Поделиться
Второго сентября тысяча восемьсот двадцать седьмого года в итальянский город Турин въехал, подпрыгивая на брусчатке, пассажирский дилижанс из Милана. Он остановился возле городской больницы. Дверь экипажа открылась, и на землю спрыгнул мужчина средних лет. Он бережно снял со ступеней дилижанса свою жену, женщину с худым, испуганным лицом. Она куталась в тёплую шаль, прикрывая большой живот, и кусала губы от боли — прямо в дороге у неё начались родовые схватки. К тому же женщину лихорадило, у неё был сильный жар. Пятеро ребятишек — мал мала меньше — следом высыпавшие из кареты на мостовую, испуганно смотрели на мать.
Мужчина, осторожно поддерживая дрожащую от озноба жену и пытаясь не выпускать из поля зрения детей, вошёл в двери больницы.
— Помогите, Бога ради, моя жена больна и, кажется, рожает, — обратился он к строгой даме в белом чепце.
Дама смерила женщину взглядом и холодно ответила:
— У вашей жены лихорадка. А мы не допускаем в родильное отделение больных.
Весь день несчастная семья бродила по городу в поисках пристанища и помощи, пока, наконец, хозяин одной харчевни не согласился пустить их в свою конюшню. Женщина уже не могла держаться на ногах. «Священника!» — прошептала она помертвевшими губами, падая на застеленный соломой пол.
...Отец Джузеппе Коттоленго, настоятель богатого прихода в респектабельном районе Турина, сидел за вечерним чтением. Вдруг в дверь постучали.
— Падре, — раздался взволнованный голос слуги. — Вас зовут! Женщина в харчевне за углом умирает!
Отец Коттоленго подоспел как раз вовремя — через несколько минут отверженная людьми несчастная женщина скончалась. Ребёнок, которого она родила прямо здесь, на соломе, — девочка — тоже едва дышала. Священник едва успел окрестить бедное дитя, как оно последовало вслед за своей матерью. На обратном пути падре, едва сдерживая слёзы, твердил про себя: «Так не должно быть! Так не должно быть!»
А уже через несколько дней отец Коттоленго снял в центре города небольшое помещение, где на собственные средства открыл бесплатную больницу для бедняков. За четыре года её существования помощь там получили более двухсот больных. А потом городские власти принудили священника закрыть его маленький островок спасения под предлогом, что больница может послужить источником распространения инфекций. Но Джузеппе Коттоленго не сдался. Вскоре он снова открыл свою больницу, на сей раз — за городом. Теперь она была намного больше, и бедняки могли там не только лечиться, но и жить. А в старом здании клиники отец Джузеппе устроил бесплатный детский сад.
В новой больнице появились отделения для глухонемых, эпилептиков и даже неизлечимо больных. Только здесь говорили не «отделение», а — семья. И действительно, пациенты коттоленговской больницы чувствовали, что находятся среди родных. И даже называли клинику домом — Малым Домом Божественного Провидения.
Постепенно стараниями падре Джузеппе на окраине Турина вырос целый благотворительный городок, на поддержание которого охотно жертвовали деньги богатые и знатные люди. Один из них, приехав однажды в Малый Дом Божественного Провидения, спросил у отца Коттоленго: «Падре, Вы здесь главный?» Священник с улыбкой ответил: «О, нет, синьор! Главный здесь — Господь. И все те, кто приходят к нам больными, нагими и босыми. А я — лишь самый скромный их слуга».
Он служил несчастным и обездоленным на протяжении пятнадцати лет — с сорока до пятидесяти пяти, вплоть до самой своей смерти в тысяча восемьсот сорок втором году.
Все выпуски программы Имена милосердия
12 июня. «Морской утёс»
Поделиться
Фото: Paul Pastourmatzis/Unsplash
Как похож утёс, далеко выступающий в море, на былинного богатыря, который мужественно предстоит бесчисленным супостатам, с их тучами стрел и копий. Со всех сторон обрушиваются на каменного исполина свирепые волны, обдают его каскадами брызг, но он даже не шелохнётся... Так и мы, утверждаясь умом во Христе, призваны в молитве с мужеством терпеть все находящие на нас внутренние и внешние скорби, зная, что любящим Господа всё бывает во благо и во спасение.
Автор: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
12 июня. О промысле Божием
Поделиться
О Промысле Божьем — клирик Александро-Невского собора в Симферополе священник Александр Харин.
Как научиться полагаться на промысл Божий, когда вокруг и внутри нас столько боли, тревоги и непонимания? Наверное, прежде всего нужно честно признать: доверие Богу не означает, что мы всегда понимаем Его пути. Иногда человек стоит перед такими обстоятельствами, которые не может ни объяснить, ни изменить, ни вместить сердцем. И вот здесь вера начинается не с ответов, а с обращения к Богу: «Господи, я не понимаю, но не хочу отойти от Тебя».
В Священном Писании сказано: «Передай Господу путь твой и уповай на Него, и Он совершит». Это слова Псалма. Апостол Павел же говорит: «Любящим Бога всё содействует ко благу». Не всё само по себе является благом, но Бог силён даже скорбное, тёмное и болезненное обратить ко спасению человека.
Полагаться на промысл Божий не значит быть равнодушным, не значит закрыть глаза на страдания. Это значит верить, что последнее слово в мире принадлежит не злу, не страху и не смерти, а Христу. Сам Господь в Евангелии говорит: «Да не смущается сердце ваше; веруйте в Бога и в Меня веруйте».
Святые отцы учили нас благодарить Бога не только тогда, когда всё ясно и спокойно. Святитель Иоанн Златоуст, прожив тяжелейшую жизнь, в конце её произнёс: «Слава Богу за всё». Эти слова не про лёгкую жизнь, а про верность Богу до конца.
Поэтому будем делать то, что можем, — молиться, каяться, помогать ближним, не ожесточаться, хранить любовь. А то, чего не можем, то, что выше наших сил, то, что мы не можем объяснить, будем отдавать в руки Божии. Потому что промысл Божий — это не холодная и случайная судьба, а таинственное действие любящего Отца, которое ведёт человека через временное к вечному.
Все выпуски программы Актуальная тема:
12 июня. О человеке как образе и подобии Божием
ПоделитьсяО человеке как образе и подобии Божьем — настоятель Богоявленского храма в Ярославле священник Александр Сатомский.
Первые главы Книги Бытия, наверное, — одни из самых известных ветхозаветных чтений. В них мы слышим рассказ о творении всего. О том, что Бог из небытия в бытие приводит всяческое: от первых крупинок вселенной до человека. О человеке же ведётся особенный разговор. Идёт речь о том, что он является образом и подобием Божиим.
Но несколько сложно помыслить об этом, ведь Бог есть дух, в Нём нет абсолютно ничего материального, Он не связан ни временем, ни пространством, а мы с вами связаны, как сказали бы философы, детерминированы всем этим. И вот здесь нужно заметить, что образ и подобие, очевидно, заключаются не во внешних наших проявлениях, а в нашем внутреннем устроении.
Мы говорим об образе Божием во всяком человеке: каждый, будучи человеком, точно имеет его. Подобия же мы достигаем, к подобию стремимся. Поэтому, собственно, некоторых из святых мы даже и называем преподобными, то есть дошедшими до этой конечной цели. Образ Божий в человеке мы видим в его разумности, в творческой способности, но и, очевидно, в свободе.
Что же относительно нашего тела? Неужели это просто пустой придаток к этому великому духовному содержанию? Отнюдь, Бог творит человека как связующее звено в цепи мироздания, между мирами умных духов, ангельскими мирами и миром материи, и поставлен человек как связующее звено, объединяющее сложнейшую эту цепь. И, соответственно, когда она треснула, когда случилось грехопадение, то с падением человека и мир видимый потерял своё адекватное единство с Богом. Почему это восстановление и оказалось нужно не человеку только, но всему космосу и оказалось реализовано в Христе Иисусе?
Все выпуски программы Актуальная тема:
