Поделиться
«Апостол Павел». Рембрандт (1606–1669)
Рим., 94 зач., VII, 1-13.
Комментирует священник Антоний Борисов.
Как часто мы поступаем не по любви, а исходя из желания сделать что-то в пику другому человеку или жизни как таковой! Кому-то что-то доказать, кого-то в чём-то превзойти, за чей-то счёт самоутвердиться. И от всего перечисленного нам становится плохо, тоскливо и очень одиноко. Об этом пишет, в частности, апостол Павел в своём послании к христианам Рима. Отрывок из 7-й главы послания читается сегодня утром во время богослужения. Давайте послушаем.
Глава 7.
1 Разве вы не знаете, братия (ибо говорю знающим закон), что закон имеет власть над человеком, пока он жив?
2 Замужняя женщина привязана законом к живому мужу; а если умрет муж, она освобождается от закона замужества.
3 Посему, если при живом муже выйдет за другого, называется прелюбодейцею; если же умрет муж, она свободна от закона, и не будет прелюбодейцею, выйдя за другого мужа.
4 Так и вы, братия мои, умерли для закона телом Христовым, чтобы принадлежать другому, Воскресшему из мертвых, да приносим плод Богу.
5 Ибо, когда мы жили по плоти, тогда страсти греховные, обнаруживаемые законом, действовали в членах наших, чтобы приносить плод смерти;
6 но ныне, умерши для закона, которым были связаны, мы освободились от него, чтобы нам служить Богу в обновлении духа, а не по ветхой букве.
7 Что же скажем? Неужели от закона грех? Никак. Но я не иначе узнал грех, как посредством закона. Ибо я не понимал бы и пожелания, если бы закон не говорил: не пожелай.
8 Но грех, взяв повод от заповеди, произвел во мне всякое пожелание: ибо без закона грех мертв.
9 Я жил некогда без закона; но когда пришла заповедь, то грех ожил,
10 а я умер; и таким образом заповедь, данная для жизни, послужила мне к смерти,
11 потому что грех, взяв повод от заповеди, обольстил меня и умертвил ею.
12 Посему закон свят, и заповедь свята и праведна и добра.
13 Итак, неужели доброе сделалось мне смертоносным? Никак; но грех, оказывающийся грехом потому, что посредством доброго причиняет мне смерть, так что грех становится крайне грешен посредством заповеди.
Прозвучавший текст, безусловно, требует разъяснения. И с богословской, и с исторической точек зрения. Апостол Павел, принадлежа к еврейской среде, проповедовал, тем не менее, не только иудеям, но и язычникам. В задачу апостола входило объяснить и тем, и другим, в чём состоит смысл искупительной жертвы Христовой. В конечном счёте, апостол обращается к образу смерти как явления, абсолютно понятного каждому человеку. В чём же состоит значение смерти? Оно (это значение), с точки зрения Павла, не сводится исключительно к горю утраты. Смерть может проявить себя и как освобождение. Не только от каких-то общественных обязательств.
Христос, умерев и воскреснув, подаёт человеку свободу от власти мира, который во зле лежит. Христианину, верящему в бессмертие души и грядущее воскресение мёртвых, нечего бояться. Чудо Пасхи становится источником удивительной храбрости и неиссякаемой радости. А ещё Христово учение открывает для нас удивительную перспективу бытия, которую закон Моисея дать был не в состоянии. Поэтому Павел и противопоставляет Ветхий завет Евангелию, говоря, что прежняя религия была причиной тех или иных духовных бед.
Неужели Павел полагает, что закон Моисея плох? Нет. Речь об ином. Ветхий завет строится на запретах. В нём фактически не было никакой перспективы духовного возрастания, и возможности настоящего покаяния тоже не существовало. Потому даже праведники древности вынуждены были в печальном смысле смиряться перед совершёнными ошибками, не имея никакого средства избавления от греха. Искупительная жертва Христа не просто освободила людей от власти зла.
Спаситель вознёсся на Небо и не закрыл этот путь для тех, кто с ним в Таинстве Крещения соединился. Теперь важны не столько запреты и ограничения, а жертвенный, возвышенный подвиг служения любви. Любви к Богу через любовь к людям. При таком понимании ветхозаветные заповеди из вершины превращаются в фундамент, опираясь на который, мы призываемся Христом к творчеству духа. А именно — к построению в сердце обители нашей верности, жертвенной преданности Богу. И при таком подходе становится понятно, что христианское представление о святости, праведности значительно превосходит всё то, что мог бы предложить ветхозаветный закон.
И ещё один немаловажный аспект. Когда-то ветхозаветный закон представлял собой точку опоры для противостояния древнего Израиля с языческим миром. Но ко времени Христа это здоровое противостояние праведности греху прошло через обидную метаморфозу, превратившись скорее в самопревозношение и даже презрение — ветхозаветных иудеев к идолопоклонникам. Но, как известно, даже самая великая праведность без любви к Богу и людям превращается в нечто тёмное, Господу неугодное. Вот почему евангельское учение Христа Спасителя было просто необходимо — и эллинам, и иудеям. Ведь прежнее положение дел себя изжило и настало время для завета Нового — не менее чистого и принципиального, чем Ветхий, но имеющего под собой в качестве основания не гнев, но любовь.
Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов
16 апреля. «Семейная жизнь»
Поделиться
Фото: Debby Hudson/Unsplash
Перед свершением венчания брачующиеся ступают на белый или розовый плат, который они будут бережно хранить, чтобы передать его как святую реликвию в достойные руки наследников. Этот плат символизирует сохранённое женихом и невестой девство, а также новое качество жизни в любви и взаимной верности, начало которого полагается днём свершения церковного таинства. Для нас, учеников Христовых, каждый новый наступивший день подобен белоснежному покрову, ступать по которому должно с осторожностью и благоговением к самому дару жизни, ниспосланному нам свыше — ради умножения любви к Богу и прославлению Его святого имени.
Ведущий программы: Протоиерей Артемий Владимиров
Все выпуски программы Духовные этюды
16 апреля. О значении «Акта о престолонаследии»
Поделиться
Сегодня 16 апреля. В этот день в 1797 году в России был принят закон о престолонаследии. О значении этого законодательного акта — пресс-секретарь Пятигорской епархии протоиерей Михаил Самохин.
В день коронации в Успенском соборе Московского Кремля Павел I торжественно огласил акт о престолонаследии и положил его в серебряный ковчег вместе со святынями, передав ему особый сакральный статус.
Для нас, людей православных, важна такая цитата в этом документе: «До́лжно дополнить сей закон ниже следующим. Когда наследство дойдёт до такого поколения, которое царствует уже на другом каком престоле, тогда предоставлено наследующему лицу избрать веру и престол и отрещись вместе с наследником от другой веры и престола. А если отрицания от веры не будет, то наследовать тому лицу, которое ближе по порядку». То есть император всероссийский мог быть только православным человеком и должен был отречься от любой другой веры, вступая на престол.
Акт о престолонаследии коренным образом изменил политическую систему Российской империи. Он установил чёткие автоматические правила наследования: престол переходит к старшему сыну, его мужской линии и только при полном отсутствии мужчин — к женщинам. Монарх больше не мог назначить наследником кого угодно. Если устав о наследии престола 1722 года отдавал выбор наследника на волю монарха, то акт 1797 года, напротив, подчинял самого монарха закону.
И для нас, людей православных, очень важно, что Павел I, как бы к нему ни относились, вписал в этот закон как обязательное требование то, что монарх обязательно должен быть человеком православным. Павел ограничил самодержавие в самом главном и чувствительном вопросе передачи власти.
Акт о престолонаследии действовал без изменений с 1797 по 1917 год. Он был включён в свод законов и стал частью основных государственных законов 1906 года и утратил силу только после отречения Николая II 2 марта 1917 года.
Все выпуски программы Актуальная тема:
16 апреля. О колоколах Троице-Сергиевой Лавры
ПоделитьсяСегодня 16 апреля. В этот день в 2004 году на колокольню Троице-Сергиевой Лавры подняли «Царь-колокол». Об истории лаврских колоколов - клирик Московского подворья Троице-Сергиевой Лавры священник Димитрий Диденко.
Возвращение на лаврскую колокольню «Царь-колокола», который весит целых 72 тонны, завершило восстановление главного лаврского звона, который был уничтожен в советское время.
Но, пожалуй, самый поразительный факт связан с древнейшим из сохранившихся лаврских колоколов. Этот колокол называется «Чудотворцев», или «Никоновский». Он был отлит в 1420 году при преподобном игумене Никоне Радонежском. И он висит на колокольне до сих пор и считается редчайшим памятником русского колоколитейного искусства XV века.
Другой знаменитый лаврский колокол называется «Лебедь», и это — вклад царя Бориса Годунова. Считается, что прозвище он получил за необыкновенное благозвучие. А вот второй Годуновский колокол, «Огромный Годунов», или «Царе-Борисов», везли из Москвы в монастырь с поразительной торжественностью. По свидетельству современников, колокол сопровождал сам царь Борис Фёдорович с семьей, а тащили его три с половиной тысячи человек.
Почти весь этот великий ансамбль погиб зимой 1929–1930 годов, когда лаврские колокола сбрасывали с колокольни и разбивали. Писатель Михаил Пришвин, ставший свидетелем разрушения, назвал происходящее публичной казнью и оставил фотографии с горькой подписью: «Когда били колокола». Поэтому подъём нового «Царь-колокола» стал не просто техническим событием, а возвращением лавре её голоса.
Все выпуски программы Актуальная тема:
