Москва - 100,9 FM

«Благотворительный фонд „Православная детская миссия имени преподобного Серафима Вырицкого“». Иеромонах Варнава Снытко

* Поделиться

У нас в гостях был исполнительный директор благотворительного фонда «Православная Детская Миссия имени преподобного Серафима Вырицкого», настоятель храма Святителя Николая Чудотворца в исправительной колонии № 2 в Ленинградской области иеромонах Варнава Снытко.

Мы говорили об истории возникновения фонда «Православная детская миссия», о его многочисленных проектах, таких как: «Дом трудолюбия», центр приемных семей «Умиление» и волонтерское движение в детских домах, интернатах, приютах, а также о выпущенном фондом пособии «Дорога жизни», задача которого — обратить взор человека к Богу посредством личного примера составителей книги — волонтеров фонда.


А. Пичугин

— Здравствуйте, дорогие слушатели. «Светлый вечер» на светлом радио. Сегодня здесь, в этой студии приветствуем вас мы, Алла Митрофанова…

А. Митрофанова

— Алексей Пичугин.

А. Пичугин

— А в гостях у нас сегодня иеромонах Варнава (Снытко), исполнительный директор благотворительного фонда «Православная детская миссия имени преподобного Серафима Вырицкого» и настоятель храма святителя Николая в исправительной колонии № 2 в Ленинградской области — это Гатчинская епархия Гатчинский район, я так понимаю. Здравствуйте. Добрый вечер.

Иеромонах Варнава

— Добрый вечер. Здравствуйте.

А. Пичугин

— Сегодня у нас много достаточно тем, потому что фонд «Православная детская миссия» даже вот по тому, о чем мы с вами перед самым началом программы говорили, у него какая-то очень разнообразная деятельность, причем тут и детские дома трудолюбия. Вот дом трудолюбия, например, — к нам приходит Емельян Сосенский периодически, у кого Дом трудолюбия «Ной» — для людей, оставшихся без дома, без места жительства какого-то определенного. Детские дома трудолюбия — ну потихоньку до этого дойдем, да.

А. Митрофанова

— Что они собой представляют и, собственно, смысл какой, да.

А. Пичугин

— Почему фонд «Православная детская миссия» носит имя преподобного Серафима Вырицкого, и вообще кто этот человек, это достаточно современный святой, и живы люди, которые его знали.

Иеромонах Варнава

— Да, преподобный Серафим Вырицкий, он жил в XX веке. И миссия носит название этого святого, потому что Вырица сама располагается — если вот известно, и вы были, кто-то, может быть, был из радиослушателей, — в 60 километрах от Петербурга. И в свое время это была зона оккупации во время войны, и там находился детский концлагерь. И немцы, которые были, части, которые там располагались, они из тех детей, которые были согнаны из области вот в этот концлагерь, хотя официально, по документам он так не назывался и не проходил, они брали кровь для офицеров. Потому что Вырица как лесной такой массив представляла и представляет, туда отправляли на лечение, и вот там они восстанавливали свое здоровье.

А. Митрофанова

— Немецкие офицеры, вы имеете в виду, солдаты.

Иеромонах Варнава

— Да, солдаты. И там в это время жил преподобный Серафим Вырицкий, который благословлял всех жителей помогать вещами, продуктами, всем чем только можно этим деткам, вот этим сиротам. И мы знаем узницу детского концлагеря, которая почила, Надежда Окулич, которая нам рассказала удивительную историю. Она была очень маленькой девочкой, и одна женщина пришла вот в этот концлагерь, принесла еду, вещи. И вот эта маленькая девочка, Наденька, побежала к ней навстречу, крича: мама, мама! — она запала ей в сердце, и на следующий раз она пришла уже именно к этой девочке. А ее не было, спросила: а где она? А ей ответили, что она в лазарете. А лазарет собой представлял уже груду тел умирающих детей. И тогда она у коменданта Дель Фабро выпросила этого ребенка для того, чтобы похоронить. А в итоге так случилось, что она…

А. Пичугин

— И она была жива.

Иеромонах Варнава

— Да, эту девочку она выходила. И после этого они, уже после окончания войны, пришли к преподобному Серафиму, батюшка уже лежал. И она, говорит, запомнила его такие добрые-добрые глаза. И он встретил мою маму — так у нее отпечаталось, что это мама ее родная, — такими словами: за то, что ты сделала, ты никогда не будешь болеть и очень долго будешь жить. И они когда вышли от Преподобного, она стала спрашивать: мама, что же такого сделала? Но она не ответила, что она ее неродная мать.

А. Митрофанова

— А сколько лет девочке было, когда она была в концлагере?

Иеромонах Варнава

— Ну где-то, наверное, четыре-пять лет, вот так.

А. Пичугин

— То есть она родных своих не помнила.

Иеромонах Варнава

— Да, так вот выпало из памяти.

А. Митрофанова

— Защитительная функция психики или как это, защитная функция.

Иеромонах Варнава

— Ну это, возможно, сработало так. Но дело в том, что произошло по слову Преподобного это, Надежда Окулич сказала, что мама действительно дожила до глубокой старости, никогда не болела и мирно почила. И потом уже стало известно, что она ее вот оттуда, вот из этого лагеря смерти спасла. И вот там, где проливалась некогда кровь детей, сейчас там созидается жизнь. Потому что миссия, Детская миссия носит название преподобного Серафима, потому что там располагается социальный центр приемных семей «Умиление», и именно там, где раньше была смерть, сейчас жизнь, потому что детки обретают там родителей. И там, где когда-то были сироты, сейчас там уже дети живут со своими родителями приемными. И все это происходит благодаря тому, что наши волонтеры, которые ездят в детские дома, знакомятся с детьми. И иногда так вот случается, что волонтер вырастает до опекуна и забирает этого ребенка из детского дома. И особенность заключается в том, что мы все-таки берем, по большому счету, и стараемся брать именно инвалидов детей. Потому что ну как показывает статистика, все-таки берут, в основном, здоровых детей, инвалидов-деток берут, вообще можно сказать, практически не берут и редко забирают. И поэтому Детская миссия еще видит свое служение именно прежде всего детям-сиротам и детям-инвалидам прежде всего.

А. Митрофанова

— Сейчас какое-то время потребуется, чтобы мне в себя прийти после вашего рассказа. Я слышала, конечно же, про подобные опыты и практику, которая имела место в годы Второй мировой войны, но вот так чтобы близко с этим соприкоснуться, то есть фактически, да, через одно рукопожатие — от этого хочется плакать. А что известно, простите, поскольку мне хочется чуть-чуть еще задержаться в этой теме, а что известно про детей, выживших в этом концлагере?

А. Пичугин

— Многие ли там выжили?

А. Митрофанова

— Есть ли такие вообще, помимо вот этой Надежды Окулич?

Иеромонах Варнава

— Есть, конечно, дети, которые остались в живых, по милости Божией, и которые и свидетельствовали вот об этом лагере. И мы встречались с этими узниками, они приезжали к нашим детям уже, которые живут в Вырице, и рассказывали, и даже подарили книгу вот об этом детском концлагере.

А. Пичугин

— От него какие-то следы остались?

Иеромонах Варнава

— Остались, да. Это место, которое планируется впоследствии, может быть, будет там обитель. Потому что вы знаете, что Церковь созидалась на крови мучеников, и там, где проливалась детская кровь, конечно, должна быть молитва.

А. Пичугин

— А что там сейчас?

А. Митрофанова

— А имена их известны, вот кто там был, они как-то задокументированы?

Иеромонах Варнава

— Их имена именно есть, этих детей, потому что наши детки всякий раз, вот когда День Победы, 9 мая, мы приходим, они молятся. И это очень трогательно видеть, когда вот наши дети в память о тех детях, которые погибли. Потому что, когда высокий берег Вырицы обвалился, вот эти косточки деток, они были обнаружены и перезахоронены. Потому что все это, что называется, делалось под покровом. Хотя вот батюшка Серафим, вы же знаете, что часто выжигали деревни, и преподобный Серафим, вот это его дар такой был пророчества, он, во-первых, говорил немцам, когда они приходили к нему… Он же знал европейские языки, это один из богатейших людей, считается покровитель предпринимателей…

А. Пичугин

— Ну он был купцом второй гильдии, с огромным доходом.

Иеромонах Варнава

— Да, был купцом. И тем не менее он показал, что даже будучи купцом и будучи вхожим во все, что называется, в те места, ну куда обычный человек стремится, можно сохранять очень глубокую молитвенную жизнь и верность Богу. Вот пример такого служения показал именно преподобный Серафим Вырицкий.

А. Пичугин

— У него двое детей было в браке.

Иеромонах Варнава

— Да, и правнуки.

А. Пичугин

— Тоже с интересной судьбой, Николай, сын.

Иеромонах Варнава

— Да, он был убит, принял такую мученическую кончину.

А. Пичугин

— В Свердловске.

Иеромонах Варнава

— Да. И сейчас еще живы его правнучки, они тоже приезжают в Вырицу, встречаются с нашими детишками. Поэтому для нас Вырица это особое место, которое связано с преподобным Серафимом. И мы, конечно, чувствуем его всяческую поддержку. Даже недавно, может быть, был такой случай, я вам так расскажу. Конечно, часто знают случаи из житий святых, которые были тогда, хотя вот он совсем недавний святой, в 49-м году он почил…

А. Пичугин

— А прославлен был…

Иеромонах Варнава

— И наш Патриарх Кирилл, его родители, они окормлялись у преподобного Серафима и по каким-то очень важным вопросам они тоже к нему обращались. И известно, что Святейший, когда произошло его избрание, то одно из первых мест, которое он посетил, это была часовня преподобного Серафима Вырицкого, мощи которого находятся до сих пор под спудом. Поэтому для нас имя преподобного Серафима, оно как-то вот очень согревает и наших деток. И вот я вам расскажу недавнюю историю. Так случилось, что вот эти как раз предприниматели приезжали, православные предприниматели…

А. Пичугин

— Которые считают преподобного Серафима своим покровителем.

Иеромонах Варнава

— Своим покровителем, да. И как-то они организованной группой приехали, и среди них были разные, конечно, люди — воцерковленные, невоцерковленные. И они попросили наших отцов Кирилла и Мефодия, которые являются духовниками Детской миссии, которые служат в Вырице, в Казанском храме…

А. Митрофанова

— Братья-близнецы, да?

Иеромонах Варнава

— Братья-близнецы, да, доктора богословия, они вот у вас были, выступали. И одного из них вот эта группа попросила провести экскурсию, рассказать о преподобном Серафиме. Батюшка рассказал, и они даже, как ну вот всегда скромно, но они предложили какую-то свою помощь, так вот сказали, что, может быть, вам чем-то нужно помочь. Ну и батюшка говорит, конечно, будем благодарны, если вы там поможете и самой Детской миссии, потому что мы строим корпуса для детей, для приемных семей. И они как-то все разъехались, потому что были не только из Петербурга, а откуда-то и с Ямала и так далее. И вот проходит время — вдруг звонок одному, значит, из наших отцов. И человек вот, чувствуется, в каком-то волнении звонит, говорит: можете назвать счет вашей Детской миссии, прислать мне? И потом вдруг рассказывает историю. Он привез себе портрет преподобного Серафима Вырицкого, и уже забыл как-то о Вырице, потому что ну понятно, что дела и так далее, обещание обещанием. И вдруг он видит живого преподобного Серафима, который говорит: «Ну что же ты? Ты обещал деткам помочь и не помог». И вот на следующее утро он звонит отцу Кириллу и говорит вот об этом. Поэтому ну тут видно, что преподобный с ним поговорил, как купец с купцом: тебя же никто за язык не тянул, ты сам обещал.

А. Пичугин

— Все на доверии.

Иеромонах Варнава

— И получается, что ты забыл. Ну вот совсем недавно. И теперь это люди, это два брата, которые ежемесячно вот помогают Детской миссии, они там жертвуют копеечку, и мы, конечно, благодарим. Вот как Преподобный до сих пор участвует в судьбе тех детей, которые находят кров и в том числе, конечно, в приемных семьях в Вырице. Хотя Детская миссия — просто немножко расскажу издалека, из истории…

А. Митрофанова

— Да, давайте из истории, как все началось.

Иеромонах Варнава

— Изначально сложилось ну вот как чудесным таким образом неожиданным.

А. Пичугин

— А когда это произошло?

Иеромонах Варнава

— Ну это, можно так сказать, было почти десять лет назад, потому что только в 2010 году официально зарегистрировался благотворительный фонд «Православная детская миссия». А все начиналось в духовной академии Санкт-Петербургской, когда там преподавали отцы Кирилл и Мефодий, и студенты духовной семинарии, ну я тоже там учился, так случилось, что мы ездили в далекий дом Ленинградской области, там Лопухинка, к детям. Приходили к ним, решали с ним там домашние задания, играли с ними в различные игры, и как-то очень с ними подружились, потому что они приезжали к нам в академию, в семинарию. И понятно, что мы с ними говорили, но это не были такие уроки, знаете, закона Божиего, а просто наша была цель такая, чтобы показать, что православие это жизнь, что это не есть какие-то сумма норм, которые им нужно как дважды два запомнить, усвоить, и это тебе, да, вот это знание что-то дает. Потому что показать, что это сама жизнь, поэтому мы с тобой и в храме, и вне пределов храма можем, да, вот как преподобный Серафим, даже занимаясь купеческой такой, предпринимательской деятельностью, быть в Боге. Вот то что касается часто даже современного человека. А, это дело монаха — молитва. А, это дело там батюшки, чтобы помолиться…

А. Митрофанова

— Ну да, сейчас…

Иеромонах Варнава

— А это дело того-то — и разграничение происходит. И вот мы ездили к этим деткам, подружились. И потом одна пара семейная, которая тоже посещала один детский дом, они пришли и обратились к нам, зная, что мы ездим вот в этот далекий дом, Лопухинку, значит, и они сказали: а вы могли бы еще ходить? Вот знаете, у нас там есть детки, нам так тяжело их оставлять, но вот жизненные обстоятельства заставили нас покинуть вот этот детский дом. Могли бы вы приходить, хотя бы вот…

А. Митрофанова

— Уже в другой детский дом.

Иеромонах Варнава

— Да, в другой детский дом, раз в месяц хотя бы их посещать. Вот мы их там познакомим, предадим вам из рук в руки этих детишек. И, значит, мы в детский дом этот пошли. И мы поняли, что наших сил — потому что за этим детским домом еще один детский дом пришел, — наших сил недостаточно. И это служение требует какого-то системного подхода, что есть добрые люди, которые готовы прийти к детям, но часто детские дома — это такой закрытый мир, куда очень сложно войти. Потому что ну да, есть детские дома, даже во дворе…

А. Митрофанова

— Причем надо же правильно войти — не с мешком подарков, а с какими-то важными навыками.

Иеромонах Варнава

— Бывает такое, да, вот как это правильно вы сказали, мешок подарков. Часто бывают такие акции, они хорошие сами по себе, но это целое тоже такое двойное дно, оборотную сторону медаль имеет. Потому что там вот приезжают в какие-то особые праздники, выгружают эти мешки подарков, конфеты, прочее на этих детей…

А. Пичугин

— И уезжают.

Иеромонах Варнава

— И уезжают. И знаете, вот такой калейдоскоп происходит, и у ребенка постоянная какая-то перемена лиц. Но когда к нему ты приходишь, они на тебя смотрят, как на папу и на маму, потому что они ищут отца и мать. И вот даже сейчас у нас случилось, вот буквально недавно, несколько недель назад, мы двух мальчиков тоже опять забрали вот в Детскую миссию, в наш центр «Умиление» социальный, но они в свои 12 лет — и можно дальше продолжать, в 14, 16 лет они, что хотят? — они хотят родителей. И поэтому, я вот просто доведу мысль, что даже когда у нас вдруг встанет вопрос, и уже встал вопрос, что мы создадим православный детский дом, мы поняли, что нам нужно отказаться от этой идеи. Почему, как вы думаете? Потому что это будет еще один детский дом, а им нужны родители. И поэтому у нас появился социальный центр приемных семей «Умиление», где дети вспоминают именно, то есть живут с родителями.

А. Пичугин

— Иеромонах Варнава (Снытко), исполнительный директор благотворительного фонда «Православная детская миссия имени Серафима Вырицкого», сегодня в программе «Светлый вечер» на радио «Вера». Отец Варнава, а в чем тогда принципиальное отличие вашего социального центра от детского дома? Что происходит там с детьми, как выстраивается с ними работа, и какие ну принципы или основания что ли вы считаете для себя самыми главными?

Иеромонах Варнава

— Я просто сразу скажу, что получается, получилось так, что вот Детская миссия, она сложилась, поскольку у нас все начиналось с одного детского дома, потом появились, в данный момент, в настоящий момент количество сиротских учреждений-то сокращается, на сокращение идет, но тем не менее количество детей-то не сокращается. Потому что все равно проблема сиротства, она есть, и это такая живая, острая проблема. И вот надо сказать, что все начиналось с того, что наше главное направление, оно было духовно-просветительским, что наши волонтеры, добровольцы, которых сейчас на данный момент более 300 человек, они ходят, посещают на регулярной основе, каждую неделю детские дома, потому что закрепляются кураторы. Волонтеры приходят к детям, организуют так называемые воскресные школы на выезде, ходят, с детишками посещают и храмы. и различные другие культурные места и прочее. И наши ребята и разные-разные люди показывают, что православие — это прежде всего сама жизнь. И они встречают вот это тепло человеческого сердца, и вот это основное направление духовно-просветительское, оно, собственно, было как ведущим. А потом, когда наши волонтеры приходили в детские дома, то мы сталкивались с конкретными судьбами и жизнями детей. И вот была такая девочка, и есть, слава Богу, но в детский доме она была, Аня Яковлева. Это просто был маленький комок, к которому было трудно, вот как без кожи, прикоснуться, потому что…

А. Митрофанова

— Ей больно.

Иеромонах Варнава

— Ей было больно, но и она причиняла боль другим. Потому что вот когда…

А. Пичугин

— Характер.

Иеромонах Варнава

— А тут много чего наложилось. Вот, например, мы же кто-то там с бородами, то есть она могла вцепиться и с огромной силой тебя просто вот так вот дернуть, или плюнуть, или если у тебя были очки, то есть она их разбивала. То есть это и когда воспитатель нас знала из Детской миссии, она сказала: к нам сегодня поступила девочка, которую никто никогда не возьмет. И вот отец Феодосий, который слышал слова эти воспитателя, отец Феодосий Амбарцумов, он тогда подумал: как это никто никогда не возьмет? — то есть это как вызов, понимаете, был. Что значит, не возьмет? А потом ее отправили в психиатрическую больницу, и вы знаете… И вот когда отец Иоанн, ему сказали об этом ребенке…

А. Пичугин

— Вы говорите: отец Иоанн, — а наши слушатели не знают.

Иеромонах Варнава

— Отец Иоанн Миронов, которому 93 года, он уже 63 года служит у престола, и как раз знал преподобного Серафима Вырицкого, он духовное чадо преподобного Серафима. Это известнейший служитель, духоносный служитель Церкви Божией, который служит на заводе АТИ, в храме «Неупиваемая Чаша» в Санкт-Петербурге, к которому очень многие едут, и он духовник Детской миссии. Так вот, когда узнал об Анечке, он сказал: срочно забирайте ее.

А. Митрофанова

— А куда?

Иеромонах Варнава

— Вот куда? К нам как раз, куда.

А. Митрофанова

— В монастырь.

Иеромонах Варнава

— Не в монастырь, а вот как раз в социальный центр «Умиление». Потому что на тот момент потребовалось создание вот какой-то организации, структуры. И мы поняли, что это не может быть детский дом, потому что ребенку нужен кто — родитель. И поэтому появился, ну наиболее, мы считаем, оптимальная форма — это вот социальный центр «Умиление», где есть опекуны, которые берут вот больных и не только больных, но вот деток. И вот Анечку мы туда забрали.

А. Митрофанова

— Ну то есть вы фактически под нее создали этот центр.

Иеромонах Варнава

— Конечно. Вот этот центр, да. Потому что ребенок родил, да, вот этот центр, потому что это беда.

А. Пичугин

— В отличие от других учреждений подобного типа, это же центр приемных семей. То есть дети же не просто живут в условиях детского дома, пускай и очень хорошего…

Иеромонах Варнава

— Конечно. Они живут в семье.

А. Пичугин

— А семья, соответственно, живет, вы говорите, вы корпуса строите.

Иеромонах Варнава

— Да, они живут именно в Вырице почему, потому что это же больные дети. И вы знаете, 24 часа в сутки, когда ты один на один с ребенком — и всем известна проблема возврата. Потому что есть добрые люди, которые забирают детей, а оптом плачут и приносят этих детей…

А. Митрофанова

— Потому что они не справляются.

Иеромонах Варнава

— Ну да, конечно. Они приносят этих детей. Поэтому у нас еще есть профилактика возврата. И поэтому вот чтобы этого не было, и чтобы как бы создать вот этот надежный круг поддержки, вот знаете, такую прочную основу, то у нас и появилась Вырица как духовный центр. Потому что там и отцы Кирилл и Мефодий, есть духовная поддержка и окормление, есть и психологи, есть педагоги, есть добровольцы, волонтеры — то есть есть персонал необходимый. А самое главное, есть это родительское тепло.

А. Пичугин

— А этим центром «Умиление» руководит, я так понимаю, отец Феодосий Амбарцумов, и он родственник того самого новомученика Амбарцумова.

Иеромонах Варнава

— Священномученика, да, Владимира Амбарцумова. И вот просто я еще раз скажу. Так вот, когда Анечку привели к отцу Иоанну, и когда она со всей силы дернула за бороду нашего батюшку, и у батюшки даже из глаз потекли слезы, он сказал: это будет у вас самый лучший ребенок, это будет самая лучшая девочка. Тогда в эти слова было очень трудно поверить. Потому что если бы вы видели вот, что представляла из себя Аня. А она боролась за жизнь. И вот сейчас Анечка пишет иконы. И было просто для нас это чудо…

А. Пичугин

— А сколько ей лет?

Иеромонах Варнава

— Ну сейчас ей 13 лет. Но вот это чудо, потому что она принесла икону святителя Иоанна Милостивого, небесного покровителя батюшки, нашего отца Иоанна Миронова. То есть ребенок, который разбивал лампы, понимаете, да, теперь пишет что?

А. Митрофанова

— Рвал бороды и разбивал очки.

Иеромонах Варнава

— Пишет иконы. Вот что может сотворить любовь человека.

А. Митрофанова

— Можно чуть более подробно про систему устройства вашего центра «Умиление», как это выглядит? Приходит приемная семья, забирает ребенка и остается там на какое-то время, чтобы адаптироваться или что, как работает?

Иеромонах Варнава

— Хорошо. Благодарю, да, за вопрос. И для наших, конечно, это и радиослушателей, я думаю, будет интересно. Вот этот социальный центр «Умиление» — понятно, да, в честь иконы Божией Матери «Умиление», а «Умиление» вообще с греческого называется «уязвление» — это очень сильный глагол с греческого в переводе, это означает, что твое сердце уязвляется, то есть оно не может остаться равнодушным и пройти мимо горя, вот этой первой и последней боли на земле, которой является боль вот этого отверженного ребенка. И вот почему «Умиление». И вот в центре «Умиление» живут в настоящий момент пять опекунских семей, пять приемных семей, 25 деток. Мы планируем, что это вообще будет большая детская деревня. И как это происходит? Те семьи, которые берут вот трудных детей и которым мы говорим: вот знаете, вот есть беда, вот этого ребенка нужно брать. А некоторых они сами видят, вот как Назара недавно, Назария взяли. Это ну как, «ребенок-бабочка», вы знаете, да, трудно коснуться.

А. Митрофанова

— Да.

А. Пичугин

— А я не знаю. И слушатели, думаю, тоже не очень хорошо.

А. Митрофанова

— Ну «дети-бабочки» — это очень сложный диагноз.

Иеромонах Варнава

— Ну «дети-бабочки», которые сразу отказались, сказали, что он никогда не встанет…

А. Пичугин

— Ну а в чем он проявляется?

Иеромонах Варнава

— У него боли, постоянная боль от прикосновений. У него просто вот если сказать, что у него как будто кожи нет. Вот представьте, если прикасаться, когда кожи нет — вот это ребенок. И отцы сказали: его нужно забирать. И вот наши опекуны, которые родились из волонтеров, потому что волонтер созрел для опекуна — для нас это самая радость, когда в Детской миссии вот эти волонтеры, 300 человек, вдруг из них появляется потенциальный приемный родитель, а они все приемные родители. И вот есть те, которые готовы жить именно в Вырице, и готовы вот при той поддержке, при той основе прочности, которую там создаем, под покровом преподобного Серафима, вот воспитывать этих деток. Этих деток не на какой-то период, а на всю жизнь. Потому что если мы, как Экзюпери сказал, если мы кого-то приручили, то на всю вечность. И понятно, поскольку это некоторые дети — например, у нас есть и ДЦП, есть и слепушечки, ну слепые детки, которые, понятно, что жизнь взрослая — очень сложно, если их да, вот так, невозможно их оставить. Поэтому понятно, что они наши. Они наши и навсегда. И поэтому там живут те дети и те родители, которые берут вот эти трудных, тяжелых детей. Но есть волонтеры, которые созревают, например, там семьи, и которые ходят в детские дома и приходят к нам, и говорят: все, мы хотим, благословите нас, мы хотим забрать вот такого-то ребенка из детского дома. И они могут себе взять в семью, но уже в Питере, если они чувствуют, что они имеют возможность. Вот поэтому так.

А. Пичугин

— Мы прервемся буквально на минуту. Я напомню, что в гостях у светлого радио сегодня иеромонах Варнава (Снытко), исполнительный директор благотворительного фонда «Православная детская миссия», фонд имени преподобного Серафима Вырицкого. Алла Митрофанова и я Алексей Пичугин. Через минуту мы сюда вернемся.

А. Митрофанова

— Светлое радио на радио «Вера» продолжается. И напомню, что в гостях у нас иеромонах Варнава (Снытко), исполнительный директор благотворительного фонда «Православная детская миссия имени преподобного Серафима Вырицкого». Алексей Пичугин, я Алла Митрофанова. И это интереснейший разговор с человеком с колоссальным опытом и невероятным диапазоном. Вот, отец Варнава, я смотрю, ваши какие-то жизненные познания, они невероятны в области социализации детей. Про «Дом трудолюбия» в Псковской области, который также курируется вашим центром, вы тоже об это упомянули, мне бы хотелось подробнее об этом расспросить. Что собой представляет дом трудолюбия для детей? Что такое дом трудолюбия для взрослых, мы примерно знаем, и наши слушатели, может быть, тоже в курсе — к нам сюда приходил Емельян Сосенский, который возглавляет Дом трудолюбия «Ной», но это касается взрослых.

Иеромонах Варнава

— Взрослых, да.

А. Митрофанова

— А про детей это что такое?

Иеромонах Варнава

— А есть детская тема. Вы знаете, что дома трудолюбия — это вообще питерская тема, потому что связана она с именем Иоанна Кронштадтского.

А. Пичугин

— Дореволюционная, да.

Иеромонах Варнава

— Дореволюционная тема, потому что дома трудолюбия основывал Иоанн Кронштадтский как раз для детей-сирот, для того чтобы в них раскрыть, во-первых, творческий потенциал — разные искусства, научить их ремеслам и так далее, то что поможет им в жизни. И мы знаем, что через труд, собственно, происходит становление личности. А наш отец Иоанн Миронов, вот духовник миссии, которому 93 года и, слава Богу, он служит у престола, и который всегда говорит: храм не строй, а сироту пристрой. Но в итоге он построил и храм, и устроил, и пристроил сирот, да, батюшка наш. Так вот он в Псковской области, в деревне Вехно, там где крестился когда-то преподобный Симеон Псково-Печерский, и которого лично знал батюшка, он за 45 километров ходил к нему в Псково-Печерский монастырь…

А. Митрофанова

— Пешком, естественно.

Иеромонах Варнава

— Пешком, конечно, да, к преподобному Симеону. И батюшка так любит вспоминать об этом времени и о любви старца. Так вот он на месте разрушенного садика, когда его духовное чадо, ну просто это место разрушенного садика. Ну вы знаете, можно проехать по русским деревням, и сердце ваше сожмется, потому что русские деревни умирают. И вот отец Иоанн, который сам из деревни, он вдохнул в эту деревню новую жизнь. Почему, потому что, где было четыре стены по периметру, мы приехали, когда увидели это место, это, знаете, как психоделика какая-то. И мы привезли фотографии отцу Иоанну и сказали…

А. Митрофанова

— Такая зона Тарковского.

Иеромонах Варнава

— Да, вот что-то с Тарковским связано. И мы говорим: батюшка, вы посмотрите, что это. А батюшка говорит: это будет у вас красивый домик, и там будет столько деток. У вас там будут козочки, коровки и у вас будут там мастерские…

А. Пичугин

— В Псковской области очень красивые места. Зачастую возникает ощущение, что война здесь так и не закончилась.

Иеромонах Варнава

— Ну вот представьте. И вот это сейчас, где было когда-то там четыре стены по периметру, сейчас это уникальный дом, куда приезжают наши детки и на лето, и в каникулы, и не только в каникулы. И там у нас и храм преподобного Симеона Псково-Печерского, домовый храм, где дети молятся, они помогают и в алтаре, мальчики, и причащаются, исповедуются. Там же у нас и разные мастер-классы, там же у нас и иконописная мастерская, столярная, плотницкая.

А. Митрофанова

— Это там Анечка-то иконы пишет?

Иеромонах Варнава

— Там Анечка иконы пишет, понимаете. Поэтому это какое-то просто чудо. Потому что дети, когда соприкасаются с трудом, и вот это труд и молитва это два крыла, которые действительно помогают подняться и оторваться от земли.

А. Митрофанова

— То есть по формату это такой детский лагерь скорее, да, летний?

Иеромонах Варнава

— Это и детский лагерь, но это в то же время и дом трудолюбия.

А. Пичугин

— Но они там постоянно находятся или они туда приезжают?

Иеромонах Варнава

— Они приезжают.

А. Пичугин

— Посменно.

Иеромонах Варнава

— Да. Но там постоянно находится именно сестринская община, которая Вырицкая. Потому что сестры, там у нас в Вырице созидается монастырь под духовным окормлением наших отцов Кирилла и Мефодия, и вот наши сестры есть те, которые живут там на постоянной основе, а есть те волонтеры и сестры также, которые несут череду так называемую. И мы тоже туда приезжаем. Ну буквально недавно как раз я вернулся с Псковской области, из нашего «Дома трудолюбия». И там как раз детки, очень трудно оттуда всегда уезжать. Это всегда, ну это и радостно опять же, приезжать и возвращаться. И отец Иоанн там проводит всегда лето, и дети с такой радостью встречают батюшку. А это в пятнадцати километрах, если кто-то знает, находится могила Пушкина, это Святогорский монастырь, Михайловское…

А. Пичугин

— А, это Псковская область, понятно.

А. Митрофанова

— Вот теперь файлы сложились.

Иеромонах Варнава

— Это вот эта часть, можете представить, это же и поэтому детки…

А. Митрофанова

— Это фантастически красивые места.

Иеромонах Варнава

— Это фантастически красивые места.

А. Митрофанова

— Да плюс еще Святогорский монастырь, Пушкин, Михайловское и вообще все.

Иеромонах Варнава

— Мы возим детей, и поэтому еще даем им приникнуть, знаете, к нашей великой русской культуре. Потому что вот сейте разумное, доброе, вечное — о чем говорит Некрасов, вот это сеяние, да, происходит вот там. И детки, когда на природе, ну вы сами знаете, природа, она и сама располагает к восстановлению, тем более с теми тяжелыми диагнозами, которые имеют наши дети. И когда они в живом общении и заботятся о братьях наших меньших…

А. Митрофанова

— Там козленка я видела у вас на фотографии.

Иеромонах Варнава

— Там козленки, они знают все имена. Там корова Хиланда.

А. Митрофанова

— Хиланда? Кто же ее так назвал?

Иеромонах Варнава

— Да. Там даже мы проводили викторину: назовите имена всех козочек. А их там у нас восемь козочек. И поэтому это какое-то чудо, потому что дети на все это откликаются, живо реагируют. И когда мы спрашивали даже у отца Иоанна, ну там же у нас и община сестринская, особая, как обитель милосердия — это какая-то особая форма, которую дает Бог, и мы реагируем на это, — какой устав? Он говорит: у вас устав один — это слова из тропаря преподобному Симеону Псково-Печерскому: любовью Христовой сердце преподобного уязви, — то есть сердце должно увязиться любовью ко Христу — вот наш устав. И этот устав каждого человека, который живет либо в монашеской общине, либо в приходе, либо в семье. Вот когда Христос, и когда вот сердце уязвляется, тогда оно уязвляется, вот как умиляется, уязвляется и по отношению к ребенку. И тогда действительно наше государство, наш народ, да, он, имея вот, включая… Или вот ведь любовь — это что такое, если сказать, — это способность откликнуться на чужую боль. Мера любви, потому что как старец Софроний говорил, ученик преподобного Силуана Афонского, что чем больше любовь, тем больше страдание. Потому что наши волонтеры, они, ну иногда даже я говорю, христиане должны умирать, вот когда выезжает врач и устанавливает диагноз, один диагноз должен быть у христианина — это разрыв сердца.

А. Пичугин

— Ну это, знаете…

Иеромонах Варнава

— Это я так специально, ну как заостряю проблему. Вот как Матерь Божия, Она бы умерла при Кресте, если бы не благодать, да, Святого Духа, которая укрепляла ее, потому что по-человечески это невозможно было бы вынести. И вот та детская боль, которую ты видишь, потому что мы же не всех детей можем взять, и есть дети, которые ну просто остаются. Вот представьте, Алексей, вы пришли, вы увидели детей, вот как та Наденька, которая бежала к той женщине, и которая потом к преподобному Серафиму пришла…

А. Митрофанова

— Которая из концлагеря.

Иеромонах Варнава

— Которая из концлагеря. Так то есть, вот что происходит. И вы берете одного, ну двоих вы взяли, а остальные на вас тоже вот эти глаза смотрят. И понятно, поэтому тех волонтеров, которых мы берем, добровольцев, первое и главное условие, у нас и волонтерские курсы, почему, собственно, в Москве-то сейчас оказался — у нас просто «Дорога жизни» вышло пособие. Там нас отметили, «Просвещение через книгу» — конкурс Издательского Совета.

А. Пичугин

— И у вас волонтеры и условия к волонтерам, что они должны взять ребенка.

Иеромонах Варнава

— Да, что они должны обязательно регулярно посещать детский дом.

А. Пичугин

— А, регулярно посещать. А скажите, что в конце, ведь не всех детей забирают, а потом исполняется 18 лет, они продолжают жить вот в вашей системе центров и работать с вами или они уходят куда-то?

Иеромонах Варнава

— Конечно, есть вот целая проблема, почему, собственно, Детская миссия появилась, да. Мы можем говорить о том, что Детская миссия это какое-то особое, уникальное явление в Церкви. И мы думаем, что наш опыт, Санкт-Петербургской епархии, митрополии, потому что включает другие епархии, и Гатчинскую епархию, мы уверены, убеждены, что он должен распространиться и на другие епархии Церкви. И мы видим, что это происходит, потому что вот уже в Псковской, Великолуцкой там епархии вот этот опыт, он как-то воспринимается. Почему, потому что мы же знаем, если честно говорить, вот все как есть: мы теряем детей, теряем детей, которые находятся в детских домах. Потому что там вот этот недостаток родительского тепла. Вы мне напомните, я вам расскажу о Назаре даже вот..

А. Митрофанова

— Про мальчика, который к вам недавно как раз попал.

Иеромонах Варнава

— Да. Ну эти вещи можно проговаривать некоторые. Так вот просто страшная статистика: 10% детей из всех тех сирот, которые есть, только всего лишь социализируются. И то если это говорить оптимистично.

А. Пичугин

— А 10% в данном случае — это те дети, которые попадают в семьи, и дальше у них как-то благополучно складывается жизнь, ну возможно, или это те дети, которые…

Иеромонах Варнава

— И выпускники в том числе детских домов. А остальных на разных стадиях — группы риска и так далее, — мы теряем. Это значит, получается, что, конечно, есть воспитатели в детских домах, сиротских учреждениях, которые самоотверженно трудятся, но вот эта система, она перемалывает. И даже наши волонтеры, которые приходят к детям, они через неделю приходят, и иногда мы их даже готовим психологически к тому, что вы не расстраивайтесь, не отчаивайтесь, к тому, что если вы придете, и как будто бы ребенок, вы трудитесь, трудитесь над его сердцем, возделываете, а как будто бы реакции, отдачи никакой. Все равно сейте, все равно, глядишь, что-нибудь и прорастет. Потому что в соработничестве с Богом обязательно все равно любовь найдет вот этот отклик в ребенке, даже в тяжелейшем каком-то таком варианте. И поэтому, собственно, и появилась Детская миссия — как ответ на эту тяжелую статистику, и, собственно, и социальный центр «Умиление», потому что нужны какие-то другие формы. И Церковь эти действия, эти формы может предложить.

А. Пичугин

— Иеромонах Варнава (Снытко), исполнительный директор благотворительного фонда «Православная детская миссия имени преподобного Серафима Вырицкого», в гостях у светлого радио. Такой вопрос, я понимаю, что ну раз уж мы говорим про детей, которые в том числе и не социализируются, вы теряете детей?

Иеромонах Варнава

— Ну вот, слава Богу, есть проблемы, я сразу скажу, что есть, конечно, проблемы. Потому что дети же разные и детей мы берем в разном возрасте. Бывает, и старше…

А. Митрофанова

— И с разным уже, соответственно, опытом.

Иеромонах Варнава

— Конечно, и у них за плечами тяжелый опыт детских домов, где бывают разные виды порока. И если мы не научим вот этот порок преодолевать детей, то понятно, что он что делает — он их, как метастазы, пожирает. И вот чтобы этого не происходило, понятно, что через молитву, через самоотверженное служение тех людей, которых объединяет Детская миссия, всякого доброго человека, удается, да, избежать вот того, что называют страшным словом «возврат». И поэтому у нас даже одно еще такое большое событие произошло, буквально несколько лет назад, тоже опять из Детской миссии, но в Санкт-Петербургской епархии, родилась школа — православная Школа приемных родителей. Вы знаете, да, ШПР…

А. Пичугин

— Нет, не знаем.

А. Митрофанова

— Ну вообще курсы для приемных родителей, они сейчас по всей стране, слава Богу, организованы.

А. Пичугин

— Ну это государственные.

Иеромонах Варнава

— Государственные. А школа светская.

А. Митрофанова

— Говорят, что очень хорошие. Причем даже люди, которые их проходили, будучи вот, готовясь стать приемными родителями, они говорили, вот эти бы курсы всем родителям пройти. Потому что там основы не только психологии ребенка травмированного объясняют, но вообще в принципе вот детский язык, перевод с детского на взрослый — это очень важный перевод. Люди должны, будучи родителями, понимать, о чем сигнализирует им ребенок, когда начинает капризничать или что-то еще. Вот это как раз Школа приемных родителей.

Иеромонах Варнава

— И Школа приемных родителей, по милости Божией, она тоже открылась. И поэтому два таких момента. Во-первых, это православная Школа приемных родителей — это вообще уникальное явление, потому что их не так просто и открыть, но вот, слава Богу, открылась. А второе то, что все-таки мы, конечно, не навязываем, и понятно, что есть закон определенный, мы не можем никого там, но есть такая особенность, что мы рассказываем о детях-инвалидах, чтобы те приемные родители, все-таки вот часто бывает, знаете, такое, что дети для приемных родителей. А у нас все-таки другое — родители для детей.

А. Митрофанова

— Родители для детей.

Иеромонах Варнава

— Потому что вы знаете, как бывает, как ну не то что рынок, но когда приходят и говорят: вот, знаете, вот я готов вот такого-то, такого-то взять — вот как из банка данных смотрят. Конечно, понятно, слава Богу, что вы откликаетесь. Но мы говорим вот об этих тяжелых случаях, и тогда мы готовим человека. И более того, у нас происходит и сопровождение приемных семей, чтобы вот этих рецидивов и возвратов не произошло, и вот силами Детской миссии это происходит. И поэтому это как еще одно из направлений Детской миссии, также есть и волонтерские курсы. Потому что есть добрые люди, но мы же приходим в детские дома, и понятно, что дети задают самые неожиданные вопросы и самые тяжелые вопросы: почему Бог забрал моего отца? А они ведь, даже мама, если она пьет, если она наркоманка, потому что мы знаем, что это социальные сироты, это сироты при живых родителях, в основном, у нас же социальное сиротство.

А. Митрофанова

— В основном.

Иеромонах Варнава

— В основном, да. И поэтому они все равно, даже вот когда они в записке пишут, потому что мама есть мама.

А. Митрофанова

— Вы имеете в виду, записка на литургию?

Иеромонах Варнава

— Конечно, на литургию они пишут, это же удивительно. И вот они задают самые неожиданные вопросы, и наши волонтеры, бывает, не знают, как ответить. И вот для того, чтобы восполнить этот пробел, у нас волонтерские курсы ежегодные, по завершению которых мы, значит, ну они так распределены: это основы православного вероучения, а второй такой блок — это педагогика и психология — читают специалисты из Герценовского университета и психологи действующие, поэтому которые готовят родителей и волонтеров. По завершению курсов там выдается и свидетельство, и мы сами смотрим на тех, кого мы потом допускаем, кто приходят в детские дома. А сейчас еще самое-то главное: для волонтеров вышел двухтомник, который называется «Дорога жизни». Дорога жизни — это тоже питерская тема. Это учебное пособие, в котором 16 тем о вечных ценностях, но которые не повторяют собой, потому что и так есть учебники замечательные по Закону Божию, а которые на примере, на личном примере людей мы обращаем взор человека к небу, то есть к вечному и, конечно же, к Богу. А второй том — это хрестоматия. И вот, слава Богу, Издательский совет отметил, мы даже там получили какую-то премию. Надеюсь, что мы будем распространять это пособие. Потому что оно сразу же разошлось, потому что люди, мы издали-то его для волонтеров и как для детских домов, а теперь нам сказали, что оно гораздо шире, потому что оно должно пойти и в школы, мы надеемся. Потому что добротным оказалось, на системном уровне выработанных пособий, которые были рождены не где-то в кабинетах, а действующими волонтерами и педагогами, которые приходят…

А. Митрофанова

— Практиками.

Иеромонах Варнава

— Практиками, их не так много. А это системное пособие.

А. Митрофанова

— А кто придумал это название: «Дорога жизни»?

Иеромонах Варнава

— А Дорога жизни — вы знаете, да?

А. Митрофанова

— Ну, конечно, блокадный Ленинград.

Иеромонах Варнава

— Дорога жизни — это блокадный, когда спасли жизни.

А. Пичугин

— Ладожское озеро.

Иеромонах Варнава

— Так вот эту блокаду мы тоже хотим прорвать, блокаду детских домов, духовную блокаду.

А. Пичугин

— Ну я думаю, что вот это очень значимо, вот все эти названия, такие теги своеобразные для Петербурга, Ленинграда.

Иеромонах Варнава

— Да, для нас это очень.

А. Митрофанова

— Ну про Дорогу жизни, по-моему, все знают, так же, как и про блокадный Ленинград, поэтому универсальное, конечно.

Иеромонах Варнава

— Это такая история, и по этой Дороге жизни мы предлагаем идти всякому доброму человеку, и прежде всего с детьми, с нашими детьми.

А. Митрофанова

— Выводить их из блокады.

Иеромонах Варнава

— И знаете, как у Тенгиза Абуладзе, может быть, вы видели этот фильм, «Покаяние», известный.

А. Пичугин

— Ну да, дорога к храму.

Иеромонах Варнава

— Помните, когда там вот этот известный…

А. Митрофанова

— В конце.

Иеромонах Варнава

— Эта ведет дорога к храму?

А. Митрофанова

— А зачем нужна дорога…

Иеромонах Варнава

— А зачем эта дорога, если она не ведет к храму? Вот то же самое наша дорога, которая ведет к Богу.

А. Пичугин

— Скажите, а почему и как, когда вы сами начали заниматься этой темой?

Иеромонах Варнава

— Это какое-то чудо, да, потому что вы знаете то, что творит, сотворяет Бог с человеком, и когда ты смотришь, обращаешься назад, то, конечно, происходит удивление. И молчание. Нам не хватает молчания, чтобы посмотреть в свое глубокое сердце, чтобы заглянуть, нам не хватает личного общения. Что говорить о сиротской проблеме, когда если бы сейчас с вами какие-то другие темы обсуждали. Но так случилось, что, во-первых, я, будучи студентом, и окормлялся у отцов Кирилла и Мефодия, и все мы. И отцы Кирилл и Мефодий стали духовниками Детской миссии. А они в свое время пришли, еще студентами политеха, к отцу Иоанну Миронову и стали его духовными чадами. И поэтому все идет через отцов к отцу Иоанну Миронову, а потом к преподобному Серафиму Вырицкому.

А. Митрофанова

— То есть вы просто загорелись в какой-то момент.

Иеромонах Варнава

— Да, и мы загорелись, потому что мы увидели этих детей.

А. Пичугин

— Вы еще были мирянином.

Иеромонах Варнава

— Да, но я был, с одной стороны, и мирянином там, и где-то и работал. А я уже оставил, поступил в семинарию. И я вот рассказал, как, собственно, родилась Детская миссия. И сейчас вот исполнительный директор, хотя это такая должность, чисто такая, бюрократическая, как вы знаете, да, в большей мере.

А. Митрофанова

— Это по-разному бывает, зависит от того, кто эту должность носит.

Иеромонах Варнава

— Но у нас она, получается, жизнь. Потому что, когда мне говорят: ты директор, — я говорю: я исполнительный. То есть а исполнение — это значит послушание. То есть поэтому, с одной стороны, это связано юридические какие-то такие моменты, а с другой стороны, поскольку это дети, это встречи с людьми. И вот это есть утешение большое, потому что все равно встречаешься, самое главное, с людьми.

А. Митрофанова

— А вот это пособие «Дорога жизни», двухтомник, вы говорите, можно чуть подробнее еще о нем поговорить? Каким образом, оно может помочь, к примеру, волонтерам или воспитателям детских домов или других социальных структур в работе с детьми, в этой адаптации. Там, насколько я понимаю, прописаны схемы занятий, уроков.

Иеромонах Варнава

— Да, от и до. И причем на три возраста — младший, средний и старший.

А. Митрофанова

— Младший — это сколько?

Иеромонах Варнава

— Младший — до девяти, мы вот так взяли. Конечно, это условно, потому что детки бывают и с задержкой развития, и разные. Но потом с девяти до тринадцати, и с тринадцати и выше.

А. Митрофанова

— До восемнадцати.

Иеромонах Варнава

— И понятно, что вот, например, тема о любви, о дружбе, да, о преданности, вот там о труде, о родине, у нас есть даже там о малой родине — вот эти темы, они такие вечные, они по-разному раскрываются в разном возрасте. И поэтому, например, когда мы берем подростковый, то мы заостряем там, прямо говорим такие неудобные вопросы ставим, и сразу же тоже стараемся взрослым подсказать, какие могут быть, например, в каком хотя бы направлении может быть мысль. И поэтому мы стараемся указать это, действительно, дорога, что если ты пройдешь по этому пути, по этой тропинке этого урока, то ты сможешь провести, с Божией помощью, вот этого ребенка, и цель она будет вот достигнута и поставлена. Поэтому мы стараемся этот материал изложить методически. Не просто так его выложить, а именно методически предложить. И там 16 тем, самых различных. Второй том, я уже сказал, он как хрестоматия. И мы говорим вот о вечных ценностях. И очень надеюсь, потому что мы даже не думали, потому что долго она рождалась — четыре года мы где-то над ним работали. Ну может быть, это и небольшой срок для Детской миссии, если учитывать, что нам не так много лет, там почти десять лет так официально, хотя больше неофициально. Очень будем надеяться, что это привлечет и другие какие-то силы, потому что сейчас в данном случае идет работа уже над рабочей тетрадью, которая уже будет в корреляции с этим учебником, с этим учебным пособием, но уже непосредственно предложена детям.

А. Митрофанова

— А детки как реагируют на такие уроки, есть у вас примеры?

Иеромонах Варнава

— Конечно. У нас мастер-классы, у нас приезжают наши специалисты, которые дают, проводят мастер-классы в самом детском учреждении и показывают, как нужно, как пособие в действии. И на эти мастер-классы приходят не только воспитатели, но когда родители узнают об этом пособии, они пытаются…

А. Митрофанова

— Приемные родители, вы имеете в виду.

Иеромонах Варнава

— И приемные, и просто даже родители. Потому что мы поняли, что оно, оказывается, шире, оно выходит за рамки только лишь всего сиротской темы, обращено к каждому ребенку. Потому что я думаю, каждый может сказать, вот поэтому…

А. Пичугин

— Мы уже скоро будем заканчивать программу. Наши любимые короткие номера, тот самый «3434». Я так понимаю, что помочь вашему фонду можно разными способами, в том числе через короткие номера, да, через сайт. Сайт есть замечательный — https://www.detskayamissia.ru/. Ну, как всегда, эти сложные написания. Проще всего в любом поисковике набрать: благотворительный фонд «Православная детская миссия» — и первая же ссылка будет как раз по фонду.

Иеромонах Варнава

— Мы благодарим всякого человека…

А. Пичугин

— И, кстати, у вас очень хороший сайт, где очень удобная навигация, и все интуитивно понятно. Можно помочь, во-первых, чрез сайт, там все написано. Кроткий номер «3434», с текстом: «платеж миссия» и через пробел сумма пожертвования. «Платеж миссия», кстати, тоже через пробел: «платеж» — пробел — «миссия» — пробел — сумма пожертвования.

А. Митрофанова

— Номер «3434», и в содержании сообщения два слова: «платеж», «миссия» и сумма.

Иеромонах Варнава

— Там, бывает, подтверждение запрашивают — нужно подтвердить. Поэтому мы благодарим всякого человека, который откликается вот на эту первую и последнюю боль на земле, которую мы считаем, что ребенок. И это означает, что, знаете, что человек через это становится собственно человеком. Потому что, как Достоевский сказал, это не только этим детям мы служим, но вот служение этим детям отражается на нашем сердце, на глубоком экране нашего сердца запечатлевается, потому что там запечатлевается Христос. Потому что через детей служим, конечно же, Христу, а через детей душа лечится, как сказал когда-то Достоевский. И мы благодарим, я вам признателен очень, потому что в каком-то смысле…

А. Пичугин

— А у вас же наверняка есть какие-то проекты, о которых можно было говорить, приуроченные к датам.

Иеромонах Варнава

— Да, у нас есть проект «Миссия добрых дел» — когда детишки, вы знаете, одна же из проблем в детских домах в том, что приучают детей брать только, да. А у нас дети, есть «Миссия добрых дел» — это, собственно, родилось от волонтеров и от детишек, когда дети ездят в дома вот как раз престарелых, организуют для них, поздравляют.

А. Митрофанова

— О, это прекрасная история.

Иеромонах Варнава

— То есть делают какие-то поделки, поздравляют. И они чувствуют, что есть какая-то боль, на которую они тоже могут откликнуться.

А. Митрофанова

— Они тоже, да. То есть не только внутри них боль, но и во внешнем мире.

Иеромонах Варнава

— Да, они не живут внутри себя. Потому что важно еще вот с этой открытостью быть. Потому что миссия, она вообще связана с открытостью, потому что Христос — открытый человек. Вот то же самое и здесь — вот «Миссия добрых дел». Потом мы строим вот эти корпуса для детей, детскую деревню. Мы строим сейчас сестринский корпус вот в деревне Вехно.

А. Митрофанова

— Это там, где «Дом трудолюбия».

Иеромонах Варнава

— Да. Потом у нас разошлось пособие, и теперь мы стоим перед задачей второго издания.

А. Митрофанова

— Второго издания. Давайте, давайте.

Иеромонах Варнава

— Мы даже не ожидали, ну что вот так, да, поэтому…

А. Митрофанова

— Я как раз тоже вы рассказывали про это пособие, я подумала, как часто бывает, что в обычных школах с детьми об этом не говорят — о любви, о верности, о дружбе, о смысле жизни.

Иеромонах Варнава

— О смысле жизни.

А. Митрофанова

— То есть о самых фундаментальных вещах. Подразумевается, что дети впитывают это из воздуха, из окружающей среды. Но сейчас ритм нашей жизни таков, что мы заточены на что угодно, но только не на вот эти темы и не на разговор об этом с детьми. И они голодными остаются, а запросы-то у них сумасшедшие. Поэтому я очень хорошо понимаю, что ваше пособие оказывается востребованным не только среди тех людей, которые с сиротами работают, но и вообще среди тех думающих взрослых, которые заточены на поиск контакта со своими детьми. Это потрясающе важно. Спасибо.

А. Пичугин

— Приходите к нам. Я думаю, что, еще раз повторюсь, что есть проекты, о которых можно говорить, есть проекты, приуроченные к датам, о которых тоже можно говорить. Вы, ваши соработники — всегда рады. Спасибо.

Иеромонах Варнава

— Благодарю сердечно.

А. Пичугин

— Иеромонах Варнава (Снытко), исполнительный директор благотворительного фонда «Православная детская миссия имени преподобного Серафима Вырицкого» и настоятель храма святителя Николая в исправительной колонии № 2, Гатчинского района, Ленинградской области. Спасибо.

Иеромонах Варнава

— Спасибо большое. Спаси Господи.

А. Пичугин

— Алла Митрофанова.

А. Митрофанова

— Алексей Пичугин.

А. Пичугин

— Всего хорошего.

А. Митрофанова

— До свидания.

Иеромонах Варнава

— Благодарим.

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Тайны Библии
Тайны Библии
Христиане называют Библию Священным Писанием, подчеркивая тем самым вечное духовное значение Книги книг. А ученые считают Библию историческим документом, свидетельством эпохи и гидом в прошлое… Об археологических находках, научных фактах и описанных в Библии событиях рассказывает программа «Тайны Библии».
Свидетели веры
Свидетели веры
Программа «Свидетели веры» — это короткая, но яркая история православного миссионера, как из древних времен, так и преимущественно наших дней, т. е. ХХ и ХХI век. В жизненной истории каждого миссионера отражается его личный христианский подвиг и присутствие Христа в жизни современного человека.
Время радости
Время радости
Любой православный праздник – это не просто дата в календаре, а действенный призыв снова пережить события этого праздника. Стать очевидцем рождения Спасителя, войти с Ним в Иерусалим, стать свидетелем рождения Церкви в день Пятидесятницы… И понять, что любой праздник – это прежде всего радость. Радость, которая дарит нам надежду.
Частное мнение
Частное мнение
Разные люди, интересные точки зрения, соглашаться необязательно. Это — частное мнение — мысли наших авторов о жизни и обо всем, что нас окружает.

Также рекомендуем