«Петь о Боге». Дарья Виардо

(10.09.2024)

Вид с вечерней улицы на подсвеченные окна

У нас в гостях была участница «Светлого концерта» к 10-летию Радио ВЕРА, певица Дарья Виардо.

Мы говорили о вере и творчестве, как через музыку можно говорить о Боге.

Наша гостья рассказала о своем детстве в Норильске, как пришла к вере в институтские годы и какие, иногда трагические, события влияли на формирование ее творчества.

Ведущие: Алексей Пичугин, Кира Лаврентьева

Алексей Пичугин

— Друзья, здравствуйте. Это Светлый вечер на Светлом радио. И в этой студии приветствуем вас мы. Моя коллега Кира Лаврентьева.

Кира Лаврентьева

— Добрый вечер.

Алексей Пичугин

— Я Алексей Пичугин. Здравствуйте. И с удовольствием представляем нашу гостью, в ближайший час эту часть Светлого вечера вместе с вами, вместе с нами здесь проводит певица, автор, исполнитель собственных песен, Дарья Виардо. Здравствуйте.

Дарья Виардо

— Здравствуйте.

Алексей Пичугин

— Вы у нас уже не первый раз, но первая программа была очень-очень давно, мне кажется.

Дарья Виардо

— Да, давненько, как только вышел альбом, по-моему.

Алексей Пичугин

— Это какой год был?

Дарья Виардо

— 21-й.

Алексей Пичугин

— За это время многое изменилось, за это время ваши песни стали еще популярнее, еще известней, и у нас тоже в жизни радиостанции много всего происходит. Десять лет мы в эфире, и, в связи с этим, друзья, мы вас приглашаем на наш замечательный светлый концерт, который 14 октября в Кремле, в Большом Кремлевском дворце пройдет, и, конечно же, в этом концерте примет участие и Дарья Виардо. Можно я сразу спрошу? Я зацепился за цитату. Мне показалось, с одной стороны, достаточно близким это утверждение, потому что мое становление когда-то в начале-середине 90-х, оно и церковное, и музыкальное проходило параллельно, и поэтому мне очень понравилась ваша фраза о том, что петь о Боге — это быть панком. Как-то так, да, наверное, вы говорили?

Дарья Виардо

— Да.

Алексей Пичугин

— А почему?

Дарья Виардо

— Мне кажется, это такой сегодня достаточно большой вызов времени, как мне кажется. Тем более, если это всё происходит в контексте современной музыкальной индустрии, мне кажется до сих пор, что это так.

Алексей Пичугин

— А мне почему-то казалось, что современная музыкальная индустрия, и не только современная, там неважно, о чём мы говорим, о каком времени, 90-е, 80-е, 21-й век, вот вся эта четверть, которая проходит, она всё равно, несмотря на какую-то такую атомизированность общества, несмотря на то, что общество всё равно к какой-то секулярности стремится, это в меньшей степени касается творчества, то есть когда человек о чём-то поёт, там всё равно что-то, неважно, как это называется, Бог или любовь, любовь в каком-то высоком таком общем смысле, или это вообще о каких-то просто высоких материях, но это обязательно присутствует, потому что для творческого человека, особенно для того, кто пишет стихи, вот эта связь с чем-то надмирным, она всегда существует.

Дарья Виардо

— Ну, я думаю, это действительно так. Любые какие-то творческие порывы и вдохновения, это, мне кажется, такой отголосок того, что мы, как создание Божие, мы тоже несем в себе эту жажду творить что-то и привносить новое в этот мир. Но все-таки, кажется, всё равно во многом, несмотря на первозданность этого порыва, какие-то смыслы подменяются немножечко такой искорёженностью нашей природы. Поэтому, может быть...

Кира Лаврентьева

— Скажите, пожалуйста, на что вы опираетесь, когда пишете тексты для песен? Это какой-то личный опыт? Глубинные переживания? Или это ваши наблюдения, и вот слова льются, как, знаете, как бывает у поэтов, сам не зная, что пишешь, а получается что-то такое невероятное?

Дарья Виардо

— Для меня это всегда, то, что касается моих песен, это личный опыт.

Кира Лаврентьева

— Это чувствуется.

Дарья Виардо

— На самом деле, да, за каждой песней, если не какая-то такая явная история, которую можно рассказать, то это в любом случае достаточно сильное внутреннее переживание, которое сопутствует вот этому порыву что-либо написать.

Алексей Пичугин

— Мне было очень интересно, я изучая ваше интервью и вашу биографию, Норильск — особенное место. Я в Норильске был один раз в командировке несколько дней, и он оставил у меня абсолютно такое неизгладимое ощущение. Я понимаю, что, приехав на три дня, можно быть только туристом, оценить то, что все достаточно дорого в магазинах по сравнению с материковой Россией, поразиться красоте, причем для меня это красота, а для огромного количества людей это выжженная пустыня. Я помню картинки, где космонавт в каком-то таком шлеме рассуждает о том, что это выжженная планета, выжженная пустыня, скорее бы на Марс, и перечеркнутая табличка Норильск. Я получил жутчайшее отравление в цеху одного из предприятий, потому что нам в этой командировке забыли выдать противогазы. Я помню, что даже одну девушку из нашей группы в больницу увезли оттуда. Я ощутил в полной мере, насладился Норильском, в хорошем смысле этого слова, потому что действительно какой-то пульс города, совершенно необычного для жителя средней полосы России, он чувствуется, и я бы, конечно, с удовольствием туда вернулся. И вдвойне интересно, как Норильск в вашем творчестве отражается, переломляется, потому что помимо вот этой вечной мерзлоты, этих опустевших зданий, я спрашиваю, почему их не сносят, потому что их, говорят, сносить дороже, чем построить рядом новое. Пустых зданий и новых современных домов, стоящих рядом. Вот весь этот сплав, он еще к тому же и базируется на очень сложном фундаменте ГУЛАГа, лагерей, людей совершенно разных национальностей, вероисповеданий, мест жизни, которые навсегда остались в Норильске. Вот как это в вашем творчестве?

Дарья Виардо

— Ну, я всегда говорю о том, что Норильск, как мне кажется, меня в большей степени сформировал. Мне кажется, я не могу представить себя в отрыве от своего родного города. И это правда, что этот город настолько уникален. Там действительно чувствуется, насколько он пропитан болью, но в то же самое время какой-то невероятной жаждой к жизни. И вот эта тяжёлая история, наследие, то, как этот город строился, каким трудом, кровью он возводился, и до сих пор, вот работают вот эти предприятия, у меня папа отработал 30 лет, кстати, вот на никелевом заводе, который, к сожалению, сейчас уже снесли.

Алексей Пичугин

— А его уже нет, да?

Дарья Виардо

— К сожалению, да.

Алексей Пичугин

— Я-то как раз был, он еще работал.

Дарья Виардо

— Это огромная боль всего города на самом деле. Такая прям отдельная история. И я тоже как-то раз просила папу привезти меня туда, потому что, конечно, столько историй оттуда, столько каких-то вот рассказов, которые папа приносил оттуда домой, и мне действительно было очень интересно там побывать, и у меня был похожий опыт, когда я приехала туда, и я была в шоке, как вот и папа, и его друзья просто стоят, разговаривают, как ни в чём не бывало. А у меня какое-то прям ощущение, что я сейчас потеряю сознание. И вот этот вот газ, его и так в городе всегда было много. То есть чувствуется вот этот вот сладковатый привкус, головокружение, а зайдя туда, внутрь плавильного цеха, ну, прям обомлело. И я прям, да, очень тоже хорошо запомнила этот опыт. Да, это невозможно описать, насколько это уникальное место. И действительно, как будто бы не каждый способен за вот этим каким-то суровым фасадом увидеть красоту, которая там кроется.

Кира Лаврентьева

— Ну, там есть некая свобода. Вообще Сибирь, она дает некую свободу. Я сама же сибирячка, поэтому я в Норильске не была, но я жила в Красноярске и в близлежайших городах, и, конечно, была много раз. Енисейск, Канск, Абакан, все вот эти вот городочки прекрасные, ссыльные, с одной стороны, а с другой стороны, совершенно удивительные по своей красоте и глубине. Вы совершенно правильно сказали, да, это города страданий, с одной стороны, а с другой стороны, какой-то невероятной жажды жизни и свободы, купленной очень дорогой ценой. И это накладывает отпечаток обязательно на человека, который там родился и вырос. Такой личный вопрос, Дарья, вы в школу ходили, сколько градусов было, самый холодный день, который вы помните?

Дарья Виардо

— Ну, самый холодный я не вспомню, но постоянно как-то температура варьировалась, минус 40.

Кира Лаврентьева

— До минус 50.

Дарья Виардо

— Да, до минус 50 доходил показатель. Но на самом деле, вот про школу это тоже очень интересно, очень часто были актировки, так называемые.

Алексей Пичугин

— Освобождение.

Дарья Виардо

— Да, освобождение. А по-моему, термин актировки, он использовался именно в лагерях.

Алексей Пичугин

— Он из лагеря, да, освобождение от работы, актировка от работы.

Кира Лаврентьева

— Очень интересно. Лагерный термин.

Дарья Виардо

— Да, лагерный термин так перекочевал в нашу школьную жизнь. Интересным образом.

Кира Лаврентьева

— Филигранно.

Дарья Виардо

— Да, и мы могли, я помню, даже доходило до того, в какие-то самые суровые зимы, что почти месяц мы могли вообще не ходить в школу. Нам выкладывали на местном сайте города, в школьном сайте выкладывали какие-то домашние задания, и мы дома сидели самостоятельно занимались целыми месяцами в такие вот суровые зимы.

Алексей Пичугин

— Задолго ещё до дистанционного образования по всему миру.

Кира Лаврентьева

— Да, вы уже его прокачали.

Дарья Виардо

— Мы уже понимали, что это нас ждет.

Алексей Пичугин

— Дарья Виардо у нас в гостях. Давайте слушать музыку. И первая песня, она у нас в ротации, вы часто, если слушаете нашу радиостанцию, все время можете ее услышать. Песня «Бог в меня верит.» Так она называется, правильно?

Дарья Виардо

— Да.

Кира Лаврентьева

— Такая очень мотивирующая песня.

Алексей Пичугин

— Это же одна из ваших достаточно ранних композиций, да?

Дарья Виардо

— Ну, на самом деле, нет, это уже ближе к концу написания альбома пришла эта песня.

Алексей Пичугин

— Альбом, речь идет про ваш первый альбом.

Дарья Виардо

— Альбом «Глаз».

Алексей Пичугин

— А, это не первый.

Дарья Виардо

— Ну, это, получается, первый полноформатный альбом, до этого был мини-альбом из четырёх песен.

Алексей Пичугин

— А цирковь это?

Дарья Виардо

— Это вот был мини-альбом.

Алексей Пичугин

— А, это вот мини-альбом.

Дарья Виардо

— Да, это до.

Алексей Пичугин

— Сейчас мы про это поговорим, и про период религиоведческий, период исканий. Буквально через несколько минут, а пока послушаем музыку Дарья Виардо и песню «Бог в меня верит». Религиоведение — это такая штука, в которой совершенно не значит, что ты сам должен принадлежать и находиться внутри какой-то религии, внутри какого-то вероисповедания, быть верующим человеком. Советские примеры знаменитых религиоведов как раз это хорошо показывают. И вот вы поступили на религиоведение в Екатеринбурге. А вы тогда себя как вообще ощущали? Как кто?

Дарья Виардо

— Ой, это был настолько странный период метаний, исканий. Ну, это, в принципе, естественно для всех тех, кто выпускается из школы, и тем более, если ты переезжаешь в какой-то новый для себя город. Но не совсем новый. Я там часто бывала летом. Но, тем не менее, у меня там не было особо друзей.

Алексей Пичугин

— А простите, сразу вопрос. А у вас же в Норильске нет людей, у которых оттуда корни. Все равно люди туда приезжают.

Дарья Виардо

— Да.

Алексей Пичугин

— И даже пословица такая есть, что надо вовремя приехать и вовремя уехать.

Дарья Виардо

— Да, это правда. Все в основном приезжие, либо те, кто называют себя коренными, это, как правило, потомки тех, кто сидел в лагерях. Они сидели в лагерях и остались там после, получается, расформирования Норилага. Они продолжили там жить, трудиться, но вот появились там семьи.

Алексей Пичугин

— А ваши предки откуда?

Дарья Виардо

— У меня папа сам приехал с Урала, хотя родился в Ульяновске, но жил он, рос на Урале. А мама с города Мирный, это Якутия. Она вот оттуда. Но мама, кстати, вот училась и заканчивала школу уже в Норильске, когда ее родители уехали туда на заработки.

Алексей Пичугин

— То есть вы фактически в третьем поколении норильчан.

Дарья Виардо

— Ну да.

Алексей Пичугин

— Итак, да, простите, я вас перебил. Вы приехали в Екатеринбург. Почему вы вообще решили изучать религию?

Дарья Виардо

— Это было какое-то сумасбродное решение, судьбоносное.

Кира Лаврентьева

— Вы ходили в храм до этого?

Дарья Виардо

— Нет. Вот так вот, чтобы сказать, что я ходила в храм, скорее, как это называется, мы были захожанинами.

Кира Лаврентьева

— Ну то есть всё-таки интерес был какой-то к Богу и к храму?

Дарья Виардо

— Интерес, да, появился. Я прям очень хорошо помню, когда я готовилась к ЕГЭ по литературе, я начала целиком вот в очень короткий срок осваивать и читать, причем с интересом читать весь вот этот пласт школьной литературы. И когда я дошла до Достоевского, я помню, что меня вот прям вот как...

Кира Лаврентьева

— Торкнуло, говоря по молодежному.

Дарья Виардо

— Да, вот только ударило.

Алексей Пичугин

— Ну вот. А я, прочитав в каком-то вашем интервью, что вы любите Тургенева, у нас же вечно Тургенев или Достоевский. Я могу 100% ответить на этот вопрос. Тургенев.

Кира Лаврентьева

— Алексей обрадовался.

Алексей Пичугин

— А я обрадовался, потому что у вас и псевдоним, да, Дарья Виардо, от Полины Виардо.

Кира Лаврентьева

— Точно.

Дарья Виардо

— Ну, я помню, что, да, это было, все-таки, когда мне было 14 лет, и я вот так вот назвалась.

Кира Лаврентьева

— То есть любовь к Тургеневу, она уже отроческая была.

Дарья Виардо

— Да, это все-таки про юность, а сейчас уже более каком-то осознанном возрасте я за Достоевского.

Кира Лаврентьева

— Да.

Кира Лаврентьева

— А Достоевского что именно?

Дарья Виардо

— Ну, мне кажется, это так сложно.

Кира Лаврентьева

— Ну, вот первое, что приходит на ум.

Дарья Виардо

— Ну, это его искание Бога, которым он заражает. Тех, кто к этому еще сам как-то не пришёл, но он вот что-то, вот как Тарковский говорил про то, что вот художник может пробудить орган, которым верит. И мне кажется, Достоевский вот он может это делать.

Кира Лаврентьева

— Некая передача благодати происходит.

Дарья Виардо

— Да, что-то он вот как-то пробуждает в тебе. И я помню, да и не только Достоевский, когда я читала, помню и поэзии много, вот там целый такой блок, который нужно было освоить, начиная с Золотого века, там Серебряный. И так много произведений, которые меня больше всего потрясали, всегда было какое-то обращение к Богу, ко Христу, работа именно с этими темами. И я помню, что меня это очень заинтересовало. Я тогда намеревалась поступать на филологический факультет. Я прям думала, что я буду вот этой темой заниматься. Думала даже взять труды Достоевского и исследовать эти библейские мотивы. И всё было хорошо, я сдала экзамены, я уже проходила в Екатеринбурге на бюджет, на филологическое отделение, вот этот факультет, но в какой-то последний момент, буквально оставалось там два дня до подачи еще каких-то дополнительных, ну, документов на дополнительные какие-то факультеты, и я увидела такую специальность, как религиоведение. На самом деле она была какой-то довольно маргинальной, потому что там было, по-моему, всего 10 человек и какой-то минимальный проходной балл. И почему-то, я не знаю, это было какое-то иррациональное чувство. Сейчас-то я понимаю, почему это было очень промыслительно, что я встретила именно там определенных людей, которые стали очень важными на моем жизненном пути и способствовали тому, что я пришла в храм как-то уже осознанно и по-настоящему. И вот тогда, когда увидела этот факультет, я прям не знаю, меня все отговаривали, потому что я же действительно не понимала. Это в последний момент я увидела, но мне вот захотелось туда отчаянно поступить.

Алексей Пичугин

— А что у вас с музыкой в этот момент было?

Дарья Виардо

— С музыкой у меня... Ну вот были прям какие-то цели. Я переехала, я хотела написать альбом.

Алексей Пичугин

— А до этого как к этому все шло? Потому что мы так пока и не выяснили, когда музыка в вашей жизни началась именно профессионально. Вы ощутили... Была ли у вас группа когда-то? Все в школе в группе играли, а у вас как это было?

Дарья Виардо

— Ну, я в четвертом классе уже поняла, что я выбираю этот путь, и я хочу этим заниматься. Вот тогда у меня прям уже это было осознанно. Это интересно, что довольно в раннем таком возрасте это произошло. Я как-то с тех пор от этого не отступала. Были какие-то небольшие шаги, но я как-то понимала, что, находясь, наверное, в контексте Норильска, всё-таки было нам... Мы пытались, мы много выступали, что-то делали со знакомыми музыкантами, но всё равно это оставалось в таких вот рамках Норильска. И я просто как-то терпеливо ждала, когда...

Кира Лаврентьева

— Своего часа.

Дарья Виардо

— Да, появится возможность. Я очень хотела в Петербург.

Кира Лаврентьева

— Как на самом деле многие в то время.

Дарья Виардо

— Да, подростки прям все отчаянно хотели в Петербург. Это прям какая-то мода, что вот надо вот туда.

Алексей Пичугин

— Мода волнообразная, она появляется и исчезает. В 80-е все хотели в Петербург, потом переезжали из Петербурга в Москву. В начале нулевых все хотели в Петербург, потом куда-нибудь переезжали. Тогда обычно в Европу. И вот так вот это вот волнообразно и снова этот период наступил.

Алексей Пичугин

— И в общем, да, к сожалению, ну, я думаю, к счастью всё-таки. Но тогда мне казалось, к сожалению, я уехала в Екатеринбург, поскольку там всё-таки находились папины родственники, и я туда приезжала каждое лето с детства, и, в принципе, город немного мне был знаком, но всё равно как-то я не находилась обычно в центре, это всегда были какие-то наши дачные участки, где мы проводили лето и трудились. И, конечно, когда все мои друзья уехали, большая часть в Петербург, мне было очень одиноко, потому что всё равно друзей, с которыми я могла бы общаться, у меня тогда не было. И вот я пошла на религиоведение и обрела там соратников, очень важных для себя.

Алексей Пичугин

— Соратники, они были по духу, соратники в музыкальном смысле, соратники просто какие-то, ну, люди, с которыми приятно время провести, куда-то сходить?

Дарья Виардо

— Ну, сейчас, как я понимаю, все-таки это соратники по духу. Соратники по духу были, безусловно.

Алексей Пичугин

— Давайте к музыке вернемся. Песня, которую мы будем слушать, называется «Аллилуйя». Это композиция из какого периода?

Дарья Виардо

— Это композиция тоже из того периода, когда я уже завершала работу над альбомом «Глаз». Она появилась одной из последних. Мне кажется, это довольно символично, что она вот как-то вот так вот завершила собой всё. Я помню, я тогда наткнулась на византийский распев 134-го псалма «Хвалите имя Господне».

Кира Лаврентьева

— И вы его, в общем, обыграли как-то вот в своём творчестве.

