«Рождество Пресвятой Богородицы». Свящ. Максим Бражников

Нашим собеседником был пресс-секретарь Орской епархии, настоятель Казанского храма в городе Орске священник Максим Бражников.

Мы говорили об истории и значении праздника рождества Пресвятой Богородицы, об особенностях богослужения в этот день и о том, с чем связано особенное почитание Божией Матери в Православной Церкви.

Ведущий: Алексей Пичугин

---

А. Пичугин

— Здравствуйте, дорогие слушатели! «Светлый вечер» на Светлом радио. Меня зовут Алексей Пичугин, рад вас приветствовать. Сегодня мой собеседник — хорошо, я думаю, уже известный, знакомый нашим постоянным слушателям священник Максим Бражников, настоятель Казанского храма в городе Орске Оренбургской области, руководитель информационно-издательского отдела епархии, пресс-секретарь Орской епархии. Отец Максим, добрый вечер!

Священник М. Бражников

— Добрый вечер, Алексей!

А. Пичугин

— Мы сегодня будем говорить про Рождество Богородицы, замечательный праздник, такой хороший, осенний праздник — 21 сентября, день, когда, ну, такая вот все-таки начинается, наверное, календарная настоящая большая осень. Много храмов посвящено Рождеству Богородицы, так было испокон века. Но все равно вопросов относительно этого праздника достаточно много остается. Так, в частности, про Рождество Богородицы, про родителей Богородицы из привычных нам евангельских текстов мы ничего узнать не можем. Но, тем не менее, у нас есть целая традиция, целая история, которую люди воцерковленные прекрасно знают, — про Рождение Девы Марии, про ее детство. Но вот откуда мы это знаем, понятно не очень.

Священник М. Бражников

— Среди памятников первых христианской эпохи есть те, которые по разным причинам не вошли в новозаветный канон. Тем не менее, сведения, которые в них находятся, стали частью нашего церковного предания. И среди них такой памятник — это так называемое Протоевангелие Иакова, где и содержатся описания различных событий священной истории, в том числе посвященных Божьей Матери. И из Протоевангелия Иакова, насколько нам известно сейчас, взят этот сюжет о Рождестве Божьей Матери, о том, как ее родители были бесчадны, то есть у них не было детей, и Иоаким как мужчина, который в тогдашнем обществе воспринимался потенциально как будущий отец, будущий мессия, к сожалению, он по разным причинам не мог иметь детей и очень из-за этого скорбел. И, более того, само общество подвергало его различным насмешкам, видимо.

А. Пичугин

— Надо сказать, да, что это было время, когда в некоторых обществах бездетность порицалась. Она считалась чем-то греховным. Считалось, что, ну, или люди, которые не имеют детей, не имеют их по какому-то умыслу, или они не имеют их из-за какого-то проступка — Бог на них прогневался, в политеистичных обществах — боги прогневались. Но, тем не менее, тогда чайлд-фри, как бы мы сейчас сказали, не приветствовались.

Священник М. Бражников

— Да, конечно, и, тем более, в обществе иудейском. И, как известно из того же источника, ну, и как в священном предании этот момент сохраняется, сам Иаков с супругой — они вместе происходили из того самого колена, которое должно было дать миру Мессию. Соответственно, и внимание, я так понимаю, что к роду Давида, к колену, получается, из которого должен произойти Мессия, было очень пристальное. Соответственно, и если Иаков не мог иметь детей, как вот по тому же памятнику известно, над ним многие насмехались, издевались всячески — мол, «потому что ты, видимо, очень грешный, что из твоего колена даже Мессия произойти не может»... И вот после этого уже его утешает Господь, и дальше происходит известное событие — Рождество Божьей Матери, которое в наших священных текстах воспевается и дальше.

А. Пичугин

— Как вы думаете, почему и как вообще история детства Божьей Матери проходила из поколения в поколение I века и, в итоге, попала в этот протоевангельский текст?

Священник М. Бражников

— Ну, текст Протоевангелия Иакова, как сейчас принято его датировать, он написан во II веке, примерно после 160 года. И здесь, конечно же, сейчас отследить генезис очень сложно — то есть как его, кто его писал, и т.д. Но, скорее всего, эти все предания — они передавались уже из поколения в поколение. То есть это время-то достаточно недалекое от времени Рождества Спасителя, то есть это уже II век. Еще в это время живы те, кто получили свое, скажем так, разного рода откровение, предание то же самое, получили от учеников апостолов, от мужей апостольских и дальше. Соответственно, и все эти события — они вошли, конечно, туда. Возможно, там где-то и добавляются такие разные благочестивые добавки о ее детстве и т.д. Но как бы среди других апокрифических источников, которые мы на данный момент имеем, там было очень много Евангелий детства. То есть Евангелия детства Спасителя, некоторые — абсолютно фантастические, ну, можно сказать, богохульные даже.

А. Пичугин

— А почему ни одно из Евангелий детства не вошло в канонический сборник книг Нового Завета?

Священник М. Бражников

— Мне кажется, это связано с тем, что само по себе Евангелие — оно очень утилитарно по... ну, как, в принципе, вся Библия тоже — по своему... по своей керигме, которая в нее входит. То есть если посмотреть на тексты евангельские, то есть Четвероевангелие наше, там оно полностью посвящается жизни Иисуса.

А. Пичугин

— С определенного момента! Что важно — с определенного момента, когда Он выходит... Ну, если не считать, там, начального этапа, то, в общем-то, все рассказывается только после Его совершеннолетия, после того, как Он выходит на публичную проповедь.

Священник М. Бражников

— Да, то, что называется у нас в нашей библеистике, особенно в семинарском ее изводе, «годами общественного служения Спасителя». То есть три Его года жизни, когда Он говорит, когда выступает сначала в синагоге со Словом — вот это у нас поминалось 14 сентября, Евангелие об этом читается в День церковного новолетия. Поэтому все посвящено Его личности и Его проповеди в это время. А такие моменты, как вот какие-то черты характера Спасителя и прочее, они в Евангелии тоже есть, по ним можно составить портрет самого Христа, как это все было описано. Но, видимо, детство — оно, во-первых, не интересовало никого тогда, потому что в Евангелии это все не главное. Детство мало того, что не интересовало, во-вторых, я допускаю, что в то время это считалось, видимо, чем-то таким не очень важным. То есть ну зачем... кто будет читать Евангелие о детстве Иисуса, зачем оно нужно?

А. Пичугин

— Но, тем не менее, спустя уже сто лет, тексты о детстве начали появляться. Соответственно, видимо, с распространением христианства, с появлением большого количества христиан появился и запрос на знание о том, что же было и у Спасителя, и у Богородицы, и у Иоанна Крестителя в первые годы жизни.

Священник М. Бражников

— Да, это, скорее всего, интерес, а с другой стороны, это, может быть, уже такое даже творчество. Например, много Евангелий детства известно тоже — там, арабское Евангелие детства. Вот его датировку тоже сложно установить, найдено оно было в XVII веке, переведено. Есть также много других таких Евангелий. Известно от Фомы, самое известное, которое приписывается в начале своей атрибуции апостолу Фоме, ученику Иисуса, и т.д. То есть... Ну это абсолютно, можно сказать, такой фантастическо-богохульный цвет... ну, точнее, не цвет, а текст, где написано о том, что, например, дети играли в песочнице — ну, условно, не в песочнице, конечно, вместе они играли...

А. Пичугин

— О да, это известный сюжет очень.

Священник М. Бражников

— Да-да-да. И Иисус делает глиняных птиц, которых потом оживляет. Один мальчик разбрасывает воду, и Иисус его проклинает, и мальчик превращается в труп. Там, и другие есть еще, где Спаситель проклинает мальчика, который толкнул, при этом там так описано, что, мол, «Иисус ласково посмотрел на него, и мальчик умер».

А. Пичугин

— Самое... Да, если уж мы... Ну, сейчас я сразу скажу, что мы продолжим говорить про Рождество Богородицы, но мы затронули очень интересную тему — создание такого рода памятников. И это своеобразная рефлексия человека I — II веков, не очень хорошо понимающего суть евангельского учения, но, тем не менее, это отображение его понимания справедливости. То есть человек, наверное, может представить, автор этого текста может представить себе, что речь здесь идет об Иисусе, о богочеловеке, но когда он пропускает это учение через себя, он в какой-то мере, наверное, все-таки руководствуется своим представлением — не представлением, которое принес в мир Христос, а он руководствуется своим очень человеческим представлением о том, что такое хорошо, что такое плохо, о том, каким может быть воздаяние. Но это, мне кажется, конечно, тема для отдельного разговора, хотя и очень интересная.

Священник М. Бражников

— Да, конечно. Здесь я бы еще добавил, что это пропускается через призму собственного человеческого состояния духа. То есть я могу себе представить человека, который, вдохновившись христианством, будучи не лишенным различных дарований, в том числе поэтических, писательских, может взять и подумать, что он тоже может что-нибудь написать. Ну, и пишет это такие предания, своего рода, потом куда-то переходят они, или еще... Есть же вообще, кстати, среди этих новозаветных апокрифов очень интересные такие фрагменты папирусов — например, Евангелие о жребии Марии (это примерно V — VI века), которое представляет собой книгу для гадания, вот, ни больше и ни меньше. То есть там есть некий текст, который похож на священный, но там, если выполнить определенные манипуляции, то открыть текст, и на нем можно гадать. То есть, здесь что-то даже такое напоминающее Древний Китай, хотя это коптский язык, это у нас, пожалуйста, Египет.

А. Пичугин

— Ну, наверное, еще надо сказать про сам памятник Протоевангелия Иакова, да? И если кто-то там только что подключился... Мы напомним, что именно в этой книге, которая не вошла в канонический сборник новозаветных текстов, то есть в привычные нам синоптические Евангелия от Марка, от Иоанна, от Луки и от Матфея, именно там говорится о Рождестве Богородицы, это замечательный праздник (вот у нас уже совсем вот он, мы сегодня о нем и говорим). Протоевангелие Иакова — с ним, даже с его созданием, не очень понятно. II век, как уже отец Максим сказал. Там есть некоторая личностная отсылка. Айя Иаков, который написал этот рассказ в Иерусалиме во время смуты, скрывался в пустыне до тех пор, пока не умер Ирод и смута не стихла в Иерусалиме. На основании вот такого авторского ввода некоторые исследователи делали вывод, что это Евангелие написано сыном Иосифа, то есть...

Священник М. Бражников

— Да, братом Господним Иаковом.

А. Пичугин

— Ну да, Иаков — брат Господень, да? Сын Иосифа — земного так называемого мужа Марии, да? Сын Иосифа от предыдущего брака. Но более позднее время, когда уже стало возможным сравнивать тексты, стало возможным осознавать какую-то культурную идентичность автора, было понятно, что автор этого текста не очень хорошо представляет себе реалии, иудейские обычаи I века. Поэтому представляется, что Иаков — по крайней мере, тот Иаков — автором этого Протоевангелия быть не мог.

Я напомню, что сегодня мы беседуем со священником Максимом Бражниковым, пресс-секретарем Орской епархии, руководителем информационно-издательского отдела епархии, настоятелем Казанского храма в городе Орске. Отец Максим, ну интересно, что сам текст Протоевангелия от Иакова в V веке еще был запрещен. Сочинение было активно раскритиковано и попало в список запрещенных книг. Но, тем не менее, мы из него берем информацию о празднике, который нынче отмечаем, о Рождестве Богородицы. И почему, как вы считаете, именно это событие, так подробно там описанное, вошло вот уже в привычную нам, нашему сознанию вот эту память о празднике?

Священник М. Бражников

— Ну, здесь как можно сказать? Конечно же, сами люди, которые и писали и богослужения этого дня, сами составлявшие вот корпус весь наших песнопений праздника, они, конечно же, возможно, Протоевангелие Иакова не читали. Здесь нужно бы, конечно, хорошенько углубиться в саму литургику историческую. Я здесь вот умываю руки, я не могу сказать, кто писал богослужение, на основе чего брался текст его. Но там этих упоминаний не содержится, а там все тексты службы проникнуты другим смыслом — о том, что вот, «днесь иже на разумных Престолех почиваяй Бог», уготовляет Свой сосуд, через который потом войдет в этот мир. То есть, есть восхваление Божьей Матери, то, что она будет именно матерью Спасителя, и об этом, в основном, в песнопениях поется.

А. Пичугин

— Но это достаточно поздняя, кстати... Само богослужение, принятое нами сейчас, это его поздний извод, поскольку более ранний не сохранился. Там Роман Сладкопевец составлял кондак, но он сейчас не используется, и византийский император Лев VI. Но это все сейчас не используется, а используются достаточно поздние творения Андрея Критского, Иоанна Дамаскина, Иосифа Песнопевца и некоторых других еще гимнописцев Византийского периода.

Священник М. Бражников

— Да, и вот я как раз думаю, что в этой связи ведь апокрифы, которые когда-то тогда были, в начале христианства, то есть, там, от II века они там выходили, вплоть, наверное, до Х.

А. Пичугин

— Тропарь древний, потому что он у нас общий — у нас и у католиков.

Священник М. Бражников

— Да-да-да. То есть, есть некоторые общие моменты. Ну, и как бы все вот эти апокрифы, которые были, кроме тех, которые откровенно, скажем так, клеветнические или же магические по своему составу, они имели хождение в народе, их читали, естественно, составляли потом разные легенды от этого. Вот самый полный корпус, насколько мне память не изменяет, в России был издан в XIX веке. Одна женщина (я забыл, как ее звали, к сожалению), она была богатой такой достаточно купчихой, которая постаралась исполнить свой собственный обет и издать книгу о Богородице. Так она сейчас у нас тоже имеет хождение в наших иконных лавках, называется «Земная жизнь Богородицы». И там различные сказания из вот этих апокрифических источников — они объединены в одно. То есть как бы там вся жизнь Пресвятой Богородицы — она представляется от Рождества до Успения. И там эти тексты используются, конечно же. То есть это тот пример, когда в священное предание входят — не полностью, конечно, не полным текстом — различные сказания, не вошедшие в Писание, но, тем не менее, они признаются как бы за такое сказание, которое может раскрываться в литургике, и мы можем восстановить этот праздник, и о нем вспоминать, и молиться Божьей Матери.

А. Пичугин

— Я подумал, что мы с вами еще не поговорили о самом главном — об истории праздника. Вернее, не об истории праздника, а о Рождестве Богородицы.

Священник М. Бражников

— Угу.

А. Пичугин

— Как оно произошло? И какие события этому предшествовали и последовали?

Священник М. Бражников

— Здесь события — ну, можно сказать, они, в основном, укладываются в такую тоже канву... То есть, по тому же преданию Протоевангелия Иакова, отец Божьей Матери Иаков — он приходит в Церковь для того, чтобы принести свой дар к празднику, и в это время, когда он приходит к жертвеннику, над ним начинают все издеваться, и первосвященник даже сам отказывает в том, чтобы принять жертву у него, «так как ты не создал потомства Израилева, видимо, ты как бы проклят перед Богом, может быть, даже так». И после этого позора Иоаким в скорби удается для молитвы в пустыню, жена его остается дома в одиночестве. И в это время им происходит видение ангела, который возвещает, что «Господь внял твоей молитве — ты зачнешь и родишь, и о потомстве твоем будут говорить во всем мире». Далее они встречаются с Анной возле Золотых Ворот Иерусалима и обнимаются. Анна говорит ему, что «знаю теперь, что Господь меня благословил. Будучи вдовой, я теперь не вдова, будучи бесплодной, я теперь зачну». И Иоаким в тот день обрел покой в своем доме. Ну, и дальше уже прошли положенные месяцы, Анна на девятом месяце рожает, и супруги дают обет посвятить ребенка Богу. И, кстати говоря, вот здесь мы можем упомянуть, что вот таким вещам, как зачатие, например, Иоанна Крестителя и зачатие Праведной Анны, Божьей Матери, есть в нашем русском иконографическом каноне несколько таких древних образов, как это писать, эти события. Обычно и Захарий с Елисаветой — они стоят, обнявшись, вместе. И праведная Анна с Иоакимом тоже обнимаются. Вот здесь такое выражение христианской любви выражено очень целомудренно в святых иконах.

А. Пичугин

— Иконах, хотя это не самые популярные сюжеты, и есть, но очень мало... Я когда-то беседовал с человеком, который точно знал, сколько было, по статистике, храмов, посвященных зачатию Иоанна Крестителя. Сейчас я уже не вспомню, но их было немного. А храмов Зачатия Анны тоже немного. Самый известный — московский, старый, один из самых старых московских храмов, который находился (находится, слава Богу) на территории Китай-города, так называемый храм Зачатия Анны, Что В Углу.

Священник М. Бражников

— Да-да-да, Зачатьевский храм известный.

А. Пичугин

— Сейчас в парке «Зарядье». Если мы говорим о Рождестве Богородицы, то мы не можем не упомянуть, и об этом много говорится... Хотя когда мы начинаем полемику с католицизмом, мы, наверное, не очень хорошо себе представляем, что в католицизме понимается под непорочным зачатием, под догматом непогрешимости папы, под филиокве как таковыми, да? А многие наши слушатели, возможно, и вовсе не знают, что это такое, что все эти, там, малопонятные слова типа филиокве означают. Но существуют в католицизме догмат о непорочном зачатии, с которыми православные всегда спорят. И многие люди, даже не вдаваясь в суть того, что этот догмат значит, просто спорят, «поскольку у нас разная вера, разные учения», как они говорят. Но вот что такое догмат о непорочном зачатии?

Священник М. Бражников

— Да, это католический догмат, принятый на I Ватиканском соборе в XIX веке. Его провозгласил Папа Пий IX.

А. Пичугин

— Только лишь в XIX веке?

Священник М. Бражников

— В XIX веке он был провозглашен как таковой, но у него есть своя история. То есть, есть различные виды почитания непорочного зачатия так называемого, которые мы видим еще со Средних веков. То есть раннее, наиболее раннее свидетельство этой доктрины встречается у биографа святого Ансельма Кентерберийского. Однако оно, скажем так, является его частным мнением, довольно спорным. То есть, ну если мы возьмем в сухом остатке, о чем говорится здесь? Говорится о том, что Матерь Божия не унаследовала первородного греха, никакого пятна первородного греха, поскольку она должна была быть...

А. Пичугин

— А напомните, кстати, отец Максим, что такое первородный грех.

Священник М. Бражников

— Первородный грех — это понятие святоотеческое и догматическое, оно у нас имеет некоторую разницу в понимании его православными и католиками, но, в целом, оно означает и первый грех, который совершили в Эдеме Адам и Ева... Последствиями этого стали поврежденность природы человека, удобопреклонность его к злу, болезни и смерть, и т.д. То есть эта доктрина — она есть у нас в христианстве, есть различение — то есть в Православной церкви мы говорим о том, что человек не наследует как таковой первородный грех, он наследует его последствия. То есть это основывается на словах Послания апостола Павла к римлянам о том, что «единым человеком вошел в мир грех и грехом смерть». И дальше, получается, вот это является понятие первородным грехом, а дальше любые люди, которые являются потомками Адама, наследуют поврежденность человечества. То есть каждый человек автоматически является таким чадом греха, от которого его очищает крещение.

Здесь есть много разных... Вот я не буду вдаваться... Есть разных много споров на эту тему богословских, что есть первородный грех. Если разобрать само понятие греха, оно очень многозначное и связано с греческими терминами — там, «амартиа», например, это сам по себе грех, непослушание, поврежденность и т.п. Но для всех потомков Адама это является не личным грехом, а общим состоянием, то есть следствием которого является деформированная духовно-телесная сфера человека, если можно так сказать. То есть человек, рождаясь, он уже, скажем так, склонен к греху, нежели к добру. То есть и к тому, и к тому он склонен, но к греху — легче. И, скажем так, болезни и смерть тоже являются этим следствием. То есть но вины за это человек не несет как таковой. То есть это не понятие греха как вины.

Соответственно, идет речь о некоей нечистоте, и в Католической церкви, в которой считалось ранее, что любые люди через плотское зачатие, то есть через плотское совокупление как таковое, наследуют этот самый грех, считалось важным упомянуть о том, что Божья Матерь не наследовала первородного греха. Вот это, собственно, доктрина, которая была провозглашена на I Ватиканском соборе в 1854 году.

А. Пичугин

— В XIX веке, хотя до этого на протяжении многих столетий внутри Католической церкви шла непрекращающаяся, практически, дискуссия на эту тему.

Священник М. Бражников

— Да, дискуссия шла. Там, она началась с XV века, с запретов Папы Сикста IV обвинять друг друга в ереси, кто на эту тему разно мыслит. То есть были запрещения обсуждать все это.

А. Пичугин

— В чем главная, самая важная суть нашего несогласия? В чем наше видение Рождества Богородицы, и в чем наше видение вообще Богородицы?

Священник М. Бражников

— Если говорить о самом понятии непорочного зачатия — ну, начнем с этого, да? — в Православной церкви оно отвергается по одной причине — что Богородица и любые люди, кроме Христа, не считаются свободными от личных грехов на протяжении жизни, от грехов и ошибок. То, что любой человек грешит ежедневно в жизни земной, и Матерь Божия — здесь не имеются в виду ее какие-либо личные грехи тоже, но вот провозглашение этого католического догмата как бы ставит под вопрос, от кого тогда происходит Христос. Если мы говорим, по нашей, скажем так, всей догматике, что Спаситель унаследовал человеческую природу, поврежденную грехом, кроме личного греха, естественно, то есть и болезни, и естественное состояние человека после рождения... То есть, Он рождается от Божьей Матери, которая не имеет этого признака, — тогда ставится под вопрос весь догмат о спасении. Получается, догматика о спасении говорит о том, что Христос исправляет всю природу человеческую, и на Кресте Он ее исцеляет. Если же... Ну, как бы здесь уже древний принцип: что не воспринято, то не уврачовано. Соответственно, и как бы на эту тему тоже считается, что католический догмат о первородном грехе — он не является православным, как таковым. Хотя надо упомянуть, что в некоторых богослужебных текстах, особенно древних, встречались, однако, однозначно мариологические такие фразы. Например, «поем Святое Рождество Твое и чтим Непорочное Зачатие Твое, Невесто богозванная». То есть какие-то вещи проникали, видимо, и в богослужебные тексты тоже.

А. Пичугин

— И продолжают использоваться в наше время.

Священник М. Бражников

— Да. Ну, это другой вопрос, что мало кто сейчас занимается толкованием литургических текстов как таковых, поэтому многие просто этого момента не замечают.

А. Пичугин

— Я напомню, что мы сегодня беседуем со священником Максимом Бражниковым, пресс-секретарем Орской епархии, настоятелем Казанского храма в городе Орске Оренбургской области. Вернемся мы к нашему разговору через минуту. Я Алексей Пичугин, никуда не уходите.

Возвращаемся к нашему разговору на Светлом радио. Напомню, что мой собеседник сегодня — священник Максим Бражников, настоятель Казанского храма в городе Орске Оренбургской епархии, пресс-секретарь и руководитель информационно-издательского отдела Орской епархии. Мы сегодня говорим о Рождестве Богородицы, о том, кем была Богородица, и как мы воспринимаем ее в Церкви сейчас. Ведь интересно, отец Максим, что в первые века христианства почитание Богородицы не было таковым, каким оно стало впоследствии, уже начиная, там, века с IV, наверное, V.

Священник М. Бражников

— Да, можно сказать и так. То есть почитание Божьей Матери — оно к этому времени устанавливается. Конечно, оно и до этого было, просто было не сильно развито. Другой вопрос, что с момента, скажем так, бытия Церкви уже без гонений, более-менее спокойного, тогда начинают у нас вводиться в обиход и праздники различные. Например, Рождество Богородицы у нас установлено императором Маврикием (это примерно VI век). И, соответственно, другие праздники тоже вводятся, и начинает формироваться постепенно богословие Матери Божьей. Конечно же, в первую очередь, о ней говорится как о заступнице рода христианского, как о той, которая ввела в мир Спасителя. И с богословской точки зрения, естественно, много отсылок именно к тому, как, ну, или, скорее, не как, а вот какова ее роль как первой приближенной самой к Богу женщины, то есть Его матери, Царицы Небесной. Тогда это все это начинает говориться более открыто. Если до этого, скажем так, и новозаветный канон у нас складывался, формировался постепенно, постепенно складывалось и почитание потом уже, помимо Христа, и апостолов, и Божьей Матери тоже.

Надо сказать, что первые следы почитания Божьей Матери — это III век, это катакомбы, где находятся ее разные изображения и фрески. Ну, и немножко раньше даже находится фреска Божьей Матери с младенцем Иисусом (II век это примерно). Значит, такие свидетельства о ее почитании, как и о почитании других святых в то время, говорят о том, что оно было, можно сказать, изначально, но оформляться в праздничное оно уже пошло с IV века, особенно с момента появления города Константинополя, когда сам Константинополь в 330 году, если мне память не изменяет... Когда было освящение этого города, он был как раз посвящен Пресвятой Богородице и даже назывался «градом Богородицы». Вот. Ну, а дальше нам уже известно, что посвящение это отражалось в первом храме Святой Софии, где была изображена ее фреска.

А. Пичугин

— Да-да-да, это уже более поздний период. Интересно, что в России как в стране, где только в 50-е годы ХХ века сельское и городское население по численности сравнялись, а до этого было подавляющее большинство населения сельского, то есть людей, которые занимались крестьянским трудом, достаточно очевидно, что посвящение таким праздникам, как Рождество Богородицы, сельских церквей было очень распространенным, поскольку — мы об этом, по-моему, в наших программах говорили, а может быть, не говорили, но это факт — не было принято посвящать храмы в сельской местности тем праздникам, которые приходились на время полевых работ. Есть, безусловно, исключения — это Никольские храмы, без которых никуда. Есть Никола Зимний, есть Никола Летний. Это Троицкие храмы — этот праздник всегда будет приходиться на время полевых работ. Но очень много Богородице-Рождественских храмов. И я знаю во Владимирской области четыре, по-моему, или пять сел подряд, просто подряд, одно за другим, где все храмы, ну, вернее, по храму в каждом селе были все посвящены Рождеству Богородицы. И это такой очень хороший маркер того, что у нас действительно праздники, если это не было связано с работой полевой, которую просто так не бросишь, потому что она тебя кормит, отмечали, посвящали храмы тем праздникам, которые приходились на время завершения работ. Вот Рождество Богородицы 21 сентября по новому стилю, 8 сентября по старому стилю — как раз, безусловно, один из таких праздников. Поэтому для России это, ну, можно сказать, день особенный.

Священник М. Бражников

— Да, я, кстати, хотел бы вот тоже задать вопрос. Я помню, что в церковном музее, который находится в храме Преподобного Сергия Радонежского в Крапивниках, там экспонируется такой старый народный календарь, составленный в советское время. Ну, как тогда делали — брали какие-нибудь иконы, картины и подписывали к ним даты двунадесятых праздников. Так вот 21 сентября там упоминается, написано не «Рождество Богородицы», а написано «Аспос». Вот это что? Я вот не помню, к сожалению.

