Сказания о Русской земле. Василий II и борьба за власть в Москве

Поделиться

Конечно, уже ни Тверской, ни Рязанский князья не могли и думать оспаривать старший великокняжеский стол у юного Московского князя. Но зато, тотчас же после смерти Василия Димитриевича, вспыхнула смута в среде самих Московских князей; она была первой и последней в потомстве Иоанна Калиты, но ознаменовалась жестокой борьбой и кровопролитием.
Дело заключалось в том, что у Василия Димитриевича оставались братья, из которых старший — Юрий Димитриевич Звенигородский, по всем обычаям старины, имел неоспоримое право на великокняжеский престол, а потому не хотел согласиться на передачу его своему десятилетнему племяннику, отказываясь вместе с тем признавать, что согласно воле отца его — Димитрия Донского, в Московском княжестве должен был утвердиться новый порядок престолонаследия от отца к сыну…

В ту же ночь как умер Василий, митрополит Фотий послал за Юрием звать его в Москву, присягать новому великому князю. Юрий отказался; однако, боясь принуждения, он не хотел даже оставаться поблизости от Москвы и бежал в отдаленный Галич, где стал собирать войска... По совету матери Василия Васильевича, дядей, и даже деда — Витовта Литовского, митрополит Фотий отправился в Галич уговаривать Юрия к вечному миру. Но несмотря на все усилия митрополита, Юрий не соглашался на вечный мир, и Фотий, разгневавшись, выехал обратно в Москву. Между тем, тотчас же после его отъезда, в Галиче открылся сильный мор. Тогда Юрий испугался; он вернул митрополита (после чего мор сразу же стих), и послал двух своих бояр для переговоров в Москву, где они и заключили мир на том условии, что вопрос, быть ли дяде или племяннику великим князем, должен решить хан Золотой Орды, для чего оба они отправятся к нему.

В Орде, ловким и красноречивым защитником прав Василия явился хитрый и изворотливый Московский боярин Иван Димитриевич Всеволжский. На ханском суде Юрий доказывал свои права на основании старых порядков и приводил в свидетельство летописи и криво толкуемое им завещание Донского. Боярин же Всеволжский обошел хана, польстив ему, что Юрий ищет великого княжения и доказывает на него свои права, а Московский князь Василий всецело уповает на ханскую милость, благодаря которой княжил его отец и он сам княжит уже семь лет. Эта лесть подействовала: хан дал ярлык Василию и даже хотел, чтобы дядя Юрий в знак подчинения вел бы коня под племянником; но Василий не желал напрасно унижать дядю и отказался от этого; боярину же Всеволжскому за оказанную услугу, он обещал жениться на его дочери.

Однако, по возвращении в Москву, великий князь, по настоянию своей матери Софии Витовтовны, которая никак не соглашалась на этот брак, женился на другой, а именно на внучке Владимира Андреевича Храброго — на княжне Марии Ярославне; тогда боярин Всеволжский. до глубины души оскорбленный этим, отъехал к Юрию в Галич. Вскоре затем, на свадьбе великого князя, София Витовтовна нанесла сильнейшую обиду и детям Юрия — Василию Косому и Димитрию Шемяке, снявши при всех с первого из них золотой пояс; об этом поясе один из старых бояр рассказал ей, что он был уворован еще у деда великого князя, у Димитрия Донского и, перейдя через несколько рук, попал к Василию Косому. Эта боярская сплетня и нанесенная Косому обида страшно возбудила Юрия и его сыновей против Василия, и дала повод к новой, неслыханной и жестокой усобице, которая тотчас же поднялась.

На радио «Вера» вы слушаете книгу Александра Дмитриевича Нечволодова «Сказания о Русской земле».

Скоро Василий Московский был на голову разбит дядей и захвачен им в плен (в апреле 1433 года), после чего Юрий въехал в Москву победителем, отпустив, по совету своего старого боярина Морозова, Василия с почетом и давши ему в удел Коломну.

Но едва Василий приехал в Коломну, как к нему со всех сторон стали стекаться князья, бояре, воеводы и слуги, отказываясь от службы Юрию.

Юрий … увидел себя в Москве оставленным почти всеми; тогда его два старших сына — Василий Косой и Димитрий Шемяка, люди коварные и жестокие с душою злодеев, а не князей, убили в сердцах боярина Морозова, уговорившего отца выпустить Василия. Затем, опасаясь отцовского гнева, они бежали из Москвы; Юрий же послал звать Василия обратно приехать на великое княжение, а сам уехал в Галич...

Юрий заключил с Василием договор, по которому признавал его старшим братом и отказывался за себя и за своего младшего сына, кроткого Димитрия Красного, — принимать Косого и Шемяку.
Скоро, однако, договор этот был нарушен Юрием же. Он простил своих старших сыновей, как только они успели разбить Московское войско близ Костромы, и вместе с ними двинулся с большою силою на великого князя Василия; последний встретил их в Ростовской области и опять потерпел сильнейшее поражение. Тогда Юрий снова занял Москву. Василий же Васильевич вынужден был уйти сперва в Новгород, а потом и в Нижний, откуда хотел отправиться даже в Орду, но узнал о смерти в Москве дяди Юрия. Смерть эта была совершенно неожиданна, и, конечно, всех чрезвычайно смутила.

Пользуясь этим смущением, старший сын Юрия — Василий Косой поспешил сам, уже безо всяких прав, сесть на освободившийся за смертью отца Московский великокняжеский стол. Однако, этого не захотели его родные братья — Димитрий Шемяка и Димитрий Красный, и сами призвали Василя Васильевича занять Москву, получив за это от него богатые уделы. Изгнанному же ими из столицы Василию Косому не оставалось ничего другого, как прибегнуть к самым отчаянным средствам, что он и поспешил сделать.

Успев собрать войско в Костроме, Косой встретился в 1435 году с великим князем Василием в Ярославской волости, где был разбит наголову; тогда он запросил мира, на что великий князь согласился, причем дал Косому в удел город Дмитров; прожив спокойно только один месяц в Дмитрове, Косой опять начал усобицу; при этом, не будучи в состоянии овладеть великокняжеской крепостью Гледеном в Устюжской волости, он взял ее обманом, и бессовестным образом убил Московского воеводу князя Оболенского, а также перевешал многих Устюжан. Затем Косой встретился с великим князем Василием в Ростовской области и хотел захватить его тоже обманом, заключивши перемирие. Но Василий Васильевич вовремя спохватился, причем Косой сам был взят в плен и отвезен в Москву. Вслед за тем пришло известие о разбойном захвате сторонниками Косого — Вятчанами — воевод великого князя.

Тогда, без сомнения, по приговору Московских бояр, решено было наказать Косого так, чтобы он не мог больше вредить, и его ослепили. Решившись на эту меру, обычную в Греции, но совершенно не в духе Русских людей, советники великого князя понимали, конечно, какой грех они берут на свою душу; но вместе с тем, они также отлично понимали, что за человек был Косой и что если он случайно одержит верх, то не помилует Василия Васильевича, а вместе с тем погубит и все дело Московских князей, вновь предав Русскую Землю всем ужасам безначалия и крамолы, и поставит ее на край гибели.