Поделиться
В 1947 году в Палестине произошло событие, ставшее одной из самых громких сенсаций в истории исследования Священного Писания. Как это часто бывает в истории, помог случай. Отправившись на поиски заблудившейся овцы, пятнадцатилетний арабский пастух заглянул в одну из пещер и обнаружил там глиняные сосуды с кожаными свитками. Это случилось в пустынном местечке Кумран близ побережья Мёртвого моря. К разочарованию мальчика кожа оказалась старой и не годилась на ремни для сандалий. Но он всё же принёс сосуды в своё кочевье, и пастухи свалили их в один из шатров. Лишь спустя полгода у загадочной находки нашлись покупатели. Одну часть свитков пастухи продали настоятелю сирийского монастыря святого Марка митрополиту Самуилу Афанасию, а другую – профессору Иерусалимского университета Элиэзеру Сукенику. С этого момента началась современная история кумранских рукописей. За последующие девять лет вдоль побережья Мёртвого моря археологи обнаружили ещё десять пещер с сотнями кожаных свитков. На многих из них были записаны Книги Священного Писания. Это были самые древние из известных нам ветхозаветных рукописей.
Профессор Сукеник довольно быстро установил возраст реликвий. По его мнению, они относились к I веку до Рождества Христова. В январе 1948 года к Сукенику обратился второй владелец древних свитков – митрополит Самуил Афанасий. Иерусалим был в те годы разделен на две части, обстановка в преддверии создания государства Израиль осложнилась, и даже попасть из одной части в другую стало проблемой. Но посланник митрополита сумел доставить учёному три свитка. Внимательно изучив артефакты, профессор определил, что один из них – фрагмент Книги пророка Исайи, второй – комментарий к Книге пророка Аввакума, а третий – Устав неизвестной общины.
В том же году ценные свитки были сфотографированы и переправлены митрополитом в США. А в Иудейскую пустыню в поисках раритетов устремились археологи. Многим из них улыбнулась удача. Свитки оказались спрятаны в пещерах на значительной территории вдоль побережья Мёртвого моря. Но какие они были разные! На коже, пергаменте, папирусе, дереве, металле. На еврейском, греческом, латинском, арабском, арамейском и других языках. Самой древней библейской рукописью оказался фрагмент из Книги Царств.
Мнение эксперта:
С каждой новой находкой операция иудеев, спрятавших документы без малого две тысячи лет назад, представлялась всё загадочнее и масштабней. Свитки помогли лучше понять многие места библейских текстов, убедиться в правильности их переводов. Кумранские рукописи подтверждают и евангельскую историю – они полны пророчеств о грядущем Мессии, которого с нетерпением ожидали иудеи той эпохи. Но разрешив многие вопросы, находка свитков породила новые - о происхождении рукописей и о том, как и когда они попали в пещеры Иудейской пустыни.
Согласно одной из версий, кумранские свитки принадлежали еврейской религиозной секте ессеев, которая жила замкнутыми общинами. Ессеи не пускали к себе торговцев, вели натуральное хозяйство, презирали украшения и носили одежду до полного её износа. Против этой версии свидетельствует тот факт, что вместе со свитками в пещерах была найдена целая россыпь древних монет. Их не могло быть у аскетичных ессеев, принципиально не занимавшихся торговлей.
Более убедительную гипотезу предложил американский историк Норман Голб, один из крупнейших исследователей кумранских свитков. Он считает, что рукописи хранились в Иерусалимском храме. Затем разразилась война, и солдаты Римской Империи ворвались в Иерусалим. Спасая ценности от римлян, священники вывезли свитки из города. Затем их разделили и спрятали в пещерах. Эту точку зрения косвенно подтверждают археологические раскопки поселения близ пещер, проходившие в 90-х годах XX века. Они показали, что возле пещер жили не ессеи, а ремесленники, занимавшиеся изготовлением и продажей керамики.
Существует и ряд других версий о происхождении кумранских свитков. Споры продолжаются и сегодня, и единого мнения среди учёных пока не существует.
Мнение эксперта:
Не все кумранские рукописи изучены и даже найдены. Многие из свитков оказались в частной собственности в разных странах, некоторые попали на чёрный рынок. Израильские власти много лет выкупали свитки, создав для их хранения специальный музей. Не так давно, в 2006 году, израильский профессор Ханан Эшель обнародовал ранее неизвестный свиток с фрагментом книги Левит: раритет был случайно изъят полицией у арабского контрабандиста.
Мы не знаем, каким образом рукописи попали в пещеры Иудейской пустыни. Может быть, их собрали и сохранили аскеты-ессеи в изношенных одеждах и сшитых собственными руками кожаных сандалиях. А может быть, священники Иерусалимского храма торопливо везли их на повозках вместе с храмовым золотом и серебром, спасая от алчных римских завоевателей. Наверное, когда-нибудь эта тайна будет раскрыта. Но гораздо важнее не происхождение рукописей, а их содержание.
Иван Ильин. «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний»
Поделиться
«Сердце поёт» — так мы говорим, когда на душе у нас радостно, умиротворённо и светло. Каждому, наверное, хотелось бы чаще переживать это необыкновенное состояние. О том, как можно достичь его в нашей жизни, размышляет Иван Алексеевич Ильин — русский, православный философ и мыслитель конца 19-го- первой половины ХХ века — на страницах своей работы «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний».
«Сердце человека поёт, когда Царство Божие приходит в его земную жизнь, и она становится преображённой и освящённой. Это происходит, когда соблюдаются Божьи заповеди», — пишет Иван Ильин. На страницах своего мемуарно-философского труда автор обращается к собственному жизненному опыту. И вспоминает, как сам не раз убеждался в действенности этого закона. Однажды в детстве бабушка подарила ему тетрадь для записей в красивом сафьяновом переплёте. Восьмилетний Иван был до слёз раздосадован. Ведь он хотел получить в подарок набор оловянных солдатиков! Тогда дедушка объяснил ему, что нужно уметь смиряться с тем, что не всё в жизни происходит так, как хочется. И видеть благо в том, что имеешь. Это простое правило Иван Ильин вспоминал впоследствии на протяжении жизни. «Всегда, когда мне чего-нибудь остро недоставало или когда приходилось терять что-нибудь любимое, я думал о сафьянной тетради», — пишет философ.
Вспоминает он на страницах своей книги «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний» ещё один случай. Произошёл он, когда Иван Ильин праздновал первое рождество на чужбине — писатель был вынужден эмигрировать из советской России в 1922-м году сначала в Германию, потом в Швейцарию. Все вокруг радостно готовились к празднику. Наряжали ёлку, дарили друг другу подарки. Но автор ощущал острое одиночество. Ему казалось, что он всеми покинут и забыт. Чужой город, чужие люди... Чтобы почувствовать родное тепло, писатель решил перечитать старые письма, которые привёз с собой как память. Вытащил из пачки одно наугад — это оказалось письмо от его покойной матери, написанное давно, когда он был ещё совсем молодым. «Ты жалуешься мне на одиночество. Видишь ли, человек одинок, когда он никого не любит. Кто любит, у того сердце цветёт и благоухает; и он дарит свою любовь. Тогда и он не одинок, потому что живёт тем, кого любит: заботится о нём, радуется его радостью и страдает его страданиями. А это и есть счастье». Так материнские слова сквозь годы утешили писателя в трудный момент его жизни.
Сердце поёт от любви к ближнему. А высшая песня человеческого сердца — это молитва, пишет Иван Ильин. Нет более действенного, более чистого утешения для человеческого духа. Молитва даёт очищение и укрепление, успокоение и радость. Часто сама жизнь учит нас молитве, замечает автор. Бывают обстоятельства, когда потрясённое сердце вдруг начинает молиться из самой своей глубины, и так вдохновенно призывать Господа, как никогда человек дотоле не делал, а порой и не помышлял.
Иван Ильин на страницах своего труда «Поющее сердце. Книга тихих созерцаний» говорит с читателем непринуждённым, ясным, живым и образным языком. И утверждает: сердце, которое видит во всём Божественный отблеск, само становится Божиим светильником. Оно дарит любовь каждому живому существу. И поёт от счастья.
Все выпуски программы Литературный навигатор
Татьяна Соколова. «Материнство»
Поделиться
— Татьяна Львовна, вас можно поздравить с внуком?
— Да, Маргарита Константиновна. Я теперь дважды бабушка!
— Как всё-таки быстро летит время! Я ведь вашу дочку совсем ещё маленькой помню. На моих глазах росла. И вот, не успели оглянуться — сама уже мама двоих детишек.
— И правда, Маргарита Константиновна. Внуков нянчу, а кажется, ещё буквально вчера дочку на руках качала. Материнство — это такое счастье...
— Как же я с вами согласна, Татьяна Львовна! Мне кажется, именно об этом думала и ваша тёзка, скульптор Татьяна Михайловна Соколова, когда создавала свой шедевр, который она так и назвала: «Материнство».
— Вы мне его покажете, Маргарита Константиновна?
— Конечно, ведь скульптура находится именно здесь, в Третьяковской галерее на Крымском Валу. В соседнем зале — давайте туда пройдём. Ну что ж, вот и она.
— Молодая женщина крепко, обеими руками, прижимает к себе новорождённое дитя. Как просто, и вместе с тем прекрасно... Знаете, я почему-то ожидала увидеть бронзу или мрамор. А скульптура деревянная!
— Да, это дерево. Татьяна Соколова говорила, что выбором материала для скульптуры — светлой сосны — хотела подчеркнуть светлые чувства и эмоции, которые испытывала, создавая композицию.
— А кого же запечатлела здесь скульптор?
— Свою дочь Наташу и внучку Настю. Этот скульптурный портрет Татьяна Соколова создала в 1979 году, когда стала бабушкой. Тема материнства была одной из основных в её творчестве. Художница обратилась к ней в конце 1950-х, когда у неё родилась дочь. Наташа с детских лет позировала маме, была её главным источником вдохновения. А потом — и внучка.
— Приглядитесь, Маргарита Константиновна... Видите, за спиной у молодой матери — фрагмент одежды. Кажется, платок или шаль. Очень похоже на крылья, правда?
— Действительно, похоже! Героиня словно окрылена материнством. Кстати, искусствоведы отмечали, что на творчество Татьяны Соколовой повлияла иконография Богородицы, и то, как воплощали Её образ мастера Ренессанса. Недаром эту скульптуру критики называли своеобразно переосмысленной «Мадонной Медичи» Микеланджело.
— Интересно, а есть ли у Татьяны Соколовой работы на религиозные сюжеты?
— Да, художница обращалась в своём творчестве к духовным темам. У неё есть скульптура, изображающая события Благовещения. Есть Архангел Михаил. А вместе с дочерью Натальей, которая пошла по стопам матери и тоже стала скульптором, они в начале 2000-х создали два барельефа для фасада Храма Христа Спасителя — фигуры преподобных Иосифа Волоцкого и Стефана Пермского.
— Творческий союз матери и дочери, как это замечательно! Скажу ещё раз: материнство — огромное счастье!
— Татьяна Соколова сумела так искренне выразить это в скульптуре.
Все выпуски программы Свидание с шедевром
«Воскресение Твое, Христе Спасе»
Поделиться
Фото: PxHere
Пасхальная радость нередко воспевается в литературе. Описание Праздника Светлого Христова Воскресения встречается в произведениях Шмелёва, Толстого, Гоголя, Куприна. Одно из своих стихотворений посвятил пасхальному перезвону колоколов Сергей Есенин. Герои литературных произведений переживают Пасху по-разному, где-то со светлой грустью, где-то с ликованием... Очень трогательно описывает встречу Пасхи Иван Бунин в своём рассказе «На чужой стороне». Герои рассказа — простые русские мужчины, оказавшиеся по воле обстоятельств в праздник Воскресения Христова вдали от Родины, на вокзале в чужом городе. Они, опечаленные, ждут своего поезда. И когда среди ночи невдалеке зазвонил колокол, всё вокруг преобразилось, пассажиры засуетились, заулыбались, начали поздравлять друг друга.
В этом рассказе упоминаются разные пасхальные песнопения — в том числе молитва «Воскресение Твое, Христе Спасе». Давайте поразмышляем над его текстом и послушаем в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери Орской епархии.
В переводе на русский язык песнопение звучит так: «Воскресение Твоё, Христос Спаситель, Ангелы воспевают на небесах: и нас на земле удостой чистым сердцем Тебя славить». Давайте послушаем молитву на церковнославянском языке:
История прозвучавшего песнопения уходит в древние времена. Его автор — преподобный Иоанн Дамаскин, живший в 7-8 веках по Рождестве Христовом. В наше время молитва звучит в самые первые минуты пасхальной ночи, которая, по церковной традиции, начинается в полночь. В храме ещё темно, царские врата закрыты, и вдруг из алтаря едва слышно, почти шёпотом, звучат слова: «Воскресение Твое, Христе Спасе...» Потом священники поют их снова — уже громче, торжественнее. Царские врата открываются, и весь храм словно наполняется светом.
В третий раз духовенство начинает песнопение, и певчие, а вместе с ними и все прихожане — подхватывают его. Настаёт тот самый момент, когда радость Пасхи становится всеобщей, ликующей. Объединяющей всё: земное и небесное, человеческое и ангельское, всех, кого уже нет с нами, и ныне живущих. И в такие минуты понимаешь, что Пасха Христова — это не событие прошлого. Это наше живое настоящее, когда сердце знает: Бог рядом.
Давайте послушаем песнопение «Воскресение Твое, Христе Спасе» ещё раз в исполнении сестёр храма Табынской иконы Божией Матери Орской епархии.
Все выпуски программы Голоса и гласы:
