Москва - 100,9 FM

«Творчество группы «Кукушкин баритон». Новый альбом «Земля Небо». Нина Резник, Кирилл Розанов, Ростислав Быстров

* Поделиться

У нас в гостях были участники группы «Кукушкин баритон» Нина Резник, Кирилл Розанов и Ростислав Быстров.

Разговор шел о том, как появилась группа «Кукушкин баритон», почему у неё именно такое название, каким образом происходит написание новых песен, и где их можно послушать. Участники группы рассказали о своем новом альбоме «Земля Небо» и о ближайшем концерте, где можно будет ближе познакомиться с их творчеством.

Альбом «Земля Небо» доступен для прослушивания на популярных музыкальных стриминговых сервисах.

Ведущий: Алексей Пичугин


А. Пичугин

— «Светлый вечер» на светлом радио. Друзья, здравствуйте. Меня зовут Алексей Пичугин, рад вас приветствовать всех здесь, в нашей студии. С удовольствием представляю гостей. Программа у нас сегодня музыкальная. И гости наши хорошо постоянным слушателям знакомы, я в этом уверен. И песни их на радио «Вера» регулярно звучат. И сегодня мы ещё и с удовольствием будем презентовать новый альбом группы «Кукушкин баритон». Нина Резник — автор песен, вокалист и человек, который играет на гитаре в группе «Кукушкин баритон». Всё верно, да, Нина? Добрый вечер.

Н. Резник

— Здравствуйте.

А. Пичугин

— Ростислав Быстров, который играет на гитарах, как мы тут сейчас уточнили. Добрый вечер.

Р. Быстров

— Добрый.

А. Пичугин

— И Кирилл Розанов, играющий на ударных. Здравствуйте.

К. Розанов

— Добрый вечер.

А. Пичугин

— Новый альбом — это очень хорошо, но мы с вами не виделись очень давно, ещё задолго до карантина. Я сейчас силился вспомнить, когда последняя программа у нас была с «Кукушкиным баритоном» в эфире. Одно время, вот в 17-м году, вы к нам приходили около пяти раз за год. А последнюю программу с вами я и вёл в 2017 году, потом, по-моему, Костя Мацан ещё проводил одну позже, возможно, перед нашим светлым концертом где-то это было. Тоже уже полтора года прошло. И так здорово, что есть возможность пообщаться, узнать новости о группе. И к тому же ещё хорошая возможность рассказать и напомнить нашим слушателям, а к нам постоянно подключаются новые города и новые люди, рассказать им о том, что такое группа «Кукушкин баритон». Вот они слушают песни, играют постоянно на радио «Вера», им нравится, а что это за группа — ничего о ней не знают. Вот давайте, наверное, с самого начала пойдём.

Н. Резник

— От истоков.

А. Пичугин

— От истоков, да. Придётся идти от истоков. Вот если бы мы с вами в 17-м году в пятый раз встречались, уже, наверное, не пришлось бы рассказывать снова про то, откуда есть пошла группа «Кукушкин баритон». А раз столько времени прошло, давайте напомним.

Н. Резник

— Вообще, Алексей, ваша фраза, что мы встречались с вами в последний раз в 17-м году, звучит неоднозначно, потому что мы ещё помним, что такое 17-й год. Но на самом деле, конечно, я шучу. Здорово, что мы продолжаем звучать на радио «Вера», и на самом деле очень много людей нас знает именно по трансляциям радио «Вера», по эфирам музыкальным и так далее. Ну что, группа «Кукушкин баритон» — это группа московская, мы существуем уже около десяти лет и выпустили три альбома. Сейчас как раз третий, такой знаковый у нас альбом вышел. Вот Кирилл мне подсказывает, что у нас четыре альбома, но самый-самый первый альбом — это был наш дуэт с Кириллом, это был такой первый шаг, дебют. А именно групповой альбом — это уже у нас третий. Так что, ещё что рассказать? Называемся мы так смешно, потому что нам это название просто было подарено судьбой, мы случайно увидели эту надпись на пюпитре. Это фамилия музыканта, который играл до нас, и в скобках был написан его инструмент — саксофон-баритон.

А. Пичугин

— Слушайте, я эту историю не знаю.

Н. Резник

— Не знаете? Мы её рассказывали несколько раз.

А. Пичугин

— А вы её с 17-го года придумали, да?

Н. Резник

— Нет. Но на самом деле мы репетировали на базе, и там нам выдавали такой старый-старый пюпитр, не такой, как сейчас, тоненький, воздушный, а массивный железный пюпитр. И на нём сверху было написано «Кукушкин (баритон)». Мы спросили, что это такое, нам сказали...

А. Пичугин

— Я знаю Кукушкина — бас. Честное слово, я реально знаю человека, у него басовый голос, он поёт — у него фамилия Кукушкин.

Н. Резник

— Вот надо его тоже пригласить к нам в группу. Нам нужен ещё один бэк-вокалист. (Смеётся.) Так вот, «баритон» — это саксофон-баритон, и оказалось, что этот пюпитр принадлежал оркестру Лундстрема, этот музыкант играл в этом оркестре.

А. Пичугин

— А вы с ним познакомились?

Н. Резник

— Нет, к сожалению, мы не знаем, где он сейчас. Но мы знаем только одно, что кто-то из музыкантов оркестра Лундстрема уже знает нашу историю и, может быть, ему передадут, может быть, он с нами свяжется. Господин Кукушкин, мы благодарны вам за то, что вы нам подарили такое название — «Кукушкин баритон».

А. Пичугин

— А как вы объединились в итоге в тот состав, который есть сейчас?

Н. Резник

— Ростислав, как ты объединился с нами? Уже сколько — два или три года назад?

Р. Быстров

— Два, наверное.

А. Пичугин

— То есть вы к нам раньше не приходили?
Р. Быстров

— Нет, я здесь первый раз.

Н. Резник

— Ростислав скрывался всё это время. На самом деле он после 17-го года как раз пришёл в группу, и всё это время тщательно скрывал своё присутствие от радио «Вера».

А. Пичугин

— А как это произошло?

Р. Быстров

— Как пришёл в группу? Да по объявлению с «Музыкального форума».

А. Пичугин

— Как вообще люди попадают в группы? Я не знаю — я же настолько далёкий от этого человек. Мне всегда было интересно.

Н. Резник

— Либо по знакомству — просто, например, мы где-то там повстречались: «О, ты музыкант? А давай к нам, давай посмотрим, послушаем», — и так далее. Или вот действительно по объявлению с музыкальных форумов.

К. Розанов

— Поначалу мы звали знакомых и знакомых знакомых. Но потом мы этот ресурс уже исчерпали. И года с 13-го уже висели наши объявления о поиске музыкантов постоянно на форуме.

А. Пичугин

— А вы хотите ещё больше? То есть какое-то оптимальное количество людей с инструментами, которые должны в составе «Кукушкиного баритона» выходить на сцену?

Р. Быстров

— Больше ростиславов я бы хотел.

Н. Резник

— Да, больше гитар!

К. Розанов

— 4-5 человек — это оптимально, конечно.

А. Пичугин

— Есть такая группа, наверняка вы с ней знакомы по творчеству, «Краснознамённая дивизия имени моей бабушки». Как-то после одного фестиваля я их позвал на нашу программу, вдруг они нас слышат — ещё раз зову. Тогда они не пришли, мотивируя, кстати, интересной вещью, сказали, что у них 20 человек, нет ярко выраженного лидера, поэтому они ходят все вместе, и если мы готовы принять 20 человек в студии, то они придут.

Н. Резник

— Замечательно. Молодцы. Уважаю.

А. Пичугин

— Позиция очень хорошая, но мы были не готовы. Кстати, мы и сейчас-то не очень готовы, но если вдруг будет какая-то возможность, мы бы хотели. Тут мне подсказывают, что пора слушать музыку. Мы, я напомню, представляем новый альбом группы «Кукушкин баритон», замечательно оформленный, вот диск у меня в руках. У меня традиционный уже вопрос про диск будет, но уже после песни. А пока: очень хорошо оформленный альбом, называется «Земля-Небо». Сейчас будем подробнее про него говорить, но сначала послушаем заглавную песню с альбома — «Медленная жизнь». Если есть что рассказать про эту песню, то сейчас самое время.

(Звучит песня.)

А. Пичугин

— Возвращаемся в студию светлого радио. Напомню, что это группа «Кукушкин баритон»: Нина Резник, Ростислав Быстров, Кирилл Розанов — у нас в гостях. Мы представляем новый альбом группы «Кукушкин баритон» — «Земля-Небо». И заглавная песня с этого альбома «Медленная жизнь» сейчас прозвучала. Так вот, если есть что рассказать про эту песню, то, я думаю, сейчас пора.

Н. Резник

— А что можно рассказать про песню? Она появилась, как и все песни, на самом деле, совершенно случайно. Мне надо было написать несколько новых песен. Я просто ребятам сказала, озвучила, что нам нужно делать новую программу. Это было где-то года полтора или два назад.

А. Пичугин

— А как это происходит? Я просто сталкивался с тем, что выставку художника — приходят к краснознамённому, орденов всех октябрьских социалистических революций прославленному художнику и говорят: «Дорогой Иван Иванович, мы тут хотим сделать вашу персональную выставку. Но эти 25 картин, которые ездят по всему миру, уже все знают. А вы нам ещё 15 новых напишите», — и он пишет 15 новых, не важно — хорошо или плохо. Но я реально прихожу на выставку и вижу: среди картин, написанных с 63-го по 99-й, вдруг резкий провал и появляются картины, написанные все в 2019 году. И понятно, что человек старался к выставке. Зачастую это очень хорошо. Это не к слову, что песня плохая — мне очень понравилась, правда. Но как происходит, с точки зрения творчества, эта необходимость — нужно написать песню. Это же нужно сесть, написать текст стихотворный, нужно написать музыку... нет?

Н. Резник

— Ну, порядок действий немножко другой. Нужно действительно сесть, взять гитару и начать... ну, просто вслушаться в себя. На самом деле, вообще, все процессы взаимны, то есть когда ты чувствуешь, что тебе нужно новых песен написать, значит, они в тебе уже есть. И нужно просто почувствовать, что они есть внутри, и ты просто приходишь домой... Я решила, что надо написать, прям сказала, что 10 новых песен нам нужно в программу. И это было два года назад, я пришла домой и, по-моему, за неделю я написала 10 новых песен — как-то так получилось. У меня обычно от мелодии идёт — я сначала придумываю мелодию, она сама как-то выстраивается, а потом она вытягивает текст. И так интересно вышло, что эти песни... они были написаны, получается, два года назад, но пока мы их делали, оттачивали и всякие разные другие моменты — концерты нас отвлекали и так далее. Мы их играли на концертах, но сейчас в феврале мы решили их записать. «Медленная жизнь» — одна из тех песен, которые написаны довольно-таки быстро и легко.

А. Пичугин

— Для наших слушателей, знакомых с вашим творчеством, для меня, который тоже на протяжении уже, получается, долгого времени следит за вашим творчеством (году в 16-м, наверное, познакомились или в 15-м), песня «Медленная жизнь» такая достаточно нехарактерная, по ритму, п аранжировке выбивающаяся в целом из вашего творчества, да и по тексту тоже. Она меня, знаете, отсылает к альбому «Соль» Гребенщикова, что ли, 14-го года. Это я не к тому, что... помните, как у Башакова было? — «Она мне сказала, что ты украл эту песню у БГ...» «Ты украл эту песню у БГ. Дура непроходимая — она никогда не слышала Боба Дилана». Но нет, здесь совершенно другая история, просто если мы говорим об определённом направлении в музыке, которая актуальна сейчас, она, наверное, всегда объединяет в себе какую-то общность, как мне кажется, в подходах к аранжировкам и звучанию, потому что это актуально сейчас. И такой вот надрывный немного, драйвовый саунд действительно сейчас актуален. Не знаю, так это или нет, так ли вы это воспринимаете. И, возможно, это открывает какую-то новую страницу в вашем творчестве, или я вовсе не прав.

Н. Резник

— Мужики, вы же это всё аранжировали. Давайте.

Р. Быстров

— К разговору о названии альбома: мы сегодня обсуждали, что он значит «хоть стой, хоть падай» — примерно такой эффект в какой-то степени должен быть от прослушивания. Это как раз то новое, о котором вы говорили, — этот надрыв какой-то, новые ритмы какие-то необычные, несвойственные. В сравнении с предыдущим альбомом, этот такой, я думаю, в какой-то степени пробивной.

А. Пичугин

— Давайте так, Ростислав, если уж начали отвечать, то тогда, как вы считаете: это открывает какую-то новую дверь в творчестве группы «Кукушкин баритон»? Вот вы аранжировали этот альбом — я так понимаю, что все участники принимали в этом участие?

Р. Быстров

— Да-да, конечно.

К. Розанов

— Все по чуть-чуть, конечно.

А. Пичугин

— Вот вы занимались аранжировкой альбома, и это действительно что-то новое, что вы хотите сказать, и в дальнейшем группа «Кукушкин баритон» будет идти этой дорогой, или вы экспериментируете?

Р. Быстров

— Это дорога экспериментов, по-моему. Так будет правильнее сказать, я думаю.

А. Пичугин

— Кирилл?

К. Розанов

— Новое, конечно, всё время что-то новое — так интереснее. Чем новее, тем интереснее.

Н. Резник

— Да, но мы, по-моему, всё время делаем что-то новое. То есть одна песня «Кукушка» наша вообще прошла, по-моему, четыре аранжировки разных, и, по-моему, мы готовы уже сделать пятую.

А. Пичугин

— «Кукушку» все знают, кто знает вас.

Н. Резник

— Да. Но я просто к тому говорю, что они её знают в разных аранжировках. Изначально она вообще звучала по-другому. То есть если взять первый вариант и последний вариант, то они будут кардинально отличаться. Так же и с нашим альбомом. Мужики просто забыли, как это всё происходило, но мы действительно искали, мы хотели сделать что-то новое. Мы искали как раз музыкантов, которые нам могут создать это новое звучание, потому что нам было интересно.

А. Пичугин

— Это состав или сессионная история?

Н. Резник

— Есть у нас постоянный состав, но мы пригласили музыканта Артёма, который нам клавишный и электронный саунд создавал на этом альбоме. И, собственно говоря, звукорежиссёр Михаил Панарин, ещё записан на альбоме как сануд-дизайнер, то есть он нам тоже создавал новое звучание. Мы как раз долго сидели в студии потому, что как раз хотели найти этот звук правильный.

А. Пичугин

— Мой коллега Денис Маханько хотел буклетик — вот, Денис, для тебя буклетик сделали и вложили, тебе передадут диск. Мы сейчас будем слушать следующую песню с нового альбома группы «Кукушкин баритон», который называется «Земля-Небо». И песня называется «Герда». Сейчас, перед тем, как мы её послушаем, опять же два слова. Я знаю несколько песен у разных групп, которые отсылают к этой замечательной сказке. У вас это тоже отсылка к сказке или это просто Герда?

Н. Резник

— Это отсылка к сказке, конечно. Более того, у нас вообще очень много песен, которые отсылают к сказке, к фэнтези, к такому немножко эскапизму, выходу за пределы реальности. В хорошем смысле — не то что мы всех призываем сейчас забыть про сегодняшний день. Но вот эта мечтательность, эта территория как бы такой фантазии и мечты о любви, наверное, — вот об этом песня. Для этой песни мы специально пригласили молодого музыканта, который, кстати, внешне очень похож на Кая. И люди, которые были у нас на концерте, видели, как этот мальчик со скрипкой...

А. Пичугин

— Как Кай выглядит? (Смеётся.) Это же в представлении разных режиссёров он может выглядеть совершенно по-разному.

Н. Резник

— Я думаю, что все согласятся, что он действительно очень похож на Кая, когда увидят его фотографии или увидят его на концерте. Это такой тонкий, высокий молодой человек со скрипкой.

А. Пичугин

— Михаил Петунин.

Н. Резник

— Да, Михаил Петунин. Он учится в Гнесинке сейчас. Очень талантливый молодой музыкант. И он нам здесь тоже подыграл немножечко. Но на концерте он брал на себя более знаковую роль со своей скрипкой. Здесь, конечно, скрипка вплетена в аранжировку, не так явно берёт на себя такую главную роль, но тоже очень красиво обрамляет как бы эту песню.

А. Пичугин

— Итак, группа «Кукушкин баритон» и песня «Герда» с нового альбома «Земля-Небо» здесь, на светлом радио.

(Звучит песня.)

А. Пичугин.

— Группа «Кукушкин баритон» у нас на светлом радио. Я напомню, что здесь, в этой студии, участники группы: Нина Резник, Ростислав Быстров, Кирилл Розанов. Я — Алексей Пичугин. И мы вернёмся к разговору про новый альбом «Земля-Небо» и творчество группы «Кукушкин баритон» через минуту. Никуда не уходите.

А. Пичугин

— Возвращаемся в студию светлого радио. Напомню, что сегодня мы презентуем здесь новый альбом группы «Кукушкин баритон» — он называется «Земля-Небо». В нашей студии участники коллектива: автор песен, фронтмен — фронтвумен? — Нина Резник, гитарист Ростислав Быстров, ударник Кирилл Розанов. Кстати, а где у вас остальные участники?

Н. Резник

— Остальные участники не смогли прийти на эфир, к сожалению. Но, собственно говоря, у нас из остальных участников, именно в составе группы, Мария Манукова, но она по семейным обстоятельствам не может сейчас присутствовать. А остальные ребята — это приглашённые музыканты.

А. Пичугин

— Про Михаила Петунина мы поговорили, а клавишник — Артём Карпов. Здесь написано: клавишные, электроника.

Н. Резник

— Да, замечательные.

А. Пичугин

— А вы больше этого современного поветрия электронного не хотели бы внести в ваше творчество?

Н. Резник

— Знаете, мы за естественный подход, то есть если нам будет здорово с этим жить, то мы и дальше будем продолжать, конечно. Вообще, это интересный эксперимент, да, ребят? Что вы скажете? Как вам, понравилось с электроникой работать?

Р. Быстров

— Однозначно да, конечно.

А. Пичугин

— А в каком качестве электронная музыка тут присутствовала, использовалась?

Р. Быстров

— Бас, эффекты звуковые, такие как раз оформляющие.

А. Пичугин

— Я, кстати, действительно не заметил у вас в составе бас-гитары. У вас же была бас-гитара — да сплыла?

Н. Резник

— Это свойство нашей группы.

К. Розанов

— Ну да, нам с басистами как-то не везёт. Они приходят и потом уходят.

А. Пичугин

— Но кахон — сколько вы приходили к нам в студию, играли живьём, играли на кахоне, я могу ошибаться, но кахон в некотором роде бас-гитару компенсирует. Нет?

К. Розанов

— Есть немножко, да.

А. Пичугин

— Но всё-таки без живого баса... то есть приходится его уже какими-то электронными примочками компенсировать.

К. Розанов

— Оказалось, что бас, сыгранный на синтезаторе, подошёл даже лучше, на мой вкус, чем живая бас-гитара.

А. Пичугин

— А на концертах?

К. Розанов

— И на концертах мы хотим использовать такой электронный подклад синтетический.

А. Пичугин

— Я знаю, что сейчас, меня просветили — я как-то никогда не задумывался, но тут как-то на концерте одной известной группы мы стояли с моим близким другом-звукорежиссёром, он мне прям показывал: видишь, здесь они играют вживую, вот здесь уже предзаписанное у них играет.

Р. Быстров

— Плейбэки так называемые.

А. Пичугин

— Да, плейбэки. Чего-то у меня самого вылетело умное слово из головы. Мой друг говорил, что плейбэки сейчас используются повсеместно. То есть вы тоже этим пользуетесь, да?

К. Розанов

— Плейбэк — это немножко другое. Это когда он дублирует тех музыкантов, которые уже есть на сцене. Допустим, по звучанию не получается отстроить звук или музыкант заболел.

А. Пичугин

— Или нужна вторая гитара, а второй гитары физически с гитаристом нет.

К. Розанов

— Да. И плейбэк просто либо дублирует, либо звучит одновременно. А то, что мы будем использовать, — это...

Р. Быстров

— А почему не плейбэк-то?

К. Розанов

— Плейбэк — это другое немножко.

Н. Резник

— Короче говоря, мы называем плейбэком то...

К. Розанов

— Мы собираемся использовать вот эти бас и синтезатор как бы в дополнение...

А. Пичугин

— К тому, что на сцене играется вживую. Кстати, по поводу концертов. Сейчас нас с вами вернули в такую частично карантинную историю. И насколько я понимаю, до середины января концертов у нас ни у кого никаких не будет, по крайней мере в Москве. Как у вас вообще последний год, который был — я так могу судить по моим знакомым друзьям-музыкантам — непростым, поскольку концертов было крайне мало у всех, и только в начале года и чуть-чуть летом, как у вас прошло это время?

Н. Резник

— Начиная где-то с лета, мы активно репетируем уже вместе. То есть если во время изоляции мы репетировали онлайн, то есть даже не могу назвать этот формат репетицией — мы просто в Zoom встречались и повторяли песни.

А. Пичугин

— А был же такой формат, в начале карантина особенно, когда ещё думали, что всё это такие шуточки и недолго продлится, что несколько групп даже записывали песни. Каждый где-то у себя дома играл партию, потом накладывали всё это и выдавали. У «Несчастного случая» это было уже возведено, наверное... они это как-то максимально сделали возможно из подручных средств. Но это прям нормальный клип — да, там видно, что это записано всё на скорую руку, но тем не менее замечательно, очень здорово у них получилось. Вы так не делали?

Н. Резник

— Я уважаю людей, которые очень быстро всё умеют делать. Прям раз — они всё придумали, быстро всех организовали и всё сделали.

А. Пичугин

— Даже Валдис Пельш, который редко у них появляется, и то там засветился.

Р. Быстров

— Но мы же тоже делали что-то подобное в паре песен, когда в несколько окошек на экране.

Н. Резник

— Ну да, мы тоже пытались сделать такие маленькие клипчики. Каждый записывал свою партию дома, потом это всё монтировали. Честно говоря, мы сделали две или три песни, и то по просьбе. Например, открывается выставка онлайн где-то, виртуальная выставка, наши друзья говорят: «Вы не могли бы нам сделать приветствие? Мы хотели бы вообще вас пригласить, но сейчас не можем, поэтому...» Мы это делали. Но честно говоря, вот вам, ребят, понравилось вот это всё слушать? Мне не очень понравилось.

А. Пичугин

— Мы же говорим о том, что это по необходимости, а не потому что вам лень куда-то ехать. По-другому же было никак нельзя. У меня вот следующий вопрос: можно ли концерты таким образом играть? Каждый у себя дома сидит, играет свою партию, а потом люди сидят где-то в зале... хотя нет, извините, не в зале, а каждый дома сидит, подключаясь к трансляции, возможно, даже заплатив какие-то деньги за эту трансляцию, и смотрит, как это у вас выходит, или не выходит.

Н. Резник

— Какую-то страшную картину вы нарисовали. (Смеётся.)

А. Пичугин

— А что? Нам ещё пока...

К. Розанов

— Я думаю, что в будущем это будет возможно, но сейчас технически мы пока не готовы.

А. Пичугин

— То есть вы тоже думаете, что возможна третья волна, и мы ещё долго таким образом будем?

К. Розанов

— Нет, то, чтобы мы пришли к таким полноценным концертам онлайн.

А. Пичугин

— А не только вы. Я просто не помню, чтобы кто-то в таком формате играл, но мне кажется, что это возможно и что это какое-то наше недалёкое будущее. Не потому, что мы все будем дома сидеть, а потому, что это просто технически будет возможно.

К. Розанов

— Да, когда это будет технически возможно, то надо, конечно, будет постараться это использовать.

Р. Быстров

— Скажите нам, да?

Н. Резник

— Да, скажите нам. (Смеётся.)

К. Розанов

— Да, но сейчас пока...

А. Пичугин

— Вам вживую удалось выступить где-то за это время?

Н. Резник

— Конечно. В августе у нас был концерт, и первого октября у нас был концерт.

К. Розанов

— Мы в июле даже в Крыму успели...

Н. Резник

— Да, мы в июле даже съездили в Крым с Кириллом вдвоём — просто поехали отдыхать. Но нас там попросили выступить в кафе, и мы выступили вдвоём — он на барабанах, я на гитаре. Спели там 45 минут. Это был очень серьёзный, конечно, опыт для меня.

А. Пичугин

— На вас кто-то вышел или вдруг вас увидели: «О, это же Нина Резник, а это же Кирилл Розанов — «Кукушкин баритон!»?

Н. Резник

— Там наши друзья просто выступают, они музицируют по Крыму. Это такие музыканты — они каждый год туда ездят и играют по всяким кафе или на фестивалях. Они нам предложили такую авантюру. Я на самом деле никогда в жизни в таких авантюрах не участвовала, но тут мы почему-то решили согласиться. И как-то очень хорошо там сыграли. Это было очень полезно — по крайней мере понять, как ты вообще вот так: быстро смобилизоваться и сыграть на незнакомую аудиторию. Нет, было здорово. Но мы на самом деле надеемся, Алексей, что всё-таки 4 декабря концерт, который у нас планировался, состоится. Пусть при каких-то ограничениях — не больше 25%, пусть даже 15%.

А. Пичугин

— Подождите, я чего-то немножко пропустил. У нас вот с нынешними ограничениями концерты пока возможны, да?

Н. Резник

— Я, насколько понимаю, да. Люди планируют концерты, единственное, что они должны закончиться, по-моему, до 23 часов, то есть в 23 часа все должны освободить помещение полностью. Поэтому концерт немножко сдвигается. И там, естественно, смотрят по заполняемости зала. То есть биток уже невозможен, конечно это будет более разреженно.

А. Пичугин

— Да, не получится так, как я был один раз на концерте тоже одной хорошей группы, где вокалист сказал, посмотрев на часы: «Метро всё равно уже закрылось, так что давайте ещё поиграем», — и ещё на полтора-два часа.

Н. Резник

— Да, это чудесно. Нет, я думаю, что если всё будет хорошо складываться и так далее, то мы 4 декабря концерт всё-таки сыграем. И там будет презентация альбома...

А. Пичугин

— Давайте тогда надеяться, что это состоится, и скажем, где.

Н. Резник

— Это будет кафе «Сценарио» на Тверской, наше любимое кафе. И там будет, скорее всего, презентация нашего нового альбома, продажа его, уже в реальном виде, именно в виде альбома, бумажного, с диском и так далее. И, конечно, мы там собираемся представить ещё новую программу, то есть мы включаем ещё шесть новых песен в программу, которых ещё нет на альбоме.

А. Пичугин

— Вы, дорогие слушатели, приходите. Обязательно все меры предосторожности всё-таки, которые нас просят соблюдать, вы, пожалуйста, уж соблюдайте, потому что слушать хорошую музыку хочется всегда, живую вдвойне хочется, но при этом, конечно, надо в первую очередь помнить о своём здоровье. Напомню, что мы представляем новый альбом «Земля-Небо» группы «Кукушкин баритон». И давайте дальше слушать музыку. Песня, которая сейчас прозвучит, называется «Говори-говори». Опять же, Нина, пожалуйста, несколько слов про эту песню.

Н. Резник

— Над нами всё время подшучивают, что у нас очень много песен про то, как кто-то куда-то летит, кто-то куда-то едет или плывёт. В общем, эта песня про движение тоже — там есть слова «уплывём с тобой вдоль по речке голубой». Собственно говоря, если слушатели представят себя в лодке, плывущей по быстрой реке с красивыми берегами, то это будет самый лучший видеоклип, который будет крутиться у вас в голове.

(Звучит песня.)

А. Пичугин

— «Кукушкин баритон» представляет здесь свой новый альбом «Земля-Небо». Нина Резник, Ростислав Быстров, Кирилл Розанов, участники коллектива, у нас в гостях. Я держу в руках компакт-диск. И я этот вопрос задаю, мне кажется, уже лет пять всем нашим гостям, которые сюда приходят и приносят диски, я говорю: «Вроде бы эпоха компакт-дисков ушла в прошлое. Но тем не менее все до сих пор выпускают на компакт-дисках». Некоторые, я знаю, что выпускают уже сейчас только на виниле ограниченным тиражом, чтобы это физически можно было подержать, поставить на полку, иногда положить в проигрыватель. Почему диск, почему вы пошли по пути выпуска диска?

Н. Резник

— Более того, Алексей. Некоторые сейчас уже кассетники вытаскивают из загашников. И сейчас очень модная тема выпускать кассеты.

А. Пичугин.

— Это у определённого поколения. Меня в своё время это очень сильно удивило, когда я увидел, что кассеты стали популярны у ребят, которым сейчас по 16-17 лет. Откуда? Потому что они родились в каком-нибудь 2001-03 годах, когда уже кассеты уходили в прошлое, практически совсем ушли. Я вот тогда, по-моему, в те годы свою последнюю кассету и купил. То есть это, как если бы сейчас у меня кто-то достал бобинную катушку, хотя бобинная катушка...

Н. Резник

— И к этому мы тоже придём. (Смеётся.)

А. Пичугин

— Это неудобно. Я бобинные катушки застал просто потому, что я на давно на радио работаю.

Н. Резник

— Да, у меня тоже был такой магнитофон. Я думаю, что это просто такое как бы стремление к какому-то арту, к какой-то инсталяции. Просто им нравятся все эти фишки. Потому что гаджеты — это, конечно, прикольно, но им надо что-то держать в руках, чтобы это говорило что-то о тебе. Все с гаджетом, но когда ты идёшь с кассетником, согласись — ставишь кассетник на площадь и начинаешь кататься на этих своих скутерах, на скейтах. Это тоже, в общем, своя культура. Я думаю, что просто они пытаются как-то оформить свою инаковость — молодёжь. Поэтому, я думаю, они и берут кассетники и так далее. И по поводу компакт-дисков: очень многие люди до сих пор ездят в машинах, в которых есть дисководы.

А. Пичугин

— У меня единственное место, где можно послушать диск — это в машине, остался дисковод.

Н. Резник

— Вот. И таких людей очень много. Есть люди моего возраста, которые тоже любят компакт-диски. Даже у меня нет уже музыкального центра, но есть компьютер, в который я могу вставить этот диск.

А. Пичугин

— У меня давно нет ни в одном компьютере, ни в ноутбуке, нигде. Я пришёл к тому, что... потому что приходят музыканты, дарят диски. Я перешерстил свою фонотеку, там много дисков, которые... понятно, что сейчас можно... все там платят небольшие суммы денег ежемесячно за пользование сервисами музыкальными, и можно включить, послушать в любой момент в любом месте, и флэшки, и всё на свете. Но иногда хочется компакт-диск, потому что он настоящий, потому что он не пиратский, потому что он когда-то был выпущен, куплен в хорошем магазине — вспомнить это. Я пришёл к тому, что просто хочу купить себе, уже даже не новый, а просто бэушный СD-чейнджер хорошего качества, потому что у меня хорошая система стоит дома, и слушать с него музыку.

Н. Резник

— Да. Вообще, жалко, что прошли те времена, когда можно было просто прийти домой, у тебя дома стоят большие колонки, музыкальный центр. Ты вставляешь диск, садишься и наслаждаешься каким-нибудь альбомом, того же Эл Ди Меола или Пэт Метени. Как мы в своё время, — друзья друг другу передавали, мы садились и слушали все вместе целиком альбом, а потом обсуждали. Это было очень здорово. Сейчас это время, к сожалению, ушло, а зря. Но я думаю, что ещё остались мастодонты, которые любят послушать альбомы целиком, от начала до конца, а не просто пару песен. И мы на самом деле этот альбом делали именно с такой задачей — чтобы это было единое целое. И назвали мы его «Земля-Небо», потому что это как бы есть такой путь от земли к небу. Вот первые песни у нас такие более тревожные, более такие земные. И потихоньку-потихоньку мы как бы показываем, что путь, собственно, один — к радости.

А. Пичугин

— А какой сейчас формат идёт на смену альбому?

Н. Резник

— Сейчас формат просто мозаичный — синглы. Просто набрасывать синглы, раз в месяц выпускать по синглу.

А. Пичугин

— Да, безусловно. Просто сингл вышел, ещё сингл, ещё, а потом это как-то в альбом оформилось. Сейчас «Машина времени» буквально несколько недель назад выпустила новый альбом — «В метре». Я же помню, что все практически песни с этого альбома так или иначе выходили в качестве синглов на протяжении последних 5-6 лет.

Н. Резник

— Я, честно говоря, не совсем понимаю, как можно просто взять синглы, которые записаны в разное время, и включить в альбом. Именно как жанр — альбом. Можно это назвать сборником песен разных лет. Потому что альбом для меня лично — это, как книга, то книга, у которой есть начало и конец, есть некое развитие, есть внутренний сюжет. Не знаю, может быть, они так и делали, может быть, они хотели специально показать в этом альбоме, который они создали, «Машина времени», вот этот путь. Может быть, у них какая-то своя концепция.

А. Пичугин

— «Машину времени» просто для примера я привёл. У меня нет ответа на этот вопрос, потому что... нет, вернее, у меня есть предположение: выпустить диск, напечатать тираж — это дорого достаточно, это надо собирать. Если вы хотите сразу выпустить сингл, возможно, ваша коммерческая история требует того, чтобы вы сейчас с этим синглом где-то выступили на радио, о вас должны говорить, слышать. Но это определённый формат, и вы не можете сингл... Хотя были в своё время примеры, но это в 90-е годы, когда вообще всё было по-другому, и с коммерческой точки зрения, когда музыканты выпускали сингл или радио-сингл с несколькими песнями, специально радио-версию, где было три песни, и печатали диски. Но это тогда было возможно. У нас в Советском Союзе и книжки миллионными тиражами выходили, а сейчас те же авторы публикуются в тираж тысячу экземпляров, что уже считается огромным тиражом. Вот сколько у вас тираж?

Н. Резник

— Мы сейчас выпустили пробный тираж 200 экземпляров. Я думаю, что пока нам хватит. Кстати, что касается полезности этого, вообще нужности. Вспомнился еврейский анекдот: во-первых, это красиво.

А. Пичугин

— Это красиво.

Н. Резник

— Ты берёшь красивый альбом, открываешь, там внутри буклетик со всякими интересными штучками. В этом есть какая-то тактильная приятность просто. И потом, это в качестве сувенира очень хорошо. Ты приходишь на концерт к музыканту — не просто посмотрел концерт, но и ещё взял себе красивый альбомчик.

Р. Быстров

— Такой уровень взаимодействия более высокий.

Н. Резник

— Да-да-да. Опять же — поддержать музыкантов. Это же тоже важно — ты купил диск, таким образом показал обратную реакцию, что, да, ребята, мне нравится то, что вы делаете, я вас поддерживаю, даайте дальше идите.

А. Пичугин

— А вот то, что я плачу деньги за пользование разными сервисами музыкальными сейчас, какая-то копейка идёт вам как исполнителям?

Н. Резник

— Да, идёт.

А. Пичугин

— То есть таким образом это такая продажа альбомов в современных условиях, когда очень просто можно на этот сервис загрузить песню, вышедшую как сингл. И все будут говорить, что у группы «Кукушкин баритон» вышел сингл, и вот слушайте здесь, на этих сервисах современных, и для этого не нужно выпускать целый альбом с определённой концепцией. Но тут же контрвопрос: вы выпустили компакт-диск, а могли бы напечатать, например, тираж виниловых пластинок, для желающих слушать это всё альбомами. Я, правда, не знаю, сколько это всё стоит.

Н. Резник

— Как вы думаете, ребята, нужны нам виниловые пластинки, будем делать? (Смеётся.)

Р. Быстров

— Ежели надо... (Смеётся.)

А. Пичугин

— Нет, ну серьёзно. Вот вы, музыканты, в отличие от меня это оцениваете здраво. У меня только эмоции могут быть, я могу сказать: «Классно ребята, клёво! У меня есть, где послушать, хочу вашу пластинку! Давайте выпустите мне пластинок». А вы должны сейчас говорить: «Слушай, это дорого, это неликвидно, это, может быть, лет через 20».

Р. Быстров

— Всё так! (Смеётся.)

А. Пичугин

— Просто я тут прихожу на концерт своих знакомых — панков из конца 80-х, начала 90-х, которые примерно остались на уровне популярности того времени. Они в том формате и продолжают существовать, причём они уже профессионально играют, естественно, но это не какая-то массовая история. Я прихожу — у них их винил лежит. Да никогда в жизни бы этого не подумал — они до последнего на кассетах издавались. Компакт-диск в середине нулевых — это уже было: у них вышел компакт-диск! А теперь это уже и винил, и всё на свете, и пересведено, и даже местами кажется, что, может быть, и не стоило так делать.

Н. Резник

— Насчёт винила — я думаю, мы ещё пока подождём. Это всё-таки такая история, наверное, больше эстетская. Насчёт заработка: у нас всё-таки в стране ещё пока что культуры платить за музыку нет, не выработано.

А. Пичугин

— Нет. Вообще за контент платить любой — за книжки платить.

Н. Резник

— Да, но к книжкам хоть как-то привыкли. Опять же электронные книжки тоже не хотят покупать, скорее вот больше в магазин придут. Потому что опять же это вещь, ты взял купил, понял, что это ты купил. А тут скачал как бы — ну и скачал, никакого кайфа. (Смеётся.) Поэтому, конечно, мы призываем людей не бояться покупать. В этом есть какой-то внутренний страх. Не знаю, почему, на чём он основан, но почему-то считается, что купить музыку — это, может быть, тебя обманывают, может быть, она столько не стоит, ещё что-то. Сейчас, мне кажется, все переходят на продажу своей музыки через онлайн и так далее. Я честно скажу, что мы прошлый наш альбом выкладывали тоже на продажу на всякие цифровые площадки. Мы заработали, по-моему, 15 долларов, потому что народ обычно... Но мы выложили везде, то есть он был и для бесплатного прослушивания, какая-то часть альбома, и платно.

А. Пичугин

— Это стоковая история фотографий. Знаете, да, что это такое? Есть фото-стоки, фото-банки. Если вы информационное агентство или просто вы что-то оформляете, то идёте и покупаете. И все фотографы просто свои удачные работы выкладывают там — даже у меня что-то выложено там. У кого-то покупают много, у кого-то, дай Бог, в год купят одну работу, он заработает пару долларов. Но всё равно — это ваш интеллектуальный труд как-то оплачивается. Это здорово, я считаю. Это та цивилизованная форма, к которой хотелось бы прийти когда-то.

Н. Резник

— Конечно.

А. Пичугин

— Про сторонние проекты. Занимаетесь ли вы музыкой ещё где-то, помимо «Кукушкина баритона»?

Н. Резник

— Так, вот сейчас момент истины настал. (Смеётся.) Нужно признаваться: занимаетесь ли вы музыкой ещё где-то, помимо «Кукушкина баритона»?

Р. Быстров

— Сам с собою пока только.

А. Пичугин

— Хорошо, это же сольные какие-то проекты — ваша история. А что это такое?

Р. Быстров

— Своя музыка, которую доаранжировать ещё, то есть свои какие-то идеи, которые в таком ещё демо-виде.

А. Пичугин

— Но это какие-то гитарные форматы, да?

Р. Быстров

— Да.

А. Пичугин

— Кирилл, вы — нет?

К. Розанов

— Нет. Мне хватает «Кукушкина баритона» с запасом.

Н. Резник

— Я бы знала, если бы Кирилл занимался ещё каким-то посторонним делом, потому что он...

К. Розанов

— Это просто нереально, потому что ещё приходится заниматься ещё техническими вопросами и финансовыми — под завязку.

А. Пичугин

— Безусловно. И такой вопрос ещё с сессионными музыкантами. Мы об этом вкратце сказали где-то в середине программы, но на концертах вы видите возможность привлекать большое количество людей? И какие инструменты вы бы, если бы у вас была возможность, хотели бы слышать в «Кукушкином баритоне»? Не обязательно как членов группы, а как сессию какую-то?

К. Розанов

— Хотелось бы, конечно, клавиши и ещё гитару.

А. Пичугин

— А оригинальные инструменты, как у нас сейчас волынку, шарманку используют?

Р. Быстров

— Контрабас.

А. Пичугин

— Контрабас, кстати, круто, да. Но мне кажется, что контрабас не очень по концепции вписывается в вашу музыку, нет?

Р. Быстров

— Это должен быть такой — электронный контрабас.

Н. Резник

— Или мы концепцию поменяем под контрабас.

А. Пичугин

— А, может быть, вы и поменяете концепцию. Потому что уже эта музыка сильно изменилась, по сравнению с той музыкой, которую я слышал у вас раньше. Ну что ж, мы сейчас переходим к последней песне, которая завершит нашу программу. Спасибо вам большое, что пришли к нам сегодня. Давайте напомним, что... 4 декабря, да?

Н. Резник

— Да, 4 декабря мы планируем сыграть концерт в кафе «Сценарио» на Тверской улице. Это очень милое место, очень такое уютное, красивое.

А. Пичугин

— Я помню, что вы там часто играете.

Н. Резник

— Да, мы там постоянно присутствуем. Нам очень там нравится. Там очень хорошая команда работает, так что всё будет хорошо. И я думаю, что информация, конечно, будет в наших соцсетях, в наших группах в «ВКонтакте», в «Фейсбуке», в «Инстаграме» — следите и приходите.

А. Пичугин

— Мы будем завершать нашу программу песней «Добрый вечор». Её как бы нет, но она есть на альбоме «Земля-Небо». Она не указана в списке песен, но в буклетике, который прилагается к альбому... Альбом где, кстати, можно купить? Вот что я не спросил-то вас. Вот этот. Я понимаю, что можно зайти в платный музыкальный сервис, там послушать. Но его же можно физически приобрести.

Н. Резник

— Физически диск можно купить на наших концертах. Или, если вы очень хотите, можете написать нам в наших соцсетях сообщение, и мы вам его просто отправим на ваш адрес, с большой радостью это сделаем. А в электронном виде наш диск можно купить на всех цифровых площадках, которыми сейчас все пользуются.

А. Пичугин

— Итак, песня «Добрый вечор». Она есть на альбоме... да, Нина, наверное, сама лучше скажет.

Н. Резник

— Я бы хотела сказать по поводу этой песни. Если кто-то вдруг подумает, что это наша песня, то хотелось бы сказать, что эта песня, конечно, народная, это духовный стих. И мы, собственно, специально его не указали в списке песен на альбоме, сделали такой маленький подарок. Это такой секретный бонус-трек на нашем альбоме. Все, кто дослушают наш альбом до конца, услышат его как завершающую песню для всего альбома.

А. Пичугин

— И возможность есть у слушателей светлого радио. Я напомню, что сегодня в программе «Светлый вечер» была группа «Кукушкин баритон»: Нина Резник, вокалист, гитарист; Ростислав Быстров, гитарист: Кирилл Розанов, ударные. Это всё вместе группа «Кукушкин баритон». Спасибо вам большое. Приходите к нам почаще, а то в 17-м году пять раз, а в 20-м, по-моему, впервые. Прощаемся с вами: до новых встреч. «Добрый вечор» закрывает нашу программу. Всего доброго, будьте здоровы, до свидания.

(Звучит песня.)

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Дело дня
Дело дня
Каждый выпуск программы «Дело дня» — это новая история и просьба о помощи. Мы рассказываем о тех, кому можно помочь уже сегодня, и о том, как это сделать.
Мой Урал
Мой Урал
Сказки Бажова и строительство завода Уралмаш – все это об Уральской земле, богатой не только полезными ископаемыми, но и людьми, вчерашними и сегодняшними жителями Урала. Познакомьтесь ближе с этим замечательным краем в программе «Мой Урал».
Статус: Отверженные
Статус: Отверженные
Авторская программа Бориса Григорьевича Селленова, журналиста с большим жизненным опытом, создателя множества передач на радио и ТВ, основу который составляют впечатления от командировок в воспитательные колонии России. Программа призвана показать, что люди, оступившиеся, оказавшиеся в условиях заключения, не перестают быть людьми. Что единственное отношение, которое они заслуживают со стороны общества — не осуждение и ненависть, а сострадание и сопереживание, желание помочь. Это — своего рода «прививка от фарисейства», необходимая каждому из нас, считающих себя «лучшими» по сравнению с «падшими и отверженными».
Добрые истории
Добрые истории
В программе звучат живые истории о добрых делах и героических поступках, свидетелями которых стали наши собеседники.

Также рекомендуем