Поделиться
Фото: Jeff Smith/Unsplash
«...Баба Хима меня не увидела. Было тихо. Я выглянула: она опять крестилась перед иконой, одной рукой прижимая к себе наши хлебцы. И тут меня что-то стукнуло в самый живот: а Бог? Ему что же, маму не жалко, меня не жалко, сестру не жалко? У нас избы нет, коровы нет, те¬ленка нет, даже папы нет. На то Он и Бог, чтобы все это знать. А Он видел и ничего не сделал? А мог бы очень просто: баба Хима могла бы увидеть меня сразу, когда я в первый раз выглянула, и тогда бы все обошлось. Или коробка могла стоять так, что она бы до нее не дотянулась, да мало ли способов у Бога, на то ведь Он и Бог...
Вечером меня еще раз очень обидели, и я опять громко плакала, потому что сестра сказала маме, что хлебцы-то, наверное, съела я, и мама очень подозрительно на меня посмотрела. И опять Бог ничего им не доказал, а тоже мог бы. Больше я в Бога не верила, хотя маме об этом не сказала. Иногда по привычке обращалась к Нему в трудные минуты, но это ведь просто по привычке».
Это было чтение из книги Сильвы Дарел «Воробей на снегу», — книги русской писательницы, ныне живущей в Англии. Читала Наталья Продольнова.
Воспоминания пожилой женщины о своем детстве и молодости, девочки из благополучной семьи, живущей до лета 1941-го в Латвии, а затем прошедшей сквозь огонь, воду и медные трубы — то есть высылку в Сибирь и жизнь там, арест отца и собственный кошмарный ГУЛАГ, — оказались удивительно светлыми, живыми и духоподъемными.
Я бы и сейчас назвал их — как когда-то, в старинной своей рецензии, — книгой «Принцессы на горошине», — где трепетное целомудрие сплетено с мужеством, наблюдательностью и надеждой. ...Хотя вроде бы приведенный эпизод-закладка из ее навязанного сибирского отрочества говорит об обратном: богомольная хозяйка оказалась скаредной воровкой, вот и потеря детской веры...
Но дело, думаю не в вере. Потерялась детская сказка, вот и всё. Уже тогда воспитание верой в интеллигентских семьях было редкостью, и Бог для ребенка был кем-то вроде волшебника. Моя бабушка, кстати, вспоминаю по её рассказам, тоже теряла свою сказку и безуспешно ждала каких-то доказательств...
А вот всё последующее, — может, и не героине, так мне самому — открыло, что Господь пригрел неокрепшую и чистую душу нашей Сильвы. Об этом вся её книга, как и сюжет с тюремным этапом, идущим мимо родного дома:
«...Шли мы уже порядком. Я силилась хоть название улиц прочитать, но из-за мороза да темноты в нескольких шагах ничего было не разглядеть. И все равно что-то тревожное вдруг родилось внутри, даже сердце заколотилось. Конечно же, по этой улице мы с мамой несколько лет назад такой же морозной ночью, замирая от страха, бежали на вокзал встречать едущего с Дальнего Востока двоюродного брата.
О, Господи! Я вспомнила, что в местную тюрьму дорога вела мимо дома, где мы жили. Много раз я видела колонны арестантов на нашей улице.
И никогда мысли не приходило, что и я могу так шагать. „Странно, что не приходило!“ — мелькнуло.
Откуда силы у человека берутся? Только что качалась, упасть боялась, а вот вроде крылья вы¬росли, даже красавицы овчарки умным глазом по-косились: уж не бежать ли баба собирается?»
Вы слышали: «красавицы овчарки»? И откуда что берется?.. Откликаясь на чтение рукописи «Воробья на снегу», Булат Окуджава написал: «очень чистая, искренняя, точная вещь; и в то же время чрезвычайно человечная».
И добавил: «замечательна главная героиня».
...За эту её чистоту, думаю, было кому молиться — и с того, и с этого света.
Горькая сказка кончилась счастливо: спустя годы принцессу даже представляли настоящей английской королеве, а в советские (для нее — эмигрантские годы) она неустанно читала по русскому зарубежному радио не пропущенную к нам до поры классику, например, «Доктора Живаго» Бориса Пастернака.
Сильва Дарел-Рубашова здравствует и поныне, а книжка её, переведенная на многие языки, продолжает свою чистую, духоподъемную работу. Слава Богу.
Первое послание к Коринфянам святого апостола Павла
Поделиться
Апостол Павел. Мозаика
1 Кор., 132 зач., IV, 17 - V, 5
Комментирует священник Антоний Борисов.
«Красота спасёт мир», — утверждает Ипполит Терентьев, герой романа Достоевского «Идиот». Но красота бывает разной. И далеко не все проявления прекрасного способны удержать человека от греха. Это может сделать лишь красота Божия. О том, в частности, говорится в отрывке из 4-й и 5-й глав первого послания апостола Павла к Коринфянам. Давайте послушаем.
Глава 4.
17 Для сего я послал к вам Тимофея, моего возлюбленного и верного в Господе сына, который напомнит вам о путях моих во Христе, как я учу везде во всякой церкви.
18 Как я не иду к вам, то некоторые у вас возгордились;
19 но я скоро приду к вам, если угодно будет Господу, и испытаю не слова возгордившихся, а силу,
20 ибо Царство Божие не в слове, а в силе.
21 Чего вы хотите? с жезлом прийти к вам, или с любовью и духом кротости?
Глава 5.
1 Есть верный слух, что у вас появилось блудодеяние, и притом такое блудодеяние, какого не слышно даже у язычников, что некто вместо жены имеет жену отца своего.
2 И вы возгордились, вместо того, чтобы лучше плакать, дабы изъят был из среды вас сделавший такое дело.
3 А я, отсутствуя телом, но присутствуя у вас духом, уже решил, как бы находясь у вас: сделавшего такое дело,
4 в собрании вашем во имя Господа нашего Иисуса Христа, обще с моим духом, силою Господа нашего Иисуса Христа,
5 предать сатане во измождение плоти, чтобы дух был спасен в день Господа нашего Иисуса Христа.
Вплоть до четвёртого века по Рождестве Христовом в Римской империи наряду со знаменитыми Олимпийскими играми проводились ещё одни игры — Истмиийские. Местом проведения соревнований раз в два года служил город Коринф, расположенный на Истмийском перешейке, который и сегодня соединяет Среднюю Грецию с Пелопоннесом. Согласно одним античным мифам основателем Истмийских игр был Посейдон, языческий покровитель морей и океана. Согласно другим — древний правитель Коринфа царь Сизиф.
Первые Истмийские игры были проведены в Коринфе в шестом веке до Рождества Христова. Основным отличием Истмийских игр от Олимпийских было то, что здесь атлеты соревновались не только в гимнастике и конных гонках, но также показывали свои умения в поэзии и музыке. Победителей Истмийских игр награждали хвойным венком, а не лавровым — как на Олимпиаде.
Благодаря Истмийским играм античный Коринф сильно повысил свой статус — теперь его считали не только известным торговым центром, но и городом большого культурного значения. Впрочем, на нравственную сторону жизни коринфян Истмийские игры влияли не сильно. Они лишь добавляли лоска всевозможным порокам, существовавшим здесь на рубеже эпох. В 52 году в Коринф прибыл апостол Павел. Благодаря его миссии многие коринфяне оставили языческий образ жизни и приняли христианство. Однако окончательно порвать с прошлым получилось не у всех местных жителей. Прежние пороки вернулись в их жизнь. Об этом печальном обстоятельстве мы узнаём со страниц первого послания к Коринфянам, отрывок из которого мы только что слышали.
Покинув Коринф, апостол Павел отправился в Эфес. Находясь там, апостол узнал, что после его отъезда из Коринфа, местные христиане рассорились друг с другом. Разделение было настолько сильным, что судьба Коринфской Церкви буквально висела на волоске. Христиане Коринфа разделились на две партии — кто-то считал себя приверженцем Павла, кто-то апостола Петра. Некоторые называли себя сторонниками известного проповедника Аполлоса. Но хуже всех вела себя так называемая «партия Христа». Эти коринфяне считали себя святыми, истинными христианами и хотели властвовать в местной Церкви. Именно им в прозвучавшем отрывке из послания апостол Павел грозит жезлом — в том смысле, что именно партию Христа он планировал в первую очередь подвергнуть обличению, возвратившись в Коринф.
Апостол удивляется тому, что, увлёкшись ссорами и спорами, выяснением, кто лучше исполняет заповеди, коринфяне не заметили, как в их жизнь вернулись языческие пороки. Так, один из местных христиан стал сожительствовать с собственной мачехой. Его и подобных ему апостол призывает отлучить от церковного общения. Такие христиане, по мысли Павла, своим поведением лишают себя благодатной защиты Божией, становятся подвластны дьяволу. Но и это Господь может обратить на пользу. Человек, по мнению апостола, оказавшийся во власти злых духов, страдает душой и телом. Через эту боль он может прийти к покаянию, вернуться к истинной, а не вымышленной красоте Божьего замысла и, в итоге, достичь спасения.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 8. Богослужебные чтения
Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
В чине православной литургии есть молитва, которая призывает Бога направить ангельские силы для сослужения человеку во время принесения Бескровной Жертвы. Вообще, библейское богословие говорит об ангелах как о тех существах, которые созданы для служения — прежде всего Богу, а затем и человеку. Получается, что человек как минимум не ниже ангелов. Вместе с этим человек смертен, и, как нам зачастую кажется, смертен без всякого смысла, нелепо и случайно. Об этом противоречии размышляет звучащий сегодня во время богослужения в православных храмах 8-й псалом. Давайте его послушаем.
Псалом 8.
1 Начальнику хора. На Гефском орудии. Псалом Давида.
2 Господи, Боже наш! как величественно имя Твоё по всей земле! Слава Твоя простирается превыше небес!
3 Из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу, ради врагов Твоих, дабы сделать безмолвным врага и мстителя.
4 Когда взираю я на небеса Твои — дело Твоих перстов, на луну и звёзды, которые Ты поставил,
5 то что есть человек, что Ты помнишь его, и сын человеческий, что Ты посещаешь его?
6 Не много Ты умалил его пред Ангелами: славою и честью увенчал его;
7 поставил его владыкою над делами рук Твоих; всё положил под ноги его:
8 овец и волов всех, и также полевых зверей,
9 птиц небесных и рыб морских, всё, преходЯщее морскими стезЯми.
10 Господи, Боже наш! Как величественно имя Твоё по всей земле!
Только что прозвучавший псалом начался с упоминания величия Божия; затем мысль псалмопевца переходит к сопоставлению человека с Богом: Бог велик и славен, человек ничтожен, каким же образом возможно общение человека с Богом? Почему Бог обращает на нас внимание и заботится о нас? Сразу после этого мы видим совершенное изменение тональности псалма — его автор вспоминает о величии человека, ведь именно человек поставлен Богом над творением: в нашу власть отданы все животные, мы владычествуем над землёй. Сопоставление человеческой малости с нашей же силой поражает псалмопевца: он, задавая вопрос Богу, не обретает ответа и в конечном итоге приходит к восторженному славословию Творца.
Мы же попытаемся найти ответ на вопрос псалмопевца: как сочетается между собой наша ничтожная малость с нашим же величием? Для этого нам стоит обратить внимание на первые главы книги Бытия и вспомнить, что человек был создан Богом по Его же образу и подобию (см. Быт. 1:27). То есть изначально — с момента творения — человек выше любого иного сотворённого существа. Человек, как никто иной, близок к Богу и схож с Ним. Именно поэтому всё прочее творение, включая и ангельские силы, находится в подчинённом по отношению к человеку положении.
Правда, есть одна существенная оговорка: человек велик не сам по себе, а лишь тогда, когда он исполняет замысел Бога о себе. Адам был богоподобен до той поры, пока не отпал от общения с Богом через свой грех. После этого Адам стал в большей степени подобен животным, чем Богу. Адамов разрыв общения с Богом унаследовали и все его потомки. Мы, будучи призваны к богоподобию, через свои грехи оказываемся удивительно схожи с животным миром. Если же мы делаем усилие, вспоминаем о своём происхождении и пытаемся в самих себе исправить ошибку Адама, то меняется и наш статус — из едва заметных песчинок мы вновь становимся теми, кому служат ангелы, теми, кого слышит и слушает Бог.
Прозвучавший сегодня псалом призывает нас задуматься о том, какую жизнь и какой статус мы выбираем: выбираем ли мы то, что изначально было предназначено для нас Богом, или же наш выбор — это выбор праотца Адама? С кем мы? С Богом или со своими страстями, делающими нас едва отличимыми от животных?
Выбор разумного существа кажется очевидным. Пусть же Господь Всемилостивый поможет нам всегда быть верными этому выбору и в конечном итоге вернуться к первозданному богоподобию!
Псалом 8. (Русский Синодальный перевод)
Псалом 8. (Церковно-славянский перевод)
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Псалом 8. На струнах Псалтири
Поделиться
1 Начальнику хора. На Гефском орудии.
Псалом Давида
2 Господи, Боже наш!
как величественно имя Твое по всей земле!
Слава Твоя простирается превыше небес!
3 Из уст младенцев и грудных детей
Ты устроил хвалу, ради врагов Твоих,
дабы сделать безмолвным врага и мстителя.
4 Когда взираю я на небеса Твои — дело Твоих перстов,
на луну и звезды, которые Ты поставил:
5 то чтó есть человек, что Ты помнишь его,
и сын человеческий, что Ты посещаешь его?
6 Не много Ты умалил его пред Ангелами;
славою и честью увенчал его;
7 поставил его владыкою над делами рук Твоих;
всё положил под ноги его:
8 овец и волов всех,
и также полевых зверей,
9 птиц небесных и рыб морских,
все, преходящее морскими стезями.
10 Господи, Боже наш!
Как величественно имя Твое по всей земле!