А. Пичугин

— А я тоже не помню, что такое «Аспос». Но я помню, что там среди прочих экспонатов... Мы слушателям нашим напомним, что у нас, у радио «Вера», есть целый совместный проект с музеем «Советский Союз. Вера и люди», который находится неподалеку от храма Преподобного Сергия Радонежского в Крапивниках, и в рамках этого проекта, который у нас возобновляется с октября месяца (сейчас был такой небольшой перерыв, мы уходили на летние каникулы), и с октября мы продолжим программы, где с Ксенией Толоконниковой, директором этого музея мы приглашаем в студию людей, приглашаем к разговору людей, которые связаны с историей Церкви в советский период, после Второй мировой войны, Великой Отечественной, которые были непосредственными свидетелями жизни Церкви в советское время. И вот это как раз то, о чем говорит отец Максим. Вот экспонат, о котором вы говорите, это, по-моему, церковный календарь, где некая женщина (судя по всему, женщина) записывала даты и храмы в Москве, куда, к какой иконе на какой праздник и в какую дату надо идти. Там адреса храмов и краткая аннотация, кто, где, как, когда.

Священник М. Бражников

— Очень интересный памятник, кстати, так...

А. Пичугин

— Очень трогательный. А тут еще надо сказать нашим слушателям, что отец Максим в Орске проводит похожую работу — небольшой музей есть у него при Казанском храме. А есть какие-то похожие экспонаты у вас?

Священник М. Бражников

— У нас сейчас, скорее, мы собираем то, что люди приносят. Это, в основном, небольшие иконы. Порой попадаются интересные такие тетрадки, в которых люди писали какие-нибудь явления им, там, видения, описания разных чудес или еще чего-либо в этом роде. Но вот календарей у нас, к сожалению, нет, есть много фотографий священнослужителей и богослужений вот примерно хрущевского и начала брежневского времени. Там разные традиции такие я видел, на этих фото отраженные. Вот есть одно фото послевоенное, 1948 года, где совершается Крестный ход с местночтимой иконой Божьей Матери Табынской, и саму икону украшают березовые и вязовые ветви, очень много их там с листьями, и людей кропили вместо кропила вот таким «веником», что ли, если можно так назвать, составленным из веточек этих деревьев. Так непривычно немножко кажется, как будто бы Троица, то есть праздник Троицы, но Табынская Божья Матерь отмечается в 9-ю пятницу по Пасхе.

А. Пичугин

— А в Орске есть какие-то, ну, и вообще на Южном Урале, в Оренбургской области, свои местные традиции отмечания богородичных праздников? Все-таки богородичные праздники — это действительно для России событие очень важное в церковной жизни.

Священник М. Бражников

— У нас очень много храмов Покрова Божьей Матери в самом городе Орске имеется.

А. Пичугин

— Ну, как и везде!

Священник М. Бражников

— Да-да, в самом городе Орске имеются два Покровских храма. Один — это бывший женский монастырь, который был основан в начале ХХ и закрыт в середине ХХ века. В 90-е годы он восстановился. А вот в 40 — 50-е годы и сейчас начал действовать Покровский молитвенный дом, нынешнее архиерейское подворье. Это был тогда единственный храм на Восточное Оренбуржье, помимо Медногорского Никольского Молитвенного дома. То есть, их было, получается, два. Ну, как бы город Орск находится подальше от Медногорска, и прихожанами его были жители и Орска, и Гайского района, Кваркенского, Адамовского, Новоорского. То есть это такие места, где живут сейчас потомки целинников, то есть людей, которые поднимали здесь целину, переезжали сюда массово, осваивали эти поля, эти места. Также можно сказать то, что сейчас, поскольку у нас культура такая сельская посевная — она угасла, это все-таки больше городские поселения, ну, у нас, можно сказать, из таких традиций можно отметить, что к осени заканчиваются работы у людей в садах-огородах. То есть это у нас все-таки... Наши прихожане — это, в основном, пожилые люди. И вот заканчиваются у них работы как раз примерно к середине — к концу сентября. Они снова возвращаются в воскресные дни в храмы, посещают их. Так что да, к Празднику Рождества Богородицы люди, можно сказать, возвращаются в церкви.

Среди других традиций таких... Да, я уже отмечал праздник Табынской иконы Божьей Матери — это девятая пятница по Пасхе. Икона очень интересная, она почитается на Южном Урале, в Башкирии, везде проходят Крестные ходы. Самое ее явление было в селе Табынск — это ныне Башкортостан, получается, Стерлитамакский район. Там есть монастырь, посвященный этой иконе, много целебных источников, и также каждую девятую пятницу по Пасхе проводятся многолюдные Крестные ходы. У нас один такой Крестный ход отправлялся постоянно из города Орска в Гай, потом из Гая в поселок Херсон (это такой хутор небольшой). И вот пешим ходом проходили около 70 километров. В этом году у нас Крестного хода из-за коронавирусной эпидемии не было, конечно же, но, думаю, скоро он будет возобновлен. И по самим городам тоже, и по поселкам люди ходили в эти дни. Это такой нас местночтимый праздник, посвященный Матери Божьей.

А. Пичугин

— А почему, как, опять же, вы думаете, наверное, нет какого-то конкретного ответа на этот вопрос — почему почитание Богородицы приобрело в христианстве такую силу? Почему, если мы приедем в католические страны, то мы даже, скорее, чаще увидим где-то на перекрестках, на обочинах дорог статуи с Девой Марией? Почему если мы придем в православный храм у нас, то первое, что мы увидим, и это будет наиболее украшенная икона, это будет икона, у которой стоит больше всего свечей, это будет икона, у которой стоит больше всего народа, это будет именно богородичная икона? Вот не Спаситель, не Иисус Христос, не какие-то другие святые, а вот именно Богородица.

Священник М. Бражников

— Я думаю, что это связано и с таким сознанием у человека, что ему нужен всегда заступник перед Богом. То есть молитвенник перед Богом — человек, который сам созерцает сейчас Господа и находится рядом с ним. И сами наши песнопения постоянно говорят о том, что Матерь Божия является выше всех людей, выше ангелов, «честнейшая Херувим и славнейшая без сравнения Серафим». И, соответственно, люди сами стремятся прибегать к ней как к заступнице всех людей. А особенно, учитывая, что у нас в наших храмах всегда... ну, христианство всегда в последнее время больше женщин, чем мужчин, и они, как люди, которые... им знакомо материнство, им знакома беременность, им знакомо таинство рождения детей, воспитание их. Поэтому, естественно, они сами к ней прибегают постоянно. Ну, и считается ведь у нас, что Матерь Божия человеку, который умирает, она явится его заступницей при его смерти. Соответственно, да, и вот к ней, как именно заступнице, то есть человеку, особо близкому к Богу, все люди прибегают, и даже порой некоторые такие божественные, что ли, у нас функции ей воздаются. То есть мы никогда не говорим: «Пресвятая Богородица, моли Бога о нас!» Мы говорим: «Спаси нас!», то есть вот так.

А. Пичугин

— Кстати, на эту тему тоже в православии уже даже есть дискуссия о том, что это не совсем правильный вариант, потому что спасает только Бог.

Священник М. Бражников

— Да, спасает только Бог, но здесь такая молитва, скорее — она относится именно к ее заступлению перед Богом. То есть к самому высшему такому, самой высшей форме заступничества — то, что она своей молитвой спасает человека. Понятное дело, что спасает через и всех святых, через Матерь Божию спасает Господь, и здесь как бы никакого богословского развития это не получает, но это, скорее, как форма обращения такая уже.

А. Пичугин

— Я напомню, что мы сегодня беседуем со священником Максимом Бражниковым, пресс-секретарем Орской епархии и настоятелем Казанского храма в городе Орске. В городе Орске Оренбургской области. У вас храм, кстати, тоже богородичный, посвященный самому, наверное, известному в России... Наравне, там, вот Казанский и Владимирский образа Божьей Матери, которые наиболее почитаемы у нас в стране. Вот, в связи с этим, есть ли у вас какие-то особые традиции на приходе, связанные с почитанием Богородицы?

Священник М. Бражников

— Да, у нас два престольных праздника, конечно же — то есть Летняя и Осенняя Казанская (это 21 июля и 4 ноября). Традиции у нас сейчас немножко смешанные с сербскими, которые мы тоже здесь практикуем, по мере возможности. То есть мы планируем построить новый храм, и один из приделов храма будет посвящен святым новомученикам Ясеновацким...

А. Пичугин

— Ну, и о которых вы можете найти несколько программ, выходивших у нас на радио, где мы с отцом Максимом рассказываем про новомучеников из концлагеря Ясеновац, пострадавших в годы Второй мировой войны на территории бывшей Югославии.

Священник М. Бражников

— Да. И вот, как бы и поскольку мы все-таки служим и сербским святым, мы решили ввести чины Крестной славы, которые совершаются обычно в Сербии во дни престольных праздников и в дни славы человека, то есть когда он отмечает память святого, которому посвящен его род. Есть личная слава, есть храмовая слава. Вот мы тоже ввели традицию храмовой славы, во время которой мы после традиционного Крестного хода совершаем чин резания Славского калача. Помимо этого, у нас давнее, скажем так, такое желание построить новый храм, поскольку наша церковь находится все-таки уже 17 лет как во временном помещении. То есть нет пока ничего более постоянного, чем временное, как известно, но мы все-таки надеемся уже с Божьей помощью поскорее начать строительство. И давно еще, при нашем первом настоятеле возникла традиция совершать большой Крестный ход от нашего храма до места — так называемые Кумакские высоты, где во время боев за Орск между красными и белыми были самые кровопролитные сражения, и там установлен был в 2001 году памятник такой, что ли — часовенка небольшая В Честь Российских Святых, так и называется. И традиция еще изначала была совершать Крестный ход до этого места, молиться там, потом возвращаться назад, в храм. То есть такое, своего рода, кольцо по району, в котором находится церковь, совершали. Сейчас мы немножко эту традицию изменили — мы или же, если позволяют погодные условия, совершаем это только летом, после литургии. Там же мы совершаем чин резания калача. Иногда, поскольку часто бывает так, что Крестный ход должны сопровождать сотрудники общественной безопасности, иногда не всегда получается вовремя договориться, и мы совершаем это богослужение, вот этот Крестный ход на Память царственных страстотерпцев. Бывает у нас ночная служба в этот день, мы ходим Крестным ходом туда. Ну, и, таким образом, мы надеемся, что здесь, на этом месте, рядом мы построим наш новый храм. А дальше, какие уже у нас там традиции установятся, мы будем смотреть.

А. Пичугин

— А храмы, посвященные Рождеству Богородицы, у вас в епархии есть?

Священник М. Бражников

— Храмов, посвященных конкретно Рождеству Богородицы, у нас в епархии нет, поскольку Восточное Оренбуржье, как таковое... Храмов было раньше очень много, и, насколько я знаю, Богородице-Рождественского храма не было ни одного. Но все они сейчас уничтожены, и от некоторых только остались вот даже следы, может быть, от фундамента или камни. Но в самой Оренбургской области такие храмы есть в Оренбургской и Бузулукской епархиях. Это, в основном, тоже сельские церкви.

А. Пичугин

— Отец Максим, возвращаясь к нашей основной теме — все-таки, празднику Рождества Богородицы, — в богослужении какие особенности можно отметить?

Священник М. Бражников

— Ну, в богослужении мы можем отметить, что оно абсолютно такое же по характеру, как и праздники другие. То есть там на всенощном бдении у нас устав традиционный — с литией, с особым величанием. Это осталось у нас в русской традиции, в греческом богослужении полиелейное величание сейчас не используется, то есть когда посреди храма три помазания у нас поется: «Величается Пресвятая Дева» и «Чтим святых Твоих родителей», «Всеславное славим Рождество Твое». Очень много отсылок в текстах богослужения о том, что Иоаким и Анна, и среди них Адам и Ева, через Рождество Божьей Матери освобождаются от поношения смерти, от смертной тли. И как бы все это переносится на потомков Адама и Евы — что все они молятся также в благодарность о том, что они избавились вины прегрешений по-церковнославянски, то есть от тяготы греха, от этого. То есть это начало Церковного года, первый двунадесятый праздник Церковного года. Соответственно, он начинается как бы с воспоминания о Рождении той, которая даровала миру Христа.

А. Пичугин

— А вот правда ли, что если человек хочет понять богослужение как таковое, вот он приходит на литургию, в литургии, которая служится в день праздника — не важно, какого, это воскресный ли день, или это какой-то большой церковный праздник, или вообще любой день года, на литургии есть несколько моментов изменяемых, куда вставляются упоминания о празднике, а вот если человек хочет прочувствовать, как богослужение представляет праздник или день целиком, то это нужно прийти на Всенощное бдение?

Священник М. Бражников

— Ну вообще, да. То есть сама гимнография праздников любых — она отражается на богослужении накануне. То есть это Всенощное бдение, стихиры, которые идут на вечерне, на «Господи, воззвах», на стиховных, на литии. Те же самые каноны, кондак, тоже стихиры, которые идут на утрени, величания, различного, там, рода ексапостиларии и т.д. Да, это моя мечта, кстати, такая большая — о том, чтобы люди понимали богослужения именно через вот эти службы. Но для этого, мне кажется, надо все-таки некоторые традиции древние возродить. То есть если мы посмотрим у Михаила Скублановича, литургиста, профессора литургики Киевской Академии конца XIX века, мы увидим там у него упоминание, как они со студентами Академии пытались реконструировать полностью Всенощное бдение.

А. Пичугин

— Да, это очень интересно. Это прямо такое захватывающее чтение.

Священник М. Бражников

— Да-да-да. Как они произносили читком 50-й псалом, скороговоркой, всем хором, как полагается, как они исполняли песнопения посреди храма, как там отличалось помазание, которое было не похоже на наше. Там и Царские Врата были закрыты во время полиелея, и священник, который служил, он стоял все время или перед иконостасом, или перед престолом. То есть очень было такое... сложное... Но сама служба была очень педагогична. Я бы хотел тоже, чтобы, например... Я видел это в хороших храмах, там, где это позволяет, где, допустим, канон читается двумя чтецами, пение происходит антифонное, там, где, например, ексапостиларий праздника исполняется посреди храма чтецом или певчим.

А. Пичугин

— Ну вот можем тех, кто интересуется, адресовать все в тот же храм Сергия Радонежского в Крапивниках, где есть традиция один раз в год на Крестопоклонной неделе служить Великим постом вот такую Всенощную полного чина, которую практически нигде не служат, и она идет всю ночь.

Священник М. Бражников

— Да, всю ночь. И ведь что интересно — мы вот часто говорим о том, что у нас не все богослужебные книги используются в богослужениях. То есть, например, Апокалипсис — он нигде не читается, а там он положен на уставном чтении и прочитывается весь, полностью. Также можно упомянуть и Великий пост — часто таким хорошим педагогическим чтением являются так называемый синаксари. То есть это краткие рассказы о смысле праздника с некоторым поучением, которые читаются после 6-й Песни. Они находятся в Постной и Цветной триодях. Они неплохо раскрывают смысл. Если их, конечно, переводить на русский, а не по-церковнославянски читать, тут не все поймут, рассказывают смысл праздника, некоторые исторические аспекты. Ну вот что касается, к примеру, синаксаря на торжество православия — там, очень, скажем так, экспрессивно и даже с юмором описываются некоторые моменты из истории почитания иконы и истории иконоборчества, в том числе. То есть педагогика богослужения — она как бы должна все-таки иметь визуальный характер. Люди у нас сейчас, особенно в наше время, они любят, когда им что-то именно показывают как бы. То есть чтобы человек видел, о чем говорится. И вот если в служении, если храм позволяет такие моменты возрождать как-то, то, естественно, и интерес к празднику подогревается сам по себе, и педагогика его, ну, более раскрыта, что ли.

А. Пичугин

— Спасибо, отец Максим, за этот разговор. Я напомню, что сегодня мы говорили о празднике Рождества Богородицы. Священник Максим Бражников, пресс-секретарь Орской епархии, руководитель информационно-издательского отдела епархии, настоятель Казанского храма в городе Орске был с нами. Спасибо, отец Максим, за интересную беседу. Я Алексей Пичугин, мы прощаемся с вами, всего доброго!

Священник М. Бражников

— Спасибо и с праздником Рождества Божьей Матери!