Дарья Виардо

— Да, я использовала его в качестве припева этой песни.

Алексей Пичугин

— Давайте слушать.

Кира Лаврентьева

— Давайте, да.

Алексей Пичугин

— Да, и напомним, что, во-первых, напомним, что у нас грядет «Светлый концерт» 14 октября в Кремле, в Большом Кремлевском дворце. Нам 10 лет, и мы очень хотим вас пригласить на наш праздник в Кремль, Большой Кремлевский дворец, на светлый концерт, где будет выступать Дарья Виардо, где будут выступать множество прекрасных артистов. И, конечно же, будем мы, ваши ведущие, Радио ВЕРА. По крайней мере, те, кто здесь в студии.

Кира Лаврентьева

— Дарья, вы знаете, я, честно говоря, с одним главным вопросом сюда пришла на эту программу и думаю, как бы к нему более деликатно подобраться, но понимаю, что время у нас неумолимо. Движется вперед, моя деликатность мне мешает, пора уже переходить к главному. Вот что хочется спросить. Я с удивлением обнаружила, что вы 1999 года рождения.

Алексей Пичугин

— А что тебя так удивило?

Кира Лаврентьева

— Я сейчас объясню. Глубина ваших песен, она действительно невероятная. И некоторые песни, они бездонные. Ну, просто бездонно. Это сейчас не комплимент, не какая-то там, знаете, такая вежливость программы на Радио ВЕРА, вежливость ведущих, а это именно вот такое вот искреннее глубокое наблюдение. И слушают вас не подростки, точнее, не только подростки, не только там какие-то люди до 30-ти, а слушают вас и взрослые люди. Я так понимаю, что вы ездите с гастролями по монастырям, вы были в Псково-Печерском монастыре, вы были там в Москве, выступали на многих приходах, вы были на многих площадках. Я так понимаю, что зрители ваши потенциальные и реальные — это люди и сорока, и пятидесяти лет, и в общем-то, варьируется возраст от нуля до бесконечности. И я так думаю, что это как раз происходит от того, что вы как-то очень глубоко затрагиваете очень болезненные струны человеческой души. И современным молодым людям, в принципе, это не так уж просто. Потому что я буквально недавно вела программу с человеком, который занимается интернет-образованием и мы с ним заговорили о том, что современная гаджетизация, такая роботизация общества молодого она ведет к обеднению эмоционального интеллекта. И часто приходится встречаться с тем, что современный молодой человек, 20-ти летний, 30-ти летний, это уже человек, который очень четко знает свои границы, знает, чего он хочет. Ну, страдания, конечно, не может и есть, но они не сильно про него. Уж тем более рефлексия на тему страданий или переживаний другого человека и вообще мысли о другом. Это какая-то уже такая запредельная история для нас свойственная. Для следующего поколения она уже такая более непонятная такая, довольно некомфортная. У вас этого нет. Некоторые ваши песни, они просто пропитаны страданием, причем таким не унылым, таким вот каким-то животворящим каким-то, знаете, таким страданием, которое ведет к Пасхе. То есть там, где крест, там и воскресенье, там, где распятие, там и Пасха. Там и ваша голгофа, там и ваша жизнь. И вот это удивительно. Я когда слушала эти песни, думала, «Господи, помилуй, что же пережила эта девочка, что она пишет такие тексты?» И я не предлагаю вам сейчас рассказывать, что вы пережили, но во всяком случае хотя бы давайте как-то коснемся, в общем-то, рождении этих песен. Как они у вас рождались? Действительно, что побуждало вас именно так писать, именно такие песни, именно такие тексты? Это, конечно, вот очень волнующе.

Дарья Виардо

— Даже непонятно с чего начать.

Кира Лаврентьева

— Можно с главного.

Дарья Виардо

— На самом деле, мне кажется, опять возвращаясь к теме Норильска...

Кира Лаврентьева

— То есть все-таки мы опять уходим туда.

Дарья Виардо

— Мне кажется, да, мне кажется, во многом я помню уже тогда, когда мне было лет, наверное, 12-13. А это такой, наверное, еще период, когда начинается этот переходный возраст. Я помню, что это было для меня чем-то невозможно тяжелым.

Кира Лаврентьева

— Мучительно.

Дарья Виардо

— Я помню, у меня было ощущение, что у меня в какой-то момент как-то резко открылись глаза, и они как-то открылись на всё. И как будто слишком неожиданно. И тоже там был определенный ряд событий, которые меня потрясли. У меня была подруга детства, и мы с ней очень много и плотно общались. И так случилось, что она покончила с собой. И я помню вот этот вот какой-то очень страшный период, когда меня тоже мучили...

Кира Лаврентьева

— Ну, в общем, да, всякие искушения.

Дарья Виардо

— Да, у меня были такие большие довольно проблемы с депрессивными мыслями. Тоже приходилось, ой, со многим столкнуться. И вот, наверное, в тот момент зародилось это чувство какого-то отчаянного искания, выхода из вот этой темноты, в которую я попала. Да. И вот с того момента...

Кира Лаврентьева

— Вы начали обращаться к Богу в текстах.

Дарья Виардо

— Я помню, что тогда всё-таки было очень много отчаяния. Те песни, которые появились в тот период. Вот это, кстати, песня «Ангел похоронитель», песня «На руинах» и «Кем бы ты ни был» это Вот, кстати, «Кем бы ты ни был», это вот песня, посвящённая моей подруге.

Алексей Пичугин

— Я читал в вашем интервью, что она ушла из жизни рано, как раз в момент вашей учёбы.

Дарья Виардо

— И вот именно в тот период я, конечно, очень много искала, но я скажу так, что меня помотала, прежде чем я, казалось бы, вот так вот это доступно. Вот есть храмы, это наша родная вера. И вот как-то вот прямее всего этот путь, казалось бы, пойти туда. Но нет, как-то всё равно вот эти какие-то духовные практики. Вот я помню, что вот этого было.

Кира Лаврентьева

— Восток.

Дарья Виардо

— Да, очень много Востока. Были взрослые ещё в окружении, которые как-то знакомые, которые тоже как-то вот советовали обратиться куда-то туда. И на самом деле, прежде чем я пришла в храм, прошло довольно много времени, это был как раз-таки период, когда я уже училась в Екатеринбурге на религиоведении. То есть вот тот путь, который как-то вот очень долго складывался.

Кира Лаврентьева

— Ну да, вы знаете, «искушён быв может и искушаемым помощи». Вы какие-то трудности прошли, и через свои песни помогаете людям как-то выжить, что ли, в подобных трудностях. И это очень здорово.

Алексей Пичугин

— Можно я сразу чуть-чуть забавлю градус нашего разговора?

Кира Лаврентьева

— Да, да, надо сбавлять уже, да.

Алексей Пичугин

— Нет, не то, что надо сбавлять уже, а то надо уходить, возвращаться, потому что мы сейчас можем уйти в такие философские совсем истории и утонуть в них.

Кира Лаврентьева

— А мы не хотим.

Алексей Пичугин

— Кира сказала, и действительно, это же факт, что вы много достаточно выступаете на совершенно разных площадках. Это, с одной стороны, приходы, фестивали, которые монастыри проводят. Да-да, если вы не знаете, у нас тоже такое есть. И это обычные площадки, клубы, куда приходят люди, которые услышали вас. Это вообще интересно, как сейчас люди узнают про разных исполнителей. Вот для меня это одна из платформ музыкальных, которую все знают, которая, наверное, у нас сейчас в стране одна из основных. Я просто, так как живу в автомобиле практически, у меня всё время что-то играет, то, что мне эта платформа предлагает на основе моих интересов, в том числе и ваши песни. Соответственно, дальше я смотрю, где выступают те артисты, которые мне приглянулись. Если есть такая возможность, время, то я туда иду. Это действительно абсолютно разные площадки. Если еще 10 лет назад, когда всего этого не было, мы знали исполнителей в основном или по радиостанциям, или вот у меня всегда так было, что меня интересовала музыка, которую редко можно было услышать по радио, и поэтому там, ну, где-то среди моих знакомых, друзей, которые это уже слушали, мы как-то узнавали, если это вдруг российские исполнители шли на концерты, если нет, то ждали, может быть, приедут, чаще не приезжали, потому что это такая нишевая основа история. Сейчас всё изменилось, и вот вы видите людей, которые приходят к вам на выступления, в клубы, видите людей, перед которыми вы выступаете где-нибудь на приходах. Это разная публика. Вы можете там представить себе людей из приходского концерта где-нибудь в хорошем московском клубе, где вы играете или нет? И для вас, где вообще комфортнее выступать? Где вы комфортнее себя чувствуете? Только честно.

Дарья Виардо

— На самом деле, довольно часто история, когда люди из каких-то приходов приходят на концертные площадки. Ну, вот это, мне кажется, такая довольно обычная практика, часто такое встречаю. На самом деле, мне по ощущениям как будто бы очень нравится вот на таких общедоступных концертных площадках делать свои концерты, потому что для меня, конечно, порой удивительно видеть каких-то ребят, людей и очень радуется сердце, что совершенно разные люди приходят послушать песни, вот не так давно... Я уже кстати не первый раз обращаю внимание, приходят девушки, внимание, в хиджабах и прям с большим удовольствием слушают, снимают на телефоны. Я знаю, что среди тоже вот такие...

Алексей Пичугин

— Но это естественно, поскольку мы, живя в большом городе, просто видим такое количество покрытых женщин, которые встречается нам каждый день в Москве. Не только в Москве, так как я много езжу, в любом большом городе. Понятно, что эти девушки ходят на концерты.

Дарья Виардо

— Ну просто, да, интересно, что все-таки музыка с таким... большая часть песен православным по текстам, и я прям понимаю, что только рады.

Алексей Пичугин

— А почему нет? Мусульмане в православные храмы приходят, и достаточно естественно, спокойно себя чувствуют. Для них просто вот этот опыт... Во-первых, очень много жен, это русские девушки, которые вышли замуж за мусульман, и, соответственно, это ортодоксальные мусульмане, и они покрылись. Но при этом их интересы, они остались в поле, в том же поле, они находились там до замужества.

Дарья Виардо

— Ну, это, наверное, я все больше к тому, что вот такие площадки, они действительно становятся таким поводом прийти для большого количества людей совершенно разных групп и каких-то интересов и ценностей. Мне кажется, это, не знаю, меня это всегда как-то трогает.

Кира Лаврентьева

— Вас концерты наполняют или утомляют? Вы восстанавливаетесь какое-то время после них? Или это всё-таки ресурс?

Дарья Виардо

— На самом деле каждый раз происходит по-разному. И я вот часто замечаю, когда я нахожусь в каком-то прям уже чуть ли не упадническом снова состоянии, и предстоит какой-то концерт, и у меня по ощущениям вообще нет силы, я уже чуть не плачу, что я не хочу идти играть этот концерт. Каждый раз происходит какое-то чудо, хотя вот я казалась бы, и трачу какие-то последние силы. Самое главное — это то, что я получаю какой-то огромный отклик от людей, даже находясь в таком, как говорится, нересурсном состоянии, все равно эти тексты, эти мелодии продолжают работать. И это, конечно, удивительно. Люди подходят и говорят какие-то замечательные вещи. И, конечно, это все стоит того и становится как-то совершенно неважно, в каком состоянии ты находишься. Конечно, бывают разные периоды, и мне кажется, это будет как-то неправдиво сказать, что да, вот постоянно такое благодатное состояние, конечно, бывают какие-то такие...

Кира Лаврентьева

— Откаты.

Дарья Виардо

— Да, это все неизбежно.

Кира Лаврентьева

— Я с уделением обнаружила, что Сергей Васильевич Рахманинов, прежде чем написать вторую симфонию свою известную. Он два года прибывал в упадническом состоянии совершенно. После первой, не симфонии, а второй концерт. Второй концерт Рахманинова известный, который знают все, даже кто особо музыкой не интересуется классической. Вот после первого концерта он всем анонсировал второй, вдруг решил, что он его не сможет написать, и на два года ушел вообще просто в затвор, из которого все дружно вытаскивали. И вы знаете, вот, с одной стороны, кажется, что он был без сил, он сидел совершенно безресурсный, безрадостный, без каких-то надеж, но то, что он что-то сможет. А в это время, получается, Господь так ему силу-то копил, потому что, как мы знаем, второй стал самый известный, он сделал такой мощный выхлоп после двух лет абсолютных страданий. К чему я это все говорю? К тому, что, конечно, сила Моя в немощи совершается, говорил там Господь. И вот иногда в творчестве некоторых авторов мы это явно видим, да, и что говорить авторов даже на своей собственной жизни, да, что здесь, когда-то, в немощном состоянии, в этом состоянии можно встретиться со Христом. И это действительно большое счастье.

Дарья Виардо

— Вы знаете, как я понимаю это, вот, мне кажется, абсолютно про меня, потому что тоже задают вопрос, что Дарья, а когда вышел альбом? Я когда говорю, что в 21 году, я не знаю, мне хочется под пол провалиться, потому что это правда.

Алексей Пичугин

— И писали вы альбом, где-то вы говорили, что целый год, это очень долго, а мне кажется, нет.

Дарья Виардо

— А вы знаете, просто я скажу честно, был такой ужас, я была выжата, как лимон.

Алексей Пичугин

— Летов, который выпускал в 80-е, в 87-ом, в 88-ом году по пять альбомов в год, ну, это какой-то уникальный пример. Есть ещё такая группа Helloween, которая выпускала тоже там по 10 альбомов в год, но это же знаете...

Кира Лаврентьева

— Энержайзеры какие-то.

Алексей Пичугин

— Редкие примеры, там, действительно, какой-то энергии одного человека, какого-то подъема, которого нужно было вот эту энергию куда-то выплеснуть, но потом могло быть затишье. У того же Летова, кстати говоря, выходило по 5 альбомов в год, а потом было затишье на 5 лет, и ничего вообще не выходило, а потом еще 6 лет ничего не выходило. И это нормально. Мне кажется, великие западные группы очень часто и на 20 лет замолкали, и все ждали. Когда «The Rolling Stones»...

Кира Лаврентьева

— Да, «The Rolling Stones».

Дарья Виардо

— Мне вот это очень понятно, потому что да, как хорошо, что мы эту тему затронули, потому что да, я тоже в таком ощущении, что как Рахманинова уже надо вытягивать просто. Ну да, ну как-то вот я придерживаюсь того мнения, что действительно лучше где-то подождать, чтобы найти что-то большее. Потому что я вот, например, я всегда слышу, когда это насильно вытащено, особенно на контрасте с тем, что было сделано на таком подъеме. Это всегда, ну вот мне видно, когда ты особенно понимаешь эту кухню, и ты чувствуешь...

Кира Лаврентьева

— Что человек со скрипом в этом во всем, это все выжимал из себя.

Дарья Виардо

— И это, конечно, куда грустнее, чем просто, наверное, найти в себе смелость какое-то время помолчать.

Кира Лаврентьева

— Да, действительно.

Алексей Пичугин

— Сейчас какой период у вас? Как вы его можете оценить и когда выйдет альбом?

Дарья Виардо

— Я очень ожидаю, такая как иссушенная пустыня. Я очень жду, когда действительно Господь даст вот эти капли благодати.

Алексей Пичугин

— А это может пройти и пять, и шесть лет.

Дарья Виардо

— Я знаю.

Алексей Пичугин

— Но ведь это же не повод для печали. Главное, просто радоваться жизни, стараться и ждать, что вот это придет.

Кира Лаврентьева

— Да, вы же растете тоже в это время.

Дарья Виардо

— Да, честно, поначалу я была прямо в каком-то жутком ныне. Я думала, все, меня все оставило. Все меня покинуло. Но сейчас действительно приходит осознание, что ну всё не просто так, всё очень промыслительно и всему своё время. Когда оно настанет, обязательно то, что нужно, то, что должно прийти, оно придёт.

Алексей Пичугин

— Пушкин, между прочим, у него очень неравномерное творчество. Сколько он написал в первом половине своей короткой жизни, и сколько он написал уже под конец, это вообще очень сложно сопоставить, потому что под конец было гораздо-гораздо меньше, но гораздо глубже.

Кира Лаврентьева

— Да, удивительное, конечно, наблюдение творческих энергий, посещение Божьего. Но это, так или иначе, постоянно внутренняя работа. То есть ты даже молчишь, ничего не делаешь, ничего не пишешь, а в этот момент что-то происходит в твоей душе, тебе самому может быть даже и неведомое. У вас есть духовный отец?

Дарья Виардо

— Ну вот я так и не нашла. Я, честно говоря, много об этом думала и думаю. И, как мне кажется, но очень много ситуаций как оказалось, находясь в таком контексте вот этого музыкального всего движения. Происходит довольно много событий, в ходе которых ты не можешь понять, как себя вести и как нужно поступить. Например, какие-то предложения, которые ты не понимаешь, нужно отклонить это или принять. И очень много таких ситуаций, когда понимаешь, что мне нужно именно, чтобы на это посмотрели с какой-то духовной стороны, потому что просто там узнать какого-то совета у друзей, ну, это...

Алексей Пичугин

— А почему, знаете, даже друзьям, можно дать сильнейший совет. Я уверен абсолютно, что христианство — это совсем не песочница. И самая главная задача священника, который, как у нас это принято говорить, часто ведет человека, это довести его до выхода из этой песочницы, чтобы он принимал очень важные решения самостоятельно, и только в каких-то очень острых случаях, или когда ты просто чувствуешь, что нужно чьё-то плечо рядом, обязательно обращался за советом, причём не обязательно к нему, к священнику, к этому, может, к другому священнику, может быть, к какому-то близкому другу христианину, или вообще не христианину, неверующему человеку, но тому, кто готов дать ценный совет, поддержать, просто взять за руку. В какой-то момент, у меня среди моих близких, очень далёких от церкви людей такие есть. Я очень рад и благодарю Бог за это.

Дарья Виардо

— Наверное, всё-таки да, тоже, если так задумываться. Опять же, всему своё время.

Кира Лаврентьева

— Тут надо смотреть на потребности собственной души.

Дарья Виардо

— Может быть, и правда пока не нужно.

Алексей Пичугин

— Мы постепенно будем переходить к последней песне. Она называется... Как она называется?

Дарья Виардо

— «Будь счастлив».

Алексей Пичугин

— «Будь счастлив.» И вот мне кажется, что в рамках вот этих последних минут нашего разговора она очень уместна, и хорошо, что именно она заканчивает нашу программу. Дарья Виардо была у нас в гостях сегодня на Светлом радио. Спасибо большое, что пришли. И Дарья будет ждать вас, а мы будем ждать Дашиного выступления в Кремле, в большом кремлевском дворце 14 октября на нашем «Светлом концерте». Спасибо, мы прощаемся. До новых встреч. Я Алексей Пичугин.

Кира Лаврентьева

— Кира Лаврентьева.

Алексей Пичугин

— Дарья Виардо. До свидания.

Дарья Виардо

— До свидания.

Кира Лаврентьева

— Всего хорошего.

Все выпуски программы Светлый вечер

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Другие программы

Пайдейя

«Знакомство с Библией для всех». Игумен Иоанн (Рубин), Леонид Радченко

Скачать

В программе «Пайдейя» на Радио ВЕРА совместно с проектом «Клевер Лаборатория» мы говорим о том, как образование и саморазвитие может помочь человеку на пути к достижению идеала и раскрытию образа Божьего в себе.

Гостями программы «Пайдейя» были заместитель председателя отдела религиозного образования и катехизации Русской Православной Церкви игумен Иоанн (Рубин) и координатор Патриаршей программы изучения Библии Леонид Радченко.

Разговор шел о развитии Патриаршей программы изучения Библии, о различных проектах, помогающих изучать Священное Писание самостоятельно, или в составе групп, или даже организовать курсы при храме. Кроме того, мы говорили об уникальном образовательном проекте «Святогорье», проходящем на море, благодаря которому можно с духовной пользой провести время, пообщаться с единомышленниками и священниками, прикоснуться к смыслам Библейских текстов и при этом отдохнуть на море.

Ведущая: Кира Лаврентьева

Все выпуски программы Пайдейя

Читать полностью

Другие программы

Частное мнение

Он живёт в моих делах. Виктория Галкина

Скачать

В один из прохладных осенних дней я пришла в наш храм пораньше. В полумраке, у кануна, стояла женщина лет пятидесяти. Она не плакала, но в её глазах была такая глубокая печаль, что я невольно задержала шаг.

На чаепитии после службы услышала историю этой нашей сестры во Христе. Ту, что навсегда осталась в моём сердце. Её мужа, Андрея, не стало внезапно — сердечный приступ на работе. Один звонок, скорая, реанимация, и вот уже всё кончено.

Первые недели она жила, как во сне. Каждое утро просыпалась с одной и той же мыслью: «Он больше не ответит, не улыбнётся, не скажет "люблю"». Она ловила себя на том, что машинально ставит вторую чашку на стол, или поворачивает голову на знакомый звук, или берёт телефон, чтобы рассказать ему что-то важное... А потом — тишина.

Женщина перестала выходить из дома, почти не ела, не отвечала на звонки. Мир стал для неё серым, звуки — глухими, а будущее — бессмысленным.

Однажды она всё же дошла до храма просто потому, что ноги, как говорится «сами привели». Подошла к батюшке, который знал их семью много лет, и тихо спросила:

— Как мне жить дальше?

Он посмотрел на неё внимательно, с той особой теплотой, которую умеют подарить священники.

— Начните поминать его, — сказал он, — Не только в дни памяти, а каждый день, молитесь за него, делайте добрые дела, вспоминайте его с благодарностью. Это — способ сохранить вашу связь.

Сначала женщине показалось, что это не поможет. Но она решила попробовать.

Прошло несколько месяцев. Как рассказывала женщина, боль не исчезла, но изменилась. Из острой, разрывающей, она стала тупой и тихой.

Однажды, возвращаясь с работы, остановилась у храма. Зашла, поставила свечу за упокой Андрея. И вдруг почувствовала не пустоту, а присутствие.

— Я чувствую, что он не ушёл, — прошептала она, — Он живёт в моих делах, в моей любви, в молитвах.

Заканчивая рассказывать свою историю, она произнесла: «Память это — действие. Вспоминать, значит не просто прокручивать в голове образы прошлого, а продолжать любить, благодарить, делиться тем, что осталось в сердце и молиться о любимом. И главное, что я поняла: благодарность сильнее скорби, когда мы благодарим за то, что было, боль теряет власть над нами».

Ведь любовь не умирает, она никогда не перестает, как сказал апостол Павел в Послании к Коринфянам. По словам святителя Иоанн Златоуста: «Смерть разлучает тело от души, но не разлучает любви от любящих». Эти слова согревают сердце. В них кроется не отвлечённая истина, а живое утешение для каждой души, объятой скорбью.

Когда мы ставим свечу в храме, когда произносим имя дорогого человека, когда мысленно обращаемся к нему в минуты радости и печали, мы не просто «поминаем», в этой незримой, но ощутимой связи рождается удивительное чувство: они рядом.

И в этом великая надежда: связь не прервана. Она лишь перешла в иную, духовную реальность. Нас соединяет молитва. Земная и Небесная церкви молятся вместе.

Автор: Виктория Галкина

Все выпуски программы Частное мнение

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 21 марта 2026г.

Вечер 21.03.26.

Неде́ля 5-я Вели́кого поста́.

Прп. Мари́и Еги́петской.

Глас 1.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 1:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 1:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Вече́рния на́ша моли́твы/ приими́, Святы́й Го́споди,/ и пода́ждь нам оставле́ние грехо́в,/ я́ко Еди́н еси́// явле́й в ми́ре Воскресе́ние.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Обыди́те лю́дие Сио́н,/ и обыми́те Его́,/ и дади́те сла́ву в нем Воскре́сшему из ме́ртвых:/ я́ко Той есть Бог наш,// Избавле́й нас от беззако́ний на́ших.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Прииди́те лю́дие,/ воспои́м, и поклони́мся Христу́,/ сла́вяще Его́ из ме́ртвых Воскресе́ние:/ я́ко Той есть Бог наш,// от пре́лести вра́жия мир Избавле́й.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Весели́теся Небеса́,/ воструби́те основа́ния земли́,/ возопи́йте го́ры весе́лие:/ се бо Емману́ил грехи́ на́ша на Кресте́ пригвозди́,/ и живо́т дая́й, смерть умертви́,// Ада́ма Воскреси́вый, я́ко Человеколю́бец.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Пло́тию во́лею Распе́ншагося нас ра́ди,/ Пострада́вша и Погребе́нна,/ и Воскре́сша из ме́ртвых,/ воспои́м глаго́люще:/ утверди́ правосла́вием Це́рковь Твою́, Христе́,/ и умири́ жизнь на́шу,// я́ко Благ и Человеколю́бец.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: Живоприе́мному Твоему́ гро́бу/ предстоя́ще, недосто́йнии,/ славосло́вие прино́сим/ неизрече́нному Твоему́ благоутро́бию, Христе́ Бо́же наш:/ я́ко Крест и смерть прия́л еси́, Безгре́шне,/ да ми́рови да́руеши Воскресе́ние,// я́ко Человеколю́бец.

Стихиры прп. Марии Египетской (из Триоди), глас 6, подобен: «Всю отложи́вше ...»:

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Тебе́ у́бо возбраня́ше честны́х взира́ния,/ скверн пре́жде привлече́нное скверне́ние,/ твое́ же чу́вство, и твоя́ богому́драя соде́янных со́весть,/ к лу́чшим тебе́ обраще́ние соде́яша./ На ико́ну бо воззре́вши благослове́нныя Богоотрокови́цы,/ всех пока́явшися прегреше́ний свои́х всехва́льная пре́жних,// в дерзнове́нии честно́му Дре́ву поклони́лася еси́.

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Ме́стом поклони́вшися ра́достно святы́м,/ доброде́тели напу́тное спаси́тельнейшее,/ отту́ду прия́ла еси́, и зело́ потекла́ еси́ до́брое ше́ствие,/ и струю́ преше́дши Иорда́нскую,/ в жили́ще Предте́чево усе́рдно всели́лася еси́,/ и страсте́й свире́пство жи́тельством омрачи́ла еси́,/ истончава́ющи в дерзнове́нии, приснопа́мятная ма́ти,// плотска́я сво́йства.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: В пусты́ню всели́вшися твои́х страсте́й/ о́бразы от души́ отъя́ла еси́,/ богови́днейшее изображе́ние в души́ написа́вши,/ доброде́телей ви́ды,/ и толи́ко просия́ла еси́,/ я́ко и вода́ми легко́ преходи́ти блаже́нная,/ и от земли́ взима́тися в твои́х к Бо́гу моле́ниих,/ и ны́не в дерзнове́нии всесла́вная Мари́е,/ Христу́ предстоя́щи,// моли́ся о душа́х на́ших.

Стихира прп. Марии Египетской (из Триоди), глас 4, подобен: «Всю отложи́вше ...»:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Очудотвори́, Христе́, Креста́ Твоего́ си́ла,/ я́ко и я́же пре́жде блудни́ца,/ по́стническим по́двигом подвиза́ся,/ отню́дуже и немощно́е отве́ргши,/ до́блественно сопротивоста́ на диа́вола./ Те́мже и по́честь побе́ды нося́щи,// мо́лится о душа́х на́ших.

Догматик, глас 1:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Всеми́рную сла́ву,/ от челове́к прозя́бшую,/ и Влады́ку ро́ждшую,/ небе́сную дверь,/ воспои́м Мари́ю Де́ву,/ безпло́тных песнь, и ве́рных удобре́ние./ Сия́ бо яви́ся не́бо, и храм Божества́:/ Сия́ прегражде́ние вражды́ разруши́вши,/ мир введе́, и Ца́рствие отве́рзе./ Сию́ у́бо иму́ще ве́ры утвержде́ние,/ побо́рника и́мамы из Нея́ ро́ждшагося Го́спода./ Дерза́йте у́бо, дерза́йте лю́дие Бо́жии:/ и́бо Той победи́т враги́,// я́ко Всеси́лен.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́: (В приходской традиции может опускаться)

Поется стихира храма ^{^[1]} , затем:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богоро́дичен воскре́сный из стихи́р стихо́вных по гла́су хра́мовой стихи́ры. ^[2]

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день), и всех святы́х. Мо́лим Тя, многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и, си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́, предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных, честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна, святы́х сла́вных и всехва́льных Апо́стол, и́же во святы́х оте́ц на́ших и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей, Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго, и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мирлики́йскаго, чудотво́рца, святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей слове́нских, святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги, и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рвого митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, митрополи́тов Моско́вских Филаре́та, Инноке́нтия и Мака́рия. Святы́х, сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дского, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, Иларио́на, архиепи́скопа Вере́йскаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших, преподо́бных оте́ц ста́рцев О́птинских, святы́х пра́ведных Иоа́нна Кроншта́дтскаго и Алекси́я Моско́вскаго, святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския, святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны (и свята́го имяре́к, егоже есть храм и егоже есть день) и всех святы́х. благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 1:

Стихира: Стра́стию Твое́ю, Христе́,/ от страсте́й свободи́хомся,/ и воскресе́нием Твои́м из истле́ния изба́вихомся,// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Да ра́дуется тварь, небеса́ да веселя́тся,/ рука́ми да воспле́щут язы́цы с весе́лием:/ Христо́с бо Спас наш, на Кресте́ пригвозди́ грехи́ на́ша:/ и смерть умертви́в, живо́т нам дарова́,/ па́дшаго Ада́ма всеро́днаго Воскреси́вый,// я́ко Человеколю́бец.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: Царь сый небесе́ и земли́ непостижи́ме,/ во́лею распя́лся еси́ за человеколю́бие./ Его́же ад срет до́ле, огорчи́ся,/ и пра́ведных ду́ши прие́мша, возра́довашася:/ Ада́м же, ви́дев Тя, Зижди́теля в преиспо́дних, воскре́се./ О чудесе́! Ка́ко сме́рти вкуси́ всех жизнь;/ но я́коже восхоте́ мир просвети́ти зову́щий и глаго́лющий:// Воскресы́й из ме́ртвых, Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Жены́ мироно́сицы, ми́ра нося́ща,/ со тща́нием и рыда́нием гро́ба Твоего́ достиго́ша,/ и не обре́тша Пречи́стаго Те́ла Твоего́,/ от А́нгела же уве́девша но́вое и пресла́вное чу́до,/ Апо́столом глаго́лаху:/ воскре́се Госпо́дь,// подая́ ми́рови ве́лию ми́лость.

Стихира прп. Марии Египетской (из Триоди), глас 2, самогласна:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Стихира: Душе́вная ловле́ния,/ и стра́сти плотски́я мече́м воздержа́ния посе́кла еси́:/ по́мысла прегреше́ния/ молча́нием обуче́ния подави́ла еси́,/ и струя́ми слез твои́х пусты́ню всю напои́ла еси́,/ и прозябла́ еси́ нам покая́ния плоды́./ Те́мже твою́ па́мять// преподо́бная пра́зднуем.

Богородичен воскресный, глас 2:

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: О чудесе́ но́ваго всех дре́вних чуде́с!/ Кто бо позна́ ма́терь без му́жа ро́ждшую,/ и на руку́ нося́щую,/ всю тварь Содержа́щаго?/ Бо́жие есть изволе́ние, Ро́ждшееся./ Его́же я́ко Младе́нца, Пречи́стая,/ Твои́ма рука́ма носи́вшая,/ и Ма́терне дерзнове́ние к Нему́ иму́щая,/ не преста́й моля́щи о чту́щих Тя,// уще́дрити и спасти́ ду́ши на́ша.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Хор: Благословлю́ Го́спода на вся́кое вре́мя,/ вы́ну хвала́ Его́ во усте́х мои́х./ О Го́споде похва́лится душа́ моя́,/ да услы́шат кро́тции, и возвеселя́тся./ Возвели́чите Го́спода со мно́ю,/ и вознесе́м И́мя Его́ вку́пе./ Взыска́х Го́спода, и услы́ша мя,/ и от всех скорбе́й мои́х изба́ви мя./ Приступи́те к Нему́, и просвети́теся,/ и ли́ца ва́ша не постыдя́тся./ Сей ни́щий воззва́, и Госпо́дь услы́ша и,/ и от всех скорбе́й его́ спасе́ и./ Ополчи́тся А́нгел Госпо́день о́крест боя́щихся Его́,/ и изба́вит их./ Вкуси́те и ви́дите, я́ко благ Госпо́дь:/ блаже́н муж, и́же упова́ет Нань./ Бо́йтеся Го́спода, вси святи́и Его́,/ я́ко несть лише́ния боя́щимся Его́./ Бога́тии обнища́ша и взалка́ша:/ взыска́ющии же Го́спода// не лиша́тся вся́каго бла́га.

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия