Поделиться
«17-е января. У апельсинов сильный и приятный аромат, какого нет у привозных из-за границы...» Такую запись сделал в своём дневнике Василий Васильевич Маркович, ботаник, соратник академика Николая Вавилова, один из крупнейших специалистов по субтропическим культурам. Это он акклиматизировал и вырастил на Черноморском побережье апельсины, японскую хурму, фейхоа, эвкалипты и лотосы. Шестнадцать лет — с 1903-го по 1919-й — Маркович возглавлял Сухумскую садовую и сельскохозяйственную опытную станцию. Трудился он и в других уголках Кавказа — в Сочи, Чечне. На его счету — около ста пятидесяти научных работ, посвящённых черноморской флоре. В безбожные годы советской власти Василий Маркович, рискуя научной карьерой и свободой, работал над созданием сельскохозяйственной монашеской общины в абхазском Новоафонском Симоно-Кананитском монастыре. Ведь и сам учёный был тайным монахом в миру.
Родился Василий Маркович в 1865-м году, в Полтавской губернии. Отец был капитаном корпуса лесничих. По его стопам решил пойти и Василий. Он окончил Новоалександри́йский институт сельского хозяйства и лесоводства, и в 1890-м году защитил кандидатскую диссертацию. Работа называлась «Деревья и кустарники в народной медицине Малороссии», и подробно описывала более 80-ти видов лекарственных растений, в том числе малоизвестных. Сразу после защиты Маркович получил назначение в Терскую область Чеченского округа Российской империи. Молодой лесничий с воодушевлением окунулся в работу. Собирал ботанические коллекции, изучал свойства местной флоры и возможности для её практического применения. Например, именно по предложению Марковича прочное дерево бук, во множестве произраставшее на Кавказе, стали использовать как материал для шпал и телеграфных столбов. 12 лет работал Василий Васильевич на территории Чеченского округа. За это время он создал подробное руководство по лесоводству и охране особо ценных пород деревьев. Открыл сельскохозяйственную метеорологическую станцию — там велись наблюдения, которые позволяли выяснить, как погодные факторы влияют на местную растительность. За работы по изучению климата и флоры Северного Кавказа Василий Васильевич был удостоен Малой золотой медали Русского Императорского географического общества.
В 1903-м году Маркович получил новое назначение — руководителем Сухумской садовой и сельскохозяйственной опытной станции в Абхазии. По приезду он обнаружил её в страшном запустении — много лет станцией никто не занимался. Участок зарос буреломом, от большинства деревьев остались лишь замшелые пеньки, теплицы были разрушены. «Ничего! Всё поднимем, и будет здесь сказка!» — оптимистично заявил учёный. И слово своё сдержал. Уже к 1907-му году стараниями и энтузиазмом Василия Марковича сухумская сельскохозяйственная станция преобразилась. При ней заработали полеводческое отделение, отдел питомников, химическая лаборатория, кабинеты научных исследований, библиотека, музей. При станции открылась школа садовых рабочих, где желающих бесплатно обучали тонкостям ухода за южными культурами. Под редакцией Василия Васильевича выходил просветительский журнал «Вестник сухумского общества сельского хозяйства». В Сухуме Маркович успешно акклиматизировал около ста сортов цитрусовых растений, 40 видов бамбуков, маслины. Он внёс огромный вклад в борьбу с малярией на Северном Кавказе — вырастил южноамериканское хинное дерево, из которого добывали вещество хинин для лечения больных. Василий Маркович поддерживал тесные контакты с Симоно-Кананитским мужским монастырём в абхазском городе Новом Афоне. Передавал в обитель саженцы и семена, учил монахов премудростям садоводства. Не оборвал он эту связь и после того, как в 1917-м году к власти пришли большевики. Более того — в 1921-м Маркович принял в монастыре тайный постриг с именем Нестор. Однако работу свою не оставил, избрав нелёгкий подвиг монашества в миру.
В 1925-м году академик Николай Вавилов, высоко ценивший труды Марковича, пригласил его работать в свой научно-исследовательский институт растениеводства. Василий Васильевич переехал в Ленинград. И сразу командировки — Китай, Индия, Япония. На родину учёный привёз около четырёх тысяч образцов тропических растений, которые собирался акклиматизировать. Однако не успел. В 1937-м году Марковича арестовали — за сотрудничество с Новоафонским монастырём. 72-летнего учёного обвинили в религиозной пропаганде и выслали на север, где Василий Васильевич — монах Нестор — и скончался в 1942-м году. Незадолго до смерти он написал автобиографию, которую назвал «Жизнь счастливого человека». Счастьем для него было служение людям и Богу.
Все выпуски программы Жизнь как служение
Петрозаводск. Блаженный Фаддей Петрозаводский
Поделиться
В сонме святых Петрозаводской епархии есть имя блаженного Фаддея. О происхождении подвижника практически ничего не известно. В начале восемнадцатого столетия, уже будучи в преклонном возрасте, он поселился в Карелии, на берегу Онежского озера, при оружейном заводе. С этого предприятия, основанного Петром Первым, началась история Петрозаводска, и Фаддей стоял у её истоков. Праведник взял на себя подвиг юродства — мнимого безумия ради Христа. Он получил от Бога дар пророчества и предсказал царю, посетившему завод в 1724 году, скорую кончину. Пётр испугался горькой вести, разгневался и велел посадить старца в тюрьму. Через несколько месяцев, уже на смертном одре, император вспомнил о блаженном и через гонца попросил у него прощения и святых молитв. По царскому приказу Фаддея освободили и назначили ему пенсию. Эти деньги подвижник полностью отдавал нуждающимся. Вся его жизнь была посвящена помощи беднякам. Старец защищал рабочих перед чиновниками, вдохновлял трудовой люд уповать на Бога и посещать церковь, обличал пьянство. После смерти блаженного Фаддея над его могилой на народные пожертвования возвели часовню. Её разрушили безбожники после революции 1917 года. Но молитвенная память о праведнике в народе не угасла. В 2000 году Церковь прославила блаженного Фаддея Петрозаводского в лике святых.
Радио ВЕРА в Петрозаводске можно слушать на частоте 101,0 FM
11 марта. «Тайна младенчества»
Поделиться
Фото: Jen Theodore/Unsplash
Внимательный, испытующий, на нас направленный взор младенца всегда заставляет душу вздрогнуть и внутренне собраться. Невинные очи ребёнка необыкновенно серьёзны и правдивы. В них нет и тени лукавства или недоброжелательства. Стыдно тогда становится за свои недобрые мысли и суетные желания. Пред лицом младенца начинаешь постигать, что истинная красота есть цветущие в душе райские цветы — смирение, чистота и любовь.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
11 марта. О силе в немощи
Поделиться
8 марта, в День памяти блаженной Матроны Московской, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил Божественную Литургию в Покровском монастыре города Москвы. На проповеди Предстоятель Русской Православной Церкви говорил о силе Божьей, совершающейся в немощи.
Русский народ, Русь с самого начала своего исторического бытия были предметом вожделения для других, иногда более могущественных соседей, и сколько же было нашествий на соплеменников, сколько было по неразумию правителей земли русской в междоусобной брани, сколько было всяких смертей и страданий.
Земля наша, такая богатая, просторная, обладавшая огромными возможностями, не могла раскрыть всего своего потенциала из-за греховности правителей, из-за неспособности урстремиться к общему делу.
Вот пример таких святых угодников, как преподобный Серафим — немощный, согбенный, и матушка Матрона, которая тоже была инвалидом с внешней точки зрения, или с точки зрения внешнего наблюдателя. Ну, к чему же она могла быть способной, ну, к каким-то таким деяниям по объединению людей? Ведь она и не видела ничего, и пребывала в этом страшном для многих людей состоянии, не будучи, конечно, даже в какой-то степени могущей объединять вокруг себя людей силами какими-то административными, хозяйственными, даже такими духовно-политическими, как это иногда было в случае с благоверными князьями.
И вот вокруг Матроны Московской, и так же как вокруг святого Серафима Саровского, тысячи собрались и собираются. И разве это не ответ неверующим, маловерующим, сомневающимся? Ну, найдите хоть одного государственного деятеля, который был бы глубоким инвалидом, который был бы всеми пренебрегаем, кого никто бы всерьёз не воспринимал, чтобы его имя осталось в истории. Ни одного. И быть не могло, потому что в истории оставались те, кто след свой провёл совершенно конкретный, опираясь на силу, на политическую власть, на деньги или на таланты полководческие.
А вот этих двух святых, которых я не случайно в паре называю — преподобный Серафим и матушка Матрона Московская, — лишённых всяких человеческих возможностей, как говорят теперь, продвигать свои мысли, свои дела, чему-то учить, стали и учителями благочестия. Но что самое главное — стали теми, к кому приходит народ наш за помощью, обращается в молитвах. И эти святые угодники, и преподобный Серафим, и матушка Матрона, лишённые всякой человеческой силы, которую распространяли в своём окружении, которое было во время их земной жизни, но сила их столь велика, что распространяется она на всех тех, кто и сегодня прибегает к их местам почитания, к их святым мощам и просит у них помощи.
Все выпуски программы Актуальная тема:
