«Невидимая брань». Епископ Переславский и Угличский Феоктист

(06.03.2025)

Епископ Переславский и Угличский Феоктист в студии Радио ВЕРА

У нас в студии был епископ Переславский и Угличский Феоктист.

Разговор шел о книге преподобного Никодима Святогорца «Невидимая брань». О том какие удивительные советы духовной жизни содержит эта книга и как она перерабатывалась святителем Феофаном Затворником при переводе на русский язык.

Этой программой мы продолжаем цикл бесед, посвященных книгам, к которым полезно обратиться в период Великого поста.

Первая беседа с архимандритом Симеоном (Томачинским) была посвящена книге блаженного Августина «Исповедь».

Вторая беседа с протоиереем Павлом Великановым была посвящена книге архимандрита Эмилиана (Вафидиса) «Толкование на подвижнические слова Аввы Исаии».

Третья беседа со священником Стефаном Домусчи была посвящена книге философа, богослова Павла Евдокимова «Этапы духовной жизни».

Ведущий: Константин Мацан

Константин Мацан

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА. Здравствуйте, уважаемые друзья. В студии у микрофона Константин Мацан. Этой программой мы продолжаем цикл бесед, который на этой неделе у нас выходит в «Светлом вечере» в часе с 8 до 9. И цикл этот посвящен на этой неделе, на первой неделе Великого поста, книгам Великого поста, «Книги на Великий пост». Спикеры Радио ВЕРА, наши гости, делятся с нами размышлениями о какой-то книге, которую либо перечитывают Великим постом, либо просто могут рекомендовать как чтение очень подходящее к этому особенному времени. Я с трепетной радостью приветствую нашего сегодняшнего гостя. Епископ Переславский и Угличский Феоктист. Добрый вечер.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Добрый вечер.

Константин Мацан

— Нашим слушателям ваше имя, ваш голос, безусловно, известны по программе «Евангелие. День за днем», а вот сегодня тот случай, когда вы на час у нас в эфире в кресле гостя. Книга, которую вы предложили со своей стороны в этом часе обсудить, вспомнить — это книга преподобного Никодима Святогорца «Невидимая брань». Вроде бы от православного монаха ожидаешь, что чтением на Великий пост будет книга по аскетике, но книг по аскетике много. Какое место среди разнообразной монашеской литературы занимает для вас книга преподобного Никодима Святогорца «Невидимая брань»?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Будет некорректно говорить о себе как о монахе для меня. Да, конечно, у меня имя монашеское.

Константин Мацан

— Как мой сын говорит, ему 12 лет, сейчас все школьники так говорят: ну, по фактам. По фактам вы же монах?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— По фактам? Со сложного вопроса вы начали. По фактам я архиерей. Монашеская жизнь подразумевает нечто иное, то есть пребывание в монастыре, в послушании у игумена и соответствующие вещи. У меня все же жизнь другая, и она в этом смысле приближена к жизни священника простого. Поэтому сугубо монашескую литературу мне печально читать, потому что понимаю, насколько я далек от исполнения тех обетов, которые я когда-то принес, и мне от этого бывает больно. Поэтому я читаю другого рода литературу, ту, которую можно читать всем, даже архиереям, и которая никоим образом не противоречит моему не мной выбранному образу жизни. Тому образу жизни, который мне благословило священноначалие нести — архиерейскому. А «Невидимая брань» как раз одна из таких книг. Она хороша тем, что она легко доступна, она есть везде, просто невообразимое количество изданий и переизданий, цифровые версии, аудио версии и всё, что хочешь. Она интересна тем, что изначально она общехристианская, потому что ее довольно непростая история началась с небольшой брошюрки для сестер монашествующих католичек еще в 18-м веке. Потом она была адаптирована уже преподобным Никодимом Святогорцем и довершил работу святитель Феофан Затворник. Сегодня те версии книги, которые мы имеем, кроме греческой версии, сделаны уже с русской святителя Феофана Затворника. Эта такая многоступенчатость, думается, помогла книге обрести законченный вид. Это не один автор, который как-то поработал, нет, это три автора, жившие в разных культурах, в разных языковых средах, с разным опытом и, что важно, в разные эпохи. Каждый из них что-то свое внес и сделал ее такой, можно сказать, эталонной, бесспорной. Когда читаешь, нет необходимости подвергать какому-то сомнению. Самому надо двигаться в сторону того, что там написано. Сегодня у нас большой выбор книг, но тут в чем дело? Одни не соотносятся с твоим образом жизни. «Лествица» прекрасная книга, но она все же про монахов, прям про монахов. Или какие-то книги более современных авторов, где можно найти что-то спорное. Здесь спорного нет.

Константин Мацан

— Если даже содержание открыть и название главок читать, то обнаруживаешь, что, может быть, даже не вполне ждешь обнаружить, если воспринимать эту книгу как что-то монашеское, о монахах, об аскетике в общепринятом смысле слова. Вот, например, глава под заголовком «О погрешительности мнения тех, которые почитают чрезмерную печаль добродетелью». А ведь в массовом сознании, возьму на себя смелость такое обобщение сделать, вообще православие иногда воспринимается как такое: глаза в пол, я хуже всех и, если я напущу на себя какой-то печальный угрюмый вид, я буду тем самым стяжать смирение и православную духовность. Это не так? Это я вот читаю заголовки глав книги.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Я понимаю. Когда говорят о том, что печаль и православие — это что-то очень близкое, я, конечно, возмущаюсь. Сейчас я себя сдерживаю.

Константин Мацан

— Можете не сдерживать себя.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Понимаю, что Великий пост, как-то надо себя сдерживать. Я скажу одно, что христианин — тот, кто ни на секунду не забывает о Христовом Воскресении, о том, что Он разрушил вереи ада и смерть уничтожил. Это должно радовать. И все же мне значительно ближе царь Давид с его ликованием перед Богом, с его ликующей верой, с его ликующим пребыванием перед очами Божьими. Он не боялся ни секунды быть смешным, нелепым в эти моменты, но мы не найдем у него... Конечно, у Давида были свои переживания, связанные со страхом за жизнь, с грехопадениями своими, но в целом мы видим, что он был человеком очень радостным. Многие наши святые, тут можно вспомнить мной чрезвычайно любимого нашего священномученика Иллариона (Троицкого), который, даже находясь в тяжелых жизненных ситуациях, в заключении, писал письма своей сестре, эти письма чрезвычайно оптимистичные и даже с юмором. Когда пытаешься себя представить на его месте, в этих условиях, то думаешь, что, наверное, там печаль наступит. Но его вера во Христа Воскресшего помогала ему иначе смотреть на вещи. Я думаю, что печаль, особенно прилюдная, это что-то не про Христово Воскресение, а про что-то другое. Не знаю, про что.

Константин Мацан

— Я назвал это главой «О погрешительности мнения тех, которые почитают чрезмерную печаль добродетелью», на самом деле это абзац. Там есть такие слова, когда говорят авторы, я уж не знаю, кому это приписывать.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Сейчас я тут, давайте, сделаю небольшое отступление. Здесь еще автор. Почему? Потому что святитель Феофан эту книгу переводил под некоторым нажимом. То есть сначала согласился перевести, афонские монахи попросили, потом он ее посмотрел, и ему как-то расхотелось немножко.

Константин Мацан

— Почему?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Он уже был пожилым человеком, и ему было непонятно, почему они, сидя на Афоне и зная греческий язык, сами перевести ее не могут.

Константин Мацан

— Надо было перевести с какого на какой?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— С греческого на русский. Причем с греческого не современного, не с того греческого, на котором сегодня издается книга в Греции. Там другой греческий был, времен преподобного Никодима Святогорца. У него были болезни свои, какая-то занятость, в общем, ему не хотелось. Но так как он обещал, он для себя такой лайфхак, что ли, нашел, как выполнить обещание. Он подписал контракт, договор с журналом «Христианское чтение», по-моему, так назывался журнал, и он должен был к определенному сроку определенное количество знаков им подавать для печати. И переводил ее такими фрагментами. В течение года он ее всю перевел, потом это всё сверстали в одну книжечку и начали издавать одной книжечкой. Но первое издание — журнальное издание. Но так как у него параллельная жизнь какая-то шла в течение года, болел, что еще происходило, у него подход к переводу менялся с течением времени. Та глава, которую вы упомянули, одна из начальных.

Константин Мацан

— Пятая.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Пятая, да, по-моему. Хотел сказать, вас обогнать, не обогнал с пятой главой. Там он следует очень четко тексту преподобного Никодима. Потом он становится более свободен в своем тексте. Плюс еще первые главы такие, там нечего было исправлять, чуть дальше возникают вопросики кое-какие. Тут еще важный момент, что с итальянского — оригинал итальянский — ее переводил не преподобный Никодим, потому что Никодим не знал итальянского. Он ее нашел случайно, это было переведено одним, Марманис, греческий книжник, перевел, и преподобный Никодим увидел перевод, он его редактировал просто на греческом. Какие-то вещи он по каким-то причинам, и об этом в предисловии своем святитель Феофан пишет, какие-то католические не до конца исправил. Но это не совсем так, потому что некоторые католические штуки преподобный Никодим почему-то усилил, это забавная история.

Константин Мацан

— Ну, например.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Например, он усилил почитание Божией Матери. Он написал среди прочего, что Божия Матерь является единственной раздательницей Даров Святой Троицы. Я спрашивал наших католических собратьев, говорю: ребята, как вам такая фраза? Они говорят: мы, конечно, еретики, но мы до такого бы не додумались, это даже для нас перебор.

Константин Мацан

— Интересно.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Это были дружественные католики, с ними можно было шутить, они говорят: даже для нас это как-то, мы не согласны. Какие-то вещи мы видим в этой же книге, например, о духовном причащении, это уже ближе к концу — это то, чего нет в православной традиции. Но, тем не менее, святитель Феофан сохранил эту главу, и когда читаешь, ты не совсем понимаешь, что это такое.

Константин Мацан

— О чем эта глава?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Я о ней даже статью какую-то написал и доклад сделал и не понял, о чем она.

Константин Мацан

— Да?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Я пытался искать аналоги духовного причащения, но это нечто такое: причастился, а потом ты об этом вспоминаешь. Или когда нет возможности причаститься, какое-то воспоминание об евхаристии, если угодно. И тут же про сердечное стремление к причащению. Нет возможности, но есть стремление, ты готовишься, очищаешь свою совесть, стремишься, и Господь тебе дает благодать Свою. Я, когда работал над статьей по поводу этой главы, нашел какие-то размышления старообрядцев, что-то у них такое тоже было. У них же, особенно у беспоповцев и у тех, у кого не так часто встречаются священники, была проблема большая, они что-то там выдумывали. Ну, и у католиков тоже есть какие-то не связанные с «Невидимой бранью» материалы на эту тему. Для православия русского это совершенно незнакомая тема.

Константин Мацан

— Я, знаете, что вспомнил в этой связи? Это, правда, совсем не является аргументом ни за ни против духовного причащения. В фильме «Андрей Рублев» Тарковского один из героев говорит: «Бывает, посмотришь в глаза случайному человеку или какому-то другому ближнему человеку, уже как будто причастился». Когда контакт человека с человеком, любовь, видел образ Божий в другом. Я сейчас не выступаю апологетом духовного причащения, просто вспомнил.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Я хочу поспорить немножко с Тарковским, потому что здесь тоже ошибочное воззрение на причащение. То, что вы сейчас рассказали, это про эмоцию некоторую. Причастился — это определенная эмоция, что-то почувствовал. Когда человек ждет ощущений в этом смысле, то он ошибается. Доказать, что это так, очень просто. Можно обратить внимание на Тайную Вечерю, где апостолы причастились из рук Спасителя, это та самая евхаристия с артиклем определенным. Нет, конечно, мы веруем и исповедуем, что она каждый раз та же самая. Но, тем не менее, Евангелие нам не дает основания думать, что апостолы в этот момент что-то особенное пережили на уровне восприятия человеческого, эмоционально или как-то еще. Ничего такого не было. Совершенно ровно всё дальше, один вообще встал и пошел плохие дела делать. Но какого-то «вау», о котором многие мечтают, не случилось.

Константин Мацан

— Епископ Переславский и Угличский Феоктист сегодня с нами в программе «Светлый вечер». Мы говорим о книге преподобного, ну уж не знаю, как теперь сказать, Никодима Святогорца и Феофана Затворника «Невидимая брань». Мы начали уже по чуть-чуть обсуждать конкретные темы этой книги. Очень интересная история — я, кстати, не знал этого — что книга выросла из католических источников. А кто изначально был автором первого прообраза текста?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Лоренцо Скуполи, был такой монах-тиотинец, там же много орденов, это священнический орден. Он писал ее как некую небольшую инструкцию по духовной жизни для сестер, которых он окормлял. Она потом была издана в Венеции. Если интересно, Венеция была тогда таким городом... Мы в современной России мыслим бинарно, когда говорим о католиках и православных, нам кажется, что есть такая гигантская стена, и невозможно перейти ее никаким образом. Интересно, что и Скуполи свою книгу издавал в Венеции, и преподобный Никодим свои книги издавал в Венеции. Венеция была таким котлом.

Константин Мацан

— В Венеции было много выходцев из прошлого византийского.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Да. Они и много вывезли из Константинополя, мы представляем в Сан-Марко что происходит. И такое взаимное перетекание было без каких-либо проблем. Поэтому у преподобного Никодима, насколько я понимаю, не было предубеждения против этого текста, абсолютно никакого. Было первое издание небольшое, потом уже сам Лоренцо Скуполи дополнял, уже тогда она начала распространяться, начали тогда переводить. У самого Лоренцо судьба неровная, он подвергся некоторым прещениям по неизвестной причине, но как будто к смерти был оправдан, сейчас всего уже точно не вспомню. Это всё то, что касается истории. История здесь, конечно, важна, но не должны быть ее пленниками, когда читаем книгу. Почему? Потому что — еще раз повторю свой тезис основной — история помогла ей очиститься от всего наносного, неточного. Она проста по своей сути и напоминает нам — почему Великим постом я ее хочу почитать в очередной раз и могу рекомендовать — что мы зачастую в потоке жизни забываем, зачем христианская жизнь нужна, о ее конечной цели мы забываем. И, собственно говоря, «Невидимая брань» с этого начинается: «Для чего мы христиане?». И дальше рассказывает, как нам достичь своей цели. Поэтапно дает нам инструкцию.

Константин Мацан

— Так, и для чего же мы христиане?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Чтобы быть с Богом. Для чего религия существует, вы сами знаете, для преодоления этого разрыва, чтобы быть Божиими, Христовыми. Есть определенные для этого средства, которые помогают достичь этой цели. Набор этих средств не является хаотичным и не является случайным. Есть определенные этапы, об этапах многие писали, еще преподобный Иоанн Лествичник это жанр, до него еще жанр этот был, библейский жанр вообще про этапы. Есть много таких инструкций. Здесь нам, может быть, более мягкое или понятное ведение по этапам. Начинается всё с неверия себе, и дальше мы потихоньку идем. Какие есть инструменты у нас для борьбы с теми или иными движениями души, как необходимо следить за самим собой, своим разумом. О разуме, который имеет свойство нас подводить и обманывать, об управления чувствами. Часто можно услышать, что «любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь». Нет, ребята, так не работает. Христиане могут, а потому и должны управлять своими чувствами. Эта вспышка, огонь, дальше не помню — это для христиан не работает абсолютно. Это означает, что человек, у которого так происходит, который не владеет своими чувствами, просто не понимает принципов духовной жизни, принципов той борьбы, которую христиане должны вести. Но и вообще само по себе название «Невидимая брань» или духовная борьба, можно по-разному переводить, напоминает, что христианская жизнь — это все же некое поприще битвы. И не может быть никакого расслабления. Если расслабишься, тебя победят супостаты. Мы об этом тоже склонны забывать. Сегодня есть тенденция такая, мы это прекрасно знаем, как бы так жить духовной жизнью, чтобы не сильно напрягаться и чтобы она хорошо ложилась в жизнь светскую, чтобы не было конфликта между ними, чтобы мы были христианами, но понятными для нехристиан, чтобы не было между нами пропасти. «Невидимая брань» преподобного Никодима нас от этого предостерегает и рассказывает о том, как необходимо поступать.

Константин Мацан

— Есть какие-то главы, я хочу какие-то отдельные назвать, одну мы уже назвали. Я думаю, что вы теми местами, которые особенно для себя выделяете, с нами поделитесь. Читаешь и понимаешь, что в книге, написанной в то время, когда она была написана, есть вещи, которые даже в чисто бытовом плане сохранились как актуальные. Например, глава 9 «О хранении ума от бесполезного многоведения и праздной пытливости». И думаешь, если в 19-м веке была эта проблема, то сколь острее она стала сейчас, в век смартфонов. О чем эта глава?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Еще Соломон Премудрый в притчах говорил о том, что необходимо свои глаза и свой ум держать поближе к самому себе и что — как-то у него красиво высказана эта фраза — тот, кто обходит умом границы всей вселенной, погибнет. Это действительно так. Мы должны понимать, мы должны просто это знать, что одна из уловок тех существ, которые хотят нашей погибели, уловок нашего разума после грехопадения — это желание знать всё обо всем, можно сказать по-другому, обладать информацией обо всем, потому что не является знанием. Преподобный Никодим делает акцент на том, что является знанием. Знание подразумевает пристальное рассматривание предмета, размышления о нем. Невозможно стать знающим, когда скользишь по поверхности. Сегодня мы понимаем, нам мир предлагает именно это, скольжение по поверхности без возможности задержаться на чем-либо. Даже просто посмотреть на уточку, постоять на Андреевской набережной или где-то еще. Это очень грустно, и это путь, к сожалению, не к спасению. Что с этим делать? Как человек, живущий в современном мире, и архиерей, я могу много рассуждать о том, как это всё плохо. Но сделать с самим собой что-либо, перестать любую свободную секунду читать телеграм каналы или еще что-то смотреть, я пока не могу. Это большая проблема, я понимаю, сколь много я теряю времени, самой жизни и рискую спасением своим, когда этим занимаюсь. Но очень сложно от этого отойти, мы все это знаем прекрасно. Блажен человек, который смог это преодолеть.

Константин Мацан

— Я бы так спросил, в логике книги и в вашем сердце как это отзывается, причем здесь, собственно Бог? Можно просто остановиться, посмотреть на тех же уточек, посозерцать природу, и это будет хорошо, это будет остановка, но ничего специфически религиозного при этом не произойдет с тобой. Или все-таки мы говорим о том, что это некий необходимый этап, после которого душа войдет в то состояние, когда она, действительно, захочет к Богу обратиться или вспомнит хотя бы о том, что Бог есть. Как это устроено с точки зрения того пути, который в книге изложен?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Буквально через неделю с небольшим Церковь наша будет вспоминать Григория Паламу и исихастов. Исихастов — это, конечно, не тех людей, которые молчат, ничего не говорят, а тех, у кого ум неподвижен, тех, у кого ум не скачет между предметами. Почему эта тема так важна? Потому что пока мы где-то бродим, мы не можем сосредоточиться на Боге, это просто невозможно. Именно по этой причине Спаситель наш Господь Иисус Христос говорил, что хочешь помолиться, «зайди в клеть твою, запри дверь», и вот там «Отец, видящий в тайне, воздаст тебе яве». О чем это? О том, что мы должны отрешиться от всех внешних впечатлений для молитвы. Это сделать очень-очень сложно. Мы понимаем, даже зайдя в клеть, наше сердце и ум могут волноваться невероятным образом от переживаний сегодняшнего дня, от страха за будущее, от какой-то текущей повестки. Пока мы в этом состоянии пребываем, если мы думаем, что молимся, что мы способны молиться в этот состоянии, это иллюзия, так не бывает. Правда, иллюзия. Мы видим, что молитвословы не современные говорят, встань, постой сначала какое-то время, потом один поклончик положи с такой-то молитвой, с другой поклончик положи, так постепенно ты войдешь в нужное состояние. Нужно успокоиться, настроиться и постараться умом своим пребывать в молитве, никак иначе. Для этого. Для того, чтобы... первоначальная цель, о которой мы уже говорили, для пребывания с Богом, нам необходимо уметь быть — сейчас плохую вещь скажу — сосредоточенными, хотел сказать, в моменте, не буду, сосредоточенными на одном предмете, не прыгать умом с одного на другое, потому что это прыгание сложно остановить.

Константин Мацан

— У нас сегодня в гостях епископ Переславский и Угличский Феоктист. Мы скоро вернемся к этому разговору. Дорогие друзья, не переключайтесь.

Константин Мацан

— «Светлый вечер» на Радио ВЕРА продолжается. У нас в гостях епископ Переславский и Угличский Феоктист. У микрофона Константин Мацан. Мы говорим сегодня в этом цикле бесед, который на этой неделе, напомню, выходит в часе с 8 до 9 о книгах на Великий пост, о тех книгах, которые наши спикеры смело могут рекомендовать сейчас, на первой неделе поста, взять и начать этим постом читать или перечитывать. В фокусе нашем сегодня книга «Невидимая брань» Никодима Святогорца. Я иду по содержанию и на какие-то вещи, которые меня цепляют особенно, обращаю внимание. «О многих желаниях и стремлениях, сущих в человеке, и о борьбе их между собою». Почему еще я на это обращаю внимание? Оно, с моей точки зрения, опять же, резонируют с очень распространенными сегодня представлениями: ну, как же, мои чувства, мои желания, я же не могу не желать, я же не могу быть каким-то безэмоциональным чурбаном. Ведь Господь вложил в меня способность чувствовать, значит, надо ее как-то холить, лелеять, чувства и желания нельзя обесценивать. А тут как будто авторы предлагают нам что-то противоположное, и это входит в противофазу с ощущениями современного человека. Что бы вы такому современному скептику ответили?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Современному скептику я бы порекомендовал чуть внимательнее быть к своей жизни. Если человек будет внимательнее к своей жизни, то он увидит, что эти противоположные желания, некоторые наши желания, когда мы начинаем их анализировать и сопоставлять друг с другом, у нас какое-то безумие происходит. У меня есть человек знакомый, девушка, она, к счастью, понимает всю странность этого состояния, которая одновременно хочет и в монастырь и замуж. К замужеству она значительно ближе, чем к монастырю, это вопрос нескольких месяцев, но при этом продолжает ходить в монастырь и ездить в монастыри в качестве трудницы, как она и раньше ездила. Она понимает, что это очень странно. Здесь очень явно. Но если мы следим за своими чувствами, мы поймем, что некоторые из них конфликтуют, какие-то неисполнимы, какие-то видны, а какие-то попросту безумные. Поэтому, конечно, необходимо их отслеживать. Я прекрасно понимаю, что современный мир антропоцентричен, мы плоды гуманизма пожинаем, но надо понимать, что человек после грехопадения очень странный, у него разум померкший, он творит что попало, всякую дичь несусветную. Причем, как только из рая изгнали, первый человек, рожденный вне рая, стал убийцей, причем, не просто убийцей, а братоубийцей. Это диагноз вообще всем. Адам и Ева как-то держались, слава Богу, памятью о рае, но вот уже мы видим, Каин начинает делать что-то безумное. Мне думается, необходимо нам всем помнить о том, что мы очень близки к Каину, и при определенных стечениях обстоятельств можем творить безумие. У любого, еще раз сказу, и третий раз это повторю, у любого внимательного человека есть воспоминания о собственном безумии. Оно кругом. Я не на ту тему позволяю себе говорить, но всё же скажу. Одно из безумий, которое очень популярно — это, например, алкоголь. Это же безумная история, как ни крути, она со всех сторон безумная. Но мы этого не замечаем чаще всего, не чувствуем этого. Много такого.

Константин Мацан

— Есть главы, посвященные тому, как побороть свои страсти, те, какие-то внезапно возникающие порывы желания. Что говорит книга? Дает ли она какие-то, может быть, лайфхаки?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Я хочу еще раз заметить, что «Невидимая брань» движется постепенно. Это как изучение языка, каждая следующая глава базируется на предыдущих. Там так: мы начинаем с целей, потом говорим о неверии себе и потихоньку движемся дальше, о том, что необходимо в любой ситуации упование свое возлагать на Бога. И дальше, как это сделать, как научиться. Вы упоминали, например, о печали. Печаль бывает разная, есть хорошая печаль о своих грехах. «Невидимая брань» говорит, что да, да, но только не надо в ней долго оставаться. Если надолго в печали, то у тебя проблема либо психическая, либо духовная, либо интеллектуальная, что-то с тобой не то. Ты не должен надолго быть в печали. Почему? Да, потому что упал — не печалься, вставай, дальше иди. Отдавай всё это Богу, понимая, что Бог попустил, значит, для чего-то нужно, какие-то выводы сделать. И это хорошо для борьбы с самолюбием, гордыней. Методы, которые предлагает книга, основаны на Боге. Там нет тех методов, которые в отрыве от Бога: я такой классный, я сейчас проведу работу над собой, поисповедуюсь, что-то еще сделаю, и у меня всё будет хорошо. К сожалению, мы часто забываем, что всё, что с нами происходит, с христианами, да и вообще с людьми, имеет своей целью привести нас ко спасению. Мы должны понять, что без Бога, как и Спаситель сказал, творить мы ничего не можем. Конечно, это не означает зависимость, как кукла какая-то, вовсе нет. Это означает, что всё благо от Него. И если мы об этом не помним, возникает самость, которая человека губит. «Невидимая брань» всегда говорит, что любое действие против страсти должно иметь в основе обращение к Богу, упование на Него, неверие самому себе, своему разуму.

Константин Мацан

— Вы сказали, всё благо от Бога, а неблаго?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Давайте разберемся, что значит неблаго.

Константин Мацан

— Просто и легко согласиться...

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Соглашайтесь.

Константин Мацан

— ...что всё хорошее — это Божье благословение. Всё от Него, и хорошо, когда это ведет к чувству благодарности. А вот когда случается скорбь, болезнь, неудача, вроде бы тоже благочестиво, можно сказать, это Господь посылает. Тогда вопрос, что же за Бог такой, Который посылает неблагое. Хорошо, мы помним, что Господь воспитатель и посылает для какой-то пользы. В конце концов, тогда возникает образ Бога-воспитателя, с которым тоже не так-то просто согласиться, воспитатели разные бывают, бывают жестокие воспитатели. Не очень хочется, чтобы тебя воспитывали такими способами. Что вы об этом думаете?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Скорбь скорби рознь. Скорбь о потерянных десяти рублях несопоставима со скорбью о потерянном ребенке. И не о всякой скорби можно говорить. Книга Иова это прекрасно показала, что есть тот уровень скорби, о котором говорить могут только безумцы, как-то объяснять, пояснять, делать выводы. Поэтому давайте мы ограничим, о какой мы скорби говорим.

Константин Мацан

— О той, о которой можно говорить. Конечно, мы не берем те ситуации, в которых было бы кощунственно как-то разглагольствовать. И тем паче мы видим сегодня многих людей в ситуации глубоких скорбей, и упаси Боже пытаться на эту тему философствовать. Давайте возьмем ситуации, в которых мы все оказываемся.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Десять рублей потерял?

Константин Мацан

— Может быть, не десять рублей потерял. С работы уволили, проект, на который возлагал надежды, не взлетел или провалился. Что-то такое.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Об этом говорить легко и довольно приятно. Для человека, у которого пожизненное трудоустройство. Мы за всякой литургией во время евхаристии молимся и благодарим Бога за всё ведомое и неведомое, за то, что мы знаем и не знаем, явленное нам и не явленное. Мы должны понимать... мне не нравится, как это звучит, должны понимать, такие слова навешивать не хочется. Давайте больше я буду говорить про свое восприятие этого всего. Опять же я слушал тут одну женщину, не важно, по какому вопросу, там она про какие-то финансовые моменты говорила, мне понравилась ее мысль. Ей сорок лет, мне сорок лет и я могу последние двадцать лет анализировать, могу анализ проводить последних двух десятилетий. Я понимаю, что там было то-то, то-то, так-то пережито, в общем, всё нормально. И благодаря этому, могу прогнозировать на будущее, избавляться от каких-то тревог. Когда человек достаточно взрослый и умеет анализировать, он понимает, что вот это-это было и это было, и всё хорошо. В конечном итоге, какие-то непростые ситуации ко благу приводили, как правило, являясь точкой роста или что-то еще. В общем-то, для человека взрослого вот эти все житейские штуки не должны быть травматичными, мне так кажется. Потому что я себя самого сравниваю, несколько десятилетий назад как я реагировал на какие-то вызовы и сейчас. Конечно, значительно спокойнее стал, с возрастом приходит. Тем не менее, христианское отношение к этому всему такое, какое бывает у взрослых людей, которое формируется у тебя с возрастом. Понимаешь уже из опыта, это не объект веры для тебя в какой-то момент становится, что всё будет хорошо. Ты пока не знаешь как, но будет хорошо. А если переходить немножко на другой уровень, то вот что интересно. Еще ближе, чем неделя Григория Паламы́, или Пала́мы, постоянно забываю, прошу прощения у слушателей, если кого-то травмирует неправильное ударение.

Константин Мацан

— Оба варианта, по-моему, возможны.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— И будет звучать у нас апостольское чтение, на которое я на днях записал комментарий. Я никогда не обращал на это внимание, правда, а здесь меня пробрало. Из послания к евреям, 11-12 главы, там перечисляют праведников прошлого, ветхозаветных, как они там страдали, мучились, что с ними только не было, и дальше констатируется, что ни к чему это не привело, они обетования не получили. Целая большая жизнь со страданиями ни к чему не привела. Послание к евреям об этом говорит, и продолжает: «Чтобы они не без нас достигли совершенства». То есть это говорит о том, что всё будет в эсхатологической перспективе, в той перспективе, где всякие слова упразднятся, и будет как у Иова, просто встреча с Богом, снимающая все вопросы. Очень важно понять, что это глубокое заблуждение, иллюзия думать, что духовная жизнь, правильная жизнь по заповедям вот здесь даст свой результат. Нет, ее конечный плод не в этой перспективе, он значительно дальше. Эти страдания, которые многим людям... Мне сложно говорить о страданиях, я с ними не сталкивался, я боюсь об этом говорить, не в смысле суеверном, а как непонимающий боюсь об этом говорить, чтоб не ляпнуть какую-нибудь глупость несусветную. Но, все же, опираясь на библейский текст, мы видим, что эти страдания вознаграждаются обязательно, но не всегда в рамках земной жизни, как у Иова. Чаще всего они нас ведут в эсхатологическую перспективу, и там мы ожидаем воздаяние.

Константин Мацан

— Епископ Переславский и Угличский Феоктист сегодня с нами в программе «Светлый вечер». Я напомню, мы говорим о книге преподобного Никодима Святогорца «Невидимая брань», переведенной и в каком-то смысле переосмысленной епископом Феофаном Затворником. Главы о молитве в этой книге?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Это был прекрасный заход, главы о молитве святитель Феофан не переводил. Он их выкинул, поставил свои. То есть они никак не соотносятся с тем текстом, который есть у преподобного Никодима. Никак. Никодим там что-то не то написал.

Константин Мацан

— А читатель книги «Невидимая брань» что основное для себя откроет о молитве из этого текста?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Я не думаю, что там будут какие-то откровения принципиальные. Надо понимать ту эпоху, в которой жил святитель Феофан, и что он делал. Святитель Феофан жил в эпоху, когда русское наше общество довольно далеко отошло от веры. В церкви всё было хорошо, государство помогало наполнять храмы прихожанами, а с верой были некоторые проблемы. И были проблемы, как мы знаем, с пониманием веры. Люди были как раз тогда крещены, но не просвещены, это прямо про 19-й век. Если исследовать ту эпоху поподробнее, мы увидим жуткие нравственные преступления у людей, когда они причащались, всё у них было хорошо. Не случайно у нас появилась наша замечательная литература классическая на фоне этого всего безобразия. Перед святителем Феофаном стояла задача по мере сил народ наш просветить. Для этого он предпринимал переводческие труды и писал комментарии, переписку вел большую, какие-то авторские у него сочинения были. Ему надо было простым языком, по возможности доступным, людям рассказать и сделать всё это массово, поэтому он переводил то, что не было переведено, но к его переводам много вопросов, потому что они сильно отличаются от оригинала в некоторых местах, и это всегда можно объяснить. Предположим, переводит «Добротолюбие», выкидывает там какие-то созерцательные главы какого-нибудь Симеона Нового Богослова. А зачем их переводить? Даже нам с вами, вам, не знаю, ну, вот мне, зачем читать про эти удивительные созерцания преподобного Симеона Нового Богослова, если я, будем честны, далек от исполнения базовых заповедей, есть сложности некоторые. И неизвестно, успею ли приблизиться. Если я живу в этом потоке новостей, если я тот, какой есть, какие созерцания, простите. О чем мы? Феофан экономил время и бумагу, он понимал, что у него другая задача стояла. Он пытался какие-то вещи базовые рассказать людям. Так и здесь. О молитве почему он переписал? Потому что в тексте Никодима Святогорца были вот эти католические истории, типа того, что представь Крест Спасителя, представь себя на нем распятым.

Константин Мацан

— Подключая воображение.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Да, подключая воображение. Конечно, святитель Феофан всё это вымарывает безжалостно, просто берет блок и убирает и ставит свои главы, они отличаются, там ничего общего нет. Он дает, понятно, православное учение безо́бразной молитвы.

Константин Мацан

— Вы сказали, зачем простому человеку читать о каких-то высших степенях созерцаниях Симеона Нового Богослова. И я понимаю вашу мысль. В то же время в тексте «Невидимой брани» глава «Что такое умная внутренняя молитва, каких видов она бывает». Это все-таки уже шаг вперед по отношению к просто словесному произнесению священных текстов, то есть это тот уровень, который требуется все-таки, который удобоприемлем для широкого чтения? Про что эта глава?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Конечно. Про молитву не только языком, но умом и сердцем, очень полезный навык я вам скажу, потому что не всегда мы можем произносить. Я хотел бы сказать вот еще о чем. Нет смысла тому, кто не прошел базовое обучение в школе, читать какие-то книги по квантовой физике. Ты просто не поймешь, каждое слово, может быть, будет понятным.

Константин Мацан

— Но смысл не словите.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Но со смыслом мы не столкнемся там.

Константин Мацан

— Я не ставлю под сомнение ни мудрость епископа Феофана, ни в коем случае. Я даже где-то встречал, может быть, это анекдот исторический, мне попадалась информация, что это наименование преподобного Симеона Новым Богословом родилось, как ироническое.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Да.

Константин Мацан

— Такое пишет неудобоваримо странное, вообразил себя новым богословом, смотрите, какая у него заумь пошла про высшие степени созерцания. А в историю вошел все равно как автор.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Он уникальный человек и таких не очень много, то есть тех, кто его может понять. Я не уверен, что в каждом поколении есть такие люди, хотя бы один. Это всё же что-то очень специфическое.

Константин Мацан

— Ну, хорошо, если вернуться к теме про умную молитву. Почему она мне кажется важной? Потому что если это в книге есть, значит, как-то имеет для нас значение, для нас, простых читателей. Но иногда даже про эту тему бессловесной молитвы, внутренней молитвы можно услышать такой скепсис, что это уже супервысокая ступень. Это что-то такое сложное, повредиться можно, едва ли уже не медитация это. Что вы как пастырь об этом думаете?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Медитация — всё же это хорошая вещь, смотря что под этим подразумевать. Когда я говорю медитация, я подразумеваю размышление, в христианском западном смысле это размышление.

Константин Мацан

— Это латинское слово, оно то и значит.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Это размышление, это не уход в некое ничто, в отсутствие, это размышление над прочитанным текстом Священного Писания.

Константин Мацан

— Например, У Декарта знаменитое произведение «Размышление о методе». Это «Медитация о методе» дословно на латыни.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Да. Но не все же знают латынь. Даже я ее уже забыл.

Константин Мацан

— Я ее тоже не знаю. Я ее сдавал однажды, но не знаю.

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Я много раз ее сдавал, но не помогло, то есть сдать-то помогло, а дальше не двинулись мы. Размышления о текстах Священного Писания, например — очень хорошая вещь. Размышления над словами Спасителя нашего — тоже совершенно замечательная вещь. Умная молитва, почему к ней такое отношение? Потому что есть плохие о ней тексты. Что-то вроде откровенных «Рассказов странника своему духовному отцу».

Константин Мацан

— Это плохой текст?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Это ужасный текст. В том смысле, что он дает совершенно неправильное представление о том, чем является умная молитва. Там же как? Необходимо языком много раз до каких-то язв на языке произносить Иисусову молитву, в какой-то момент она начнет вертеться у тебя в голове, и с тобой начнут происходить всякие чудесные штуки. На самом деле всё по-другому устроено. И речь не о том, чтобы произнести какое-то большое количество этих молитв. А в том, чтобы произносить их с глубоким сосредоточением, не отвлекаясь ни на что. И любой человек, который пытался так молиться, хотя бы один-два раза произнести Иисусову молитву даже в сокращенном варианте — «Господи Иисусе Христе, помилуй мя», это самый краткий вариант, есть еще просто «помилуй мя», еще короче, но всё же берем такой — любой человек, который пытался это сделать, знает, что почти невозможно даже на эту секунду, чуть больше, не рассеяться умом. Это проблема. Значительно проще тысячу раз сказать языком, размышляя при этом о красоте набережной Андреевской, всё про то же будем. Святитель Феофан как раз учит этому. У него вообще много размышлений, не только в «Невидимой брани!», а вообще о молитве. Понятно, как с Богом общаться, если не через молитву? Молитва это тот самый прямой путь общения. Естественно, что в его трудах много места уделяется молитве, в том числе и молитве Иисусовой, молитве умной. Он подсказывает те методы, которые помогают поменьше рассеиваться. Помимо подготовки предварительной, это еще и сама практика. Когда, например, ты на каждую пятую или на каждую десятую молитву делаешь земной поклон, то есть что-то меняешь в своем положении, что тебе позволяет прийти в себя немного. Если ты уплыл, куда-то улетел, вернее, в мыслях, ты можешь вернуться. Это очень хороший метод, рабочий, пользуйтесь.

Константин Мацан

— Последний вопрос вам задам, наше время неумолимо истекает. Есть ли тема или какая-то цитата, высказывание, глава из этой книги, о чем я не догадался спросить и завести разговор, а вам бы было важно это сказать?

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Я уже сказал и еще раз сделаю акцент на хранении ума и чувств. Это простые небольшие главки, они в начале. Мне думается, если не всю книгу, то хотя бы эти главы нам всем полезно было бы прочитать, потому что займет буквально несколько минут, а польза будет невероятная.

Константин Мацан

— Ну что же, спасибо огромное. Мы сегодня поразмышляли над страницами книги преподобного Никодима Святогорца «Невидимая брань». Наш сегодняшний гость епископ Переславский и Угличский Феоктист был проводником в мир этой книги, и смело ее рекомендует как чтение на Великий пост. Спасибо огромное, дорогой владыка, за беседу. Я надеюсь, что мы вас снова увидим гостем в программе «Светлый вечер».

Епископ Феоктист (Игумнов)

— Спасибо за приглашение. Я тоже на это надеюсь.

Константин Мацан

— Спасибо. У микрофона был Константин Мацан. Дорогие друзья, до свиданья. Завтра в это же время мы продолжим размышлять над книгами на Великий пост. Подключайтесь к нам.

Все выпуски программы Светлый вечер

Проект реализуется при поддержке Фонда президентских грантов

Другие программы

Духовные этюды

21 сентября. «Погреб с заготовками»

Скачать

Фото: TIVASEE . / Pexels

Какое разнообразие солений и маринадов рачительная хозяйка показывает любопытствующим родственникам или друзьям, дозволив им спуститься в её «епархию» — деревенский погреб, или зайти в холодную кладовую с полками, где стоят бесчисленные «трофеи» — банки различного калибра с заготовками!

Щедро делится своим богатством добрая женщина, хотя только она и знает, каких трудов стоило приготовить разнообразные снеди, чтобы они появились в этом убежище. Счастлив же тот христианин, который вошёл в меру «полного возраста Христова» и, повинуясь велению просвещающей его благодати, делится духовными сокровищами с братьями и сёстрами по вере, не боясь оскудения, ибо «не мерою даёт Отец Духа Святого» всем любящим Единородного Сына Божия.

Автор: Протоиерей Артемий Владимиров

Все выпуски программы Духовные этюды

Читать полностью

Другие программы

Богослужения вечера

Тексты богослужений праздничных и воскресных дней. Всенощное Бдение. 21 сентября (вечер 20 сентября) 2026г.

Понеде́льник седми́цы 17-й по Пятидеся́тнице.

Рождество́ Пресвято́й Богоро́дицы.

ВСЕНО́ЩНОЕ БДЕ́НИЕ

Вели́кая Вече́рня

Диакон: Воста́ните!

Хор: Благослови́.

Иерей: Сла́ва Святе́й и Единосу́щней и Животворя́щей и Неразде́льней Тро́ице всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Священнослужители в алтаре:

Прииди́те, поклони́мся Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Христу́ Царе́ви на́шему Бо́гу.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Самому́ Христу́, Царе́ви и Бо́гу на́шему.

Прииди́те, поклони́мся и припаде́м Ему́.

Псало́м 103, предначина́тельный:

Хор: Благослови́, душе́ моя́, Го́спода./ Благослове́н еси́, Го́споди./ Го́споди, Бо́же мой, возвели́чился еси́ зело́./ Благослове́н еси́, Го́споди./ ... / Вся прему́дростию сотвори́л еси́./ Сла́ва Ти, Го́споди, сотвори́вшему вся.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Вели́кая ектения́:

Диакон: Ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй. (На каждое прошение)

Диакон: О Свы́шнем ми́ре и спасе́нии душ на́ших, Го́споду помо́лимся.

О ми́ре всего́ ми́ра, благостоя́нии Святы́х Бо́жиих Церкве́й и соедине́нии всех, Го́споду помо́лимся.

О святе́м хра́ме сем и с ве́рою, благогове́нием и стра́хом Бо́жиим входя́щих в онь, Го́споду помо́лимся.

О вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем, Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, честне́м пресви́терстве, во Христе́ диа́констве, о всем при́чте и лю́дех, Го́споду помо́лимся.

О Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, Го́споду помо́лимся.

О гра́де сем (или: О ве́си сей), вся́ком гра́де, стране́ и ве́рою живу́щих в них, Го́споду помо́лимся.

О благорастворе́нии возду́хов, о изоби́лии плодо́в земны́х и вре́менех ми́рных, Го́споду помо́лимся.

О пла́вающих, путеше́ствующих, неду́гующих, стра́ждущих, плене́нных и о спасе́нии их. Го́споду помо́лимся.

О изба́витися нам от вся́кия ско́рби, гне́ва и ну́жды, Го́споду помо́лимся.

Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко подоба́ет Тебе́ вся́кая сла́ва честь и поклоне́ние, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Блаже́н муж:

Хор: Блаже́н муж, и́же не и́де на сове́т нечести́вых.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Я́ко весть Госпо́дь путь пра́ведных, и путь нечести́вых поги́бнет.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Рабо́тайте Го́сподеви со стра́хом и ра́дуйтеся Ему́ с тре́петом.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Блаже́ни вси наде́ющиися Нань.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

И ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Ектения́ ма́лая:

Диакон: Па́ки и па́ки ми́ром Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́ и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Твоя́ держа́ва и Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Го́споди, воззва́х, глас 6:

Хор: Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя./ Услы́ши мя, Го́споди./ Го́споди, воззва́х к Тебе́, услы́ши мя:/ вонми́ гла́су моле́ния моего́,/ внегда́ воззва́ти ми к Тебе́.// Услы́ши мя, Го́споди.

Да испра́вится моли́тва моя́,/ я́ко кади́ло пред Тобо́ю,/ воздея́ние руку́ мое́ю/ — же́ртва вече́рняя.// Услы́ши мя, Го́споди.

Стихиры Рождества Пресвятой Богородицы, глас 6, самогласны:

На 8. Стих: Из глубины́ воззва́х к Тебе́, Го́споди,// Го́споди, услы́ши глас мой.

Стихира: Днесь И́же на разу́мных Престо́лех почива́яй Бог/ Престо́л свят на земли́ Себе́ предугото́ва:/ утверди́вый му́дростию Небеса́/ Не́бо одушевле́нное человеколю́бием соде́ла,/ от непло́днаго бо ко́рене/ сад живоно́сен израсти́ нам, Ма́терь Свою́,/ И́же чуде́с Бог/ и ненаде́ющихся наде́жда,// Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Да бу́дут у́ши Твои́// вне́млюще гла́су моле́ния моего́.

Стихира: Сей день Госпо́день,/ ра́дуйтеся, лю́дие:/ се бо Све́та черто́г/ и кни́га Сло́ва Живо́тнаго/ из утро́бы произы́де,/ и Я́же к восто́ком дверь, ро́ждшися,/ ожида́ет вхо́да Святи́теля вели́каго,/ еди́на и Еди́наго вводя́щи Христа́ во вселе́нную,// во спасе́ние душ на́ших.

На 6. Стих: А́ще беззако́ния на́зриши, Го́споди, Го́споди, кто постои́т?// Я́ко у Тебе́ очище́ние есть.

Стихира: А́ще и Боже́ственным хоте́нием/ све́тлыя непло́дны жены́ прозябо́ша,/ но всех Мари́я рожде́нных боголе́пно превозсия́:/ я́ко, от непло́дныя пресла́вно ро́ждшися ма́тере,/ породи́ пло́тию всех Бо́га,/ па́че естества́ от безсе́менныя утро́бы;/ еди́на дверь Единоро́днаго Сы́на Бо́жия,/ Ю́же проше́д, заключе́нну сохрани́/ и, вся му́дре устро́ив, я́ко весть Сам,// всем челове́ком спасе́ние соде́ла.

Стих: И́мене ра́ди Твоего́ потерпе́х Тя, Го́споди, потерпе́ душа́ моя́ в сло́во Твое́,// упова́ душа́ моя́ на Го́спода.

На 4. Стих: От стра́жи у́тренния до но́щи, от стра́жи у́тренния,// да упова́ет Изра́иль на Го́спода.

Стихира: Днесь непло́дная врата́ отверза́ются,/ и дверь деви́ческая Боже́ственная предгряде́т,/ днесь плод ражда́ти благода́ть начина́ет,/ явля́ющи ми́ру Бо́жию Ма́терь,/ Е́юже земна́я с Небе́сными совокупля́ются,// во спасе́ние душ на́ших.

Стих: Я́ко у Го́спода ми́лость, и мно́гое у Него́ избавле́ние,// и Той изба́вит Изра́иля от всех беззако́ний его́.

На 2. Стих: Хвали́те Го́спода вси язы́цы,// похвали́те Его́ вси лю́дие.

Стихира: Днесь всеми́рныя ра́дости провозвеще́ние,/ днесь возве́яша ве́три,/ спасе́ния провозве́стницы,/ естества́ на́шего разреша́ется непло́дство:/ непло́ды бо ма́ти показу́ется/ де́вствующия и по рождестве́ Зижди́телеве,/ из Нея́же чу́ждее присвоя́ет И́же естество́м Бог/ и заблу́ждшим Пло́тию спасе́ние содева́ет,/ Христо́с Человеколю́бец,// и Изба́витель душ на́ших.

Стих: Я́ко утверди́ся ми́лость Его́ на нас,// и и́стина Госпо́дня пребыва́ет во век.

Стихира: Днесь непло́дная А́нна ражда́ет Богоотрокови́цу,/ от всех родо́в произбра́нную/ в жили́ще всех Царя́ и Зижди́теля, Христа́ Бо́га,/ во исполне́ние Боже́ственнаго смотре́ния,/ и́мже назда́хомся, земноро́днии,// и обнови́хомся от тли к жи́зни неконе́чней.

Стихира Рождества Пресвятой Богородицы, глас 6:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Вход с кади́лом:

Диакон: Прему́дрость, про́сти.

Све́те Ти́хий:

Хор: Све́те Ти́хий святы́я сла́вы Безсме́ртнаго Отца́ Небе́снаго, Свята́го, Блаже́ннаго, Иису́се Христе́! Прише́дше на за́пад со́лнца, ви́девше свет вече́рний, пое́м Отца́, Сы́на и Свята́го Ду́ха, Бо́га. Досто́ин еси́ во вся времена́ пет бы́ти гла́сы преподо́бными, Сы́не Бо́жий, живо́т дая́й; те́мже мир Тя сла́вит.

Диакон: Во́нмем.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Вече́рний проки́мен дня (в воскресе́нье ве́чера), глас 8:

Диакон: Прему́дрость во́нмем. Проки́мен, глас осмы́й: Се ны́не благослови́те Го́спода/ вси раби́ Госпо́дни.

Хор: Се ны́не благослови́те Го́спода/ вси раби́ Госпо́дни.

Диакон: Стоя́щии во хра́ме Госпо́дни, во дво́рех до́му Бо́га на́шего.

Хор: Се ны́не благослови́те Го́спода/ вси раби́ Госпо́дни.

Диакон: Се ны́не благослови́те Го́спода

Хор: Вси раби́ Госпо́дни.

Парими́и Рождества́ Пресвято́й Богоро́дицы:

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Бытия́ чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из главы 28)

Чтец: Изы́де Иа́ков от студенца́ кля́твеннаго/ и и́де в Харра́нь./ И обре́те ме́сто, и спа та́мо,/ за́йде бо со́лнце,/ и взят от ка́мения ме́ста того́, и положи́ возгла́вие себе́,/ и спа на ме́сте о́ном, и сон ви́де./ И се ле́ствица, утвержде́на на земли́,/ ея́же глава́ досяза́ше до Небе́с,/ и А́нгели Бо́жии восхожда́ху и низхожда́ху по ней./ Госпо́дь же утвержда́шеся на ней и рече́:/ Аз Бог Авраа́мов, отца́ твоего́,/ и Бог Исаа́ков, не бо́йся./ Земля́, иде́же ты спи́ши на ней,/ тебе́ дам ю и се́мени твоему́./ И бу́дет се́мя твое́, я́ко песо́к земны́й,/ и распространи́тся на мо́ре, и ли́ву, и се́вер, и на восто́ки,/ и возблагословя́тся о тебе́ вся коле́на земна́я и о се́мени твое́м./ И се Аз с тобо́ю, сохраня́яй тя на вся́ком пути́, а́може а́ще по́йдеши,/ и возвращу́ тя в зе́млю сию́, я́ко не и́мам тебе́ оста́вити,/ до́ндеже сотвори́ти Ми вся, ели́ка глаго́лах тебе́./ И воста́ Иа́ков от сна своего́, и рече́:/ я́ко есть Госпо́дь на ме́сте сем, аз же не ве́дех./ И убоя́ся, и рече́:/ я́ко стра́шно ме́сто сие́,/ несть сие́, но дом Бо́жий,// и сия́ врата́ Небе́сная.

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: Проро́чества Иезеки́илева чте́ние.

Диакон: Во́нмем.

(Из глав 43,44)

Чтец: Та́ко глаго́лет Госпо́дь:/ бу́дет от дне осма́го и про́чее,/ сотворя́т иере́и на олтари́ всесожже́ния ва́шего/ и я́же спасе́ния ва́шего,/ и прииму́ вы, глаго́лет Адонаи́ Госпо́дь./ И обрати́ мя на путь врат святы́х вне́шних, зря́щих на восто́ки,/ и сия́ бя́ху затворе́на./ И рече́ Госпо́дь ко мне:/ врата́ сия́ затворе́на бу́дут и не отве́рзутся,/ и никто́же про́йдет сквозе́ их,/ я́ко Госпо́дь Бог Изра́илев про́йдет и́ми,/ и бу́дут затворе́на./ Я́ко игу́мен ся́дет в них сне́сти хлеб,/ по пути́ Ела́мских врат вни́дет и по пути́ его́ изы́дет./ И введе́ мя по пути́ врат святы́х,/ су́щих к се́веру пря́мо хра́му,// и ви́дех, и се испо́лнь сла́вы храм Госпо́день.

Диакон: Прему́дрость.

Чтец: При́тчей чте́ние.

Диакон: Во́нмем

(Из главы 9:)

Чтец: Прему́дрость созда́ Себе́ дом и утверди́ столпо́в седмь./ Закла́ Своя́ же́ртвенная, и раствори́ в ча́ши Свое́й вино́,/ и угото́ва Свою́ трапе́зу./ Посла́ Своя́ рабы́, созыва́ющи с высо́ким пропове́данием на ча́шу, глаго́лющи:/ и́же есть безу́мен, да уклони́тся ко Мне,/ и тре́бующим ума́ рече́:/ прииди́те, яди́те Мой хлеб/ и пи́йте вино́, е́же раствори́х вам,/ оста́вите безу́мие, и жи́ви бу́дете,/ и взыщи́те ра́зума, да поживете́,/ и испра́вите ра́зум в ве́дении./ Наказу́яй злы́я, прии́мет себе́ безче́стие,/ облича́яй же нечести́ваго, опоро́чит себе́,/ обличе́ние бо нечести́вому, ра́ны ему́./ Не облича́й злых, да не возненави́дят тебе́,/ облича́й прему́дра, и возлю́бит тя,/ даждь прему́дрому вину́, и прему́дрший бу́дет;/ сказу́й пра́ведному, и приложи́т приима́ти./ Нача́ло прему́дрости страх Госпо́день,/ и сове́т святы́х — ра́зум./ Разуме́ти бо зако́н, по́мысла есть блага́го,/ сим бо о́бразом мно́гое поживе́ши вре́мя,// и приложа́тся тебе́ ле́та живота́.

Ектения́ сугу́бая:

Диакон: Рцем вси от всея́ души́, и от всего́ помышле́ния на́шего рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Го́споди Вседержи́телю, Бо́же оте́ц на́ших, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Поми́луй нас, Бо́же, по вели́цей ми́лости Твое́й, мо́лим Ти ся, услы́ши и поми́луй.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды, на каждое прошение)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и Отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о Господи́не на́шем Высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к, и всей во Христе́ бра́тии на́шей.

Еще́ мо́лимся о Богохрани́мей стране́ на́шей, власте́х и во́инстве ея́, да ти́хое и безмо́лвное житие́ поживе́м во вся́ком благоче́стии и чистоте́.

Еще́ мо́лимся о блаже́нных и приснопа́мятных созда́телех свята́го хра́ма сего́, и о всех преждепочи́вших отце́х и бра́тиях, зде лежа́щих и повсю́ду, правосла́вных.

Еще́ мо́лимся о ми́лости, жи́зни, ми́ре, здра́вии, спасе́нии, посеще́нии, проще́нии и оставле́нии грехо́в рабо́в Бо́жиих настоя́теля, бра́тии и прихо́жан свята́го хра́ма сего́.

Еще́ мо́лимся о плодонося́щих и доброде́ющих во святе́м и всечестне́м хра́ме сем, тружда́ющихся, пою́щих и предстоя́щих лю́дех, ожида́ющих от Тебе́ вели́кия и бога́тыя ми́лости.

Иерей: Я́ко Ми́лостив и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Сподо́би, Го́споди:

Хор: Сподо́би, Го́споди, в ве́чер сей без греха́ сохрани́тися нам. Благослове́н еси́, Го́споди, Бо́же оте́ц на́ших, и хва́льно и просла́влено и́мя Твое́ во ве́ки. Ами́нь.

Бу́ди, Го́споди, ми́лость Твоя́ на нас, я́коже упова́хом на Тя. Благослове́н еси́, Го́споди, научи́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Влады́ко, вразуми́ мя оправда́нием Твои́м. Благослове́н еси́, Святы́й, просвети́ мя оправда́нии Твои́ми.

Го́споди, ми́лость Твоя́ во век, дел руку́ Твое́ю не пре́зри. Тебе́ подоба́ет хвала́, Тебе́ подоба́ет пе́ние, Тебе́ сла́ва подоба́ет. Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Ектения́ проси́тельная:

Диакон: Испо́лним вече́рнюю моли́тву на́шу Го́сподеви.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Заступи́, спаси́, поми́луй и сохрани́ нас, Бо́же, Твое́ю благода́тию.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Диакон: Ве́чера всего́ соверше́нна, свя́та, ми́рна и безгре́шна у Го́спода про́сим.

Хор: Пода́й, Го́споди. (На каждое прошение)

Диакон: А́нгела ми́рна, ве́рна наста́вника, храни́теля душ и теле́с на́ших, у Го́спода про́сим.

Проще́ния и оставле́ния грехо́в и прегреше́ний на́ших у Го́спода про́сим.

До́брых и поле́зных душа́м на́шим и ми́ра ми́рови у Го́спода про́сим.

Про́чее вре́мя живота́ на́шего в ми́ре и покая́нии сконча́ти у Го́спода про́сим.

Христиа́нския кончи́ны живота́ на́шего, безболе́знены, непосты́дны, ми́рны и до́браго отве́та на Стра́шнем Суди́щи Христо́ве про́сим.

Пресвяту́ю, Пречи́стую, Преблагослове́нную, Сла́вную Влады́чицу на́шу Богоро́дицу и Присноде́ву Мари́ю, со все́ми святы́ми помяну́вше, са́ми себе́, и друг дру́га, и весь живо́т наш Христу́ Бо́гу предади́м.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Я́ко Благ и Человеколю́бец Бог еси́ и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Бу́ди держа́ва Ца́рствия Твоего́ благослове́на и препросла́влена. Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Лития́:

Стихира Рождества Пресвятой Богородицы, глас 1, самогласна:

Стихира: Нача́ло на́шего спасе́ния, лю́дие, днесь бысть:/ се бо пронарече́нная от родо́в дре́вних/ Ма́ти и Де́ва и прия́телище Бо́жие/ от непло́дове роди́тися происхо́дит,/ цвет от Иессе́я и от ко́рене его́ жезл прозябе́./ Да ра́дуется Ада́м пра́отец,/ и Е́ва да весели́тся ра́достию,/ се бо созда́нная от ребра́ Ада́мова дщерь и Вну́ку блажи́т я́вственне:/ роди́ся бо мне, рече́, избавле́ние,/ его́же ра́ди от уз а́довых свобожду́ся./ Да ра́дуется Дави́д, бия́ в гу́сли,/ и да благослови́т Бо́га,/ се бо Де́ва происхо́дит от утро́бы непло́дныя,// ко спасе́нию душ на́ших.

Стихиры Рождества Пресвятой Богородицы, глас 2, самогласна:

Стихира: Прииди́те, любоде́вственнии вси/ и чистоты́ рачи́телие,/ прииди́те, подыми́те любо́вию де́вства похвалу́,/ от ка́мене тве́рдаго теку́щий исто́чник жи́зни/ и от безча́дствующия купину́ невеще́ственнаго Огня́,// очища́ющаго и просвеща́ющаго ду́ши на́ша.

Стихира: Что шум пра́зднующих быва́ет?/ Иоаки́м и А́нна торжеству́ют та́йно:/ ра́дуйтеся с на́ми, глаго́люще, Ада́ме и Е́во, днесь,/ я́ко и́мже дре́вле преступле́нием затвори́ша рай,/ плод благосла́вен нам даде́ся,/ Богоотрокови́ца Мари́я,// отверза́ющи его́ всем вход.

Стихира: Пронарече́нная всех Цари́ца,/ Бо́жие оби́телище,/ от непло́дныя днесь утро́бы про́йде А́нны сла́вныя,/ Присносу́щнаго Существа́ Боже́ственное пребыва́лище,/ Е́юже безсту́дный ад попра́ся/ и всеро́дная Е́ва в тве́рдую жизнь вво́дится./ Той досто́йно возопии́м:// блаже́нна Ты в жена́х, и Плод чре́ва Твоего́ благослове́н.

Стихира Рождества Пресвятой Богородицы, глас 8:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: В благознамени́тый день пра́здника на́шего/ востру́бим духо́вною цевни́цею:/ Я́же бо от се́мене Дави́дова, днесь ражда́ется Ма́ти Живота́,/ тьму разреша́ющи,/ Ада́мово обновле́ние, и Е́вино воззва́ние,/ и нетле́ния исто́чник, тли премене́ние,/ Ея́же ра́ди мы обожи́хомся/ и от сме́рти изба́влени бы́хом,/ и возопии́м Той с Гаврии́лом, ве́рнии:/ ра́дуйся, Благода́тная, Госпо́дь с Тобо́ю,// Тебе́ ра́ди да́руя нам ве́лию ми́лость.

Диакон: Спаси́, Бо́же, лю́ди Твоя́ и благослови́ достоя́ние Твое́, посети́ мир Твой ми́лостию и щедро́тами, возвы́си рог христиа́н правосла́вных и низпосли́ на ны ми́лости Твоя́ бога́тыя, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х; мо́лим Тя, Многоми́лостиве Го́споди, услы́ши нас, гре́шных, моля́щихся Тебе́, и поми́луй нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (40 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о Вели́ком Господи́не и отце́ на́шем Святе́йшем Патриа́рхе Кири́лле, и о господи́не на́шем высокопреосвяще́ннейшем митрополи́те (или: архиепи́скопе, или: Преосвяще́ннейшем епи́скопе) имяре́к и о всем во Христе́ бра́тстве на́шем, и о вся́кой души́ христиа́нстей, скорбя́щей же и озло́бленней, ми́лости Бо́жия и по́мощи тре́бующей; о покрове́нии гра́да сего́, и живу́щих в нем, о ми́ре, и состоя́нии всего́ ми́ра; о благостоя́нии святы́х Бо́жиих церкве́й; о спасе́нии и по́мощи со тща́нием и стра́хом Бо́жиим тружда́ющихся и служа́щих оте́ц и бра́тий на́ших; о оста́вльшихся и во отше́ствии су́щих; о исцеле́нии в не́мощех лежа́щих; о успе́нии, осла́бе, блаже́нней па́мяти и о оставле́нии грехо́в всех преждеотше́дших оте́ц и бра́тий на́ших, зде лежа́щих и повсю́ду правосла́вных; о избавле́нии плене́нных, и о бра́тиях на́ших во слу́жбах су́щих, и о всех служа́щих и служи́вших во святе́м хра́ме сем рцем.

Хор: Го́споди, поми́луй. (50 раз)

Диакон: Еще́ мо́лимся о е́же сохрани́тися гра́ду сему́, и свято́му хра́му сему́, и вся́кому гра́ду и стране́, от гла́да, губи́тельства, тру́са, пото́па, огня́, меча́, наше́ствия иноплеме́нников и междоусо́бныя бра́ни; о е́же ми́лостиву и благоуве́тливу бы́ти благо́му и человеколюби́вому Бо́гу на́шему, отврати́ти вся́кий гнев на ны дви́жимый, и изба́вити ны от належа́щаго и пра́веднаго Своего́ преще́ния и поми́ловати ны.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Диакон: Еще́ мо́лимся и о е́же услы́шати Го́споду Бо́гу глас моле́ния нас, гре́шных, и поми́ловати нас.

Хор: Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Иерей: Услы́ши ны, Бо́же, Спаси́телю наш, упова́ние всех конце́в земли́ и су́щих в мо́ри дале́че, и ми́лостив, ми́лостив бу́ди, Влады́ко, о гресе́х на́ших, и поми́луй ны. Ми́лостив бо и человеколю́бец Бог еси́, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, Отцу́, и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Иерей: Мир всем.

Хор: И ду́хови твоему́.

Диакон: Главы́ на́ша Го́сподеви прикло́ним.

Хор: Тебе́, Го́споди.

Иерей: Влады́ко многоми́лостиве, Го́споди Иису́се Христе́, Бо́же наш, моли́твами всепречи́стыя Влады́чицы на́шея Богоро́дицы и Присноде́вы Мари́и; си́лою Честна́го и Животворя́щаго Креста́; предста́тельствы честны́х Небе́сных Сил безпло́тных; честна́го, сла́внаго проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Иоа́нна; святы́х сла́вных и всехва́льных апо́стол; и́же во святы́х оте́ц на́ших, и вселе́нских вели́ких учи́телей и святи́телей: Васи́лия Вели́каго, Григо́рия Богосло́ва и Иоа́нна Златоу́стаго; и́же во святы́х отца́ на́шего Никола́я, архиепи́скопа Мир Лики́йских и чудотво́рца; святы́х равноапо́стольных Мефо́дия и Кири́лла, учи́телей Слове́нских; святы́х равноапо́стольных вели́каго кня́зя Влади́мира и вели́кия княги́ни О́льги; и́же во святы́х оте́ц на́ших: святи́теля Михаи́ла, пе́рваго митрополи́та Ки́евскаго, первосвяти́телей Моско́вских и всея́ Руси́: Петра́, Алекси́я, Ио́ны, Мака́рия, Фили́ппа, патриа́рхов: И́ова, Ермоге́на и Ти́хона, святи́теля Филаре́та Моско́вскаго, святи́телей (имяре́к святи́телей ме́стных); святы́х великому́чеников: Гео́ргия Победоно́сца, Дими́трия Солу́нскаго, цели́теля Пантелеи́мона и всех сла́вных и добропобе́дных му́чеников, новому́чеников и испове́дников Це́ркве Ру́сския: Влади́мира, митрополи́та Ки́евскаго, Вениами́на, митрополи́та Петрогра́дскаго, Петра́, митрополи́та Крути́цкаго, святы́х ца́рственных страстоте́рпцев царя́ Никола́я и цари́цы Алекса́ндры со ча́ды их, преподобному́чениц вели́кия княги́ни Елисаве́ты и и́нокини Варва́ры, святы́х (имяре́к новому́чеников и испове́дников ме́стных); преподо́бных и богоно́сных оте́ц на́ших: Анто́ния и Феодо́сия Ки́ево-Пече́рских, Варлаа́ма Ху́тынскаго, Се́ргия Ра́донежскаго, Серафи́ма Саро́вскаго, ста́рцев О́птинских, (имяре́к преподо́бных ме́стных); святы́х благове́рных князе́й: Бори́са и Гле́ба страстоте́рпцев, Андре́я Боголю́бскаго, Алекса́ндра Не́вскаго, Дании́ла Моско́вскаго, Дими́трия Донска́го, (имяре́к благове́рных князе́й ме́стных); свята́го пра́веднаго Иоа́нна Кроншта́дтскаго; святы́х блаже́нных Ксе́нии Петербу́ржския и Матро́ны Моско́вския; святы́х (имяре́к ины́х чти́мых ме́стных); святы́х и пра́ведных богооте́ц Иоаки́ма и А́нны; и святы́х (имяре́к его́же есть храм, и его́же есть день), и всех святы́х Твои́х, благоприя́тну сотвори́ моли́тву на́шу, да́руй нам оставле́ние прегреше́ний на́ших, покры́й нас кро́вом крилу́ Твое́ю, отжени́ от нас вся́каго врага́ и супоста́та, умири́ на́шу жизнь. Го́споди, поми́луй нас и мир Твой, и спаси́ ду́ши на́ша, я́ко благ и человеколю́бец.

Хор: Ами́нь.

Стихи́ры на стихо́вне:

Стихиры Рождества Пресвятой Богородицы, глас 4, самогласны:

Стихира: Всеми́рная ра́дость от пра́ведных возсия́ нам,/ от Иоаки́ма и А́нны, Всепе́тая Де́ва,/ Я́же премно́гия ра́ди чистоты́/ храм Бо́жий одушевле́нный быва́ет/ и еди́на вои́стинну Богоро́дица познава́ется./ Тоя́ моли́твами, Христе́ Бо́же,/ мир ми́ру низпосли́// и душа́м на́шим ве́лию ми́лость.

Стих: Слы́ши, Дщи, и виждь,// и приклони́ у́хо Твое́.

Стихира: А́нгеловым прорече́нием/ плод пречи́ст от Иоаки́ма и А́нны, пра́ведников,/ днесь произы́де Де́ва,/ не́бо и престо́л Бо́жий,/ и прия́телище Чистоты́,/ ра́дость провозвеща́ющи всему́ ми́ру,/ живота́ на́шего Хода́таица,/ кля́твы отъя́тие, благослове́ния пода́ние./ Тем в рождестве́ Твое́м, Де́во Богозва́нная,/ ми́ру мир испроси́// и душа́м на́шим ве́лию ми́лость.

Стих: Лицу́ Твоему́ помо́лятся// бога́тии лю́дстии.

Стихира: Непло́ды безча́дная А́нна/ днесь рука́ми да воспле́щет све́тло,/ да светлоно́сят земна́я, ца́рие да игра́ют,/ святи́телие во благослове́ниих да веселя́тся,/ да пра́зднует весь мир:/ се бо Цари́ца и непоро́чная Неве́ста О́тча/ от ко́рене Иессе́ева прозябе́./ Ктому́ жены́ в печа́лех не родя́т чад:/ Ра́дость бо процвете́, и Живо́т всем челове́ком в ми́ре жи́тельствует./ И ктому́ да́ры Иоаки́мовы не возвраща́ются,/ рыда́ние бо А́нны в ра́дость преложи́ся:/ сра́дуйтеся мне, глаго́лющи, весь избра́нный Изра́иль,/ се бо даде́ ми Госпо́дь одушевле́нную пала́ту/ Боже́ственныя сла́вы Его́,/ во о́бщее весе́лие и ра́дость// и спасе́ние душ на́ших.

Стихира Рождества Пресвятой Богородицы, глас 8:

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Стихира: Прииди́те, вси ве́рнии, к Де́ве теце́м:/ се бо ражда́ется Я́же пре́жде чре́ва предви́денная Бо́га на́шего Ма́ти,/ де́вства сосу́д, Ааро́нов прозя́бший жезл от ко́рене Иессе́ева,/ проро́ческое пропове́дание/ и пра́ведных Иоаки́ма и А́нны прозябе́ние./ Ражда́ется у́бо, и мир с Не́ю обновля́ется./ Ражда́ется, и Це́рковь во свое́ благоле́пие украша́ется./ Храм святы́й, Божества́ прия́телище,/ де́вственный сосу́д, ца́рский черто́г,/ в не́мже пресла́вное неизрече́ннаго соедине́ния, соше́дшихся во Христе́ есте́ств,/ соверше́нное соде́яся та́инство./ Ему́же покланя́ющеся,// воспева́ем Де́вы Всенепоро́чныя рождество́.

Моли́тва свято́го Симео́на Богоприи́мца:

Хор: Ны́не отпуща́еши раба́ Твоего́, Влады́ко,/ по глаго́лу Твоему́, с ми́ром;/ я́ко ви́деста о́чи мои́ спасе́ние Твое́,/ е́же еси́ угото́вал пред лице́м всех люде́й,/ свет во открове́ние язы́ков,// и сла́ву люде́й Твои́х Изра́иля.

Трисвято́е по О́тче наш:

Чтец: Святы́й Бо́же, Святы́й Кре́пкий, Святы́й Безсме́ртный, поми́луй нас. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Пресвята́я Тро́ице, поми́луй нас; Го́споди, очи́сти грехи́ на́ша; Влады́ко, прости́ беззако́ния на́ша; Святы́й, посети́ и исцели́ не́мощи на́ша, и́мене Твоего́ ра́ди.

Го́споди, поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

О́тче наш, И́же еси́ на Небесе́х, да святи́тся и́мя Твое́, да прии́дет Ца́рствие Твое́, да бу́дет во́ля Твоя́, я́ко на Небеси́ и на земли́. Хлеб наш насу́щный даждь нам днесь; и оста́ви нам до́лги на́ша, я́коже и мы оставля́ем должнико́м на́шим; и не введи́ нас во искуше́ние, но изба́ви нас от лука́ваго.

Иерей: Я́ко Твое́ есть Ца́рство и си́ла и сла́ва, Отца́ и Сы́на и Свята́го Ду́ха, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

Тропа́рь Рождества́ Пресвято́й Богоро́дицы, глас 4:

Хор: Рождество́ Твое́, Богоро́дице Де́во,/ ра́дость возвести́ всей вселе́нней:/ из Тебе́ бо возсия́ Со́лнце Пра́вды, Христо́с Бог наш,/ и, разруши́в кля́тву, даде́ благослове́ние,// и, упраздни́в смерть, дарова́ нам живо́т ве́чный. (Трижды)

Благослове́ние хле́бов:

Диакон: Го́споду помо́лимся.

Хор: Го́споди, поми́луй.

Иерей: Го́споди Иису́се Христе́ Бо́же наш, благослови́вый пять хле́бов и пять ты́сящ насы́тивый, Сам благослови́ и хле́бы сия́, пшени́цу, вино́ и еле́й; и умно́жи сия́ во гра́де сем и во всем ми́ре Твое́м; и вкуша́ющия от них ве́рныя освяти́. Я́ко Ты еси́ благословля́яй и освяща́яй вся́ческая, Христе́ Бо́же наш, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м, и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь. Бу́ди И́мя Госпо́дне благослове́но от ны́не и до ве́ка. (Трижды)

Псало́м 33:

Иерей: Благослове́ние Госпо́дне на вас, Того́ благода́тию и человеколю́бием, всегда́, ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в.

Хор: Ами́нь.

У́треня

Шестопса́лмие:

Хор: Сла́ва в вы́шних Бо́гу, и на земли́ мир, в челове́цех благоволе́ние. (Трижды)

Го́споди, устне́ мои́ отве́рзеши, и уста́ моя́ возвестя́т хвалу́ Твою́. (Дважды)

Псало́м 3:

Чтец: Го́споди, что ся умно́жиша стужа́ющии ми? Мно́зи востаю́т на мя, мно́зи глаго́лют души́ мое́й: несть спасе́ния ему́ в Бо́зе его́. Ты же, Го́споди, Засту́пник мой еси́, сла́ва моя́ и вознося́й главу́ мою́. Гла́сом мои́м ко Го́споду воззва́х, и услы́ша мя от горы́ святы́я Своея́. Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя. Не убою́ся от тем люде́й, о́крест напа́дающих на мя. Воскресни́, Го́споди, спаси́ мя, Бо́же мой, я́ко Ты порази́л еси́ вся вражду́ющия ми всу́е: зу́бы гре́шников сокруши́л еси́. Госпо́дне есть спасе́ние, и на лю́дех Твои́х благослове́ние Твое́.

Аз усну́х, и спах, воста́х, я́ко Госпо́дь засту́пит мя.

Псало́м 37:

Го́споди, да не я́ростию Твое́ю обличи́ши мене́, ниже́ гне́вом Твои́м нака́жеши мене́. Я́ко стре́лы Твоя́ унзо́ша во мне, и утверди́л еси́ на мне ру́ку Твою́. Несть исцеле́ния в пло́ти мое́й от лица́ гне́ва Твоего́, несть ми́ра в косте́х мои́х от лица́ грех мои́х. Я́ко беззако́ния моя́ превзыдо́ша главу́ мою́, я́ко бре́мя тя́жкое отяготе́ша на мне. Возсмерде́ша и согни́ша ра́ны моя́ от лица́ безу́мия моего́. Пострада́х и сляко́хся до конца́, весь день се́туя хожда́х. Я́ко ля́двия моя́ напо́лнишася поруга́ний, и несть исцеле́ния в пло́ти мое́й. Озло́блен бых и смири́хся до зела́, рыка́х от воздыха́ния се́рдца моего́. Го́споди, пред Тобо́ю все жела́ние мое́ и воздыха́ние мое́ от Тебе́ не утаи́ся. Се́рдце мое́ смяте́ся, оста́ви мя си́ла моя́, и свет о́чию мое́ю, и той несть со мно́ю. Дру́зи мои́ и и́скреннии мои́ пря́мо мне прибли́жишася и ста́ша, и бли́жнии мои́ отдале́че мене́ ста́ша и нужда́хуся и́щущии ду́шу мою́, и и́щущии зла́я мне глаго́лаху су́етная и льсти́вным весь день поуча́хуся. Аз же я́ко глух не слы́шах и я́ко нем не отверза́яй уст свои́х. И бых я́ко челове́к не слы́шай и не имы́й во усте́х свои́х обличе́ния. Я́ко на Тя, Го́споди, упова́х, Ты услы́шиши, Го́споди Бо́же мой. Я́ко рех: да не когда́ пора́дуют ми ся врази́ мои́: и внегда́ подвижа́тися нога́м мои́м, на мя велере́чеваша. Я́ко аз на ра́ны гото́в, и боле́знь моя́ предо мно́ю есть вы́ну. Я́ко беззако́ние мое́ аз возвещу́ и попеку́ся о гресе́ мое́м. Врази́ же мои́ живу́т и укрепи́шася па́че мене́, и умно́жишася ненави́дящии мя без пра́вды. Воздаю́щии ми зла́я возблага́я оболга́ху мя, зане́ гоня́х благосты́ню. Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Не оста́ви мене́, Го́споди Бо́же мой, не отступи́ от мене́. Вонми́ в по́мощь мою́, Го́споди спасе́ния моего́.

Псало́м 62:

Бо́же, Бо́же мой, к Тебе́ у́тренюю, возжада́ Тебе́ душа́ моя́, коль мно́жицею Тебе́ плоть моя́, в земли́ пу́сте и непрохо́дне, и безво́дне. Та́ко во святе́м яви́хся Тебе́, ви́дети си́лу Твою́ и сла́ву Твою́. Я́ко лу́чши ми́лость Твоя́ па́че живо́т, устне́ мои́ похвали́те Тя. Та́ко благословлю́ Тя в животе́ мое́м, о и́мени Твое́м воздежу́ ру́це мои́. Я́ко от ту́ка и ма́сти да испо́лнится душа́ моя́, и устна́ма ра́дости восхва́лят Тя уста́ моя́. А́ще помина́х Тя на посте́ли мое́й, на у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́. Ти́и же всу́е иска́ша ду́шу мою́, вни́дут в преиспо́дняя земли́, предадя́тся в ру́ки ору́жия, ча́сти ли́совом бу́дут. Царь же возвесели́тся о Бо́зе, похва́лится всяк клены́йся Им, я́ко загради́шася уста́ глаго́лющих непра́ведная.

На у́тренних поуча́хся в Тя. Я́ко был еси́ Помо́щник мой, и в кро́ве крилу́ Твое́ю возра́дуюся. Прильпе́ душа́ моя́ по Тебе́, мене́ же прия́т десни́ца Твоя́.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

Го́споди поми́луй. (Трижды)

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Псало́м 87:

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́, я́ко испо́лнися зол душа́ моя́, и живо́т мой а́ду прибли́жися. Привмене́н бых с низходя́щими в ров, бых я́ко челове́к без по́мощи, в ме́ртвых свобо́дь, я́ко я́звеннии спя́щии во гро́бе, и́хже не помяну́л еси́ ктому́, и ти́и от руки́ Твоея́ отринове́ни бы́ша. Положи́ша мя в ро́ве преиспо́днем, в те́мных и се́ни сме́ртней. На мне утверди́ся я́рость Твоя́, и вся во́лны Твоя́ наве́л еси́ на мя. Уда́лил еси́ зна́емых мои́х от мене́, положи́ша мя ме́рзость себе́: пре́дан бых и не исхожда́х. О́чи мои́ изнемого́сте от нищеты́, воззва́х к Тебе́, Го́споди, весь день, возде́х к Тебе́ ру́це мои́. Еда́ ме́ртвыми твори́ши чудеса́? Или́ вра́чеве воскреся́т, и испове́дятся Тебе́? Еда́ пове́сть кто во гро́бе ми́лость Твою́, и и́стину Твою́ в поги́бели? Еда́ позна́на бу́дут во тьме чудеса́ Твоя́, и пра́вда Твоя́ в земли́ забве́нней? И аз к Тебе́, Го́споди, воззва́х и у́тро моли́тва моя́ предвари́т Тя. Вску́ю, Го́споди, отре́еши ду́шу мою́, отвраща́еши лице́ Твое́ от мене́? Нищ есмь аз, и в труде́х от ю́ности моея́; возне́с же ся, смири́хся, и изнемого́х. На мне преидо́ша гне́ви Твои́, устраше́ния Твоя́ возмути́ша мя, обыдо́ша мя я́ко вода́, весь день одержа́ша мя вку́пе. Уда́лил еси́ от мене́ дру́га и и́скренняго, и зна́емых мои́х от страсте́й.

Го́споди Бо́же спасе́ния моего́, во дни воззва́х, и в нощи́ пред Тобо́ю. Да вни́дет пред Тя моли́тва моя́: приклони́ у́хо Твое́ к моле́нию моему́.

Псало́м 102:

Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и вся вну́тренняя моя́ и́мя свя́тое Его́. Благослови́, душе́ моя́, Го́спода, и не забыва́й всех воздая́ний Его́, очища́ющаго вся беззако́ния твоя́, исцеля́ющаго вся неду́ги твоя́, избавля́ющаго от истле́ния живо́т твой, венча́ющаго тя ми́лостию и щедро́тами, исполня́ющаго во благи́х жела́ние твое́: обнови́тся я́ко о́рля ю́ность твоя́. Творя́й ми́лостыни Госпо́дь, и судьбу́ всем оби́димым. Сказа́ пути́ Своя́ Моисе́ови, сыново́м Изра́илевым хоте́ния Своя́: Щедр и Ми́лостив Госпо́дь, Долготерпели́в и Многоми́лостив. Не до конца́ прогне́вается, ниже́ в век вражду́ет, не по беззако́нием на́шим сотвори́л есть нам, ниже́ по грехо́м на́шим возда́л есть нам. Я́ко по высоте́ небе́сней от земли́, утверди́л есть Госпо́дь ми́лость Свою́ на боя́щихся Его́. Ели́ко отстоя́т восто́цы от за́пад, уда́лил есть от нас беззако́ния на́ша. Я́коже ще́дрит оте́ц сы́ны, уще́дри Госпо́дь боя́щихся Его́. Я́ко Той позна́ созда́ние на́ше, помяну́, я́ко персть есмы́. Челове́к, я́ко трава́ дни́е его́, я́ко цвет се́льный, та́ко оцвете́т, я́ко дух про́йде в нем, и не бу́дет, и не позна́ет ктому́ ме́ста своего́. Ми́лость же Госпо́дня от ве́ка и до ве́ка на боя́щихся Его́, и пра́вда Его́ на сыне́х сыно́в, храня́щих заве́т Его́, и по́мнящих за́поведи Его́ твори́ти я́. Госпо́дь на Небеси́ угото́ва Престо́л Свой, и Ца́рство Его́ все́ми облада́ет. Благослови́те Го́спода вси А́нгели Его́, си́льнии кре́постию, творя́щии сло́во Его́, услы́шати глас слове́с Его́. Благослови́те Го́спода вся Си́лы Его́, слуги́ Его́, творя́щии во́лю Его́. Благослови́те Го́спода вся дела́ Его́, на вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

На вся́ком ме́сте влады́чествия Его́, благослови́, душе́ моя́, Го́спода.

Псало́м 142:

Го́споди, услы́ши моли́тву мою́, внуши́ моле́ние мое́ во и́стине Твое́й, услы́ши мя в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м, я́ко не оправди́тся пред Тобо́ю всяк живы́й. Я́ко погна́ враг ду́шу мою́, смири́л есть в зе́млю живо́т мой, посади́л мя есть в те́мных, я́ко ме́ртвыя ве́ка. И уны́ во мне дух мой, во мне смяте́ся се́рдце мое́. Помяну́х дни дре́вния, поучи́хся во всех де́лех Твои́х, в творе́ниих руку́ Твое́ю поуча́хся. Возде́х к Тебе́ ру́це мои́, душа́ моя́, я́ко земля́ безво́дная Тебе́. Ско́ро услы́ши мя, Го́споди, исчезе́ дух мой, не отврати́ лица́ Твоего́ от мене́, и уподо́блюся низходя́щим в ров. Слы́шану сотвори́ мне зау́тра ми́лость Твою́, я́ко на Тя упова́х. Скажи́ мне, Го́споди, путь во́ньже пойду́, я́ко к Тебе́ взях ду́шу мою́. Изми́ мя от враг мои́х, Го́споди, к Тебе́ прибего́х. Научи́ мя твори́ти во́лю Твою́, я́ко Ты еси́ Бог мой. Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву. И́мене Твоего́ ра́ди, Го́споди, живи́ши мя, пра́вдою Твое́ю изведе́ши от печа́ли ду́шу мою́. И ми́лостию Твое́ю потреби́ши враги́ моя́ и погуби́ши вся стужа́ющия души́ мое́й, я́ко аз раб Твой есмь.

Услы́ши мя, Го́споди, в пра́вде Твое́й и не вни́ди в суд с рабо́м Твои́м.

Дух Твой Благи́й наста́вит мя на зе́млю пра́ву.

Сла́ва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху и ны́не и при́сно и во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Аллилу́иа, аллилу́иа, аллилу́иа, сла́ва Тебе́ Бо́же. (Трижды)

После Шестопсалмия