Москва - 100,9 FM

«О значимости и христианском осмыслении произносимых нами слов и пожеланий удачи и здоровья». Прот. Андрей Рахновский

* Поделиться
прот. Андрей Рахновский
прот. Андрей Рахновский

В нашей студии был настоятель храма Ризоположения в Леонове, преподаватель кафедры библеистики Московской Духовной Академии протоиерей Андрей Рахновский.

Мы говорили о важности и христианском осмыслении произносимых нами слов и пожеланий, в частности пожеланий удачи, счастливого стечения обстоятельств, здоровья. Отец Андрей пояснил смысл заповеди «не поминай имя Господа всуе». Также разговор шел о том, может ли сказанное слово повлиять на нашу жизнь и каким образом.


Ведущий: Александр Ананьев.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- Добрый вечер, дорогие друзья! 

Меня зовут Александр Ананьев, и, в очередной раз, правда, после довольно продолжительного перерыва, связанного с эпохой самоизоляции, я выступаю в эфире светлого радио в роли неофита. И вопросов за то время, пока программа выходила в повторах, у меня накопилось немало.

В частности, я сегодня очень хочу поговорить о словах. Как важны слова, сказанные со смыслом, или – сказанные впроброс, что называется, всуе.

Об этом я хочу поговорить с человеком, который очень хорошо разбирается в словах и смыслах – с преподавателем, богословом, настоятелем храма Ризоположения в Леонове, протоиереем Андреем Рахновским.

Христос Воскресе, дорогой отец Андрей!

О.Андрей:

- Воистину Воскресе, Александр! Здравствуйте!

А.Ананьев:

- Как Ваши дела? Как дела в самом уютном храме Москвы, в этом ботаническом саду?

О.Андрей:

- Он стоит пустой, но с прихожанами мы активно общаемся онлайн – по телефону и так далее. В общем, приход живёт!

А.Ананьев:

- Правильно ли я понимаю Вас, что вот эта вот самоизоляция, вот эта эпидемия, пандемия – и для Вас открыла какие-то новые каналы общения, и в этом тоже есть… ну… какой-то Промысел Божий? Хотя, конечно, странно так говорить, в контексте того, что болеют и умирают от этой болезни очень хорошие люди, и это, каждый раз, переживаешь, как личную трагедию. Но, ведь, и какой-то смысл, наверное, во всём этом есть?

О.Андрей:

- Смысл, конечно, есть… но я какие вижу… есть ли, опять-таки, вот, с определённой оговоркой, как Вы сказали, положительные стороны? То есть, из людей, которые… ну, вот… просто приходят на службы… пусть не обижаются и поймут правильно… как бы… выкристаллизовывается община. То есть, люди, которые, действительно, имеют связь с Церковью, хотят эту связь сохранять, они сейчас и проявились. То есть, люди, в какой-то момент, осознали себя так, что – мне важно быть со всем остальным приходом, с Церковью вот в этот период. И люди ищут способы, и, соответственно, радуются возможности пообщаться, увидеть Богослужение онлайн, поговорить.

Мы сейчас проводим… такие… утром и вечером вместе читаем утренние и вечерние молитвы по Инстаграму – соборные молитвы, читаем Евангелие, разбираем, беседуем – помимо Богослужения. Так, что – вот, так вот…

И я вижу очень большую пользу от этого. Именно личное общение появилось со многими – в том объёме, в той… как бы… плотности, которой не было раньше.

А.Ананьев:

- Как заметил один дорогой мне священник, глядя на количество участников трансляции службы: «У меня в храме никогда не было 2000 человек!» – глядя на то, что у него сейчас 2000 человек смотрит его трансляцию.

О.Андрей:

- Ну, у нас – более скромные цифры, но тут цифры не так важны, а… то, что это происходит.

А.Ананьев:

- Важно ощущение сопричастности – то, что мы вместе, и, по-прежнему, делаем общее дело, несмотря на закрытые изнутри квартиры.

Отец Андрей, вопрос, что называется, в лоб. Мне это всегда было непонятно – давно хотел спросить. Что значит «не поминай Имя Господа нашего всуе»?

О.Андрей:

- А-а! Ну, давайте, так… если выражаться более точно, то перевод там следующий: «Не употребляй Имени Господа в ложных клятвах». То есть, не просто всуе, а именно всуе – в ложных клятвах.

То есть, было принято в древности скреплять договоры, какие-то контракты – ссылкой на божество. И, соответственно… это было нормально. Но почему-то Яхве запрещает Своё Имя употреблять при сделках и договорах. Вот – изначальный смысл.

То есть, мы иногда думаем, что это… не знаю, там… споткнулся, упал и сказал: «Ой, Господи!» – да? Конечно, как некое логическое продолжение этой заповеди – да, всякое пустое упоминание Имени Божия – оно неуместно. Но, всё-таки, если мы говорим про заповедь и про изначальный смысл, то речь идёт о употреблении Имени Божия при клятвах, особенно ложных.

А.Ананьев:

- Всё равно, не понятно… У нас с Аллой Митрофановой, моей женой и коллегой, недавно появился щенок. Когда я смотрю на эту умильную плюшевую рыжую морду, мне хочется сказать: «Боже, какой он красивый!» Вот это будет, простите меня, святотатством, нарушением вот этой заповеди, или же, в приливе чувств, искренне восхищаясь тем, какой же красивый у меня щенок, я могу себе позволить сказать такое?

О.Андрей:

- Знаете, тут интересно… Во-первых, ну, конечно, святотатство – это воровство святых вещей, или воровство в храме. Вот, вы ограбили храм – это святотатство.

А тут, скорее всего, имеется в виду… Вы думаете… хотели сказать – кощунство, да?

А.Ананьев:

- Вот, прям точно сказали! Действительно, кощунство я имел в виду, отец Андрей.

О.Андрей:

- Да. Тут – интересно.

Конечно, как я, вот, вижу, в человеческой культуре есть такая традиция, когда слово «Бог» употребляется в качестве некоего междометия, некоего усиления, и обозначает силу некоего чувства, да? То есть, оно не имеет религиозного содержания, когда мы говорим: «О, Боже! … Боже, какая милашечка, какой щеночек!» – да? Здесь, в общем-то, это слово теряет своё религиозное значение.

Это интересный момент. Потому, что можно сказать… перевести первые слова Книги Бытия как «Дух Божий», а можно… скажем так… немножечко применив определённый подход, перевести как «сильный ветер». И, в общем-то, с точки зрения просто слов – будет правильно и то, и то. Хотя, мы понимаем, что речь там отнюдь не о сильном ветре, а о Духе Божием. Но, тем не менее, в человеческой культуре это употребляется – Имя Божие, как усиление такое.

Но, всё-таки, если мы говорим о верующем человеке, а верующий человек – ему свойственно стремиться к некоей целостности, то есть, восприятию своей жизни через призму веры – поэтому, конечно, для нас Имя Божие – оно свято. Это надо понять. И учение о святости Имени Божиего – оно есть в Ветхом Завете, оно есть в Новом Завете, особенно, в Книге деяний святых апостолов. Оно очень интересно получило развитие в жизни Церкви. И поэтому Иоанн Кронштадтский, в своё время, сказал, что когда мы призываем Божию Матерь – имя Её призываем – то Она с нами, когда мы святого призываем – он с нами, когда мы Бога призываем по Имени – Он с нами. Потому, что имя святого – это сам святой, имя Божией Матери – это Сама Божия Матерь, а Имя Божие – есть Бог.

Поэтому, здесь есть какая-то опасность, знаете, прикоснуться невзначай к великой святыне, не оценив…

Вот, представьте себе, что вы пришли в музей. Я помню, когда я оказался в Лувре, я мечтал: «Вот, надо же… как же… нельзя же не посмотреть на Венеру Милосскую…» – и я хотел посмотреть, и было бы обидно, если бы я просто пробежал мимо, не оценив это произведение искусства великое.

То же самое может быть с Именем Божиим. Мы его настолько истрепали в общении, что нам не понятен, вообще, спасительный его смысл – что Имя Божие, и его призывание, может человека спасти. В буквальном смысле этого слова.

А.Ананьев:

- Прежде, чем я задам очень важный, и, наверное, самый ключевой вопрос за сегодняшний разговор, я хочу вспомнить свой год жизни в Соединённых Штатах Америки.

Я жил в доме у потрясающей, очень доброй и великодушной женщины, которую зовут Мэрилин, женщины религиозной. И она, каждый раз… вот… спотыкаясь на лестнице, или, видя щенка, говорила: «Гаш!»… не «гад», а «гаш». И я её спрашивал: «Мерилин, а почему Вы говорите «гаш»? Ведь, правильно – «гад»?» – на что она отвечала: «Ну, нельзя говорить «гад» налево и направо!» А «гаш» – изменив вот это вот самое слово – вроде как, можно.

По той же логике, насколько я могу судить, люди, в письменной речи, некоторые… вот… я, правда, не понимаю, зачем они это делают… в написании слова «Бог» почему-то меняют буку «о» на «*». Вроде, как, тоже – из уважения, из понимания важности самого слова «Бог», а тут… вроде, как… аккуратно обходят это, и… тоже… вроде, как… отдают дань уважения.

О.Андрей:

- Ну… Вы знаете… да, это известные моменты, в общем-то.

Вы знаете, что, допустим, в иудейской культуре нельзя было произносить Имя Яхве, например – опять-таки, из благоговения. Произносилось Имя Господь – Адонаи – которое… ну… имеет более такое… скажем так… спокойное употребление. Потому, что господином можно назвать и человека, в конце концов. Поэтому, здесь, в общем-то… Имя Божие Элоа или Элогим заменялось словом Адонаи – потому, что… ну… потому, что… опять-таки… Адонаи – это многозначное слово, и так можно было назвать и человека. Или – обратившись… как бы… к группе людей, например. А вот – нечто подобное и здесь происходит. Это… такие… скажем так… это – выверты человеческой психики, способ, через какие-то формальные вещи, уйти от чувства вины за что-то такое… как кажется… неправильное.

Вот, поэтому, всё-таки, если оставаться духовно трезвым, то я не могу с этим согласиться. В этом, опять-таки, мне кажется, отсутствует какая-то целостность, да? И, отчасти, это напоминает какие-то эвфемизмы, когда человек, например, вместо какого-то… скажем так… матерного слова, употребляет его… такой… приличный эквивалент.

А.Ананьев:

- Чувствую, что наступаю на очень тонкий лёд. А разве не правильно то, что мы, стараясь как-то включить вот эту осознанность, избавляем свою речь от плохих слов, и от плохих каких-то… материй, и призываем к себе что-то очень важное, что-то очень хорошее, главное и тёплое?

О.Андрей:

- Я не буду… как бы, это… судить людей. Мне кажется, что… с одной стороны, на смысл речи это не влияет. То есть, скорее всего, эти слова мы используем для эмоциональной окраски, или для того, чтобы выразить своё эмоциональное отношение к чему-либо. Но я честно скажу: вот, лично мне бы… вот, я бы хотел научиться так говорить, чтобы выражать свои эмоции, своё отношение к происходящему, даже без каких-то эвфемизмов.

А.Ананьев:

- Отец Андрей, вот, сейчас Вы меня удивили! По-моему, человека, который более внимательно относится к своей речи… и осознанно выбирает каждое слово, трудно вспомнить. Разве у Вас тоже есть такая вот… проблема со словами и языком?

О.Андрей:

- Ну… мы с Вами-то разговариваем… скажем так… хотя у нас и доброе общение, но – в официальном формате. Но, к великому сожалению… скажем так… бывает разный регистр общения, и какие-то… такие… нехорошие…

Хотя, я прекрасно помню, что… поисповедуюсь перед нашими слушателями… что ненормативную лексику я употреблял в своей жизни ровно один месяц. Это были каникулы между 1 и 2 классами, когда я попал в пионерский лагерь впервые. И там я этому научился. И – месяц, увы, – я произносил эти слова. Потом, когда вернулся домой, я уже больше эти слова не произносил никогда.

А.Ананьев:

- Другими словами, мы, как христиане, должны быть всегда в некотором осознанном напряжении, должны быть всегда очень чутко настроены к тому, что мы говорим, что мы произносим… я Вас правильно понял? Но, ведь, если так, то… это же невозможно! Ведь, даже сам пост существует для того, чтобы наша жизнь была чередованием духовной тренировки и духовного расслабления. Как же можно постоянно, 24/7, находиться вот в этом «включённом» состоянии? Или это – можно?

О.Андрей:

- Нет… это – вопрос привычки, понимаете? Какие-то слова мне просто неприятно произносить, мне… мне не хочется. То есть, у меня нету… не то, что – я с собой борюсь, чтобы, не дай Бог, что-то такое не произнести. Это не значит, что… знаете… вот, Ваша речь, Александр, должна быть всегда такая, знаете… «токмо, аще убо абие еси…», понимаете… вот, в таком каком-то стиле! Это, конечно, неестественно… как бы… ненормально. Но, как мне кажется, грязи какой-то нужно избегать. А как же? В этом, в том числе, тоже… такой… духовный труд заключается.

То есть, понятно, что речь должна быть естественной, да? Некая… такая… искусственность присутствует во всяких наших, там… «Спаси, Господи», да, и так далее, и прочем… скажем так… «жаргоне» церковном. Да ещё, более того, неграмотном, с точки зрения церковно-славянского языка. Потому, что «Господи» – это звательный падеж.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- Протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, отвечает сегодня в эфире светлого радио на вопросы неофита Александра Ананьева, и вопросов у него…

Вы сейчас сказали, отец Андрей: «… если не вкладывать в слова религиозного смысла». А может быть – у меня предположение – вне нашей воли, или вне обстоятельств, вне ситуации, изначально вкладываться религиозный смысл? Ведь, в конечном-то итоге, в начале было именно – Слово. Именно со Слова всё начинается. И каждое слово, которое мы произносим – оно имеет религиозный смысл – так это, или нет?

О.Андрей:

- Ну… в таком случае, оно имеет, конечно, религиозный смысл – в том смысле, что всё, сотворённое Богом, имеет религиозный смысл. Потому, что, в своей основе, имеет Божественный Логос, да? То есть, некое Творческое действие и Слово Божие, благодаря которому, вообще, всё существует. И, я бы сказал, в этом смысле, даже и дьявол имеет религиозный смысл – потому, что он тоже сотворён Богом. И… это, действительно, так.

Но тут… Вы знаете… я не знаю, выйдем ли мы на эту дорожку или нет… я сразу бы хотел сказать, что мы отнюдь не клоним в сторону того, что… знаете, вот… любят в таких, полуоккультных кругах… ну, и в быту, в частности, такую мудрость изрекать: «Вы знаете, наши слова материальны». То есть, имеется в виду, что… они, конечно, материальны, это – открыть Америку, потому, что это – колебания волн… либо письмо – да, всё это имеет материальную структуру, всё это понятно, масло масляное это слово «материальны»… а имеется в виду, что сказанное слово может иметь некое, неизвестное нам, но прямое действие. Там… не знаю… ругай каждый день цветочек, который у тебя растёт – и он завянет, или – что-то в этом духе. Но это уже – то, что относится к области оккультизма. И мы отнюдь… когда мы говорим о важности слов, мы не клоним в эту сторону. Потому, что единственное слово, которое, всё-таки, имеет в себе силу, и силу благодати, это – Имя Божие.

Но… мы понимаем, всё-таки, условность этого. Потому, что, как говорит преподобный Исаак Сирин, было время, когда у Бога не было Имени, и будет время, когда у Него не будет Имени.

Потому, что, всё-таки, любое имя – и даже Имя Божие – это… такой… тварный элемент. И мы понимаем, что речь, как проявление ума – это дар Божий, который нам дан, вне всякого сомнения. Но мы должны понимать, что Бог, конечно, выше всяких слов. И, хотя Имени Божию сопутствует благодать, и, произнося Имя Божие, мы приобщаемся к благодати Божией – именно это имел в виду отец Иоанн Кронштадтский – всё-таки, мы не должны каким-то магическим образом абсолютизировать Имя Божие.

А.Ананьев:

- То есть, Вы не из тех, отец Андрей, кто считает, что, если налить в две банки воду, и одной банке говорить «я тебя ненавижу», а другой банке «я тебя люблю», молекулярная структура у воды в банках будет разная? У той, которой говоришь «я тебя люблю» будет красивая, а у той, которой говоришь «я тебя ненавижу» – будет ужасная.

О.Андрей:

- Да, я к таким людям не отношусь. Я считаю, что здесь заканчивается и наука, и вера. И мистика, в том числе.

А.Ананьев:

- Ещё один вопрос из этой же области.

Я лично знаю людей, и очень люблю этих людей, которые считают, что, например, фраза «ну, ничего себе!» обрекает тебя на то, что тебе в этой жизни – ничего не достанется. Этой фразы надо избегать, и говорить: «Какая прелесть! Как всё хорошо!»

О.Андрей:

- Ну, это – определённого рода магизм. Опять-таки, это – вера в магию слов.

Да, мы понимаем, что, действительно, слово может убить человека, сделать ему очень плохо. Но не потому, что оно имеет какую-то магическую силу, а потому, что какое-то… скажем так… уязвимое состояние человека – его души, его ума – может натолкнуться на мою негативную эмоцию, которая проявляется через слово, и человек, не почувствовав от меня… как бы… сочувствия, а, наоборот, какую-то грубость, жёсткость, издёвку, может упасть духом. Вот, в этом смысле – да, слово может убить, иметь последствия. Но, конечно же, не как… некое, вот… физическое явление колебания волн, само по себе. Вот.

А.Ананьев:

- Относительно недавно, вскоре после Крещения, я понял, что, за свою жизнь, я очень много чего сказал неправильного – как в серьёзном, высоком смысле, так и в мелочах. В мелочах – в первую очередь.

Ну, в частности, выходя на сцену, и, слушая от коллег пожелание: «Ну, не пуха тебе, ни пера!» – я привычно отвечал… простите меня за то, что я скажу так в эфире светлого радио: «К чёрту!» – и шёл работать на сцену, не придавая этому особого значения.

Конечно, сейчас я говорю: «С Богом!» – и очень многие люди, которые хотят пожелать мне чего-нибудь хорошего, они говорят: «Ну, с Богом!» – и всё. И – слава Богу, всё хорошо.

Но, сплошь и рядом, ведь, такие фразочки – бывают.

И, собственно, к чему я затеял наш разговор. Буквально вчера, один дорогой мне человек сказал: «Ну, ты… там… не болей… удачи тебе!» – и я что-то крепко задумался. Так, а, вот, удача – это что такое? Это – как?

Я, конечно, сказал: «Спасибо! И ты не болей! Пусть всё будет хорошо у тебя». Но, вот, это пожелание, сродни, получается тому – «Ни пуха, ни пера… К чёрту»? Хотя, ведь, человек-то имеет в виду исключительно хорошее – он меня любит, и хочет, чтобы у меня всё было хорошо.

Сегодня я хочу поговорить с Вами об удаче. И всё, что у нас было… вот… до этого – это была… такая… прелюдия о важности произносимых нами слов.

Удача – что это такое, с точки зрения Православия? С точки зрения православного священника.

О.Андрей:

- Ну… Вы знаете, я тут… конечно, я не берусь говорить, с точки зрения всего Православия, и вряд ли мы найдём в… как бы… чтобы Православие всерьёз рассматривало это слово. Но. Тем не менее.

Всё-таки, когда Вам Ваш друг желает удачи, он просто желает: «Дорогой Александр, пусть у тебя всё будет хорошо!» То есть, он не вкладывает в это… скажем так… какую-то глубокую религиозную философию.

Но, всё-таки, для полноты информации, давайте, скажем, что, всё-таки, формально, пожелание удачи – имеет религиозные корни. Была даже такая греческая богиня, звали её Тюхе. Даже было такое пожелание греческое «доброй Тюхе» – «20:44», по-гречески. Это, прямо, вот, калька английского «good luck», это прямо, один в один, похоже на эту греческую фразу.

То есть, имеется в виду, что некие высшие силы должны тебе эту удачу даровать. Потому, что, конечно, в языческом космосе… там… у тех же греков, человек, всё-таки… его положение было очень пессимистическим. То есть, он, всё-таки, был жертвой, очень часто, каких-то божественных процессов, божественных интриг. Вспомним ту же Троянскую войну – самый, такой… яркий пример. И, поэтому, конечно, всё зависело от воли богов, от этой некоей удачи, которая одним посылает какие-то необъяснимые скорби, разочарования и потери, а другому, пусть даже и незаслуженно, дарует какое-то счастье.

То есть, это, вне всякого сомнения, обращение… вот, та же самая Фортуна… да… у римлян. То есть, это, вот… скажем так… проявление языческого мировоззрения.

Но, тем не менее, что интересно: что в христианстве учение о таких вот случайностях – оно очень интересно себя проявило.

У Фомы Аквинского есть одно из доказательств Бытия Божия, которое звучит… пусть меня простят образованные люди и философы, если я немножко это вульгарно передам.

Смысл очень простой. Что в нашей жизни случаются случайные вещи – то есть, случайности, которые не имеют какой-либо реальной причины в нашей жизни. То есть, мы причинную связь не можем установить. Вот, вдруг – раз, и произошло это в жизни человека. Но… а, поскольку ничего не может быть без причины, следовательно, у тех случайных вещей есть некая невидимая причина – она и есть Бог. То есть… ну… это, как бы, одно из доказательств Бытия Божия.

А.Ананьев:

- Да. Ну, а если вспомнить выражения… там… «удача ему улыбнулась», или «удача от него отвернулась», «у него была хорошая» удача, или «плохая удача» – так и получается!

О.Андрей:

- Да! То есть, здесь, вот именно – представление о некоей благой судьбе, роке, фатуме, то самое «ананке», которое было написано на одной из колонн собора Парижской Богоматери в известном романе Виктора Гюго.

Но, всё-таки, христиане, и христианское богословие, христианская вера изначально выступала против веры в удачу и судьбу. У святых отцов есть прямо вот сочинения, которые так и озаглавлены: «Против судьбы».

Вот, ближайший к нам святой Максим Грек, который у нас жил на Руси. Почему – против учения о судьбе? То есть, именно против того, что есть некий сценарий нашей жизни, который предначертан, или преднаписан, некими высшими силами. Вот, это заблуждение. И поразительно, что его исповедуют многие христиане. Типа, вот, «как Бог написал, так оно и будет». Но – это уже ближе к мусульманству, на самом деле, где есть, всё-таки, учение о тотальной воле Аллаха на всё абсолютно.

Всё-таки, христианство исходит из учения о свободе. Поэтому, нет никакого преднаписанного сценария с удачами и неудачами жизненными. Все события, которые происходят – есть следствия нашей свободы ( как в плохом, так и в хорошем смысле ), так и свободы других людей. И, в общем-то, нашей уязвимости перед этим миром. Но – никакой предопределённости! Это очень важно. А, знаете, это уже важное такое догматическое положение. Хотя, вот, многие даже и христиане, ничтоже сумняшеся, в это верят.

А.Ананьев:

- Удачи – нет? И нет – неудачи? Есть просто – Божий Промысел?

О.Андрей:

- Вот это тоже… как бы… не так просто. Потому, что надо понимать, что если говорить об удаче, как о чём-то хорошем в жизни – то есть, это всегда плод труда самого человека. Либо – его бездействия. Либо – доброй воли других людей, в отношении нас. То есть, это всегда – очень конкретно, и очень лично, и всегда связано с волей конкретного человека.

Но… вот, то, что Вы сейчас спросили. В общем-то, это… ну… извините, это – азы христианской веры, что в мире действуют – три воли. Свободных воли. Это воля Божия, воля человеческая и воля диавола, воля падших духов. Поэтому, не всё в мире происходит по воле Божией. И, почему-то, Господь – Он как-то подвигается ( извините за такое выражение ), и попускает, рядом с собой, существовать ещё вот этим волям. Почему? – у меня нет ответа на этот вопрос.

Ну, наша воля – ещё понятно. Без свободной воли не достигнешь святости. А – почему попускает, так или иначе, действовать злу? Вот – вопрос.

А.Ананьев:

- Мы продолжим с вами разговор ровно через минуту.

Сейчас – немножко полезной информации на светлом радио, и – мы вернёмся в нашу импровизированную студию радио «Вера».

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- «Светлый вечер» на радио «Вера» продолжается.

Здесь – протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, я – Александр Ананьев. Мы продолжаем говорить о том, как сказанное слово, в которое и не вкладывается, может быть, отрицательный смысл, может повлиять на нашу жизнь, и – как оно может повлиять, и – что представляет собой само слово «удача» в Православии, ну, и, в частности, можно ли желать удачи себе и другим.

Как священник, как пастырь, как человек, который много общается с прихожанами, Вы же, наверное, сталкивались с тем, что везению, невезению, удаче, неудаче – люди, по-прежнему, придают какое-то огромное значение, не задумываясь о том, что вот этого всего не просто нет, а это ещё и язычество какое-то, и нарушение каких-то правил и канонов – это встречается, ведь, часто?

О.Андрей:

- Да, очень часто. При том, что это очень интересно соединяется именно с христианским учением – с искажённым, конечно, учением – о воле Божией… ну… и так далее.

Вот, Вам вопрос такой: сколько раз Гитлер летал на самолётах – ну, почему у него ни разу аварии не случилось? Казалось бы, да? А, вот, другой, хороший человек, взял и погиб в какой-нибудь катастрофе, например. Что это – удача? Нет… не в этом дело.

Да, вне всякого сомнения, Господь, Своей волей, может вмешаться в естественный ход событий – может. Может это делать очень мягко – например, как в жизни апостола Павла. Сказал ему Христос, явившись во сне: «Ты будешь в Риме проповедовать», – а сколько прошло, со времени этого обещания? Два года. Представляете?  Сидел Павел в тюрьме. Ну, хорошо – Бог тебе пообещал. Ну, день прошёл, два, неделя, месяц, два, полгода, квартал ещё прошёл – а ничего не меняется! Вот, знаете, под конец двух лет уже можно было и разувериться, и сказать: «Что ж это такое-то? Что ж… Господь пообещал, а…» – ну, как бы, вот, многие из нас, например, поступили, да?

Другой пример, очень интересный. Апостол Павел – это мы знаем из Послания к Коринфянам – не знал, что с его другом Титом происходит. То есть, Тит пропал куда-то, и Павел пошёл его искать. Сначала в Троаду пошёл, потом в Европу переправился, Македонию – ну, не знал он, где тот находится.

Вот, спрашивается – где удача сопутствовала Павлу? Почему Божий Промысел заставил его столько бесполезных действий совершить – прежде, чем найти своего друга? Тем более, он же откровения Божии должен был получать… ну, как… по расписанию, наверное… в обед… как у нас многие старцы в легендах разных получают откровения каждый день от Господа. Это очень интересный момент соотношения… это – с одной стороны. А с другой стороны мы видим прямое вмешательство Божие, когда, действительно, Господь просто останавливает какие-то исторические события, как, вот, в наших, например, сказаниях о различных… там… завоевателях, которые приходили на Русь – вот, с тем же ханом Тохтамышем, например, и так далее.

Вот… то есть, по-разному это бывает. Именно поэтому это и Божие чудо очень часто, что оно не каждый раз себя проявляет.

Вот, сейчас у нас идёт эта эпидемия. Вот, почему… вот, Господь нас оставил, ведь, один на один с этими обстоятельствами жизни, с этой уязвимостью. И Причастие, которое мы во исцеление души и тела принимаем, водичка святая, чудотворные иконы, и святые источники – не помогают нам. Все поехали бы – да окунулись в святой источник – все несколько тысяч человек, кто больные! Но, ведь, не действует, очевидно, да? И, вот, Господь попустил нам сейчас это всё пережить, почувствовать уязвимость свою. А когда-то – Он явно нам помогает, и мы это знаем – и исцеляет даже.

Вот, почему так происходит? Дело не в удаче и неудаче, а в том, что Господь действует свободно, мы действуем свободно, и всё это, очень сложным образом, сочетается.

А.Ананьев:

- Вот, чувствую я, отец Андрей, что, если разобраться в этом вопросе, особенно на этапе вот этого неофитства, очень многое встанет на свои места.

Ведь, если ты едешь по дороге, и попадаешь в какую-то случайную неприятную аварию, или с тобой происходит что-то – получается, что во всём этом есть смысл? Это не игра в бисер, где – вот так вот выпали кости, и вот так вот – получилось всё, случайным образом…

О.Андрей:

- Да. И здесь… мы должны понимать, что мы живём в некоей естественной среде. Эта среда – не только среда природы, но это – социальная среда, это среда… как бы… жизни людей, эмоциональная среда… вот… и вот этих свободных воль, которые действуют, желают, хотят, добиваются, стремятся – их очень много.

И вот – два замечательных человека, с богоданной свободой, ехали на разных автомобилях, понимаете? И у каждого из них было свободное желание куда-то доехать. Каждый из них, в какой-то момент… там… или кто-то… вдруг решил, что… ну… можно правилами где-то пренебречь, они, в данный момент, не для него придуманы… ну, я… так… к примеру, понимаете?

А.Ананьев:

- Везучие живут с деньгами, невезучие – без денег, а негодяи – для денег. А часто везение, в нашем понимании, связывается именно с деньгами. И, если получилось так, что ты – без денег… ну… это просто не повезло. А если есть деньги, тебе выпали деньги, это – повезло.

Помните старую шутку о человеке, который всю жизнь мечтал выиграть миллион, а ему сказали: «Ну, как… ты, вот, мечтал всю жизнь выиграть миллион, но ты даже лотерейный билет не купил…»?

Испытывать вот таким образом везение… ну, в частности, я сейчас говорю об азартных играх, которые и построены, по сути, на везении, каким-то образом, насколько это пло… я просто понимаю, что это плохо, я не совсем уж тут лукавлю. Дать шанс… вот, я стоял на кассе не так давно, смотрел на лотерейный билет… не купил лотерейный билет, конечно же, но я смотрю на него и думаю: «Вот, интересно… вот этот лотерейный билет, который сейчас лежит на кассе, он же здесь лежит потому, что… Богу так угодно – вот, он лежит здесь. И, раз он попал в моё поле зрения, может быть, это мне знак, чтобы я его купил, и чтобы у меня были деньги, и я этими деньгами мог бы, наверное, помочь кому-нибудь?»

Причём, лотерейный билет – Вы понимаете – я же притянул за уши этот пример. Но надеяться на удачу, вот, в этом смысле, полагая, что если ты не купишь лотерейный билет, то ты и не получишь миллион – к чему это может привести, и почему это плохо?

О.Андрей:

- Ну… конечно, в каждом человеке живёт эта мечта – вдруг, вопреки каким-то обстоятельствам жизни, ниоткуда заработать себе материальное благополучие. Это абсолютно понятно, и это желание человека эксплуатируется теми, кто эти билеты… в общем-то… изготавливает.

Но, давайте, поговорим рационально. Вот, есть партия лотерейных билетов, и какой-то процент этих билетов – они выигрышные. И вот – часть партии привезли в тот магазин и положили на той кассе, где Вы проходите. И тут уже – чистой воды математика, и – к какой бумажке у Вас потянется рука. Вот и всё. То есть, это… нельзя, ни в коем случае, сюда приплетать Промысел Божий. Это даже нельзя назвать случайностью. То есть, это – следствие неких, абсолютно механических, действий, спровоцированных интеллектуальными усилиями… там… Вашими, и создателей этих билетов.

И вот – у Вас рука туда или туда потянулась. Кто это может предугадать? Понятно, что никакой мистики здесь нету. Это – всё равно, что… на какое место Земли упадёт следующий метеорит? Ведь, это невозможно предугадать. Но не потому, что… воля Божия на это есть или нет, а просто потому, что… вот… Земля, в этот момент, будет вращаться вот так, и он на какой-то скорости будет подлетать, и, действительно, вот в это место – упадёт.

Ну, вот так вот. Здесь мистики абсолютно нет – никакой.

А.Ананьев:

- Мы с Аллой Митрофановой ведём, как Вы знаете, любимую нашу программу «И будут двое…» на телеканале «Спас», и, не так давно, общались с семьёй молодого священника, у которого сгорел прекрасный, очень красивый деревянный храм.

И, вот, жена священника сказала тогда удивительную вещь: «Я благодарила Бога за то, что получилось так, как получилось». Мы были в абсолютном недоумении, и спросили: «Но… как же так? Почему Вам это так согрело душу?» Она говорит: «Я убедилась в том, что Господь нас не оставил – слишком всё было хорошо! У нас был дом, у нас – дети, у нас – всё хорошо, и нет никаких испытаний. А когда всё хорошо, – сказала она, – нету… вот… какого-то духовного напряжения. А здесь – вот, такое испытание, и я – счастлива. И, вот, мы сейчас молимся, чтобы восстановить этот храм…»

И вот эта её мысль, несколько парадоксальная, на первый взгляд, показалась мне очень важной, в контексте нашего разговора.

Может быть, когда с нами происходит то, что мы трактуем как неудачу – ну, сгоревший деревянный храм… ну… на это же нет Божией воли, не может быть… это, действительно, какая-то… какое-то такое стечение обстоятельств…

Вот, видите, я опять сейчас тщательно обхожу, отец Андрей, слово «неудача». Вот, «не повезло», да? Может быть, вот, то, что нам кажется – нам «везёт», у нас всё хорошо… может быть, это – плохо? А, вот, как раз, то, что нам кажется неудачей, испытанием – может быть, это хорошо, с точки зрения Православия? Для нас, как христиан?

О.Андрей:

- Ой… Очень хорошо, когда мы делаем какие-то успокаивающие для себя выводы из тех или иных обстоятельств. Лишь бы это не превращалось в такую философию… знаете, вот… плохо вдруг – ну, значит, хорошо, значит, воля Божия, иначе не спасёшься, пусть и ещё будет хуже – тогда точно спасёшься!

То есть, это всё очень точечно и индивидуально.

Понимаете, мы можем… то есть, человек может увидеть для себя Промысел Божий в конкретной ситуации, но, как только мы начинаем этот пример прилагать абсолютно ко всему, мы впадаем в ошибку. Потому, что мы не знаем, как в конкретном случае – что? Случайность, попущение Божие… там… или, вообще, какие-то другие причины, да?

Потому, что у святых отцов, например, мы находим другие совсем рассуждения. Например, вот, приведу… святитель Григорий Нисский. У него есть сочинение против путешествия в Святую Землю, в Иерусалим. И он говорит, что… в общем-то… почему все путешествуют в Иерусалим? Что это неразумно, неправильно, что многие попадаются разбойникам, их грабят, девицы теряют свою чистоту – потому, что над ними могут надругаться те же разбойники, или какие-то путники, и так далее. То есть, он пишет против паломничеств, по сути дела.

Он мог бы сказать: «Ну, вот, вы, конечно, отправляйтесь в Иерусалим, положитесь на волю Божию, читайте акафист всю дорогу – и с вами ничего не случится». Но почему-то святой отец так не говорит.

То же самое – у него есть ещё одно сочинение интересное – о девстве. И он говорит о важности этого подвига, и – интересное у него рассуждение. В семейной жизни, он пишет, очень много проблем, очень много скорбей, и, чтобы себя от них оградить ( хотя, он сам был женат, между прочим ), лучше себя не связывать вот этими узами, и так далее, чтобы потом не впадать в отчаяние из-за смерти близких, из-за болезней, или из-за их… там… каких-то нравственных падений.

Но мог бы тоже сказать: «Ну, давайте, на Бога понадеемся, на Промысел Божий – и всё Господь устроит».

Но, всё-таки, у святых отцов была… такая… трезвость, и они понимали, что, конечно же, Промысел Божий действует, но и человек – активен. Вот, это очень важный момент! Человек – активен. И не всё, вот так вот… знаете… покрывается, смазывается вот такой вот… как бы… благодатью, как неким таким раствором, исцеляющим абсолютно всё.

Ну, вот… давайте, вспомним, опять-таки, ещё раз апостола Павла, который, во время бури, от Ангела Божия получил откровение, что всё закончится хорошо – что и он спасётся, и все, кто плывёт на корабле.

Ну, казалось бы, можно расслабиться, лечь на палубу, и… там… жевать хлеб какой-нибудь. А он увидел, что хотят моряки убежать с корабля в запасной лодке, и сказал центуриону Юлию, что если они сейчас убегут с корабля, то мы не спасёмся – потому, что без профессионалов корабль… ну, как он, да? Это – просто кусок дерева, который болтается в волнах. Но это уже было – после откровения Ангела.

И, что же получается – Павел не верил Ангелу? Он бы сказал: «Ну, и пускай все бегут! Ангел же пообещал, что все спасутся». А он – следит, смотрит, предпринимает активные действия. Вот, почему так?

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА»

А.Ананьев:

- Протоиерей Андрей Рахновский, настоятель храма Ризоположения в Леонове, я – Александр Ананьев.

Продолжаю задавать вопросы неофита отцу Андрею.

И, вот, я слушаю Вас сейчас, отец Андрей, и понимаю, что очень многие, привычные моему уму, понятия оказываются под вопросом.

К примеру, я, ещё относительно недавно, спокойно отнёсся бы к тому предположению, что жизнь – это, действительно, чередование чёрных полос и белых полос, как на спине зебры, и к этому надо относиться с принятием, благодарностью, и понимать, что после полосы, по сути, невезения, будет полоса везения и удачи. Но, ведь, это же как-то успокаивает? Это же как-то настраивает на какой-то позитивный лад? Даже, если ты находишься в самом начале широкой чёрной полосы. Но, получается, этого тоже нету?

О.Андрей:

- Понимаете, вот… есть крайности, да? Крайность – это когда человек говорит, что: «Всё – в моих руках! Только – я, только – мои силы! Никто мне не нужен – ни Бог, ни царь и ни герой». Да? А есть другая вещь, когда… как бы… немощь воли – она прикрывается надеждой на Промысл Божий. Вот, как здесь выдержать в своей жизни какой-то вот правильный… правильное направление?

Ну, вот… есть разные образы. Вот, Вы сказали про зебру. А кто-то, я слышал, говорит: «Нет, это не зебра, а просто человек идёт по пути прямому – он всегда светлый, а обочины – они чёрные. И, вот, когда человек с правильного пути сворачивает, он попадает на чёрные обочины, и ему кажется, что это вот – зебра. А это – не зебра». А кто-то сказал, что: «Делай на 100% всё, что зависит от тебя, и молись так, как будто всё на 100% – от Бога», – тоже какой-то умный человек сказал.

То есть, по крайней мере, эти образы – они помогают как-то… вот, здесь… это правильно понимать. И, мне кажется… у меня очень трезвое отношение помогли выработать, как это ни странно, дневники святителя Николая Японского.

То есть, это, практически, ежедневное описание его жизни, очень непростой жизни в Японии – как он, вообще, основывал там Православную Церковь. Сколько у него бед! Сколько скорбей! Сколько каких-то неожиданных неприятностей! То храм сгорит, то… ну, там такие храмы были, понимаете, как японские домики такие… деревянные, бумажные… то ещё что-то произойдёт, то… ну, и – масса всего, и постоянно – какие-то неприятности. Но, вы знаете, у него ни разу не было даже намёка… ой, там… какие-то мистические силы… или, там… синтоистские жрецы наколдовали на меня, или ещё что-то… Хотя, наверняка, кто-то, может, и колдовал. Но у него – даже мыслей таких нет.

То есть, дальше – просто: «Так, как нам решить эту проблему? Как нам заново вот это построить… как – то, как – сё?»

Вот… и, при этом, этот человек… мы понимаем, что создать в Японии, агрессивно тогда относившейся к христианству, Японскую Православную Церковь поместную, которая существует до сих пор, невозможно без Промысла и помощи Божией.

Поэтому, я тут, скорее, живу в некоем состоянии вопроса.

А.Ананьев:

- А, вот, сейчас, отец Андрей, у меня к Вам вопрос будет очень непростой, в виду его актуальности.

Я сейчас с ужасом понял, что я, на протяжении последних уже полутора месяцев, поговорив с какими-нибудь прекрасными священниками, дорогими мне людьми, в конце разговора желаю им не болеть: «Я желаю Вам здоровья!» – говорю я им. Разве пожелание здоровья, в данном контексте – в контексте нашего разговора – не превращается в пожелание удачи?

Вот, некоторые пишут в православных форумах, что пожелание здоровья – это, опять же, апелляция к каким-то богам здоровья, и здоровья желать нельзя, с точки зрения Православия.

О.Андрей:

- Ну, это… такие… скажем так… я бы назвал это православными заморочками. Всё гораздо проще. Когда Вы желаете человеку здоровья, Вы что имеете в виду? Вы хотите, чтобы у него всё было хорошо, чтобы была радость, чтобы Господь ему помог, в конце концов. Понимаете?

А.Ананьев:

- Это, как раз, возвращает нас к тому, что каждое, произносимое нами, слово – собственно, то, с чего мы начали разговор – имеет религиозный смысл, имеет значение. И очень хочется разобрать каждое вот это вот пожелание, к которым мы привыкли, и которые к нам привыкли, как ко мне привыкло слово «вот», от которого я пытаюсь избавиться, на протяжение уже нескольких месяцев – получается плохо. А пожелание здоровья – это… плохо?

О.Андрей:

- Мы, в реальной речи, многое сокращаем.

Ну, например, мы ж не говорим: «Это буква, обозначающая звук «а», – мы говорим: «Буква «а». Все понимают, как правильно на самом деле. Мы просто не уточняем – мы сокращаем.

То же самое: когда христианин желает здоровья другому человеку, он – как думает? Чтоб Господь ему дал это здоровье. Не какая-то удача, не какой-то рок, или Судьба, языческая богиня, а Господь – смилостивился бы и послал ему это здоровье. Но мы – не произносим вот эту длинную тираду. Мы говорим: «Здоровья тебе!» – и всё. А кто-то будет произносить то же самое пожелание… или просто, знаете, как… как в известном фильме:

- Что он у меня спросил?

- Это, по-английски, как у тебя дела?

- А ему – что, действительно, интересно, как у меня дела?

И – кто-то произносит это просто, как уже – слова… ну… некая форма приличия. А кто-то, может быть, действительно, желает этого, полагаясь на некие высшие силы, на учение о судьбе, и так далее.

Поэтому, здесь вопрос в том, какой смысл мы в это вкладываем, а не в самих фразах, как таковых.

А.Ананьев:

- Последний вопрос.

Не используется ли где-нибудь пожелание… вот… действительно… удачного стечения обстоятельств? В молитвах, в молитвословах, где-нибудь в Священном Писании?

Я очень хорошо представляю себе, как моя жена в молитве просит, чтобы мне повезло – и это так хорошо, это так нормально… вроде, как – в этом нет ничего плохого, но… вот, я тоже не могу вспомнить, чтобы где-то в молитвах было такое упоминание.

О.Андрей:

- Ну… опять-таки – какой смысл в это вкладывать: языческий или христианский. То есть, «повезло» – в том смысле, чтобы Господь… ну… сделал Вам в этой жизни какие-то подарки. Но это, мне кажется, не грешно.

А.Ананьев:

- Спасибо Вам!

Сегодня мы беседовали о словах, в общем, об удаче, в частности, с настоятелем храма Ризоположения в Леонове протоиереем Андреем Рахновским. Очень надеюсь, что скоро закончится вот эта наша… изоляция, все будут здоровы, и мы обязательно увидимся лично в вашем прекрасном храме Ризоположения в Леонове. Тем более, у вас там, наверное, уже и яблони цветут, и вишни цветут, и, вообще, там – очень красиво!

О.Андрей:

- Очень надеюсь на встречу.

А.Ананьев:

- Меня зовут Александр Ананьев. Радио «Вера».

Услышимся – ровно через неделю.

«СВЕТЛЫЙ ВЕЧЕР» НА РАДИО «ВЕРА».

Друзья! Поддержите выпуски новых программ Радио ВЕРА!
Вы можете стать попечителем радио, установив ежемесячный платеж. Будем вместе свидетельствовать миру о Христе, Его любви и милосердии!
Мы в соцсетях
******
Слушать на мобильном

Скачайте приложение для мобильного устройства и Радио ВЕРА будет всегда у вас под рукой, где бы вы ни были, дома или в дороге.

Слушайте подкасты в iTunes и Яндекс.Музыка

Другие программы
Еженедельный журнал
Еженедельный журнал
Общая теплая палитра программы «Еженедельный журнал» складывается из различных рубрик: эксперты комментируют яркие события, священники объясняют евангельские фрагменты, специалисты дают полезные советы, представители фондов рассказывают о своих подопечных, которым требуется поддержка. Так каждую пятницу наша радиоведущая Алла Митрофанова ищет основные смыслы уходящей недели и поднимает важные и актуальные темы.
Во что мы верим
Во что мы верим
Моё Поволжье
Моё Поволжье
Города и села, улицы и проспекты, жилые дома и храмы. «Мое Поволжье» - это увлекательный рассказ о тех местах, которые определяют облик Поволжья – прекрасной земли, получившей свое название по имени великой русской реки Волги.
Апостольские чтения
Апостольские чтения
Апостольские послания и книга Деяний святых апостолов – это часть Нового Завета. В этих книгах содержится христианская мудрость, актуальная во все времена. В программе Апостольские чтения можно услышать толкование из новозаветного чтения, которое звучит в этот день в Православных храмах.

Также рекомендуем