«О значимости и христианском осмыслении произносимых нами слов и пожеланий удачи и здоровья». Прот. Андрей Рахновский

(11.05.2020)

В нашей студии был настоятель храма Ризоположения в Леонове, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии протоиерей Андрей Рахновский.

Мы говорили о важности и христианском осмыслении произносимых нами слов и пожеланий, в частности пожеланий удачи, счастливого стечения обстоятельств, здоровья. Отец Андрей пояснил смысл заповеди «не поминай имя Господа всуе». Также разговор шел о том, может ли сказанное слово повлиять на нашу жизнь и каким образом.

Ведущий: Александр Ананьев.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- Добрый вечер, дорогие друзья!

Меня зовут Александр Ананьев, и, в очередной раз, правда, после довольно продолжительного перерыва, связанного с эпохой самоизоляции, я выступаю в эфире светлого радио в роли неофита. И вопросов за то время, пока программа выходила в повторах, у меня накопилось немало.

В частности, я сегодня очень хочу поговорить о словах. Как важны слова, сказанные со смыслом, или – сказанные впроброс, что называется, всуе.

Об этом я хочу поговорить с человеком, который очень хорошо разбирается в словах и смыслах – с преподавателем, богословом, настоятелем храма Ризоположения в Леонове, протоиереем Андреем Рахновским.

Христос Воскресе, дорогой отец Андрей!

О.Андрей:

- Воистину Воскресе, Александр! Здравствуйте!

А.Ананьев:

- Как Ваши дела? Как дела в самом уютном храме Москвы, в этом ботаническом саду?

О.Андрей:

- Он стоит пустой, но с прихожанами мы активно общаемся онлайн – по телефону и так далее. В общем, приход живёт!

А.Ананьев:

- Правильно ли я понимаю Вас, что вот эта вот самоизоляция, вот эта эпидемия, пандемия – и для Вас открыла какие-то новые каналы общения, и в этом тоже есть… ну… какой-то Промысел Божий? Хотя, конечно, странно так говорить, в контексте того, что болеют и умирают от этой болезни очень хорошие люди, и это, каждый раз, переживаешь, как личную трагедию. Но, ведь, и какой-то смысл, наверное, во всём этом есть?

О.Андрей:

- Смысл, конечно, есть… но я какие вижу… есть ли, опять-таки, вот, с определённой оговоркой, как Вы сказали, положительные стороны? То есть, из людей, которые… ну, вот… просто приходят на службы… пусть не обижаются и поймут правильно… как бы… выкристаллизовывается община. То есть, люди, которые, действительно, имеют связь с Церковью, хотят эту связь сохранять, они сейчас и проявились. То есть, люди, в какой-то момент, осознали себя так, что – мне важно быть со всем остальным приходом, с Церковью вот в этот период. И люди ищут способы, и, соответственно, радуются возможности пообщаться, увидеть Богослужение онлайн, поговорить.

Мы сейчас проводим… такие… утром и вечером вместе читаем утренние и вечерние молитвы по Инстаграму (деятельность организации запрещена в Российской Федерации) – соборные молитвы, читаем Евангелие, разбираем, беседуем – помимо Богослужения. Так, что – вот, так вот…

И я вижу очень большую пользу от этого. Именно личное общение появилось со многими – в том объёме, в той… как бы… плотности, которой не было раньше.

А.Ананьев:

- Как заметил один дорогой мне священник, глядя на количество участников трансляции службы: «У меня в храме никогда не было 2000 человек!» – глядя на то, что у него сейчас 2000 человек смотрит его трансляцию.

О.Андрей:

- Ну, у нас – более скромные цифры, но тут цифры не так важны, а… то, что это происходит.

А.Ананьев:

- Важно ощущение сопричастности – то, что мы вместе, и, по-прежнему, делаем общее дело, несмотря на закрытые изнутри квартиры.

Отец Андрей, вопрос, что называется, в лоб. Мне это всегда было непонятно – давно хотел спросить. Что значит «не поминай Имя Господа нашего всуе»?

О.Андрей:

- А-а! Ну, давайте, так… если выражаться более точно, то перевод там следующий: «Не употребляй Имени Господа в ложных клятвах». То есть, не просто всуе, а именно всуе – в ложных клятвах.

То есть, было принято в древности скреплять договоры, какие-то контракты – ссылкой на божество. И, соответственно… это было нормально. Но почему-то Яхве запрещает Своё Имя употреблять при сделках и договорах. Вот – изначальный смысл.

То есть, мы иногда думаем, что это… не знаю, там… споткнулся, упал и сказал: «Ой, Господи!» – да? Конечно, как некое логическое продолжение этой заповеди – да, всякое пустое упоминание Имени Божия – оно неуместно. Но, всё-таки, если мы говорим про заповедь и про изначальный смысл, то речь идёт о употреблении Имени Божия при клятвах, особенно ложных.

А.Ананьев:

- Всё равно, не понятно… У нас с Аллой Митрофановой, моей женой и коллегой, недавно появился щенок. Когда я смотрю на эту умильную плюшевую рыжую морду, мне хочется сказать: «Боже, какой он красивый!» Вот это будет, простите меня, святотатством, нарушением вот этой заповеди, или же, в приливе чувств, искренне восхищаясь тем, какой же красивый у меня щенок, я могу себе позволить сказать такое?

О.Андрей:

- Знаете, тут интересно… Во-первых, ну, конечно, святотатство – это воровство святых вещей, или воровство в храме. Вот, вы ограбили храм – это святотатство.

А тут, скорее всего, имеется в виду… Вы думаете… хотели сказать – кощунство, да?

А.Ананьев:

- Вот, прям точно сказали! Действительно, кощунство я имел в виду, отец Андрей.

О.Андрей:

- Да. Тут – интересно.

Конечно, как я, вот, вижу, в человеческой культуре есть такая традиция, когда слово «Бог» употребляется в качестве некоего междометия, некоего усиления, и обозначает силу некоего чувства, да? То есть, оно не имеет религиозного содержания, когда мы говорим: «О, Боже! … Боже, какая милашечка, какой щеночек!» – да? Здесь, в общем-то, это слово теряет своё религиозное значение.

Это интересный момент. Потому, что можно сказать… перевести первые слова Книги Бытия как «Дух Божий», а можно… скажем так… немножечко применив определённый подход, перевести как «сильный ветер». И, в общем-то, с точки зрения просто слов – будет правильно и то, и то. Хотя, мы понимаем, что речь там отнюдь не о сильном ветре, а о Духе Божием. Но, тем не менее, в человеческой культуре это употребляется – Имя Божие, как усиление такое.

Но, всё-таки, если мы говорим о верующем человеке, а верующий человек – ему свойственно стремиться к некоей целостности, то есть, восприятию своей жизни через призму веры – поэтому, конечно, для нас Имя Божие – оно свято. Это надо понять. И учение о святости Имени Божиего – оно есть в Ветхом Завете, оно есть в Новом Завете, особенно, в Книге деяний святых апостолов. Оно очень интересно получило развитие в жизни Церкви. И поэтому Иоанн Кронштадтский, в своё время, сказал, что когда мы призываем Божию Матерь – имя Её призываем – то Она с нами, когда мы святого призываем – он с нами, когда мы Бога призываем по Имени – Он с нами. Потому, что имя святого – это сам святой, имя Божией Матери – это Сама Божия Матерь, а Имя Божие – есть Бог.

Поэтому, здесь есть какая-то опасность, знаете, прикоснуться невзначай к великой святыне, не оценив…

Вот, представьте себе, что вы пришли в музей. Я помню, когда я оказался в Лувре, я мечтал: «Вот, надо же… как же… нельзя же не посмотреть на Венеру Милосскую…» – и я хотел посмотреть, и было бы обидно, если бы я просто пробежал мимо, не оценив это произведение искусства великое.

То же самое может быть с Именем Божиим. Мы его настолько истрепали в общении, что нам не понятен, вообще, спасительный его смысл – что Имя Божие, и его призывание, может человека спасти. В буквальном смысле этого слова.

А.Ананьев:

- Прежде, чем я задам очень важный, и, наверное, самый ключевой вопрос за сегодняшний разговор, я хочу вспомнить свой год жизни в Соединённых Штатах Америки.

Я жил в доме у потрясающей, очень доброй и великодушной женщины, которую зовут Мэрилин, женщины религиозной. И она, каждый раз… вот… спотыкаясь на лестнице, или, видя щенка, говорила: «Гаш!»… не «гад», а «гаш». И я её спрашивал: «Мерилин, а почему Вы говорите «гаш»? Ведь, правильно – «гад»?» – на что она отвечала: «Ну, нельзя говорить «гад» налево и направо!» А «гаш» – изменив вот это вот самое слово – вроде как, можно.

По той же логике, насколько я могу судить, люди, в письменной речи, некоторые… вот… я, правда, не понимаю, зачем они это делают… в написании слова «Бог» почему-то меняют буку «о» на «*». Вроде, как, тоже – из уважения, из понимания важности самого слова «Бог», а тут… вроде, как… аккуратно обходят это, и… тоже… вроде, как… отдают дань уважения.

О.Андрей:

- Ну… Вы знаете… да, это известные моменты, в общем-то.

Вы знаете, что, допустим, в иудейской культуре нельзя было произносить Имя Яхве, например – опять-таки, из благоговения. Произносилось Имя Господь – Адонаи – которое… ну… имеет более такое… скажем так… спокойное употребление. Потому, что господином можно назвать и человека, в конце концов. Поэтому, здесь, в общем-то… Имя Божие Элоа или Элогим заменялось словом Адонаи – потому, что… ну… потому, что… опять-таки… Адонаи – это многозначное слово, и так можно было назвать и человека. Или – обратившись… как бы… к группе людей, например. А вот – нечто подобное и здесь происходит. Это… такие… скажем так… это – выверты человеческой психики, способ, через какие-то формальные вещи, уйти от чувства вины за что-то такое… как кажется… неправильное.

Вот, поэтому, всё-таки, если оставаться духовно трезвым, то я не могу с этим согласиться. В этом, опять-таки, мне кажется, отсутствует какая-то целостность, да? И, отчасти, это напоминает какие-то эвфемизмы, когда человек, например, вместо какого-то… скажем так… матерного слова, употребляет его… такой… приличный эквивалент.

А.Ананьев:

- Чувствую, что наступаю на очень тонкий лёд. А разве не правильно то, что мы, стараясь как-то включить вот эту осознанность, избавляем свою речь от плохих слов, и от плохих каких-то… материй, и призываем к себе что-то очень важное, что-то очень хорошее, главное и тёплое?

О.Андрей:

- Я не буду… как бы, это… судить людей. Мне кажется, что… с одной стороны, на смысл речи это не влияет. То есть, скорее всего, эти слова мы используем для эмоциональной окраски, или для того, чтобы выразить своё эмоциональное отношение к чему-либо. Но я честно скажу: вот, лично мне бы… вот, я бы хотел научиться так говорить, чтобы выражать свои эмоции, своё отношение к происходящему, даже без каких-то эвфемизмов.

А.Ананьев:

- Отец Андрей, вот, сейчас Вы меня удивили! По-моему, человека, который более внимательно относится к своей речи… и осознанно выбирает каждое слово, трудно вспомнить. Разве у Вас тоже есть такая вот… проблема со словами и языком?

О.Андрей:

- Ну… мы с Вами-то разговариваем… скажем так… хотя у нас и доброе общение, но – в официальном формате. Но, к великому сожалению… скажем так… бывает разный регистр общения, и какие-то… такие… нехорошие…

Хотя, я прекрасно помню, что… поисповедуюсь перед нашими слушателями… что ненормативную лексику я употреблял в своей жизни ровно один месяц. Это были каникулы между 1 и 2 классами, когда я попал в пионерский лагерь впервые. И там я этому научился. И – месяц, увы, – я произносил эти слова. Потом, когда вернулся домой, я уже больше эти слова не произносил никогда.

А.Ананьев:

- Другими словами, мы, как христиане, должны быть всегда в некотором осознанном напряжении, должны быть всегда очень чутко настроены к тому, что мы говорим, что мы произносим… я Вас правильно понял? Но, ведь, если так, то… это же невозможно! Ведь, даже сам пост существует для того, чтобы наша жизнь была чередованием духовной тренировки и духовного расслабления. Как же можно постоянно, 24/7, находиться вот в этом «включённом» состоянии? Или это – можно?

О.Андрей:

- Нет… это – вопрос привычки, понимаете? Какие-то слова мне просто неприятно произносить, мне… мне не хочется. То есть, у меня нету… не то, что – я с собой борюсь, чтобы, не дай Бог, что-то такое не произнести. Это не значит, что… знаете… вот, Ваша речь, Александр, должна быть всегда такая, знаете… «токмо, аще убо абие еси…», понимаете… вот, в таком каком-то стиле! Это, конечно, неестественно… как бы… ненормально. Но, как мне кажется, грязи какой-то нужно избегать. А как же? В этом, в том числе, тоже… такой… духовный труд заключается.

То есть, понятно, что речь должна быть естественной, да? Некая… такая… искусственность присутствует во всяких наших, там… «Спаси, Господи», да, и так далее, и прочем… скажем так… «жаргоне» церковном. Да ещё, более того, неграмотном, с точки зрения церковно-славянского языка. Потому, что «Господи» – это звательный падеж.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- Протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, отвечает сегодня в эфире светлого радио на вопросы неофита Александра Ананьева, и вопросов у него…

Вы сейчас сказали, отец Андрей: «… если не вкладывать в слова религиозного смысла». А может быть – у меня предположение – вне нашей воли, или вне обстоятельств, вне ситуации, изначально вкладываться религиозный смысл? Ведь, в конечном-то итоге, в начале было именно – Слово. Именно со Слова всё начинается. И каждое слово, которое мы произносим – оно имеет религиозный смысл – так это, или нет?

О.Андрей:

- Ну… в таком случае, оно имеет, конечно, религиозный смысл – в том смысле, что всё, сотворённое Богом, имеет религиозный смысл. Потому, что, в своей основе, имеет Божественный Логос, да? То есть, некое Творческое действие и Слово Божие, благодаря которому, вообще, всё существует. И, я бы сказал, в этом смысле, даже и дьявол имеет религиозный смысл – потому, что он тоже сотворён Богом. И… это, действительно, так.

Но тут… Вы знаете… я не знаю, выйдем ли мы на эту дорожку или нет… я сразу бы хотел сказать, что мы отнюдь не клоним в сторону того, что… знаете, вот… любят в таких, полуоккультных кругах… ну, и в быту, в частности, такую мудрость изрекать: «Вы знаете, наши слова материальны». То есть, имеется в виду, что… они, конечно, материальны, это – открыть Америку, потому, что это – колебания волн… либо письмо – да, всё это имеет материальную структуру, всё это понятно, масло масляное это слово «материальны»… а имеется в виду, что сказанное слово может иметь некое, неизвестное нам, но прямое действие. Там… не знаю… ругай каждый день цветочек, который у тебя растёт – и он завянет, или – что-то в этом духе. Но это уже – то, что относится к области оккультизма. И мы отнюдь… когда мы говорим о важности слов, мы не клоним в эту сторону. Потому, что единственное слово, которое, всё-таки, имеет в себе силу, и силу благодати, это – Имя Божие.

Но… мы понимаем, всё-таки, условность этого. Потому, что, как говорит преподобный Исаак Сирин, было время, когда у Бога не было Имени, и будет время, когда у Него не будет Имени.

Потому, что, всё-таки, любое имя – и даже Имя Божие – это… такой… тварный элемент. И мы понимаем, что речь, как проявление ума – это дар Божий, который нам дан, вне всякого сомнения. Но мы должны понимать, что Бог, конечно, выше всяких слов. И, хотя Имени Божию сопутствует благодать, и, произнося Имя Божие, мы приобщаемся к благодати Божией – именно это имел в виду отец Иоанн Кронштадтский – всё-таки, мы не должны каким-то магическим образом абсолютизировать Имя Божие.

А.Ананьев:

- То есть, Вы не из тех, отец Андрей, кто считает, что, если налить в две банки воду, и одной банке говорить «я тебя ненавижу», а другой банке «я тебя люблю», молекулярная структура у воды в банках будет разная? У той, которой говоришь «я тебя люблю» будет красивая, а у той, которой говоришь «я тебя ненавижу» – будет ужасная.

О.Андрей:

- Да, я к таким людям не отношусь. Я считаю, что здесь заканчивается и наука, и вера. И мистика, в том числе.

А.Ананьев:

- Ещё один вопрос из этой же области.

Я лично знаю людей, и очень люблю этих людей, которые считают, что, например, фраза «ну, ничего себе!» обрекает тебя на то, что тебе в этой жизни – ничего не достанется. Этой фразы надо избегать, и говорить: «Какая прелесть! Как всё хорошо!»

О.Андрей:

- Ну, это – определённого рода магизм. Опять-таки, это – вера в магию слов.

Да, мы понимаем, что, действительно, слово может убить человека, сделать ему очень плохо. Но не потому, что оно имеет какую-то магическую силу, а потому, что какое-то… скажем так… уязвимое состояние человека – его души, его ума – может натолкнуться на мою негативную эмоцию, которая проявляется через слово, и человек, не почувствовав от меня… как бы… сочувствия, а, наоборот, какую-то грубость, жёсткость, издёвку, может упасть духом. Вот, в этом смысле – да, слово может убить, иметь последствия. Но, конечно же, не как… некое, вот… физическое явление колебания волн, само по себе. Вот.

А.Ананьев:

- Относительно недавно, вскоре после Крещения, я понял, что, за свою жизнь, я очень много чего сказал неправильного – как в серьёзном, высоком смысле, так и в мелочах. В мелочах – в первую очередь.

Ну, в частности, выходя на сцену, и, слушая от коллег пожелание: «Ну, не пуха тебе, ни пера!» – я привычно отвечал… простите меня за то, что я скажу так в эфире светлого радио: «К чёрту!» – и шёл работать на сцену, не придавая этому особого значения.

Конечно, сейчас я говорю: «С Богом!» – и очень многие люди, которые хотят пожелать мне чего-нибудь хорошего, они говорят: «Ну, с Богом!» – и всё. И – слава Богу, всё хорошо.

Но, сплошь и рядом, ведь, такие фразочки – бывают.

И, собственно, к чему я затеял наш разговор. Буквально вчера, один дорогой мне человек сказал: «Ну, ты… там… не болей… удачи тебе!» – и я что-то крепко задумался. Так, а, вот, удача – это что такое? Это – как?

Я, конечно, сказал: «Спасибо! И ты не болей! Пусть всё будет хорошо у тебя». Но, вот, это пожелание, сродни, получается тому – «Ни пуха, ни пера… К чёрту»? Хотя, ведь, человек-то имеет в виду исключительно хорошее – он меня любит, и хочет, чтобы у меня всё было хорошо.

Сегодня я хочу поговорить с Вами об удаче. И всё, что у нас было… вот… до этого – это была… такая… прелюдия о важности произносимых нами слов.

Удача – что это такое, с точки зрения Православия? С точки зрения православного священника.

О.Андрей:

- Ну… Вы знаете, я тут… конечно, я не берусь говорить, с точки зрения всего Православия, и вряд ли мы найдём в… как бы… чтобы Православие всерьёз рассматривало это слово. Но. Тем не менее.

Всё-таки, когда Вам Ваш друг желает удачи, он просто желает: «Дорогой Александр, пусть у тебя всё будет хорошо!» То есть, он не вкладывает в это… скажем так… какую-то глубокую религиозную философию.

Но, всё-таки, для полноты информации, давайте, скажем, что, всё-таки, формально, пожелание удачи – имеет религиозные корни. Была даже такая греческая богиня, звали её Тюхе. Даже было такое пожелание греческое «доброй Тюхе» – «20:44», по-гречески. Это, прямо, вот, калька английского «good luck», это прямо, один в один, похоже на эту греческую фразу.

То есть, имеется в виду, что некие высшие силы должны тебе эту удачу даровать. Потому, что, конечно, в языческом космосе… там… у тех же греков, человек, всё-таки… его положение было очень пессимистическим. То есть, он, всё-таки, был жертвой, очень часто, каких-то божественных процессов, божественных интриг. Вспомним ту же Троянскую войну – самый, такой… яркий пример. И, поэтому, конечно, всё зависело от воли богов, от этой некоей удачи, которая одним посылает какие-то необъяснимые скорби, разочарования и потери, а другому, пусть даже и незаслуженно, дарует какое-то счастье.

То есть, это, вне всякого сомнения, обращение… вот, та же самая Фортуна… да… у римлян. То есть, это, вот… скажем так… проявление языческого мировоззрения.

Но, тем не менее, что интересно: что в христианстве учение о таких вот случайностях – оно очень интересно себя проявило.

У Фомы Аквинского есть одно из доказательств Бытия Божия, которое звучит… пусть меня простят образованные люди и философы, если я немножко это вульгарно передам.

Смысл очень простой. Что в нашей жизни случаются случайные вещи – то есть, случайности, которые не имеют какой-либо реальной причины в нашей жизни. То есть, мы причинную связь не можем установить. Вот, вдруг – раз, и произошло это в жизни человека. Но… а, поскольку ничего не может быть без причины, следовательно, у тех случайных вещей есть некая невидимая причина – она и есть Бог. То есть… ну… это, как бы, одно из доказательств Бытия Божия.

А.Ананьев:

- Да. Ну, а если вспомнить выражения… там… «удача ему улыбнулась», или «удача от него отвернулась», «у него была хорошая» удача, или «плохая удача» – так и получается!

О.Андрей:

- Да! То есть, здесь, вот именно – представление о некоей благой судьбе, роке, фатуме, то самое «ананке», которое было написано на одной из колонн собора Парижской Богоматери в известном романе Виктора Гюго.

Но, всё-таки, христиане, и христианское богословие, христианская вера изначально выступала против веры в удачу и судьбу. У святых отцов есть прямо вот сочинения, которые так и озаглавлены: «Против судьбы».

Вот, ближайший к нам святой Максим Грек, который у нас жил на Руси. Почему – против учения о судьбе? То есть, именно против того, что есть некий сценарий нашей жизни, который предначертан, или преднаписан, некими высшими силами. Вот, это заблуждение. И поразительно, что его исповедуют многие христиане. Типа, вот, «как Бог написал, так оно и будет». Но – это уже ближе к мусульманству, на самом деле, где есть, всё-таки, учение о тотальной воле Аллаха на всё абсолютно.

Всё-таки, христианство исходит из учения о свободе. Поэтому, нет никакого преднаписанного сценария с удачами и неудачами жизненными. Все события, которые происходят – есть следствия нашей свободы ( как в плохом, так и в хорошем смысле ), так и свободы других людей. И, в общем-то, нашей уязвимости перед этим миром. Но – никакой предопределённости! Это очень важно. А, знаете, это уже важное такое догматическое положение. Хотя, вот, многие даже и христиане, ничтоже сумняшеся, в это верят.

А.Ананьев:

- Удачи – нет? И нет – неудачи? Есть просто – Божий Промысел?

О.Андрей:

- Вот это тоже… как бы… не так просто. Потому, что надо понимать, что если говорить об удаче, как о чём-то хорошем в жизни – то есть, это всегда плод труда самого человека. Либо – его бездействия. Либо – доброй воли других людей, в отношении нас. То есть, это всегда – очень конкретно, и очень лично, и всегда связано с волей конкретного человека.

Но… вот, то, что Вы сейчас спросили. В общем-то, это… ну… извините, это – азы христианской веры, что в мире действуют – три воли. Свободных воли. Это воля Божия, воля человеческая и воля диавола, воля падших духов. Поэтому, не всё в мире происходит по воле Божией. И, почему-то, Господь – Он как-то подвигается ( извините за такое выражение ), и попускает, рядом с собой, существовать ещё вот этим волям. Почему? – у меня нет ответа на этот вопрос.

Ну, наша воля – ещё понятно. Без свободной воли не достигнешь святости. А – почему попускает, так или иначе, действовать злу? Вот – вопрос.

А.Ананьев:

- Мы продолжим с вами разговор ровно через минуту.

Сейчас – немножко полезной информации на светлом радио, и – мы вернёмся в нашу импровизированную студию радио «Вера».

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается.

Здесь – протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, я – Александр Ананьев. Мы продолжаем говорить о том, как сказанное слово, в которое и не вкладывается, может быть, отрицательный смысл, может повлиять на нашу жизнь, и – как оно может повлиять, и – что представляет собой само слово «удача» в Православии, ну, и, в частности, можно ли желать удачи себе и другим.

Как священник, как пастырь, как человек, который много общается с прихожанами, Вы же, наверное, сталкивались с тем, что везению, невезению, удаче, неудаче – люди, по-прежнему, придают какое-то огромное значение, не задумываясь о том, что вот этого всего не просто нет, а это ещё и язычество какое-то, и нарушение каких-то правил и канонов – это встречается, ведь, часто?

О.Андрей:

- Да, очень часто. При том, что это очень интересно соединяется именно с христианским учением – с искажённым, конечно, учением – о воле Божией… ну… и так далее.

Вот, Вам вопрос такой: сколько раз Гитлер летал на самолётах – ну, почему у него ни разу аварии не случилось? Казалось бы, да? А, вот, другой, хороший человек, взял и погиб в какой-нибудь катастрофе, например. Что это – удача? Нет… не в этом дело.

Да, вне всякого сомнения, Господь, Своей волей, может вмешаться в естественный ход событий – может. Может это делать очень мягко – например, как в жизни апостола Павла. Сказал ему Христос, явившись во сне: «Ты будешь в Риме проповедовать», – а сколько прошло, со времени этого обещания? Два года. Представляете? Сидел Павел в тюрьме. Ну, хорошо – Бог тебе пообещал. Ну, день прошёл, два, неделя, месяц, два, полгода, квартал ещё прошёл – а ничего не меняется! Вот, знаете, под конец двух лет уже можно было и разувериться, и сказать: «Что ж это такое-то? Что ж… Господь пообещал, а…» – ну, как бы, вот, многие из нас, например, поступили, да?

Другой пример, очень интересный. Апостол Павел – это мы знаем из Послания к Коринфянам – не знал, что с его другом Титом происходит. То есть, Тит пропал куда-то, и Павел пошёл его искать. Сначала в Троаду пошёл, потом в Европу переправился, Македонию – ну, не знал он, где тот находится.

Вот, спрашивается – где удача сопутствовала Павлу? Почему Божий Промысел заставил его столько бесполезных действий совершить – прежде, чем найти своего друга? Тем более, он же откровения Божии должен был получать… ну, как… по расписанию, наверное… в обед… как у нас многие старцы в легендах разных получают откровения каждый день от Господа. Это очень интересный момент соотношения… это – с одной стороны. А с другой стороны мы видим прямое вмешательство Божие, когда, действительно, Господь просто останавливает какие-то исторические события, как, вот, в наших, например, сказаниях о различных… там… завоевателях, которые приходили на Русь – вот, с тем же ханом Тохтамышем, например, и так далее.

Вот… то есть, по-разному это бывает. Именно поэтому это и Божие чудо очень часто, что оно не каждый раз себя проявляет.

Вот, сейчас у нас идёт эта эпидемия. Вот, почему… вот, Господь нас оставил, ведь, один на один с этими обстоятельствами жизни, с этой уязвимостью. И Причастие, которое мы во исцеление души и тела принимаем, водичка святая, чудотворные иконы, и святые источники – не помогают нам. Все поехали бы – да окунулись в святой источник – все несколько тысяч человек, кто больные! Но, ведь, не действует, очевидно, да? И, вот, Господь попустил нам сейчас это всё пережить, почувствовать уязвимость свою. А когда-то – Он явно нам помогает, и мы это знаем – и исцеляет даже.

Вот, почему так происходит? Дело не в удаче и неудаче, а в том, что Господь действует свободно, мы действуем свободно, и всё это, очень сложным образом, сочетается.

А.Ананьев:

- Вот, чувствую я, отец Андрей, что, если разобраться в этом вопросе, особенно на этапе вот этого неофитства, очень многое встанет на свои места.

Ведь, если ты едешь по дороге, и попадаешь в какую-то случайную неприятную аварию, или с тобой происходит что-то – получается, что во всём этом есть смысл? Это не игра в бисер, где – вот так вот выпали кости, и вот так вот – получилось всё, случайным образом…

О.Андрей:

- Да. И здесь… мы должны понимать, что мы живём в некоей естественной среде. Эта среда – не только среда природы, но это – социальная среда, это среда… как бы… жизни людей, эмоциональная среда… вот… и вот этих свободных воль, которые действуют, желают, хотят, добиваются, стремятся – их очень много.

И вот – два замечательных человека, с богоданной свободой, ехали на разных автомобилях, понимаете? И у каждого из них было свободное желание куда-то доехать. Каждый из них, в какой-то момент… там… или кто-то… вдруг решил, что… ну… можно правилами где-то пренебречь, они, в данный момент, не для него придуманы… ну, я… так… к примеру, понимаете?

А.Ананьев:

- Везучие живут с деньгами, невезучие – без денег, а негодяи – для денег. А часто везение, в нашем понимании, связывается именно с деньгами. И, если получилось так, что ты – без денег… ну… это просто не повезло. А если есть деньги, тебе выпали деньги, это – повезло.

Помните старую шутку о человеке, который всю жизнь мечтал выиграть миллион, а ему сказали: «Ну, как… ты, вот, мечтал всю жизнь выиграть миллион, но ты даже лотерейный билет не купил…»?

Испытывать вот таким образом везение… ну, в частности, я сейчас говорю об азартных играх, которые и построены, по сути, на везении, каким-то образом, насколько это пло… я просто понимаю, что это плохо, я не совсем уж тут лукавлю. Дать шанс… вот, я стоял на кассе не так давно, смотрел на лотерейный билет… не купил лотерейный билет, конечно же, но я смотрю на него и думаю: «Вот, интересно… вот этот лотерейный билет, который сейчас лежит на кассе, он же здесь лежит потому, что… Богу так угодно – вот, он лежит здесь. И, раз он попал в моё поле зрения, может быть, это мне знак, чтобы я его купил, и чтобы у меня были деньги, и я этими деньгами мог бы, наверное, помочь кому-нибудь?»

Причём, лотерейный билет – Вы понимаете – я же притянул за уши этот пример. Но надеяться на удачу, вот, в этом смысле, полагая, что если ты не купишь лотерейный билет, то ты и не получишь миллион – к чему это может привести, и почему это плохо?

О.Андрей:

- Ну… конечно, в каждом человеке живёт эта мечта – вдруг, вопреки каким-то обстоятельствам жизни, ниоткуда заработать себе материальное благополучие. Это абсолютно понятно, и это желание человека эксплуатируется теми, кто эти билеты… в общем-то… изготавливает.

Но, давайте, поговорим рационально. Вот, есть партия лотерейных билетов, и какой-то процент этих билетов – они выигрышные. И вот – часть партии привезли в тот магазин и положили на той кассе, где Вы проходите. И тут уже – чистой воды математика, и – к какой бумажке у Вас потянется рука. Вот и всё. То есть, это… нельзя, ни в коем случае, сюда приплетать Промысел Божий. Это даже нельзя назвать случайностью. То есть, это – следствие неких, абсолютно механических, действий, спровоцированных интеллектуальными усилиями… там… Вашими, и создателей этих билетов.

И вот – у Вас рука туда или туда потянулась. Кто это может предугадать? Понятно, что никакой мистики здесь нету. Это – всё равно, что… на какое место Земли упадёт следующий метеорит? Ведь, это невозможно предугадать. Но не потому, что… воля Божия на это есть или нет, а просто потому, что… вот… Земля, в этот момент, будет вращаться вот так, и он на какой-то скорости будет подлетать, и, действительно, вот в это место – упадёт.

Ну, вот так вот. Здесь мистики абсолютно нет – никакой.

А.Ананьев:

- Мы с Аллой Митрофановой ведём, как Вы знаете, любимую нашу программу «И будут двое…» на телеканале «Спас», и, не так давно, общались с семьёй молодого священника, у которого сгорел прекрасный, очень красивый деревянный храм.

И, вот, жена священника сказала тогда удивительную вещь: «Я благодарила Бога за то, что получилось так, как получилось». Мы были в абсолютном недоумении, и спросили: «Но… как же так? Почему Вам это так согрело душу?» Она говорит: «Я убедилась в том, что Господь нас не оставил – слишком всё было хорошо! У нас был дом, у нас – дети, у нас – всё хорошо, и нет никаких испытаний. А когда всё хорошо, – сказала она, – нету… вот… какого-то духовного напряжения. А здесь – вот, такое испытание, и я – счастлива. И, вот, мы сейчас молимся, чтобы восстановить этот храм…»

И вот эта её мысль, несколько парадоксальная, на первый взгляд, показалась мне очень важной, в контексте нашего разговора.

Может быть, когда с нами происходит то, что мы трактуем как неудачу – ну, сгоревший деревянный храм… ну… на это же нет Божией воли, не может быть… это, действительно, какая-то… какое-то такое стечение обстоятельств…

Вот, видите, я опять сейчас тщательно обхожу, отец Андрей, слово «неудача». Вот, «не повезло», да? Может быть, вот, то, что нам кажется – нам «везёт», у нас всё хорошо… может быть, это – плохо? А, вот, как раз, то, что нам кажется неудачей, испытанием – может быть, это хорошо, с точки зрения Православия? Для нас, как христиан?

О.Андрей:

- Ой… Очень хорошо, когда мы делаем какие-то успокаивающие для себя выводы из тех или иных обстоятельств. Лишь бы это не превращалось в такую философию… знаете, вот… плохо вдруг – ну, значит, хорошо, значит, воля Божия, иначе не спасёшься, пусть и ещё будет хуже – тогда точно спасёшься!

То есть, это всё очень точечно и индивидуально.

Понимаете, мы можем… то есть, человек может увидеть для себя Промысел Божий в конкретной ситуации, но, как только мы начинаем этот пример прилагать абсолютно ко всему, мы впадаем в ошибку. Потому, что мы не знаем, как в конкретном случае – что? Случайность, попущение Божие… там… или, вообще, какие-то другие причины, да?

Потому, что у святых отцов, например, мы находим другие совсем рассуждения. Например, вот, приведу… святитель Григорий Нисский. У него есть сочинение против путешествия в Святую Землю, в Иерусалим. И он говорит, что… в общем-то… почему все путешествуют в Иерусалим? Что это неразумно, неправильно, что многие попадаются разбойникам, их грабят, девицы теряют свою чистоту – потому, что над ними могут надругаться те же разбойники, или какие-то путники, и так далее. То есть, он пишет против паломничеств, по сути дела.

Он мог бы сказать: «Ну, вот, вы, конечно, отправляйтесь в Иерусалим, положитесь на волю Божию, читайте акафист всю дорогу – и с вами ничего не случится». Но почему-то святой отец так не говорит.

То же самое – у него есть ещё одно сочинение интересное – о девстве. И он говорит о важности этого подвига, и – интересное у него рассуждение. В семейной жизни, он пишет, очень много проблем, очень много скорбей, и, чтобы себя от них оградить ( хотя, он сам был женат, между прочим ), лучше себя не связывать вот этими узами, и так далее, чтобы потом не впадать в отчаяние из-за смерти близких, из-за болезней, или из-за их… там… каких-то нравственных падений.

Но мог бы тоже сказать: «Ну, давайте, на Бога понадеемся, на Промысел Божий – и всё Господь устроит».

Но, всё-таки, у святых отцов была… такая… трезвость, и они понимали, что, конечно же, Промысел Божий действует, но и человек – активен. Вот, это очень важный момент! Человек – активен. И не всё, вот так вот… знаете… покрывается, смазывается вот такой вот… как бы… благодатью, как неким таким раствором, исцеляющим абсолютно всё.

Ну, вот… давайте, вспомним, опять-таки, ещё раз апостола Павла, который, во время бури, от Ангела Божия получил откровение, что всё закончится хорошо – что и он спасётся, и все, кто плывёт на корабле.

Ну, казалось бы, можно расслабиться, лечь на палубу, и… там… жевать хлеб какой-нибудь. А он увидел, что хотят моряки убежать с корабля в запасной лодке, и сказал центуриону Юлию, что если они сейчас убегут с корабля, то мы не спасёмся – потому, что без профессионалов корабль… ну, как он, да? Это – просто кусок дерева, который болтается в волнах. Но это уже было – после откровения Ангела.

И, что же получается – Павел не верил Ангелу? Он бы сказал: «Ну, и пускай все бегут! Ангел же пообещал, что все спасутся». А он – следит, смотрит, предпринимает активные действия. Вот, почему так?

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- Протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, я – Александр Ананьев.

Продолжаю задавать вопросы неофита отцу Андрею.

И, вот, я слушаю Вас сейчас, отец Андрей, и понимаю, что очень многие, привычные моему уму, понятия оказываются под вопросом.

К примеру, я, ещё относительно недавно, спокойно отнёсся бы к тому предположению, что жизнь – это, действительно, чередование чёрных полос и белых полос, как на спине зебры, и к этому надо относиться с принятием, благодарностью, и понимать, что после полосы, по сути, невезения, будет полоса везения и удачи. Но, ведь, это же как-то успокаивает? Это же как-то настраивает на какой-то позитивный лад? Даже, если ты находишься в самом начале широкой чёрной полосы. Но, получается, этого тоже нету?

О.Андрей:

- Понимаете, вот… есть крайности, да? Крайность – это когда человек говорит, что: «Всё – в моих руках! Только – я, только – мои силы! Никто мне не нужен – ни Бог, ни царь и ни герой». Да? А есть другая вещь, когда… как бы… немощь воли – она прикрывается надеждой на Промысл Божий. Вот, как здесь выдержать в своей жизни какой-то вот правильный… правильное направление?

Ну, вот… есть разные образы. Вот, Вы сказали про зебру. А кто-то, я слышал, говорит: «Нет, это не зебра, а просто человек идёт по пути прямому – он всегда светлый, а обочины – они чёрные. И, вот, когда человек с правильного пути сворачивает, он попадает на чёрные обочины, и ему кажется, что это вот – зебра. А это – не зебра». А кто-то сказал, что: «Делай на 100% всё, что зависит от тебя, и молись так, как будто всё на 100% – от Бога», – тоже какой-то умный человек сказал.

То есть, по крайней мере, эти образы – они помогают как-то… вот, здесь… это правильно понимать. И, мне кажется… у меня очень трезвое отношение помогли выработать, как это ни странно, дневники святителя Николая Японского.

То есть, это, практически, ежедневное описание его жизни, очень непростой жизни в Японии – как он, вообще, основывал там Православную Церковь. Сколько у него бед! Сколько скорбей! Сколько каких-то неожиданных неприятностей! То храм сгорит, то… ну, там такие храмы были, понимаете, как японские домики такие… деревянные, бумажные… то ещё что-то произойдёт, то… ну, и – масса всего, и постоянно – какие-то неприятности. Но, вы знаете, у него ни разу не было даже намёка… ой, там… какие-то мистические силы… или, там… синтоистские жрецы наколдовали на меня, или ещё что-то… Хотя, наверняка, кто-то, может, и колдовал. Но у него – даже мыслей таких нет.

То есть, дальше – просто: «Так, как нам решить эту проблему? Как нам заново вот это построить… как – то, как – сё?»

Вот… и, при этом, этот человек… мы понимаем, что создать в Японии, агрессивно тогда относившейся к христианству, Японскую Православную Церковь поместную, которая существует до сих пор, невозможно без Промысла и помощи Божией.

Поэтому, я тут, скорее, живу в некоем состоянии вопроса.

А.Ананьев:

- А, вот, сейчас, отец Андрей, у меня к Вам вопрос будет очень непростой, в виду его актуальности.

Я сейчас с ужасом понял, что я, на протяжении последних уже полутора месяцев, поговорив с какими-нибудь прекрасными священниками, дорогими мне людьми, в конце разговора желаю им не болеть: «Я желаю Вам здоровья!» – говорю я им. Разве пожелание здоровья, в данном контексте – в контексте нашего разговора – не превращается в пожелание удачи?

Вот, некоторые пишут в православных форумах, что пожелание здоровья – это, опять же, апелляция к каким-то богам здоровья, и здоровья желать нельзя, с точки зрения Православия.

О.Андрей:

- Ну, это… такие… скажем так… я бы назвал это православными заморочками. Всё гораздо проще. Когда Вы желаете человеку здоровья, Вы что имеете в виду? Вы хотите, чтобы у него всё было хорошо, чтобы была радость, чтобы Господь ему помог, в конце концов. Понимаете?

А.Ананьев:

- Это, как раз, возвращает нас к тому, что каждое, произносимое нами, слово – собственно, то, с чего мы начали разговор – имеет религиозный смысл, имеет значение. И очень хочется разобрать каждое вот это вот пожелание, к которым мы привыкли, и которые к нам привыкли, как ко мне привыкло слово «вот», от которого я пытаюсь избавиться, на протяжение уже нескольких месяцев – получается плохо. А пожелание здоровья – это… плохо?

О.Андрей:

- Мы, в реальной речи, многое сокращаем.

Ну, например, мы ж не говорим: «Это буква, обозначающая звук «а», – мы говорим: «Буква «а». Все понимают, как правильно на самом деле. Мы просто не уточняем – мы сокращаем.

То же самое: когда христианин желает здоровья другому человеку, он – как думает? Чтоб Господь ему дал это здоровье. Не какая-то удача, не какой-то рок, или Судьба, языческая богиня, а Господь – смилостивился бы и послал ему это здоровье. Но мы – не произносим вот эту длинную тираду. Мы говорим: «Здоровья тебе!» – и всё. А кто-то будет произносить то же самое пожелание… или просто, знаете, как… как в известном фильме:

- Что он у меня спросил?

- Это, по-английски, как у тебя дела?

- А ему – что, действительно, интересно, как у меня дела?

И – кто-то произносит это просто, как уже – слова… ну… некая форма приличия. А кто-то, может быть, действительно, желает этого, полагаясь на некие высшие силы, на учение о судьбе, и так далее.

Поэтому, здесь вопрос в том, какой смысл мы в это вкладываем, а не в самих фразах, как таковых.

А.Ананьев:

- Последний вопрос.

Не используется ли где-нибудь пожелание… вот… действительно… удачного стечения обстоятельств? В молитвах, в молитвословах, где-нибудь в Священном Писании?

Я очень хорошо представляю себе, как моя жена в молитве просит, чтобы мне повезло – и это так хорошо, это так нормально… вроде, как – в этом нет ничего плохого, но… вот, я тоже не могу вспомнить, чтобы где-то в молитвах было такое упоминание.

О.Андрей:

- Ну… опять-таки – какой смысл в это вкладывать: языческий или христианский. То есть, «повезло» – в том смысле, чтобы Господь… ну… сделал Вам в этой жизни какие-то подарки. Но это, мне кажется, не грешно.

А.Ананьев:

- Спасибо Вам!

Сегодня мы беседовали о словах, в общем, об удаче, в частности, с настоятелем храма Ризоположения в Леонове протоиереем Андреем Рахновским. Очень надеюсь, что скоро закончится вот эта наша… изоляция, все будут здоровы, и мы обязательно увидимся лично в вашем прекрасном храме Ризоположения в Леонове. Тем более, у вас там, наверное, уже и яблони цветут, и вишни цветут, и, вообще, там – очень красиво!

О.Андрей:

- Очень надеюсь на встречу.

А.Ананьев:

- Меня зовут Александр Ананьев. Радио «Вера».

Услышимся – ровно через неделю.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА».

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 16 августа (вечер 15 августа) 2026г.

Неде́ля 11-я по Пятидеся́тнице.

Преподо́бных Исаа́кия, Далма́та и Фа́вста.

Глас 2.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва, и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 2:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры воскресные, глас 2:

На 10. Стих: Изведи́ из темни́цы ду́шу мою́,// испове́датися и́мени Твоему́.

Стихира: Пре́жде век от Отца́ Ро́ждшемуся Бо́жию Сло́ву,/ Вопло́щшемуся от Де́вы Мари́и,/ прииди́те, поклони́мся:/ крест бо претерпе́в,/ погребе́нию предаде́ся, я́ко Сам восхоте́:/ и воскре́с из ме́ртвых,// спасе́ мя заблужда́ющаго челове́ка.

Стих: Мене́ ждут пра́ведницы,// до́ндеже возда́си мне.

Стихира: Христо́с Спас наш,/ е́же на ны рукописа́ние пригвозди́в на Кресте́ загла́ди,/ и сме́ртную держа́ву упраздни́:// поклоня́емся Его́ Тридне́вному Воскресе́нию.

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Со Арха́нгелы воспои́м Христо́во Воскресе́ние:/ Той бо есть Изба́витель и Спас душ на́ших,/ и в сла́ве стра́шней и кре́пцей си́ле,// па́ки гряде́т суди́ти ми́ру, его́же созда́.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Тебе́ Распе́ншагося и Погребе́ннаго,/ а́нгел пропове́да Влады́ку, и глаго́лаше жена́м:/ прииди́те ви́дите, иде́же лежа́ше Госпо́дь:/ воскре́се бо, я́коже рече́, я́ко Всеси́лен./ Те́мже Тебе́ поклоня́емся, Еди́ному Безсме́ртному:// Жизнода́вче Христе́, поми́луй нас.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: Кресто́м Твои́м упраздни́л еси́,/ ю́же от дре́ва кля́тву,/ погребе́нием Твои́м умертви́л еси́ сме́рти держа́ву:/ воста́нием же Твои́м просвети́л еси́ род челове́ческий./ Сего́ ра́ди вопие́м Ти:// Благоде́телю Христе́ Бо́же наш, сла́ва Тебе́.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

Стихира: Отверзо́шася Тебе́, Го́споди,/ стра́хом врата́ сме́ртная,/ вра́тницы же а́довы ви́девше Тя, убоя́шася:/ врата́ бо ме́дная сокруши́л еси́,/ и вереи́ желе́зныя стерл еси́,/ и изве́л еси́ нас от тьмы и се́ни сме́ртныя,// и у́зы на́ша растерза́л еси́.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Спаси́тельную песнь пою́ще, от уст возсле́м:/ прииди́те вси в дому́ Госпо́днем припаде́м, глаго́люще:/ на дре́ве Распны́йся, и из ме́ртвых Воскресы́й,/ и Сый в не́дрех О́тчих,// очи́сти грехи́ на́ша.

Стихиры преподобных, глас 8, подобен: «Му́ченицы Твои́, Го́споди...»:

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

Стихира: Преподо́бнии Твои́, Го́споди,/ подо́бящеся Безпло́тным,/ моли́твою и воздержа́нием стра́сти отгна́ша плотски́я/ и, чудоде́йствы просия́вше,/ всех сердца́ просвети́ша./ Тех моле́нием да́руй лю́дем Твои́м// ве́лию ми́лость.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Далма́т и Исаа́кий,/ ре́вность доброде́тельную восприе́мше,/ А́риеву е́ресь и Несто́риеву разори́ша я́ве/ и, правосла́вных побо́рницы бы́вше,/ сла́ву от всех прия́ша./ Тех, Христе́, моли́твами/ да́руй лю́дем Твои́м// ве́лию ми́лость.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: Зве́зды тве́рди воздержа́ния я́вльшеся,/ просвети́сте мона́шествующих, отцы́ преподо́бнии, ду́ши,/ тьму де́монскую отгна́вше./ Те́мже по кончи́не ублажа́етеся,/ моля́щеся спасти́ся всем,// творя́щим Боже́ственную па́мять ва́шу.

Догматик, глас 2:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Догматик: Пре́йде сень зако́нная,/ благода́ти прише́дши:/ я́коже бо купина́ не сгара́ше опаля́ема,/ та́ко Де́ва родила́ еси́,/ и Де́ва пребыла́ еси́./ Вме́сто столпа́ о́гненнаго,/ пра́ведное возсия́ Со́лнце:/ вме́сто Моисе́я, Христо́с,// спасе́ние душ на́ших.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Проки́мен воскре́сный, глас 6:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас шесты́й: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся.

Хор: Госпо́дь воцари́ся, в ле́поту облече́ся. (На каждый стих)

Диакон: Облече́ся Госпо́дь в си́лу, и препоя́сася.

Стих 2: И́бо утверди́ вселе́нную, я́же не подви́жится.

Стих 3: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня, Го́споди, в долготу́ дний.

Диакон: Госпо́дь воцари́ся.

Хор: В ле́поту облече́ся.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́: (В прихдской традиции может опускаться)

Поется стихира храма ^[1] , затем:

Богородичные стихиры Павла Аморрейского, глас 6, подобен: «Отча́янная жития́ ра́ди...»:

Стихира: Я́же ненаде́жных упова́ние изве́стное,/ и согреша́ющих спасе́ние,/ Мари́е всепе́тая чи́стая Богоро́дице,/ приими́ моле́ние мое́ сие́,/ и испроси́ ми разреше́ния все́х,/ я́же согреши́х в житии́,/ Ма́терними Твои́ми моли́твами,/ и спаси́ от бе́д и бу́дущаго суда́ Влады́чице,// вели́кия ра́ди Твоея́ ми́лости.

Стихира: Лука́во вре́мя живота́ моего́,/ лука́во и испо́лнь вся́кия зло́бы,/ сатане́ лука́вому лю́те мя́ смуща́ющу,/ Ты́ мя Богороди́тельнице, изба́ви того́ па́кости,/ Ты́ мя от у́ст о́наго исто́ргни Пресвята́я:/ на Тя́ бо все́ возложи́х ча́яние мое́,// спаси́ мя Твои́ми бо́дрыми моли́твами.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Ра́дуйся, непосты́дная предста́тельнице./ Ра́дуйся, преблага́я Богоро́дице./ Ра́дуйся, очисти́лище ми́ра./ Ра́дуйся, ра́досте скорбя́щих, и приста́нище обурева́емым./ Ра́дуйся, я́же все́м помога́ющая су́щим в ну́ждах./ Ты́ у́бо сохрани́ и мене́ Де́во, все́х ско́рбных,// пренепоро́чная Влады́чице.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х; мо́лим Тя, Многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х Твои́х, благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры воскресные, глас 2:

Стихира: Воскресе́ние Твое́, Христе́ Спа́се,/ всю просвети́ вселе́нную,/ и призва́л еси́ Твое́ созда́ние:// Всеси́льне Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Госпо́дь воцари́ся,// в ле́поту облече́ся.

Стихира: Дре́вом, Спа́се, упраздни́л еси́,/ ю́же от дре́ва кля́тву,/ держа́ву сме́рти погребе́нием Твои́м умертви́л еси́,/ просвети́л же еси́ род наш воста́нием Твои́м./ Те́мже вопие́м Тебе́:// Животода́вче Христе́ Бо́же наш, сла́ва Тебе́.

Стих: И́бо утверди́ вселе́нную,// я́же не подви́жится.

Стихира: На кресте́ я́влься, Христе́, пригвожда́емь,/ измени́л еси́ добро́ту зда́ний:/ и безчелове́чие у́бо во́ини показу́юще,/ копие́м ре́бра Твоя́ прободо́ша,/ евре́и же печа́тати гро́ба проси́ша,/ Твоея́ вла́сти не ве́дуще./ Но за милосе́рдие утро́б Твои́х,/ прие́мый погребе́ние, и тридне́вен воскресы́й// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: До́му Твоему́ подоба́ет святы́ня,// Го́споди, в долготу́ дний.

Стихира: Животода́вче Христе́, во́лею страсть претерпе́вый сме́ртных ра́ди,/ во ад же снизше́д я́ко си́лен,/ та́мо Твоего́ прише́ствия ожида́ющия,/ исхи́тив я́ко от зве́ря кре́пкаго,/ рай вме́сто а́да жи́ти дарова́л еси́./ Те́мже и нам сла́вящим тридне́вное Твое́ воста́ние,/ да́руй очище́ние грехо́в,// и ве́лию ми́лость.

Богродичен воскресный, глас 2:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Богородичен: О чудесе́ но́ваго всех дре́вних чуде́с!/ Кто бо позна́ Ма́терь без му́жа ро́ждшую,/ и на руку́ нося́щую, всю тварь Содержа́щаго?/ Бо́жие есть изволе́ние Ро́ждшееся./ Его́же, я́ко Младе́нца, Пречи́стая,/ Твои́ма рука́ма носи́вшая,/ и ма́терне дерзнове́ние к Нему́ иму́щая,/ не преста́й моля́щи о чту́щих Тя,// уще́дрити и спасти́ ду́ши на́ша.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь, глас 4:

Хор: Богоро́дице Де́во, ра́дуйся,/ Благода́тная Мари́е, Госпо́дь с Тобо́ю:/ благослове́на Ты в жена́х/ и благослове́н Плод чре́ва Твоего́,// я́ко Спа́са родила́ еси́ душ на́ших. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия