Поделиться
Здравствуйте! С вами епископ Переславский и Угличский Феоктист.
К страданию праведников можно относиться по-разному. Можно, к примеру, пытаться эти страдания каким-то образом объяснить и примирить с милосердием Божиим. Можно также сказать, что любой человек, даже самый праведный, всё равно в чём-то грешен, а потому страдания — это прижизненное искупление грехов. А ещё можно сослаться на более печальные примеры и решить, что всё в жизни относительно, в том числе и страдания. Однако Священное Писание нам предлагает совсем иной взгляд на переживаемые человеком беды. Выражено отношение Писания к страданиям в том числе и в звучащем сегодня во время богослужения в православных храмах 17-м псалме. Давайте послушаем первую честь этого довольно пространного духовного гимна.
Псалом 17.
1 Начальнику хора. Раба Господня Давида, который произнес слова песни сей к Господу, когда Господь избавил его от рук всех врагов его и от руки Саула. И он сказал:
2 Возлюблю тебя, Господи, крепость моя!
3 Господь — твердыня моя и прибежище моё, Избавитель мой, Бог мой, — скала моя; на Него я уповаю; щит мой, рог спасения моего и убежище моё.
4 Призову достопоклоняемого Господа и от врагов моих спасусь.
5 Объяли меня муки смертные, и потоки беззакония устрашили меня;
6 Цепи ада облегли меня, и сети смерти опутали меня.
7 В тесноте моей я призвал Господа и к Богу моему воззвал. И Он услышал от святого чертога Своего голос мой, и вопль мой дошёл до слуха Его.
8 Потряслась и всколебалась земля, дрогнули и подвиглись основания гор, ибо разгневался Бог;
9 Поднялся дым от гнева Его и из уст Его огонь поядающий; горячие Угли сыпались от Него.
10 Наклонил Он небеса и сошёл, — и мрак под ногами Его.
11 И воссел на Херувимов и полетел, и понёсся на крыльях ветра.
12 И мрак сделал покровом Своим, сению вокруг Себя мрак вод, облаков воздушных.
13 От блистания пред Ним бежали облака Его, град и Угли огненные.
14 Возгремел на небесах Господь, и Всевышний дал глас Свой, град и Угли огненные.
15 Пустил стрелы Свои и рассеял их, множество молний, и рассыпал их.
16 И явились источники вод, и открылись основания вселенной от грозного гласа Твоего, Господи, от дуновения духа гнева Твоего.
17 Он простёр руку с высоты и взял меня, и извлёк меня из вод многих;
18 Избавил меня от врага моего сильного и от ненавидящих меня, которые были сильнее меня.
19 Они восстали на меня в день бедствия моего, но Господь был мне опорою.
20 Он вывел меня на пространное место и избавил меня, ибо Он благоволит ко мне.
21 Воздал мне Господь по правде моей, по чистоте рук моих вознаградил меня,
22 Ибо я хранил пути Господни и не был нечестивым пред Богом моим;
23 Ибо все заповеди Его предо мною, и от уставов Его я не отступал.
24 Я был непорочен пред Ним и остерегался, чтобы не согрешить мне;
25 И воздал мне Господь по правде моей, по чистоте рук моих пред очами Его.
26 С милостивым Ты поступаешь милостиво, с мужем искренним — искренно,
27 С чистым — чисто, а с лукавым — по лукавству его,
28 Ибо Ты людей угнетённых спасаешь, а очи надменные унижаешь.
29 Ты возжигаешь светильник мой, Господи; Бог мой просвещает тьму мою.
30 С Тобою я поражаю войско, с Богом моим восхожу на стену.
31 Бог! — Непорочен путь Его, чисто слово Господа; щит Он для всех, уповающих на Него.
32 Ибо кто Бог, кроме Господа, и кто защита, кроме Бога нашего?
33 Бог препоясывает меня силою и устрояет мне верный путь;
34 Делает ноги мои, как оленьи, и на высотах моих поставляет меня;
35 Научает руки мои брани, и мышцы мои сокрушают медный лук.
36 Ты дал мне щит спасения Твоего, и десница Твоя поддерживает меня, и милость Твоя возвеличивает меня.
37 Ты расширяешь шаг мой подо мною, и не колеблются ноги мои.
38 Я преследую врагов моих и настигаю их, и не возвращаюсь, доколе не истреблю их;
39 Поражаю их, и они не могут встать, падают под ноги мои,
40 Ибо Ты препоясал меня силою для войны и низложил под ноги мои восставших на меня;
41 Ты обратил ко мне тыл врагов моих, и я истребляю ненавидящих меня:
42 Они вопиют, но нет спасающего; ко Господу, — но Он не внемлет им;
43 Я рассеваю их, как прах пред лицом ветра, как уличную грязь попираю их.
44 Ты избавил меня от мятежа народа, поставил меня главою иноплеменников; народ, которого я не знал, служит мне;
45 По одному слуху о мне повинуются мне; иноплеменники ласкательствуют предо мною;
46 Иноплеменники бледнеют и трепещут в укреплениях своих.
47 Жив Господь и благословен защитник мой! Да будет превознесён Бог спасения моего,
48 Бог, мстящий за меня и покоряющий мне народы,
49 И избавляющий меня от врагов моих! Ты вознёс меня над восстающими против меня и от человека жестокого избавил меня.
50 За то буду славить Тебя, Господи, между иноплеменниками и буду петь имени Твоему,
51 Величественно спасающий царя и творящий милость помазаннику Твоему Давиду и потомству его во веки.
В самом начале прозвучавшего только что отрывка 17-го псалма его автор царь Давид исповедует пред Господом свою преданность Богу. Так, царь начинает псалом с утверждения о любви к Богу, а далее он говорит о том, что Господь — его твердыня, прибежище, скала, щит, гора и убежище. Если попытаться переложить мысль Давида с поэтического языка на язык богословия, то мы увидим здесь исповедание всемогущества Божия, и, что крайне важно, веры праведника в Божие всемогущество. Праведник уверен, что Бог его защитит.
Но дальше мы видим нечто странное, то, чего не должно быть: «Объяли меня муки смертные, и потоки беззакония устрашили меня; цепи ада облегли меня, и сети смерти опутали меня» (Пс. 17:5–6). Давид не называет причину такого своего состояния, он никак не объясняет происходящее с ним. Да, дальнейшее повествование 17-го псалма даёт нам основания думать, что всему виной враги Давида, и, действительно, в жизни царя было немало тяжёлых и опасных ситуаций из-за его врагов.
Если же сконцентрировать наше внимание на резком переходе от исповедания веры во всемогущество Бога к переживанию мук праведником, а также на дальнейшем рассказе о вмешательстве Бога в историю, то получится очень любопытная картина.
Отсутствие объяснений причин страдания праведника — это не упущение псалма, это признание того факта, что далеко не всякое страдание можно рационально объяснить, ведь не каждое страдание можно втиснуть в привычную и понятную схему «воздаяния за грех». Страдание, тем более страдание праведника, — это аномалия, она необъяснима общими законами бытия, и это понятно: законы бытия были созданы до грехопадения Адама и Евы, а страдания — это следствие грехопадения, они аномальны точно так же, как аномален сам грех.
Увы, но нет иного пути избавления от страданий, кроме прямого и непосредственного вмешательства Бога. Некоторые исследователи Псалтыри видят в прозвучавшем сегодня псалме эсхатологические предчувствия Давида, и, как кажется, это вполне справедливо: невозможно не заметить содержательное сходство слов Давида с пророческими речами Христа, в обоих случаях мы слышим о схождении Бога на землю во славе, и в обоих случаях возвещается конечная победа Бога над теми врагами, которых сам человек победить не в состоянии — над грехом и смертью. Вместе с этим Давид сообщает и ещё одну важную истину: победа Бога принесёт пользу лишь тем, кто был Ему верен, кто видел своё прибежище в Боге и не отступал от Него. В псалме эта мысль выражена такими словами: «Они восстали на меня в день бедствия моего, но Господь был мне опорою» (Пс. 17:19).
Мы не всегда способны понять Бога, но мы всегда должны видеть свою опору и прибежище в Нём, именно этому учит нас сегодня царь, пророк и псалмопевец Давид.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
Александр Новоскольцев «Иаков узнаёт одежды Иосифа»
Поделиться
— Саша, у меня все готово, прошу к столу! Не скучал, пока я хлопотал на кухне?
— Нет, Андрей, я художественный альбом листал. Взгляни, какая картина интересная — «Иаков узнаёт одежды Иосифа», автор Александр Новоскольцев. Яркое, динамичное полотно. Жалко, я не понимаю его содержания — пробелы в образовании. Обидно!
— Ну, эта беда поправима. Своё произведение Александр Новоскольцев написал в 1880 году по сюжету из Ветхого Завета. Картина внушительных размеров — сто восемьдесят сантиметров в высоту, два с лишним метра в ширину. Когда видишь её вживую в Нижегородском художественном музее, то кажется, становишься участником библейских событий.
— Так что же это за события? Что за люди представлены на полотне?
— Главный герой здесь — праведный Иаков, внук пророка Авраама и сын Исаака. Вот он, седовласый старец, восседающий в шатре на ложе со скорбно поднятыми руками.
— И о чём он скорбит?
— Об утрате любимого ребёнка. У Иакова было двенадцать сыновей, но особенно он был привязан к Иосифу — простодушному, чистосердечному, кроткому. В Священном писании он именуется Прекрасным. Старшие братья ревновали отца к этому отроку. И чтобы выместить злобу, продали Иосифа в рабство в Египет. Иакову же сказали, что юношу растерзали дикие звери. Именно этот момент мы видим на картине.
— То есть, три статных мужчины, которые взирают на старца — это его сыновья, продавшие брата?
— Так и есть. Один из них протягивает отцу одежды Иосифа. Их белый цвет символизирует душевную чистоту пострадавшего юноши. Ткань сыновья Иакова оросили кровью ягнёнка, чтобы обман выглядел правдоподобным. Видишь красные пятна?
— Да, вижу. Получается, что картина «Иаков узнает одежды Иосифа» — о зависти, предательстве и жестокости?
— Не только, ведь у этой истории есть продолжение. И Александр Новоскольцев указывает на это в своей работе. Сверху над героями картины нависает край шатра. Тебе он ничего не напоминает?
— Похоже на занавес в театре.
— Браво! Сейчас он опустится, а затем последует новое действие. Важное. Главное.
— Какое же?
— Иосиф не только выжил в египетском плену, но и стал сановником, приближённым к фараону. Спустя много лет на той земле, где жил Иаков, наступил голод, его сыновья отправились за продовольствием в процветающий Египет. И предстали перед Иосифом просителями, не узнав его!
— А он их узнал?
— Узнал, и простил, и спас свою семью от голода. Иаков переселился в Египет. И руки старца, которые мы видим горестно воздетыми, опустились на плечи любимому сыну.
— Так вот о чём рассказывает картина Александра Новоскольцева «Иаков узнает одежды Иосифа» — о милосердии и прощении.
— О том, чему учит христианство. Недаром Иосифа Прекрасного называют прообразом Христа.
Картину Александра Новоскольцева «Иаков узнаёт одежды Иосифа» можно увидеть в Нижегородском государственном художественном музее.
Все выпуски программы Краски России:
Преподобный Паисий (Величковский). «Крины сельные, или Цветы прекрасные, собранные вкратце от Божественного Писания»
Поделиться
В библиотеке русского Свято-Ильинского скита на Афоне хранится рукопись с любопытной историей. В 20-е годы ХХ столетия её привёз на Святую Гору некий монах Софроний из румынского Нямецкого монастыря. Монах утверждал, что автор документа — преподобный старец Паисий (Величковский), который в конце 18 века был игуменом Нямецкой обители. Старинную рукопись монах Софроний получил от духовных чад старца. И принёс её в дар афонскому скиту, где когда-то, в молодые годы, принял постриг и подвизался сам преподобный старец Паисий. Текст, написанный по-церковнославянски, назывался «Крины сельные, или Цветы прекрасные, собранные вкратце от Божественного Писания». Он состоял из 45 небольших главок, или Слов. Спустя несколько лет рукопись была выпущена отдельной книгой. И до сих пор переиздаётся.
Книга «Крины сельные, или Цветы прекрасные, собранные вкратце от Божественного Писания» выдержана в духовном жанре «цветника» — то есть сборника кратких мыслей, изречений и примеров, основанных на Евангелии и творениях святых отцов Церкви. В переводе с церковнославянского языка словосочетание «крины сельные» означает буквально «лилии полевые». Этим прекрасным цветам старец Паисий (Величковский) уподобил поучения о спасении души, которые мы найдём на страницах книги. Например, в седьмом Слове автор размышляет о любви к Богу и людям. И называет её законом жизни. «Любовь состоит в том, чтобы полагать душу свою за друга своего и, чего себе не хочешь, того и другому не творить. Из любви Сын Божий вочеловечился. Пребывающий в любви, в Боге пребывает; где любовь, там и Бог», — пишет он.
Любопытное название у 25-го Слова книги «Крины сельные...» — «О том, чтобы никогда ни о чём не заботиться». Возможно ли такое? Преподобный Паисий (Величковский) отвечает на этот вопрос утвердительно. «Бог исполнит все наши нужды. Будем внимательны и усердны в любви Божией, и Господь попечётся о нас. Никогда, ни в какой нужде не оставляет Бог надеющихся на Него всем сердцем», — уверяет автор. В 34-м Слове он рассуждает о том, как преодолеть невзгоды, которые неминуемо возникают. «Не должно бояться, потому что в человеческой жизни много изменений бывает: переменяются и люди от зла на добро и любовь. Должно же мужественно нести свой крест, надеяться на милость Божию и вспоминать, что ни в какой нужде и скорби не оставляет Бог, и никогда выше силы нашей не попускает искушение», — пишет преподобный Паисий (Величковский).
Книга «Крины сельные, или Цветы прекрасные, собранные вкратце от Божественного Писания» наполнена глубокой верой в милосердие Божие и спасительную силу Его заповедей и заветов. В заключительном слове преподобный Паисий (Величковский) обращается к читателю в своеобразной стихотворной форме. Издатели намеренно цитируют эти строки в оригинале, на церковнославянском. Однако и без перевода на современный русский трогательная просьба автора будет, пожалуй, понятна всем: «Молю же и вас: дела сии творите, вечных благ улучите; да в немерцающем свете со ангелы вечную жизнь получите».
Все выпуски программы Литературный навигатор
Василий Перов. «Первые христиане в Киеве»
Поделиться
— Маргарита Константиновна, вы прямо светитесь!
— Андрей Борисович, это верно! После Богослужения у меня на душе всегда умиротворённо и светло. Да и на вашем лице я вижу светлую радость!
— Ну, а как же иначе? Мы же с вами на Всенощном бдении побывали. Когда во время чтения Шестопсалмия погасили паникадило и свечи, какой необыкновенный, чудный свет от лампад разлился по всему храму... Вы заметили это, Маргарита Константиновна?
— Заметила, Андрей Борисович! Мне даже вспомнилась одна картина. Она вся наполнена удивительным светом.
— Что же это за картина, Маргарита Константиновна?
— Полотно Василия Григорьевича Перова «Первые христиане в Киеве». Помните его?
— Да-да, припоминаю! Кажется, оно из коллекции Государственного Русского музея?
— Да, эта работа Перова экспонируется там.
— Как жаль, что мы сейчас не в Санкт-Петербурге. Хочется посмотреть на эту картину.
— А что нам мешает, Андрей Борисович? Раз уж мы с вами зашли в трапезную чаю попить. Давайте заодно и откроем полотно на сайте музея.
— Прекрасная мысль, Маргарита Константиновна! Вот, открыл... Потрясающе! Посреди ночного леса, под открытым небом, у небольшой пещеры, священник ведёт службу. Рядом с ним — немногочисленная паства. Всего 9 человек. Кто-то из них пришёл сюда сознательно — как, например, монах, молящиеся юноши и женщины. А вот, к примеру, персонаж в одежде воина, кажется, набрёл на собрание христиан случайно. Но и его коснулась благодать Богослужения. Взоры всех устремлены к каменной нише, в которой стоит икона. Перед нею — Евангелие и потир, богослужебный сосуд, с Причастием. Где-то рядом горит светильник, и мягкий свет разливается вокруг, отгоняя ночной сумрак...
— Василий Перов написал полотно «Первые христиане в Киеве» в 1880-м году. Можно сказать, что он тогда переживал творческое преображение, и обратился к религиозным, христианским сюжетам. На этой картине он передал духовные переживания людей, которых коснулся свет Христов, в то время, когда Русь ещё пребывала в языческой тьме.
— Действительно, ведь первые христиане появились на Руси задолго до её крещения князем Владимиром, и даже до принятия христианства его бабушкой, княгиней Ольгой. Известно, что первые общины христиан существовали в Киеве уже в середине 9-го века.
— А возможно, и раньше. По преданию, на берегах Днепра проповедовал ещё апостол Андрей Первозванный. Так или иначе, общины эти находились тогда, что называется, на нелегальном положении. Язычники были непримиримы и часто жестоки по отношению к христианам. Вот почему первым последователям Христа на Руси приходилось собираться тайком, под покровом ночи. Момент такого тайного Богослужения и запечатлел на своём полотне Василий Перов.
— Художник настолько реалистично выписал фигуры и лица каждого из участников Литургии... Однако меня на картине поражает даже не это. А то, как живописец изобразил свет. Вроде бы очевидно, что его источник — светильник, стоящий на алтаре. Но кажется, что на самом деле свет исходит от потира с Кровью Христовой, от раскрытого Евангелия. И Божественным касанием запечатлевается на лицах молящихся людей.
— Безусловно, Андрей, Борисович, картина несёт в себе символический смысл: ночная темнота здесь олицетворяет жизнь без Христа. А свет — веру в Бога Живого. Посмотрите, просветлённые лица персонажей картины выступают из мрака, словно из тёмной пучины.
— Свет Христов просвещает всех! Думаю, именно это провозглашает на своей картине «Первые христиане в Киеве» Василий Григорьевич Перов.
— И словно иллюстрирует слова Евангелия: «Свет во тьме светит, и тьма не объяла Его»...
Все выпуски программы Свидание с шедевром
