Поделиться
Потомственный священник Григорий Слепцов многие годы служил в Зашиверске — ныне исчезнувшем городке на берегу сибирской реки Индигирка. Он тесно общался с представителями местных коренных народов — якутами, эвенками, юкагирами и другими — и хорошо владел якутским языком.
На рубеже восемнадцатого и девятнадцатого веков, продолжался сложный процесс интеграции огромных пространств Восточной Сибири в единое Российское государство. Коренные народы крайнего Севера связали свою судьбу с Россией и постепенно узнавали христианскую веру. Священник Григорий Слепцов увидел в сложившихся обстоятельствах уникальную возможность для проповеди Евангелия. Он обратился с письмом к самому императору Павлу, изложил мысли об устроении миссионерского дела в Якутии, в том числе предложил проект походного храма, который был готов устроить за свой счёт. Предложения священника, служившего на тот момент в Якутске, получили поддержку государственной и церковной власти, так что уже год спустя он ездил по Сибири с проповедью.
В тысяча восьмисотом году протоиерей Григорий Слепцов, узнав о желании якутского старейшины Тапеяна из Западно-Кангаласского улуса принять христианскую веру, пригласил его в Якутск и крестил с именем Николай. Затем крестились ещё сто четырнадцать человек —единоплеменников Тапеяна. Протоиерей Григорий Слепцов путешествовал по Якутии со своей походной церковью.
Он вёл свою проповедь в том числе на севере этого региона и на Чукотке, крестил множество якутов, эвенков, юкагиров, эвенов и чукчей. Миссионер, видя, каким авторитетом обладают у коренных народов их князья и старейшины, особенно старался обратить ко Христу именно их. Так, в тысяча восемьсот восьмом году, пребывая в окрестностях Верхоянска, отец Григорий крестил местных начальников Мучуя, Кулуна и Багарыка, после чего его проповедь охотнее восприняли и простые люди.
В следующем году в тех же местах он крестил шаманку Тылыллу, достигшую возраста ста десяти лет и имевшую огромный авторитет среди местных жителей. В крещении она получила имя Пелагия.
В тысяча восемьсот тринадцатом году отец Григорий крестил в Верхоянске Бельчура Курджураева — местного улусного голову, как называли должностных лиц, отвечавших за решение вопросов коренных народов.
Особую трудность представляла проповедь среди чукчей — во-первых, по причине их удалённости, во-вторых, из-за того, что не все они признавали власть российского императора. В январе тысяча восемьсот одиннадцатого года протоиерей Григорий Слепцов впервые прибыл в Анюйскую крепость на реке Малый Анюй на Чукотке. Основанная двенадцатью годами ранее крепость стала местом традиционной ежегодной ярмарки, на которую съезжались чукчи, якуты и эвенки из далёких мест. Отец Григорий, по его словам, был принят чукчами благосклонно. После отслуженной двадцать четвёртого января литургии произошла удивительная для этих мест оттепель. Таял снег, что было воспринято многими как Божий знак. Часть чукчей приняла крещение, также они просили проповедника ежегодно приезжать в крепость и посетить отдалённые части Чукотки. Однако одна из таких поездок впоследствии чуть не закончилась гибелью миссионера, которому угрожали смертью одни чукчи, но защитили другие.
Впоследствии ежегодная миссионерская проповедь в Анюйской крепости, в которой отец Григорий освятил Николаевскую часовню, стала традицией, которую много лет спустя продолжали другие чукотские миссионеры. Один из них, священник Андрей Аргентов, охарактеризовал протоиерея Слепцова как незабвенного, ревностного и доблестного проповедника.
В тысяча восемьсот пятнадцатом году отец Григорий окончил миссионерские труды и поселился в Спасском монастыре Якутска, приняв монашеский постриг с именем Георгий. Двумя годами позднее он отошёл ко Господу.
Будучи на покое, отец Георгий не забывал о миссии и подал священноначалию записку о том, как в дальнейшем можно развивать проповедь христианства в Якутии и на Чукотке. «За таких людей молиться надобно и Господа благодарить. — Писал о нём миссионер Аргентов. — Вечная твоя память, брате мой и отче!»
«Доктор Лиза — врач, жена, мама». Глеб Глинка
Поделиться
Гость программы «Светлый вечер» — Глеб Глинка, председателем совета фонда «Доктор Лиза» адвокат, супруг Елизаветы Глинки.
Гость вспоминает жизнь в США и год, проведённый в Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле, рассказывает о желании быть ближе к Богу и о своём «двойном зрении» — опыте человека, который способен видеть Россию и изнутри, и со стороны. Отсюда — размышления о переменах последних десятилетий и о возрождении церковной жизни.
Отдельная тема разговора — память о Елизавете Петровне: её скромность и подлинность, народная любовь и день прощания, который особенно запомнился Глебу Глинке. Он говорит о художественном фильме «Доктор Лиза» и о короткой песочной анимации Ксении Симоновой из Евпатории, которую считает одним из самых точных рассказов о жизни супруги.
Во второй части беседы — о новом, расширенном издании книги «Я всегда на стороне слабого»: предисловии Евгения Водолазкина, рисунках Сергея Голербаха, новых текстах и фотобиографии. Гость рассуждает о разнице между благотворительностью и милосердием, о праве каждого на защиту и о том, как после гибели Елизаветы Петровны он заново «собирал себя из кусков».
Ведущая: Кира Лаврентьева
Все выпуски программы Светлый вечер
Что такое декоративное письмо
Поделиться
Фото: PxHere
Вязь — это древнее искусство декоративного письма. Зародилось оно в Византии в XI веке, а на Русь пришло в XIII столетии и стало уникальным стилем, сочетающим выразительность и компактность.
Название «вязь» дано неслучайно: оно указывает на главную особенность письма — переплетение букв, слияние их в единую композицию. Суть вязи в том, чтобы не только передать содержание текста, но и сделать его визуально привлекательным и гармоничным.
Вы наверняка видели на иконах надписи, созданные вязью. Один из ярких приёмов вязи — лигатура. Это соединение двух или нескольких букв, имеющих общую часть. Ещё один приём — уменьшение одних букв и распределение их в промежутках между другими буквами.
Зачем же древние писцы и составители книг использовали вязь? Дело в том, что средневековые рукописи были дорогими и трудоёмкими в изготовлении, поэтому и возник способ размещать максимальное количество текста на ограниченной площади. Вместе с тем, использование декоративных элементов превращало письмо в произведение искусства.
На Руси наибольшего расцвета вязь достигла в XVI веке при Иване Грозном. Каллиграфы разрабатывали оригинальные шрифты, создавали лучшие образцы письменного искусства. Вязь украшала не только книги и храмы, но и посуду и даже одежду.
Первый русский книгопечатник Иван Фёдоров начиная с издания книги «Апостол» — куда вошли «Деяния и Послания святых апостолов» и «Откровение Иоанна Богослова» — активно использовал декоративное письмо в своих работах.
После реформы 1708 года царём Петром I вводился гражданский шрифт. Он был нужен для печати светской литературы — в отличие от церковных изданий. И вязь постепенно утрачивала свою роль. Но в конце XIX — начале XX века поднялась волна интереса к декоративному письму. Популярность ему вернуло объединение художников «Мир искусства». Иван Билибин, Михаил Врубель, Виктор Васнецов использовали вязь в оформлении книг, афиш, в элементах архитектуры и вдохнули в неё новую жизнь.
После недолгого ренессанса в начале XX века, декоративное письмо снова стало популярным уже в наше время. Вязь используется не только в иконописи и оформлении богослужебных книг, но и в светском дизайне, живописи, архитектуре. Русское декоративное письмо — уникальная часть нашей культуры. К нам приезжают осваивать это искусство каллиграфы со всего мира. Русская вязь — это особое визуальное воплощение нашего языка.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
Стоит ли давать обещания и как это делать
Поделиться
Иногда мы слышим красивые слова о необходимости обещаний. Но как часто каждый из нас обманывался, доверяя ненадёжным заверениям. Поэтому важно понимать, когда стоит самому давать обещание, а когда стоит от этого воздержаться.
Лучший подход в этом деле — не обманываться насчёт своих возможностей, а смотреть на них объективно. Иногда мы под влиянием эмоций и из добрых побуждений обещаем что-то, а после понимаем, что сделали это зря. Испытываем дискомфорт и угрызения совести, а следом — избегаем общения с человеком, стыдясь своей поспешности. Как же решить данную проблему? Для начала — научиться честно признавать, что вы не можете сдержать данное слово. Лучше осознать свою неправоту, чем обмануть другого человека. Стоит иногда сказать: «Прости, я поспешил с обещанием, именно его я выполнить не могу, но я готов сделать что-то другое» — и в этот момент предложить тот минимум, на который вы способны.
Следующий шаг в борьбе с излишними обещаниями — не давать их. Не говорить «я сделаю», а использовать такие фразы: «я посмотрю, какие у меня возможности», «я хотел бы помочь, но пока не знаю как. Я подумаю и скажу».
Особенно важно использовать подобные формулы, когда от вас добиваются обещаний и клятв. Если вы уже сталкивались с такими ситуациями, то знаете, что последствия могут быть не очень приятны.
Но в жизни есть ситуации, когда обещания давать необходимо. Например, монашеские обеты. Или если вы заверяете человека выполнить его последнюю волю. В такие моменты нужно помнить, что наши желания и цели может укрепить Бог, у него мы просим сил, чтобы сдержать данное слово. Уметь выполнять обещания — это не только следствие воспитания, но и проявление силы духа и веры.
Автор: Нина Резник
Все выпуски программы: Сила слова
