро́дице и Присноде́ве Мари́и.
Задосто́йник Па́схи:
Припев: А́нгел вопия́ше Благода́тней:/ Чи́стая Де́во, ра́дуйся!/ И па́ки реку́: ра́дуйся!/ Твой Сын воскре́се/ тридне́вен от гро́ба,/ и ме́ртвыя воздви́гнувый:// лю́дие, весели́теся.
Ирмос: Свети́ся, свети́ся,/ но́вый Иерусали́ме:/ сла́ва бо Госпо́дня/ на тебе́ возсия́./ Лику́й ны́не/ и весели́ся, Сио́не./ Ты же, Чи́стая, красу́йся, Богоро́дице,// о воста́нии Рождества́ Твоего́.
Иерей: В пе́рвых помяни́, Го́споди, Вели́каго Господи́на и отца́ на́шего Кири́лла, Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́, и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к, епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его, и́хже да́руй святы́м Твои́м це́рквам, в ми́ре, це́лых, честны́х, здра́вых, долгоде́нствующих, пра́во пра́вящих сло́во Твоея́ и́стины.
Хор: И всех, и вся.
Иерей: И даждь нам еди́неми усты́ и еди́нем се́рдцем сла́вити и воспева́ти пречестно́е и великоле́пое и́мя Твое́, Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: И да бу́дут ми́лости вели́каго Бо́га и Спа́са на́шего Иису́са Христа́ со все́ми ва́ми.
Хор: И со ду́хом твои́м.
Ектения́ проси́тельная:
Диакон: Вся святы́я помяну́вше, па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)
Диакон: О принесе́нных и освяще́нных Честны́х Даре́х, Го́споду помо́лимся.
Я́ко да человеколю́бец Бог наш, прие́м я́ во святы́й и пренебе́сный и мы́сленный Свой же́ртвенник, в воню́ благоуха́ния духо́внаго, возниспо́слет нам Боже́ственную благода́ть и дар Свята́го Ду́ха, помо́лимся.
О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.
Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Дне всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.
Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)
Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.
Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.
До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.
Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.
Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.
Соедине́ние ве́ры и прича́стие Свята́го Ду́ха испроси́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: И сподо́би нас, Влады́ко, со дерзнове́нием, неосужде́нно сме́ти призыва́ти Тебе́, Небе́снаго Бо́га Отца́, и глаго́лати:
Моли́тва Госпо́дня:
Люди: О́тче наш, И́же еси́ на небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.
Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство, и си́ла, и сла́ва, Отца́, и Сы́на, и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Мир всем.
Хор: И ду́хови твоему́.
Диакон: Главы́ ва́ша Го́сподеви приклони́те.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Благода́тию, и щедро́тами, и человеколю́бием Единоро́днаго Сы́на Твоего́, с Ни́мже благослове́н еси́, со Пресвяты́м и Благи́м и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Диакон: Во́нмем.
Иерей: Свята́я святы́м.
Хор: Еди́н свят, еди́н Госпо́дь, Иису́с Христо́с, во сла́ву Бо́га Отца́. Ами́нь.
Прича́стны Па́схи и воскре́сный:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
Хвали́те Го́спода с Небе́с, хвали́те Его́ в вы́шних.
Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Прича́стие:
Диакон: Со стра́хом Бо́жиим и ве́рою приступи́те.
Хор: Благослове́н Гряды́й во и́мя Госпо́дне, Бог Госпо́дь и яви́ся нам.
Иерей: Ве́рую, Го́споди, и испове́дую, я́ко Ты еси́ вои́стинну Христо́с, Сын Бо́га жива́го, прише́дый в мир гре́шныя спасти́, от ни́хже пе́рвый есмь аз. Еще́ ве́рую, я́ко сие́ есть са́мое пречи́стое Те́ло Твое́, и сия́ есть са́мая честна́я Кровь Твоя́. Молю́ся у́бо Тебе́: поми́луй мя и прости́ ми прегреше́ния моя́, во́льная и нево́льная, я́же сло́вом, я́же де́лом, я́же ве́дением и неве́дением, и сподо́би мя неосужде́нно причасти́тися пречи́стых Твои́х Та́инств, во оставле́ние грехо́в и в жизнь ве́чную. Ами́нь.
Ве́чери Твоея́ та́йныя днесь, Сы́не Бо́жий, прича́стника мя приими́; не бо враго́м Твои́м та́йну пове́м, ни лобза́ния Ти дам, я́ко Иу́да, но я́ко разбо́йник испове́даю Тя: помяни́ мя, Го́споди, во Ца́рствии Твое́м.
Да не в суд или́ во осужде́ние бу́дет мне причаще́ние Святы́х Твои́х Та́ин, Го́споди, но во исцеле́ние души́ и те́ла.
Во время Причащения людей:
Хор: Те́ло Христо́во приими́те, Исто́чника безсме́ртнаго вкуси́те.
После Причащения людей:
Хор: Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
По́сле Прича́стия:
Иерей: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́, и благослови́ достоя́ние Твое́.
Хор: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Единожды, протяжно)
Иерей: Всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Да испо́лнятся уста́ на́ша/ хвале́ния Твоего́ Го́споди,/ я́ко да пое́м сла́ву Твою́,/ я́ко сподо́бил еси́ нас причасти́тися/ Святы́м Твои́м, Боже́ственным, безсме́ртным и животворя́щим Та́йнам,/ соблюди́ нас во Твое́й святы́ни/ весь день поуча́тися пра́вде Твое́й.// Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.
Ектения́ заключи́тельная:
Диакон: Про́сти прии́мше Боже́ственных, святы́х, пречи́стых, безсме́ртных, небе́сных и животворя́щих, стра́шных Христо́вых Та́ин, досто́йно благодари́м Го́спода.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Диакон: День весь соверше́н, свят, ми́рен и безгре́шен испроси́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.
Хор: Тебе́, Го́споди.
Иерей: Я́ко Ты еси́ освяще́ние на́ше, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: С ми́ром изы́дем.
Хор: О и́мени Госпо́дни.
Диакон: Го́споду помо́лимся.
Хор: Го́споди, поми́луй.
Заамво́нная моли́тва:
Иерей: Благословля́яй благословя́щия Тя, Го́споди, и освяща́яй на Тя упова́ющия, спаси́ лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, исполне́ние Це́ркве Твоея́ сохрани́, освяти́ лю́бящия благоле́пие до́му Твоего́: Ты тех возпросла́ви Боже́ственною Твое́ю си́лою, и не оста́ви нас, упова́ющих на Тя. Мир ми́рови Твоему́ да́руй, це́рквам Твои́м, свяще́нником, во́инству и всем лю́дем Твои́м. Я́ко вся́кое дая́ние бла́го, и всяк дар соверше́н свы́ше есть, сходя́й от Тебе́ Отца́ све́тов, и Тебе́ сла́ву, и благодаре́ние, и поклоне́ние возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)
Псало́м 33:
Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и́./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода не лиша́тся вся́каго бла́га./ Прииди́те, ча́да, послу́шайте мене́,/ стра́ху Госпо́дню научу́ вас./ Кто есть челове́к хотя́й живо́т,/ любя́й дни ви́дети бла́ги?/ Удержи́ язы́к твой от зла,/ и устне́ твои́, е́же не глаго́лати льсти./ Уклони́ся от зла и сотвори́ бла́го./ Взыщи́ ми́ра, и пожени́ и́./ О́чи Госпо́дни на пра́ведныя,/ и у́ши Его́ в моли́тву их./ Лице́ же Госпо́дне на творя́щия зла́я,/ е́же потреби́ти от земли́ па́мять их./ Воззва́ша пра́веднии, и Госпо́дь услы́ша их,/ и от всех скорбе́й их изба́ви их./ Близ Госпо́дь сокруше́нных се́рдцем,/ и смире́нныя ду́хом спасе́т./ Мно́ги ско́рби пра́ведным,/ и от всех их изба́вит я́ Госпо́дь./ Храни́т Госпо́дь вся ко́сти их,/ ни еди́на от них сокруши́тся./ Смерть гре́шников люта́,/ и ненави́дящии пра́веднаго прегреша́т./ Изба́вит Госпо́дь ду́ши раб Свои́х,/ и не прегреша́т// вси, упова́ющии на Него́.
Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.
Хор: Ами́нь.
Иерей: Сла́ва Тебе́, Христе́ Бо́же, упова́ние на́ше, сла́ва Тебе́.
Хор: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды)
Отпу́ст:
Иерей: Воскресы́й из ме́ртвых Христо́с, И́стинный Бог наш...
И осеняет предстоящих Крестом на три стороны, громко произнося при каждом осенении:
Иерей: Христо́с воскре́се!
Люди: Вои́стину воскре́се!
Хор: Христо́с воскре́се из ме́ртвых,/ сме́ртию смерть попра́в// и су́щим во гробе́х живо́т дарова́в. (Трижды, поскору)
И нам дарова́ живо́т ве́чный, покланя́емся Его́ тридне́вному Воскресе́нию.
Многоле́тие:
Хор: Вели́каго Господи́на и Отца́ на́шего Кири́лла,/ Святе́йшаго Патриа́рха Моско́вскаго и всея́ Руси́,/ и Господи́на на́шего Преосвяще́ннейшаго (или: Высокопреосвяще́ннейшего) имяре́к,/ епи́скопа (или: митрополи́та, или: архиепи́скопа) титул его,/ богохрани́мую страну́ на́шу Росси́йскую,/ настоя́теля, бра́тию и прихо́жан свята́го хра́ма сего́/ и вся правосла́вныя христиа́ны,// Го́споди, сохрани́ их на мно́гая ле́та.
[1] Прошения и молитва о Святой Руси размещены на сайте «Новые богослужебные тексты», предназначеном для оперативной электронной публикации новых богослужебных текстов, утверждаемых для общецерковного употребления Святейшим Патриархом и Священным Синодом.
